Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сага о семье Синклер (№5) - Видение в голубом

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Берд Николь / Видение в голубом - Чтение (стр. 11)
Автор: Берд Николь
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Сага о семье Синклер

 

 


– Как это благородно с вашей стороны, – заметила Луиза.

Джемма, в свою очередь, тоже собралась сказать что-то похвальное, как вдруг насторожилась и повернула голову.

– Кажется, у дома остановилась карета? Луиза сорвалась с места и подбежала к окну.

– Да, очень изящный экипаж. Это, должно быть, леди Гейбриел.

– Не стоит заставлять ее ждать, – отозвалась Джемма. Она захватила с собой вниз шаль, шляпку и перчатки и теперь быстро их надевала. Капитан Фаллон проводил ее к карете и помог сесть. Джемма представила капитана леди Гейбриел.

– Доброе утро, – приветствовала его Психея.

Леди Гейбриел была одета весьма изысканно, элегантный жемчужно-серого цвета костюм, воротник оторочен соболями. В ушах – крупные серьги, и на шее – длинное жемчужное ожерелье. Уж если такая леди не сможет припугнуть хозяйку приюта и заставить ее раскрыть свои секреты, то никто другой этого сделать не сможет, подумала Джемма. Воспрянув духом, она уселась напротив леди Гейбриел.

Капитан Фаллон приехал на лошади, которую привязал у входа в дом. Он вскочил на нее и поскакал рядом с каретой по дороге, ведущей из города.

По пути женщины почти не разговаривали, лишь изредка обменивались короткими замечаниями. Джемма сгорала от нетерпения побыстрее добраться до приюта, Психея, казалось, была поглощена собственными мыслями. Лишь когда они выехали из пригорода Лондона, Психея сказала:

– Мой муж очень интересуется тем, как мы пытаемся найти ответ на вашу загадку, Джемма. Надеюсь, вы не слишком строго судите его за проявленное недоверие?

Джемма покачала головой:

– Нет-нет. Рассказанная мною история действительно неправдоподобна.

Психея вздохнула.

– Самое трудное для него – это смириться с мыслью, что у его матери был любовник. Обычно мы считаем, что наши родители непогрешимы, как остальные смертные, которые порой совершают ошибки. Особенно мужчины считают своих матерей совершенными и невинными созданиями.

Джемма кивнула.

– Мне приходилось встречаться с покойным маркизом, он показался мне бессердечным и властным. Я даже рада, что его жена, по-видимому, познала настоящую любовь, что был в ее жизни человек, подаривший ей несколько мгновений счастья, – сказала Психея.

Однако Джемма считала свою мать глубоко несчастной – всю жизнь быть связанной с деспотичным и нелюбимым человеком. Сильно, должно быть, она страдала. Обе женщины хранили молчание. Карета катилась все дальше, и мысли Джеммы снова вернулись к приюту.

Когда впереди показалось мрачное здание, Джемма напряглась. Пока грум леди Гейбриел помогал дамам выбраться из кареты, капитан Фаллон соскочил с лошади и привязал ее.

– Ждите нас здесь, – велела кучеру Психея и направилась ко входу. Капитан резко постучал в двери, затем снова, но прошло еще несколько долгих минут, пока двери наконец открылись и маленькая девочка недоуменно уставилась на них.

– Посетителей сегодня не принимают, – сказала малышка.

Интересно, существует ли другой вариант ответа? – подумала Джемма. Правда, и раньше это не срабатывало, а уж для леди Гейбриел и вовсе не являлось помехой.

Леди Гейбриел приоткрыла дверь и широко улыбнулась девочке:

– Не бойся. Миссис Крэгмор будет рада, если ты нас пропустишь. Передай миссис Крэгмор, что леди Гейбриел Синклер и ее друзья желают видеть ее.

Девочка во все глаза смотрела на леди Гейбриел, затем присела в реверансе и побежала звать хозяйку приюта.

– Где находится ее кабинет, Джемма? – спросила Психея.

– Вот сюда. – Джемма повела их через холл к дверям, расположенным в глубине дома. Психея легко постучала в двери и, не дождавшись ответа, открыла их. В грязноватой на вид комнате никого не было.

