Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Особо опасная ведьма

ModernLib.Net / Юмористическая фантастика / Мяхар Ольга Леонидовна / Особо опасная ведьма - Чтение (стр. 1)
Автор: Мяхар Ольга Леонидовна
Жанр: Юмористическая фантастика

 

 


Ольга Мяхар

Особо опасная ведьма

Давным-давно старая гадалка предсказала ведьме ее судьбу. «Ты будешь вечно скитаться, девочка, – шептала ветхая старуха то ли из яви, то ли из сна, – друзья покинут тебя по твоей воле, а обретутся без твоего согласия. Ты будешь бороться, учиться и побеждать, да только все равно сгинешь одна в пасти черного хаоса».

А золотистый драконник дал на это мудрый совет: «Наплюй!»


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА 1

Я сидела на крыше и болтала пяткой над макушками прохожих, с удовольствием поедая кусок сочного арбуза и метко пуляясь семечками. Прохожие удивленно поднимали головы, выколупывая ценные семена из волос и ушей, никого не видели и, пожав плечами, шли дальше. Рядом со мной лежал золотистый дракончик и урчал от удовольствия, подставляя чешуйчатое брюхо свету полуденного солнца.

– Ди, дай арбуза.

Я фыркнула и нагло стянула себе последний кусок. Живот выпирал, как у беременной, и громко, угрожающе бурчал, но я отважно вцепилась зубами в сочную плоть, напрочь отказываясь делиться. Вот еще, сама воровала, сама и есть буду.

Дракончик возмущенно зашипел, наблюдая правым глазом с горизонтальной ниточкой зрачка за моими мучениями, а потом все-таки встал и… полыхнул мне в лицо огненной струей.

Я сидела вся черная, с еще дымящейся корочкой в руке и задумчиво ощупывала лысину с остатками волос. Дракоша ржал, катаясь по крыше и тыча в меня пальцем.

Ну все, сейчас буду злобствовать!

Два разноцветных шарика слились в один и рухнули на все еще ржущую рептилию. Вспыхнуло, грохнуло, и из дыма появился маленький белый кролик с крыльями и чешуйчатым хвостом. Обозрев хвост, он вздрогнул, прижал его к себе, а потом закатил глаза и рухнул на спину. Я радостно улыбалась, обозревая творение рук своих и наскоро восстанавливая на голове волосяной покров.

Нет, он все-таки встал и даже высказал мне все, что только обо мне не думал, после чего пришлось его расколдовать и даже сунуть в вечно голодную пасть остатки, а точнее, остатки колбасы, честно сворованной аж позавчера на рынке у лавочника с явно бандитской физиономией.

– Итак, Ди, мы пойдем сегодня в академию или нет?

Я сонно потянулась и, качнув ногой, задела ею кого-то по голове, послышался вскрик, а я срочно убрала ступню обратно на черепицу.

– Пойдем, – задумчиво ответила я, наблюдая за тем, как дамочка на глазах у ошарашенного кавалера поднимает из лужи сбитый мною парик.

Парик пребывал в плачевном состоянии, но она упорно натягивала его на щетинистую лысину. При этом так нежно улыбаясь мужику, что тот уже из бледного стал пунцово-красным и почему-то постоянно оглядывался по сторонам: то ли ища помощи, то ли опасаясь, что его здесь кто-нибудь увидит. Дракоша, пыхтя, дополз до края крыши, свесил голову и, прищурив правый глаз, метко плюнул огнем в мужика. Штаны занялись сразу, и дядька с криком рухнул тушить пожар все в ту же лужу, окатив даму с ног до головы. Пара капель даже мне на нос упала.

– Ты чего безобразничаешь?! – возмутилась я, с интересом следя за дальнейшим развитием событий.

– Я не безобразничаю, – с достоинством возразил дракоша, – я спасаю отношения! Теперь они оба грязные, а потому счастливые.

Я хмыкнула, но возражать не стала, глядя, как счастливая пара удаляется, активно поддерживая друг друга под руку.

– Ну что ты решила?

