Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Книга I "От Одоакра до Карла Великого"

ModernLib.Net / История / Йегер Оскар / Книга I "От Одоакра до Карла Великого" - Чтение (стр. 44)
Автор: Йегер Оскар
Жанр: История

 

 


Характеристика Василия III

      Карамзин недаром говорил, что «основатели великих монархий не отличаются нежностью сердца». Этот его отзыв, возможно, еще в большей степени следует применить к Василию III, нежели к Ивану III. Он унаследовал в правлении твердость отца, а в отношениях к придворным и боярам гордость и недоступность матери. Еще более, нежели отец, он окружил себя роскошью, богатством и великолепием. При торжественных случаях он являлся в блестящей царственной одежде, в золотой шапке, осыпанной драгоценными камнями, окруженный богато одетой свитой бояр и почетной стражей, стоявшей у трона. Послы императора Карла V, случайно встретившиеся под Можайском с великим князем Московским, выехавшим на охоту, были поражены блеском и великолепием его свиты. Но еще более своего отца Василий удалялся от вельмож и советников и доверял лишь немногим любимцам. Со стороны бояр и приближенных лиц он не допускал ни малейшего прекословия и за всякое ослушание наказывал их опалой, ссылкой и даже смертной казнью. Не менее сурово относился он и к подвластным ему потомкам удельных князей: в случае каких-либо подозрений он вызывал их в Москву на суд и подвергал заточению. Барон Зигмунд Герберштейн, близко присмотревшийся к Василию и его двору, хорошо ознакомившийся с Московской Русью во время двух своих путешествий, имел право сказать, то он «не знает в Европе государя более могущественного, нежели великий князь Московский».
 
 
      Русские всадники в куяках (стеганых войлочных доспехах).
      С гравюры из книги 3. Герберштейна.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Страны Центральной Европы в позднее средневековье. — Городские кантоны Швейцарии. — Германия при Фридрихе III. — Герцогство Бургундское. — Император Максимилиан I

Германия. Фридрих III

      Те 50 лет, в течение которых Фридрих III был германским королем, можно было бы назвать грустным периодом в истории Германии, если бы вообще, и особенно при таком политическом организме, каким было тогда немецкое или «римское» государство, жизнь большой нации определялась деяниями ее правителя. Следя за действиями этого правителя, все царствование которого было цепью неудач, но тем не менее закончилось большими выгодами, по крайней мере, для его рода, не следует упускать из вида, что его правление было только внешней рамкой для жизни немецкой нации во второй половине XV в. Самой выдающейся чертой Фридриха III был несомненнейший эгоизм.
 
 
      Медаль Фридриха III, изображающая его в старости. Работа Антонио Аббондио. Нюрнберг.
      Германский музей.
      Надпись: IMP(erator) CAES(ar) FR1DERICVS IIII AVG (ustus).
      Один кардинал в письме к другому так характеризует его: «Человек нерешительный, скрытный, не имеющий понятия о чем-либо общем и сводящий все к своей единоличной выгоде». И этот его эгоизм, к которому присоединялись известный ум или хитрость, умение рассчитывать обстоятельства, придавало ему значение. В частности, он всегда знал, чего хочет, и поэтому его нельзя назвать ничтожным, как и его портрет в нашем столетии: Франца II. Подобно последнему он тоже был святошей, чуждался бессмысленно, с внутренним отвращением, всякого религиозного нововведения, идя по избитой церковной колее. Но у него при этом был свой расчет, и он заставлял себе платить за угодную папе церковную политику, снова подчинившей государство игу церкви: он выговорил большие церковные льготы для своих наследственных владений. Он вернулся из Рима (1468 г.) с полным карманом, с несколькими сотнями доходных духовных мест, раздачу которых папа предоставил его произволу: то, что проклиналось прежде в качестве симонии, теперь практиковалось без зазрения совести и составной частью входило в область высшей политики. Фридрих был умерен, как Франц II, лишен всяких сильных страстей, скуп, мелочен. Франц был любителем музыки, Фридрих занимался садоводством, астрологией и некромантией, что снисходительно выдается за его стремление к знанию, между тем как это было скорее уклонением от серьезных умственных работ и настоящей деятельности.

Арманьяки. 1444 г.

