Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Исцеление любовью (№3) - Тернистый путь

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Веснина Елена / Тернистый путь - Чтение (стр. 19)
Автор: Веснина Елена
Жанр: Современные любовные романы
Серия: Исцеление любовью

 

 


* * *

Расстроенные ситуацией с лицензией, Маша и Римма направились к зданию городской администрации. Маша, которой это все было в новинку, заметно волновалась, Римма держалась спокойно. Нервничая, Маша теребила Римму:

— А если он не выдаст нам эту лицензию? Тогда я не смогу у тебя работать?

Римма свысока усмехнулась Машиным тревогам:

— Выдаст, куда он денется? Пару своих фокусов ему продемонстрируешь — и все, он наш! Не бойся! Прорвемся.

Маша, теребя руками края одежды, беспокойно сказала:

— Я очень волнуюсь…

Но Римма ее не слушала и уверенно вошла в здание администрации.

Кирилл Леонидович в это время сидел за столом, просматривая какие-то бумаги, вид у него был усталый и сосредоточенный.

В кабинет зашла секретарша:

— Кирилл Леонидович, там к вам пришли две дамы. Из салона какой-то Риммы Столтидис…

Кирилл едва заметно усмехнулся:

— Что, опять целители и предсказатели? Ну пусть войдут.

Секретарша кивнула и пропустила в кабинет Римму и Машу. Кирилл Леонидович выжидающе смотрел на них.

— Что вам угодно?

Римма села и кокетливо улыбнулась:

— Кирилл Леонидович, тут такое дело… Вы же знаете о моем салоне.

— Допустим. И что? — смерил он ее взглядом.

— Вы знаете, чем я занимаюсь. Вы, конечно, не верите в гадания и предсказания, но я свое дело знаю и на самом деле помогаю людям найти выход из трудных ситуаций, успокаиваю, даю советы… — объясняла Римма.

Кирилл Леонидович улыбался:

— Это все прекрасно, но при чем тут я?

— Вы знаете, как важна женщинам моральная поддержка в трудную минуту. Я для них что-то вроде психотерапевта… — Римма сделала паузу и с улыбкой закончила: — И мне снова нужна лицензия на проведение моих сеансов…

Кирилл усмехнулся:

— Ах, вот оно что! Хорошо, Римма, будет тебе лицензия. Хотя я и считаю, что ты пудришь дамочкам мозги.

Римма кокетливо повела плечиком:

— Зря вы так! Между прочим, мои предсказания сбываются с точностью до девяноста процентов!

— Ладно, ладно. Убедила, — отмахнулся он. Римма широко улыбнулась и продолжила уже совсем уверенно:

— Кстати, в этом году я решила усовершенствовать салон, и теперь мы еще будем заниматься целительством.

Вот это она сказала зря, потому что Кирилл Леонидович удивленно уставился на нее, при этом весь его радушный настрой сразу исчез:

— Чем?

— Мы будем лечить людей от различных недугов. Не только от душевных травм, но и от физической боли. — Римма гордо указала на Машу. — И вот моя помощница. Целительница Мария.

Маша тоже улыбнулась чиновнику, но он уже мрачно смотрел на обеих исподлобья.

Повисла неловкая пауза. Римма была растеряна, а Кирилл Леонидович неожиданно резко переспросил:

— Эта девочка? Целительница? Не держите меня за идиота, ей лет-то сколько?

Маша испуганно посмотрела на Римму, которая, в свою очередь, была совсем сбита с толку. Кирилл Леонидович бушевал:

— Никакой вам лицензии не будет! Вздумали людей лечить! Хочешь лечить — иди в больницу, работай! А шутить с такими вещами я не позволю.

Римма и Маша с удивлением уставились на него, а он сухо отрезал:

— Все, разговор закончен! Я терпеть не могу все эти ваши приемчики! Дурите людей! А они вам верят!

Встав, он прошелся по кабинету, на взводе продолжая:

— Даже врачи — и те иногда не могут помочь, а вы пользуетесь доверием людей, которые потеряли надежду! И я должен давать вам на это лицензии?

