Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Ксенофобы (Шагающая смерть - 3)

ModernLib.Net / Кейт Уильям / Ксенофобы (Шагающая смерть - 3) - Чтение (стр. 15)
Автор: Кейт Уильям
Жанр:

 

 


      Теперь она была совершенно безоружна, правда, еще оставался "ранец Макэверетта", а одна из еще уцелевших имперских "Тачи" загородила ей дорогу.
      ***
      Откуда-то из-под обломков разрушенной стены отделилась фигура Тэрби. В руке он сжимал ранцевый заряд.
      - Вперед!
      Кому могло прийти в голову, что находившиеся километров за десять отсюда геники вдруг окажутся здесь, но когда Тэрби прослышал, что их полковник добровольно вызвалась сражаться с этим безобразно-огромным монстром, который он видел, он не мог усидеть на месте. Именно теперь и следовало еще раз воспользоваться своей новоприобретенной чертой непослушанием. "Разведчики Порт-Джефферсона" исчезли из расположения части почти сразу же после отбытия на операцию полковника Алессандро. Они следовали за ней на почтительном расстоянии, потом отыскали себе убежище в развалинах. Тэрби, в принципе, понимал, для чего служили эти огромные "ранцы Макэверетта", поскольку и он, и еще несколько "техно" помогали собирать их. Не составило труда увязать из нескольких брикетиков одну упаковку килограммов на тридцать - унести ее было под силу даже одному генику.
      Начавшаяся атака из засады явно застала геников врасплох, несколько из них, перетрусив, исчезли во мраке ночи. Еще больше их убежало, когда появился этот аэрокосмолет, и несколько секунд спустя последовала атака "ходульников".
      Тэрби и четверо других "техно" нашли в себе силы остаться и оставались там до конца боя, их золотистые глаза превратились в щелочки от нестерпимо ярких вспышек, руками они зажимали уши, когда один за другим стали следовать взрывы. Никто, ни одно живое существо, будь то геник или человек, не смог бы выдержать этот адский грохот и огонь, но Тэрби решил ждать, пока и ему улыбнется судьба, предоставив шанс отличиться...
      Потом он увидел, как машина полковника напала на один из "ходульников" и повергла его наземь, после чего последовал шквал огня с той и с другой стороны. Казалось, все вокруг было в огне. Тэрби видел, как чуть позже подбили машину полковника, причем подбили основательно.
      - Давайте! - вдруг выкрикнул он. - Вот вам, поганцы!
      Их первоначальным замыслом было атаковать этот самый штурмовик, но, увидев, как эта многотонная махина злобно наползает на них из ночи, Тэрби понял, что для этого мамонта заряд в тридцать килограммов, что слону дробина - она даже и царапины не оставит на монолите его брони. Решено было выбрать другую цель, поменьше, и пятеро геников, один за другим, стали выпрыгивать через зиявший в полуразрушенной стене проем...
      ***
      Катя попыталась оживить цепь управления, используя обрывки полученных еще в начале службы знаний, и индикатор готовности, мигнув, возвестил о том, что у нее еще остается шанс. Не обращая внимания на сумасшедшее мигание индикаторов, сигнализировавших об утечке хладоагента и перегреве, Катя нажала на гашетку лазера, пославшего в стоявшую перед ней "Тачи" свой белый луч. В воздухе перемешались пары противолазерной завесы и облака антинано, они, словно губка, впитывали, пожирали энергию луча, пробивавшегося сквозь них, но подавить лазер они не могли - слишком близко была цель.
      "Тачи" дернулся, вся левая секция его массивного туловища раскалилась и светилась темно-красным светом, но машина все же оставалась стоять на ногах. Катя еще на шаг приблизила свой "Призрак".
      Ее внимание привлекло движение, заставило чуть повременить и не пальнуть еще один пук когерентного излучения в империала. Что это? Кто это может быть? Неужели, те самые "хрум-хрум" путаются под ногами у "Тачи"?!