      Первое его столкновение произошло со Швейцарией, от которой он требовал возвращения всего отнятого у его дома, прежде чем согласиться на подтверждение ее льгот. Не получая удовлетворения, он выпросил у французского короля отряд наемников, которые звались «арманьяками» по имени вождя и организатора этого войска графа д'Арманьяка. Народ переиначил это название в насмешливое: «arme Gecken» («бедные франты»), хотя такая кличка более подходила несчастным жителям тех местностей, через которые проходили эти шайки.
 
 
      Осада арманьяками, швейцарского города. Миниатюра из лицевой рукописной хроники Фруассара второй половины XV в.
      Пешие наемники, переправившиеся через реку, у стен города вступают в бой со швейцарским городским ополчением. Атаку пехоты с противоположной стороны реки прикрывают лучники и арбалетчики. Часть воинов чинит поврежденный мост, чтобы через него смог переправиться отряд кавалерии.
      Фридрих с ужасом увидел, что вместо просимых им 6 тысяч явилось 24 тысячи человек под начальством дофина. Французский король открыто дал понять при этом, что все земли до Рейна принадлежат Франции. Все ужасы великих войн XIV в. повторились, и в еще худшей степени (1444 г.). Швейцарцы числом в несколько тысяч, по другим сведениям лишь 800 человек, сразились с главным неприятельским отрядом у Санкт-Якоба близ Базеля. Они бились в течение целого длинного летнего дня против врага, в 30 раз сильнейшего, и пали все, но положили столько французов, что произвели большое впечатление на их вождя, дофина, и он отступил со своим войском, чтобы вторгнуться в Эльзас. Французы покинули немецкую землю лишь в 1445 г., когда им стало уже опасно оставаться среди населения, доведенного до отчаяния. При заключении императором мира с Союзом в 1446 г. швейцарцы ничего не потеряли: город Цюрих, обратившийся за помощью к Австрии, должен был снова отойти к Союзу.

Вторая война городов 1449 г.

      Таким образом, победа осталась за демократией, за бюргерством. Дворянство и правители выместили тогда свой гнев за это повторное унижение на северогерманских городах, раздражавших их своим возраставшим богатством и соответственным тому могуществом. Ввиду многих нерешенных споров с соседними князьями 31 швабский и франконский город возобновили старые союзы. То же сделали и князья 22 больших и множество мелких владетелей присоединилась к войне объявленной городу Нюрнбергу в 1449 г. маркграфом Альбрехтом Бранденбургским, которого они называли немецким Ахиллесом. Это было сигналом ко второй «войне городов». Непосредственным поводом к ней послужил ничтожный спор между городом и маркграфом, который легко уладился бы пригоршней золота, если бы взаимное раздражение сторон не достигло такой степени. Хотя заседавший в Ульме военный совет имел цель высшего руководства военными действиями, они велись, как и при прежних войнах без общего плана, отдельными губительными стычками. Маркграф Альбрехт потерпел поражение от нюрнбергцев при Пилленройте в 1450 г.
 
 
      Альбрехт Ахиллес, курфюрст Бранденбургский. С алтарной иконы церкви в Ансбахе.
      За ним камергер держит шапку, а маршал — меч, курфюршеские регалии. Позади курфюрста на щите — его герб (бранденбургский орел).
      При Эсслингене Ульрих V Вюртембергский одержал победу над союзными городами. Соглашение, или мир, заключенный в Бамберге вследствие истощения денежных средств обеими сторонами (1450 г.), не изменил положения. Остались в силе и корысть князей, желавших обратить имперские города в земельные, и зависть полного ненависти дворянства, у которого было более охоты к наездничеству и драке, нежели к работе. Сохранили и города ту свою тупость, которая заставляла их относиться ко всем важным вопросам, к опасности, грозившей от турок или французов, лишь с точки зрения ограниченного партикуляризма и со скаредностью торгашей. Патриотизм их становился более возвышенным лишь при посягательствах на собственный город, как было, например, с городом Зостом, в войне (1444–1449), которую этот старый город, плохо поддерживаемый другими соседними городами, мужественно вел против своего сеньора, архиепископа Дитриха II Кёльнского и его духовных и мирских союзников.
 