Римма беспомощно развела руками:

— Но с чего вы взяли, что мы их обманываем?

Кирилл с раздражением повернулся к Маше.

— У вас есть медицинское образование?

— Я фармацевт… — пролепетала Маша, которая не ожидала такого поворота событий.

— Вот и торгуйте таблетками! А если хотите лечить людей — выучитесь на врача. В этих вопросах нельзя быть дилетантом! — прогремел Кирилл.

Маша понурила голову:

— Да. Вы правы…

— Вот именно! Вы хоть пульс можете пощупать? — с сомнением спросил он и подошел к Маше поближе.

Маша уверенно кивнула:

— Могу, — и взяла его за руку. В одно мгновение она изменилась в лице и подняла на Кирилла широко распахнутые глаза:

— Я чувствую вашу боль, — тихо сказала она, — очень сильную боль…

Пораженный Кирилл выдернул свою руку и попытался отшутиться:

— Боль? Все может быть! Да в моем возрасте мало здоровых! Попали пальцем в небо, деточка!

Маша печально смотрела на него:

— Нет, у вас сейчас очень сильная боль. Хотите, покажу где?

— Не надо ничего показывать. — Кирилл даже отошел подальше, словно боялся, что вблизи Маша что-то может узнать о нем, чего он раскрывать не хотел.

Маша внимательно посмотрела на него и заявила:

— Я все равно вижу.

— Да? И чем же я болен? — Кирилл видел много искусных обманщиков, он сам был таким искусным обманщиком, поэтому в его вопросе была значительная доля иронии. Римма изумленно наблюдала за этим неожиданным поединком.»

Маша покачала головой.

— Я не знаю. Я знаю только, что вам очень больно. И эта боль появилась у вас недавно.

Римма решила, что пора брать инициативу в свои руки:

— Хотите, Маша попробует снять вам боль? Вы сами убедитесь, как это эффективно!

Но Кирилл категорически отказался:

— Не надо устраивать здесь цирк! Я пью таблетки, и это мне помогает! А вы уходите и займитесь другими делами. Не надо морочить голову людям.

Он повернулся к Маше и поучительным тоном добавил:

— Не тем. занимаетесь, девушка! Если хотите помогать людям — поступите в медицинский институт. В вашем возрасте это как раз то, что нужно! До свидания.

Кирилл Леонидович демонстративно сел за стол и взял бумаги, показывая тем самым, что разговор окончен. Маша и Римма молча вышли, потому что в таких кабинетах спорить не принято, а настаивать на чем-то просто опасно.

Когда посетители ушли, к Кириллу зашла секретарша с водой и таблетками на подносе:

— Кирилл Леонидович! Звонила ваша жена из Швейцарии… Она чем-то взволнована. Требовала вас. Срочно.

— И что? — спросил он.

— Я сказала, что вы очень заняты, — ответила она. Кирилл одобрительно кивнул:

— Правильно, не надо меня с ней соединять. Секретарша с жалостью посмотрела на него и осторожно добавила:

— Но вам все равно придется ей все сказать… Кирилл покачал головой, вздохнул и мрачно возразил:

— Не придется. Ее курс омоложения рассчитан еще на три месяца. А мне осталось гораздо меньше.

Повисла тяжелая тишина, секретарше было неловко, и она сменила тему:

— Вам пора пить таблетки.

— Да? Уже? — спохватился он.

— Вы их пьете через каждые три часа. Три часа прошло, — сообщила она.

Кирилл прислушивался к своим ощущениям:

— Да нет, я пока себя нормально чувствую, давай попозже.

— А… боли нет? — удивилась секретарша.

— Да нет, пока нет, — еще раз проверив свои ощущения, ответил Кирилл.

— Это очень хорошо, — искренне улыбнулась секретарша.

Но Кирилл Леонидович не любил сантиментов, он уже взял в руки очередную деловую бумагу и сухо сказал:

— Иди, я тебя позову.

Но когда секретарша ушла, он отложил дела и стал задумчиво разглядывать фотографию жены, стоявшую у него на столе. Он понимал, что жена уже что-то почувствовала. Но ему очень хотелось оградить ее от всего ЭТОГО. От чего этого, он думать уже не боялся. Он был очень сильным человеком. Жестким и к другим, и к себе.

