Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Операция «Немезида»

ModernLib.Net / Фэнтези / Утолин Константин / Операция «Немезида» - Чтение (стр. 12)
Автор: Утолин Константин
Жанр: Фэнтези

 

 


Грубо говоря, кто-то различает только красный и фиолетовый, а кто-то еще и желтый с зеленым цвета видит. А среди них тот «круче», кто различает больше оттенков в не доступных другим частях спектра. Используя опять же очень грубую аналогию, можно сказать, что разные Ветви Реальности имеют максимумы в пересечениях своих распределений вероятности на разных участках. И там, где они пересекаются максимально, — там в «стене», то есть в потенциальном вероятностном барьере между мирами, просто открытая «калитка», а на «хвостах» зоны пересечения проходы и увидеть тяжелее всего, поскольку оттенки «дверей» и «стен» все больше сливаются, да и сами —<двери» все тяжелее и тяжелее! И поэтому там, где видящий только в фиолетовой и красной частях и обладающий даже огромной энергией вынужден, так скажем, «сталкивать бронированную плиту», закрывающую в этих диапазонах «проход» в другую потенциально возможную «здесь и сейчас» Ветвь Реальности, даже более слабый энергетически, зато видящий в «красной части» маг свободно проходит в нее через вообще «занавешенный лишь легкой шторой» проем в этой части спектра. Или другая аналогия, даже, возможно, более правильная: на одних участках спектра «потенциальный барьер» между различными Реализациями Мира выше, а на других ниже. А на некоторых и вообще бесконечно высокий! И если маг видит только в тех частях «спектра», где этот барьер очень высок, то ему, для того чтобы его преодолеть, надо обладать очень большим запасом энергии. А маг даже энергетически более слабый, зато видящий в той части «спектра», где «барьер Реальностей» намного ниже, способен просто перешагнуть через него! Грубо говоря, для каждого магического воздействия есть оптимальная для его реализации часть «спектра» пересечений различных кривых распределения вероятностей. Или, если совсем уж грубо, то каждой Ветви Реальности и каждой магии присуши свои «базовые цвета».

Для существования магии необходимо, чтобы «среда существования» нашего мира (вакуум, многомерный континуум или неважно как это назвать) обладала определенными свойствами, собственно, и допускающими саму возможность магического оперирования реальностью. Ну типа того, как для возникновения и распространения волны нужна среда, в которой эта волна и может зародиться. Или как для возникновения огня или плазмы необходимо наличие такого вещества, которое может гореть или ионизироваться. Кстати говоря, то, что не горит при одной температуре (энергии воздействия), может гореть при другой. Это к вопросу о том, какой еще аналогией можно описать силу мага. Его искусство заключается в умении для каждого типа или вида магической операции подобрать своего рода катализатор или запал, позволяющие «зажечь» нужную реакцию при более низкой энергии первичного воздействия. Ну а эти катализаторы, понижающие порог необходимого энергетического вливания, свои для каждого типа магических действий. И, если вернуться к модели «дальтонизма», они могут быть «окрашены» в разные «цвета», соответствующие тому или иному виду магии. Поэтому то, что видит один маг, не видит другой. Такая вот ситуевина, Ваня!

— Неужели мы такие придурки по сравнению с ними? — даже расстроился Иван. Он все же разговаривал с магами, дружил, ел за одним столом, а оказывается — был в их глазах умственным дальтоником!

