Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Наследник дракона

ModernLib.Net / Черрит Роберт / Наследник дракона - Чтение (стр. 22)
Автор: Черрит Роберт
Жанр:

 

 


 
      Теодор поднял глаза к потолку. Огромный зал, свету вдосталь – сотни круглых, сделанных из цветной бумаги китайских фонариков трудятся во всю мощь, светят со всех сторон, однако почерневшие от времени деревянные стропила под потолком все равно отбрасывают тени, и ближе к коньку крыши сгущается таинственная тьма. В этом несоответствии светлого низа и темного верха было что-то мистическое.
      Некое подобие Синдиката, решил он. И моей души…
      Внизу в ярком свете бумажных фонариков все прибывали и прибывали гости. Придворные кружили по залу, сбивались в кружки. Как было заведено исстари, одну половину зала занимали преимущественно женщины, другую – мужчины. Гости одеты в традиционные наряды, а также в вечерние костюмы. Покрои мужских нарядов самые причудливые, однако цветовая гамма все та же, что и несколько тысяч лет назад, – черное и серое либо в черную и серую полоску.
      Разве что офицерские мундиры отличаются большим разнообразием. Другое дело женщины, большинство из которых наряжены в кимоно самых разнообразных расцветок с преобладанием белого и золотистого, отчего их масса издали напоминает поле созревающих подсолнухов.
      Настроение у гостей было радостное, возвышенное. Понятно, трехдневные торжества по случаю дня рождения Координатора – самый популярный праздник в Синдикате. Уже который год Теодор только в эти дни посещал столицу. Даже в самые худшие дни разрыва с отцом он неизменно получал приглашение – с формальной точки зрения было немыслимо позабыть о принце, наследнике престола, однако отец никогда не присылал именного билета. Надписи всегда сухие и безликие.
      Согласно традиции, принц не имел права отказаться от приглашения. Случалось, он пропускал собственные дни рождения, но не прибыть в Люсьен не мог. Хотя эти поездки ему лично доставляли мало радости. Каждый раз на память приходил тот день, когда его в наказание за строптивость отправили на Марфик в Легион Веги.
      Двор вовсе не интересовал Теодора. Единственное, что его огорчало, – разлука с матерью. Однако даже в те дни, когда он наведывался в столицу, встречи с Жасмин проходили как бы в тени Такаши, что никак не способствовало теплоте общения. Радовали также предстоящие встречи с Хранительницей Констанцией Куритой, но с ней они часто переписывались, даже виделись, обменивались голограммами, посылали друг к другу курьеров. Мать также писала сыну, однако, судя по строгой назидательности и ни на чем не основанным укорам, принц подозревал, что ее рукой водил отец.
      В течение трех лет, что он занимал должность канрея, Теодор два раза сознательно игнорировал приглашения, присланные из дворцовой канцелярии. Он понимал, что его отсутствие подогревает слухи о расколе, наметившемся внутри правящей семьи, однако у него не было выбора – дела настоятельно требовали присутствия Теодора, а пожертвовать этим он никак не мог. Неудовольствие отца можно пережить… Он, конечно, посылал приветственные телеграммы с пожеланиями доброго здоровья и долгих лет жизни, отправлял дорогие подарки. Констанция сообщила в письме, что Такаши приказал лорду-камергеру сжечь эти послания, не распечатывая, а подарки отослать в самые дальние хранилища. Теодор не мог понять, откуда такая злоба? И зачем?..
      На этот раз все было по-другому. В этот год принц в первый раз почувствовал свою силу, впервые за десять лет он почувствовал, что способен выстоять в любом конфликте с отцом. У него появилась возможность выбора, и он отважился посетить праздник. Не по принуждению, но по собственной воле… Мероприятия, которыми он так усердно занимался в течение этого срока, дали свои плоды, так что теперь пора в Люсьен. Пробил час, когда следует выйти из тени.