Руслана действительно заподозрила, что муж что-то от нее скрывает. Она долго собиралась, но все-таки позвонила лечащему врачу мужа:

— Иван Петрович? Это Руслана Токарева. У вас есть время? Можете со мной поговорить?

— Не очень много… Что случилось? Почему вы мне звоните? — спросил он.

— Я очень волнуюсь за Кирилла. Мне… мне кажется странным его поведение. Все как-то… подозрительно. Такое чувство, что он специально отправил меня на этот курс омоложения… Чтобы, чтобы я была далеко от него.

— Почему вы так решили? — уточнил врач. Руслана призналась:

— Я чувствую. Что-то случилось, так? Иван Петрович, не скрывайте от меня ничего, я должна знать правду. Почему он настаивает, чтобы я оставалась здесь? Почему не разрешает приехать?

Врач молчал, пытаясь подобрать нужные слова.

— Не Молчите! Скажите мне все, как есть… Сбываются худшие прогнозы? Я права? — тихо спросила Руслана и замерла в ожидании ответа.

— Да. Кирилл просил не говорить вам об этом. — Врач решил, что все-таки надо сказать правду.

Жена спросила дрогнувшим голосом:

— Сколько… ему осталось?

— Не больше двух месяцев.

Руслана так и застыла с трубкой в руках. Жизнь закончилась. Праздников уже не будет никогда.

* * *

Самойлов решил зайти к Таисии и рассказать ей о последних новостях.

Таисию одолевало любопытство, но она решила первой не начинать разговор. Проводив Самойлова к себе в гостиную, сказала только:

— Проходи, Боря. Садись.

Но Самойлов не заставил ее долго ждать:

— Я пришел поблагодарить тебя. Я все сделал, как ты советовала.

Таисия была довольна:

— Я знала, что ты воспользуешься моим предложением.

Самойлов полез в карман, достал конверт с деньгами, положил его на стол и пододвинул ближе к Таисии.

— Это тебе. Первый взнос.

— Он… уже знает о том, что разорен? — тихо спросила Таисия.

— Еще нет.

На лице Таисии появилась решимость.

— Хотела бы я быть рядом, чтобы увидеть его лицо в этот момент, — сказала она, улыбаясь.

Самойлову не понравилась эта улыбка, и он решился спросить о том, что его все-таки волновало:

— Таисия, я хочу задать тебе один вопрос. Это родной тебе человек, ты же его любишь… Ты не пожалеешь о том, что сделала?

Таисии его вопрос не понравился, она посмотрела с осуждением:

— А что тебя удивляет в моем поведении?

— Как ты смогла так поступить с собственным мужем? — уточнил Самойлов.

— А как ты смог так поступить с собственным другом? — парировала Таисия и с вызовом заявила: — У нас у каждого свои оправдания. Ты и сам знаешь, что от любви до ненависти один шаг. Буравин вынудил меня это сделать!

— Но мне кажется, ты до сих пор его любишь, — задумчиво сказал Борис.

Таисия подумала и не стала лгать:

— Да, я люблю его, но когда он высоко взлетает, я становлюсь ему не нужна. Пусть упадет на землю и посмотрит, кто будет с ним рядом в тяжелый момент. Думаешь, твоя Полина? Нет. Это буду я!

Самойлов смотрел на эту женщину, совершенно не понимая ее логики, искренне удивляясь ей. Но он не мог не признать, что ее глупость лично ему очень кстати, и не воспользоваться ситуацией было просто невозможно. Удача сама шла к нему в руки. Ну не отказываться же! Искушение слишком велико. С мелкими искушениями бороться просто, с большими — нет.

* * *

Пока заговорщики обсуждали его будущее, сам Буравин уже договорился об аренде нового офиса, сообщил, что сегодня оплатит его, и стал собираться, чтобы навсегда покинуть старый кабинет. Он понимал, что заходить в него он уже не будет никогда. Он просмотрел бумаги и отложил те, которые решил взять с собой. Потом нажал кнопку селектора:

— Люда, зайди.