Джемма огляделась, при этом украдкой бросила взгляд на полки, где ранее лежали похищенные ими гроссбухи, которые сейчас находились в ее спальне в доме Луизы.

Психея осмотрела стул, однако садиться на него не стала. Тут в холле раздались шаги и в дверях появилась хозяйка. Она немного запыхалась, то ли от волнения, то ли поднималась из подвала.

Джемма напряглась, когда приютская матрона обвела всех подозрительным взглядом.

– В чем дело? С какой стати вы здесь и почему находитесь в моем кабинете? Вы уже здесь были! Так знайте… – Сегодня вы так легко от нас не отделаетесь, – сурово заявил капитан Фаллон.

Миссис Крэгмор рассвирепела:

– Нечего мне угрожать. Я хозяйка в этом приюте и заставлю вас убраться отсюда!

– Сильно сомневаюсь в этом, – с вызовом ответил капитан.

Джемма тоже в этом сомневалась. Когда капитан Фаллон говорил таким тоном, она представляла себе корабль и матросов, которые торопятся выполнять его приказания. Миссис Крэгмор оторопела было, но тут же взяла себя в руки.

– Я вам ничего не скажу, – решительно заявила она. – Никому из вас. Так что вам лучше отправиться восвояси.

Тут Психея вынула из ридикюля бумагу.

– Я леди Гейбриел Синклер. У меня есть письмо из вашего местного магистрата, миссис Крэгмор, я назначена главой вашего совета управляющих.

– У нас нет никакого совета управляющих, – неуверенно проговорила миссис Крэгмор.

– Ошибаетесь, в магистрате удивились, когда узнали об этом. Данное заведение не может управляться без соответствующего надзора. Я призову себе на помощь несколько одинаково мыслящих со мной и доброжелательных воспитательниц, и мы приведем здесь все в порядок. В магистрате, как вы понимаете, обеспокоились, узнав, что за детьми нет надлежащего присмотра. Я приехала, чтобы лично во всем разобраться и, если необходимо, исправить положение дел.

– Ложь! – вскричала миссис Крэгмор. – Неужели кто-то посмел запятнать мое имя? Думаете, раз вы такие важные, такие высокомерные и представительные, вам все можно? А сейчас не могли бы вы уйти, и знатные, и остальные, чтобы не портить мою репутацию? Если не возражаете, приезжайте снова, скажем, через неделю или две…

– О нет, – спокойно заметила Психея. – Я намерена сегодня осмотреть всех детей, их спальни, одежду, пищу, которой их кормят, побывать на уроках. Мы также проверим все ваши записи.

– Это невозможно! Мои гроссбухи похищены всего несколько дней назад.

– Очень удобное оправдание, – скептичным тоном произнесла Психея.

Джемма судорожно сглотнула, про себя порадовавшись, что Психея ничего об этом не знает. Они обменялись с капитаном Фаллоном взглядами. В глубине его темно-серых глаз заплясали огоньки.

– Сначала я посмотрю, в каком состоянии дети, – заявила Психея. – Не соблаговолите сопроводить меня, миссис Крэгмор?

На виске у хозяйки приюта забилась жилка. Сейчас она разразится бранью, подумала Джемма, и ей стало не по себе. Но к ее удивлению, миссис Крэгмор спокойно произнесла:

– Я оставила свою шаль у себя в комнате. У нас тут сквозняки. – Она повернулась и быстро вышла.

– Значит, здесь холодно. Интересно, у детей есть теплые платки или шали? – обратилась ко всем Психея.

– Если позволите, леди Гейбриел? – Капитан Фаллон кивнул в сторону письменного стола. – Я быстро посмотрю, есть ли там какие-нибудь записи.

– Конечно, – согласилась Психея. С хмурым видом она ходила взад и вперед по кабинету, ожидая возвращения хозяйки.

Джемма тоже подошла и стала смотреть из-за плеча капитана. Он тщательно осмотрел стол, все ящички и полочки, но ничего важного не нашел.