Я с трудом вспомнила, о чем он.

– Так, Ди! Ты позавчера болела животом, не пошла…

– Это ты меня накормил отравленной рыбой.

– Ничего подобного, рыба была свежая, по крайней мере до того, как я поймал ее в реке. И не перебивай меня!

Я вежливо заткнулась, прижав к груди согнутые в коленях ноги и наблюдая за Кошей, с видом профессора вышагивающим по облезлой черепице перед моим носом.

– Вчера ты сломала палец… Кстати, какой?

Я неуверенно посмотрела на мизинец правой руки.

– Вот-вот! – возопил мой личный изверг и выдохнул из носа две струйки дыма. – Ты даже не помнишь, что сломала безымянный палец! А сколько слез-то было, я даже ей свою блестюшку отдал, а она!..

Я, надувшись, продолжала молчать. Вообще-то камень исцеления был изначально мой. Но после того как я подобрала этого зверя на обочине лесной дороги и кое-как вылечила его, потратив на проживание и прокорм в одной крестьянской семье чуть ли не все сбережения, камень был уворован, назван блестюшкой и возвращался лишь при крайней необходимости и только в обмен на что-нибудь сладкое.

– А сегодня-то у тебя чего болит?

Я активно хмурила лоб, делая загадочные глаза.

– Ди, предупреждаю, сегодня последний день набора в Академию магии, и неважно, чего мне это будет стоить, но ты туда попадешь!

Я только вздохнула.

Вообще-то мы с Кошей всегда были бродягами. Мне примерно двадцать лет, точно не помню. Зато помню, что в пять мать продала меня заезжим бродячим артистам за две серебрушки, как только обнаружила, что у меня есть дар. В моменты сильного гнева или (что случалось значительно реже) радости я могла испускать из ладошек разноцветные шарики, которые, касаясь какого-либо предмета, тут же изменяли его уже навсегда. Причем результат всегда был полной неожиданностью как для окружающих, так и для меня. И после того как я превратила отчима в свинью за то, что он, по обыкновению, принялся учить меня уму-разуму при помощи кулаков, моя судьба была решена.

У артистов было не так уж плохо, хоть кормили да поили, и то ладно. Но "мое волшебство и тут сослужило мне плохую службу. Как-то во время представления мои шарики коснулись лошадей, и те превратились в деревянные скульптуры. Мне профилактически дали по уху и выгнали из труппы, оставив одну в чужом селе, где ребенок-маг, не контролирующий свою силу, также был никому не нужен. Одна сердобольная старушка сунула мне в руки мешок с провизией. И меня, всю зареванную и сопливую, вытолкали за околицу, закрыв за мною ворота.

И я пошла, пошла в лес, кишащий созданной в большом количестве после последней войны магов нежитью, не говоря уже о волках, медведях и прочих диких зверях. Там я и нашла Кошу. Дракончик валялся с переломанными крыльями на обочине дороги, петляющей между деревьев, горестно орал и кашлял угольками. Я его забрала, приволокла в другую деревню, где меня никто не знал, отдала всю имеющуюся у меня мелочь жадной бабище и ее толстому лысому мужу и две ночи смогла переночевать на сеновале. Где скармливала больному и очень капризному дракончику, толком даже говорить еще не умевшему, все свои запасы и лечила его когда-то давно найденным мною блестящим камушком, исцеляющим любые болячки, если приложить его к больному месту.

Дракоша поправился, отобрал у меня камушек и часами спал в заплечном мешке, пока я бродила по дорогам между селами и деревнями. Вскоре он научился говорить и первое время упорно называл меня мамой. Я злилась и по двадцать раз повторяла, что я не мама, а Адиала. В конце концов он сдался, и так как Адиала было слишком длинно и непонятно, то меня переименовали просто в Ди.