— Я преувеличил немного, чтобы ты понял, — не дрогнул Богородько. — Но принцип такой. Или, если хочешь, мы в кандалах, а они свободны. Нуда ладно… Вернемся к теории. Итак, продолжаю: параллельно с исследованиями новейших физических теорий и математических конструкций наши спецы занимались также расшифровками описаний методов магии, приведенными в иносказательных формах в древних манускриптах. Они смогли усмотреть схожесть используемых там принципов с некоторыми современными теориями. Ну а дальше дело пошло легче. В общем, используя работы Эверетта, а также целого ряда российских и американских ученых, наши спецы смогли разработать технологию развития навыков магического оперирования, а уже на ее основе создали тесты, позволяющие выявлять среди людей тех, кто предрасположен к подобным навыкам и способен накапливать в себе необходимые типы энергии. Так и возникла в нашем Братстве школа магов-людей. Но я не рассказал еще тебе, что такое толерантность к магии, как она себя проявляет… И сейчас скажу лишь, что устойчивость к магии связана с достижением некоей Основной Реальности, или, как ее называют наши мозгоклюи, Фарватера Реальности, представляющей собой пересечение максимумов распределений вероятностей реализации всех вообще потенциально возможных, разрешенных Творцом к реализации Ветвей Реальности. Концентрация всех «цветов» Реальности, если так можно выразиться. А больше пока ничего и не скажу, — вдруг буркнул Богородько. — Почему? — подскочил Иван. — Не перегружайся информацией. Жуй не спеша, курсант! По крайней мере, когда время есть. А оно у тебя еще есть! А у меня — нет, пора личный состав проверить.

Инструктор, похлопав Ивана по плечу, ушел.

Воронин поразмышлял еще немного о Вселенных и о том, какими могли бы быть тесты на магические способности. Однако команда «Приготовиться!» застала его в сладкой дреме. Воронин подскочил, потянулся и решил обязательно сходить при удобном случае в библиотеку.

3

Выгрузка из самолета, как всегда, производилась бегом. Сели на каком-то грунтовом аэродроме. Высыпавшихся из самолета курсантов тут же разбили на группы, назначили старших. Обычно Иван оказывался вот таким временным сержантом, но не теперь — все-таки только что из стационара. Потом был бег через поле к утрамбованной площадке, где ждали четыре «Ми-8».

«И правда у Богородько каждый человек на счету!» — удивился Воронин, когда обнаружил, что две остальные колонны за их группой не последовали.

Инструктор подталкивал курсантов в спины, направляя их издалека к тому или иному вертолету. Потом, уже под рев винтов, обежал машины, еще различно тыкая пальцем в старших.

В вертолете курсантов оказалось семеро плюс сумки со снаряжением. Кротов, против обыкновения назначенный в этот раз старшим, о чем-то переговаривался через наушники с Центром или Богородько, но Иван по губам ничего прочесть не смог. Наконец машина пошла вниз у какого-то поселка.

— Что здесь? — спросил один из курсантов.

— Просто поселок, озеро. В общем, генеральский день рождения, приглашены высокие чины. Баня, охота, рыбалка, а мы — охраняем, — ухмыльнулся Кротов. — Встаем в оцепление, наш участок — за озером.

— Далеко, — заметил Иван. — А есть смысл все озеро-то охранять?

— Как я подозреваю, это встреча иерархов всей Восточной Сибири и Дальнего Востока России, — Посерьезнел Кротов. — Им виднее, насколько важно озеро… А ну как туда аквалангисты какие-нибудь полезут? Мало ли психов всюду шатается, кладоискатели и прочие… Археологи, мать их. Или «ихтиандры» какие из нелюдей.

Через озеро, на самом почти горизонте, виднелись невысокие избушки поселка, столбом в небо поднимался дым.

«Все правильно, — подумал Иван. — Наша легенда — день рождения наглого пузача, вора в лампасах. Скорее всего, и об этой легенде никто не узнает, ну а узнает какой журналист — пусть еще подумает, печатать ли. Тем более что „пузач в лампасах“ фотографий ему сделать не даст даже через озеро, вон сколько за казенный счет охраны нагнал».

Вертолет поднялся, ушел в сторону поселка. Кротов проверил связь и огляделся.

— Вон северная группа! — Он махнул рукой в сторону крошечных фигурок за широким мелким заливом. — Там крайние с нашего фланга Конюхов и Ворошилов. Шагайте туда, будьте с ними в прямой видимости. На местности упасть и прикинуться кустиками. И башкой крутить во все стороны, словно совы. Ну да местность у вас ровная, увидите, если кто-нибудь появится. На юге у нас лесок, туда иду я с Грачом. Да! Наш позывной — «Берег-три». Остальные переговоры по стандартным кодам… Воронин, ты остаешься здесь.