      Казалось, и сама "Тачи" в этот же момент зарегистрировала наличие этой новой и не совсем понятной опасности, ее угловатый торс смешно завертелся, она напомнила Кате какую-то припадочную птицу. Купол автоматической пушки точечного попадания повернулся в ее сторону...
      ***
      Заговорила пушка "Тачи", и тут же Номет был разрублен надвое хлестнувшим по нему зарядом, хлынувшая из разверзшейся страшной раны кровь казалась в этом мраке черной, как смола. Тэрби вскочил на разлапистую, с закраинами ступню "Шагающего" в тот момент, когда снова загремело орудие, и вот уже Кэнд, выбросив вперед свои длиннющие руки, грохнулся наземь, извиваясь в страшных предсмертных судорогах, а Тэрби, едва не соскользнув, все же успел ухватиться одной рукой за гладкий вороненый дюраллой ноги чудища, а другой забросил пакет с взрывчаткой в одно из наиболее уязвимых мест машины - в выемку у сочленения ступни со стальной конечностью единственный не защищенный броней участок.
      Тело Кэнда неподвижно лежало на земле, но Йоди и Ледден уже были на второй ноге "Тачи" и прилаживали к ней заряд. Вверху снова залаяла автоматическая пушка... потом там крепко рвануло, едва только белый луч уперся в турель. Вспышка наверняка бы ослепила Тэрби, не зажмурь он вовремя глаза, брызнули осколки, несколько их, размером с мизинец, отрикошетили от бронированного пластрона, защищавшего его грудь. Потом нога "Тачи" стала подниматься, и он едва успел спрыгнуть на землю, все же дернув за шнур инициатора. В это время раздался вопль Леддена, его тело окутало беловатое пламя. Мгновение спустя раздался троекратный взрыв - "ранец" сработал! Визг, исторгнутый из бронированного чрева, мог вполне принадлежать человеческому существу. Страйдер дико завертелся на месте, стараясь не утратить равновесия, затем повалился на бок...
      ***
      Вот теперь самое время! Катя снова рванула своего "Призрака", едва упал второй "Тачи", так и не понимая, чьих же это рук дело, пораженная внезапностью происшедшего. Трое или двое геников лежали, остальные разбежались кто-куда, но ничего, они имели на это полное право - одна машина империалов лишилась ноги, а вторая понесла хоть и меньшие, но весьма серьезные потери.
      Времени глазеть и поражаться не оставалось. У штурмовика уже копошились с десяток "Шагающих", сам же гигант, несмотря на страшные повреждения, продолжал двигаться с неумолимой неотвратимостью приливной волны, наступающей на берега Новой Америки. Медленно и осторожно, сосредоточившись на том, чтобы движения руки задающего манипулятора копировали движения ее собственной, Катя вытянула вперед исполнительный манипулятор, в захвате которого все еще торчал "ранец Макэверетта".
      Где-то совсем рядом раздался треск, и воздух со свистом разрезало облако дюраллоевых дробинок, соединенных нитями нановолокна, градом промолотив по броне ее "Призрака", но Катя не обратила на это внимания. Это для пехоты семпу смертельное оружие, но уж никак не для брони уорстрайдера. Смело шагнув в эту гущу свистевшей картечи, Катя приблизилась к штурмовику и просунула захват манипулятора с зажатым в нем "ранцем" в просвет между двумя массивными колесами. Но что это? Катя пыталась разжать захват, но он не поддавался. И она поняла, в чем дело - семпу сделало свое черное дело. Кроме того, что нановолокна все же срезали небольшие лепесточки брони со спины ее "Призрака", они опутали манипулятор, намертво привязав "ранец" к нему. Катя почувствовала, что ей стало страшно, по-настоящему страшно - еще немного и... Штурмовик медленно продолжал двигаться, и пакет со взрывчаткой, зажатый одним из колес, стал неудержимо тянуть Катю вместе с машиной за собой.
