Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Медный всадник — Это ВАМ не Медный змий...

ModernLib.Net / Публицистика / СССР Внутренний Предиктор / Медный всадник — Это ВАМ не Медный змий... - Чтение (стр. 6)
Автор: СССР Внутренний Предиктор
Жанр: Публицистика

 

 


При этом, подобно тому как в человеческом организме идет процесс обновления клеток, так и люди рождаются в долгоживущих эгрегорах и растут под их опекой; а став взрослыми, своими биополями поддерживают эгрегор в дальнейшем до свой телесной смерти или выхода из данного эгрегора. Действия входящих в эгрегор людей им координируются, дополняя фрагментарность друг друга, соответственно личностным возможностям каждого человека в неком целостном эгрегориально-целесообразном процессе. Это осуществляется через дальнодействующие каналы энергоинформационного обмена биополевого характера и имеет место даже, если люди не знают ничего друг о друге: о каждом из них “знает” эгрегор — коллективный дух. Каждый эгрегор — надличностный фактор, способный к разнородному управлению и управляющий людьми в большей или меньшей мере.

Соответственно такому пониманию слова “эгрегор”, одна из сторон объективного общественного явления, называемого “духовная культура”, — порождение и преобразование свойственных обществам эгрегоров — коллективных духов, соборностей.

Мощь эгрегора намного больше, чем энергетическая и информационная мощь личности. Поэтому, если параметры настройки энергетики личности соответствуют некоему эгрегору, то эгрегор может энергетически смять, подхватить и унести, пережечь человека или сожрать его; это возможно в случае, если в соответствующем настроении энергетики человек сам обращается к общей с эгрегором информации в своем внутреннем мире или неспособен отстроиться от эгрегориальных попыток возбуждения этой информации в нем, в его внутреннем поведении, осознанном и “подсознательном” мировосприятии и мышлении.

В случае установления устойчивого энергетического контакта и минимальной информационной общности с эгрегором через систему ассоциаций — взаимных связей понятий и образов (в том числе и не осознаваемых) внутреннего мира человека — вся остальная несомая им информация (при отсутствии блокировки доступа к ней) может быть активизирована эгрегором в поведении человека. Так же эгрегор может предоставить человеку доступ к ранее не свойственной личности информации (или внедрить в неё такую в процессе биополевого контакта) и временно более или менее эффективно блокировать память, интеллект и иные уровни и системы в организации психики. Соответственно в намерениях и поведении человека может быть различима эгрегориальная и личностная составляющие.

Если психика человека замкнута на взаимно антагонистичные эгрегоры, то на достаточно длительных интервалах времени его поведение крайне непоследовательно без внешне видимых причин к тому, т.е. внутренне конфликтно и взаимно исключающе (взаимно уничтожающе) целесобразно. Кроме того, он может внезапно и без видимых извне и понятных ему самому причин испытывать слабость и подавленность психики, поскольку некоторые из взаимно антагонистичных эгрегоров могут использовать его только как энергетическую “дойную корову”, ибо иные варианты использования человека ими — пресекаются другими, более дееспособными, эгрегорами или самим человеком; так же беспричинной и бессмысленной может быть и эмоциональная возбужденность, сродная опьянению.

Если имеет место эгрегориальное водительство со стороны взаимно не антагонистичных эгрегоров, время жизни которых превосходит длительность человеческой жизни, то оно менее заметно в поведении человека и для него самого, и для окружающих его людей, нежели в случае конфликта между водительствующими эгрегорами. Поскольку в этом случае водительство осуществляется в соответствии с долгосрочной, внутренне неантагонистичной эгрегориальной стратегией и начинается еще в период становления личности в детстве, то это порождает иллюзию личной мудрости и дальновидности вследствие того, что через эгрегор, так или иначе, человеку доступен личный опыт и возможности многих людей во многих поколениях. Кроме того, эгрегор ограждает от вхождения в ситуации, в которых личная недееспособность водительствуемого была бы неоспоримо очевидной. При этом возможно как самообольщение иллюзией собственной или чужой дальновидной мудрости, так и предумышленное и неумышленное обольщение ею окружающих, проистекающее из вполне реальной статистики безошибочности подавляющего большинства принимаемых и рекомендуемых человеком решений и действий.

