Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мошкиты (№1) - Мошка в зенице Господней

ModernLib.Net / Научная фантастика / Нивен Ларри, Пурнель Джерри / Мошка в зенице Господней - Чтение (стр. 25)
Авторы: Нивен Ларри,
Пурнель Джерри
Жанр: Научная фантастика
Серия: Мошкиты

 

 


— Они смогли затмить Глаз Мурчисона. После этого даже возникла новая религия. У нас были свои собственные войны, поэтому…

— Они оказались достаточно мощными и для того, чтобы прикончить цивилизацию. Из-за них коллапс произошел раньше времени, и все мы погрузились в пучину варварства. Посредники должны были с самого начала предвидеть такой оборот.

— О, зубы Господа, — буркнул Уайтбрид. — Вы всегда действуете таким образом?

— Каким образом, Джонатан?

— В любую секунду ожидая падения всего? Учитывая этот факт?

— Так поступают разумные народы. Все, кроме Безумных Эдди. Полагаю, классическим случаем синдрома Безумного Эдди была та машина времени. Вы видели ее в одной из скульптур…

— Верно.

— Некий специалист по истории решил, что поворотный пункт истории имел место двести лет назад. Если бы он сумел вмешаться в этот момент, вся история мошкитов после этого времени была бы мирной и идиллической. Можете вы поверить в это? А он мог и попробовал доказать свою правоту. У него были данные: старые меморандумы, секретные договоры…

— Что это было за событие?

— Тогда жил некий… Император — очень могущественный Мастер. Все ее родственники были убиты, и она унаследовала права на огромную территорию. Ее мать уговорила докторов и Посредников создать гормон, который действовал подобно вашим таблеткам, контролирующим рождаемость. Несколько уколов, и она превращалась в мужчину. Стерильного мужчину. Когда ее мать умерла, Посредники, имевшие эти гормоны, ввели их Императору.

— Так, значит, у вас были способы контролировать рождаемость? — сказал Уайтбрид. — Вы могли использовать их для ограничения населения…

— Это была мысль безумного Эдди. Да, они использовали эти гормоны в Империи в течение трех поколений. И это стабилизировало численность населения. Однако, там было не так уж много мастеров и все миролюбивые. Тем временем на других континентах произошел демографический взрыв, другие Мастера объединились и вторглись на территорию Императора. Они имели множество Воинов… и множество Мастеров контролировали их. Империя пала. Так вот, наш строитель машины времени загорелся идеей сделать так, чтобы Империя контролировала всю Мошку-1, — Мошкита Уайтбрида с отвращением фыркнула. — Это и не могло сработать. Как бы вы заставили Мастеров стать стерильными мужчинами? Конечно, однажды это все равно происходит, но кто захочет, чтобы это случилось до того, как он обзаведется детьми? Это был единственный раз, когда гормоны были пущены в дело.

— О!

— Да. Даже если бы Император завоевал всю Мошку и стабилизировал ее население, планета подверглась бы атаке с астероидов.

— Но человек — это же начало всего! — воскликнул Уайтбрид. — Должен же быть способ…

— Я не человек, и такого способа нет. И это вторая причина, по которой я не хочу контакта между нашими расами. Вы все — Безумные Эдди. Вы думаете, что у каждой проблемы есть решение.

— У всех человеческих проблем есть по меньшей мере одно решение — в окончательной инстанции, — мягко сказал Гэвин Поттер с сиденья впереди.

— У человеческих — возможно, — сказал чужак. — Но есть ли души у мошкитов?

— Это не по моей части, — ответил Поттер, устраиваясь на сидении поудобнее. — Я не представитель Бога.

— Ваш священник тоже не ответил. Как вы можете надеяться получить ответ на это вопрос? Для этого необходимо божественное вдохновение, а я сомневаюсь, что оно снизойдет на вас.

— Значит ли это, что у вас вообще нет религии? — недоверчиво спросил Гэвин.

— У нас их тысячи, Гэвин. Коричневые и прочие полуразумные классы не очень изменяют свои, но каждая новая цивилизация Мастеров придумывает что-то новое. В основном, это вариации переселения душ с упором на выживание через своих детей. Вы понимаете, почему.