 
      Крепостная стена г. Цонс (нижний Рейн) в XV в.
      Добившись имперского приговора против города, духовный сановник был настолько ослеплен гневом, что пригласил к себе наемников, еретиков-гуситов, и осадил город с 60-тысячным войском. Но горожане отбили штурм (июль 1447 г.), причем отвагу мужчин поддерживали и женщины: они подносили на стены и крыши домов кипяток, который выливали на головы осаждающим. Архиепископ покинул разоренную местность и в 1449 г. заключил мир с городом.

Германия в 1453–1471 гг.

      В ближайших годах выступил на первый план восточный вопрос. Страшная весть о падении Константинополя взволновала даже императора Фридриха. Он и его советники подумывали о крестовом походе, о союзе с Венгрией и Чехией; Австрия была поделена между Фридрихом и его братом Альбрехтом; город Вена с крепостью принадлежал им совместно. Дурное управление Фридриха, выразившееся, между прочим, и в крайней порче монеты (народ прозвал ее «живодерками»), вызвало мятеж, в котором приняли участие эрцгерцог Альбрехт (исторический 1453 г. ознаменовался введением нового титула для Австрийского дома), Людвиг Баварский и венгерский и чешский короли. Война кончилась тем, что император попал в плен к своим верным венцам и их отчаянному демагогу Вольфгангу Хольцеру в 1462 г. Положение его улучшилось из-за смерти герцога Альбрехта; существовало даже подозрение, что тот был отравлен, но, как бы то ни было, Фридрих стал полновластным господином всей Австрии. Во время всех этих смут дела в государстве шли как попало. Самыми замечательными между немецкими князьями были маркграф Альбрехт Ансбахский и пфальцграф Фридрих Победоносный. Первый из них, верный гогенцоллернской политике, ратовал за интересы императора и свои собственные; второй стоял во главе партии, враждебной императору. Завидуя положению маркграфа во Франконии, он соединился с Людвигом Богатым, герцогом Баварским и Ландсхутским, который захватил имперский город Донауверт (1458 г.). Обе партии вербовали союзников. Война началась, и в июле 1460 г. пфальцграф одержал победу над одним из бранденбургских союзников, архиепископом Майнцским, при Пфеддерсхайме. Он нашел поддержку против императора у чешского короля Иржи Подебрада, который сам тогда питал честолюбивую надежду на венец римского императора. Но надежда не сбылась, война продолжалась, императору удалось склонить многие швабские и франконские города на свою сторону против Виттельсбаха. Положение пфальцграфа улучшилось после первого удачного для него дела: трое из его главных противников — граф Ульрих Вюртембергский, маркграф Баденский и епископ Мецский, — попались ему в руки вместе со многими другими, менее знатными лицами (1462 г.). За этим последовала победа Людвига при Гингене. Война длилась 6 лет, усложняясь посторонними спорами, пока, наконец, не наступило примирение в Праге в 1463 г. В это время снова шли оживленные толки о крестовом походе против турок, но безумный фанатизм или высокомерие пап Пия II и Павла II, которые именно теперь напали на утраквистского чешского короля и на компактаты, не дали словам перейти в дело. Папы и папские прислужники вроде Фридриха III соглашались лучше предоставить свою паству и своих подданных на жертву языческой ярости варваров-неприятелей, нежели сойтись с теми, кого они сами обзывали еретиками. В 1470 г. османы впервые опустошили земли, принадлежащие империи, а Фридрих III в союзе с венгерским королем Матиашем воевал против чешского короля.

Торуньский мир. 1466 г.

      «Ради турок» в Регенсбурге был созван рейхстаг: «Имперско-христианский съезд в Регенсбурге ради турок» (1471 г.). Но дело серьезно не обсуждалось: турки были еще не близко, а выделение денег, порученное такому человеку, как Фридрих, никому не внушало доверия. Положение Германии на востоке заметно ухудшалось; даже самое славное достояние немецкой национальности, вызванное крестовыми походами, государство Тевтонского ордена в Пруссии, совершенно подпало при Фридрихе польской зависимости. Под давлением бедствий, обрушившихся на Орден после его поражения под Танненбергом в начале столетия (1410 г.), он совершенно выродился; его нравственная сила угасла. Земельно-сословное устройство, введенное Генрихом фон Плауэном, принесло новые беды в разлагавшееся государство. Различные поводы к оппозиции против произвола умножались, и недовольные города и сельское дворянство соединились в Прусский союз, главной опорой которого благодаря связям и средствам был Данциг. Это собрало недовольных под одним знаменем. Более благоразумные из правителей, как, например, Конрад фон Эрлихсхаузен (1441–1449), могли лишь на время задерживать возраставшее расстройство, и когда император, разбирая дошедшие до него жалобы на управление Ордена, после долгой проволочки решил дело в его пользу, предписывая распустить союз (1453 г.), недовольные передались под покровительство Польши.
 
