Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Базил Хвостолом (№1) - Базил Хвостолом

ModernLib.Net / Фэнтези / Раули Кристофер / Базил Хвостолом - Чтение (стр. 12)
Автор: Раули Кристофер
Жанр: Фэнтези
Серия: Базил Хвостолом

 

 


Марко глянул на Релкина.

— Вот так. Если Асгах все еще обитает среди теней, то он будет знать, чем мы занимаемся здесь, в его жилище, и он нас одобрит.

Тут, размахивая тесаками, из кустарника на них бросились бесы. За ними шли тролли. Базил с Несесситас вышли вперед и встретили их, преградив им дорогу.

Запели луки, полетели стрелы, и пара бесов рухнула па землю. Остальные приближались нетерпеливой ордой.

Огромные мечи взвились и отскочили от щитов и шлемов троллей. Базил увернулся от двух пик, и Пиокар ударил в ответ по вражеским мордам. Третий тролль замахнулся на него булавой и промазал всего лишь на волос, попав в огромную голову давно умершего бога.

Голова тревожно задрожала, как будто собираясь перевернуться. Релкин отпрыгнул — если бы она покатилась, то сокрушила бы их, как жернов зерно.

Тролль схватился с Базилом, щиты их зазвенели, столкнувшись, и тролль отлетел назад.

Тролль поплотнее надел шлем на голову и с рычанием бросился в повторную атаку.

Пиокар запел в лапах Базила, но каменные стены не позволяли особенно размахнуться. И все же Базилу удалось садануть троллю по щиту, и на мгновение тварь рухнула на колени.

Тролль оправился и так крутанул топором, что рассек бы Базилу шею, если б тот не отпрянул.

С мечом наперевес подбежал бес, пытаясь подрезать дракону поджилки, но рядом оказался Релкин и встретил беса стрелой. Стрела попала бесу в правый глаз.

Базил вновь ударил тролля, и тот качнулся назад, чуть было не раздавив нескольких бесов, оказавшихся зажатыми его тушей. С обеих сторон полетели стрелы. Базил мгновенно получил три стрелы в правое плечо.

Релкин подстрелил очередного беса, но тут снова вернулся тролль, на этот раз не один, а в компании еще одного такого же. Базил обменялся с ними приветственным рыком, и они бросились на него.

Базил был защищен каменной головой Асгаха и избежал удара пикой. Пиокар взлетел и с размаха раскроил щит ближайшего тролля.

Тролль отшатнулся с почти перерубленной лапой. Другой вновь сделал выпад пикой, и Базил едва успел прикрыться щитом.

Тролль перебрался через развороченные камни и сцепился с драконом. Базилу мешал щит, на мгновение дракон потерял равновесие. И огромный темно-бордовый кулак ударил в чувствительный нос Базила.

Куошит взвыл от боли и ткнул рукоятью меча троллю к морду. Тот с ревом отшатнулся. Другой тролль стал подниматься на ноги. Релкин всадил ему в грудь стрелу, но без особого результата. Затем, огибая троллей, вновь хлынули бесы и полезли на стену. Мимо Релкина пробежали солдаты и вступили с ними в бой на стене. Релкин натянул тетиву и запустил еще одну стрелу в плотную кучу бесов.

Базил ударил Пиокаром, сталь вновь жалобно вскрикнула, и огромные искры с шипением разлетелись над головами суетящихся бесов.

Еще несколько солдат бросились вперед, чтобы остановить вражескую волну.

Появились два новых тролля, и пока один из них схватился с Базилом, другой занялся солдатами, сбивая их с ног гигантской булавой.

Релкин пригнулся, когда булава пролетела мимо, и ткнул мечом троллю в колено.

Тролль взревел от боли, хлынула черная кровь. На удивление быстро он взмахнул лапой и вскользь задел Релкина, но тому хватило и этого; его отбросило к голове Асгаха.

У драконопаса перехватило дыхание. Он едва мог шевельнуться. А к нему уже приближался бес, размахивая мечом с намерением снести ему голову.