      Принц глянул в ту сторону, где стоял трон Дракона. Он возвышался на квадратном помосте, покрытом рядами искусно изготовленных татами. Трон представлял собой удивительное произведение декоративного искусства. Вырезанный из тика, он производил ошеломляющее впечатление изысканной отделкой. Позади трона виднелась стена, на которой располагался четырехметровый, отделанный по краям золотом диск. Поверхность стены напоминала угольную черноту космоса. На ней алыми искорками посверкивали звезды, входящие в Синдикат Дракона. На диске же было представлено изображение дракона с зубами из слоновой кости. Глаза у чудовища были из аметиста, изображение древней Терры, которое он держал в когтях, – из покрытого эмалью металла.
      Такаши сидел на троне. Позу принял величественную, императорскую… Его черное шелковое кимоно – стоило только тоно пошевелиться, повести рукой – переливалось всеми цветами радуги. Его полосатые катагину и хакама, составлявшие неотъемлемые принадлежности камишимо, отливали матовым блеском. Волосы у Такаши были черные как смоль, только на висках серебра в избытке. Координатор всеми силами старался создать впечатление, что сам он и вся страна готовы встретить врага во всеоружии. К сожалению, прошли те времена, когда он часами мог высиживать на коленях в позе самурая. Ноги совсем не держат, а в коленопреклоненном положении тут же затекают… Такаши теперь не в состоянии выстаивать даже короткие церемонии. Любая попытка доказать, что он все еще крепок, заканчивалась печально. Подобные казусы угнетали его дух, по дворцу ползли неприятные, позорные для его чести слухи. Дракон не имеет права показывать свою слабость. Он по сути своей воплощение силы.
      Видимость! Одна только показуха.
      Это единственное, что я усвоил от тебя, отец. Самое важное в технологии власти – видимость! Создание приличного облика… Что за ним стоит – не важно. Тебе придется смириться с тем, что форма – это еще далеко не все.
      Возле трона неподвижно, словно окаменевшая фигура, стоял Сабхаш Индрахар.
      Наставник! Ты тоже играешь в эту игру, всеми силами пытаешься поддержать авторитет власти. Но ты единственный, кому хватило разума заглянуть на несколько лет вперед, вот почему ты начал заигрывать и со мной. Что ж, это мне на руку. С профессиональной точки зрения КВБ работает прилично. Только следует несколько почистить кадры и устранить из этого ведомства откровенных политиканов. Служба безопасности должна знать свое место. Только смотри, тщательно оберегай мои секреты. Интересно, а что Сабхаш таит от меня? Как насчет Нинью Кераи, который оставил меня и примкнул к тебе? Констанция сообщила, что ты недавно соизволил усыновить его. Решил сделать своим наследником. Я до сих пор считаю Нинью своим сторонником, членом узкого кружка. Мало ли чего не бывает между друзьями, но это усыновление?.. Или, может, он всегда был твоим агентом, а последний акт лишь закрепил его статус и упрочил положение в обществе?
      Скажи, хозяин теней, что в этом вопросе правда, а что не более чем колыхание теней?
      Сабхаш глазами отыскал в толпе Теодора и издали улыбнулся ему. Принц невольно вздрогнул – неужели директор сумел прочитать его мысли? Он отвел глаза. В этот момент его внимание привлекли перемещения придворных шагах в пяти от возвышения. Там стояли специальные чиновники, которые принимали подарки и аккуратно описывали каждый дар, заносили в особый реестр его стоимость. Теперь по призыву лорда-камергера представители самых благородных родов государства по очереди начали подходить к трону и читать стихи во славу повелителя. Риторики было хоть отбавляй!.. Большинство читало по бумажке, но некоторые гордо декламировали наизусть. Всем известна любовь Координатора к поэзии, поэтому в выражениях не стеснялись – «звездноликий» было одно из самых скромных сравнений. Теодор знал, что отец частенько оценивал возможности того или иного претендента по умению складывать стихи. Он сам порой баловался сочинительством… Теодор был напрочь лишен способностей к стихоплетству, Возможно, это одна из причин, почему отец глух ко всему, совершенному сыном.
