Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Трилогия Трауна - Темное воинство

ModernLib.Net / Зан Тимоти / Темное воинство - Чтение (стр. 6)
Автор: Зан Тимоти
Жанр:
Серия: Трилогия Трауна

 

 


6

      Издалека шаланда была похожа на стандартный тяжелый крейсер: дряхлый, медлительный, неповоротливый и плохо вооруженный… Связываться с таким было просто противно. Но очень скоро выяснилось, что внешность обманчива. И если бы Гранд адмирал отсутствовал бы на мостике «Химеры», Пеллаэону пришлось бы признать, что он попался на эту удочку. Но Гранд адмирал присутствовал. И не преминул указать на некоторую необычность происходящего.
      — Мало вероятно, — надменно обронил он, — что стратеги Альянса отправят столь важный конвой в сопровождении такой старой развалины.
      Таким образом, когда створы крейсера вдруг раскрылись и оттуда высыпалось три эскадрильи «ашек», как повстанцы называли истребители РЗ-1, их уже ждали.
      Перехватчики «Химеры» пошли в атаку.
      — Интересная тактика, — сообщил Траун, когда пространство между «разрушителем» и конвоем повстанцев превратилось в море разноцветного огня. — Но не новая. Идея переоборудования тяжелых крейсеров в корабли-матки была высказана более двадцати лет назад.
      — Не слышал, чтобы кто-нибудь ею воспользовался, — пробурчал Пеллаэон, которого больше интересовал тактический монитор, чем красоты космоса за иллюминатором и экскурс в историю военного дела.
      И то, что капитан наблюдал на дисплее, ему совсем не нравилось. «Ашки» по скорости не уступали «крестокрылам», ситх побери последних вместе с пилотами. И, если говорить честно, в своих перехватчиках Гилад Пеллаэон не испытывал особой уверенности.
      — Великолепные машины, вы не находите?
      Похоже, начальство в очередной раз обуяла страсть к светским беседам. С ним периодически случались подобные приступы, причем всегда в крайне неподходящее для этого время.
      — Хотя имеют некоторые недостатки, — продолжал Траун, не обращая внимания на то, что собеседник не отвечает, а зачастую просто не слушает, отдавая приказы. — Один из них мы сейчас наблюдаем. Истребитель с такой высокой скоростью пригоден скорее для нанесения точечных ударов с немедленным отступлением, чем для защиты конвоя. Тот, кто сделал из них охранников, лишь уничтожил преимущество «ашек» в скорости…
      И прекрасно. Будь на их месте пресловутые «крестокрылы», от перехватчиков только плоскости бы полетели.
      Траун усмехнулся, будто подслушав мысли капитана.
      — Полагаю, мы наблюдаем результат отставки адмирала Акбара с поста главнокомандующего. В противном случае у нас был бы шанс поупражняться в нетрадиционной лексике жителей Кореллии. Разумеется, если бы нам повезло.
      — Наверное…
      Действительно, ДИ-перехватчики справлялись с задачей. Конечно, они не могли обратить противника в бегство, но успешно сдерживали напор «ашек», да и крейсер не беспокоил «Химеру». В стороне от сражения конвой пытался сбиться в единую кучу, чем немало позабавил Пеллаэона. Руки бы пообрывать тому умельцу…
      — Жаль, что Акбар не прихватил с собой своих любимцев..
      — Капитан, это мы уже обсуждали, — голос начальства стал на несколько градусов холоднее. — Убрать с дороги Акбара не сложно, достаточно накидать побольше убедительных улик. А следом уйдут и его люди. Но более деликатная атака не только будет удерживать мон каламари, но расшатает саму политическую систему Альянса. По меньшей мере, ослабит их к тому времени, когда мы начнем операцию в горе Тантисс. В лучшем случае, Альянс развалится на части, — Траун опять улыбнулся. — Акбар сам по себе заменим, капитан. А вот тонкий политический баланс восстановить очень непросто.
      — Я все понимаю, — проворчал Пеллаэон, не отрываясь от командования. — Меня беспокоит ваша уверенность в этом вашем союзнике с Ботавуи.