Но мелькнула хвостовая булава Базила и ударила беса по спине, сбив с ног и опрокинув на землю.

Релкин медленно поднялся и тут же уклонился от беса с копьем. Острие с хрустом погрузилось в ствол дерева. Релкин отразил мечом другое копье, попытался рубануть беса, но промахнулся.

Солдат, стоявший позади, зашатался, получив стрелу в глотку, и прежде, чем он смог шевельнуться, бес всадил ему меч в живот, и солдат упал.

Релкин парировал следующий удар и увидел, как Каустрэп, кузнец их отряда, оттолкнул щит одного из бесов и рубанул того по животу.

С другой стороны на землю грохнулся тролль, Релкин подпрыгнул. Голова тролля откатилась от тела, отрубленная Пиокаром. Базил стоял над телом тролля и отбивался от бесов. Он размахивал мечом так, будто косил траву.

Релкин посмотрел мимо Хвостолома и увидел, как Несесситас сбила с ног другого тролля и положила конец его жизни своим мечом. Но наступала еще дюжина бесов, тех, что были зажаты по другую сторону головы Асгаха.

Базил почувствовал внезапное вдохновение. Еще один тролль перелез через стену и прыгнул вниз на дракона. Базил опустил меч, парировал щитом топор монстра и уцепился обеими лапами за пояс тролля.

Быстрым рывком он оторвал ошарашенного монстра от земли и поднял его над собой. Тролль испуганно заверещал — тролли боятся, когда их хотя бы немного отрывают от земли. Затем Базил раскрутил тварь и швырнул ее на перевернутую голову бога.

Тролль рухнул, из него вышибло дух, а огромная голова задрожала и покатилась к стене, в самую гущу бесов.

Всех их раздавило в лепешку, но голова продолжала катиться, пока вновь не оказалась в вертикальном положении. Лицо древнего Асгаха уставилось на драконов и людей с усмешкой холодного превосходства, когда-то хорошо известного тем, кто ему поклонялся.

— Асгах! — завопил Марко Вели, и его крик подхватили другие мальчишки.

Асгах услышал их зов!

На позиции наступила передышка, хотя вокруг продолжалась жестокая, трудная битва. Несколько троллей пытались взобраться на стену и нанести удар по изможденным солдатам Марнери.

Базил и Несесситас с усилием поднялись и, пошатываясь, ввязались в драку, размахивая огромными мечами.

Базилу повезло, первый его удар отсек троллю лапу. Следующий тролль оказался прижат первым и не мог ничего сделать, кроме как какое-то время защищаться.

Несесситас не так повезло. Тролль рядом с ней уже успел перелезть через край разрушенной стены. Он спрыгнул вниз и нанес ей крепкий удар по щиту, чуть было ее не опрокинув. Затем топор тролля развернулся и попал вскользь ей по шлему. Несесситас качнулась назад, оглушенная, не в состоянии дальше сражаться.

В строю образовалась брешь.

Подбежали солдаты, яростно накинулись на монстра, и им удалось отвлечь его внимание на себя. С бешеным рыком тролль прошелся по ним топором, как будто серпом по пшенице, двух рассек пополам, а остальных разбросал.

Солдаты с мрачным видом продолжали упорно сражаться, даже не помышляя о бегстве, и их мечи полосовали тело тролля слева и справа. Черная кровь потекла по земле, камни сделались скользкими, но тролль твердо стоял на ногах, а через стену уже лез второй.

Могучий Вандер размахнулся и оглушил тролля ударом по шлему; над головами солдат полыхнули голубые искры. Пока тролль был неподвижен, пришла в себя Несесситас, саданула его плашмя мечом по уху и сбила с ног. Солдаты прикончили тварь мечами и кинжалами.

Вандер уже атаковал следующего тролля.

Но теперь возвращались бесы, их было еще больше, чем раньше, а противостоять им могли лишь несколько доведенных до отчаяния солдат, драконопасов и драконир Тецарх.

Тецарх громко крикнул и тут же упал — вражеская стрела попала в щель между нагрудником и тяжелым поясом. Когда его перевернули на спину, он был уже мертв.