Мы бродяжничали, добывая себе пропитание как получится, чаще всего банальным воровством. А что делать: колдовала я только в крайних случаях, больше полагаясь на ловкость рук и быстроту ног. Так бы мы, наверное, и жили себе дальше, но полгода назад меня у почти прогоревшего костра разбудил жутко возбужденный Коша и важно сунул мне под нос объявление, где было написано о дате приема студентов в Академию магии. Я было отмахнулась, но Коша был ну о-очень настойчив и нипочем не хотел от меня отставать, приводя жаркие и убедительные доводы, как то: жить будем в тепле, спать в постели, есть бесплатно, да еще и потом зарабатывать станем, как всамделишные маги!


– Нет, ты мне скажи, ты что, надо мной издеваешься, да?

Я с трудом вынырнула из воспоминаний и уставилась в ярко сверкающие расплавленным серебром глаза золотого дракончика.

– Нет!

– Класс! А чего так долго думала?

Я пожала плечами.

– Так. Мне все надоело, немедленно отколупывай свой зад от крыши и пошли поступать в академию, а то ишь расселась!

Я еще раз тяжело вздохнула, но все-таки свернула сферу невидимости и покорно спрыгнула на землю. Коша немедленно взлетел мне на плечо, где и принялся устраиваться с самым решительным видом.

– Вперед!

И я пошла.

ГЛАВА 2

Человеческая река бурлила и шумела. Люди входили и выходили в огромные резные ворота из белого камня, скрывающие за собой высокие шпили величественного и грозного замка Академии магии. Мы с дракошей, задрав головы и открыв рты, смотрели на все это великолепие, не решаясь войти. Но вдруг нас нагло толкнули, и я, не сумев устоять, врезалась в правую створку ворот.

– Че стоишь, заморыш, а ну кыш отсюда! – презрительно бросила мне высокая красивая девушка с облаком белоснежных кудрей, обрамляющих хорошенькое личико и спускающихся на прямую как доска спину.

Коша возмущенно рыкнул и тут же ринулся мстить. И вот уже у этого прелестного создания вообще нет волос, нос в пепле, а над головой кружит весьма довольный Коша и продолжает плеваться, только уже золой.

От визга у меня заложило правое ухо. Но когда я увидела, что с пальцев этой ведьмочки к Коше летит что-то бело-серое, я рванула наперерез, врезала девчонке ногой в живот и успела ухватить заигравшегося дракончика за хвост, рывком убирая его с линии обстрела. Однако не удержалась на ногах и рухнула вслед за девчонкой на землю. Образовалась небольшая куча-мала. Девчонка кусалась и вопила, а я молча и сосредоточенно пиналась, кусался за меня Коша, вдохновенно ища для этого самые неожиданные места, что только добавляло визгу. Но тут, на самом интересном месте, двое высоких сильных мужчин нас разняли, встряхнули и поставили перед третьим, с суровой физиономией пирата и темно-красным драконом за спиной. Длинный изящный дракон поглядывал в нашу сторону и явно ждал, когда его оседлают и он сможет доставить друга по новому адресу. Коша, которого я еле оторвала от обидчицы, все-таки отвлекся от девчонки, заинтересованно осмотрелся вокруг, заметил алого гиганта и, восхищенно присвистнув, полетел общаться.

Предатель.

– Итак! И кто же первый это начал?

Мы молча ткнули друг в друга пальцами. Человек нахмурился.

– Аделаида, я тебя предупреждал, чтобы ты поумерила свой пыл?

– Но, папа!

Это ее папа? Мне хана.

– Посмотри, что она сделала с моей прической! И этот ее ужасный зверек!

– Это дракон, моя дорогая, – перебил ее, хмурясь, «пират», – и если бы ты не была так заносчива, то и сама смогла бы подружиться с одним из них.

Аделаида скуксилась, будто съела сразу пол-лимона.

– А что касается вас, юная леди…

Я угрюмо уставилась на его сапоги, ожидая разноса.

– …то я рад, что мою дочь в кои-то веки поставили на место.

У меня отвисла челюсть. Это сон, я снова брежу. Но, подняв глаза на мужчину, я убедилась, что он говорит совершенно серьезно. Судя по лицу его дочурки, та тоже считала, что у нее начался бред с обострением галлюцинаций, а потому пока только открывала и закрывала рот, не зная, что сказать.