      — О, в этом деле на ботанов вполне можно положиться, — вежливая улыбка на мгновение приобрела саркастический оттенок. — Я много часов провел, изучая их искусство, капитан. Я понимаю их. Не сомневайтесь, наш союзник великолепно исполнит свою партию. Настолько безупречно, как если бы мы с вами непосредственно дергали за ниточки нашей марионетки. Вам не кажется, что один из фрегатов конвоя выходит на атакующую позицию?
      Гранд адмирал протянул руку к клавиатуре.
      — Батареи правого борта, — опередил его Пеллаэон, давно наблюдавший sa фрегатом, — новая цель в секторе пять-три-один. Эскадрильи А2 и A3, ваша задача защищать наш фланг, пока цель не будет нейтрализована.
      Артиллеристы и пилоты подтвердили приказ; вскоре басовито заговорила одна из турболазерных батарей. Траун не без восхищения посмотрел на собеседника и убрал руку.
      — А что случится, если наш союзник победит? — улучив момент, Пеллаэон вернулся к прежней теме. — Я хотел сказать, если это случится до того, как разразится кризис. По вашему же анализу ботан, поднявшийся до вершин, на которые вскарабкался наш союзник, не может не иметь мозгов.
      — Изложено несколько экспансивно, но в целом верно — кивнул Гранд адмирал, — Он должен быть умен, но совершенно необязательно опасен. Конечно, он должен иметь волю к победе, но не нужно все переводить на военный язык, — Траун пожал плечами. — Его победа лишь усугубит бедственное политическое положение наших противников. Учитывая его возрастающее влияние в армии, политики будут сражаться с собственными тенями, пока не осознают ошибку и не попытаются сместить ботана.
      — Да, сэр.
      Пеллаэон украдкой вздохнул. Он всегда чувствовал себя неуютно, когда приходилось барахтаться в липкой паутине, сплетенной из тонких и непонятных политических ходов и решений. Оставалось надеяться на Гранд адмирала и его правоту. Ведь если выяснится, что разведка проделала столь блестящую операцию, а в результате они получат полный ноль, позора не оберешься.
      — Доверьтесь мне, капитан. Я могу утверждать, что политическое разбазаривание сил уже началось. Самые близкие друзья Акбара едва ли оставят Корускант в столь критический для мон каламари момент. Разве что отправятся на поиски доказательств его невиновности.
      — Это вы так информируете, что Соло и его жена летят в систему Паланхи?
      — Только Соло, если вам интересно мое мнение, капитан. Органа Соло и вуки, скорее всего, пытаются найти место, где они смогли бы спрятаться от ногри. Но Соло вскоре объявится на Паланхи, потому что его убедят, что след ведет именно в эту систему. Вот поэтому «Ибикус» сейчас направляется именно туда.
      — Ясно…
      Пеллаэон видел приказ о переводе «Ибикуса», но не рискнул спросить, с чего это Трауну взбрело в голову вывести с боевого дежурства лучший корабль их соединения.
      — Надеюсь, цель оправдает средства. Соло и Скайуокер не слишком расположены попадать в ловушки.
      Можно было гордиться собой: удар достиг цели. Цвет лица Гранд адмирала сменился с голубовато-сизого на темно-синий. Пеллаэон бросил быстрый взгляд на начальство, порадовался за себя и вновь уставился на монитор.
      — Не думаю, что Скайуокер собирается на Паланхи, — сухо ответствовал Траун. — Наш достопочтенный магистр, похоже, оправдал свое звание. Скайуокер решил нанести визит на Йомарк.
      — Вы уверены?
      На тактическом мониторе пока не происходило ничего нового, разве что фрегат потерял ход и спешно латал дыру в брюхе, так что можно было устроить себе небольшую передышку.
      — Разведка ничего не докладывала.
      — Разведка пока еще не в курсе. Я получил сообщение от собственного источника.
      — А! — только и смог произнести Пеллаэон.