— Один. — расстроился Иван. — А что тут сторожить? До деревьев пятьсот метров, и все просматриваются Конюховым.

— Будешь связующим звеном между северным и южным секретами, — пожал плечами Кротов. — Сам видишь, какой периметр охватываем. Сиди, поглядывай, вообще отдыхай. Только купаться не лезь, ты из больницы, а вода холодная!

— Ох-хо-хо… Пожалел волк кобылу, вот она и сдохла…

— Но-но… разговорчики, — беззлобно, для порядка огрызнулся Кротов и вместе с Грачевым скользящим шагом направился к ближайшим зарослям березняка.

Иван улегся на берег, ногами к озеру, пристроил автомат на крошечный холмик. Искупаться и правда хотелось: солнце так и жарило. Знали бы американцы, как бывает в «страшной» Сибири летом. Неужели озеро настолько глубокое, что вода не прогрелась? Сзади громко всплеснуло. Иван оглянулся и не сводил глаз с озера, пока не увидел опять выпрыгнувшую, играющую щуку.

— Удочку бы.

— Иван?

— Да я говорю: удочку бы! Рыба тут здоровенная.

— А! — успокоился в наушниках Кротов. — Рыбу не трогать, это подсадная, для генерала. Передали, что день рождения продлится до самой темноты, так что смотри, не усни там. Бандану снимать запрещаю. И демаскирует, да и головку может напечь. Ха-ха…

— Конюхову напомни! — усмехнулся Иван. — Я их вижу, оба без платков уже. Хотя, может, они тебя просто неверно поняли и как раз головки ими прикрыли?!

В наушниках раздалось что-то похожее на сдавленное хрюканье и потом тихий щелчок — Кротов переключился на северный секрет. Где-то высоко в небе пела птица, имени ее Иван не знал. Время текло медленно, скучно…

«Уж лучше бы спать в стационаре, чем так, — с обидой вспомнил Иван о Богородько. — Людей не хватает! На что? Вокруг озера лежать? Да маги прощупали это озеро до дна, на зависть всем кладоискателям, и этот берег, конечно же, тоже держат под наблюдением. И это не считая аппаратуры! А мы, выходит, работаем только на легенду. Зачем? Прислали бы лучше первый курс».

Прошло несколько часов. Чтобы не уснуть, не задремать с открытыми глазами, Иван мысленно повторял лекции. Учиться в специальном центре подготовки ему было очень, очень интересно. Сравнивая себя нынешнего с тем парнем, что стараниями Гасымова попал в школу, Воронин только улыбался. Тот вообще не выдержал бы боя с МП, даже нескольких секунд не выдержал бы. Этот «поглотитель» его просто живьем бы и съел!

— Серединка? — Так Кротов окрестил «секрет» Ивана. — Слушай, похоже, все сворачивается. Поссорились, что ли, гости нашего генерала?

— Так… — Иван оглянулся через плечо и увидел приближающиеся к поселку вертолеты. Они были еще далеко, в паре километров. — Инструкции?

— Пока никаких. А вот Конюхов и Ворошилов откомандированы к нашим соседям, уходят с ними. Заметил?

— Да, — Иван увидел цепочку курсантов, удаляющихся на север вдоль берега. — Исполняют. А что пешком? Тут километров шесть получится.

— Все восемь. А у нас — три, и поэтому велено ждать. Почему-то пешком, да. Кстати, на всякий случай: сектор ответственности увеличился, и ты там один.

— Понял.

Сзади будто разорвали полотнище. Иван обернулся на треск и увидел падающий, отчаянно дымящий вертолет, так и не долетевший до поселка. Остальные девять машин будто стая испуганных воробьев разбились на две группы, заложили в разные стороны крутые виражи.

— Старший?!

— Вижу! Хрень какая-то началась! Держи свой сектор!

Иван отвернулся от поселка и только вздрогнул, услышав еще один «треск». Кто атакует, чем?! Куда смотрели маги?

— «Берег-три»! — зазвучал в наушнике голос Богородько. — Срочно марш к поселку по южному берегу!

