Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездный путь: Movies (№5) - Последний Рубеж

ModernLib.Net / Эпическая фантастика / Диллард Майкл / Последний Рубеж - Чтение (стр. 6)
Автор: Диллард Майкл
Жанры: Эпическая фантастика,
Космическая фантастика
Серия: Звездный путь: Movies

 

 


* * *

Странное оцепенение напало на Кейтлин сразу же после того, как их всех троих заперли в задней комнате салона. Она дремала – и не дремала, неподвижно сидя в кресле, напряженно вслушиваясь в то, что происходило за дверью.

Судя по немногим расслышанным репликам, вулканец и его рекруты пытались восстановить терминал связи. Если это так, то вулканец и в самом деле… им не враг. Во всяком случае, так хотелось думать Кейтлин, пока не пришли за Телботом.

Увидев, с каким достоинством, хоть и с белым от страха лицом землянин исчез за дверью, Кейтлин приказала себе не бояться, и, кажется, хорошо исполняла свой приказ. К тому же их покоритель был вулканцем, религия которого запрещала пытки и смерть.

Но в то же время этот вулканец улыбался, а значит, был отступником от своей веры, отщепенцем. А какие законы соблюдает отщепенец, и чего от него можно ждать?

Размышляя об этом, Кейтлин заботилась не о себе – она все выдержит. За Коррда, при всем своем отвращении к нему, она тоже не беспокоилась – старый вояка, не задумываясь, пойдет на смерть и на пытки, но себе не изменит. Потому-то и спит он без всяких забот, с блаженной улыбкой идиота, заполнив всю комнату своим храпом. Храп мешал ей слышать, что происходит в самом салоне, – это и раздражало, и тревожило ее.

Несомненно, в землянине заложено большое чувство собственного достоинства, и смерть не испугает его, но устоит ли он перед пыткой? Не зря же первым увели его.

Как будто разделив ее тревогу, Коррд оторвал от стола тяжелую голову, попытался открыть глаза, но набрякшие веки не слушались его. Тогда он снова ткнулся подбородком в сложенные на столе руки, чуть откинул ее набок и сменил храп на сопение.

Сопение Коррда было шумным, но не столь громким, как всезаглушающий храп, и Кейтлин услышала голос – низкий, приятный. Это был голос вулканца, звучавший со страстной, убеждающей интонацией, однако слова его заглушались и стеной, и расстоянием. Потом голос пропал.

Кейтлин встревоженно подалась всем телом вперед, в ответ ружье часового немедленно уставилось на нее тупым круглым зрачком. Кейтлин расслабилась, передернула плечами, разминая их, и тут услышала резкий, сдавленный вскрик боли. Вскрикнул Телбот – она узнала его голос. По характерному, почти неуловимому признаку Кейтлин поняла, что Телбот вскрикнул от ожидаемой, а не от внезапной, боли. «Они пытают его? – догадалась Кейтлин. – И он видит орудие пытки, он готов к ней.»

Снова наступила тишина, внезапно разорванная оглушительным всхрапом Коррда. Кейтлин вздрогнула и от храпа, и от безнадежной мысли: «Они его убили».

Больше нечего было ждать, разве что своей очереди. Кейтлин расслабленно прислонилась к грязной спинке стула, спрятала лицо в ладонях и попыталась задремать.

Долго длилась ее дрема. Во всяком случае, солнце еще не садилось, когда она закрыла глаза, а открыла их уже в предвечерних сумерках, проснувшись от скрипа открываемой двери, и оцепенела от изумления: в комнату неторопливой, уверенной походкой входил Телбот.

Глаза его были краснее обычного, как будто он долго плакал. Но бодрый вид, уверенная походка, легкая улыбка, светившаяся на его желтоватом лице, не допускали даже мысли о том, что он перенес пытку. С легким поклоном он опустился в кресло рядом с Кейтлин, взял ее руку в свою, крепко, до боли сжал ее и произнес:

– Кейтлин, моя дорогая мисс Дар!

Высвободив руку и недовольно подняв брови, Кейтлин спросила:

– Что произошло, черт бы вас побрал? – и брезгливо потрясла рукой.

Оставив ее вопрос без внимания, Телбот посмотрел на спящего Коррда и голосом, полным жалости, произнес:

– Коррд, бедняга. Вы знаете его историю, мисс Дар?

И не дав ей возможности ответить, стал рассказывать:

– Коррд был довольно знаменитым воином, но однажды ему осточертело убивать. Случилось это после того, как он потерял своих детей – сына и дочь – в одной из многих бесполезных войн, которые так любят разжигать клингоны. Слава и возраст позволяли ему отсидеться в Высшем командовании, где не надо лично убивать, посылая на бойню других. Коррд пошел дальше: он захотел наладить мирные отношения с Федерацией и поддержал эксперимент с Нимбусом, чтобы на примере этой маленькой планеты доказать возможность мирного существования далеких друг от друга систем и абсурдность, бесчеловечность всех войн.

Телбот снова взял ее руку в свою, на этот раз осторожно, и глядя ей в глаза, продолжал рассказывать:

– Заставить его замолчать было не так-то просто. Помимо огромной популярности, сделавшей его почти неприкосновенной особой, он приходился родственником второму по значению человеку в ВК. Оставалось или просто убить его, или… Они выбрали второй вариант. После тайного соглашения с ромуланами они якобы поддержали эксперимент с Нимбусом и сослали Коррда сюда. Боюсь, это окончательно доконало его.

– Телбот! – Кейтлин попыталась освободить свою руку, что ей и удалось после недолгой борьбы. Вслед за этим она опять выпрямилась ровно в кресле, снова приняв позу восковой куклы, и с подозрительным прищуром вглядываясь в землянина, спросила:

– Телбот, что с вами? Они вас пытали? Они применили промыватель мозгов?