При наличии в обществе практикующих магов (шаманов, “экстрасенсов”) каждый доступный им эгрегор (включая и нелюдские) для них — средство управления жизненными обстоятельствами (ситуацией как объемлющей множество людей системой) и, в частности, обществом на основе искажения и подавления свободной воли людей, чья психика замкнута на контролируемые ими эгрегоры. Это ведет к устранению ими в большей или меньшей мере живой религии людей и Бога разного рода эгрегориальньми наваждениями. Так же эгрегор может стать для них средством анонимного использования в “своих” целях личностных возможностей других людей, входящих в эгрегор, если те не способны выявить через эгрегор и не способны оградить свой внутренний мир от вторжения в него эгрегора.

При этом маг (шаман), контролирующий эгрегор, может быть сам управляем извне как биоробот средствами, выходящими за пределы понимания им возможностей воздействия на него самого, поскольку маг, как и всякий человек, не властен над даваемым Богом ему Различением; чувствительность его также не беспредельна; психика иерархически организована, и не все уровни в её иерархии просматриваемы столь же полно, как и уровень сознания. Он может не замечать своей подконтрольности вследствие заблокированности некоторых фрагментов его психики и даже не воспринимать свои действия в качестве магии, управления эгрегором и попыток вмешательства через эгрегор в психику других людей.

Кроме того, маг (шаман) может быть сам невольником эгрегора по причине биополевой энергетической зависимости от эгрегора, когда привычный для него, комфортный уровень его энергопотенциала обеспечивается за счет эгрегориального перераспределения энергии в его пользу. Попытка самочинного выхода из эгрегориального водительства в сложившейся устойчивой эгрегориальной целесообразности в таком случае будет сопровождаться нарушением биополей мага-невольника, не способного привести их к привычному ему комфортному уровню энергопотенциала вне эгрегора. Тогда осознавший это маг “клянет печальный жребий свой”.

Подобная энергетическая зависимость может быть не только приобретенной в зрелом возрасте, но также быть следствием того, что человек рос и вырос под эгрегориальным водительством. В этом случае энергетическая зависимость может быть подкреплена информационно тем, что эгрегориальное водительство ограждало человека всю его жизнь от соприкосновения с эгрегориально чуждой или эгрегориально неприемлемой информацией. Вследствие этого человек может иметь очень целостный характер, целостное мировоззрение, развитую культуру мировосприятия и мышления, но в его внутреннем мире практически не будет эгрегориально неприемлемой информации, а при соприкосновении с нею в обществе её восприятие и обработка будут искажаться, извращаться, блокироваться эгрегориальным возбуждением его психики иной тематической ориентации, наваждениями, блокированием памяти или энергетическим дискомфортом, нарушающим, единство эмоционального и смыслового строя души.

Исторически реально, что многие эгрегоры — искусственное насаждение в истории человечества, порожденное знахарями с целью обеспечения управления обществом по избранной ими концепции. Соответствующие этим эгрегорам религиозные культы, замыкают психику людей на эгрегоры, извращая личностные взаимоотношения каждого человека и Бога. Воздействие на течение событий через разного рода эгрегоры, порождаемые обществом, — также одна из составляющих магии в культуре человечества.

В силу особенностей, свойственных Мирозданию, люди, проявляя разного рода отсебятину , нарушающую лад в Мироздании, по существу оказываются в области “магии”, даже если не считают себя “магами” и не владеют специфическими приемами тех или иных традиционных или нетрадиционных школ магии. Соответственно, любое художественное творчество, открытое для прочтения, обозрения людям — эгрегориальная магия большей или меньшей эффективности; таимое от других художественное творчество — более или менее эффективное использование метода подчинения объекта моделирующему аналогу, однако неопределенное в смысле адресата магического воздействия.