— Вы не упомянули Посредников, — сказал Уайтбрид.

— Я же говорила… у нас нет детей. Впрочем, есть Посредники, понимающие идею переселения. Перевоплощение в мастеров. Судя по тому, что я слышала о земных религиях, ближе всего к нашей буддизм. Я говорила об этом со священником Харди. По его словам, буддисты верят, что однажды смогут покинуть то, что они называют Колесом Жизни. Это звучит ужасно похоже на Циклы. Не знаю, Джонатан… Я пыталась думать о перевоплощении, но… никто ведь не знает, есть ли оно.

— А у вас есть что-нибудь, подобное христианству? — спросил Поттер.

— Нет. У нас есть разновидность Спаситель, которая заканчивает Циклы, но у нас есть все, что нам надо, Гэвин. Вряд ли мы поверим, что есть еще один Спаситель.

Под ними все также тянулся бесконечный город. Постепенно Поттер откинулся на спинку своего сиденья и начал тихо посапывать. Уайтбрид изумленно уставился на него.

— Вам тоже нужно поспать, — сказала мошкита. — Вы слишком долго бодрствовали.

— Я слишком напуган. Вы устали не меньше меня, и вам нужен сон.

— Это Я слишком напугана.

— Брат, вот теперь я действительно испугался. — «Что это я назвал его братом? — подумал он. — Нет, я назвал братом ее. Ну и черт с ним».

— В вашем музее искусства было больше, чем мы смогли понять, верно?

— Да. Там было такое, о чем мы не хотели говорить подробно. Например, избиение Докторов. Очень старое происшествие, сейчас почти легендарное. Некий Император решил истребить всех Докторов на планете,

— мошкита потянулась. — Как это хорошо — говорить с вами, когда не нужно лгать. Мы не любим лгать, Джонатан.

— А зачем убили этих врачей?

— Чтобы остановить рост населения, идиот! Разумеется, это ничего не дало. Некоторые Мастера в большой тайне сохранили их, и после очередного коллапса они…

— … стали стоить на вес иридия.

— Они действительно положили начало коммерции. Подобно крупному рогатому скоту на Тэйблтопе.

Город, наконец, кончился, и сейчас самолет летел над океаном темноты, освещенный красным светом Глаза Мурчисона. Красная звезда садилась, гибельно пылая над горизонтом, а на востоке поднимались другие звезды, видимые под чернильным краем Угольного Мешка.

— Если они собираются сбить нас, здесь самое место, — сказал Стели. — Крушение в этих местах не привлечет ничьего внимания. Вы уверены, что знаете, куда мы направляемся?

Мошкита Уайтбрида пожала плечами.

— В сферу влияния Короля Петра. Если сможем попасть туда, — она посмотрела на Поттера. Гардемарин свернулся в своем кресле, его рот был слегка приоткрыт, и он тихонько посапывал. Освещение в самолете было тусклым, и все выглядело мирным, за исключением ракетомета, который Стели сжимал между колен. — Вам тоже нужно немного поспать.

— Да, — Хорст откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Однако руки его не ослабили хватки.

— Он даже спящий настороже, — сказал Уайтбрид. — Или, по крайней мере, пытается. Полагаю, Хорст так же испуган, как и мы.

— Не понимаю, как что-то подобное могло привести к хорошим результатам, — сказал чужак. — В любом случае, мы сейчас чертовски близки к падению всей цивилизации. Кстати, вы знаете, в зоопарке вы не видели двух экспонатов. Это пищевые животные. Разновидность мошкитов, почти без рук, неспособная защитить себя от нас, но достаточно хорошо выживающая. Когда-то давно, в постыдные времена, этих наших родственников разводили ради мяса…

— Мог Бог, — Уайтбрид глубоко вздохнул. — Но сейчас вы не делаете ничего подобного?

— О, нет.

— Тогда зачем разводить их?

— Это статистический вопрос, совпадение, которое вы можете счесть интересным. Нет на планете зоопарка, в котором не разводили бы Мясных, и стада их все растут…

— О, зубы Господа! Вы не перестаете думать о следующем коллапсе?

— Да.