 
      Герб Польши в XV в.
      С фрески в Краковском соборе.
      После 13-летней борьбы истощенный Орден был вынужден согласиться на Торуньский мир (1466 г.), по которому Западная Пруссия с Мариенбургом, Торунем, Кульмом, Данцигом и Эльбингом отходила к Польше, а Восточная Пруссия оставалась за Орденом лишь в качестве польского лена. Страна оказывалась поэтому территориально отрезанной от империи; было еще счастьем, что Новая марка была заложена Бранденбургу и сумма, лежавшая на ней, была повышена на 100 тысяч гульденов в 1455 г.

Счастье Габсбургов

      Император Фридрих относился ко всему этому безучастно, и если судить о деле по результатам, то такая политика невмешательства была верхом мудрости, потому что заключительным событием его царствования было все же достижение домом Габсбургов такого могущества, которое отозвалось во всей Европе и, примененное последовательно и искусно, могло обратить римскую корону в ее соединении с именем Габсбургов в нечто непризрачное. К этому Габсбургскому дому, о котором сложилось убеждение, что он брал более счастьем, нежели умом, прибавился еще один элемент — новое Бургундское государство, которое блеснуло, подобно метеору, между Францией и Германией.

Герцогство Бургундское. Карл Смелый

      Издавна славное имя Бургундии засияло новым блеском после смерти последнего герцога из старобургундской линии (1361 г.), который владел герцогством Бургундией, т. е. землями к западу от Соны, на правах наследства и приобрел графство Бургундию, или земли к востоку от Соны, благодаря браку. Это графство вместе с владениями во Фландрии получила его вдова Маргарита; герцогство досталось французской короне. После того как король Иоанн вопреки существовавшему дотоле обычаю французского королевского дома отдал герцогство как лен своему младшему сыну Филиппу, как это было уже сказано выше, тот женился на Маргарите, вследствие чего обе Бургундии, соединясь, образовали государство, возвысившееся при преемниках Филиппа, Иоанне Бесстрашном (1404–1419) и Филиппе Добром (1419–1467), благодаря бракам, куплям, наследствам и политике, до степени весьма значительного второстепенного государства.
 
 
      Иоанн Бесстрашный, герцог Бургундский (1404–1419).
      С картины XV в. Париж. Национальная библиотека.
 
 
      Ангел с гербом Бургундии. С фронтисписа лицевой рукописи «Miracles de Notre-Dame», написанной Жаном Миело по заказу Филиппа Доброго.
      Оксфорд. Библиотека Бодли.
      Сын Филиппа Доброго Карл Смелый, которому отец оставил, ко всему прочему, и богатую казну, казался предназначенным завершить великие судьбы этого дома.
 
 
      Карл Смелый, герцог Бургундский (1467–1477).
      С картины Рогира ван дер Вейдена в Брюссельском музее.
      Его владения в двух больших половинах, разделенных Францией и герцогством Лотарингией, состояли из бургундских земель, герцогства Люксембургского и важнейшей части нынешней Бельгии и Голландии. Подобное могущество должно было побуждать такого гордого государя, каким был Карл Смелый, к дальнейшим завоеваниям. Важным для него было приобретенное в Южной Германии: эрцгерцог Зигмунд, владевший австрийским Тиролем, нуждаясь в деньгах и теснимый швейцарцами, купил себе помощь Карла, заложив ему земли в Передней Австрии (1469 г.). У Карла не было сыновей, единственной его наследницей была дочь Мария. Император Фридрих не мог найти более подходящей невесты для своего сына Максимилиана.
 