      Наконец чтение поздравительных виршей закончилось. Лорд-камергер кивнул Теодору Наследный принц вышел вперед – в этот момент сотни глаз смотрели на него. Он приблизился к возвышению, отвесил безукоризненный поклон, затем поднялся на возвышение – еще один столь же изысканный поклон. На полпути к трону он вновь согнулся в поясе.
      – 0-медето, Координатор, – сказал он. Голос его звучал спокойно, негромко – как раз для самых ближних придворных, которые стояли в первых рядах.
      – У меня нет таланта сочинять стихи, так что я приготовил для вас другой подарок.
      Такаши чуть дернулся, однако Теодор полностью проигнорировал недовольство, появившееся на лице повелителя.
      – Помнится, ты всегда был озабочен мыслью о возможном законном наследнике, который мог бы после меня поддержать славу Дома Куриты и всего Синдиката. Сегодня я могу сообщить, что выполнил твое пожелание. У меня есть сын, законный наследник трона Синдиката Дракона.
      – Я уже слышал об этом незаконнорожденном и о женщине, родившей его, – фыркнул Такаши. – Их никто не приглашал. Надеюсь, это неудачная шутка?
      – Это не шутка, – тем же тихим голосом ответил Теодор. – Конечно, кое-где существуют рожденные от меня дети, но в данном случае я имею в виду законного наследника, рожденного от законной жены.
      – Это невозможно! Ты не женат!.. – рявкнул Такаши. – Индрахар сразу бы донес мне…
      – Сказанное принцем – правда, тоно. – Сабхаш поклонился повелителю.
      Вовремя!
      В глазах Координатора вспыхнули гневные огоньки. Теодор спокойно смотрел на отца. Ни он, ни Сабхаш не сомневались, что вспышка гнева неизбежна. Директор КВБ выпрямился, лицо у него было все так же спокойно. Лорд-камергер и придворный поэт скатились со ступенек в зал – их словно ветром сдуло.
      Такаши повернулся к Теодору:
      – Кто эта женщина?
      – Томое Сакаде.
      – Ты глуп, как всегда, – сказал Координатор – Я аннулирую брачный договор.
 

XLVIII

       Союзный дворец
       Имперская столица
       Люсьен
       Военный округ Пешт
       Синдикат Дракона
       18 августа 3033 года
 
      – Ты не сможешь этого сделать, – ответил Теодор.
      – Согласно закону он имеет такое право, – подтвердил Сабхаш
      Значит, ты решил сыграть собственную партию, Сабхаш-сама, отметил про себя Теодор. Он глянул в его сторону. Взгляд Индрахара, казалось, подтверждал – ты сомневался в этом? Я всегда веду свою игру. Такаши победоносно улыбнулся.
      – Но Координатор никогда так не поступит, – прибавил директор КВБ.
      – Ты что, – всполошился повелитель, – решил предать меня? Ты принял его сторону? – неприемлемо громко выкрикнул Такаши и ткнул пальцем в сторону принца.
      Его щека начала подергиваться. Он тут же опомнился и злым шепотом спросил:
      – Это что, заговор? Это ты все задумал, Сабхаш! Ты решил убить меня здесь, прямо на троне, и посадить на мое место эту марионетку. В таком случае ты сам глуп как пробка.
      – Я ни в коем случае не держу сторону наследника против Координатора, – с достоинством ответил Сабхаш. – Все мои помыслы о Драконе. Его мощь, сила, мудрость – вот что главное для меня. Синдикат должен иметь достойного наследника. Главное, что требуется в это трудное для страны время, – преемственность и мирное разрешение любого конфликта. В этом залог стабильности государства. Мы не имеем права на слабость.
      – Она же никто, – попытался возразить Такаши. Теодор поразился умению Сабхаша оглушать собеседника такими терминами, против которых никто возразить не посмеет. Даже Координатор… Однако когда дело касалось чести его законной жены, он не мог смолчать.