      И вдруг, повинуясь какой-то внезапно пришедшей ей в голову мысли, не мысли, нет, импульсу, она отстрелила манипулятор. Ее "Призрак", покачнувшись, сделал какой-то неуверенный шаг назад, будто не веря тому, что уже свободен. Катя поспешила отвернуть свою машину и тут же бросила ее к земле, чувствуя, что вот-вот сработает взрыватель нажимного действия...
      Взрыв был страшный.
      LaG-42 "Призрак" сбило с ног и отбросило силой взрыва метров на десять. В небо взмыл огненный шар, ослепительная шаровая молния, и перед мысленным взором Кати прокатилось, словно пущенный детской рукой обруч, огромное, диаметром с жилой дом, колесо.
      - Чет? Как ты там?
      Ответа не последовало... Ни по какой связи, ни по оперативной, ни по резервному цефлинк-каналу. Либо он отсоединился, либо... мертв.
      Катя вынуждена была оставить все как есть. Она с трудом осторожно подняла машину на ноги, затем повернулась, ища в обзоре штурмовик. Эти сто килограммов особо активного взрывчатого вещества способны были высвободить почти миллиард джоулей энергии в течение буквально секунды, и разрушительная мощь их была эквивалентна пяти сотням одновременно сработавших лазеров по сто мегаватт каждый. Катя видела, что отдельные куски брони только сейчас, спустя добрых полминуты падают на землю. Броня была отодрана словно когтем какого-то сказочного исполина и вздыбилась неровными, рваными клочьями; место, где прежде находился узел правого переднего привода теперь представляло собой просто груду страшно деформированных, дымившихся металлических полос.
      Катя только сейчас сообразила, что теперь штурмовик неподвижен, что его орудия смолкли. Либо экипаж его погиб, либо просто была нарушена цефлинк-связь между его членами. Впрочем, теперь это было уже неважно неприступный когда-то штурмовик лежал грудой дымящихся обломков дюраллоя.
      Метрах в пятидесяти, медленно приближаясь к земле и упираясь в нее струями с ревом вырывавшейся из дюз плазмы, совершал посадку один из аэрокосмолетов. Катя тут же направила по лазеру коммуникации запрос на его борт.
      - Как раз подоспели - прямо как в сказке! - произнесла она по цефлинку.
      - Да нет, не совсем, - ответил голос Дэва.
      Нам следовало бы прибыть сюда часа на три - четыре раньше.
      У Кати замерло сердце. Это был он. Он/
      - Сначала мы сели у Стоун-Маунтин, - стал объяснять Дэв. - Это было как раз три часа назад. Я встретился там с генералом Синклером, и он сказал мне, где вы и что с вами. Понимаешь, все наши корабли не имеют вооружения, то есть, оно просто не установлено. И поэтому мы сначала направились на Стоун-Маунтин, чтобы там их люди установили нам лазеры и все остальное. И вот теперь мы здесь.
      - Еще пять минут и вы бы опоздали, - сказала ему Катя. - Так что, действительно, как говориться, тютелька в тютельку!
      - Та штуковина, которую ты водишь, способна передвигаться?
      Катя включила сенсоры контроля за внешней обшивкой. Большая часть нанофляжа отодралась, обнажив оплавленный, обожженный металл. Левая турель с пушками отсутствовала, штук пять сканеров постигла та же участь, не было и некоторых из манипуляторов. Общий процент потерь - процентов сорок, включая внутреннее оборудование. Но один из индикаторов готовности заверил Катю, что машина на ходу.
      - Вот, взгляни сам!
      - Ну, так давай отваливать отсюда. Подбросим и тебя, и твоих людей на Стоун-Маунтин.
      - Тогда, вперед!
      ГЛАВА 18
      Много говорится о преданности младших старшим, подчиненных их начальникам. Однако преданность начальства своим подчиненным даже важнее, хотя встречается реже.
      Война, какой я ее знал
      Генерал Джордж С. Паттон мл.,
      1947 год Всеобщей эры
      Куда-то исчезла вся та неизвестная команда пехотинцев, что пришли на помощь подразделению Кати. Все четыре уцелевших "Шагающих", доставленные сюда на борту "Тайфуна", один за другим покидали его бронированное чрево, чтобы уже через восемь минут спуститься к Полю Стоун-Маунтин бетонированной полосе, покрытой зеленоватыми маскировочными узорами и окруженной высокими деревьями с перистыми кронами.