А потом на них обрушились бесы. Релкин пустил стрелу, потом бросил свой арбалет и вытащил меч. Какой-то бес замахнулся, метя ему в голову, но Релкин увильнул и ткнул гадкое создание в ногу над коленом. Бес опустил щит и пошел на мальчишку, тесня его своей массой.

Релкин едва удержался на ногах, а затем ударил беса поверх щита, попав ему сбоку по голове и сбив с нее шлем. Бес рубанул по тому месту, где Релкин только что находился, но драконопас уже отскочил вбок и теперь повторил свой трюк, подпрыгнул, вцепился в щит, перегнулся через край и ударил по незащищенной голове беса. Тот рухнул со стоном.

Но не было времени, чтобы ощутить триумф или отвращение от содеянного, на него уже надвигался следующий, а за ним шли еще и еще.

Всем им грозил конец, потому что со всех сторон было одно и то же. Их было меньше пятидесяти, а врагов — три сотни, а может быть, больше.

На другом фланге Кесептон устало переглянулся с Дьюксом и Уилдом. Все чувствовали приближающийся конец.

И тут, перекрыв буйство бесовских барабанов и адский боевой клич, высокими серебряными голосами пропели корнеты и трубы. А чуть позже раздался мощный крик, как будто кричала добрая половина легиона.

— Мы спасены! — крикнул Уилд.

— Подкрепление, — сказал Дьюкс. — Но каким образом?

Вновь зазвучали рожки: один, два, три, четыре рожка. опять прогремел крик.

— Некогда выяснять, — сказал Холлейн. — Трубите в рожки, будем атаковать.

Живее!

— Атаковать? Но у нас в строю меньше пятидесяти солдат и только четыре дракона.

— Неважно — враг дрожит, слушай.

И это была правда: барабаны умолкли, горнов не было слышно. Но вновь раздался сигнал звонких рожков, призывая легион к бою.

Кесептон схватил рожок и протрубил сигнал к атаке. Дьюкс побежал вдоль строя, поднимая солдат, а кто-то поднял другой рожок и тоже подул в него, и солдаты собрались с остатками сил и поднялись с могучим криком. Они ваяли штурмом разрушенную стену и бросились на врага.

Бесы заметались в нерешительности, перепуганные атакой с тыла, а теперь те самые солдаты, которых они почти уже разгромили, наступали на них со сталью в руках и яростью во взоре. Бесы дрогнули и с воплем устремились сквозь лес — как безмозглые кролики, бросая оружие, щиты и все остальное, что могло помешать бегству.

А за ними следовали уцелевшие воины Тринадцатого полка Марнери, гоня врага до самого луга, куда по счастливой случайности как раз возвращался, закончив разгром вражеских всадников, субадар Йортч со своими усталыми кавалеристами.

Йортч тут же послал своих людей за удирающими бесами, и тем уже не удалось восстановить боевой порядок; они бежали в панике до самой реки, где многие утонули в давке у брода.

Остались только тролли, и их пришлось окружить и забросать стрелами, пока они наконец не испустили дух и не остались лежать на земле.

Холлейн Кесептон проворно поскакал через луг в поисках того подкрепления, чьи горны спасли положение, но которое так и не появилось.

Он въехал в лес. Никаких признаков легиона или просто отряда. И вообще не похоже, чтобы в лесу кто-нибудь был.

Сбитый с толку, он проехал чуть дальше. Как же так? Все их слышали; и проклятые бесы тоже, не зря же они бросились бежать. Так где же они, те, что трубили в свои чудесные горны?

Когда он возвращался, солнце уже садилось, проливая на поле мрачноватый багровый свет; на лбу капитана резко проступили морщины, он был озадачен. Его встретил Уилд, вместо шлема на нем была большая повязка.

— Ну что, сэр, где они? Что с ними стряслось? Холлейн покачал головой.

— Там нет никого, Уилд, вообще никого. Лейтенант Уилд изумленно уставился на него, затем посмотрел в сторону леса.

