Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Наследник дракона

ModernLib.Net / Черрит Роберт / Наследник дракона - Чтение (стр. 15)
Автор: Черрит Роберт
Жанр:

 

 


      Последнее, что увидел Фухито, – отдельные обломки машины, завертевшиеся в песчаном вихре.
      Помнится, в ту секунду он вспомнил о Будде, чертыхнулся и, стиснув челюсти, покрепче взялся за рычаги управления «Пантерой». «Цикада» была третьей машиной, потерянной за эти две недели. Две другие тоже погубил ураган. Легиону пришлось заплатить немалую цену за набеги на лагеря и базы лиранцев.
      Заряд прошел, разбежались по пустыне смерчи. Фухито, воспользовавшись короткой паузой, на рысях повел роту к северу. После часа тяжелого пути впереди открылась невысокая скальная гряда. К одной из скал и направились разведчики. Здесь, в пещерах, устроили базу Второго Легиона Веги, где измученные водители могли передохнуть, а техники на скорую руку латали машины. Последние метры дались особенно тяжело. Вновь разыгралась буря, помедли драконы еще немного, их постигла бы такая же участь, что и Маккоя.
      Подземным коридором боевые машины добрались до обширной пещеры. Заведя «Пантеру» в отведенный его роте отсек, Фухито остановил машину, открыл люк и, хватаясь за поручни трясущимися, слабеющими руками, спустился на землю. Внизу его поджидал Майк Хейс.
      – Как охота? – спросил командир легиона.
      – Вполне удачно, таи-шо. Полный доклад я передал по микроволновой связи в штабной компьютер.
      Говорил Фухито с трудом, язык едва поворачивался. За четыре дня дежурства во рту было полно песка, даже ноздри залепило. Никакая система защиты не могла предотвратить его просачивания внутрь.
      – Погода жуткая, – отплевавшись, прополоскав рот, добавил он. – Мы потеряли Маккоя с «Цикадой». Затянуло в торнадо, а потом с откоса швырнуло на камни на дно высохшей реки.
      – Жаль парня… Ничего другого в это время года здесь ждать не приходится. Сколько помню, ни разу на Веге не выдалось хотя бы более или менее спокойное лето. Постоянно одно и то же – ураганы, смерчи… – Хейс пожал плечами. – Но в этом году что-то особенное. Как дар божий. За эти две недели авиация противника ни разу не смогла подняться в воздух, а те, что рискнули, тоже валяются где-то в пустыне. Много самолетов у них побило на земле, наши рейды тоже сыграли свою роль. Они потеряли более половины материальной части, так что, когда небо прояснится, мы можем смело идти в бой. Должен признаться, что стратегический ход таи-са Куриты принес нам невероятный успех. Скоро мы сможем нанести врагу решительный и завершающий удар.
      – Рано делить шкуру неубитого медведя. Простите, таи-шо, но я не склонен принять на веру эту вдохновенную речь во славу Куриты.
      Хейс добродушно рассмеялся.
      – По отношению к начальству вдохновения никогда не бывает многовато, это я вам на будущее, таи-и, говорю. А в нашем случае почему бы и нет, Тацухара-кун? По правде говоря, я восхищаюсь нашим принцем. За такой короткий срок ему удалось перевернуть ситуацию с головы на ноги. Когда погода наладится, мы определенно разобьем лиранцев.
      – Обязательно разобьем, таи-шо, – согласился Фухито, не в силах спорить с генералом, – но, при всем к вам уважении, это будет далеко не просто.
      Таи-шо помрачнел, потом обвел рукой стоявших в подземной пещере роботов. В зыбком дробленом свете электрических ламп они представали некими всесокрушающими чудовищами. Кто может остановить их?
      – Каково, – с прежним восхищением в голосе воскликнул Хейс. – Взгляни, какая красота! Какая сила!.. Когда закончится сезон летних бурь, мы выведем их в пустыню и ударим по врагу там, где он менее всего ждет этого.