— Мы должны дождаться Воронина! Двое ушли с северными соседями, итого три! — затараторил Кротов, когда Иван уже бежал в его сторону по берегу.

— Отставить ждать Воронина! Он будет догонять, а ты, Кротов, жми что есть сил! Красная ракета, бойцы!

Добежав до леса, Иван увидел метрах в трехстах впереди две фигуры, проскочившие через открытый участок берега. Здесь было топко, много коряг, а глубже в лес все заросло — не разгонишься.

— Поднажми, Вань! — на коротких выдохах произнес Кротов. — Южнее не уходи, там лесные озера. Держись берега.

— Принял! — выдохнул Иван, наращивая темп бега и экономя дыхание.

Пару раз он провалился едва ли не по колено. Не одолев еще и половины лесного участка берега, он снова увидел товарищей: они ускорились, выскочив на заливной луг.

— Ходу, «Берег-три», ходу! — потребовал Богородько. — Ваня, как самочувствие?

— Норма!

Вертолеты поднялись от поселка, и тут невидимые враги уничтожили третью машину. Теперь Иван видел все: что-то блеснуло в далеком лесу, будто кто-то пустил «солнечного зайчика», а через секунду вертолет уже задымил.

— Двухэтажный дом на южной стороне поселка, время — три минуты, — опять забасил инструктор. — Кротов, ты должен успеть, я вас вижу! Ваня?!

— Блин… — Воронин, зацепившись за корягу, ухнул с головой в лужу.

— Так, Ваня, стоп. Сбрось обороты. Если почуешь противника — займи позицию, притаись. Все равно не успеваешь в точку контакта. Жди там, пока придет борт. Опасность с юга, поэтому лучше уж не спеши, и вот еще: на боевой контакт сам не нарывайся!

— А если борта не будет?!

Богородько не ответил. Тут Иван вырвался из леса, пробежал еще несколько метров по грязи и наконец ощутил под сапогами твердую почву. Опять что-то сверкнуло в том же месте! Но ничего не произошло. Шесть машин едва виднелись, уходя к аэродрому, последняя, закладывая отчаянные виражи, неслась вслед за ними над самой землей.

«Куда смотрят маги?! Почему наши бойцы еще не ворвались в тот лес?!»

Со стороны аэродрома примчались еще два вертолета. Один сел на северном конце поселка, второй подлетел к южному — за группой «Берег-три» и кем-нибудь еще. Иван, конечно, в точку подбора не успевал, хотя и видел двухэтажный дом.

«А если их сейчас срежут?! — вдруг похолодело у него внутри. — На моих глазах! А я не успел!»

— Ваня! — Опять Богородько. — Я на севере, в поселке. Тебе придется дуть к нам. Ты в порядке?

— Норма!

— Давай, жми! Мы атакованы. Тут у нас сводный отряд какой-то из нелюдей и их приспешников. Жарко… Старайся скрытно выйти им в тыл или на фланг и поддержи нас огнем. Лучше сразу гранатами!

— Не понял! Как я скроюсь от нелюдей? С их-то чутьем и магией!

— Суматоха! Плюс с нами один наш маг. Мы сопротивляемся очагами, даже пробуем контратаковать, они атакуют группами. А ты вспомни сейчас все, чему вас учили ло противодействию магии. Давай, сынок, двигай жопой! Перебежками, ближе к берегу! Туго нам!

— Есть!

Вертолет поднялся. Воронин смотрел на лес, рискуя обо что-нибудь запнуться на бегу, но вспышки не последовало. Ребята улетели…

«Слава Богу!» — подумал Иван, наращивая и без того безумный темп бега и на ходу проверяя автомат и подствольник.