— Солдаты поговаривали о мертвом боге Асгахе, вы не слышали?

— Нет. Об Асгахе?

— Бог войны Вероната. Это был его храм. Они говорят, что его голова покатилась и сокрушила дюжину бесов за раз.

Холлейн недоверчиво фыркнул.

— Думаешь, это Асгах дул в те рожки?

— Не знаю, но если там никого нет, а мы отчетливо слышали горны, то… — И Уилд стал внимательно вглядываться в темноту над полем.

Холлейн Кесептон пожал плечами, не найдя для объяснения слов. Разве древние боги все еще живы? Разве они не умерли, не исчезли, смененные Великой Матерью?

Холлейн не слишком истово верил в богов и даже богинь, но теперь он пребывал в крайнем недоумении. Наконец он пробормотал:

— Боги, люди — какая, к дьяволу, разница! Главное, что они спасли нам жизнь. Если бы не они, не думаю, что мы смотрели бы сейчас на этот закат.

Лицо Уилда светилось какой-то странной улыбкой.

— Драконы собираются сжечь троллей в храме Асгаха, они думают, что он оценил бы такое жертвоприношение.

— Вонь будет самая божественная. И они поскакали обратно к кострам.

Глава 22


К тому времени, когда последние лучи солнца оставили поле боя, уцелевших бойцов пересчитали и организовали в похоронные бригады.

Из семидесяти восьми солдат Тринадцатого полка Марнери нужно было похоронить девятнадцать, а еще двадцать получили ранения — от порезов до ударов мечом в живот. Медики уверяли, что по крайней мере трое умрут этой же ночью.

Из талионской кавалерии пропало семь человек где-то между полем битвы и Арго, куда Йортч погнал вражеских всадников. Их считали погибшими. Еще пять были ранены и до конца сезона не смогли бы участвовать в активных боях.

Из Стодевятого драконьего эскадрона остались только четверо пригодных к службе плюс бедолага Кепабар, у которого по-прежнему звенело в голове после удара булыжником.

Пока солдаты хоронили погибших, Йортч послал нескольких кавалеристов подогнать с близлежащих ферм фургоны, чтобы отвезти раненых к пристани. Тем временем драконы и их пастухи рубили кустарник, сооружен громадный погребальный костер, чтобы сжечь тело Сорика.

Релкин и Томас развели огонь, от которого запалили несколько длинных факелов. Драконы воткнули факелы в большую груду кустарника. Сначала повалил дым, затем Неожиданно появилось пламя; вскоре заревел огромный Костер и в воздух взметнулись искры.

Пламя отбрасывало по сторонам резкие багровые отсветы; от нагроможденного неподалеку кургана из мертвых бесов и троллей по лугу запрыгали тени.

Начали прибывать местные жители, доставившие фургоны с провизией и элем, что высоки оценили как солдаты, так и драконы. Вскоре задымила походная кухня, забулькала в котлах каша и лапша.

Драконы, как всегда, быстро набрались пива и затянули унылую, скорбную песнь по погибшим. Мощные, низкие голоса огромных вивернов эхом дробились в скалах Красного Дуба и уносились в долину, где люди выходили из домов и устремляли изумленные взоры к горе.

Но как только были готовы первые котлы с лапшой, огромные рептилии оборвали пение. Как и весь легион, драконы питались мучным, в основном лапшой.

Никакая другая пища не была столь устойчива к порче, столь легка и не хранилась так долго. Драконы приправляли лапшу акхом. Люди пользовались менее острыми приправами.

После того как драконы наелись лапши от пуза, они принялись за бочонки с пивом и продолжили поминальную песнь. К тому времени подошли еще люди, а когда песнь была закончена, на поле собралась порядочная толпа.

При свете большого факела, разбрасывающего по полю мрачные тени, драконы улеглись спать, каждый рядом со своим пастухом.

Но для Холлейна Кесептона время стать еще не настало. После долгих споров он убедил Йортча выслать патрули на разведку. Из их донесений и рассказов местных жителей Холлейн узнал, что основные силы противника раздробились и бежали к пойме Арго. Некоторые переправились в Тунину и исчезли в огромном лесу. Остальных окружили отряды ополченцев из тех фермеров, что остались на своих землях.