Глаз Мурчисона давно исчез. Сейчас восток был кроваво-красным от лучей рассвета, который до сих пор поражал Уайтбрида. Красный рассвет был редок на обитаемых мирах.

Они пролетели над цепью островов. Впереди, там, где было еще темно, горели огни. Там раскинулся город, похожий на тысячу Спарт, соединенных край к краю, рассеченный кое-где полосками возделанной земли. На человеческих мирах они были бы парками, а здесь это были запретные территории, охраняемые демонами.

Уайтбрид зевнул и посмотрел на чужака рядом с собой.

— Прошлой ночью я назвал вас братом.

— Я знаю. Вы имели в виду сестру. Пол важен и для нас тоже. Это вопрос жизни и смерти.

— Не уверен, что имел в виду именно это. Скорее, я хотел сказать «друг», — с некоторой неловкостью объяснил Уайтбрид.

— Финч'клик' — это более близкие отношения, но я рада быть вашим другом, — сказала мошкита. — У меня не было возможности узнать вас.

Молчание стало невыносимым.

— Пожалуй, я разбужу остальных, — сказал Уайтбрид.

Самолет вдруг вздрогнул и повернул на север. Мошкита Уайтбрида посмотрела на город внизу, потом выглянула с другого борта, чтобы убедиться в положении солнца, затем вновь перевела взгляд вниз. Через мгновение она встала, прошла вперед, в кабину пилотов и защебетала. Чарли ответила, и теперь они защебетали вместе.

— Хорст, — сказал Уайтбрид. — Мистер Стели, проснитесь.

Хорст Стели заставил себя заснуть. Он был по-прежнему напряжен, как статуя, ракетомет стоял между коленями, и руки крепко сжимали его.

— Да?

— Я не знаю, что происходит. Мы изменили курс, а сейчас… послушайте, — сказал Уайтбрид.

Мошкиты все пересвистывались, и голоса их становились громче.

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ

Мошкита Уайтбрида вернулась на свое сиденье.

— Началось, — сказала она, и голос ее больше не был голосом Уайтбрида. Сейчас это был голос чужака. — Война.

— Между кем? — спросил Стели.

— Между моим Мастером и Королем Петром. Остальные еще не присоединились к ним, но сделают это…

— Война из-за нас? — недоверчиво спросил Уайтбрид. Он едва не кричал. Трансформация его финч'клик' почти превзошла его предел выносливости.

— Из-за обладания вами, — уточнила мошкита. Она вздрогнула, расслабилась, и вдруг голос Уайтбрида вновь заговорил с ними из полуулыбающихся губ чужака. — Пока все еще не так плохо. Пока это только воины и набеги. Каждый хочет показать противнику, что он может делать, не разрушая при этом ничего действительно ценного. Другие принимающие решения будут стремиться сохранить такое положение вещей. Им вовсе не хочется стать радиоактивными осадками.

— О, зубы Господа, — сказал Уайтбрид и сглотнул слюну. — Но… тогда нужно поворачивать обратно, брат…

— Что же теперь нам делать? — спросил Стели. — Куда мы отправляемся сейчас?

— В нейтральное место — Замок.

— Замок? — воскликнул Хорст. — Но ведь это территория вашего Мастера! — рука его вновь была очень близко от рукояти пистолета.

— Нет. Вы думаете, другие дадут моему мастеру такой контроль над вами? Все Посредники, которых мы встречали, принадлежали к моему клану, но сам Замок принадлежит стерильному мужчине. Хранителю.

Стели, похоже, не слишком поверил объяснению.

— И что мы будем делать, оказавшись там?

Мошкита пожала плечами.

— Ждать и смотреть, кто победит. Если победит Король Петр, он сделает так, чтобы отправить вас на «Ленин». Может быть, эта война убедит Империю, что лучше оставить нас в покое. Может, вы даже сможете помочь нам, — мошкита с отвращением махнула рукой. — Помочь нам… Видимо, он тоже Безумный Эдди, и никогда не будет конца Циклам.

— Ждать? — буркнул Стели. — Только не я, черт побери! Где этот ваш Мастер?