      Таинственный источник Дельфа. Разведслужба «Химеры» тратила месяцы на то, что источник Дельфа добывал за минуту. Не меньше месяца ушло еще и на расследование, порученное разведчикам лично капитаном Пеллаэоном. В результате сыскари сообщили, что неуловимый источник поставляет информацию непосредственно из Императорского дворца, и развели руками, а Гранд адмирал Траун в минуту откровенности поведал, что на слова и сведения Дельфы можно полагаться всецело и без сомнений.
      Разведке оказалось не по зубам и выяснение личности Дельфы. Они не знали, кто это — человек, дроид, экзот или просто записывающая система, которая каким-то невероятным образом ухитрялась не попадаться под бдительное око контрразведки Альянса. Генерал Айрен Кракен со своими подчиненными разве что языком не вылизывал все закоулки Дворца, но раз за разом оставался ни с чем. Наверное, повстанцы кипели и брызгали ядовитой слюной от досады. Пеллаэон отлично понимал их состояние и порой даже сочувствовал.
      Траун лично активировал Дельфу и долгие гады находился в курсе событий во Дворце вне зависимости от того, кто там жил, Император или повстанцы.
      — Уверен, К'баот будет счастлив, — заметил Пеллаэон, уловив на себе пристальный взгляд Гранд адмирала. — Вы лично собираетесь порадовать его новостями или пусть это будет сюрприз?
      Он думал, что сумеет скрыть раздражение. Ошибался.
      — Все еще расстраиваетесь из-за Таанаба, капитан, — участие в голосе Трауна оказалось неожиданным.
      И вопросом его слова не были.
      — Так точно, сэр, — несколько натянуто признался Пеллаэон. — Я неоднократно просматривал записи и пришел к единственно возможному выводу. К'баот изменил план сражения, предложенный капитаном Абаном… настолько, что нарушил прямой приказ. Мне плевать, удовлетворен К'баот или нет, плевать, кто он такой, в гробу я его видал. Его действия расцениваются как бунт на борту военного корабля во время совершения боевых действий.
      — Воистину, — спокойно согласился Траун. — И как мне с ним поступить? Уволить со службы без сохранения пенсии или просто понизить в звании?
      Пеллаэон про себя досчитал до десяти.
      — Я говорил серьезно, адмирал, сэр.
      — И я говорю серьезно, капитан. Вам отлично известно, что поставлено на кон. Нам понадобится любое оружие, до которого мы сможем дотянуться, если, конечно, мы хотим разбить повстанцев. А способность К'баота координировать наши войска я расцениваю как оружие. И если мы не можем поддерживать должную дисциплину личного состава, значит, мы перепишем для К'баота устав.
      — А что произойдет, когда устав будет переписан настолько, что позволит нанести нам удар в спину? — поинтересовался Пеллаэон. — На Таанабе К'баот проигнорировал прямой приказ. В следующий раз его, возможно, не устроят уже два непосредственных приказа, почему бы нет? Добрый Гранд адмирал позволяет! Затем три приказа, четыре, пять, пока ему не придет в голову объявить себя новым императором, а нас посчитать за своих подчиненных. Кто его остановит?
      — Для начала, йсаламири, — Траун указал на расставленные по всему мостику насесты, с каждого из которых свисало пушистое чудо природы. — В противном случае, зачем они нам?
      — А на дальней дистанции?
      — А на дальней дистанции его остановлю я, — отрезал Траун, опять протянув руку к пульту. — Эскадрилья ВЗ, следите за левым флангом. Блистеры фрегата могут оказаться ловушкой.
      Пеллаэон сравнялся цветом со своим мундиром, в пылу полемики он совсем забыл о своих командирских обязанностях. Но вроде ничего непоправимого не произошло. Из динамиков донесся ответ, почти заглушенный помехами. Перехватчики перестроились. Секундой позже волдырь на борту фрегата лопнул, во все стороны полетели кумулятивные заряды. Одной паре ДИшек не повезло, остальные отделались легким испугом.
      Траун вновь обратил пылающий взгляд к собеседнику.