Если рассматривать возможности управления течением событий в жизни общества через некоторый эгрегор, то необходимо систематическое устойчивое замыкание психики множества людей, на эгрегор, в котором поддерживается и модифицируется информация, свойственная той или иной концепции управления обществом. В прошлом, такого рода замыкателями психики людей на эгрегоры, были религиозные культы, в которых ложь многочисленных тематически ориентированных искажений истинных Откровений подавляла взаимоотношения людей и Бога.

Отступление № 3

По своей природе, т.е. по Божьему Предопределению, человек наделен индивидуальными пятью органами чувств — пятью приемными рецепторами, с помощью которых он как бы снимает “информационную кальку” с окружающего его единого и целостного внешнего мира и формирует в индивидуальном внутреннем мире субъективные образы объективных явлений внешнего мира. В конце ХХ столетия в мире насчитывается около 6 млрд. человек, но нет двух людей, у которых был бы одинаковый рисунок кожного покрова пальцев руки. На этом построена вся современная дактилоскопия; но в этом же и проявление индивидуальности чувства осязания. В мире также не найти двух людей с абсолютно одинаковыми по внешнему виду ушами, носами, глазами; в этом проявление (чисто внешнее) индивидуальности (своеобразности) чувств слуха, обоняния, зрения каждого человека из всего множества населяющих нашу планету. Точно также обстоит дело и с чувством вкуса. Внутреннее проявление индивидуальности этих чувств — в пороге чувствительности.

Субъективные образы вещей и явлений объективного внешнего мира, сформированные в результате взаимодействия индивидуальных приемных рецепторов (пяти органов чувств) и индивидуальной психической деятельности — и есть то, что мы называем “информацией” в понятии: Вселенная — процесс триединства материи, информации и меры. Особенностью этого вида “информации” — субъективной категории — является то, что она существует как бы отдельно от материи, меры и информации — объективных категорий всегда существующих нераздельно — только на уровне подсознания; на уровень сознания она переходит (если можно так выразиться) после обретения ею кода=меры=слова. Каждый желающий может на собственном опыте убедиться, как неосознанные, т.е. внелексические образы вещей и явлений внешнего мира (субъективная информация) обретают и субъективную меру=слово. Происходит это во сне, когда сознание заблокировано, а подсознание активизируется и ведет интенсивную обработку поступившей к этому времени из внешнего мира объективной информации. Сны “видят” и “слышат” внутренним зрением и слухом практически все (даже те, кто это отрицает), но пересказать из “увиденного” и “услышанного” могут немногое: только те образы, которые обретают лексическую меру. Так неосознанные, внелексические образы обретают меру, т.е. слово и человек может пересказать себе и окружающим свой сон.

И свобода человека, живущего в едином и целостном мире, — это свобода формирования индивидуальных внелексических (неосознанных) образов вещей и явлений на уровне подсознания. Как только человек начинает переводить неосознанные образы в осознанные, его свобода на этом и кончается, т.к. она тут же сталкивается со свободой другого индивида, обладающего равными с ним правами по части свободы кодирования своих индивидуальных образов в отношении тех же самых вещей и явлений. В реальном, внешнем человеку мире, материя, информация и мера — неразрывны и существуют как процесс триединство.