– Ну я полетел, через год вернусь, посмотрю, как вы здесь учитесь.

Потрепав дочурку по плечу, он тепло нам улыбнулся, сделал знак слугам, чтобы они нас отпустили, и, подойдя к огромному дракону, запросто запрыгнул на его спину. Он что-то шепнул ему на ухо, и вот уже огромные тонкие крылья поднимают вихри пыли, застилающие глаза, а в следующее мгновение от всадника и его необычного коня осталась лишь удаляющаяся точка на небе.

Коша сидел у моих ног и старательно махал им вслед лапкой, подергивая собственными небольшими крылышками и явно мечтая вырасти и стать таким же красивым, как его соплеменник.

Я тяжело вздохнула и, подняв его с земли, усадила себе на плечо, краем глаза наблюдая за черной от копоти девчонкой: как бы еще чего не удумала. Доказывай потом, что ты не хомяк.

Но девчонка не стала нападать. Она задумчиво отколупнула что-то со лба, посмотрела это что-то на свет и… повернулась к нам, сунув мне под нос изящную ручку с кучей сверкающих драгоценных колец на пальцах.

– Аделаида. Для друзей просто Ада, – сурово представилась она. – Если уж мой папа тебя одобрил, значит, будем дружить!

Я нащупывала руками отвалившуюся челюсть, одновременно пытаясь изобразить гримасу счастья на перекошенном от ужаса лице.

– Блестюшки! – восхищенно прошептал с моего плеча Коша, уже активно перебираясь с него на протянутую ладонь девушки.

Девица выдохнула, но удержала этот груз, правда, уже двумя руками. Коша тем временем энергично снимал кольца с ее пальцев и старательно нанизывал их на собственные, периодически счастливо вздыхая и рассматривая их на свет. Выражение ужасного счастья окончательно меня покинуло.

– Коша!

Тот очнулся, удивленно на меня уставился, потом увидел, где сидит, перепугался и резко взлетел обратно мне на плечо. Кольца он не вернул.

– Ладно, – буркнула я и пожала ей руку, – я Адиала, для друзей просто…

– Ди, – все-таки влез Кошка, – а у тебя еще блестюшки есть?

В глазах его было любопытство пополам с нетерпением.

Ада покорно полезла в маленькую сумочку, висящую на бедре, и извлекла оттуда… небольшой браслет из маленьких бриллиантиков, горящих как огоньки на болоте. Коша восхищенно застонал, и браслет тут же был водружен ему на шею. Куча счастья и первая робкая улыбка с моей стороны в ответ на ее смущенную усмешку. Меня всегда привлекали люди, которые умели найти общий язык с моим дракончиком, тем более что их было мало.

С минуту мы молчали, пока Коша рылся в моем мешке, разыскивая небольшой осколок нашего общего зеркала.

– Ты уже поступила? – неуверенно продолжила разговор Ада.

– Я? – Тяжелая задумчивость и ощупывание шишки на лбу. – Нет, я еще там не была.

– Так пойдем скорее! – тут же воодушевилась она, хватая меня за руку и втягивая во все еще кишащую людьми арку ворот.

Взаимопонимание явно было найдено.

ГЛАВА 3

К ступеням академии шла, изгибаясь зигзагами и петляя по двору, довольно длинная очередь из сильно нервничающих и чуть синеватых в ее начале и ненатурально веселых в конце молодых абитуриентов. Представлены были всего две расы: люди и дриады. Остальные либо были слишком малочисленны, чтобы явиться, либо имели особенности, не позволяющие колдовать или учиться в данном заведении. А может, просто их день был вчера или позавчера. Кстати, для людей ограничений по дням не существовало, чем они охотно пользовались, заявившись всем скопом в последний день приема.