      — Я понимаю вашу озабоченность, капитан, — негромко произнес он. — Но вы не ухватываете… вы никак не можете уяснить, что человек настолько эмоционально нестабильный, как К'баот, не представляет для нас реальной угрозы. Да, он владеет значительной силой и в любой момент может причинить вред нашим людям и оборудованию. Но по своей природе он не способен пользоваться своей силой долго. Концентрация, фокус, длительные размышления, — вот что отличает воина от обычного драчуна. А этими качествами К'баот никогда не будет обладать.
      Оставалось лишь поблагодарить за лекцию. Пеллаэон остался при своем мнении, что ради грандиозного оружия не зачем подставлять под огонь собственных людей, но не видел ни малейшей возможности убедить в этом Гранд адмирала.
      — Да, сэр. Разумеется, — он помедлил. — А еще К'баот справляется, где же Органа Соло.
      У Трауна опять загорелись глаза. Пеллаэон сделал вид, что слишком занят происходящим за бортом.
      — Передайте магистру К'баоту, что я решил дать ногри еще один шанс отыскать и схватить ее бывшее высочество, — отчеканил Гранд адмирал. — Когда мы закончим здесь, я доставлю им это известие. Лично.
      Пеллаэон оглянулся на выход с мостика, где неподвижно и молча сидел на корточках телохранитель Рукх. При одном только взгляде на это кошмарное создание нормального человека бросало в дрожь. Гилад Пеллаэон причислял себя к нормальным людям.
      — Вы намереваетесь посетить Хоногр?
      Как-то раз капитану уже довелось присутствовать при массовом сборище ногри, и он не испытывал ни малейшего желания освежать впечатление. При воспоминании тесного, пропахшего благовониями помещения, набитого молчаливыми убийцами, от сумрачного цвета кожи которых становилось еще темнее, хотелось держаться от полумертвой планеты как можно дальше.
      — Я считаю, что дело зайдет гораздо дальше обычного визита вежливости. Проинструктируйте навигаторов, чтобы проложили курс от точки рандеву до системы Хоногр. По-моему, всему населению планеты требуется напоминание, кто кому и как служит.
      Траун отвернулся от иллюминатора и активировал комлинк.
      — Отзовите пилотов, — распорядился он, как обычно, не дав Пеллаэону и рта раскрыть. — Навигаторы, начинайте высчитывать курс к точке рандеву.
      Капитан хмуро смотрел в иллюминатор. Крейсер и фрегат, определенно, восстановлению не подлежат, но основной конвой почти не тронут.
      — Мы отпускаем их?
      — Нет причины их уничтожать, — отмахнулся Гранд адмирал. — Мы лишили их защиты, это вполне адекватный урок на сегодня.
      Пространство между ними заполнило голографическое изображение их сектора Галактики. Синие линии отмечали основные торговые маршруты Альянса; обведенные красным — те, по которым за последнее время были нанесены удары.
      — Дело не в панике, капитан. Как только станет известно о сегодняшнем инциденте, караваны с Сарки потребуют усиленную охрану. Еще несколько подобных атак, и повстанцы окажутся перед выбором. Либо им придется перевести в сопровождение большую часть флота, либо прекратить грузовые перевозки. И то и другое им не выгодно, — Траун улыбался, разглядывая трехмерную схему. — Экономика и психология, капитан. Чем больше гражданских будет рассказывать о флоте Империи, тем лучше. Время разбрасывать камни еще наступит, — он скосил глаза на дисплей, вновь сверился с иллюминатором, как будто ожидал расхождения событий. — И раз уж мы заговорили о флоте Империи, как идет охота на новые корабли?
      — Пять линейных крейсеров за последние десять часов, — отрапортовал Пеллаэон. — Все с различных баз. Все — не крупнее старых галеонов, но для начала уже неплохо.
      — Для начала нам нужно гораздо больше, капитан, — отрезал Траун, наблюдая, как возвращаются ДИ-перехватчики. — Что слышно о Тэлоне Каррде?
      — После сообщения с Риши — ничего, — Пеллаэон сверился с данными; действительно, ничего нового, Каррде словно растворился в пространстве. — Посланный за ним охотник был убит вскоре после того, как передал сообщение, что вышел на след.