Всадники врага также были рассеяны. Шестерых поймали и посадили в тюрьму Пристани Арго, других убили в бою на развилке дорог южнее причалов. Остальные переправились через Арго и поодиночке ушли в леса.

Но по-прежнему вражеские всадники могли появиться в любое время, и Кесептон оказался в окружении встревоженных фермеров, которые требовали защиты своей собственности. Но, имея в распоряжении всего тридцать девять солдат, четырех драконов и одиннадцать кавалеристов, Кесептон не мог защитить много ферм. Тем более что его отряд был вымотан до предела.

Кесептон понимал, что если в ближайшее время появятся новые вражеские отряды, он вряд ли сможет выдержать бой, не получив подкрепления из Далхаузи.

Холлейн никогда не бывал в Пристани Арго, но из того, что он знал о размерах этого форта, получалось, что только на то, чтобы укомплектовать форт личным составом, ему потребовалось бы больше пятидесяти человек. Разумеется, им бы помогли горожане, они уже выказали достаточную храбрость теперь, когда основные силы врага были разбиты. Но фермерам, рассказывающим страшные и скорбные вещи, ему нечего было предложить. Холлейна самого мучил вопрос, сколько времени потребуется на то, чтобы к ним прибыло подкрепление. Если бы утром он выслал в Далхаузи гонца с донесением, то дня через три гонец был бы там — при условии, что дожди не размоют дорогу. После чего помощь может добираться до них чуть ли не месяц. За это время его отряд могут разбить. Не слишком утешительная перспектива.

По-прежнему ярко пылал огромный погребальный костер Сорика, и запах горящей драконьей плоти разносил ветер.

Пока с полдюжины человек призывали немедленно разослать патрули к фермам, где, как опасались, могли прятаться бесы, Кесептон доблестно сражался с собственными сомнениями. Его солдаты были измучены, и нынешней ночью от них нельзя было ожидать многого. Наконец лейтенант Уилд сменил его на посту, и Кесептон сделал знак фермерам удалиться.

Уилд тихо зашептал ему на ухо:

— Мы расположились по другую сторону вон от тех костров. Ваша палатка уже установлена, там отложено немного пищи.

Итак, Холлейн наконец смог спокойно посидеть у палатки. Он поел, выпил и попытался расслабиться при помощи второй кружки эля.

Напряжение медленно покидало его. Что бы там ни случилось в следующие недели, но этой ночью и завтра сражений больше не будет. Он мог позволить себе поспать.

Но прежде чем сон взял свое, часовой дал сигнал, и вскоре перед капитаном предстали две изящные фигуры в серых одеяниях Ордена Сестер. Капитан с трудом попытался подняться на ноги. Женщина невозмутимым, спокойным голосом быстро произнесла:

— Капитан, сегодня вы потратили все свои силы, поэтому не вставайте, позвольте нам сесть рядом с вами. Нам надо кое-что обсудить.

Он посмотрел на нее и увидел довольно красивую женщину с тонкими чертами скуластого лица. Она была неопределенного возраста, но не молода, очень бледна, но не бесцветна. И внимание привлекали именно ее глаза, большие, лучистые, светло-серые.

Спутница была много моложе, почти что девочка, довольно хорошенькая, с румянцем на щеках и живыми карими глазами.

— Добро пожаловать, сестры. Присядьте возле меня, расскажите, что за вести вы принесли.

Сестры без лишних церемоний уселись и сразу же обследовали походный котелок.

— Армейская лапша, мне она всегда нравилась, — сказала женщина постарше.

— Боюсь, это все, что мы можем вам предложить, — ответил Холлейн.

— Спасибо, капитан, мы с удовольствием примем предложение.

Младшая из сестер наполнила пару небольших мисок и полила еду местным кисло-сладким соусом, прежде чем передать старшей сестре.

— Откуда вы пришли? — спросил Холлейн.