 
      Максимилиан I и Мария Бургундская.
      Гравюра Ганса Бургкмайра Старшего под названием: «Король и королева обучают друг друга своим родным языкам».
      Молодые люди тоже понравились друг другу, когда состоялась желанная их встреча в сентябре 1473 г. во время поездки Фридриха в Трир. Однако свадьба состоялась не так скоро: между высокомерным бургундцем, требовавшим для себя королевского сана, и скрытным, флегматичным императором произошел разрыв. Герцог воспользовался ссорой архиепископа Кёльнского со своим капитулом и частью чинов для такого вмешательства, которое обещало дать ему возможность увеличить владения. Он вторгся в архиепископство и подступил к Нейсу с огромной армией в 60 тысяч человек.
 
 
      Осада Нейса войсками Карла Смелого.
      Миниатюра из лицевой рукописной хроники Фруассара второй половины XV в.
      Но на этот раз он встретил сильный отпор. Князья и император заключили союз с Людовиком XI, французским королем, которого страшило могущество Бургундии. По договору со швейцарцами было условлено, что они нападут на бургундские земли (Верхнюю Бургундию). Города отозвались на снаряжение имперского войска необыкновенно горячо, вождем был назначен маркграф Альбрехт Ахиллес. Нейс защищался очень храбро, у Кёльна собралось огромное войско, и герцог очутился в положении, заставившем его возобновить переговоры с императором. Как Фридрих, так и французский король без сожаления пожертвовали при этом интересами Швейцарии (1475 г.). Карл, планы которого простирались до Италии, обратил всю свою месть на Союз и на Лотарингию вскоре после своего бесславного отступления от Нейса. Но ему пришлось вынести тяжелое унижение, когда в марте 1476 г. презираемые им мужики, обыватели богатых городов Союза и храбрые сельчане, нанесли ему поражение у Грансома, на юго-западном конце Невшательского озера, и когда в июне того же года он был вторично разбит теми же швейцарцами и их союзниками, герцогом Рене Лотарингским и войсками Зигмунда Габсбурга, у Муртена. Гордый Карл едва не лишился рассудка из-за такого позора. Герцог Лотарингский получил обратно свою область. Карл, отвергший посредничество папы и императора, выступил в поход против Рене и стал угрожать его столице Нанси. Близ этого города произошло третье, губительное для Карла сражение: 5 января 1477 г. его лагерь был взят штурмом, войско обращено в бегство. При этом Карл, перебираясь через пруд, провалился сквозь лед и утонул, окончив таким образом жизнь подобно искателю приключений. Его дочь могла теперь выйти замуж за Максимилиана, рыцарский образ которого и юношеская свежесть пленили ее. В августе месяце того же 1477 г. в Генте был заключен этот брак, богатый последствиями.

Брак с бургундской принцессой. 1477 г. Максимилиан

      Все это не избавило императора от осаждавших его невзгод. Венгерский король Матиаш, раздраженный вероломством Фридриха, который обещал ему Чехию, а теперь, после смерти Иржи Подебрада, поддерживал польского кандидата, вторгся в австрийские земли. Французы осаждали нидерландские города, а в то время как империя объявила им войну, турки опустошали Штирию, Крайну и Каринтию (1477 г.). Государство, особенно города, поддерживало императора очень вяло. Супруга Максимилиана скончалась, едва достигнув 25-летнего возраста (1482 г.). Она оставила ему двух детей: сына Филиппа и дочь Маргариту. В 1485 г. дела императора против Матиаша приняли такой печальный оборот, что он оставил Вену и свои собственные земли и переезжал с места на место, ища себе помощи. Положение дел, хотя и не прямо его личных, улучшилось, когда курфюрсты на рейхстаге во Франкфурте (1486 г.) избрали его сына Максимилиана, внушавшего им доверие, его помощником и единственным наследником, римским королем. Фридрих тогда серьезно приступил к водворению общего и прочного земского мира — обращению Германии в государственное целое. Во главе этого преобразовательного движения стоял патриот из духовных сановников, Бертольд фон Хеннеберг, архиепископ Майнцский. Прежде всего отдельный рыцарско-княжеский союз ради водворения земского мира, существовавший под названием «Братство щита святого Георгия», получил более прочную организацию через привлечение к нему 22 городов и некоторых могущественных князей: графа Вюртембергского, эрцгерцога Зигмунда Австрийского, и превратился в благоустроенную федерацию под именем «Швабского союза». Среди немецких правителей пробуждалось нечто вроде национального чувства, и рейхстаги не отрицали необходимости снабжать императора или римского короля войсками и деньгами для борьбы с Венгрией или Францией. Позорный поступок французского короля Карла VIII, отославшего обратно обрученную с ним дочь Максимилиана Маргариту, потому что он нашел более выгодным брак с наследницей Бретани (на которой, правда, в противном случае мог жениться сам Максимилиан ко вреду Франции), оскорблявший честь римского короля, немецкими князьями был сочтен за обиду. Максимилиану удалось утвердить свое положение в Нидерландах и возвратить себе восточные земли Габсбургов. С помощью войск Швабского союза, который помогал ему как одному из своих членов, Максимилиан вступил в Вену и изгнал венгров из Австрии. Он примирился со своим оскорбителем, французским королем. По крайней мере, графства, данные в приданое за Маргаритой, были ему возвращены миром, заключенным в Санлисе (1493 г.). Но герцогство Бургундия осталось за Францией. Максимилиан взял себе второй супругой не особенно знатную особу, Бьянку-Марию, дочь умершего герцога Миланского Галеаццо-Марии Сфорца, внучку удачливого кондотьера Франческо Сфорца, который вышел из крестьянского сословия.