До поселка Иван добежал даже быстрее, чем рассчитывал, — ноги словно сами несли. На ходу включился в боевой режим восприятия и поэтому успел, приближаясь к двухэтажному дому, заметить вампиров. Это были именно они — черные тени, с немыслимой быстротой мелькавшие между избами. Над землей! Вампиров в полете Иван прежде видел только на пленке. Да и та была инфракрасной, ведь днем вампиры не летают… А эти, суки, летали! Хотя, правда, и «низенько-низенько», как те крокодилы из анекдота. Только сейчас было совсем не до смеха… «Ну, блин, сейчас мы устроим вам, паскуды, северного пушного зверька из пяти букв, на „п“ начинается, на „ц“ кончается! Бэтмены недоделанные!»

Он побежал к воде, намереваясь промчаться мимо двухэтажного особнячка. Однако, прежде чем Иван достиг строения, на втором этаже вдребезги разлетелось окно, и наружу вылетел истерзанный человек. Он рухнул в заросли кустов. Воронин, пригнувшись, вбежал в кустарник с другой стороны, проломился к бойцу, на ходу вытаскивая аптечку. Вот и рука — окровавленная, сжимающая ветви… Иван ухватился, потянул…

— Нет! — Появилось бледное лицо с закатившимися глазами. — Не тяни, брат, конец мне! Брюхо разорвал, позвоночник сломан…

Иван узнал раненого: один из курсантов старших курсов, почти готовых бойцов.

— Тихо, я сейчас…

— Ваня! — в наушниках взревел Богородько. — Жив?!

— Жив! На южной окраине поселка, у меня тут раненый!

— Не нужно… — хрипел боец и пальцы, стискивающие руку Ивана, слабели. Глаза бойца закатились и уже шепотом, едва слышно, боец простонал. — Ищи борт… Быстрее, иначе попадешь под нашу же «давилку»…. И берегись. Тут действуют МП. Из-за них меня смог достать обычный оборотень… Уходи…

Пальцы разжались в тот самый момент, когда Иван наконец прижал автошприц к запястью курсанта. И тут Иван словно заледенел внутри!

— Ваня, тащи его, я иду навстречу! — орал прямо в ухе Богородько. — Старайся вдоль берега, вдоль берега!

— Не нужно навстречу, он умер…. — сам удивляясь своему спокойствию, отозвался Иван. — Прорываюсь на север.

— Отставить прорыв! Ты не готов! Сейчас борта уходят, но они вернутся. Иди скрытно! Вдоль берега!

Вскинув автомат, Иван выскочил из кустов. Действительно, на северном конце поселка поднимались вертолеты. Когда успели вернуть-то?! Или это — другие? Неважно. Он пересек выходящую к самой воде улицу, полоснул очередью по мелькнувшей в стороне тени вампира. Не попал… Там, западнее, трещали выстрелы, последние бойцы еще пытались задержать нелюдей. Вдруг навалилась и тут же отпустила слабость — Иван пересек зону действия МП. Хорошо, если случайно, хуже, если МП его засек и долбанул прицельно. Хотя хрень все это. А вот то, что он опять бежит… Что все они бегут, уступая нелюдям — вот что действительно важно! Они позорно бегут. Драпают!

За углом покосившейся, заросшей мхом избы Иван едва не столкнулся с девушкой. Она стояла на коленях, обхватив голову руками.

— Настя! — узнал Иван, рывком поднял мага на ноги. — Беги за мной!

— Бесполезно… — Настю словно кто-то мотал из стороны в сторону, Воронин не мог ее удержать. И она словно в бреду говорила, говорила, говорила: — Они накрыли «морозилкой» сразу весь периметр, и мы не успели отразить… Энергии в доступных нам частях спектра почти нет, создать каналы мы не можем. А они уже аэродром атакуют… Там обычные люди, они гибнут, гибнут… И здесь, в поселке, жили обычные люди…

Воронин подхватил ее на плечо, исхитрившись при этом держать на изготовку автомат, и тяжело побежал к северу. Опять рокот — вернулись вертолеты. Или новые пришли?! Да неважно это, неважно… Почти навстречу выскочил оборотень, Иван всадил в него все оставшиеся в рожке патроны, и тот вдруг тяжело повалился вперед. Половины затылка у твари не было — кто-то успел его серьезно ранить… Повезло. С громким всплеском рухнул в озеро вертолет, из него сыпались горящие люди.