      Фухито промолчал, правда, тоже изобразил на лице что-то возвышенное. Не спорить же с генералом!.. Сам же подумал – конечно, мы здорово потрепали лиранцев, но не до такой же степени, чтобы они потеряли боеспособность. Скоро они разберутся, что к чему, выставят усиленные боевые охранения.
      Он искоса глянул на роботов, возвышавшихся над переборками, отделяющими бокс от бокса. Что говорить, мощная сила, но Третий гвардейский лиранский полк – это вам не зеленая молодежь. Это ветераны, прославленные в боях. Теодор много времени уделил обучению водителей Одиннадцатого Легиона и куда меньше занимался со Вторым и Четырнадцатым полками. Даже имея численное преимущество над Третьим лиранским, они вряд ли могут рассчитывать на успех. Разве что при подавляющем численном превосходстве…
      Но это дела далекого будущего, а сейчас важно решить насущные тактические задачи.
      – Сэр, лиранцы со дня на день поймут, что мы совершаем рейды через пустыню. Как только элемент неожиданности будет утрачен, нам туго придется. Может, заранее предусмотреть возможные меры, придумать что-нибудь новенькое?
      – Это прерогатива высшего командования, – ответил Хейс. – К тому же сам Курита поведет нас в бой, поэтому нам нечего бояться! – добавил командир легиона.
      Дай Будда, чтобы так и было, загадал Фухито.
 

XXXII

       Кершенгианский производственный комплекс
       Кохус
       Вега
       Диеронский военный округ
       Синдикат Дракона
       13 декабря 3028 года
 
      Гулкая очередь вражеских снарядов ударила в нагрудные броневые плиты «Победителя». Машине Теодора пришлось отступить назад. Принц краем глаза уловил, что стрелял «Мародер», и тут же отбежал за развалины производственного корпуса. Но и тут его достали – голубоватая молния ударила рядом, родила новую вспышку пламени в глубине уже полыхавшего строения.
      Плохо дело, мелькнуло в голове у принца. Ударная фуппа вражеских роботов без особого труда прорвала линию обороны драконов на окраине Кохуса. Турневиль опоздал с предупреждением. Сигнал тревоги последовал, когда противник преодолел линию закопанных в землю танков. Теодор и Томое оказались один на один с четырьмя боевыми машинами противника. Легкая «Пантера», которой управляла Томое, получила серьезные повреждения после первого же залпа. К счастью, ей удалось вовремя катапультироваться. Теодору оставалось только надеяться, что с ней все в порядке.
      …Еще один сгусток плазмы. Шлепнулся как раз в том месте, куда он собирался перебежать. Хороши пилоты у врага… Теодор резко развернул торс «Победителя» влево, чтобы определить, откуда стреляют. Ага, из-за переломленной стальной балки… В следующее мгновение сильнейший удар потряс вражеского «Крестоносца» – тот зашатался и, спотыкаясь, отступил влево от балки. На экране прояснился силуэт спасителя. «Защитник»!.. Это робот Турневиля, наконец-то он поспешил на подмогу! Теодор сразу ударил по «Крестоносцу» из ПИИ. Угодил в левую часть набрюшной брони. Затем добавил из автоматической пушки «Понтиак-100». Бронебойные снаряды с повышенной начальной скоростью полета начали рвать броню на корпусе «Крестоносца». Попав под перекрестный огонь, вражеский робот попытался отступить, но в этот момент серия взрывов потрясла машину. По-видимому, детонировал уложенный в кассеты боезапас для нарезного орудия. Из проломов в броне полетели какие-то ошметки, комья, бесформенные куски, тлеющие обрывки искусственных мускулов. Затем раздалось утробное урчание, и робот неожиданно сел, где стоял. Так и опустился на пятую точку… Теодор сработал стремительно – со всех ног бросился за укрытие, совсем позабыв о присутствии других роботов противника. Не до них было.