      – Ну, кто она? – Теперь Координатор обратился к сыну. – Все ее документы поддельные, происхождения самого низкого. Дочь какого-то мелкого коммивояжера.
      – Йе, тоно, – возразил директор KB Б. – Это не так.
      Такаши вскочил, сделал шаг по направлению к Сабхашу. Теодор растерялся – гнев отца его мало беспокоил, но вот заявление Сабхаша ошеломило его. Сабхаш знал, что Томое являлась воспитанницей О5К? В этот момент позади, в толпе придворных, послышался какой-то нарастающий гул. Он невольно обернулся – по центральному проходу шла Констанция. Он бросил взгляд на женскую половину – Томое нигде не видно. Приметил мать – Жасмин стояла с встревоженным видом, окруженная фрейлинами. Сабхаш тоже смотрел в сторону приближавшейся Констанции – смотрел без всякого интереса, равнодушно, словно все дальнейшие ходы в этой придворной пьесе были известны изначально. Или, может, он сам являлся автором этой пьесы. Вряд ли… Авторов было несколько, и прежде всего – Констанция Курита. То-то они делают вид, что не замечают друг друга.
      Наконец Сабхаш кивком обратил внимание Координатора на Хранительницу.
      – Тоно, дзёкан Констанция поможет нам прояснить этот вопрос. Ей известна история Томое Сакаде.
      Констанция поклонилась повелителю и начала:
      – Томое Сакаде – это вымышленное имя. Да, выданные ей документы были подправлены – о причинах, вынудивших нас поступить именно таким образом, я скажу позже. Теперь у меня есть полное право рассказать ее историю – найдены документы, подтверждающие высокое происхождение этой женщины. Все они внесены в ваш личный банк данных, Координатор.
      Настоящая фамилия Томое – Изезаки. Как вы знаете, это семья крупных предпринимателей и торговцев, владельцев верфей в Расалхаге, а также многочисленных торговых и посреднических фирм. По прямой линии Изезаки происходят от Ингрид Магнусон, являющейся потомком основателя Расалхага. Орден Пяти Колонн обнаружил все это уже после того, как девочку взяли на воспитание. В то время у нас не было твердой уверенности, что эта версия верна, поэтому мы решили не смущать покой ребенка.
      Когда Томое подросла, она высказала решительное желание служить Синдикату в качестве пилота боевого робота. Мы сочли это желание достойным и поместили девочку в военную школу, а сами тем временем пытались выяснить ее происхождение. Мы полагали, что достойная судьба прямого потомка Ингрид Магнусон будет ярким примером сотрудничества и понимания между обеими нашими странами. В конце концов, она сама выбрала тот путь, на котором ее усилия принесут наибольшую пользу Синдикату, – она стала женой наследного принца. Теперь, когда мы получили неопровержимые документы, подтверждающие ее происхождение, этот брак представляется в ином свете. В потенциале это мощное средство объединения наших народов. Так что странно говорить, что в этом браке можно углядеть какое-то ущемление чести для одной из сторон.
      Она еще хотела что-то добавить, однако теперь инициативу взял на себя Сабхаш Индрахар.
      – Ингрид Магнусон вышла замуж за Карла Сакаде из клана Изезаки. Это событие случилось около пятисот лет назад.
      – Когда узурпатор Стефан Амарис, – продолжил директор КВБ, – сверг Ричарда Камерона и погубил всех его потомков, он не успел довести до конца свой злодейский план. Во время массового избиения сторонников Звездной Лиги Дункан Камерон и Джохана Курита отсутствовали в своих апартаментах – у них была назначена встреча. Узнав о начавшихся гонениях, они с помощью одного из владельцев могучего, занимавшего прочные позиции в различных областях промышленности и торговли концерна «Судостроительное общество Изезаки» бежали с Терры. Камерон и Курита долго искали надежное убежище, бросались из одной звездной системы в другую, пока, наконец, не добрались до провинции Расалхаг, население которой уже в ту пору отличалось неукротимой волей к независимости. После ужасов, творившихся на Терре, после кровавой резни, учиненной сторонниками Амариса во Внутренней Сфере, ни Дункан, ни Джохана не испытывали особой приверженности к Звездной Лиге. Их целью стала безопасность. Они изменили фамилии, стали именоваться Сакаде и, используя помощь Изезаки, официально вступили в их клан.