— Угрюмов в аэропорту, — шептала Настя. — Но он упрямый, не даст себя увезти, пока не вытащит отсюда всех наших. А тогда будет уже поздно… А без него все рухнет…

— Заткнись!

Как ни странно, но Иван сумел с Настей на плече пробежать весь поселок. Повезло еще, что больше ему не попались зоны, «простреливаемые» воздействиями МП. Вот и северная оконечность. Вертолетов не видно, людей тоже… Только за спиной продолжают трещать очереди — оставшиеся в живых курсанты ведут бой. Мысленно Иван удивился их силе. Среди МП, оборотней, вампиров, без поддержки магов — они стояли насмерть! Если он выживет, у него теперь счет к тварям возрастет намного! И он его оплатит! Сполна и по максимуму!

Иван отбежал от домов до небольшой рощицы, положил Настю на траву, перезарядил автомат. Если сейчас никто их не атакует… В поселке, похоже, ребята обречены — Воронин видел, как мелькали между домами нелюди. Как минимум пять десятков, не меньше! Что же произошло?

Он скорее почувствовал приближение вампиров, чем услышал звук разрезаемого крыльями воздуха. Круто развернувшись, Иван успел послать во врагов — их было двое — с десяток пуль, а потом перекатился в сторону. Вампиры, мерзко попискивая, опустились, сложили крылья для боя на земле. Иван снова выстрелил, почти тут же опять перекатился — быстрые твари, очень быстрые… Он вскочил и отбил первый удар когтистой лапы. Автомат полетел в сторону, запутавшись ремнем на руке. Это едва не стоило Ивану жизни — он упал на колено, кувыркнулся, избавился от уже бесполезного оружия.

Вампиры напали с двух сторон с плотоядными ухмылками… А у него за спиной оказалась Настя. И за тот короткий миг, пока вампиры преодолели разделявшее их расстояние, Иван вдруг очень ярко, словно наяву, вспомнил, как над его любимой изгалялся оборотень. И в этот момент решил, что теперь он скорее умрет, но повторения подобного не допустит! Его вдруг озарило: ведь если магия — это умение изменять вероятность реализации того или иного варианта Реальности, то абсолютная устойчивость к магическому воздействию — это состояние абсолютной стабильности! Абсолютной Данности от Начала и до Скончания Времен! Истиной, Изначально заданной Творцом! Это состояние должно быть достижимо в любой Ветви Реальности, а значит, оно и является тем самым Фарватером Реальности, о котором говорил ему Богородько! Если человек истинно верит, то он в момент Реализации Полноты Веры как раз и попадает на этот Фарватер Событий! И пока он на нем, никакой изменчивости он не доступен, а значит, и магия на него никакая не действует. Сейчас он отстаивал нечто, являющееся абсолютной, неизменной для любой из Ветвей Реальности ценностью.

И вместе с этим осознанием к нему пришла уверенность в себе, чувство полной самореализации, в котором как всего лишь одно из следствий стали доступны все боевые рефлексы и возможности организма. Причем не только как физической оболочки, а как некоей многовариантной сущности, способности которой намного превышали пределы даже рекордно тренированных людей.

Пока Иван осознавал все это, вампиры, размазанными от скорости тенями метнувшиеся к нему, на ходу ударили заклинаниями «взгляд василиска» и «мираж», рассчитывая обездвижить жертвы и лишить их ориентации в пространстве. Но случилось нечто совсем, с точки зрения вампиров, невероятное! Девчонка, уже, судя по ее ауре, потерявшая сознание, действуя на уровне рефлекса, отразила направленные в нее заклинания, инстинктивно применив «щит Персея». Это означало, что она маг, причем очень сильный! Вампиры мгновенно сменили тактику: девчонка становилась ценным пленным, достойным захвата и последующего тщательного изучения. Еще бы — человек-маг, да еще такой силы! Поэтому на растерзание и прокорм оставался только застывший перед ними парень, на которого, как казалось, заклинания подействовали именно так, как и должны были. Но это только казалось, а ошибку свою вампиры поняли слишком поздно. Смертельно поздно!