      — Ищите, — приказал Траун. — Каррде слишком хорошо информирован обо всем, что происходит в Галактике. Если где-то без дела болтаются боевые корабли, то Каррде известно, где именно.
      Лично Пеллаэон считал маловероятным, чтобы контрабандист, пусть даже уровня Каррде, обладает большей информацией, чем разведка Империи. Но если быть честным, в возможность того, что Каррде станет прятать Скайуокера, он тоже не сразу поверил. И просчитался. Этот авантюрист не переставал удивлять капитана.
      — За ним открыта настоящая охота, — сказал Пеллаэон. — Рано или поздно он отыщется.
      — Желательно бы пораньше, — проворчал Траун, озирая мостик. — А тем временем все подразделения пусть продолжают сеять панику в рядах повстанцев.
      Его горящий взгляд остановился на капитане, который как раз размышлял, не является ли нечеловеческое происхождение Гранд адмирала причиной несколько высокопарной манеры изъясняться.
      — И не забывайте наблюдать за «Тысячелетним соколом» и «Госпожой удачей». После того как ногри уяснят задачу, я хочу, чтобы их добыча была готова.
      * * *
      К'баот неожиданно проснулся; наполненные мраком сны уступили внезапному осознанию, что кто-то приближается.
      Мгновение он лежал в темноте, длинная белая борода, разметавшаяся по груди, щекотала кожу. Магистр был не здесь. Путаясь в светящихся нитях Силы, он пытался увидеть дорогу, что вела от Высокого замка до прилепившихся к подножию вулкана деревням. Концентрироваться было сложно… очень сложно… но он мрачно проигнорировал изнуряющую боль. Вот… нет… вот. Одинокий всадник на топотуне. Скорее всего, посланник, везет новости от крестьян. Что-то у них там произошло, вот они и решили, что их новый магистр должен знать обо всех их пустяковых делах.
      Магистр. Слово разнеслось эхом, разметало и без того неуверенные мысли и ощущения. Имперцы, которые умоляли его помочь им в сражениях… они тоже называли его магистром. И жители Вейланда, чьими жизнями он управлял до того, как Гранд адмирал Траун и его посулы увели его оттуда.
      Жители Вейланда уважали его. Местные еще не пришли к однозначному решению. Имперцы не выказывали ни малейшего уважения.
      К'баот почувствовал, как его губа подергивается от неудовольствия. Да, в большинстве своем они даже не думали об уважении. Заставили его драться за них — вынудили неверием в то, что он практиковался долгие годы. А потом, когда ему удалось сделать невозможное, они спрятались за своих йсаламири и той непонятной пустотой, которую эти твари создавали в паутине Силы.
      Но он знал. Он ловил косые взгляды офицеров, слышал короткие замечания вполголоса, обмен мнениями. Чувствовал напряжение среди экипажа, которому пришлось подчиниться приказу свыше и не мешать его влиянию на их боевые навыки. Но ни один приказ не мог запретить им выражать свое неудовольствие. А еще он видел, как капитан Абан стоял на мостике «Воинственного» и выкрикивал проклятия, изливая бессильный гнев на голову К'баота, когда тот заставил его наказать корабль повстанцев, осмелившийся нанести удар по крейсеру. А ведь капитан Абан даже тогда называл его магистром.
      Тем временем посланник добрался до ворот Высокого замка. К'баот призвал к себе балахон — тот подплыл по воздуху, притянутый Силой, — и, кряхтя, выбрался из кровати. Закружилась голова. Да, нелегко тогда было… взять под контроль канониров на те несколько секунд, которые понадобились, чтобы аннигилировать корабль повстанцев. Пришлось выбиться из намеченного рисунка, а платой теперь эта изнуряющая головная боль.
      Старик затянул пояс. Да, ему пришлось нелегко. И в то же время он почувствовал себя удивительно хорошо. На Вейланде он лично командовал целым городом-государством, примостившимся у подножия горы. Но не было нужды прибегать к услугам Великой Силы… да, давненько он не упражнялся, давненько… Люди и псаданы подчинялись без возражений, даже минейрши со своими строгими правилами научились не задавать вопросов, а выполнять приказы.