— С юга, целый день взбирались по горе Красный Дуб.

— Ага, — сказал Холлейн. — Возможно, вы разрешите загадку. С той стороны мы слышали горны какого-то войска, но до сих пор никого не встретили. Может, вы проходили мимо них по дороге?

Младшая из сестер подавила смешок и уставилась в котелок с лапшой. Старшая пожала плечами.

— Нет, не проходили. Мы шли по лесу. Возможно, даже заблудились.

— Вот уж не поверю. Сестры в сером никогда не заблудятся.

Старшая улыбнулась.

— Благодарю за комплимент. Жаль, что не всегда верно то, что вы так уверенно провозгласили.

Уставший до изнеможения Холлейн чувствовал себя необычайно бодрым в присутствии этой женщины.

«Ведьма! — подумал он. — Она напустила какие-то чары, но органы чувств слишком грубы, чтобы это обнаружить».

— Позвольте представиться, капитан. Меня зовут Лессис, а это — моя помощница Лагдален из Тарчо.

Холлейн подумал, что первое из имен он уже где-то слышал, но при каких обстоятельствах, вспомнить сходу не сумел.

— Холлейн Кесептон, леди. И где-то здесь еще мой лейтенант Сандрон Уилд.

Мы из Тринадцатого полка Марнери. С нами еще подразделения Шестой талионской легкой кавалерии и Стодевятого драконьего эскадрона.

— Сегодня вы сражались долго и трудно, капитан. Он опрокинул остатки эля в свою кружку.

— Проклятье, мы были близки к гибели, очень близки. Как жаль, что мне не удалось отыскать отряд, что был где-то поблизости. Я просто не понимаю — они с нами так и не связались.

Лессис вновь улыбнулась.

— Возможно, то, что вы слышали, вовсе не солдаты.

— Что? Но мы же слышали корнеты. Некоторые говорят, что это был Асгах, древний бог войны, который когда-то правил в этих краях, но по мне корнеты звучали вполне реально, и привидения не показывались.

Лессис поднесла руки ко рту и вдруг дунула в сложенные ладони. Раздался кристально чистый звук корнета, призывающий к атаке.

Холлейн целых три секунды изумленно пялился на нее. Затем хлопнул себя ладонью по колену и захохотал.

— Чтоб меня! Агаху такое не по силам! Так вы и были тем самым подкреплением?! Только вы двое? Она кивнула.

— Боюсь, что так, Холлейн Кесептон. Мы видели, что вам нужна помощь, и, к счастью, сумели одурачить противника, чтобы дать вам возможность сплотить солдат и драконов для новой схватки.

Кесептон кивнул.

— Будь я проклят, что правда, то правда. После этого мы порубили их на кусочки. Но сначала нам приходилось туго.

— Допускаю. — Она опять улыбнулась. — Но в таком случае вся наша затея в Аргонате висит на волоске, и нам раз за разом придется из кожи вон лезть, чтобы победить нашего великого врага.

Удивление Холлейна возобладало над разочарованием от того, что в лесу не оказалось подкрепления. Всего лишь две сестры, причем одна из них — молоденькая девушка, и они сумели обратить противника в бегство.

— Теперь понятно, почему мы никого не нашли! Но скажите мне, как вы заблудились? Должно быть, вы оказались рядом и услышали звуки сражения?

— Мы задержались в пути. Мне пришлось отыскать гонца и научить его говорить.

Брови капитана поползли вверх. Ведьмовские речи!

— Что же, не буду вас больше расспрашивать!

— Это не так трудно, как вы, наверное, думаете, — пробормотала она.

В эту минуту Уилд закончил обход костров и присоединился к ним.

— Дьюкс расставил часовых, и мы выслали с полдюжины фермеров на лошадях к пристани — собрать дополнительные сведения.

Холлейн поблагодарил Уилда кивком, а затем показал на двух сестер в сером.

— Приготовьтесь услышать сюрприз, лейтенант. Уилд поднял свои светло-серые глаза. В них сквозила тревога.

— Сюрприз?