      Первой мыслью Кати было узнать, что с Мартином. Устройства внешнего контроля его модуля хранили безмолвие, поэтому потребовалось вмешательство техника, который открыл его вручную.
      Молоденький пилот взглянул на них из глубины своего, похожего на гробик, отсека и покачал головой.
      - Не помню. Ничего не помню, полковник. Как выкинуло меня из линии, так больше и не удалось подсоединиться.
      - Все нормально, Чет. - успокоила его Катя, вздохнув с облегчением. Ты ведь меня не бросил.
      Чет усмехнулся.
      - Будто у меня был выбор! - он уже вполне оправился после всех потрясений.
      - Здравствуй, незнакомка, - раздалось вдруг за спиной у Кати.
      Она повернулась. Перед ней стоял Дэв, изможденный, с улыбкой до ушей. Катя бросилась обнимать его, сама удивившись этому неожиданному порыву, да и Дэв тоже, казалось, слегка смутился.
      Они поцеловались.
      - Вот это встреча, - пробормотал он, и в глазах его заплясали искорки смеха. - Как я рад видеть тебя! Выглядишь ты превосходно.
      Кате было нестерпимо жарко в этом узком, в обтяжку костюме пилота, прилипшем к телу. Немытые волосы клочьями свисали ей на лоб, от нее пахло, как от зверюги лесного. Катя вдруг подумала, что избавиться от запаха, исходившего от ее тела, будет, наверное, труднее, чем отскрести от брони осевшее облако нано-D. Немедленно под душ, решила она, и долго-долго стоять под его струями, после чего завалиться и продрыхнуть часов двадцать, не меньше.
      А он, дурачок, еще считает, что я превосходно выгляжу!
      Расположенная неподалеку массивная бронированная дверь, которая вела внутрь горы, была замаскирована покрытыми пленкой нанофляжа пластиковыми листами.
      Синклер ожидал их в скудно обставленной комнате для совещаний. Все это было частью огромного комплекса, известного среди пилотов уор-страйдеров под названием "Бункер".
      - Мы следили за вашей битвой через беспилотные посты, - объявил Синклер, приглашая Катю и Дэва за длинный, синтетического дерева стол. Здесь присутствовали и остальные старшие офицеры: Смит, Крюгер и Грир и, кроме того, члены их штабов.
      - Полковник, зрелище это было, прямо вам скажу, необыкновенное! широко улыбнулся Смит. - Поздравляю вас!
      - Это все Дэв, сэр. Это он помог нам выпутаться. Если бы не он... скромно ответила Катя. И все же ей трудно было скрыть свою радость. Она осталась в живых и он тоже!
      - А вы? Ведь и вы сделали все, что было в ваших силах, - вступил в разговор Синклер. - По предварительным данным, все уорстрайдеры империалов отступили. А это задержит их дня на два, если не больше. Мы все вам обоим очень благодарны.
      Катя взглянула на Дэва.
      - Это ты привел подкрепление с Афины? Сколько же вас?
      Он покачал головой.
      - Прости, Катя. Я тут уже говорил джентльменам - когда я узнал о том, что сюда раньше меня собирается пожаловать корабль класса "Рю", я решил отправить корабли в другое место. Потому что тащить их сюда было равносильно самоубийству.
      - А все же следовало бы! - Радость победы омрачилась трезвой рассудительностью и сожалением. - Ладно. Теперь, во всяком случае, у нас есть немного времени для передышки. Правда, не уверена, поможет ли нам это. Даже если у них больше нет штурмовиков, очень скоро они задавят нас "Шагающими". А деваться нам некуда.
      - Есть куда, - осторожно заметил Синклер. - Катя, пришло время выполнять оставшуюся часть плана. Мы должны лететь на Геракл.