– Возможно, стоит посмотреть… – начала было Джемма, но тут леди Гейбриел воскликнула:

– Посмотрите! – И указала на окно.

Они подошли поближе. Сквозь грязное стекло Джемма увидела миссис Крэгмор, которая двигалась с непривычной для нее скоростью к роще. В одной руке она несла небольшой саквояж, другой придерживала наброшенную на плечи шаль.

– Стойте! – закричал Мэтью Фаллон, но женщина даже не оглянулась.

Фаллон дернул кверху скользящую раму окна и выпрыгнул в него. Тяжело приземлившись, он бросился следом за ней.

– Боже мой, – сказала Психея. – Кто бы мог подумать? Я была уверена, что ее встревожил мой приход и мои вопросы насчет порядка в приюте и плохого управления, но с какой стати ей было убегать? Неужели здесь все настолько плохо, что она опасается, как бы ее не вызвали в суд магистрата?

– Видимо, эта леди чего-то боится, – предположила Джемма.

Она тоже хотела побежать за миссис Крэгмор, но раздумала. Даже капитан ее не догнал, к тому же хозяйка приюта, должно быть, знала в роще каждую тропинку.

Они спустились вниз, на кухню. Грязные столы, немытые полы, пустая кладовая. Капитан Фаллон вернулся и сообщил, что в лесу он потерял миссис Крэгмор из виду.

– Полагаю, ей кое-что известно о судьбе моей сестры, – хмуро бросил он.

Джемма подозревала, что у миссис Крэгмор есть необходимые ей сведения, но за капитана она переживала больше. В его серых глазах она увидела тревогу и боль и невольно протянула ему руку, но отдернула ее прежде, чем он заметил ее жест, и покраснела.

Ее спутники, казалось, были поглощены своими собственными мыслями. Психея обнаружила спящую кухарку в задней подсобной комнате и в недвусмысленных выражениях сообщила ей, что в управлении приютом произошли перемены. – Если вы желаете сохранить за собой место, то должны отскрести от грязи каждый дюйм на кухне, – заявила ей Психея твердым тоном. – И немедленно!

Протерев грязным фартуком глаза, кухарка, позевывая, вышла на кухню.

– Кто вы такие, чтобы мне указывать? Миссис Крэгмор никогда не делала мне замечаний…

– Миссис Крэгмор здесь больше не распоряжается, – прервала ее Психея. – Чем вы собирались кормить детей в обед?

– Как обычно, супом. – Кухарка кивком указала на большой котел, стоявший на плите рядом с очагом.

Подняв крышку, Психея, покачав головой, посмотрела на прозрачную маслянистую жидкость. От распространившегося знакомого запаха Джемму чуть не стошнило, ибо суп состоял из отварной капусты, лука и нескольких кусочков тухлого мяса.

– Я пошлю кучера в близлежащую деревню закупить провизию. Надеюсь, к его приезду в кухне станет гораздо чище! – распоряжалась Психея.

– Но все деньги у миссис Крэгмор, – возразила кухарка.

– Приступайте к работе.

Джемма взглянула на капитана Фаллона.

– Мы пойдем в ее спальню, – сказала она. – Может быть, там что-нибудь спрятано.

Они направились в занимаемую миссис Крэгмор заднюю комнату на первом этаже, в то время как Психея поднялась на второй этаж, откуда доносился гул детских голосов. Отворив дверь, они увидели, что дверцы гардероба распахнуты, одежда разбросана по полу. Джемма переступила через грязную блузку и огляделась.

– Здесь, – указала Джемма.

Капитан Фаллон подошел к кровати, где в изножье стоял сундучок с настежь открытой крышкой. В нем было несколько бутылок джина. Еще они обнаружили небольшой металлический ящичек с завалявшимся фартингом на дне.

– Ее наличные, – сказал Фаллон. – Остальные она прихватила с собой.

Они быстро обыскали комнату. Джемма поморщилась от затхлого запаха несвежего белья, но заставила себя проверить, не лежит ли что-нибудь под подушкой и под матрацем, однако там ничего не было.

– Как насчет классных помещений или детских спален?