      Однако старейшины рода Изезаки действовали далеко не бескорыстно, когда позволили пришельцам сменить фамилии. Они допустили утечку информации, в результате Координатору Минору стало известна эта история. В благодарность Координатор выдал королевский патент, гарантирующий торговые операции концерна по всем территориям государств-наследников. С тех пор этот патент подтверждает каждый, вступающий на пост Координатора.
      – Когда я подписывал соответствующую бумагу, ни о чем таком слыхом не слыхивал, – признался Такаши.
      – Очень жаль, тоно. Секрет сделки с Изезаки был утерян во время суматохи, связанной с переездом Координатора Хинхиро в новый дворец. Вся эта история была восстановлена только в недавнее время, когда стали тщательно проверять все без исключения записи, относящиеся к самым древним пластам нашей истории. – Саб-хаш сложил руки на груди, затем продолжил: – Теперь вы можете спокойно благословить этот брак между вашим наследником и этой дамой, добросовестно служащей в ОВСД.
      – Я, по праву Хранительницы, подтверждаю его слова, тоно, – добавила Констанция. – Вы не имеете права в такой ответственный момент поддаваться чувствам. Брак оформлен согласно всем требованиям традиции. Эта женщина вполне достойная супруга для принца из Дома Куриты.
      Такаши вновь принял величественную позу, нахмурился.
      Констанция попросила:
      – Позвольте мне представить вам эту даму, тоно.
      Такаши ничего не ответил, но это не смутило Хранительницу. Она повернулась к женской половине зала и призывно махнула рукой со сложенным веером. Толпа заходила ходуном, неожиданно начала раздаваться – любопытные столпились у образовавшегося прохода.
      Томое вышла вперед. Она вела за руки десятилетнего мальчика и маленькую девочку. Ступала часто, шаг укоротила настолько, насколько позволяло парадное кимоно. Внешним видом Томое напоминала придворных дам – лицо убрано косметикой, замысловатая прическа… Двигалась грациозно, красавица из красавиц. Теодор сдержал восхищенный вздох… После стольких лет вражды с отцом, сражений, долгой и нудной работы по отстаиванию своего понимания долга и обязанностей судьба сделала ему неоценимый подарок. Он уже невольно прикидывал все практические последствия подобного поворота событий. Тот шаг, на который он решился, теперь оказывался ненужным – у Такаши нет выбора. Он вынужден признать брак законным, а маленького Хохиро – наследным принцем. В этом случае перед Томое открывается широкая перспектива служебного роста, а Теодор получает серьезную опору в лице своей жены. Теперь она не просто могла заменить его, а сделать это на вполне официальной основе.
      Хохиро был наряжен в самурайский костюм, наследник Теодора был высок для своего возраста и хорошо сложен. Своего положения он не стеснялся, но держался строго – по сторонам не глазел, не дергался. Вел себя так, как учила его тетя Констанция. С другой стороны Томое держала за руку пятилетнюю Оми. Девочка была настолько хорошенькая, нарядное кимоно так шло ей, что Хранительница не выдержала – подошла и взяла ее за другую руку. Девочка шла, спотыкаясь, и обе женщины помогали ей.
      Наконец все они встали перед Координатором, одновременно низко поклонились. Все, кроме Оми, – малышка во все глаза разглядывала дедушку, о котором мама и папа всегда разговаривали шепотом. Он, наверное, очень строгий.
      Действительно, Такаши сидел молча с мрачным лицом, прихватив в горсть подбородок.
      – Тоно, у вас есть еще один внук Дракона, – сообщила Томое. – Маленький Минору. Ему два годика, он находится под присмотром дзёкан Флоримель в ее поместье.