      Она непонимающе уставилась на Синклера. Ей, еще не оправившейся от кошмара последних нескольких часов, усталой почти до изнеможения, эти слова генерала показались сначала лишенными всякого смысла. Улететь? Сейчас? После стольких жертв? После всего того, что пришлось сделать для победы?
      - Большинство членов Конгресса улетели сразу же, едва началось вторжение, - объяснил Синклер Дэву. - Теперь они уже, наверное, на Мю Геркулеса. Они взяли с собой Фреда.
      - И сколько человек еще вы хотите туда отправить? - поинтересовался Дэв.
      Синклер обвел взглядом остальных.
      - Старший командный состав, - ответил он. - Ну и... я тоже обязан туда отправиться, хотя мне следовало бы, как говорится, последним покинуть корабль.
      - Сэр, вы в первую очередь должны отправиться туда, - вмешался Крюгер. В отличие от Синклера, Смита и Грира, генералу Крюгеру не раз пришлось побывать в боях - его форма была запачкана грязью и пылью. Повстанческий генерал почти не покидал поле битвы с самого начала вторжения. - А мы этих ублюдков уж как-нибудь сумеем разделать под орех. Им придется сровнять с землей все горы здесь, прежде чем они доберутся до нас.
      Катя невольно поежилась. Радость победы была омрачена окончательно.
      - Вот значит как. Так что, мы сейчас должны отправляться?
      - Нам ничего не остается, Катя, - сказал Синклер. - А теперь, мои дорогие подчиненные, я должен еще раз подчеркнуть, что эта операция носит исключительно секретный характер. Мы сможем взять с собой лишь весьма ограниченное число лиц. В нашем распоряжении лишь один-единственный корабль капитана Камерона. Лишь очень небольшое число людей, необходимого персонала...
      - Простите меня, генерал, - не очень вежливо перебила его Катя. - А как же насчет "Рейнджеров"?
      - У нас не хватит места, - ответил за Синклера Камерон.
      - Мы возьмем с собой нескольких ваших лучших бойцов, - добавил Синклер. - Они понадобятся нам как ядро для создания нового подразделения "Рейнджеров" уже на Геракле.
      - У тебя будет там целых две сотни их, - невесело усмехнулся Дэв. - Не забывай, я ведь похитил половину твоих рейнджеров для рейда на Афину.
      - Не в этом дело! Я не могу бросить моих людей здесь! - Было видно, что она вот-вот утратит над собой контроль. По щекам Кати потекли слезы, но она не обращала внимания. - Я... Мое место здесь! Я не могу отправиться с вами!
      - Сожалею, полковник, - спокойно возразил Синклер. - Но вы обязаны. Это приказ. Вы и капитан Камерон - вот и все, кто имел довольно продолжительные контакты с Нага, насколько мне известно. И мы при установлении контакта с обитающими на Геракле Нага всецело полагаемся на вас. От этих контактов зависит все. Вы понимаете?
      Катя перевела взгляд на Дэва. Тот ответил ей жестким, непроницаемым взглядом.
      - Есть, - ответила она. - Но все равно, это мерзко - бежать сейчас отсюда.
      Через несколько часов Катя подлетала к расположению вверенной ей части в десяти километрах ниже от посадочной площадки. Ночь была непроглядно-темной, хотя Колумбия бросала скупой, холодный свет на лежавший вдали лес и склон горы. На безоблачном небе к юго-востоку виднелось бледное зарево Джефферсона.
      С трудом верилось, что сейчас идет война.
      - Подожди меня, - коротко бросила она водителю приземлившегося магнитолета и, откинув колпак, шагнула в холодный, ясный вечерний воздух. На секунду задержавшись, Катя расправила плечи, выпрямилась и направилась к главным воротам.
      Предстоящая встреча пугала ее.
      Молодой солдат, загородивший ей дорогу, потребовал, чтобы она идентифицировала себя и лишь после этого пропустил ее в лагерь.
      Сам лагерь представлял собой лишь несколько
      стоявших в ряд, наспех сооруженных прямо среди грязи пластиковых бараков, защищенных несколькими слоями нанофляжных покрытий. Ни единого огонька, ни костров. Нужное Кате здание стояло в самом конце этого рядка бараков, который с большой натяжкой можно было назвать улицей.