Только что стоявший неподвижно человек вдруг словно телепортировался навстречу одному из вампиров — настолько стремительным было его движение. Стремительным даже для специально тренированных вампиров-бойцов. Оказавшийся перед Ворониным нелюдь даже не понял в первое мгновение, что случилось. А спустя лишь сотую долю секунды, что для подготовленного вампира очень много, почувствовал, что летит по воздуху от страшной силы удара в грудь. Сознание едва не покинуло вампирское тело, а человек уже словно упал вниз под ноги второму нападавшему.

Для Ивана же время словно застыло, все происходящее воспринималось даже им самим не как некие действия, а скорее как переходы между разными состояниями окружающей его реальности, которые он мог формировать или выбирать сам, по своей воле. В этом состоянии он словно и не бил, а лишь представлял, но не только в голове, а «во всем теле», в движениях, как поражает вампира. Интересно было то, что Ивану в этом состоянии совсем не хотелось убивать — даже нелюдей. И не потому, что их целесообразно было захватить живыми. Просто в этом состоянии вообще не хотелось кого-либо лишать жизни и даже сильно повреждать. Да это было и не нужно! Поскольку Иван точно знал и чувствовал, какое действие и какой силы необходимо совершить, чтобы надежно «выключить» кровососов, не убивая их, конечности лишь совершали некие движения, реализующие возникший образ. Словно все происходящее было большим холстом, на котором Иван руками, ногами и телом в целом писал нужную ему картину происходящего, «дорисовывая» одни элементы и «стирая» другие.

Второй вампир уже начал понимать, что они столкнулись с явно нестандартными людьми, но тоже не успел отреагировать на проход Ивана в нижний уровень, из которого тот совершенно естественным для него в этом состоянии движением — которое он не смог потом даже вспомнить! — опираясь на одну руку, ударил нелюдя сразу двумя ногами: в голову и в низ живота. И удары эти были столь сильны, что вампира даже не отбросило, а словно подрубило. Он рухнул на землю, впервые за последние сто пятьдесят лет своей жизни потеряв сознание. Причем от удара человека! В это время вампир, повергнутый Иваном первым, вновь попытался прибегнуть к магии. Он ударил Ивана заклятием «голова Горгоны», ранее всегда приводившим к успеху во всех проведенных им схватках, за исключением разве что очень давней и поэтому почти забытой стычки с аспидом. И вот сейчас неудача постигла нелюдя вторично: Иван вообще никак не отреагировал на брошенное в него мощнейшее заклинание. Курсант, словно телепортировавшись к поднявшемуся на ноги вампиру, нанес невидимую от скорости исполнения и формы ее проведения серию ударов, которые «выбили душу» и из этого врага. Только когда Иван убедился, что вампиры лежат без движения, он вернулся к Насте, чтобы оказать ей первую медицинскую помощь.

И все кончилось. Так же неожиданно, как возникло, состояние «повышенного осознания» пропало. Но даже потеря этого чудесного чувства не смогла отвлечь Ивана от Насти. Лишь когда девушка вздохнула и пошевелилась, он позволил себе расслабиться. Да и то не совсем — привалившись спиной к дереву, Иван закрыл глаза, но развитое в ходе практик в школе чувство опасности по-прежнему сканировало окружающее пространство на предмет поиска возможных угроз. Тем временем Настя окончательно пришла в себя и смогла телепатически связаться с руководством, вызывая помощь.

С трудом осознав, что он «наворотил», Иван пытался вспомнить, какие конкретно ощущения сопровождали его вхождение в это жутко эффективное состояние. Необходимо было попытаться на основе этих ощущений создать «ключи» для теперь уже контролируемого достижения подобного состояния в любой момент времени. Именно от этого занятия его и оторвала окончательно пришедшая в себя Настя.

Кто-то коснулся спины, но Иван, к собственному изумлению, не ответил ударом. Он просто знал, что это — Настя, друг, наконец-то справившаяся с паникой.

— Вертолет, Ваня, вертолет! Беги к нему!