      Надо бы преподать имперцам пару уроков. Пусть побегают и научатся уважать тех, кто старше, умнее и опытнее их. Гранд адмирал Траун издевался, утверждая, что он, К'баот, давно не встречался с достойным противником. Наверное, Гранд адмирал про себя считал, что один магистр не в состоянии управиться с военными действиями.
      Старик улыбнулся окружающей его темноте. Если этот красноглазый Гранд адмирал действительно думал так, то его ждет большой сюрприз. Потому что, когда Люк Скайуокер наконец доберется сюда, у К'баота появиться истинно достойная цель: подчинить своей воле другого джедая так, чтобы противник даже не догадался, что с ним происходит. А когда у него все получится, их станет двое… И кто может сказать, какие возможности откроются после этого?
      Посланник спешился и теперь стоял у ворот, держа топотуна в поводу. Старик чувствовал, как посланник готовится ждать хозяина, ждать столько времени, сколько потребуется хозяину. Вот и чудненько… очень правильное настроение. Оправив балахон в последний раз, К'баот направился сквозь лабиринт темных комнат к выходу, чтобы выслушать то, что его новые подданные хотели сообщить ему.

7

      С легким изяществом, которое трудно было ожидать от существа такого роста и размеров, Чубакка вывел «Сокол» в заданную орбитальную точку над ярко-зеленой луной Эндора.
      С урчанием, напоминающим урчание мотора пожилого гравицикла, он переключил силовые тяги и привел двигатели в режим холостого хода.
      Сидевшая на месте второго пилота Лейя вздрогнула и глубоко вздохнула, когда кто-то из близнецов, проявив истинно папочкин темперамент, пнул ее изнутри.
      — Кажется, Хабаракх слегка опаздывает, — прокомментировала она весьма очевидный факт.
      Фраза была произнесена только из желания что-нибудь сказать: принцесса не отрывалась от дисплея с момента перехода на досветовую скорость, и шанс прозевать корабль в абсолютно пустынном месте был весьма невелик.
      Но как только привычный рев двигателей сменился тихим гулом, тишина показалась ей такой неуютной.
      Чубакка издал вопрошающее рычание.
      — Подождем, пожалуй, — Лейя пожала плечами. — Ведь это мы здесь почти на день раньше. Добрались быстрее, чем я рассчитывала.
      Чуй, отвернувшись к пульту управления, непрерывно ворчал с интонациями, в которых отчетливо слышалось все, что он думает по поводу ногри, его ближайших родственников и конкретно его отсутствия.
      — Утихни! — буркнула Лейя. — Если бы он решил организовать нам ловушку, как ты думаешь, не поджидали бы нас здесь парочка «звездных разрушителей» и тральщик?
      — Ваше высочество! — голос Ц-ЗПО доносся из нижнего отсека. — Простите, что вмешиваюсь, но, кажется, я определил местоположение неисправности в постановщике помех. Вы не могли бы попросить Чубакку заглянуть сюда на минутку?
      Лейя в легком изумлении глянула на Чуй. С «Соколом» все было до безобразия привычно: кое-что накрылось еще раньше, по дороге с Корусканта. Погрязнув (от слова «грязь») по самые мохнатые уши в более важном ремонте, Чубакка переложил на Ц-ЗПО несколько менее срочную работу над постановщиком помех. Лейя не возражала, хотя и помнила результаты последней попытки Ц-ЗПО покопаться в «Соколе».
      — Еще несколько совместных полетов, и из него получится дроид-механик, — сказала она Чубакке. — Благодаря твоему чуткому руководству и благотворному влиянию…
      Вуки, все еще сердито фыркая, но теперь уже по поводу того, что его отрывают от обязанностей пилота и приходится опять куда-то лезть, направился посмотреть, что там Ц-ЗПО обнаружил. Прошуршали, открываясь и закрываясь, двери, и в пилотской кабине стало еще тише.
      — А знаете, что там внизу за планета, лапочки? — проворковала Лейя, осторожно поглаживая живот. — Это Эндор. Здесь Альянс окончательно победил Империю и положил начало Новой Республики.