Я попыталась навскидку найти конец очереди, но потерпела фиаско. Ада, казалось, вообще этим не интересовалась, целеустремленно расталкивая всех встречающихся на пути, отдавливая ноги, пихаясь локтем и как клещ вцепившись в мою руку. Я пищала что-то в знак протеста, очередь так же протестующе орала, но нас пока не били. Только у самых дверей, когда Ада оттолкнула с дороги какого-то мелкого хлюпика, постоянно сморкающегося в огромный и грязный носовой платок, за него попытался вступиться здоровый верзила, видимо брат. Но Ада, не снижая скорости, врезала ему ногой в максимально болевую точку – брата скрючило, а мы влетели-таки внутрь серых стен академии. Коша бурно выражал восторги по поводу умелого использования ног в драке женщин против мужчин, а я с дрожью в коленках смотрела на сидящих за длинным дубовым столом хмурых и усталых экзаменаторов.

– Ди, так вот же те старички, которые сюда принимают, пошли экзи… экзумяниревася, во! – громко прошептал Коша, стараясь до меня довраться и ерзая от нетерпения уже на плече Ады.

«Старички» (их было пятеро плюс одна коротко стриженная рыжая ведьма, упорно кашляющая в кулачок) обиженно запыхтели и прожгли меня ну очень строгими взглядами.

Я испуганно замерла, не решаясь сделать первый шаг к столу. Ада пнула меня под зад коленкой, и я поскакала вперед. Но умудрилась споткнуться о ковер и, рухнув на пол, закатилась под стол. Взглянув вверх, я увидела удивленные лица преподавателей и обеспокоенную мордочку дракоши, севшего на стол. Ведьма хохотала уже вовсю, а пунцовая Ада бурной жестикуляцией призывала меня вылезти обратно.

Я вылезла.

– Итак, кхм-кхм, – начал старичок в голубом, расшитом серебристыми снежинками одеянии, – заколдуйте эту воду, пожалуйста.

Перед моим белым от волнения носом поставили грязный стакан с зеленовато-желтой водой. Я заподозрила, что туда не только плевали, но еще и высморкались все предшествующие абитуриенты.

– Смелее… – подбодрил меня старичок и сложил руки на впуклом животе, поглядывая поверх очков с устрашающе толстыми стеклами.

Я активно наморщила лоб и добросовестно уставилась на стакан.

Коша срочно взлетел и перебрался на плечо к Аде, предпочитая следить за моими потугами издалека. Экзаменаторы устало смотрели на стакан, но тот не реагировал и упрямо продолжал стоять на месте, игнорируя мои страдания.

– Достаточно, – устало проронил старичок и потянулся за стаканом.

Я с ужасом поняла, что это провал и я только что потеряла свой единственный шанс стать полноправной ведьмой. И, наверное от отчаяния, так махнула левой рукой, что с нее все-таки сорвался небольшой разноцветный шарик и с тихим бульком погрузился в воду.

Все замерли, особенно я.

Шарик же исчез, вода вдруг помутнела еще больше и… тоже исчезла. За моей спиной послышался вздох облегчения. Но тут воздух над преподавателем воды сгустился, на миг там замер шарик желто-зеленого цвета, а потом он рухнул ему на макушку, окатив этой мерзостью старичка с головы до ног.

И тишина.

Слышно только, как гомонят на улице ожидающие абитуриенты да ржет Коша, всхлипывая от счастья на плече у застывшей Ады.

Я моргнула и, резко развернувшись, быстрым шагом направилась к выходу.

– Куда же вы?

Я удивленно замерла и, обернувшись, увидела, как мэтр стирает добытым прямо из воздуха полотенцем остатки жидкости.

– Вы прекрасно справились с заданием, моя дорогая, и я хорошо понимаю, что результат был не запланирован, а потому можете проходить дальше.

Я оглянулась на Кошу с Адой, они мне ободряюще кивали. Во мне начала зарождаться уверенность в собственных силах.