      Это место носило официальное название "Браво-три-семь", хотя в войсках его предпочитали называть "Лагерем дурачков". Большинство из расквартированных здесь частей состояли из ополченцев, но в этом доме с округлой крышей размещались "Разведчики Порт-Джефферсона". Постовой человек, не-геник, потребовал повторной идентификации, после чего допустил ее ко входу в здание.
      Чтобы на улицу не прорывался свет, они изнутри перед дверью повесили одеяло. Из помещения доносилась музыка. Слегка ошарашенная, Катя открыла дверь и вошла в барак.
      Присягу нарушив и клятву поправ,
      Как заяц бежал самурай.
      Наш вызов остаться и вместе сражаться
      Не принял трусливый Нагай.
      Но нам наплевать на трусливый приказ,
      И мы не хотим отступать,
      И Морган сказал, что в последнем бою
      Должны мы себя показать.
      Ее сразу же оглушил ритм и слова "Баллады о стойком Моргане". Внутри здесь было все, как в обычном войсковом бараке: ряды коек, тумбочек, на которых сидели, наверное, с полсотни человек. Катю это немало удивило. Ведь в списке личного состава стояло лишь восемнадцать фамилий геников и, насколько ей было известно, никто из них больше не просился записаться добровольцем.
      Но тут она внезапно поняла, что большинство присутствующих были не геники, а обычные люди. "Человеки". Один из них был подключен к лежавшей у него на коленях мешпаре, глаза его были полузакрыты, и он извлекал из инструмента ритмичные аккорды. Остальные пели.
      И ксены из глубин земных на Аргос шли в поход.
      Чернела вся земля от них, трубач трубил отход.
      Но Морган вел пехоту в бой, не стал он выбирать
      Прикрыть товарищей собой иль от врагов бежать.
      Надо же - какое совпадение! Ирония судьбы. "Баллада о стойком Моргане" была песней пехотинцев еще с незапамятных времен, задолго до того, как Новая Америка объявила себя независимой, баллада эта воспевала подвиг группы бойцов под командованием капитана Моргана на Геракле, куда они сейчас собирались. Подразделение это сумело отбросить атаковавших их ксенофобов, после того, как полковник Нагаи дал им приказ покинуть планету. Приказу они, разумеется, не подчинились и удерживали врага довольно долго, что позволило огромному числу гражданского населения вовремя эвакуироваться.
      Уорстрайдеры дрогнули, только пехота
      За все заплатила сполна.
      Мы насмерть стояли, позиций не сдали,
      И фобов разбилась волна.
      Четыре нас сотни отважно сражались
      Той ночью на Аргос-горе,
      И только шестнадцать живых пехотинцев
      Спустились вниз на заре.
      Они так были увлечены песней, что даже не сразу заметили появление Кати.
      - Встать! Смирно! - скомандовал кто-то, и все поспешно вскочили.
      - Ничего, ничего. Продолжайте, - успокоила их Катя. - Я не хотела вам помешать.
      Она даже не сразу поняла, что именно в этой компании показалось ей странным. Очень непривычно было видеть здесь, на Стоун-Маунтин, смешанную компанию геников и людей. В особенности после печально известного изнасилования двух женщин-геников солдатами-людьми.
      Катя отметила и еще один факт - ни у кого из присутствующих здесь людей не было больше одного разъема за ухом. Уровень I - и все. А некоторые, если судить по длине их волос и прическам, и того не имели. Нули. До сих пор Кате не приходилось иметь дело с ними. Это был растущий класс, неспособный к взаимодействию с ИИ на сложном уровне. Всегда существовало определенное число людских особей, которые не могли пойти на имплантацию себе нановыращенного цефлинка по причинам медицинского характера, но их было крайне мало. Больше было тех, кто не делал себе имплантации по причинам религиозного характера, философского или же политического. Люди эти, неспособные к выполнению почти всех работ, за исключением тех, что не требовали никакой квалификации, были редкими гостями в обществе. В армии их использовали в пехотных частях, а также на погрузочно-разгрузочных и складских работах. Их нагрузки мало чем отличались от тех, какие приходилось выполнять гени-кам, и по этой причине нули нередко ощущали себя людьми второго сорта, отделенными пропастью от нормальных, тех, кто имел два или три разъема. Возможно, нули поэтому и считали себя ближе к геникам, чем к обычным людям.