– На чердаке расположены несколько длинных общих спален, и только, – сообщила Джемма. – Вряд ли там она хранила что-нибудь, ведь до этого могли дотянуться детские руки. Давайте посмотрим еще раз в ее кабинете.

Пройдя обратно по холлу, они снова очутились в знакомой им комнате. Полка, на которой раньше стояли гроссбухи, зияла пустотой, а стол они уже проверили. Однако капитан Фаллон еще раз принялся осматривать ящики.

Тут Джемма вдруг вспомнила.

– Нам не позволяли вытирать пыль с крышки стола, – проговорила она. – Запрещали даже прикасаться к ней. Однажды я об этом забыла и получила оплеуху.

– Вы не помните, где именно вытирали пыль?

– Паркетная дощечка с орнаментом на крышке, – сказала Джемма. – Вот здесь.

Она затаила дыхание, когда Фаллон принялся нажимать и дергать широкий деревянный край стола.

Вдруг она услышала щелчок, громко прозвучавший в тишине.

– Что это такое? – прошептала Джемма.

– Что-то открылось, ага, вот где! – Капитан Фаллон отодвинул маленькую створку пошире и указал на тайник под толстой дощечкой с орнаментом.

Джемма наклонилась и увидела несколько свернутых листов бумаги.

– Что это?

Сердце у Джеммы учащенно забилось, и она оперлась о край стола.

Фаллон нетерпеливо развернул сверток. Она увидела список имен. Неужели они наконец нашли тайник с бумагами миссис Крэгмор?

Глава 11

Фаллон повернулся к Джемме и обхватил ее за плечи. Не успела она догадаться о том, что он хочет, как он привлек ее к себе и поцеловал.

Их тела соприкоснулись, и Джемма ощутила возбуждение.

Она почувствовала себя слабой и вместе с тем удивительно сильной. От радостного волнения зашумело в ушах и все поплыло перед глазами. Ей показалось, что поцелуй длился бесконечно, хотя на самом деле он был очень коротким. Джемма знала, что ей следовало бы возмутиться, но, к своей досаде, с трудом сдерживала влечение к нему.

– Прошу меня извинить. – В его голосе звучало напряжение. – Я не должен был этого делать.

Однако глаза Фаллона блестели от обуревавших его чувств. Ей захотелось обнять его и привлечь к себе, но не позволяли правила приличия.

Впервые Джемма пожалела о том, что, возможно, она была леди.

– Меня просто… меня переполняло… – запинаясь, проговорил он.

– Понимаю, – отозвалась Джемма, пряча улыбку. – Если это позволит нам узнать, где находится ваша сестра и где мне искать родителей, это, безусловно, повод для торжества!

Он кивнул и, к ее разочарованию, отстранился от нее. По всей видимости, он снова овладел собой, хотя, как она заметила, дышал учащенно. Впрочем, ее дыхание тоже не было ровным, а сердце гулко стучало. Она отвернулась от него и попыталась мысленно вернуться к цели их визита.

Он тоже повернулся к столу и развернул самый большой лист. Они вместе принялись его просматривать. Сначала они нашли имя его сестры: Кларисса Фаллон. После него было нацарапано слово и цифра.

Джемма прищурилась, чтобы прочитать неразборчивый почерк: «Клапгейт, 20 шиллингов»? Что все это значит? И почему здесь указана сумма денег?

Она вздрогнула, когда увидела его глаза, но на этот раз совсем не от того восхитительного чувства, которое овладело ею минуту назад. Но он не поделился с ней своей тревогой, только помрачнел. Немного помедлив, он проговорил:

– Клапгейт? Никогда не слышал такого названия. Скорее всего это маленький городок или деревушка. Есть ли здесь, в классной комнате, какие-нибудь карты?

Джемма кивнула, все еще разыскивая свое имя. Наконец она нашла его, на самом верху. Конечно, с тех пор как она попала сюда, минуло больше пятнадцати лет. Но к ее разочарованию, она была указана только как Джемма Смит, хотя после ее фамилии стоял вопросительный знак, словно миссис Крэгмор сомневалась в подлинности этого имени. Кроме этой пометки, там было указано: «Увезли без вознаграждения».