      Такаши по-прежнему хранил молчание, разглядывал неожиданно появившуюся невестку. Теодор терзался, не в силах разгадать, о чем он в тот момент думает. В любом случае Теодор будет изо всех сил защищать свою семью – на это обычай дает ему право. Такаши оторвал руку от подбородка. Щека успокоилась, нервный тик больше не досаждал ему. Он с такой силой схватился за подлокотники, что костяшки пальцев побелели.
      – На этом сюрпризы исчерпаны? – спросил он.
      – Это как раз тот случай, – сказал Сабхаш, – когда Дракон знает то, что неизвестно пронырливому Лису.
      Такаши против воли рассмеялся, устроился поудобнее на троне и нарочито небрежно сказал:
      – Хорошо. Добро пожаловать, дзёкан Томое. Рад встрече…
      Напряжение разом спало, что-то подобное вздоху облегчения пронеслось в зале. Теодор тоже перевел дыхание – оказывается, он несколько мгновений не дышал. Он попытался подойти к Томое, но по пути его перехватил озабоченный Хохиро. Сын непременно хотел узнать, правильно ли он вел себя в присутствии дедушки? Пока отец хвалил сына, уверяя, что тот оказался на высоте,
      Сабхаш подозвал лорда-камергера и приказал ему сделать официальное объявление о женитьбе принца Теодора. После долгого оцепенения зал вдруг взорвался приветственными возгласами. Все зааплодировали…
      Такаши с бесстрастным лицом откинулся к спинке трона. Придворным он казался величественным, Теодор, стоявший ближе к трону, видел, как обеспокоен отец. Насколько он знал его, Координатора вряд ли убедили доводы Сабхаша и Констанции, но поделать он ничего не мог. Вот что тревожило Координатора – его поставили перед фактом, и он ничего не может предпринять, чтобы отстоять свою точку зрения. В этом таился какой-то многозначительный намек… Теодор посочувствовал отцу – какую злую шутку сыграла с ним необходимость сохранить лицо! В любом случае образ должен поддерживаться, несмотря ни на что.
      Да здравствует видимость!..
      Краем зрения Теодор заметил, как Сабхаш подозвал к себе Нинью Кераи и достаточно громко сказал:
      – Свяжи остальные концы, Нинью-кун.
 

XLIX

       Жилой комплекс «Йошин»
       Бленширетон
       Уолкот
       Военный округ Пешт
       Синдикат Дракона
       21 сентября 3033 года
 
      Кэтлин Палмер переступила через порог, быстро оглядела комнату. Вроде все в порядке, все на своих местах. Отсутствовала она, правда, недолго, но кто знает… Затем прошла в спальню, ребенок спокойно спал в своей кроватке. Кэтлин вернулась к двери и закрыла ее. В последнее время она сменила дверь, поставила новые замки.
      Удовлетворенная осмотром, она заглянула на кухню, вытащила пистолет из кармана под мышкой и положила на тумбочку. Заварила жасминовый чай, с удовольствием сделала маленький глоток. Теперь можно разогреть обед. Включила кухонный комбайн, вышла в комнату переодеться, а когда вернулась на кухню, обнаружила за столом Нинью Кераи. Так и замерла в дверном проеме…
      – Привет, Кэтлин. – Он помахал ей рукой.
      – Нинью?
      – Рад, что ты не забыла меня.
      – Таких, как ты, не забывают. Откуда ты здесь взялся?
      Он пожал плечами и в свою очередь спросил:
      – Как ребенок?
      – Ты имеешь в виду Франклина?
      – А что, у тебя есть другой сынишка?
      Кэтлин опустила голову.
      – Какое тебе до этого дело? – едва слышно спросила она.
      – Какая разница, кто нашел тебя – я или кто-нибудь другой. Ты не имела права поступать подобным образом. Конец был бы тот же самый.
      – Когда я сбежала от вас, я знала, что вы все равно меня отыщете. Как только я услышала о женитьбе принца, я сразу догадалась, что это конец. Страховка потеряла смысл. Совсем наоборот, теперь этот ребенок – помеха.