      Рвануло так, что Теодор возблагодарил Небеса за ясное ощущение опасности, которое позволило ему избежать гибели во время взрыва ядерного движка «Крестоносца». Земля под ногами заходила ходуном. В следующий момент – только успевай поворачиваться! – он заметил «Мародера», который зашел сбоку и уже навел на него ПИИ. Принц, не раздумывая, нажал кнопку включения прыжковых двигателей. Восьмидесятитонная машина резво скакнула в небо – два голубоватых высокотемпературных жгута буквально испарили руины на том месте, где только что прятался «Победитель».
      С высоты он попытался отыскать приемлемое место для посадки. В глаза бросился «Защитник» Турневиля, который увертывался от стреляющего «Боевого молота». Враг уже успел разделаться с танком драконов и теперь, по-видимому, решил загнать Турневиля в угол между развалинами производственных корпусов и грудой искореженных металлических балок. Это все, что осталось от опор воздушного трубопровода.
      Ясно, что Турневиль не хочет вступать в поединок с семидесятитонным «Боевым молотом». Там, в глубине двора, есть проход, так что Турневиль должен счастливо избежать роковой встречи.
      Вот и четвертый вражеский робот – «Острок». Он смутно прорисовывался в дыму – яйцеобразный массивный корпус, установленный на собранные из броневых балок нижние конечности. Работая тягой, Теодор попытался приземлиться справа от «Острока».
      Лиранец вовремя обнаружил Теодора, сразу развернул в его сторону корпус и открыл огонь из лазеров. Добавил залпом РБД. Одна из них угодила точно в середину нагрудного броневого листа, три остальные вспороли груду железа позади «Победителя». Броня на груди сразу поплыла.
      Чем же он, гаденыш, стреляет, задался вопросом принц, однако отыскивать ответ времени не было. Он вновь включил прыжковые двигатели в надежде перелететь через вражеского робота и напасть на него сзади. Судя по приводимым в таблицах данным, у «Острока» сзади размещался слабенький лазер, другой защиты не было. Лиранец и на этот раз не сплоховал. Он выстрелил вслед «Победителю» из всех своих четырех лазеров. Промахнулся… Сердце у Теодора упало – что стоит внести поправку, однако противник медлил с залпом. Наверное, поднялась температура в кабине.
      «Победитель» приземлился метрах в десяти от врага, точно за спиной. Принц сразу открыл огонь на поражение – пустил в ход «Понтиак-100». На таком расстоянии его снаряды обладают убийственной силой. Куски разлетавшейся во все стороны брони ударили в грудь «Победителя», из недр корпуса вражеского робота фонтанами хлынула охлаждающая жидкость. В течение нескольких секунд спина «Острока» превратилась в нечто, напоминающее сито, сквозь которое виднелись очаги разгорающихся внутри пожаров. Теодор прекратил огонь, отступил на несколько шагов – сейчас начнут детонировать боеприпасы.
      Так и есть. Грохнуло так, что левая верхняя конечность и часть броневых листов отлетели в сторону. Робота перекорежило – он изобразил какой-то дикий танец и взорвался.
      О Будда, какой недолгой оказалась радость от одержанной победы! Уродливая верхняя надстройка все того же неуемного «Мародера» появилась над разрушенной стеной. Выстрелил он сразу, как только вздел руку с протонно-ионным излучателем над кучей кирпича. Всадил заряд высокотемпературной плазмы в спину «Победителю». От этого удара машину Теодора швырнуло на землю, он не успел компенсировать рычагами потерю равновесия.
      Падение потрясло принца, отняло драгоценные секунды. Их использовал «Мародер», чтобы приблизиться к рухнувшему «Победителю». Изображение на экране поплыло перпендикулярно обычному углу зрения – стали видны овальные полусферы – опоры «Мародера». Шагая к Теодору, тот безжалостно давил строительный мусор, обломки железа, корежил трубы, обломки других роботов. Как только принц перевел обзор повыше, он увидел направленное на него дуло автоматической пушки. Еще мгновение – и из черного зрачка вылетит смерть.