В последующие пять минут я активно и самозабвенно колдовала. Из воздуха я создала вихрь, только почему-то с зубами: он упорно преследовал преподавателя воздуха, кусая несчастного и не поддаваясь никакой магии. Пришлось расколдовывать самой, что получилось только с пятой попытки. Из земли я сотворила небольшой шарик, но, когда все уже вздохнули с облегчением, этот шарик начал летать и целиться в нос или рот тому, кто был ближе всех. Его я расколдовала аж с шестой попытки, и перемазанные в земле преподаватели продолжили опрос. Огонь я все же умудрилась заморозить, только он от этого вырос раз в шесть и сильно почему-то окреп, кидаясь на мебель и занавески, потрескивая и гудя от удовольствия.

Мы, не раздумывая, всем скопом выбежали из горящего помещения на улицу, сбивая с одежды пламя и громко ругаясь. Кстати, лично я – молчала. Коша меня бурно хвалил, а срочно вызванный ректор вместе с преподавателем воды активно тушили огонь, добывая воду из стоящего во дворе колодца. В итоге пожар был потушен.

Академия все еще немного дымилась, когда дошла очередь до последнего экзаменатора – той самой коротко стриженной рыжей ведьмочки. Все замерли. Преподаватели невозмутимо отошли к стене и мигрировали наружу через ворота.

– Ты знаешь, какой я веду предмет? – мягко спросила она, разглядывая меня своими лучистыми глазами.

Я угрюмо покачала головой. Нервы были на пределе, на руках сидел Коша и успокаивающе гладил меня по плечу лапкой.

– Я преподаю некромантию.

Коша со стуком упал на землю, я подняла его и передала Аде. Абитуриенты, до которых тоже начало доходить, что сейчас будет, также начали пробиваться к выходу, решив подождать за воротами. Мы остались вдвоем.

– Ну давай. Попробуй.

Я шмыгнула носом:

– Чего попробовать?

– А что хочешь.

Я пожала плечами и взмахнула рукой, в общем-то ничего особенного не ожидая.

А ничего и не случилось. Разноцветный шарик упал на землю и с тихим хлопком лопнул перед нашими выжидающими взорами.

– Ты принята.

Я удивленно подняла правую бровь.

– Я пошутила. В академии на моем предмете учат, как противостоять нежити, а не тому, как ее создавать. Слишком много смерти бродит по землям этого мира. Ты принята, девочка! Добро пожаловать в академию.

И она удалилась, скрывшись за дымящимися дверьми. А я пошла звать народ обратно, предчувствуя реакцию Коши на потрясающую новость: я поступила в Академию магии и мы теперь будем тут жить.

ГЛАВА 4

Нас с Адой поселили по соседству. Дракошу мне оставить все-таки разрешили, но только после бурной истерики последнего и клятвенного заверения в противном случае подкарауливать преподавателей по вечерам в темных углах и поджигать одежду. Согласие немедленно было дано.

– Ди, смотри, как тут классно! – восхищался Коша, прыгая на мягкой, застеленной пуховым одеялом и какой-то тканью кровати. – О, тут и стол есть, и стул!

Я, улыбаясь, оглядывалась по сторонам. Довольно маленькая комнатка была обставлена скупо: у широкого окна, выходящего во двор замка, стоял простой деревянный стол и табуретка под ним. У одной стены располагалась неширокая кровать, а у противоположной – небольшой холодильный шкаф, поставленный впритык к еще одному, высокому и узкому, в котором мы с Кошей обнаружили аж целых два костюма, состоящих из серебристых брюк и того же цвета блузки с расшитыми звездами рукавами. Коша восхитился и немедленно потребовал, чтобы я избавилась от своих лохмотьев. Но я в это время заглянула за небольшую дверцу, которую частично скрывал шкаф и за которой – о чудо! – обнаружились бочка с еще теплой, набранной, видимо, вон из того шланга водой и небольшое сиденье с дыркой – понятно для чего.

– Так, я пошла мыться, – быстро сориентировалась моя особа, спешно ища халат и полотенце.

– Я тоже хочу! – заверещал Коша и нагло проскочил мимо меня, махая крыльями и собираясь влететь в бочку первым.