— Нет! — воскликнула мошкита. — Хорст, я не могу помочь вам ни в чем подобном. Кроме того, вам не пройти сквозь барьер Воинов. Они хороши в своем деле, Хорст, лучше ваших звездных пехотинцев. А кто вы такие? Трое младших офицеров с чертовски небольшим опытом и оружием, взятым из старого музея.

Стели посмотрел вниз. Впереди виднелся Город Замка. Он видел Космопорт — одно из свободных от зданий мест, но серое, а не зеленое. За ним виднелся Замок — шпиль, окруженный балконом. Слишком маленький, он резко выделялся из промышленно-безобразного бесконечного городского ландшафта.

Там, в их багаже, должны быть передатчики. Когда Реннер и остальные уходили отсюда, Парусный мастер оставил в Замке все, кроме своих записей. Он не сказал почему, но теперь они знали: он хотел, чтобы мошкиты думали, что он вернется.

Там должно быть достаточно частей, чтобы сделать сильный передатчик. Такой, чтобы можно было связаться с «Лениным».

— Можем мы приземлиться на улице? — спросил Стели.

— На улице? — мошкита удивленно заморгала. — А почему нет? Если Чарли согласится. Это ее самолет. — Мошкита Уайтбрида защебетала, и из кабины пилотов раздалось ответное гудение и щелканье.

— Вы уверены, что Замок в безопасности? — спросил Стели. — Уайтбрид, вы верите мошкитам?

— Я верю этой мошките. Хотя, возможно, я несколько предвзят, Хор… мистер Стели. У вас будет возможность определить это самому.

— Чарли говорит, что Замок пуст, а запрет на Воинов в Городе Замка еще сохраняется, — сказала мошкита Уайтбрида. — Она также говорит, что Король Петр побеждает, но она слушает только сообщения его сил.

— Она будет садиться возле Замка? — спросил Стели.

— А почему нет? Только сначала нужно пролететь над улицей, чтобы Коричневые взглянули вверх, — мошкита снова защебетала.

Рокот мотора утих до шепота. Крылья вновь разошлись в стороны, и самолет рывком опустился ниже. Он пронесся мимо Замка, показав им его балкон. Под ними ездили машины, и Стели увидел белого, идущего по пешеходной дорожке из Замка. Мастер торопливо нырнул в здание.

— Демонов нет, — сказал Стели. — Кто-нибудь еще видит Воинов?

— Нет.

— Нет.

— И у меня ни одного.

Самолет резко дернулся и снова упал ниже. Уайтбрид широко раскрытыми глазами смотрел на прочные бетонные стены, проносившиеся мимо. Они высматривали Белых и Воинов, но никого не было.

Самолет замедлил полет и теперь был всего в двух метрах от земли. Они скользили к Замку, подобно чайке над волнами. Стели покрепче ухватился за иллюминатор и ждал. Машины разъезжались в стороны, чтобы избежать столкновения.

Они собираются ударить в Замок, вдруг понял он. Неужели Коричневый хочет протаранить его? В следующую секунду самолет содрогнулся от рывка приведенных в действие тормозов и реверсивных моторов. Они были прямо под стеной Замка.

— Давайте поменяемся, Поттер, — сказал Стели, забирая рентгеновский лазер. — А теперь выходим. — Однако, дверь не подчинилась их усилиям, и пришлось звать мошкиту.

Она широко распахнула дверь. Между кончиками крыльев и стеной было пространство в два метра, и крылья каким-то образом складывались. Мошкита выскочила на улицу.

Люди рванулись за ней, и Уайтбрид взял в левую руку свой магический меч. Дверь должна быть закрыта, но против этого ей не устоять.

Дверь была закрыта. Уайтбрид поднял меч, чтобы рассечь ее, но мошкита знаком приказала ему отойти. Она изучила два диска, размещенных на двери, взялась за них правыми руками и, повернув, левой рукой дернула за рычаг. Дверь медленно открылась.

— Это значит, что людей здесь нет, — сказала она.

Холл был пуст.

— Есть тут что-нибудь, чтобы забаррикадировать эту проклятую дверь? — спросил Стели. Голос его звучал глухо, потому что он видел — из комнаты убрали всю мебель. Не получив ответа, Стели передал Поттеру рентгеновский лазер. — Оставайтесь здесь. Мошкиты скажут вам, если появятся враги. Идемте, Уайтбрид, — он повернулся и побежал по ступеням.