      – Прости, Кэтлин, – сказал Нинью и полез к себе под мышку.
      – Еще чего!..
      Она плеснула горячий чай ему в лицо и попыталась достать его подбородок пяткой левой ноги, однако Нинью оказался резвее. Он успел увернуться и от струи, и от выпада. Метнулся в сторону… С громовым звоном разбилась чашка. На мелкие осколки…
      Нинью перекатился через кресло и вскочил на ноги. Успел перехватить руку Кэтлин, метнувшуюся к тумбочке, где лежал пистолет.
      Женщина врезала ему ребром ладони по шее – Нинью выпустил ее руку, отшатнулся. В рукопашном бою Нинью, конечно, был куда сильнее, но Кэтлин придавала силы мысль о ребенке. Нинью, отпустив руку женщины, заметно расслабился, однако Кэтлин наверняка знала, что его якобы неуклюжести доверять нельзя. Этот мог взорваться в каждую секунду Она мгновенно приняла боевую стойку В любом случае она могла рассчитывать только на свой пистолет либо на какое-нибудь другое оружие, которое могло подвернуться под руку.
      Быстро обежала глазами комнату Ах, какая непростительная ошибка! Нинью сразу догадался, что она высматривает, и тут же попытался нанести удар сокрушительной силы. Она успела увернуться и провести контрприем – в этот момент Кэтлин почувствовала что-то твердое у него под мышкой. Она тут же переменила позицию – только бы добраться до его оружия!
      – Глупишь, Кэтлин. У тебя же нет шансов. Тебе не следовало спасаться бегством.
      Конечно, он прав, но что она могла с собой поделать. Мысль о том, что они убьют мальчика, привела ее в ярость. Она совершенно потеряла голову. Теперь он предлагает ей сдаться – взглянуть на неизбежное, так сказать, трезво. Спокойно наблюдать, как этот негодяй застрелит ребенка? Ну уж нет, лучше самой погибнуть.
      Она сделала полшага назад, почувствовала икрой ножку другого кресла.
      Эх, была не была!
      Зацепив кресло левой ногой, она крепко ухватилась за ножку и тут же метнула его в Нинью. Тот попытался отклониться влево и на какое-то мгновение открыл Кэтлин путь к тумбочке. Как только кресло попало в стену, она бросилась в ту сторону. Успела схватиться за рукоять пистолета, однако Нинью, метнувшись в ту же сторону, обхватил ее за грудь. Поднял в воздух и швырнул на пол. Резкая боль пронзила позвоночник. Следом на голову обрушился мощный удар. Свет померк перед глазами.
      Когда она пришла в себя, Нинью стоял над ней с ее пистолетом в руке.
      – Ладно, кончай скорее, – коротко бросила она, потом добавила: – Сначала меня, потом ребенка.
      Нинью отрицательно покачал головой.
      Возможно, ему вспомнились совместно проведенные дни? У него дрогнуло сердце?
      Напрасные надежды…
      Она подумала, что мальчик, должно быть, проснулся – сколько шума они здесь наделали! Может, он даже сбежал, заметив, как она дерется с чужим мужчиной. Она предупреждала – если почувствует опасность, пусть бежит без оглядки. Ох, что ж ты вышел в комнату? Мы разбудили тебя, правда?.. Кэтлин попыталась было показать ему, что надо бежать, голосом предупредить его, однако даже пошевелиться не смогла.
      Металлическая метательная звездочка пролетела возле шеи мальчика. Он со страху попытался загородиться от нее рукой. Напрасные усилия! Кровь хлынула из глубокой раны на шее. Мальчик упал на пол.
      Он сейчас в шоке и не почувствует боли. Эта мысль успокоила Кэтлин.
      Сказать, что все происходит помимо нее, в каком-то бреду, было нельзя. Она все ясно видела и слышала. Сердце, казалось, перестало биться. Она лежала и смотрела, как жизнь ребенка вытекает из него вместе с кровью. Ковер заметно намок под ним, там появились новые оттенки – какой-то неестественный багрянец лег на рисунок.