Но я ухитрилась поймать его за хвост, и беспрестанно вопящий и жутко обиженный дракоша был выставлен за захлопнувшуюся прямо перед его носом дверь. А я зажгла над головой небольшой разноцветный шарик, дающий немного света и опасно вихляющий из стороны в сторону, стянула с плеч свои серые, заношенные вещи и, постанывая от наслаждения, залезла в деревянную бочку, закатывая глаза и нащупывая мыло левой рукой.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что маленький проходимец уже спит, вытянувшись поперек кровати кверху пузом и изредка похрапывая. Я ухмыльнулась и, вытирая волосы пушистым полотенцем, села рядом. Коша всхрапнул и дернул правой лапой.

Стук в дверь развеял его счастливые сновидения. Спросонья он не сразу понял, что происходит, резко вскочил с криком: «Ди, смываемся, нас нашли!» – и рванул к окну на бреющем полете. Если бы я не успела поймать его за хвост, он бы точно врезался в раму, не вписавшись в оконный проем. Лежа у меня на руках, он, ошалело моргая, оглядывался по сторонам, приходил в себя и вспоминал, где мы и кто мы теперь.

– Ну что, угомонился?

Он сосредоточенно кивнул. В дверь опять постучали, уже громче и более нетерпеливо.

– Я открою, – бросив дракошу обратно на кровать, заявила моя светлость.

Коша что-то бурчал о наглых и чересчур настойчивых посетителях, которым давно пора кое-что поджарить. А за дверью стояла радостно улыбающаяся Ада. Вновь ее голову пышным ореолом окружала копна золотистых волос, изумрудные глаза сверкали, а белоснежный жемчуг зубов обрамляли алые кораллы губ. Я не поэт, но меня в тот момент посетило отнюдь не самое благородное чувство банальной зависти. Я угрюмо уставилась в висящее неподалеку овальное зеркало и ужаснулась. Там стояло нечто с тонким носом, высокими скулами и болотными глазами (при наличии воображения в темноте и издали они казались загадочно-зелеными), на голове косил на правый бок колтун черных как смоль волос. А отнюдь не алые, а скорее малиновые губы обрамлял… кхм… кариес!

Мое самолюбование нагло прервали, попросту отпихнув меня в сторону. Адка залетела в комнату, тут же плюхнулась на постель, придавив хвост удивленному дракончику, и заткнула вопящего Кошу небольшим яблоком, сунутым прямо в пасть. Коша подавился воплем, с трудом достал свой помятый хвост из-под девушки и хмуро зачавкал фруктом, оценивая нанесенный ущерб.

– Ну ты как, готова? Нам еще в библиотеку надо заскочить, потом на чердак, там висит расписание и расположен гардероб…

– То есть как? – Я с трудом нашла под столом обгрызенный кем-то табурет и с опаской на него села. Табурет огорченно скрипнул, но выдержал мой вес-Гардероб ведь должен быть внизу или я чего-то не понимаю?

Ада хихикнула и сунула мне в руки еще один червивый плод. Я тут же его надкусила и встретилась взглядом с офигевшим от такой наглости червяком. Он судорожно попытался втянуться в яблоко, но я уже его выронила, давясь полупроглоченным куском. Еле откашлялась.

– Нет, все правильно, – наблюдая за моими мучениями, сообщила Ада, – просто, переобуваясь внизу и переодеваясь наверху, ты десять раз подумаешь: а стоит ли хранить верхнюю одежду так далеко от входа? А значит, и нагрузки на раздевалку меньше.

Я усиленно давила пищащего от ужаса червяка, давно покинувшего яблоко и теперь извивавшегося на полу. Коша с Адой сосредоточенно сопели, наблюдая за процессом. О раздевалке мы временно позабыли.

Но вот наглый червь раздавлен, и я, пыхтя от удовольствия, гордо огляделась, ожидая похвалы. Фигу, Коша уже отвернулся к стенке, выкладывая перед собой аж три яблока и думая, с какого начать, а Ада прыгала у двери, распахнув ее настежь.

– Ну чего сидишь, пошли, а то там все самые новые книги разберут.