И в этом нет ничего нового: все это давно было известно на Руси, однако описывалось в несколько иной терминологии в народных сказаниях, пословицах, поговорках. Поэтому в русском языке воля и свобода воспринимаются сознанием как синонимы, хотя это и не совсем так: воля категория подсознания; свобода — сознания. Понять же разницу меж “свободой” и “волей” можно лишь через живую русскую речь, отражающую ее в народных пословицах и поговорках: “Вольному — воля, спасенному — рай.”, — т.е. чтобы попасть в рай, нельзя слепо следовать за своими страстями; в противном случае обретешь лишь вольные — внелексические субъективные образы объективных явлений. Поэтому свободен лишь тот, кто действует не по побуждениям и прихотям, а кто способен рассудком контролировать свою индивидуальную психику. Отсюда и пословица русская: “Не умом грешат, а волей.” После чего становится понятно почему “Свобода — осознанная необходимость”, поскольку “Всякому своя воля”. Но это означает, что “Своя воля, своя и доля” — т.е. всякий волен иметь свои внелексические образы об окружающем его едином и целостном мире и бездумно следовать им в жизни, но при этом не пенять на свою долю. Слово “бездумно” выделено потому, что кодирование словом внелексических образов подсознания неизбежно приводит к пониманию свободы на уровне сознания, как осознанной необходимости соотносить свои лексические образы с лексическими образами других людей. Если человек этого процесса не понимает, то у него создается патовая ситуация, когда “Разум сягает, да воля не берет.” Это означает, что сознание механически воспринимает слова, а соответствующих им образов в подсознании не возникает и потому осознанное действие блокируется. Наконец, о различии подсознания человека и животного: “У человека воля, у животного побудка”. Все поговорки приведены по словарю В.И.Даля. Побудка — по этому словарю, - врожденный всем животным дар, исполнять все потребности свои бессознательно. В побудке животных слиты в одно ум и воля, или думка и сердце, разрозненные в человеке. “Легавая собака ищет дичь побудкой”, т.е. подчиняясь программе, заложенной в её психике.

“Побудка” животных — результат моделирования Объективной реальности в психике животного, во-первых, на уровне генетической обусловленности психических возможностей вида, во-вторых, — воспитательного воздействия на него окружающих особей своего и других видов без их осмысления. И животные отражают в свою психику Объективную реальность в виде образов с неизвестными человеку внелексическими кодами. Но говорить о “понятиях” по отношению к животным можно лишь на уровне их способностей к лексическим формам кодирования их субъективных образов. Увы! У собаки на все многообразие этих образов один код (при различной эмоциональной окраске): Гав! У коровы: Му! У кошки: Мяу! и т.д.

Так мы рассмотрели первую половину спирального процесса познания. Каждый человек в процессе всей своей жизни принадлежит одновременно множеству взаимовложенных социальных групп, отличающихся одна от другой по кругу интересов: семейных, профессиональных, партийных, религиозных, национальных, мафиозных и т.д. И если в первичной такой группе-семье каждое произнесенное слово или выражение, как правило, вызывает у членов семьи единые образы в отношении определенных явлений внутреннего и внешнего мира человека, то при вхождении в каждую последующую социальную группу те же самые слова могут вызвать совершенно другие образы в отношении точно таких же вещей и явлений окружающего мира. Это отражено в русской поговорке: “Не всякое слово всяким понимается”. И в этом — тоже проявление свободы человека, но не той декларативной, о которой так любит порассуждать наша безответственно болтающая “либеральная” (в переводе с английского — свободная) интеллигенция, а подлинной, предопределенной Свыше. Слово, слововыражение, становящееся единым кодом для множества индивидуальных образов в отношении определенных вещей и явлений окружающего мира в достаточно широкой по своему социальному составу группе, становится для нее общепринятым понятием. В толковом словаре русского языка В.И.Даля есть выражение: “Луга, берег, лес этот понимается, потопляется, заливается ежегодно”. Другими словами, если множество индивидуальных образов заливается, затапливается неким новым единым кодом=мерой=словом, то в массовом сознании происходит единый процесс отмирания старого понятия по отношению к одному и тому же единому для всех явлению внешнего мира и рождения нового.

И только после завершения полного витка спирального процесса познания новое слово или слововыражение как бы оживает, т.е. становится общеупотребительным, а прежнее, даже сохраняясь в словарях и текстах, — выходя из употребления, как бы отмирает. И чем шире по своему социальному составу группа людей, чем более широкий круг интересов она представляет, тем весомее и значительнее в жизнедеятельности людей становится общепринятое слово-понятие. И тогда происходит то, что в стихотворной форме отражено у поэта Н.Гумилева: “Словом останавливают Солнце, словом разрушают города”.