      Он на всю жизнь запомнил эту картину – огонь, вырвавшийся из дула пушки, и следом удары, потрясшие корпус «Победителя». Враг, по-видимому, решил распороть корпус робота снизу вверх, поэтому только последний снаряд попал в головную часть. Броневые листы зазвенели… Теодора выбросило из командирского сиденья, перевернуло – кабели, соединявшие нейрошлем с компьютерной системой робота, едва не свернули ему шею. Он поспешно вскарабкался в кресло.
      Тем временем «Победитель», потеряв управление, безвольно, лежа, принялся сучить ногами и руками. Лиранец, опасаясь ловушки, приближался с большой осторожностью, старался зайти сбоку – в ту сторону руки «Победителя», где размещалось оружие, повернуться не могли. Метрах в тридцати он остановился – видно, пилот решал, что делать дальше. Он поднял руку, направил ее в сторону упавшего робота, выстрелил из ПИИ. Сгусток энергии буквально расплавил левый паховый соединительный узел. Затем лиранский пилот принялся за другую ногу… Обездвижив «Победителя», лиранец подошел и остановился над поверженным драконом.
      Теодор не мог справиться с крупной дрожью, сотрясавшей тело. Зубы так и постукивали друг о дружку. Что теперь – погибнуть вместе с роботом или оповестить врага, что он сдается? Больше ему ничего не оставалось. Кабина неподвижного, умирающего робота казалась гробом, все вокруг – нелепой, немыслимой могилой. На правую сторону тела навалился ком разбитой аппаратуры. Рука, скорее всего, сломана – он не чувствовал ее. Он достойно сражался, подбил двух роботов. Что в том позорного, если он сейчас попросит пощады?
      В этот момент шипящий звук извергаемого сгустка плазмы отвлек его от лихорадочно снующих, ищущих спасения мыслишек. Жизнь, оказывается, продолжается. Он обреченно прикрыл глаза, однако ни сотрясения корпуса, ни резкого повышения температуры не ощутил. Вскинул веки – лазерный луч буквально смял ногу «Мародера», расплавленный металл запузырился, на глазах начал терять форму. Творилось что-то невероятное. Реактивный снаряд смял вентиляционную решетку на правой стороне груди. «Мародера», теряющего равновесие, повело в сторону, следом целый фад РБД обрушился на верхнюю половину корпуса, всплески разрывов покрыли головную надстройку.
      На какое-то мгновение пилоту удалось восстановить вертикальную стойку – он, видно, сумел совладать с машиной, однако в этот момент с левой стороны фуди отвалилась целая броневая плита, и в открывшееся отверстие роем посыпались трассирующие снаряды. «Мародер», покачнувшись, рухнул на землю, лег боком, подставив небу левую сторону. Там, в черном колодце, промелькивали искры коротких замыканий, потом повалил дым.
      Знал бы водитель «Мародера», кто лежит в поверженном им роботе! Эта нелепая мысль в первое мгновение ошарашила Теодора, потом весь ужас плена, немыслимость бесславного возвращения домой потрясли его. О какой пощаде может просить он, наследный принц Синдиката Дракона? Ярость переполнила его, он попытался пошевелиться, выбраться из-под груды обломков, заваливших его в собственной кабине.
      Между тем его невидимый спаситель продолжал добивать «Мародера». Действовал безжалостно – с короткого расстояния выпустил в него всю обойму РБД.
      Даже после такого потрясения пилот «Мародера» попытался встать, причем сделал это с большой ловкостью – смог перевернуться на спину, сесть. Из этой позиции он открыл шквальный огонь по внезапно появившемуся противнику.
      Теодор терзался от отчаяния, от собственной беспомощности. Как помочь пришедшему ему на выручку товарищу? Что толку яриться! – вспомнился голос старого Тацухары. Прежде всего, успокойся, восстанови дыхание, обрети хара.
      Боль – только ощущение, некий образ, возникающий в сознании. Запомните, ваше высочество, сознание – всего лишь одно из проявлений духа. Оно всегда и во всем подвластно ему.