Уайтбрид неохотно последовал за ним. Хорст поднимался стремительно и, когда они добрались до этажа, где находились их комнаты, Уайтбрид совсем запыхался.

— Вы что-то имеете против лифтов? — спросил он. — Сэр?

Стели не ответил. Дверь комнаты Реннера была открыта, и Хорст влетел туда.

— Проклятье!

— Что случилось? — тяжело дыша, спросил Уайтбрид, входя следом.

Комната была пуста. Убрали даже кровати. Не было ни следа оборудования, оставленного здесь Реннером.

— Я надеялся найти здесь что-нибудь, чтобы связаться с «Лениным»,

— проворчал Стели. — Помогите мне осмотреть все. Может, они где-то собрали все это.

Они осмотрели все, но не нашли ничего. На каждом этаже повторялось одно и то же: портьеры, кровати, мебель — все было убрано. Замок был пустой оболочкой. Они вернулись на лестницу ко входу.

— Мы одни? — спросил Гэвин Поттер.

— Да, — ответил Стели. — И чертовски скоро начнем голодать, если не произойдет ничего похуже. Это место как будто разграблено.

Обе мошкиты пожали плечами.

— Меня это не удивляет, — сказала мошкита Уайтбрида и обменялась несколькими птичьими трелями с Чарли. — Она тоже не знает, почему так. Это похоже на место, которое больше не будет использоваться…

— Что ж, они чертовски хорошо знают, где мы находимся, — проворчал Стели. Он снял с пояса шлем и присоединил провода к своему

передатчику. Затем надел шлем. — «Ленин», говорит Стели. «Ленин», «Ленин», «Ленин», говорит гардемарин Стели. Прием.

— Мистер Стели, где вы, черт побери, находитесь? — спросил капитан Блейн.

— Капитан! Слава Богу! Капитан, мы находимся… Подождите минутку, сэр, — мошкиты переговаривались между собой, а потом мошкита Уайтбрида что-то сказала ему, но Стели не слушал ее. То, что он слышал, было явно мошкитой, говорящей голосом Уайтбрида… — Сэр, откуда вы получали свой «Айриш Мист»? Прием.

— Стели, перестаньте играть комедию и докладывайте! Прием.

— Простите, сэр, я действительно должен это знать. Вы поймете, почему я спрашиваю. Откуда вы получали ваш «Айриш Мист»? Прием.

— Стели, мне надоели эти дурацкие шутки!

Хорст снял шлем.

— Это не капитан, — сказал он. — Это мошкита с голосом капитана. Одна из ваших? — спросил он у мошкиты Уайтбрида.

— Вероятно. Это был глупый трюк. Ваша финч'клик' должна была знать, что это не пройдет. Это значит, что она не сотрудничает с моим Мастером.

— Мы не сможем защитить это место, — сказал Стели, осматривая холл. Он имел площадь около трехсот квадратных метров, и на всем этом пространстве не было никакой мебели. Драпировки и картины, украшавшие стены, исчезли. — Вверх, — сказал Хорст. — Там у нас будет больше шансов, — он повел их наверх, в жилую часть здания, и они заняли позицию в конце холла, откуда могли следить за лестницей и лифтом.

— И что теперь? — спросил Уайтбрид.

— Теперь будем ждать, — в унисон сказали обе мошкиты.

Так прошел долгий час.

Звуки движений, доносящиеся с улицы, постепенно стихали. Потребовалось какое-то время, чтобы это стало очевидно. Снаружи ничто не двигалось.

— Нужно взглянуть, — сказал Стели. Он вошел в комнату и осторожно выглянул в окно, стоя так, чтобы его не смогли заметить снаружи.

По улице внизу шли демоны. Они двигались вперед удивительно быстро, потом вдруг подняли свои ружья и выстрелили вдоль улицы. Хорст повернулся и увидел вторую группу Воинов, покидавшую укрытие, оставляя три трупа. Звуки боя доносились приглушенно через толстое стекло.