      Аведь когда-нибудь, поправила она себя, так и будут рассказывать. Поражение Империи на Эндоре со всеми последствиями было необходимо как удаление опухоли. Операция, которая длилась пять лет. Долго. А могла длиться еще двадцать, случись все иначе.
      Она разглядывала щедро раскрашенную зеленым планету, медленно поворачивающуюся внизу, и вновь размышляла, правильно ли выбрала именно это место для встречи с Хабаракхом. Правда, эта система находилась практически в двух секторах, контролируемых как Республикой, так и имперцами, и (по причине более чем широкой известности) разве что совсем ленивый не отыскал бы ее. Но все же она давно перестала быть центром важнейших событий, и места тут вполне достаточно для встречи двух кораблей.
      Где-то из глубин корабля раздался вопрошающий рев Чубакки.
      — Подожди, сейчас посмотрю, — отозвалась Лейя и защелкала кнопками на пульте. — Ага, режим «готовность/настройка», — сказала она. — Подождите минуту, теперь сообщение «система готова». Вы хотите, чтобы и я?..
      И внезапно, без всякого предупреждения, все вокруг померкло, будто черный занавес опустился на глаза…
      До ее сознания медленно доходило, что к ней обращается раздражающе дребезжащий голос.
      — Ваше высочество, — назойливо повторял он снова и снова. — Ваше высочество, вы меня слышите? Пожалуйста, ваше высочество, вы меня слышите?
      Она с трудом открыла глаза, слегка удивившись, что они были закрыты и что Чубакка склонился над ней с открытой аптечкой в огромной ручище, а взволнованный Ц-ЗПО вертится вокруг него и дребезжащим голосом квохчет, как нервная наседка.
      — Я в порядке, — сказала Лейя. — Что-то не так?
      — Вы звали на помощь, — встрял Ц-ЗПО прежде, чем Чубакка открыл пасть. — По крайней мере, мы подумали, что на помощь, — уточнил он. — Речи ваши были коротки и невнятны.
      — Не сомневаюсь, — пробормотала Лейя.
      Пережитое пробивалось в сознание, едва мерцая, как лунный свет сквозь тучи. Ее захлестывали волны угрожающей опасности, чьей-то ярости, ненависти, безысходного отчаяния.
      — Ты ведь ничего такого не почувствовал? — спросила она Чуй.
      Тот пророкотал что-то отрицающее и принялся осматривать принцессу с усиленным вниманием.
      — И я ничего такого не чувствую, — вставил Ц-ЗПО.
      Лейя терялась в догадках.
      — Я не знаю, что бы это могло быть. Я спокойно сидела здесь, а потом…
      Она запнулась на полуслове — внезапно ужасная мысль поразила ее.
      — Чуй, на какой мы орбите? Мы проходили через точку, где взорвалась Звезда Смерти?
      Чубакка вытаращился на нее, что-то утробно рыча. Затем, отодвинув аптечку, потянулся и нажал кнопку на пульте. Ответ был получен почти немедленно.
      — Пять минут назад, — пробормотала Лейя, чувствуя, как мороз бежит по коже. — Или вроде того… Так?
      Чубакка подтвердил и теперь бурчал в некотором недоумении.
      — Я на самом деле ничего не знаю, — попыталась объяснить она, — но это немного напоминает рассказ Люка о том, что случалось с ним во время обучения джедайским премудростям. — Лейя замялась, вовремя вспомнив, что брат хотел пока сохранить в тайне некоторые подробности его пребывания на Дагоба. — Ну, в общем, у него бывали видения. Я ощутила… ну, не знаю… злость, и горечь, и одновременно чуть ли не грусть, сожаление об этом. Впрочем, нет, это не то слово, — она тряхнула головой, и неожиданно слезы хлынули из ее глаз. — Ой, я не знаю. Видите, я права. Вы лучше идите, займитесь тем, что делали.
      Чубакка разразился длительным пыхтением, в интонациях которого явно читалось его отношение к Звезде Смерти, орбите, видениям и длительным путешествиям беременных самок в неблагоприятное для них время, затем угрюмо смолк, захлопнул аптечку и задвинул ее за спину Ц-ЗПО. Громыхнул дверью, не слишком утруждая себя деликатностью манер, и исчез в недрах корабля.