      Катя внезапно поняла, что вся группа ждет, пока она заговорит, и ей стало слегка не по себе. Армия Конфедерации унаследовала от прежней армии Гегемонии кастовый принцип деления личного состава, и старшие офицеры почти не появлялись в подразделениях младшей ступени, точно так лее, как и пилоты уорстрайдеров не якшались с "хрум-хрумами".
      Может, это и было самой большой ошибкой, одной из главных причин их теперешних неудач.
      Прямо на полу, у ног того пехотинца, что играл на ментаре, восседал Тэрби. Ей уже было известно, что это именно он вместе с еще четырьмя своими товарищами-гениками уничтожили "Тачи" в Анверсене; она рассчитывала увидеть его и поговорить с ним, поблагодарить его за сделанное... и сказать о том, что улетает. А теперь под этим коллективным взглядом Катя почувствовала себя трусом, чуть ли не дезертиром.
      - Прошу простить, что помешала вам, - обратилась она ко всем. - Я просто зашла сказать, что получила приказ о переводе меня. Сожалею, но вы отправиться со мной не сможете. И... и должна сказать, что мне очень не хочется расставаться с вами.
      - А куда вас назначили, сэр? - спросил Тэрби. Он уже успел освоить нехитрые премудрости официального обращения к вышестоящему начальству, и вообще речь его за последнее время улучшилась, стала какой-то более... человеческой.
      Она покачала головой. Вполне возможно, что большинство из присутствующих здесь скоро подвергнутся допросам агентов спецслужб империалов.
      - В другую звездную систему. Это все, что я вам могу сказать.
      - А почему это мы не улетаем? - вдруг подал голос какой-то работяга-геник. - Мы ведь с империалами хорошо бились!
      - Точно! Чтоб они все... - поддержали его еще несколько голосов, и тут же барак заполнился шумом, криками.
      Катя молча дождалась, пока они хоть немного угомонятся. Она мучительно подыскивала правильный ответ.
      - У нас слишком мало места, на всех не хватит, и это должны быть люди с тремя разъемами. Только они смогут полететь. И... нам нужны люди, хорошие бойцы, которые будут здесь сражаться с империалами.
      - Нужны - значит будут! - раздался возглас, принадлежавший на этот раз кому-то из людей.- Не правда ли, ребятки?
      - Как всегда, - подтвердила одна из женщин-геников, бывшая "игрушка".
      "Ребятки"? Кате даже показалось, что она чего-то не поняла. Выходило так, что говорящий имел в виду всех здесь присутствующих, включая и геников. Значит, узы воинского братства скрепили их всех. Особые узы, прочные, которые возникают между людьми, которые вместе рисковали жизнью, переживали личные потери, горечь поражения и радость побед.
      Геники проверили себя в бою. Их приняли.
      - Полковник, у нас здесь столько добрых друзей. - Тэрби словно читал ее мысли. - Мы останемся здесь и будем сражаться с империалами. Спасибо вам... за все и желаю вам удачи.
      - Спасибо, Тэрби. - Катя почувствовала, что вот-вот разревется, как девчонка. - И вам всем здесь тоже.
      Она повернулась, но, сделав несколько шагов, остановилась. Повернувшись к ним, она сказала:
      - Знаешь, Тэрби, то, что вы сегодня сделали, требовало большого мужества. Немыслимого мужества. Но я должна сказать, что это было в той же степени и глупо. Почти все "Шагающие" имеют на борту заряды семпу, которые специально предназначены для того, чтобы в секунду избавиться от роты таких смельчаков, как вы.