Через секунду зашла Людочка и увидела, что он собирает вещи.

— Люда, я переезжаю, — объяснил Буравин.

— Переезжаете? — тихо переспросила она.

— Да. Здесь я больше работать не буду. Перебираюсь в другой офис.

Людочка растерялась:

— Но.., почему?

— Ну, много обстоятельств. И прежде всего то, что мы с Борисом Алексеевичем больше не будем работать вместе. — Буравину этот разговор был неприятен. — Мы разделили бизнес. У меня будет своя компания. У него — своя. Ты, конечно, остаешься с ним?

Людочка кивнула, не глядя ему в глаза:

— Да.

— Я так и думал. — Буравин достал бумагу и улыбнулся Людочке.

— Будь добра, выполни мое последнее поручение. Отвези, пожалуйста, в банк эту платежку. — Поставив печать, он протянул Людочке бумагу.

— Хорошо, Виктор Гаврилович, — кивнула Людочка.

— Мне было приятно с тобой работать, — дружелюбно улыбнулся ей напоследок Буравин.

— Да… Мне тоже… — ответила Людочка, но ей было явно не по себе, потому что ее мучила совесть.

* * *

Римма и Маша, расстроенные неудачным визитом к чиновнику, вернулись в салон. Римма возмущалась:

— Это все так некстати! Что же делать, что делать… Вот старый хрыч!

Маша, чувствуя себя виноватой, грустно сказала:

— Теперь салон закроют…

— Скорее всего, — подтвердила Римма безрадостно. Маша вздохнула:

— Это все из-за меня.

Римма, чувствуя себя уязвленной, продолжала ругаться:

— Этот придурок даже не захотел нам помочь! Уперся, как баран! Фома неверующий!

Маша была полностью подавлена:

— Я же говорила, что ничего не выйдет! Кирилл Леонидович нам не поверил.

Римма со злостью хлопнула ладонью по столу:

— Черт, что с ним случилось? Сколько лет работаем, у нас всегда были нормальные отношения! С чего он взъелся и не дал лицензии?

— Он был не в настроении… — предположила Маша, но Римма огрызнулась:

— Да плевать мне на его настроения! И вообще, когда мы пришли, оно у него было вполне дружелюбное. Видела, как он на меня смотрел?

Римма задумалась, нервно прохаживаясь по салону:

— Он уже почти выдал нам лицензию и вдруг — взял и передумал…

— А больше нигде ее достать нельзя? — неуверенно спросила Маша.

Римма отмахнулась:

— Нет, конечно! А мы же уже засветились с объявлениями! Да что с ним случилось, блин!

Неожиданно Маша сказала:

— Я знаю что.

Римма кинула на нее быстрый взгляд и язвительно поинтересовалась:

— Да? Интересно! Приступ бешенства? Маша задумчиво смотрела на Римму: .

— Он очень серьезно болен. Он умирает. Римма пораженно остановилась:

— Кирилл Леонидович умирает?

— Да, — уверенно ответила Маша.

— А как ты это поняла? Чем он болен? — заинтересовалась Римма.

— Я не знаю, как это объяснить… Помнишь, я взяла его руку, пульс проверить… И меня вдруг как током стукнуло… — Маша взволнованно смотрела на Римму, прижимая руки к груди. — Я вдруг почувствовала, что из него уходит жизнь…

— Как это? — не поняла Римма.

— Ну… словно черная воронка… или дыра… затягивает в себя… И холод какой-то… — Маша зябко передернула плечами. — Он очень несчастный человек. У него неизлечимая болезнь. И она просто… пожирает его…

Римма потрясенно смотрела на нее.

— Теперь я поняла, почему Кирилл Леонидович разозлился, когда мы сказали про целительство… Ведь ему никто помочь не может… И жить ему осталось совсем мало… — подытожила Маша печально.

— А ты ничего не путаешь? Ты это точно знаешь? — переспросила Римма. Маша кивнула, вздыхая.

Римма взволнованно ходила по салону:

— А он знает, что он болен?