Личность Максимилиана I

      В том же 1493 г. на 53-м году своего царствования и на 78-м году жизни скончался Фридрих III.
 
 
      Фридрих III. Статуя на его гробнице в церкви святого Стефана в Вене. Работа Лерха (1513 г.).
      Буквы AEIOV на ленте — его девиз: «Alles Erdreich ist Oesterreich unterthan» — «Весь мир подвластен Австрии».
      Умер он в Линце. При своем крепком здоровье он дважды перенес тяжелую операцию (ампутацию ноги), но не вынес дизентерии, которой занемог, съев разом 8 дынь. Его сын Максимилиан I (1493–1519) правил страной 34 года, считая и те 8 лет, когда был посвящен в дела при жизни отца.
 
 
      Максимилиан I.
      Гравюра Альбрехта Дюрера.
      Детище нового времени, восприимчивый, он с пользой усвоил многие семена современной культуры, бегло говорил по-латыни, по-французски и по-итальянски, занимался разными науками, особенно богословием и медициной, а в артиллерийском искусстве был даже знатоком и изобретателем. Он был хорошо развит и физически: отличался на состязаниях в беге и стрельбе из лука, на охоте и на войне; его привлекала и литературная слава, весьма ценившаяся после того великого переворота, который произвело искусство книгопечатания. Он продиктовал своему секретарю оригинальные записки на латинском языке, позднее обработанные на немецком, под заглавием «Белый король», а скучнейшая рыцарская поэма «Der Teuerdank» считалась если не сочиненной им, то написанной по его распоряжению или внушению. Беспокойный, всегда занятый какими-нибудь планами, он спешил от предприятия к предприятию. Произведя в своем государстве важные реформы, он вдруг решил на старости лет добиться папства и на несколько дней углубился в богословие. Но вообще он был дельным правителем, в котором отразилась тревожная подвижность реформаторской эпохи.

Государственный строй

      Мысль Максимилиана о применении силы в Италии и против турок не могла быстро осуществиться из-за того, что его связывало положение дел в Империи и его наследственных областях.
 
 
      Доспех для конных турниров («штехцойг») Максимилиана I.
      В то время как французский король Карл VIII предпринял счастливый поход в Италию и заявлял себя властелином во Флоренции, Риме, Неаполе, Максимилиан, примкнувший к союзу Арагона, папы, Милана и Венеции против Франции, тщетно обращался к государственным чинам на рейхстаге в Борисе (1495 г.), требуя помощи для действий против французов и турок. Как и на прежних рейхстагах, ему отвечали требованиями внутренних реформ. Особенно строптивы были города, не хотевшие ничего знать, пока во всем не были бы водворены спокойствие, правосудие и порядок. И действительно, путем целого ряда рейхстагов — в Вормсе (1495 г.), Линдау, Фрейбурге (1496–1497), Аугсбурге (1500 г.), Кёльне (1505 и 1512 гг.), совершилось великое дело государственного устроения Германии.
 