      Хай, сенсей. Я постараюсь унять боль. На это у меня сил достанет.
      Теодор освободил сломанную руку. Точно, открытый перелом. Сжав зубы, он вправил торчащую кость в плоть – от боли едва не потерял сознание. Придя в себя, здоровой рукой попытался нажать кнопки на левом подлокотнике. Левая верхняя конечность подчинилась команде. Навел «Понтиак-100» на «Мародера». Успел даже поразиться благосклонности судьбы – метров на пять дальше, и сектора не хватило. Затем изо всех сил нажал спусковую кнопку.
      Искалеченного «Победителя» затрясло так, будто его поместили в дробительную мельницу. Все снаряды ложились в корпус «Мародера», рвали металлическую плоть, поражали внутренние устройства. Наконец лиранский робот откинулся на спину. Теперь выстрелы шли мимо, только скользили по броне и, рикошетируя, попадали в стену здания. Она истончалась, на глазах покрываясь сетью пробоин, потом рухнула.
      Хорошо сработано, возник в сознании принца голос Тацухары-сенсея.
 

XXXIII

       Южный Нанту
       Вега
       Диеронский военный округ
       Синдикат Дракона
       Конец декабря 3028 года
 
      Сознание Теодору вернул тихий разговор. Он очнулся – почудилось, что кто-то его зовет. Услышал перешептывание, попытался открыть глаза – неужели он в плену? Ничего не получилось. Сердце забилось… Потом, разобрав знакомые имена, названия, успокоился. Наконец поднял веки, увидел озабоченные лица Фухито Тацухары и Бена Турневиля, попытался поработать правой рукой, поприветствовать их. Рука не отзывалась. Он глянул в ту сторону и обнаружил что-то белеющее, каменное. Гипс, наверное, только пальцы торчат. Лицо тоже покрыто лечебным пластиком. Постепенно вернулось воспоминание о последнем бое.
      – Врачи утверждают, что рука восстановится полностью, таи-са, – сказал Фухито. – Кроме того, пришлось зашить рану на голове.
      – Вам необходим полный покой, – добавил Турневиль.
      Теодор усмехнулся. О чем он? Какой покой, когда враг оккупирует большую часть планеты! Какой настоящий самурай может позволить себе отлеживаться в такие дни.
      – Докладывай! – обратился он к Фухито.
      – Пока вы были без сознания, – тщательно выговаривая слова, начал тот, – возникли кое-какие проблемы с Хейсом и Нордикой. Они весьма поверхностно восприняли ваш план и, не договорившись между собой, затеяли рискованную игру с наступлением по расходящимся направлениям. Используя свое право как ваш заместитель, шо-са Томое Сакаде отстранила их от командования и поручила мне возглавить войска.
      – Совершенно неприемлемое решение, – вставил замечание Турневиль.
      – Подождите, Бен, – прервал его принц. – Ну и как, сработало?
      – Я попытался поставить себя на ваше место, таи-са, – ответил Фухито. – Еще и еще вчитывался в текст утвержденного плана. Мне кажется, я проник в ваш замысел, ну а что из этого получилось, не мне судить. – Он пожал плечами.
      Типичное поведение отпрысков семьи Тацухара. Скромность погубит их. Если бы Фухито проиграл и довел дело до поражения, вряд ли бы его допустили к главнокомандующему. В таком случае хвала Будде, что Томое не подвела и в нужный момент проявила решительность и волю. Конечно, трудно поверить, что Хейс оставит свое смещение без последствий, однако теперь, когда принц пошел на поправку, когда выяснится, что меры, принятые Фухито, принесли свои плоды, он его в бараний рог скрутит.
      – На каком рубеже вы остановили лиранцев?
      – С помощью вашего плана мы добились потрясающего успеха, – затараторил Турневиль.