— Конечно. Я же говорю, он потому и не дал нам лицензию… — повторила Маша.

И тут Римма предложила:

— Маш, а ты можешь еще раз посмотреть, что там у него… вообще?

— Это как? — не поняла Маша.

— Ну, настройся на его волну. Поработай в астрале… — пыталась объяснить Римма.

— Я не умею так… по заказу… — неуверенно возразила Маша.

Римма настаивала:

— Это очень просто. Я тебя научу. Садись. Маша села, пытаясь сосредоточиться, и закрыла глаза. Но тут к ней подскочила Римма.

— Ну кто так сидит? Как ты выйдешь в астрал в такой позе?

Маша открыла глаза, изумленно глядя на нее:

— А что?

Римма строго поучала:

— А ну-ка, спинку прямо! Голову ровно держи. Взгляд загадочный, с поволокой… Иначе никто не поверит, что ты действительно что-то видишь… там…

И Римма ткнула пальчиком вверх, многозначительно глядя на Машу. Та старательно выпрямила спину, и Римма удовлетворенно кивнула:

— Ну вот, уже лучше… Да, и еще, когда говоришь с клиентами, голос делай позначительнее, говори медленно… А то мяукаешь, как котенок!

— Какая разница, как я говорю? Разве это имеет значение? — Маша закрыла глаза.

Римма изумленно отозвалась:

— Конечно! Ты ведь такая молоденькая,, надо, чтобы тебе больные доверяли… Вот ведь Кирилл Леонидович не поверил!

Маша вздохнула, но решила стараться все сделать так, как просит Римма. Настроившись, Маша неожиданно увидела Алешу. Она не могла понять, где он, но совершенно четко осознала, что он попал в беду…

Маша вздрогнула, приходя в себя. Римма с интересом наблюдала за ней.

— Ему сейчас плохо… Он совсем один… — пробормотала Маша.

Римма наклонилась ближе:

— Кто? Кирилл Леонидович?

— Нет… Леша… — покачала головой Маша. Римма искренне огорчилась:

— Я просила тебя сосредоточиться на Кирилле Леонидовиче! От него сейчас зависит, будем мы дальше работать или нет!

Маша виновато оправдывалась:

— Я же говорю, что у меня не получается… Я Лешу видела.

Римма жестко оборвала ее:

— Хватит париться! Любовь, конечно, великая вещь, но надо и о деле думать! Твой Леша жив, здоров, к свадьбе готовится…

Маша грустно покачала головой, глядя на Римму.

— Нет, я его видела. Он страдает… Ему очень плохо… Я не поняла, что случилось, но я чувствую: случилось что-то ужасное.

Буравин закончил собирать вещи, проверил, ничего ли не забыл. Он уже выходил из кабинета, когда раздался звонок, и он машинально взял трубку. Звонил служащий банка:

— Буравин Виктор Гаврилович? Вы предоставили нам платеж на оплату, но дело в том, что платеж не может быть осуществлен. »У вас на счету нет денег.

— Что? — выкрикнул в трубку Буравин. Служащий банка сдержанно повторил:

— На вашем счету нет денег.

Буравин, не в силах поверить в то, что услышал, переспросил:

— То есть как это у меня на счету нет денег? Это ошибка, этого не может быть. Проверьте еще раз.

— Поверьте, мы все очень тщательно проверили.

— Черт знает что! Хорошо. Я сейчас приеду. Разберемся! — Буравин швырнул трубку на рычаг, решительно встал, собрал бумаги и направился к выходу. В это же время с растерянным видом вошла Людочка.

— Виктор Гаврилович… Я не понимаю, что происходит…

— Что, проблемы с банком? — резко предположил он.

— Да. У меня не приняли платеж. Они не могут перевести деньги. Говорят, что на счету ничего нет. — Людочка протянула Буравину платежку. Он машинально взял ее.

— Ничего не понимаю. Чушь какая-то! Может, у них сбой в компьютере? Никогда такого не было… Ладно. Я в банк. На месте разберусь.

— Конечно, поезжайте сами, разберитесь… Я уверена, что это какая-то ошибка, — кивнула Людочка. Когда Буравин вышел, Людочка взяла трубку и набрала номер:

— Борис Алексеевич? Это Люда… Да, он поехал в банк.