Разумеется, словом не только разрушают, но и созидают. Все зависит от того, образы каких явлений — созидательных или разрушительных — вызывает в подсознании человека конкретное слово или слововыражение. Таким образом, вторая половина спирали отображения-познания выглядит так: слово, становясь единым кодом для множества индивидуальных образов, обретает статус понятия по отношению к неким объективным явлениям в конкретный исторический период развития общества. В силу того, что вселенная целостна и представляет собой процесс триединства материи, информации и меры, то при наличии двух составляющих: меры-слова и информации-образа, третья — материализующееся явление — реализуется непременно. Так человек, в отличие от животного, разорвал инфернальный (замкнутый) круг простого отображения, превратив его в спираль отображения — познания. Так человек — часть единого и целостного мира — реализует Богом данную ему возможность отображая познавать и управляя преображать окружающий мир вещей и явлений, что недоступно животному.

При этом важно понять роль управления, или правильнее у-пра-воления. “Воля” и “свобода”, как категории бессознательного и сознательного, указуют на возможности данные человеку Свыше действовать либо в режиме “автопилота” (на основе программ, заложенных в подсознание через генокод, а также посредством вторжения в психику в обход сознания или возникших в процессе осознанного самовоспитания [34]), либо в режиме прямого “пилотирования”, т.е. при согласованном взаимодействии сознания и подсознания с учетом обстановки, складывающейся во внутреннем и внешнем мире человека. Однако, до смены отношений эталонных частот биологического и социального времени [35] “пилот” не в состоянии был устойчиво контролировать программу “автопилота”, т.е. связи между индивидуальным и особенно коллективным бессознательным и сознательным в большинстве своем существовали прямые, а обратные (контроль подсознания со стороны сознания) в основном отсутствовали и потому толпа легко поддавалась страстям, что позволяло управлять ею в обход сознания через подсознание.

Еврейская толпа, образ которой скрыт под именем Евгений, не является в этом смысле исключением [36].


Глава 7. Или во сне он это видит?


Его отчаянные взоры

На край один наведены

Недвижно были.

Согласно словарю В.И.Даля, отчаянный человек, кому все нипочем, живущий очертя голову, решительный на все крайности; исступленный, т.е. одержимый. В Коране о таких сказано: “А если бы истина последовала за их страстями, тогда бы пришли в расстройство небо, и земля, и те, кто в них.” Сура 23, стих 73(71) в переводе И.Ю.Крачковского. Отчаянное дело, по тому же словарю В.И.Даля, — безнадежное, пропащее; крайнее и опасное, грозное. Подобный анализ информации по оглашению (фразы об отчаянных взорах Евгения) позволяет сделать доступной и информацию об умолчаниях поэмы — маниакальное стремление еврейства к ложной и опасной для человечества цели. Поэтому далее идет, как бы не связанное с предыдущей фразой, образное описание мощных и грозных, во многом разрушительных революционных процессов, идущих из “возмущенной глубины” и обычно провоцируемых в России посредством особой активности еврейства.

Словно горы,

Из возмущенной глубины

Вставали волны там и злились,

Там буря выла, там носились

Обломки…

И сразу после этого взывание Евгения к Богу по поводу опасности:

Боже, Боже! там -

Увы! близехонько к волнам

Согласно Словарю В.И.Даля, “в переносном значении волною зовут движущуюся в одну сторону громаду, толпу:

Народ волна волной валит.

Мирская молва, что морская волна.

Толпа волнуется — возмущается.”

В поэме слово “волны” наиболее употребительное из всех слов и используется в тексте тринадцать раз, причем с очень широким спектром самых различных характеристик: пустынные, новые, шумные, злобные, страшные, бурные, иные. Есть даже одно указание (во “Вступлении”) на некую “национальную” окраску волн.


Вражду и плен старинный свой

Пусть волны финские забудут

И тщетной злобою не будут

Тревожить вечный сон Петра. [37]

Слово “национальный” взято в кавычки потому, что “в переводе с ирландского слово «финн» означает «тайное знание», и в ирландской мифо-эпической традиции — это герой, мудрец, провидец” [38], т.е. по существу либо жрец, либо знахарь (в зависимости от того, в чьих интересах он действует: всего общества или некого клана). Другими словами, если не нарушать целостности повествования на уровне второго смыслового ряда, то во “Вступлении” иносказательно речь идет о противостоянии знахарских толп, имеющих различные цели по отношению к толпам национальным.