      Понятно, ему надо срочно перехватить инициативу. Пока Фухито помалкивает, следует побыстрее набирать очки. Ох, люди, люди…
      Между тем Бен Турневиль торопливо докладывал:
      – Прежде всего, мы раскололи фронт наступающего противника и, расширив прорыв, соединились с нашими частями, которые нанесли удар с запада, со стороны Требазонских гор. Мы полностью освободили Кохус и его окрестности, заставили врага отступить. Лиранцы понесли серьезные потери. Второй Легион и приданные ему двадцать полков разгромили Третий лиранский полк, вывели из строя большую его часть. Оставшихся вместе с шестью полками поддержки развернули фронтом на юг и прижали к границам Моря Слез. Теперь у них за спиной только песок. Четырнадцатый Легион при поддержке вспомогательных частей преследует оставшуюся часть Третьего гвардейского полка лиранцев. Этой группировкой противника командует сам генерал-лейтенант финан. Состав группировки: остаток Третьего гвардейского численностью до батальона и четыре танковых полка. Материальная часть противника в плачевном состоянии. Наши части – от пехотинца до пилота боевого робота – проявили чудеса героизма. Враг отброшен до линии Россер – Цербер. Думаю, изгнание захватчиков не за горами.
      Теодор кивнул и обратился к Фухито:
      – А ты как считаешь?
      – Да, мы добились больших успехов, таи-са. Неоценимую роль сыграли наши диверсионные рейды. В этом я вижу корень наших достижений – в самый решительный момент у противника начала сказываться нехватка боеприпасов и материально-технических средств. Конечно, они попали в трудное положение, но я бы не стал раньше времени кричать о победе. Враг еще очень силен. Если они найдут лазейку и сумеют соединиться…
      – Понятно. Срочно собирайте совещание, на нем должны присутствовать все высшие офицеры. Оперативному отделу немедленно представить сводку о проведенной операции и оценку состояния дел на сегодняшнее число. Пошлите за шо-са Сакаде.
      Фухито и Турневиль переглянулись. Тревога кольнула Теодора – они что-то скрывают?
      Наконец Турневиль прочистил горло.
      – Шо-са Сакаде оставила вам зашифрованный голодиск.
      – Это все сущая правда, генерал-лейтенант Финан. Легион так и не смог захватить Россер. Четырнадцатый полк, оставив линию Россер – Цербер, выставил вдоль линии фронта слабые заградительные отряды: три сильно потрепанных танковых полка и двенадцать полков в резерве – и отступил.
      Лиранские офицеры, собравшиеся в лачуге, где разместился штаб экспедиционного корпуса, скептически переглядывались. Кое-кто позволил себе ухмыльнуться – ох и складно врет этот драк. Комендант Вернер Джонс угрюмо смотрел на перебежчика. Генерал-лейтенант Патрик Финан уже имел с ним разговор и теперь спокойно посматривал то на Джонса, то на Турневиля. Он специально собрал всех своих офицеров, чтобы те хорошенько потрепали новоявленного «помощника» – что он там таит за пазухой?
      – На каком основании мы должны доверять вам, лейтенант Турневиль?
      Перебежчик потер веки, потом отчаянно, ладонями, пригладил рыжие волосы. На предварительном допросе его выжали как лимон, теперь он выглядел усталым, однако ясности мыслей не терял. У него еще была спрятана козырная карта.
      – Конечно, я не ожидал, что вы вот так, сразу, поверите мне на слово. Вот почему я захватил с собой дискету. Это объективные данные. Легион находится при последнем издыхании. Сейчас его можно взять голыми руками. Если вы интересуетесь, почему я перешел на вашу сторону, то я так скажу – у меня достаточно воображения, чтобы представить, как вы поступите с пленными. Я не хочу разделить их участь.
      – И по этой причине вы решили переметнуться к нам?
      Турневиль ничего не ответил, угрюмо поглядел на Джонса, потом обвел взглядом всех присутствующих на заседании офицеров. Остановил взор на Финане.