Джемма печально вздохнула. Опять она не нашла нужных ей сведений. Если бы удалось разузнать все секреты до того, как хозяйка сбежала.

Глядя на капитана, Джемма видела, что он испытал еще большее разочарование, чем она. Однако, бросив на нее взгляд, капитан сказал:

– Сожалею, что вы не нашли того, что вам нужно. Приятно удивленная тем, что он помнил о ней, несмотря на собственные тревоги, Джемма почувствовала, как внутри у нее шевельнулось теплое чувство признательности и на душе стало легче.

– Увы, Мне тоже горько, что вы так и не узнали местонахождение вашей сестры. Пойдемте наверх, я вам покажу, где можно найти карты.

Они стали подниматься по лестнице. На лестничной площадке лежали кем-то брошенные две швабры и ведро с грязной водой, а вдоль по всему этажу, как они заметили, там и сям валялось еще несколько щеток и половых тряпок. Джемма ощутила знакомый запах несвежего белья. Не было видно ни одного ребенка, пока они не добрались до просторного холла, который иногда служил классным залом. Здесь Психея, по-видимому, собрала всех приютских воспитанниц. Около трех десятков детей сидели на скамьях, пораженные произошедшими событиями. Надзирательница мисс Бушнард, переминаясь с ноги на ногу, стояла в сторонке и в страхе поглядывала на леди Гейбриел.

Если она и подвергла сомнению права прибывшей гостьи, то эта битва уже была завершена, причем Джемма не сомневалась, кто оказался в ней победителем.

– Вам нечего бояться. Миссис Крэгмор покинула нас, – говорила леди Гейбриел, – но даже после самого краткого осмотра я бы все равно сместила ее с должности, – итак, с этим покончено. Мы найдем ей замену, а мисс Бушнард, если она последует моим указаниям, будет приглядывать за порядком в приюте, пока не будет назначено новое начальство. Мы проследим, чтобы во всем доме был наведен надлежащий порядок, всех детей надо искупать, причем немедленно. Постельное белье постирать, а совсем ветхое сжечь. – Она повернулась к робеющей мисс Бушнард и прибавила: – Вам очень повезло, что в приюте не вспыхнула эпидемия.

– Я только выполняла указания, мадам, простите, миледи, – упав духом, проговорила мисс Бушнард.

Психея продолжала:

– Всем девочкам нужна новая одежда, им надо регулярно мыться, но прежде всего прилично питаться. Затем мы составим дневное расписание занятий.

– Но их работа по дому…

– Подходящая программа ежедневных обязанностей по дому, конечно, войдет в расписание, но девочки должны заниматься не только мытьем полов. Им необходимо приобрести какие-то рабочие навыки, прежде чем они покинут стены приюта, – обратилась Психея к мисс Бушнард.

Мисс Бушнард фыркнула:

– Навыками? Да они могут выполнять только грязную работу, ни на что другое не способны.

Психея рассердилась:

– Уверена, что вы ошибаетесь. Моя мать, которая по общему признанию обладала передовыми взглядами, ратовала за образование для всех женщин вне зависимости от их сословия. Да, не все дети могут посещать школу, но их всех можно научить читать, писать и считать. Девочки могут научиться шить: швеи всегда нужны. Некоторые из них, возможно, даже удивят вас своими успехами. Пока я буду состоять в совете управляющих, всем детям будет предоставлена такая возможность.

Джемма оглядела детей, их чумазые лица и непричесанные волосы – столь непривлекательное и жалкое зрелище ей не часто доводилось видеть. Всех ребятишек нужно было искупать и переодеть в чистое белье, у некоторых были сопливые носы и, конечно, отсутствовали носовые платки. Неужели она выглядела так же, как эти дети, в то время, когда жила в приюте? Ей пришли на память дни тяжелой нудной работы и ночи тоскливого одиночества. Бедняжки. Джемма едва сдерживала слезы.

Психея взглянула на совсем маленькую девочку. Малышка тихо плакала.

– Почему ты плачешь? – ласково спросила Психея, присев и обняв ребенка. – Что случилось? Если из-за миссис Крэгмор…

Девочка покачала головой:

– Нет, мисс, она только колотила нас. А вы не собираетесь отослать нас отсюда?