– Ага, и расписание без нас узнают, – пробурчала я себе под нос, с неохотой вставая. – Кош, ты идешь?

Коша задумчиво обернулся, нахмурил бровки… и снова занялся яблоками.

– Значит, не идешь.

Но меня уже схватили за руку, и я прямо с безнадежно запутавшейся в волосах расческой вылетела в коридор в одной тапке, найденной в ванной.

– Чего ты копаешься? Смотри, как надо: раз-два.

Волосы на голове зашевелились и резко встали дыбом, умудрившись распутаться и без моих потуг. Потом они легли на плечи и даже позволили завязать их в хвост, а вторая тапка, прилетевшая из комнаты, услужливо и так неожиданно наделась мне на вторую ногу, что я споткнулась и первый лестничный пролет преодолела в полете, сбивая всех встречающихся на пути и организуя куча-малу этажом ниже. Студенты очень ругались, меня даже хотели побить, но Ада умудрилась выцепить мою тушку и уволочь дальше, обзывая бестолочью и пиная по ногам особо возмущенных, загораживающих проход.

В итоге в библиотеку мы и впрямь попали самыми первыми и получили хорошие, новые книжки.


Кстати о внутреннем устройстве академии.

Она состояла из главного здания и двух прилепившихся к нему башенок. Простым студентам доступ в башни был закрыт, так как в них обитали учителя, спальные комнаты которых примыкали к личным лабораториям. В результате каждому преподавателю отводилось по одному этажу, где он был полноправным хозяином, так как попасть туда иначе чем через телепорт было невозможно (их даже лестницы не соединяли).

Совсем другая ситуация была у студентов. Этажи соединяли многочисленные лестницы, всего этажей было пять плюс чердак и подвал. На первом этаже располагались холл и столовая, где и проходили все торжественные вечера. Если места не хватало, то спускались в подвал, где его было хоть отбавляй. Там же проводились и все самые значимые испытания.

Второй этаж был отдан студентам под их личные комнаты, чтобы они не путались под ногами у преподавателей, несясь всесокрушающим потоком со всех этажей в столовую и обратно на занятия. Остальные этажи были учебные… Да! Я совсем забыла про крышу: там была помешена конденсированная стихия воздуха (так же, как в подвале – стихия земли), поэтому туда студенты часто поднимались во время соответствующих занятий. Раньше на крыше вроде бы был цветник: целый сад из магических и не очень растений. Но после пары опытов студентов первого курса растения мутировали и разбежались по всей академии, резко став плотоядными. Их отлавливали по всем этажам. И говорят, что в некоторых давно забытых переходах и комнатах замка, особенно на третьем и четвертом этажах, можно и сейчас встретить ядовитую плодожорку или вьющийся хрящ.


Я впечатлительно сглотнула, выслушивая эти откровения от подруги. Мы сидели в столовой, заняв места поближе к преподавательскому столу, который стоял в вершине получившейся буквы «П», и по очереди пихали под скатертью урчащему от удовольствия Коше различные вкусности. Коша прилетел к нам недавно, грозно поинтересовавшись, ходили ли мы уже в столовую и если да, то почему без него. Истерику удалось успокоить клятвенным заверением в том, что это был как раз следующий пункт нашего похода и что без Коши мы ни в коем случае туда не пошли бы.

В итоге сейчас он радостно хрустел под столом бараньей ножкой, дергая меня за юбку и прося добавки и еще воды в вытащенный из-под стола и сильно перемазюканный в жире кубок. Я со вздохом наполнила его водой и, прибавив кусок ежевичного пирога, отправила все это богатство обратно. Радостное чавканье показало, что дар принят.

Но тут зал затих, и взоры всех присутствующих устремились к выходу.

В высокие резные двери столовой вошли чинные и важные преподаватели, тихо и благостно о чем-то переговаривающиеся. Посмотрев на их постно-возвышенные рожи, мне почему-то резко захотелось сделать какую-нибудь гадость, просто так, для поднятия настроения. И мое неуравновешенное волшебство тут же откликнулось, даже руками махать не пришлось.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19