— Что это, Хорст? — окликнул Уайтбрид. — Это звучит, как выстрелы.

— Это и есть выстрелы. Сражаются две группы Воинов. Из-за нас?

— Несомненно, — ответила мошкита Уайтбрида. — Вы понимаете, что это значит, не так ли? — она говорила как-то уж очень смиренно. Когда никто не ответил, она продолжала: — Это значит, что ваши люди уже не вернутся сюда. Они покинули систему…

— Я не верю в это! — закричал Стели. — Адмирал не оставит нас! Он перевернет всю эту чертову планету…

— Нет, этого он не сделает, Хорст, — сказал Уайтбрид. — Вам известны его приказы.

Хорст покачал головой, но он знал, что Уайтбрид прав.

— Мошкита Уайтбрида! — позвал он. — Идите сюда и покажите мне, с какой стороны кто.

— Нет.

Хорст оглянулся.

— Что значит, «нет»? Мне нужно знать, в кого стрелять!

— Я не хочу, чтобы стреляли в меня.

Мошкита Уайтбрида была трусом!

— А разве в меня не будут стрелять? Просто не нужно высовываться.

— Хорст, если на глаза им покажетесь вы, — сказал голос Уайтбрида,

— Воины не будут стрелять. Никто не хочет, чтобы вы умерли сейчас. Вы заметили, что они не применяют артиллерии, верно? Но они будут стрелять в меня.

— Ну, хорошо. Чарли! Идите сюда и…

— Я не сделаю этого.

Хорст даже не выругался. Не трусы, а просто Коричнево-белые. Придет ли его собственная мошкита?

Все Воины нашли себе укрытия: брошенные или припаркованные машины, дверные проемы, ниши вдоль стен одного из зданий. Они передвигались от укрытия к укрытию с молниеносной скоростью домашних мух. И все же то и дело один Воин стрелял, а другой падал мертвым. Особой стрельбы не было, и все-таки две трети Воинов в поле зрения были мертвы. Мошкита Уайтбрида была права, говоря об их умении. Они были нечеловечески точны.

Почти под окном, из которого смотрел Хорст, лежал мертвый Воин, раскинув правые руки. Еще один дождался затишья, резко бросился к ближайшему укрытию — и тут мертвый ожил. Все происходило слишком быстро: двое Воинов столкнулись, как пара жужжащих пил, затем разлетелись в стороны, как сломанные куклы, еще дергая ногами и истекая кровью.

Что-то громыхнуло внизу, и раздался шум у основания лестницы. Потом по мраморным ступеням застучали копыта. Мошкиты защебетали, потом Чарли громко засвистела. Снизу пришел ответ, а затем голос Дэвида Харди заговорил на чистом английском:

— Немедленно сдавайтесь. С вами будут хорошо обращаться.

— Мы проиграли, — сказала Чарли.

— Это войска моего Мастера. Что вы делаете, Хорст?

Вместо ответа Стели скорчился в углу, направив ствол рентгеновского лазера на лестницу и делая гардемаринам знаки спрятаться.

Коричнево-белый мошкит вышел из-за угла и стал в коридоре. У него был голос священника Харди, но ничего из его манер. Только чистый английский язык и резонирующий голос. Посредник был без оружия.

— Будьте же благоразумны. Ваш корабль ушел. Ваши офицеры поверили, что вы погибли. У нас нет причин причинять вам вред. Не дайте вашим друзьям никого убить, выходите и примите нашу дружбу.

— Убирайтесь к черту!

— Чего вы этим добьетесь? — спросил мошкит. — Мы только хотим, чтобы вы хорошо…

Снизу донеслись звуки стрельбы, и эхо прокатилось по пустым комнатам и коридорам Замка. Посредник с голосом Харди засвистел и защелкал, обращаясь к другим мошкитам.

— Что она говорит, — спросил Стели. Он огляделся вокруг: мошкита Уайтбрида скорчилась у стены. — О, боже, и что теперь?

— Оставьте ее в покое! — крикнул Уайтбрид. Он покинул свое место, стал рядом с мошкитой и положил руку ей на плечо. — Что нам делать?