Самойлов, слушая Людочкин голос по телефону, кивнул и повернулся к Таисии. Она взволнованно ловила каждое его слово.

— Ну что? Он уже все знает?

— Очень скоро узнает! — объявил Самойлов.

* * *

Катя с Костей так и не нашли Алешу у ЗАГСа и вернулись домой.

— Леша! Леша, ты дома? — позвала Катя, но ответом была тишина.

Катя в панике обернулась к Косте:

— Его и дома нет! Что же случилось, Костя, где он?

— Не знаю… — развел руками Костя.

— Боже, ну куда он мог деться, куда? — металась Катя по дому.

Тут Костя решил, что пора подыграть ей:

— Да, ты права… Все это очень странно.

— Я очень волнуюсь, Костя, что нам делать? — умоляюще посмотрела на него Катя.

Костя предложил:

— Давай подождем, может, придет… Пока не будем поднимать панику.

Но волнение Кати с каждой минутой усиливалось, она нервно ходила по гостиной:

— Ведь мы же договорились, что он ждет нас у ЗАГСа! Куда он мог деться?

Костя пожал плечами:

— Ну мало ли… Взрослый парень… Что ты так переживаешь?

Катя возмутилась:

— А ты не понимаешь? Леша ведь еще не окончательно поправился! Ему могло стать плохо… Он мог упасть… сломать ногу…. Да мало ли!

Костя спокойно возразил:

— Почему обязательно надо предполагать всякие ужасы? Он мог задержаться по своим делам…

— По каким делам? У нас скоро свадьба! Он вообще не должен отходить от меня ни на шаг! Тем более в ЗАГСе, когда мы подавали заявление! Леша пропал! Надо куда-то звонить, искать его… Только куда? Я что-то даже сообразить не могу…

Катя села на диван и беспомощно закрыла лицо руками. Костя смотрел на нее с таким видом, словно все знает, но не хочет говорить. Катя подняла глаза и уперлась в его взгляд.

— Что ты так смотришь? Ты что-то знаешь, да? Говори! Где Леша?

Костя, словно нехотя, сказал:

— Я подумал, что есть одно место, где тебе даже в голову не придет его искать… И куда он вполне мог пойти… потихоньку от тебя…

Катя пораженно смотрела на него.

— Что ты имеешь в виду? Куда он мог пойти?

— Ну, скажем… к Маше… — осторожно подсказал он.

Катя подумала и согласилась.

— К Маше? Точно! Он пошел к этой Маше! Как же я сразу не догадалась! — Она вскочила с дивана, нервно прошлась по гостиной. — Все сходится… То-то я думаю, что это мы ее в последнее время так часто встречаем… Она постоянно у нас под ногами путается! Так и лезет к Лешке! Точно! Она нас выследила и подошла к нему! И опять увлекла… Ну, Маша, все! Ты меня довела! Я этого так не оставлю!

Костя с интересом наблюдал за тем, как Катино лицо искажается от гнева. Ему даже нравилось, что она так переживает. С озабоченным видом он предложил:

— Ничего, мы с тобой вдвоем положим конец ее домогательствам.

Катя с надеждой взглянула ему в глаза:

— Правда? Ты мне поможешь?

Костя встал, изображая полную боевую готовность:

— Конечно.

Катя со злостью прошипела: «

— Ох, она у меня теперь попляшет!

Костя и Катя дружно взялись за дело. Для начала они решили разделиться, потому что не знали, где сейчас может быть Маша. Договорились, что Катя отправится в салон к Римме, а Костя — к Маше домой. Они решили, что после этого встретятся дома. Но Костя и не собирался следовать разработанному плану. Как только Катя ушла, он словно снял с себя маску озабоченного брата и пошел в «Эдельвейс» к Леве, расслабиться и поговорить.

* * *

Буравин поспешил в банк разбираться в создавшейся ситуации. Кипя негодованием, однако сдерживаясь, он подошел к окошку и положил платежку перед клерком.