Психея крепко прижала ребенка к себе:

– Нет, нет. Вас теперь будут лучше кормить, и о вас будут заботиться. Я обещаю.

У Джеммы глаза все время были на мокром месте. Вдруг она ощутила на плече чью-то тяжелую руку. Подняла глаза и увидела капитана. Взгляд его был преисполнен сочувствия и понимания.

Джемма почувствовала облегчение. Он вынул из кармана платок и протянул девушке. Она вытерла слезы.

– Благодарю вас, – тихо произнесла она. – Мне пришла в голову мысль расспросить старших девочек, не помнит ли кто-нибудь из них вашу сестру, и когда примерно она покинула приют.

– Прекрасная идея, – откликнулся он.

Джемма заметила группу старших девочек и объяснила, что этот джентльмен разыскивает свою сестру.

– Кто-нибудь из вас помнит Клариссу Фаллон? Она находилась здесь несколько лет тому назад.

– У нее были светлые волосы с рыжеватым отливом и карие глаза, – добавил капитан. – Лицо более продолговатое, чем у меня, но точно такие же брови.

Несколько девочек, лет одиннадцати или двенадцати, покачали головой, но одна из них поджала губы, словно что-то припоминая.

– Я помню ее. Она часто говорила о брате-морячке. Это вы?

Фаллон обрадовано кивнул:

– Да. Ты не помнишь, когда она оставила приют? Девочка пожала плечами:

– Не знаю. Много времени прошло, пять или шесть лет назад.

– Куда она уехала?

– Нам ничего не говорили, – ответила девочка. – Миссис Крэгмор вызвала ее к себе в кабинет, и больше мы ее не видели.

На скулах у капитана заиграли желваки. Джемма поблагодарила девочку.

– Если вспомнишь еще что-нибудь о ней, скажи нам, пожалуйста.

Джемма коснулась руки капитана:

– Вон там книги.

Она повела его в угол комнаты. Книг было очень мало. Среди них – истрепанный атлас Англии с выцветшими страницами. Капитан открыл его и принялся просматривать карты графств.

– Я отойду, чтобы помочь Психее с детьми, – сказала Джемма. Она присоединилась к леди Гейбриел и, сев на скамью, начала говорить с детьми, обнимая и утешая большеглазых малышей в серых передниках, изначально бывших голубыми. От одного вида этой одежды Джемму пробрала дрожь. К счастью, в пансионе в Йорке разрешалось выбирать платье на свое усмотрение. Эти платья могли быть из простого муслина и очень скромного покроя, но цвет разрешалось выбрать любой.

Спустя несколько минут капитан Фаллон закрыл атлас и вернулся к Джемме. – Я нашел две деревни с названием Клапгейт, – сообщил он ей. – Одна находится в Харфордшире, другая в самом дальнем конце Корнуолла. Я найму полицейского сыщика, пусть отправится в западный край, а сам поеду в деревушку в Харфордшире. Она располагается гораздо ближе, и, как мне кажется, это более подходящий вариант.

Джемма кивнула, но при мысли о предстоящей разлуке у нее болезненно сжалось сердце. Но он, конечно, должен продолжать поиски своей сестры. Ах, если бы ее брат проявлял такую же настойчивость в благополучном исходе ее дела, если бы знал, как она нуждается в его поддержке! Если бы верил ей.

– Дайте мне знать, если вы что-то обнаружите. Доброго вам пути, капитан Фаллон, – на прощание сказала Джемма.

Она протянула ему руку, и он пожал ее. Джемма ощутила сердечность его пожатия и сильно пожалела, что никак нельзя затянуть этот момент. Он чуть дольше положенного удерживал ее ладонь в своей руке и пристально смотрел на нее. Затем повернулся, чтобы попрощаться с леди Гейбриел.