— Это сестра Лессис и сестра Лагдален. Это именно они спасли наши шкуры пару часов назад. Уилд вытаращил глаза.

— Что сделали?

— Они умеют трубить в свои собственные горны. Лессис выдула из ладоней короткую ноту. Уилд поскреб затылок.

— Ну, теперь я все понял.

— Едва ли, любезный сэр, — сказала Лессис. — Но разрешите поздравить вас с сегодняшним подвигом — сражались вы превосходно.

Уилд овладел собой.

— Мы дрались хорошо, моя госпожа, иначе нас просто бы уничтожили. Все мы чуть было не пошли троллям на обед.

— Я это прекрасно понимаю, лейтенант Уилд. На мгновение воцарилось молчание: мужчины, те были просто изумлены, Лессис обдумывала следующий шаг.

— У меня такое чувство, что вам от нас что-то нужно, — произнес наконец Кесептон.

Лессис кивнула. Похоже, она продумала свои слова окончательно.

— Действительно, нужно. Я собираюсь просить вас предпринять исключительно опасное дело и оказать услугу, выходящую далеко за пределы служебного долга, я даже не знаю, насколько далеко. Вы будете подвергаться опасностям, по сравнению с которыми даже сегодняшний скверный день может показаться приятным.

Она сказала это столь ясно и решительно, что мужчины мгновение просто смотрели на нее.

— Что ж… — начал было Кесептон и поперхнулся словами. Во что же он теперь вляпался? Проснулась его природная осторожность.

— Нет, вы меня должны выслушать, капитан. — Она подняла худую руку.

С ощущением, что ему еще придется об этом пожалеть, он уселся обратно и стал слушать.

— Сначала я должна объяснить. Мы преследуем опаснейшего агента врага. Он похитил наследницу трона Марнери, принцессу Беситу. — Значит, она жива? — сказал удивленный Холлейн. — Мы слышали, что она умерла.

— Нет, ее похитил этот человек. Всю зиму мы гонялись за ним по городам Аргоната. В конце концов устроили ему в Талионе ловушку, но предатель предупредил его, и он от нас ускользнул. Теперь он приближается к лесной дороге через Тунину. Там мы должны его перехватить.

— Какими силами он располагает? — спросил Холлейн.

— Он должен встретиться с отрядом бесов и троллей, которые рыщут в окрестностях горы Снежный Пояс. Вот почему нам нужна ваша помощь.

Холлейн кивнул. Зимняя кампания, затем эта страшная битва, и вот теперь сражение в древнем лесу Тунины. Никакой передышки.

— Наши силы намного сократились, и мы едва ли готовы для похода, не говоря уже о сражениях.

— Я понимаю, капитан. Тем не менее, вы — единственное в этих краях войско, которое можно задействовать и повести на врага, прежде чем он пройдет мимо наших укреплений в долину Ган. Наши шансы захватить его там и отобрать принцессу весьма незначительны. Как только принцесса окажется в городе Черепа, править Марнери она уже никогда не сможет.

Холлейн пожал плечами.

— Значит, Эральд станет королем, как того и желает король нынешний. Это всем известно.

— Эральд — своенравный кретин; он молодой, легкомысленный и вдобавок весьма порочный. Нельзя допустить, чтобы он занял трон Марнери.

Прежде чем заговорить, Холлейн прикусил губу.

— Разве мы не должны уважать волю короля и его народа?

— Да, конечно, но люди не всегда знают истину. Популярность Эральда основана на щедрых подачках: его отец манипулировал общественным мнением. А Эральда, стань он королем, задавят собственные же советники, ведь он их никогда не выбирает благоразумно. Я знаю, что население Аргоната сопротивляется руководству Империи в подобных вопросах, но сейчас это руководство просто необходимо. Все, что мы приобрели, находится под угрозой, враг снова встал на ноги.

— Люди Марнери не хотят, чтобы ими правили женщины. Они считают, что лучше уж прямо идти в Кунфшон в рабство.

Лессис фыркнула и опустила взгляд.

— Люди Марнери выжили благодаря своим силе и хитрости. И доля власти, исходящая с островов, не принесла им большого вреда.