      — Ты тоже, — обратилась Лейя к Ц-ЗПО, — возвращайся к работе, у тебя есть чем там заняться. Я в порядке. Правда.
      — Конечно, ваше высочество, — поспешно согласился дроид, расстроенный так же, как Чуй, — если вы так настаиваете…
      — Да. Иди, выкатывайся.
      Ц-ЗПО чуть помедлил, потом послушно поплелся из кабины. Воцарилась тишина. Тишина, еще плотнее, чем та, что была раньше. И гораздо мрачнее.
      Лейя на мгновение крепко сжала зубы.
      — Я не испугаюсь, — процедила она затем вслух в тишину. — Ни здесь, ни где-либо еще.
      Тишина не ответила. Минуту спустя Лейя дотянулась до пульта и изменила курс, чтобы на следующем витке опять не оказаться в той точке, где погиб Император. Смелость и постоянный поиск неприятностей на свои дюзы — это разные вещи. А сейчас остается лишь ждать и гадать, прибудет ли Хабаракх.
      * * *
      Купол, накрывающий Илик, возносился над джунглями, прорывая густое переплетение ветвей, и, по мнению Хэна, больше всего на свете напоминал башку серебристого дроида, почти по самую макушку утонувшего в море зеленых зыбучих песков.
      — Есть ли соображения, как нам приземлиться на эту штуку? — поинтересовался он.
      — Может, через во-он те дыры на вершине? — Ландо для наглядности потыкал пальцем означенные отверстия на дисплее. — Если приборы не врут, они достаточно большие, чтобы туда пролезло что угодно, вплоть до космической баржи класса ВВ.
      Хэн кивнул, не переставая барабанить костяшками пальцев по подлокотникам кресла второго пилота. Во Вселенной существует не так много вещей, которые могут заставить нервничать Хэна Соло, и необходимость смирно сидеть в кресле второго пилота, в то время как кто-то другой совершает хитроумную посадку, — одна из них.
      — Это еще более дурацкое место, чем твой бродячий город, — проворчал он.
      — Не спорю, — легко согласился Ландо, выровняв корабль на пару секунд позже, чем это сделал бы Хэн. — По крайней мере, на Нкллоне нам не приходилось беспокоиться, как бы не оказаться на обед у каких-то экзотических растений в качестве дежурного блюда. Кстати, вот тебе наглядный пример народного хозяйства. При последней переписи в этой части Нового Кова было восемь городов и еще два строились.
      Хэн презрительно сморщился. Все из-за этих самых растений. Или, точнее, из-за какой-то биомолекулярной массы, которую из них добывали. Местные жители, похоже, придерживались твердых убеждений, что прибыль от добычи стоит того, чтобы обитать в бронированных городах. Каких убеждений придерживались растения, не знал никто.
      — Все равно — дурацкое место, — продолжал бухтеть Хэн. — И жители подстать, чокнутые. Осторожнее — в этих входных каналах могут быть магнитные шлюзы!
      Ландо терпеливо вздохнул.
      — Ты успокоишься наконец? Я не первый раз за пультом, и ты это прекрасно знаешь.
      — Угу, — побормотал Хэн. — Щас расслаблюсь, — Соло стиснул зубы и приготовился молча терпеть до посадки.
      Все оказалось не так плохо, как он боялся. Ландо получил разрешение от диспетчерской и достаточно умело направил «Госпожу удачу» в мерцающее нутро одного из входных каналов, провел ее вниз по изгибающемуся трубопроводу, и они очутились на ярко освещенной посадочной площадке под транспаристиловым куполом, венчающим город. Таможенный досмотр оказался чистой формальностью, хотя, учитывая, как зависела планета от экспорта, было ясно, что при отбытии они так легко не отделаются. Служащий с профессионально наклеенной улыбкой, в чьи обязанности входило встречать гостей города, официально приветствовал их, вручил деку с картами города, окрестностей и достопримечательностей, и они оказались предоставлены сами себе.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30