      – Господин генерал-лейтенант! Десять лет я честно служил Синдикату. Я был хорошим солдатом, честно исполнял свой долг, но вот невезуха… Стоило мне однажды открыть рот, заявить – что-то неладное творится в нашем руководстве, – как меня без долгих разговоров сослали на Вегу. Заставили, так сказать, прикусить язык… Вам не нужно объяснять, что это за дыра. Пять лет здесь, на этой поганой земле. С ней нельзя ужиться, она то поливает вас дождем, то терзает ветрами… – Финан махнул рукой:
      – Оставьте лирику, лейтенант. Говорите по существу.
      – Так точно, господин генерал-лейтенант. Я всеми правдами и неправдами пытался вырваться отсюда, но это такое гиблое место, что, раз уж попал на Вегу, отсюда уже хода нет. Так и будешь служить до окончания контракта. Хорошо, спросил я себя, закончится контракт, с чем ты останешься? Десять лет в войсках, а все еще лейтенант. Ну, вытолкнут на пенсию в капитанском звании, что это будет за пенсия?
      – Может, вы бездарно служили, Турневиль? – подал голос Джонс. – Или у вас есть какие-нибудь тайные грешки?..
      – О нет, господин комендант, – возразил Вен – У вас наверняка достаточно сведений о штабных офицерах местных полков, входящих в Легион Веги. Там все про меня написано – ни единого взыскания, исключительно благодарности.
      – Да, мы познакомились с этими данными, – кивнул Финан.
      – Вот я и говорю, на что мне было рассчитывать? Ваше вторжение для меня как манна небесная. Вот он, мой шанс, сказал я себе. Теперь есть смысл все поставить на карту.
      – Но вы же смертельно рисковали, переходя линию фронта, – заметил генерал-лейтенант. – Как в прямом, так и в переносном смысле. Что на той стороне, что на этой… В таком случае вы должны иметь нечто такое, что могло снять все подозрения, а вы что принесли? Голографическую дискетку? Легион разбит и находится при последнем издыхании? Это все несерьезно, лейтенант. Это нас не устраивает.
      – Конечно, рисковал, а чего ж без риска добьешься. Я сказал себе – пока люди Штайнеров не начали наступление, ты еще можешь хотя бы на что-то рассчитывать, потом будет поздно. Драконы продержатся день-другой, потом – каюк! Я хочу жить.
      – Что ж, мы будем рады увеличению числа заключенных в лагере для военнопленных, лейтенант, – сказал Джонс.
      – Это был бы наихудший исход, но я не думаю, что вы допустите подобную ошибку Вы даже не успели просмотреть дискету до конца.
      – Что-то я не понимаю, о чем вы? – Финан с недоумением взглянул на перебежчика. – Мы вроде все просмотрели…
      – Нет, генерал-лейтенант. Вы просмотрели только два файла, а на диске записан еще и третий. Попробуйте вызвать массив, поименованный «Съезд седых».
      – Нет на диске больше никаких файлов! – возмутился Джонс. – Что вы нам мозги пудрите!..
      – Попробуйте, комендант. Вы же ничего не теряете.
      Комендант посмотрел на Финана, тот кивнул своему помощнику, который тут же занялся дискетой. Некоторое время он колдовал над клавиатурой, потом доложил:
      –Да, сэр, есть такой отдел. Это запись какого-то штабного совещания. Полковник Курита был ранен в бою под Кохусом. Он поправляется, но временно не может исполнять свои обязанности. Его отправили куда-то… Не могу точно идентифицировать место. Там он находится на излечении.
      – Что я говорил! – Теперь перебежчик повел себя куда веселее. Голос у него окреп. – Вот мой билет на ваш чертов бал! Вам придется освободить меня. Может, более того – взять на службу. Но я не соглашусь. Хватит, навоевался. Вот от энного количества кредиток Комстара и доставки на выбранную мной планету не откажусь.
      – Мы можем силой выбить из вас точные координаты места, где находится Курита, – сказал Джонс.