— Мне сказали, что я не могу перевести эту сумму. Что на моем счету нет денег. Здесь какая-то ошибка. Будьте добры, проверьте.

Банковский служащий взял платежку, набрал на компьютере код и сообщил:

— Нет. Никакой ошибки. Ваш счет обнулен.

— Этого не может быть! Что у вас тут происходит?! Покажите мне все документы, — потребовал Буравин.

Клерк спокойно ответил:

— Пожалуйста. Последняя операция по счету проходила вчера. Все средства были переведены на другую фирму.

— Кем переведены? Кто подписал платежное поручение? У меня единственного есть право подписи! — Буравин терял самообладание.

В ответ служащий протянул ему документы:

— Ваш компаньон. По вашей доверенности. Все оформлено правильно.

Буравин взял в руки бумаги и растерянно спросил:

— Что это за бумага? Я ее впервые вижу!

— Но ведь это ваша подпись? — уточнил клерк. Буравин внимательно всмотрелся в подпись и недоуменно сказал:

— Моя. Но я этого не подписывал!

Дело приобретало скверный оборот. Буравин отошел в сторону и набрал по мобильнику номер Самойлова.

— Боря? Ты меня слышишь? Я в банке… Тут у нас какая-то странная история со счетом. Деньги куда-то переведены. Мне показывают доверенность, которую я не писал. Ты в курсе, что происходит?

— В курсе, — ответил тот.

— Отлично. Тогда срочно приезжай. Надо разобраться.

Но Самойлов отказался:

— Нет, Витя. Это долгий разговор. Давай лучше встретимся в офисе.

— Ну ладно, — удивился Буравин и поспешил к машине.

* * *

Поскольку Маша не могла думать ни о ком, кроме Алеши, который, как она чувствовала, снова попал в беду, Римма решила эти страхи развеять. Она знала, что в таких случаях надо говорить. Римма просто посмеялась над Машиными страхами:

— Знаешь, Машка, ты права! Самое ужасное, что может случиться с мужчиной, — это женитьба! Для них это просто катастрофа!

Маша не разделяла эту иронию, она настаивала:

— Нет, Римма. Вы меня не понимаете. С ним что-то не так… Что-то жуткое… Такое ощущение опасности…

Римма погладила Машу по плечу и сменила тон на проникновенно-понимающий:

— Я тебя понимаю, деточка. Ты просто переживаешь из-за того, что он выбрал Катю, а не тебя… А ты привыкла к нему, привязалась… И теперь тебе очень больно.

Маша горестно подтвердила:

— Да…

Римма сочувственно сказала:

— Вот видишь! Твое самолюбие задето, и воображение рисует всякие ужасы. А ты у нас натура тонкая, с повышенной чувствительностью…

— Может быть… Я правда о нем все время думаю… — тихо согласилась Маша.

В этот момент тревожно зазвенели колокольчики, и в салон ворвалась Катя. Она запыхалась, на глазах были слезы.

С порога Катя выкрикнула:

— Где он?

Римма подскочила к Кате, засуетилась:

— Ты ко мне, Катюша? Проходи…

Катя просто не обращала на нее внимания:

— Нет. Я не к вам! Я вот к ней! — И она указала на Машу, глядя на нее с ненавистью.

— Я хочу знать, где Леша! Он приходил к тебе? Римма, почувствовав, что назревает скандал, пыталась успокоить Катю.

— Нет-нет, что ты… Леши здесь не было… Маша вскочила и взволнованно заявила:

— Я так и знала! С. ним что-то случилось!

— Что ты знала? Рассказывай! Где он? — потребовала Катя.

— Я не знаю, — сникла Маша.

— Не ври мне! Ты с ним виделась! Ты следила за нами! — продолжала гневно Катя.

Маша посмотрела на нее долгим взглядом, потом отвернулась. Катя потребовала голосом полевого командира:

— На меня смотри! Я, кажется, с тобой разговариваю!

Римма суетливо бегала между ними:

— Девочки, успокойтесь… Маша устало повернулась к Кате:

— Что ты на меня кричишь? Я не знаю, где Леша. И здесь его не было.