В конце “Второй части” поэмы содержательная сторона слова “волны” раскрывается через глагольную рифму “толпились”:

Он узнал

И место, где потоп играл

Где волны хищные толпились

Бунтуя злобно вкруг него.

Действительно, толпа не способна на осмысленные действия: она может лишь злобно бунтовать. Далее — о причинах опасений Евгения. На уровне первого смыслового ряда — он боится того, что наводнение представляет угрозу Параше, ее матери и их жилищу.

Почти у самого залива -

Забор некрашеный да ива

И ветхий домик: там оне,

Вдова и дочь, его Параша,

Его мечта…

На уровне второго смыслового ряда Параша — образ народов России. Тогда мечта еврейства (конечно неосознанная, поскольку все происходит во сне) — войти в эту семью, но не в качестве “богоизбранного”, а равноправного члена и, таким образом, соединиться с Парашей. А что мешает этому?

Во-первых, — “Ветхий домик”, который “Увы! близехонько к волнам”. Идеалистический атеизм “Ветхого Завета” к концу ХIХ столетия не только приблизился к народам России через первое издание Библии, но вскоре был ими и преодолен.

Во-вторых, — вдова. Для обыденного сознания это просто мать Параши. Раскрытие иносказания второго смыслового ряда находим во “Вступлении”.

Темнозелеными садами

Ее покрылись острова.

И перед младшею столицей

Померкла старая Москва,

Как перед новою царицей

Порфироносная вдова.

О том, что “осторова” — образ управленческой “элиты” говорилось выше. Слово “острова” не просто рифмуется со словом “вдова”. На уровне второго смыслового ряда вдова — образ монархического правления цивилизации Россия. Отсутствие имени у вдовы (в отличие от дочери) — по умолчанию указание на то, что всякая концептуально несамостоятельная форма управления государством — временная. И хотя о муже вдовы в “Медном Всаднике” ни слова, но образ этого “покойника”, остающегося за кадром, незримо присутствует. Если “вдова” — образ формы правления, то “муж вдовы” — образ господствующего класса — во все времена потенциального покойника. Об этом в 51 октаве “Домика в Коломне” вдова говорит прямо, после того как Параша приперла ее вопросом о “таинственном” исчезновении Мавруши:

Обедня кончилась; пришла Параша.

—“Что маменька?” — “Ах, Пашенька моя!

Маврушка…” — “Что, что с ней?” — “Кухарка наша…

Опомниться досель не в силах я…

За зеркальцем… вся в мыле…” — “Воля ваша,

Мне право ничего понять нельзя;

Да где ж Мавруша?” — “Ах, она разбойник!

Она здесь брилась!… Точно мой покойник!”

Еще раз напомним, что “Мавр” — псевдоним немецкого еврея Карла Маркса. В этом смысле “Мавруша” — своеобразный поэтический палец указующий на марксизм, как экспортную модификацию библейской концепции управления народами России, преодолевшими в своем подсознании к концу ХIХ века идеалистический библейский атеизм.

Палец указует точно (Ма-Вруша и разбойник), поскольку уже давно выявлено, что политэкономия марксизма была построена на вымышленных категориях, которые не поддаются практическому измерению в процессе хозяйственной деятельности общества. Таковыми являются «необходимое» и «прибавочное рабочее время», «простой» и «сложный труд», «необходимый» и «прибавочный продукт» и т.п., плюс к тому ошибка либо злоумышленная ложь К.Маркса в вопросе о «догме Смита».

Одно из афористичных определений социализма было дано Лениным: «Социализм — это учет и контроль». По отношению к политэкономии оно означает, что поскольку в практике хозяйственной деятельности измерения категорий политэкономической науки марксизма невозможны, то невозможны учет, контроль и, как следствие, невозможен ни социализм, ни переход к коммунизму на основе марксизма.