      Нинью переступил через мальчика и направился в спальню. Через несколько минут он вернулся с портфелем, набитым бумагами. Отдельную кипу небрежно сложенных документов сунул во внутренний карман. Затем подошел, склонился над Кэтлин. Он помассировал на ее теле известные только агентам КВБ точки, и боль сразу унялась. Потом взял женщину за горло и сдавил его. Свет помутился у Кэтлин перед глазами. Она едва разобрала голос Нинью.
      – Ужасная трагедия! Молодая мать и ее ребенок погибли в огне во время пожара в квартире. Неплохой заголовок для местной программы новостей… Длинноват, правда, а так ничего, сойдет.
      Так и случилось – в вечерних новостях появилась информация о пожаре в жилом комплексе «Йошин», о слаженной работе пожарных команд. К сожалению, несчастный случай не обошелся без жертв – сгорела молодая мать и ее одиннадцатилетний сын.
      Нинью должен был покинуть дом незамеченным. Пожар следовало устроить таким образом, чтобы никто ничего не заподозрил. По крайней мере, в первое время… Свидетелей его посещения быть не должно. Все приметы насильственной смерти должен поглотить огонь.
      Он умело выполнил свою работу.
      Кэтлин очнулась от нестерпимого жара, закашлялась, выплюнула сгусток крови. Пламя лизало ковер, на котором лежал мальчик. Кэтлин почувствовала сожаление – он никогда не станет мужчиной. Но, когда темнота навалилась на нее, последняя мысль была о сыне – Франклине. Челнок, на котором ему помог бежать Маркус Курита, покинул планету в полдень.
 

L

       Усыпальница Курита «Тайное Снадобье»
       Союзный дворец
       Люсьен
       Военный округ Пешт
       Синдикат Дракона
       2 января 3034 года
 
      Пять колонн, едва заметных в густом полумраке, поддерживали возвышение, на котором располагалась священная камора. В ней в покрытой белыми татами мраморной гробнице лежал когда-то наводивший ужас на врагов и друзей Широ Курита.
      Основатель рода…
      Камора была выстроена на особом возвышении в глубине потайного внутреннего мавзолея, называемого «Залом Тайного Снадобья». Здесь находилась усыпальница членов рода Курита. Плиты их надгробий едва очерчивались и терялись в глубине помещения, только дерзкому Широ была оказана честь упокоиться на подпираемой столпами мудрости, силы, дерзости, хитрости и отваги высоте. Перед входом в гробницу Широ, на верхней площадке лестницы, на коленях стояла Хранительница семьи Констанция Курита. Она неотрывно смотрела на вырезанную из бивня лабреанского монодона фигуру устремленного в небо дракона, установленную на резном постаменте в голове гробницы. В нем, по преданию, покоился дух неукротимого Широ.
      Вокруг Хранительницы в четырех углах обширного татами в той же позе застыли четыре старших адепта ордена. Во время медитации Констанции не дано было видеть их, но она ощущала их внутреннюю силу, помогавшую ей слиться с духом предка.
      Теодору только издали разрешили наблюдать за Хранительницей, погрузившейся в «час уединения». Пять облаченных в древние доспехи стражей мягко, но решительно преградили ему путь – он топтался у порога зала «Тайного Снадобья», поглядывал в полутьму, начинал расхаживать по освещенному солнцем «Залу Углубления Мысли», предшествующему мавзолею. Времени в обрез, но потревожить Констанцию в минуты разговора с предком немыслимо.
      Наконец Хранительница поднялась, хлопнула в ладоши и – по-видимому, прощаясь с духом Широ – поклонилась священному дракону Очнувшиеся адепты, в свою очередь, тоже склонили головы перед воплощением духа главы рода. Затем они по очереди, не отворачивая лиц от статуи, начали отступать к выходу из каморы и так же, пятясь, начали спускаться по лестнице. Стражи расступились, выпуская их из усыпальницы.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31