Звуки сражения все приближались, и внезапно в коридоре появились два Воина. Стели прицелился и выстрелил, свалив одного из них. Он уже начал двигать луч к другому, но демон выстрелил, и Стели отшвырнуло к дальней стене коридора. Новые демоны ворвались в коридор, и вспышки их выстрелов на секунду задержали Стели на ногах. Затем его тело, растерзанное, как будто зубами дракона, упало и замерло.

Поттер выстрелил из ракетомета, и снаряд взорвался в конце коридора. Часть стен рухнула, усеяв пол обломками и полусожженными трупами Посредника и Воинов.

— Мне кажется, что, независимо от того, кто выиграет это сражение внизу, — медленно сказал Поттер, — мы слишком много знаем о Поле Лэнгстона, чтобы быть в безопасности. Как вы думаете, мистер Уайтбрид? Вы теперь командир.

Джонатан молчал. Его мошкита не двигалась. Не двигалась…

Поттер вытащил пистолет и ждал. Из коридора доносились какие-то скребущиеся звуки. Шум сражения утих вдали.

— Ваш друг прав, брат, — сказала мошкита Уайтбрида. Она взглянула на неподвижное тело финч'клик' Харди. — Он тоже был братом…

Поттер вдруг вскрикнул, и Уайтбрид резко повернулся.

Выронив пистолет, Поттер недоверчиво смотрел на свою руку, раздробленную от запястья до локтя. Потом взглянул на Уайтбрида глазами, в которых только начала появляться боль, и сказал:

— Один из «мертвецов» бросил камень.

В холле появилась еще одна группа Воинов и другой Посредник. Они медленно приближались.

Уайтбрид вытащил магический меч, который мог резать камень и металл. Подняв его вверх, он чиркнул лезвием по шее Поттера… Поттера, чья религия запрещала самоубийство. Впрочем, как и его собственная религия. Когда он поднес лезвие к своей шее, что-то вспыхнуло у него перед глазами, и на плечи его обрушился могучий удар. Джонатан Уайтбрид упал и больше не двигался.

Поначалу они не трогали его, только сняли оружие у него с пояса. Они ждали Доктора, пока остальные сдерживали атакующие силы Короля Петра. Посредник быстро поговорила с Чарли и — поскольку не оставалось ничего, за что стоило бы сражаться — предложила ей коммуникатор. Мошкита Уайтбрида осталась со своим финч'клик'.

Доктор осмотрела плечи Уайтбрида. Хотя она никогда не анатомировала людей, она знала все, что знал любой мошкит о человеческой психологии, а руки ее были идеально приспособлены к использованию тысячецикловых инстинктов. Пальцы ее мягко касались раздробленных плечевых суставов, глаза замечали все, несмотря на хлещущую кровь. Руки коснулись позвоночника, этого удивительного органа, который она знала только по моделям.

Хрупкие шейные позвонки были разбиты.

— Очень сильные повреждения, — прогудела она ожидающему Посреднику. — Удар уничтожил спинную струну. Это существо мертво.

Доктор и двое Коричневых спешили изо всех сил, монтируя кровяной насос, чтобы спасти мозг, но все тщетно. Общение между Инженерами и Доктором было слишком медленным, тело было слишком странным, и слишком мало нужного оборудования оказалось под руками.

Они забрали тело и мошкиту Уайтбрида в космопорт, контролируемый их Мастером. Теперь, когда война закончилась, Чарли должна была вернуться к Королю Петру. Требовалось вознаградить, кого следовало, заняться устранением последствий сражения и подумать об удовлетворении всех Мастеров, понесших ущерб. Когда люди прибудут в следующий раз, среди мошкитов должно быть единство.

Мастер так никогда и не узнала правды, так же, как даже не подозревали о ней ее белые дочери. Но среди других дочерей — коричнево-белых Посредников, которые служили ей, — шепотком передавали, что одна из их сестер совершила такое, чего никогда не делал ни один Посредник за все прошедшие циклы. Когда Воины устремились к этому странному существу, мошкита Уайтбрида коснулась его, но не слабыми правыми руками, а мощной левой.