      Желтоватые глаза геника смеялись.
      - Пусть глупо, зато мы теперь нашли свое место среди настоящих людей. Не думаю, чтобы это было очень уж глупо!
      - До свидания, Тэрби.
      Повернувшись, Катя откинула одеяло, закрывавшее свет, и шагнула в ночь. Вслед ей зазвучали добродушные напутствия и смех, а еще через секунду они затянули последние строфы "Баллады о стойком Моргане". Слов она не могла разобрать, но она прекрасно помнила их наизусть.
      В Дворце Небесном золотом не видеть не могли,
      Что мы сражались до конца и честь уберегли.
      Так трижды, прокричим "ура" в честь
      Моргана бойцов,
      Простых вояк, как ты да я. отважных молодцов.
      Кате никогда не приходилось так терзаться сомнениями. Долг требовал, чтобы она повиновалась приказу. А чувство воинского братства, связывавшее ее с этими людьми, напоминало об ответственности за них, о том, что она их бросает на произвол судьбы. Кроме того, здесь был ее мир, ее дом. Разве могла она просто так отвернуться от всего этого?.
      Но ведь на Геракл отправлялся и Дэв. И Тревис Синклер тоже. Черт возьми! Легче всего было уцепиться за то, что она вынуждена подчиняться воинской дисциплине. В конце концов, ей приказали, и она лишь подчиняется этому приказу.
      Но, дьявол, как же трудно было сделать это...
      ***
      Вице-адмирал Тетсу Кавашима, помогая себе руками, добрался до капитанского мостика "Донрю", разместился в ложе модуля управления, пристегнул ремни. Огромные штепсели подсоединились к разъемам за ушами, ладонь коснулась интерфейса и окружающая его обстановка исчезла, ее сменил Центр управления боевыми действиями эскадры.
      Помещение это было фикцией, продуктом виртуальной реальности, созданной для того, чтобы электронное рабочее место в штабе Кавашимы выглядело привычнее. Здесь даже была предусмотрена иллюзия земного притяжения, его подчиненные не плавали в невесомости, а ходили, только вот кресел здесь не имелось, поскольку ВИР-персонал не обладал способностью уставать от продолжительного стояния. Большой круглый подиум в центре представлял собой трехмерную панораму Новой Америки и часть прилегавшего пространства. Над планетой кружились золотые точечки света - корабли эскадры. Каждая была снабжена особой табличкой данных, включавших название, выполняемую задачу и курс.
      Кавашима материализовался рядом с дисплеем, другие офицеры - их было два десятка - увидев его, все как один, дружно поклонились адмиралу. В его мозгу зазвучал голос контр-адмирала Фузае Ето, он говорил от имени всех присутствующих.
      - Коничива, чуджо-сан.
      - Коничива, - сказал в ответ Кавашима, отвесив строго дозированный поклон. - Прошу продолжать.
      На самом деле ничего этого не было - никто ни от чего не отрывался, не было необходимости призывать всех продолжить работу, поскольку подсоединенные умы штаба продолжали обрабатывать поступавшую к ним информацию, в каком бы виде не представали здесь их виртуальные персоны. Хотя все офицеры выглядели внешне спокойно, даже чуть расслабленно, он мгновенно ощутил какую-то скрытую напряженность. Адмирал знал, что никто из них не рискнет по собственной инициативе навлечь на свою голову адмиральский гнев.
      Было бы лучше, мелькнула угрюмая мысль у Кавашимы, если бы ему позволили превратить всю эту Новую Америку просто в радиоактивную пустыню сплавившегося кварца. Разумеется, такое полное уничтожение целого мира лежало вне рамок его компетенции... да и, было бы просто непродуктивно, экономически невыгодно.
      Недовольство и неприкрытое возмущение, которые неизбежно вызвала бы такая акция, безусловно, возымели бы негативные последствия. Страх, как таковой, никогда не был слишком уж полезным инструментом, если сравнивать его с силой общественного мнения. Эту истину он прочно усвоил, изучая историю стран Запада.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23