Иными словами, марксизм создает при его пропаганде правдоподобное описание процессов общественно-экономической деятельности и это описание принимается марксистами на веру без понимания, поскольку в здравом уме человек не способен связать вымышленные категории марксистского учения с реальностью жизни. При этом, столкнувшись с марксизмом, любой индивид может сделать два взаимоисключающих вывода:

· либо признать свое скудоумие и преклониться перед толкователями жизни на основе марксизма, предположив, что они преодолели то, чего не смог преодолеть он сам;

· либо признать, что сам он — в здравом уме, но тогда ему приходится признать, что содержательно марксизм — вздор, а те, кто толкует жизнь на его основе, представляют собой в совокупности с их психически ненормальной массовкой политических аферистов с глобальными претензиями.

В первом случае такой индивид может смело причислять себя к марксистам; во втором — к обществу людей со здравым рассудком. И при этом в первом случае общество будет некоторым образом жить, полагая, что власть, в том числе и финансово-экономическая, принадлежит толкователям жизни на основе марксизма; так будут думать и многие из толкователей; но реальная власть по-прежнему будет принадлежать тем, кто создал марксизм в качестве прикрытия для своей реальной вседозволенности по отношению к целым народам.

Во втором случае общество будет вынуждено создать антимарксистскую социологию, способную защитить его жизнь от поползновений хозяев марксизма к его эксплуатации в своих целях.

И в-третьих, тысячелетиями неразрешимый для еврейства вопрос:

Или во сне

Он это видит? иль вся наша

И жизнь ничто, как сон пустой,

Насмешка Рока над землей?

Ответ Пушкина краток и звучит как исторический приговор:

И он, как будто околдован,

Как будто к мрамору прикован,

Сойти не может!

Другими словами, внешне Евгений “на звере мраморном верхом”, а в действительности он околдован и прикован древнеегипетским знахарством, укрывшемся в колене левитовом, рабской необходимостью оставаться бездумной периферией библейского знахарства — самой древней и самой богатой мафии. Современные антисемиты, в большинстве своем также бездумные, ибо больше всего мучаются объяснениями особенной сплоченности еврейства и их завидного упорства в достижении поставленных целей. Весь секрет их сплоченности — в неосознанной концептуальной дисциплинированности. Противопоставить ей можно только осознанную концептуальную дисциплину общества в целом, тем более что альтернативная библейской — КОНЦЕПЦИЯ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ, изложенная в современной лексике под названием “Мертвая вода”, уже существует. Предвидел ли такую возможность Пушкин? Судите сами:

Вкруг него

Вода и больше ничего!

Только после этих слов впервые появляется Тот, чьим именем названа поэма:

И, обращен к нему спиною,

В неколебимой вышине,

Над возмущенною Невою

Стоит с простертою рукою

Кумир на бронзовом коне.

Этими словами завершается Первая часть поэмы. Поскольку с “кумиром” нам предстоит встретиться еще не раз, мы прокомментируем его роль в повествовании по завершении всего исследования. А пока перейдем к оценке дальнейшего развития событий, описанию которых посвящена Часть вторая.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Одного яйца два раза не высидишь!

К.Прутков


Глава 1. “Иная” и “новая” вода


“Часть вторая” начинается с описания последствий послереволюционных потрясений:

Но вот, насытясь разрушеньем

И наглым буйством утомясь,

Нева обратно повлеклась,

Своим любуясь возмущеньем

И покидая с небреженьем

Свою добычу.

Принадлежа к высшему сословию и хорошо представляя, что такое “русский бунт, бессмысленный и беспощадный”, поэт стремился донести до читателя в поэтической форме некие, скорее всего внелексические образы, которые вставали перед ним, как “воспоминание” о будущих испытаниях, через которые должна будет пройти Россия прежде чем она избавится от периферии библейского знахарства.


Так злодей,

С свирепой шайкою своей

В село ворвавшись, ломит, режет,


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14