Она была наказана за непослушание и умерла в одиночестве. Ее сестры не ненавидели ее, просто не могли заставить себя заговорить с той, кто убил своего финч'клик'…

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. РЕШЕНИЕ БЕЗУМНОГО ЭДДИ

ОТСТУПЛЕНИЕ

— Адмирал, со шлюпок докладывают, что никаких следов гардемаринов не обнаружено, — в голосе капитана Михайлова звучали нотки извинения: несколько офицеров хотели доложить Кутузову о неудаче. Сам адмирал бесстрастно сидел в своем командном кресле на мостике «Ленина». Подняв стакан с чаем, он сделал небольшой глоток и что-то проворчал, давая понять, что принял сообщение.

Затем Кутузов повернулся к остальным, располагавшимся вокруг него на своих местах. Род Блейн по-прежнему занимал кресло флаг-лейтенанта: он был старше по званию командора Бормана, а Кутузов был щепетилен в таких вопросах.

— Восемь ученых, — сказал Кутузов. — Восемь ученых, пятеро офицеров, четырнадцать членов экипажа и звездных пехотинцев. Все убиты мошкитами.

— Мошкиты! — Доктор Хорват повернул свое кресло к Кутузову. — Адмирал, почти все эти люди были на борту «Мак-Артура», когда вы уничтожили его. Некоторые могли быть еще живы. Что же касается этих гардемаринов, которые были достаточно глупы, чтобы войти в атмосферу на спасательных шлюпках… — его голос прервался, когда Род устремил на него взгляд своих мертвых глаз. — Простите, капитан. Я не хотел говорить так. Мне очень жаль, что так вышло. Мне тоже нравились эти ребята, но нельзя же обвинять мошкитов во всем, что случилось! Мошкиты пытались помочь нам, и могли многое сделать для нас… Адмирал, когда мы сможем вернуться на посольский корабль?

Взрывной звук, изданный Кутузовым, должен был обозначать смех.

— Ха! Доктор, как только все шлюпки соберутся, мы отправляемся домой. Я полагал, что выразился достаточно ясно.

Министр по науке поджал губы.

— Я надеялся, что к вам вернется ваш здравый смысл, — голос его был холоден и скорее походил на рычание. — Адмирал, вы разрушаете лучшие надежды, когда-либо имевшиеся у человечества. Технология, которую мы могли бы купить — которую они отдали бы нам! — на порядки превосходит все, чего мы могли бы достигнуть за века. Мошкиты понесли огромные расходы, принимая нас. Если бы вы не запретили нам рассказывать им о сбежавших малышах, я уверен, они помогли бы нам. Но вы хранили свои чертовы секреты, и из-за вашей глупой ксенофобии мы потеряли наблюдательный корабль и большинство своих приборов. Вы поступаете по отношению к ним враждебно, отправляясь домой, когда они планируют новые встречи… Мой Бог, да будь они воинственными, ничто не могло спровоцировать их больше, чем то, что мы делаем!

— Вы кончили? — презрительно спросил Кутузов.

— Пока кончил. Но мне будет что сказать, когда мы вернемся!

Кутузов коснулся кнопки на подлокотнике своего кресла.

— Капитан Михайлов, пожалуйста, подготовьте возвращение к входной точке Олдерсона. Ускорение полтора g, капитан.

— Слушаюсь, сэр.

— Все-таки вы решили совершить эту глупость, — сказал Хорват. — Блейн, не могли бы вы воздействовать на него?

— Я решил выполнить полученный приказ, доктор, — тяжело сказал Кутузов. Если угроза Хорвата и произвела на него впечатление, он не показал этого. Адмирал повернулся к Роду. — Капитан, я с радостью приму ваш совет, но не сделаю ничего, идущего вразрез с безопасностью этого корабля, и не позволю персоналу продолжать контакты с мошкитами. У вас есть какие-то предложения, капитан Блейн?

Род слушал разговор без особого интереса, его мысли путались. Что я могу сделать? — без конца спрашивал он себя. Больше его ничто не интересовало. Адмирал мог спрашивать его совета, но это была простая вежливость. Род больше не был командиром и не имел никаких обязанностей. Его корабль погиб, карьера была окончена… Впрочем, не следовало позволить жалости к самому себе овладеть им.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37