В сущности, Мэтью Фаллон представлял собой любопытный парадокс – так уверяла себя Джемма. На него явно наложила отпечаток выработанная в течение многих лет привычка властвовать над своими чувствами – необходимое качество для командира корабля, и вместе с тем она чувствовала, как постепенно внутри у него разгорается страсть, которая стремилась вырваться из-под контроля. Он обладал силой и благородством, подобное сочетание неотразимо действовало на нее. Она долго смотрела ему вслед, на его широкие плечи и стройную талию, прекрасные светлые волосы, – все в нем нравилось ей. И она старалась сохранить его образ в своем сердце.

– Доброго пути, – снова прошептала она. – Надеюсь, вы найдете, что ищете.

Тут ее окликнула Психея. Джемма обернулась.

– Не могли ли бы вы взять бумагу и карандаш? – попросила леди Гейбриел. – Перед тем как уехать, нам необходимо составить список белья, которое следует заменить, и подумать над тем, сколько пойдет метров материи на платья.

Джемма направилась в угол, где лежали письменные принадлежности, нашла бумагу, чернила и перо, затем принялась искать перочинный ножичек, чтобы очинить перо. Но пока она писала под диктовку Психеи – четыре дюжины простыней, три дюжины подушек, – мысли ее были с капитаном, скакавшим на север.

Без Джеммы день показался Луизе неимоверно длинным. Вместе с сопровождавшей ее мисс Поумшак она утром вышла в город и провела несколько часов, выбирая материал и отделку для своего бального платья, которое портной обещал завершить в срок, на который был назначен бал.

Они вернулись к позднему ленчу, после ленча мисс Поумшак, по обыкновению, отправлялась вздремнуть.

– Вы не собираетесь прилечь, мисс Крукшенк? – спросила она Луизу. – У вас сегодня меланхолический вид.

– Благодарю вас, мисс Поумшак, – вежливо ответила Луиза. – Я скоро поднимусь наверх. Но сперва мне надо написать письмо.

Она села за стол в гостиной и написала письмо – дяде и тете, живущим в Бате. В нем она сообщала только радостные новости. Она ни за что бы не написала о своем унижении в театре или о волновавших ее сомнениях насчет своего успешного проникновения в высшее общество. Но теперь она наконец-то могла сообщить приятные новости: об удивительной доброте леди Гейбриел и о приглашении на бал, который Луиза ждала с таким нетерпением.

Когда она запечатала письмо, то, подняв глаза, увидела стоявшего в дверях гостиной лакея.

– Сэр Лукас Инглвуд, мисс, – доложил лакей и отошел в сторону.

Она вскочила на ноги и побежала навстречу жениху, который уже входил в гостиную.

– Лукас, как я рада тебя видеть! Ты хорошо провел время?

– О да, это восхитительные соревнования, – поделился он с ней, нежно сжав ее руку. – Это вовсе не то, что ты думала, – кровь, летающие перья и все такое.

Луиза поежилась:

– Нет, я так не думала. Но я рада твоему возвращению. Самое удивительное, Лукас…

– Правильно подобрать новенькую шляпку? – ухмыльнулся он. – Этот оттенок розового тебе к лицу, Луиза. Кажется, Лондон пошел тебе на пользу. Сегодня я не смогу пообедать с тобой, приношу свои извинения.

Его голос звучал беззаботно и весело, по всей видимости, его нисколько не интересовало то, что она хотела ему сообщить. Луиза кивнула, отвечая на комплимент, но ее улыбка увяла, как только она услышала его последние слова.

– Но почему? Мы не виделись с тобой целую неделю.

– Знаю, знаю. Но сегодня у меня в клубе обед, и я не хотел бы его пропустить. Заключено пари, сколько устриц съест старина Пайкстафф, не за свой счет, разумеется.

– Очевидно, такое зрелище нельзя пропустить, – сказала Луиза сухим тоном. – Мне приятно, что ты так хорошо проводишь время в Лондоне. Особенно если учесть, что именно я настаивала на нашем приезде сюда к началу сезона.

– И ты была совершенно права, – признался Лукас. – И я благодарен тебе за это. В Лондоне гораздо больше возможностей весело провести время, чем в Бате.

– Но тебе следует помнить, что иногда надо брать и меня с собой, – раздраженно заметила Луиза. – Мы ведь собираемся пожениться. А это означает, что тебе должно нравиться мое общество.