Холлейн кивнул.

— Да, вы правы. Но я свирепею от мысли, что ведьмы так нагло вмешиваются в порядок наследования трона. Лессис вздохнула и пожала плечами.

— Конечно, было бы лучше, если бы мы не вмешивались. Но в данном случае величайшей ошибкой будет допустить, чтобы Эральд стал следующим королем Марнери.

— Кое-кто сказал бы, что я становлюсь изменником, только лишь потому, что говорю с вами об этом.

— Да, действительно, но они были бы не правы, как вы знаете. — Она развела руками. — Ну же, капитан Кесептон, будьте честны. Несомненно, в интересах Марнери и, следовательно, всего Аргоната гораздо лучше, если трон займет умный, здравомыслящий человек, а не движимый страстями ребенок, которого обманут и ограбят честолюбцы и взяточники.

Холлейн пожал плечами.

— В общем, да.

— Значит, вы проводите нас до Тунины?

— Мне нужен приказ, подтверждающий это. Пока у меня есть предписания ограничиться этим берегом Арго. Лессис поджала губы.

— Конечно, я понимаю. Сегодня же вечером мы отправим моего гонца в форт Далхаузи, а завтра он вернется с приказом.

— Но Далхаузи в трех-четырех днях езды.

— Капитан, мой гонец не скачет верхом. Она сложила ладони рупором и принялась дуть, но на этот раз вместо призывного звука марнерийского корнета раздалось странное уханье. Через несколько мгновений, мягко шлепая большими крыльями, прилетел громадный филин и уселся на шесте палатки Кесептона.

Лессис подула снова и подняла посох. Филин взмахнул крыльями и опустился возле нее.

— Вот мой гонец, Чинук с горы Красный Дуб. У него живой ум, но его мало трогают заботы людей.

Холлейн уставился на филина. Тот был громаден. Голова птицы вдруг повернулась и огромные глаза пристально посмотрели на капитана. Какой ум таился в глубине этих свирепых зрачков! Холлейн был поражен.

— Ну что ж, — сказал он, — отправьте его в Далхаузи, а там посмотрим, что скажут власти о вашем предложении.

Каким образом филин намерен общаться с генералом Гектором, пока оставалось для Кесептона загадкой.

Лессис тихими мяуканьем, уханьем и шепотом переговорила с филином, нацарапала на клочке пергамента записку и привязала ее к птичьей лапе обрывком бечевки. Филин беспокойно дернулся, поднял лапу и клюнул пергамент, но снять не сумел. Лессис сказала что-то еще и провела ладонью перед огромными глазами птицы. Та моргнула, расправила крылья и полетела прочь, плавно взмахивая крыльями.

Лессис повернулась к Кесептону.

— К завтрашнему утру мы получим для вас предписание, но остаться и ждать здесь мы не можем. Завтра утром мы должны переправиться через Арго. До переправы путь долог.

— Вы слишком многого от меня просите, сестра Лессис. Без приказа я так поступить не могу. Иначе я предстану перед трибуналом.

— Приказ вы получите, капитан, от меня. Верьте мне, когда я говорю, что ни один человек вас не осудит за это. Холлейн присвистнул.

— Напротив, я полагаю, что это положит конец моей карьере.

Голос Лессис зазвенел металлом.

— Капитан, не заблуждайтесь, пусть эти простые серые одежды вас не смущают. Я — непосредственный представитель Имперского совета. Будь у меня военный чин, я была бы генералом, понимаете? Отныне вы будете находиться под моим командованием.

Он опять поперхнулся. Это обещало неприятностей больше, чем любая битва.

Уступить командование ведьме?

Что скажут об этом Лиепол Дьюкс и Йортч?

Лессис заговорила вновь:

— Завтра мы должны выступить, потому что в лесу у нас назначена встреча с друзьями.

— Друзьями?

— Да, эльфами короля Матуголина. Они уже разведали дорогу, и у них будут новости о передвижении врага. Холлейн почувствовал, как у него холодеет кровь.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28