      – Вряд ли. Я к такому повороту подготовился. Рисковать так рисковать, ради крупного выигрыша можно и шкурой пожертвовать. Вы же не молодчики из КВБ, которые способны в пять минут развязать язык любому герою, а я потерплю. Когда есть ради чего терпеть, отчего же не потерпеть. Время дорого, день-другой – и вы будете кусать локти. Итак, задумайтесь, господа. Силы драконов на Веге лишились командующего. За дело взялись генерал Хейс и хорошо знакомая вам Нордика. Как всегда, они начали с ругани. В результате Хейс решил обрушиться всеми своими силами на северную группировку, а Нордика – на южную. При этом она утверждает, что необходимо провести перегруппировку и запастись припасами. Мне ли объяснять вам, что значит перегруппировка атакой момент!..
      – С трудом верится, чтобы такие опытные военные, как Хейс и Нордика, – перебил Турневиля Джонс, – не имели сведений, в каком положении находятся наши войска. Ведь у них есть пленные, данные разведки, аэрофотоснимки. Кто же затевает перегруппировку, когда противник завис над пропастью?
      – Вы, комендант, рассуждаете, как честный командир, всегда готовый выполнить поставленную задачу. Неужели вам неизвестна история ёриёши и Самсонова? Здесь происходит то же самое, только в более анекдотичной форме. А насчет пленных? Во-первых, их немного и все они говорят разное, так что и Хейс и Нордика успешно ссылаются на их показания.
      В комнате наступила тишина. Все присутствующие слишком хорошо понимали ситуацию, сложившуюся в штабе противника. Никому ничего не надо было объяснять. Эта история стара как мир. Пока Курита не в состоянии взять на себя командование, оба – и Хейс и Нордика – изо всех сил бьются, чтобы сбросить с себя груз ответственности. В этой борьбе любые приемы хороши, даже перегруппировка под носом у издыхающего противника, на которого следует только как следует надавить, и он испустит дух.
      В этом перебежчик прав, но почему он так уверенно описывает историю подковерной борьбы, разыгравшейся среди руководства драков? Ах да – десять лет при штабе, ни разу не был на командирских должностях. Одно время состоял в командирском копье самого полковника Куриты. Поганец, конечно, но врет складно. А может, не врет – излагает?..
      Между тем Турневиль правильно воспринял угрюмую тишину и с той же горячностью продолжил:
      – Порасспрашивайте у своих водителей, комендант, когда в последний раз люди Куриты использовали реактивные снаряды в бою? Вам ответят, что за последнюю неделю ни один ваш робот или танк не был обстрелян РДД. Это означает, что их запасы окончательно истощены. Вы же сами знаете об этом, комендант.
      Генерал Финан подвел итог:
      – Дамы и господа, вот что я хотел бы сказать в заключение. Я полагаю, лейтенант Турневиль принес ценные сведения. Мы успели их проверить – все наши разведданные совпадают с его рассказом. Мы тоже полагаем, что легионеры вряд ли способны выдержать напряжение последних схваток. – Он хищно усмехнулся. – Так что, думаю, пора действовать. Полковник Кинсайд совершит отвлекающий маневр – начнет наступление на своем фронте. Как только главные силы драков втянутся в сражение, мы нанесем решающий удар. Итак, лейтенант, где в настоящее время помещается полковник Курита?
      – Я полагаю, мы договорились, господин генерал-лейтенант?
      – Договорились!
      – Это место называется Джалонжин. Шахтерский поселок неподалеку от Цербера.
      – Что ж, сил на проведение хирургической операции и доведение до конца начатого на Марфике дела, – генерал оглядел собравшихся офицеров, – у нас хватит. Теодор Курита и Легион Веги теперь в наших руках. Комендант Джонс, полковник Донован, разработайте примерную схему наших действий на участке Россер – Цербер.
      Он поднялся и направился к двери. У порога обернулся к перебежчику:
      – Лейтенант Турневиль, следуйте за мной. Я хочу уточнить некоторые вопросы, касающиеся расположения частей и подразделений легиона. Значит, вы настаиваете на том, что с пленением маленького принца вся оборона драков развалится после первой же серьезной неудачи?..

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31