— Пусть садятся здесь. — Иван поднялся, поискал глазами автомат. Не нашел. На щеке болтался полуоборванный наушник, он схватил его, зачем-то дунул, потом ощупал прижатый к шее микрофон. — Центр! Центр, я — «Берег-три»! Видите нас?

— Видят, Ваня, — ответил Богородько. — И я тебя вижу. Сейчас подберем вас! Нелюди через лес уходят к аэродрому, там заваруха…

Вертолет уже кинул на Ивана и до сих пор лежащих на траве вампиров тень, когда он, наконец, нашел глазами приближающегося инструктора. Тот тащил на себе залитого кровью курсанта, сзади еще два бойца вели под руки третьего.

«Все-таки они выжили в поселке! — изумился Иван. — Не все наши полегли! Слава школе!»

Подходящий Богородько, увидев двух лежащих вампиров, присвистнул:

— Ну ни хрена себе! Воронин, ты что, заговоренный? Или тайный супермен местного розлива?! Сначала «поглотителя энергии» оприходовал, а теперь аж двух вампиров отрубил. Это надо ж, блин! Зачет тебе по моему предмету и, пожалуй, увольнительная на кондитерскую фабрику. Цел, Ванька?

Иван оглядывался: он и сам был поражен случившимся. С выражением безмерного удивления на лице чисто механически он помогал загружать на борт все еще неподвижных вампиров, подсаживал Настю и забирался наконец сам. Его хлопал по плечу Богородько, тараторила что-то девушка-маг, одна из сильнейших в Братстве… Кажется, они говорили о том, что ситуация переломлена в пользу Братства, Угрюмов держал поблизости резервы, будто предчувствовал. О том, что помощь наконец прибыла и теперь зарвавшимся нелюдям не уйти. О том, что по нелюдям на полевом аэродроме нанесут уже подготовленный ракетный удар боеприпасами объемного взрыва, и еще о чем-то в этом роде. Иван слушал и даже понимал их, а сам все пытался закрепить в памяти стремительно тускнеющие фрагменты своего боя с вампирами. Первого его боя с нелюдями, в котором он одержал победу! Чистую, а не по очкам! Но воспоминания тускнели, и тогда Иван решил сопоставить произошедшее с той теорией, которая лежала в основе системы боя, преподаваемой курсантам-бойцам в Братстве.

Поэтому Иван хотя и слушал, и слышал всех, сознание словно раздвоилось, Одна его часть была «здесь и сейчас», а вторая анализировала, сопоставляла и сравнивала. Он смотрел на Богородько, а видел его не в вертолете, покрытого своей и чужой кровью, а в школе. Там его, Ивана, готовили драться. Там он научился многому. Как выяснилось, настолько многому, что и сам еще не до конца знал, насколько. Не так давно они вдвоем с Кириллом выдержали столкновение с МП, а сегодня Иван один сразился с двумя вампирами — и победил.

Хотя, конечно же, достигнутое им состояние во многом объясняется яркими воспоминаниями о ранее пережитом кошмаре с оборотнем, следовало признать, что если бы не тренинг в школе Братства, никогда бы у него не высвободились, не проявились все заложенные в человека Творцом древнейшие рефлексы, которые и предопределили во многом исход боя с вампирами. Удивительно, как, за счет чего Богородько, их инструктор, сумел этого добиться? Иван закрыл глаза и провалился в дремоту, наполнившуюся услужливо подкинутыми тренированной памятью наиболее запомнившимися картинами прошедших этапов подготовки.

4

…Войдя в зал, инструктор цепким взглядом оглядел присутствующих курсантов и, видимо, удовлетворенный их видом, начал лекцию:

— Динамика боя определяется не только манерой перемещений и скоростью движения бойца. Она учитывает многие моменты, например, принципы смены направлений, наличие торможений и ускорений, характер силового взаимодействия, а также амплитуды ударов и их траектории. Именно динамический рисунок связывает воедино технику схватки и тактику боя. Поэтому, очерчивая границы возможных вариантов динамической картины боя, поговорим о таких понятиях, как «линейный» и «круговой» бой.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28