Катя перевела взгляд на Римму, и та торопливо подтвердила:

— Не было у нас Леши. И Маша никуда не выходила. Мы весь день в салоне вместе были… Зря ты так волнуешься…

— Нет, не зря… — горько возразила Маша.

Таисия и Самойлов приехали в офис и ждали Буравина для решительного разговора с ним. Таисия нервно курила, время от времени поглядывая на дверь, Самойлов делал вид, что занят бумагами. Наконец Буравин приехал из банка.

— Хорошо, что ты здесь, Борис. Надо поговорить! — сказал он с порога.

— Может быть, ты со мной поздороваешься, дорогой? Или я для тебя пустое место? — подала голос Таисия.

Буравин повернулся и наконец заметил ее. Он удивился:

— Ты зачем пришла, Тася? Ко мне?

— А что, это запрещено? — с вызовом посмотрела она ему в глаза.

Виктор не хотел именно сейчас выяснять отношения с женой, ведь у него были более важные дела, и он привычно скомандовал:

— Давай мы выясним наши отношения позже. Выйди, пожалуйста, подожди меня в приемной. У нас серьезный разговор.

— С какой стати? У тебя от меня секреты? Интересно… — Таисия даже с места не двинулась. Она наконец-то почувствовала себя хозяйкой положения.

Самойлов ее поддержал:

— Действительно, Витя. Мы вполне можем поговорить при ней. Я тебя слушаю. Что случилось?

Буравин перешел к сути дела:

— Боря, объясни мне, что происходит? Может быть, ты в курсе? Почему на счету нашей фирмы нет денег?

Самойлов спокойно смотрел на него, но было видно, что он себя сдерживает. Таисия с напряженным вниманием нетерпеливо ждала его ответа. Самойлов собрался с духом и сказал:

— Ты ошибаешься, Витя. Это на счету ТВОЕЙ фирмы нет денег. А у меня на счету деньги есть…

Буравин переспросил:

— Извини… не понял… Это как? Самойлов жестко ответил:

— Ты что, забыл? Мы же с тобой разделились. Несмотря на то что разговор шел только между мужчинами, Таисия была его полноправным участником. Она так внимательно смотрела и слушала, что, казалось, тоже говорила за двоих. Буравин уточнил:

— Значит, ты разделил счет? Вернее, присвоил его себе?

— Я все сделал по закону… — возразил Самойлов.

Буравин достал из папки копию генеральной доверенности, положил ее на стол перед Самойловым и посмотрел ему в глаза:

— Значит, по закону? А это что? Можешь мне объяснить?

Самойлов с преувеличенным вниманием осмотрел документ, перевел взгляд на Буравина и торжественно сказал:

— Насколько я понимаю, Витя, это твоя подпись. Буравин сорвался на крик:

— Но я этого не подписывал! Ты подделал ее!

— Нет. Это не подделка. Посмотри сам. Подпись действительно твоя, — спокойно ответил Борис.

— Я не давал тебе доверенность! — зло бросил Буравин.

— Но подпись твоя. Это подтвердит любая экспертиза. Значит, давал… — стоял на своем Самойлов.

Буравин, пораженный его вероломством, спросил:

— Боря! И ты говоришь это, глядя мне в глаза?! Я не понимаю, откуда здесь эта чертова подпись! Но это же подлог! И ты смог пойти на такое!

— Не горячись. Ты этим ничего не добьешься. Ты никогда не докажешь, что это подлог. Твое слово против моего. — Самойлов держался уверенно.

Тут Буравин все понял:

— Значит, ты сознательно меня разорил?

— Да. И тебе с этим придется смириться, — подтвердил Борис.

Таисия, затаив дыхание, следила за разговором, ловя каждое слово. Именно она была режиссером этой прекрасной сцены, и пока она была довольна.

Буравин замер, едва сдерживая себя.

— Как ты мог так поступить, Боря? За что? Мы же друзья…

Самойлов усмехнулся:

— Хотел — и разорил. Мы с тобой больше не друзья, Витя. Мы по разные стороны баррикад. И тебе надо открыть глаза и увидеть, что мы с тобой соперники.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22