– Не надо дуться, Луиза. Меня вполне устраивает твое общество. Давай съездим в Воксхолл, устроим вечеринку. Я приглашу друзей. Будет очень весело.

Луиза с трудом сдерживала раздражение.

– Мне приятно это слышать. Я с удовольствием побываю с тобой в увеселительном саду. Может быть, вечером в понедельник?

– Посмотрим. У меня сегодня вечером еще одно неотложное дело, – пробормотал Лукас. – Но скоро, я обещаю.

– Как насчет завтрашнего обеда?

– Хм… я дам тебе знать, – ответил он.

– Лукас, ты переходишь все границы!

– Я не намерен каждый день появляться у тебя за столом, Луиза, – с ледяным спокойствием проговорил он. – Ты вольна ходить по магазинам, приглашать подруг на чай – одним словом, делать все, что полагается леди, ведь мы еще не поженились.

Луиза закусила губу.

– А что будет, когда поженимся? Ты и тогда намерен проводить большую часть времени с друзьями?

Он отвел глаза.

– Луиза, никто не сидит дома рядом с женой. Вспомни, по приезде в Лондон ты намеревалась вести светский образ жизни.

– Я никогда не ставила светские развлечения выше любви, – возразила она. – Я не собираюсь тебя насильно удерживать, мне не нужны ссоры, но я хотела бы знать, по-прежнему ли ты искренне привязан ко мне. Иначе наш брак вряд ли будет счастливым.

– Конечно, я привязан к тебе. – Лукас наклонился и поцеловал Луизу в лоб. – Вот тебе мое подтверждение. Не будем ссориться.

После нескольких сказанных на прощание любезностей он покинул ее. Луиза слышала его затихающие шаги, когда он быстро спускался по лестнице. Она даже не успела сообщить ему о леди Гейбриел и предстоящем бале.

Казалось, его нисколько не интересовало, успешно ли Луиза завязывает светские знакомства, что, в сущности, было главной целью ее приезда в Лондон. Гнева она не испытывала. Только досаду. И почему-то ее била дрожь, хотя день выдался на редкость теплым.

Лорд Гейбриел со все возраставшим нетерпением ждал возвращения жены. Он уже отдал распоряжение дворецкому, чтобы тот велел повару повременить с обедом. И вот наконец он услышал стук входной двери и голос жены в холле. Он подошел к дверям библиотеки и выглянул наружу.

– Как все прошло, дорогая?

Психея как раз снимала шляпку и перчатки, вид у нее был усталый, но она улыбнулась мужу.

– Нам многое удалось сделать. Приют в ужасном состоянии, о детях и говорить нечего. Но я намерена все там наладить.

– Не сомневаюсь, что тебе это удастся, – откликнулся он, с удовольствием заметив знакомый блеск в ее голубых глазах, свидетельствующий о ее боевом настрое, которого, к своему огорчению, он не замечал в ней несколько последних месяцев. Он протянул ей руки, но она покачала головой:

– Не дотрагивайся до меня, по крайней мере до тех пор, пока я не приму ванну и не переоденусь. Я держала на коленях несколько детишек, чтобы успокоить их. Они так плакали. Наверно, следует послать горничную купить хороший гребень! Вид у детей поистине жалкий.

Не обращая внимания на ее предостережение, он заключил ее в объятия.

– Ну что ж, давай купим гребень, и не один, – заявил он, крепко целуя ее. – Поверь, стоит заплатить такую малость, чтобы увидеть, как снова светится в твоих глазах непоколебимая вера в жизнь.

Она поцеловала его, и он почувствовал некоторое облегчение. Как бы то ни было, общение жены с детьми-сиротами облегчило ей душу и подействовало на нее лучше, чем все его усилия и старания, когда он исполнял любые ее желания. Каким бы ни оказался исход странного рассказа той девушки, таинственной мисс Смит, которая объявила себя его сестрой, если она помогла Психее выздороветь, она заслуживала его благодарности.

Когда Джемма наконец приехала в карете леди Гейбриел домой, Луиза уже ждала ее внизу.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19