 
      Город в Германии в XV в.
      Рисунок пером. 1491 г. Эрланген, городская библиотека.
      Еще на первом съезде в Борисе было уничтожено право частных войн (Fehderecht) и провозглашен «вечный» земский мир (Landfriede), следовательно, был признан принцип государственного порядка в смысле, придаваемом ему понятиями того времени, согласно чему была учреждена высшая судебная инстанция: палатный суд. На жалованье судьям был установлен всеобщий налог — «общий пфенниг». Увенчание всех этих учреждений, формально организованное имперское управление не было сформировано, потому что Максимилиан ставил это вопросом доверия: он полагал, что на его управление никто не мог пожаловаться. Таковы были принятые решения, затрагивавшие существо государства, по выражению того времени; но Вормсский рейхстаг знаменателен не только этим. Император дал Миланское герцогство в пожизненный лен Лодовико Сфорца (после его смерти оно возвращалось империи) и возвысил все соединенные графом Эберхардом V швабские владения в одно Вюртембергское герцогство. Это было отличие, заслуженное таким замечательным владетелем, основателем Тюбингенского университета; но затаенной мыслью при этом была, конечно, надежда на то, что с вымиранием мужского колена это герцогство могло быть передано австрийскому принцу, как и Миланское. Счастье улыбалось Габсбургам более чем когда-либо: в 1496 г. после смерти Зигмунда Тирольского все австрийские владения соединились в руках Максимилиана. В 1497 г. супруга Филиппа, сына Максимилиана, Хуана осталась после смерти своего брата единственной наследницей владений Кастилии и Арагона, которые расширялись благодаря смелым мореплавателям. Выработка государственного устройства продвинулась вперед на Аугсбургском рейхстаге 1500 г., на котором был осуществлен проект прочного имперского управления, предложенный архиепископом Бертольдом Майнцским, замечательнейшим государственным деятелем эпохи. Первым его председателем, назначенным от императора, был курфюрст Саксонский Фридрих Мудрый. Но большого влияния это учреждение не получило, потому что интересы короны и сословий слишком разнились. Императору было бы выгодно пользоваться этим управлением как орудием при европейских столкновениях, между тем как сословия хотели благодаря такому конституционному порядку удерживать государство от излишнего вмешательства в подобные столкновения. Однако все же мысль о решении частных распрей имперским судом приобретала право гражданства; так, например, Кёльнским рейхстагом 1505 г. был решен большой спор о пфальцско-баварском наследстве после войны, длившейся всего один год. Но во всем том, что касалось иностранной политики императора, его отношений к Венгрии, Франции, Италии, он встречал лишь слабую поддержку.

Кёльнский рейхстаг. 1512 г. Имперские округа

      Дело конституционного порядка было закончено на Кёльнском рейхстаге 1512 г. Для водворения земского мира и исполнения решений имперского суда немецкое государство было разделено на 10 имперских округов. Во главе каждого из них находился окружной начальник с подчиненным ему советом. Самым большим из этих округов, считая от юга к северу, был Австрийский, площадью до двух тысяч квадратных миль, включая в себя земли владетельного дома; затем Баварский, наполовину меньший, в который входило старое герцогство и 9 духовных владений, причем архиепископ Зальцбургский разделял управление с герцогом в Мюнхене; Швабский, с двумя большими территориями, герцогством Вюртемберг и маркграфством Баден, и множеством мелких, занимая, в общем, около 700 кв. миль; Франконский с 500 квадратных миль прежнего герцогства под управлением епископа Бамбергского; главнейшую часть территории составляли бранденбургские княжеские владения; главным и богатейшим городом был Нюрнберг. Два Рейнские округа, пространством около 1 тысячи квадратных миль, заключали в себе богатейшие немецкие земли с тремя большими духовными и Пфальцским курфюршествами, двумя герцогствами, Савойей и Лотарингией, и множеством епископств и имперских городов; Бургундский, включавший большую часть Голландии, Бельгии и Люксембурга; Вестфальский, простиравшийся от островов Северного моря далеко на юг, пространством в 1,250 квадратных миль и управляемый из Мюнстера или из Клеве; наконец, два Саксонских округа: Нижне-Саксонский (около 1,420 квадратных квадратных миль) и Верхне-Саксонский(1,950 квадратных миль).

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47