Он рассмеялся легко и свободно:

– Пожалуй, вы правы, мисс Дар, мне промывали мозги. Но это было совсем не то, о чем вы думаете. Скорее, наоборот. Даже совсем наоборот. Впервые в жизни со мной все в порядке. – Он с хлопком положил свои руки на стол, слегка наклонился к ней:

– Присмотритесь ко мне внимательнее, мисс Дар, – вы видите перед собой нормального человека.

И только сейчас Кейтлин сообразила, что его не сопровождал охранник, а часовой у двери держался непринужденно, с интересом прислушиваясь к их разговору. И ее, наконец-то, осенило: они доверяют Телботу!

Резко отшатнувшись от него, она сказала:

– Вы все-таки не ответили на мой вопрос. Что они сделали с вами?

Глаза Телбота вдруг осветились тем же огнем фанатизма, который был знаком ей по глазам вулканца и по глазам его приверженцев. С неожиданной убежденностью он громко ответил:

– Вам не следует бояться его, Кейтлин. – И с той же неожиданностью перейдя на вкрадчивый шепот, сообщил:

– Сибок – нашдруг. Он здесь для того, чтобы помочь нам, чтобы найти смысл в нашей бессмысленной жизни. Доверьтесь ему – и вам станет легче.

– Довериться ему! – воскликнула Кейтлин и похолодела от леденящего взгляда Телбота. Машинально потерев предплечья ладонями, она откинулась на спинку кресла, брезгливо увеличивая расстояние между ними, и возбужденно заговорила:

– Вам промыли мозги, консул. Что они вам давали? Наркотики? Просеиватель? Молчите?.. Еще бы! Испугавшись смерти, вы предпочли отказаться: от себя, но не от жизни. И не подозреваете, что живете не вы, а кто-то другой под вашим именем и в вашем теле.

– Да-а, – грустно покачал головой Телбот. – Я вижу, что вы не верите мне. Да так оно и должно быть. Но скоро вы все поймете. Я послан, чтобы провести вас к нему.

Теперь уже Кейтлин грустно покачала: головой и с издевкой спросила:

– И вы думаете, слабый вы человек, что я добровольно пойду куда-то с вами?

– Не совсем так, – уже весело ответил Телбот. Он вытащил небольшой пистолет, направил его прямо в переносицу Кейтлин и громко скомандовал:

– Встать!

Кейтлин, не реагируя на команду, округлившимися до небывалого размера глазами молча смотрела на Телбота, явно не понимая, что происходит. Тогда он, понизив голос, уговаривая и приказывая в одно и то же время, проговорил:

– Встаньте и следуйте за мной, мисс Дар, или мне придется расплескать ваши мозги по этому столу, и бедолага Коррд не простит вам, что из-за вас я прервал его сон.

* * *

– Да отстаньте вы от меня с этим проклятым светом! – пробормотал Маккой, отмахиваясь, как от мухи, руками. Он так удобно устроился в своем мешке, подоткнув под него углы накинутого сверху одеяла, так пригрелся, что лежать бы и лежать. Так на тебе – один кошмар за другим…

А ночью, после обеда и нескольких глотков «секретного ингредиента» он сразу же погрузился в глубокий сон. Но, очевидно, события прошедшего дня не скоро оставят его в покое. Среди ночи он неожиданно проснулся от ужаса, увидев во сне Кирка, падающего вниз головой со стены прямо на него, в то время как сам он стоял и осуждал капитана за то, что тот решил покончить с собой. Кирк падал медленно, и доктор успел многое сказать ему, пока… не проснулся.

Потребовалось немало времени, чтобы отогнать от себя ужас увиденного во сне, чтобы унять сердцебиение и попытаться снова уснуть. Но сон не приходил. Час, а то и больше лежал Маккой, прислушиваясь к ночным крикам каких-то тварей, к звучному храпу Джима, к ритмичному дыханию Спока.

Поэтому он был больше чем раздражен, когда кто-то осветил его, ослепляя даже сквозь прикрытые веки.

– Проклятье! – снова выругался он, убедившись, что свет не оставит его в покое. Кряхтя и чертыхаясь, он сел, не вылезая из спального мешка, попытался открыть глаза и тут же зажмурился, прикрыл лицо руками. Свет был ослепительным и не походил на свет ночного фонаря и даже на свет фар вездехода. Гигантский луч не перемещался, не слабел, и как бы подгоняемая этим лучом в спину на доктора надвигалась человеческая фигура, высвеченная во весь рост.

Маккой сделал глубокий вдох, отвернулся в сторону, надеясь избавиться криком от второго кошмара этой ночи, и вдруг узнал по голосу Ухуру и облегченно вздохнул.

– Прошу прощения, джентльмены, – сказала Ухура. Она была в униформе.

– Недобрый знак, – сообразил Маккой, выходя из оцепенения. Свет, обескураживший его, исходил из челнока.

– Мистер Скотт извиняется, – объяснила Ухура, – что он вынужден прислать за вами челнок, но транспортатор еще не работает. Капитан, мы получили важный приказ Звездного Флота.

Кирк и Спок сидели в своих спальных мешках. Вулканец выглядел так, будто он только что вышел из парикмахерской – чисто выбритый, аккуратно причесанный.

«Как он умудряется так спать?» – удивился Маккой.

А Кирк со всклокоченными волосами, с легкой щетиной на щеках выглядел озабоченным, сбитым с толку. Выслушав Ухуру, он нахмурился, пригладил рукой не очень-то податливые волосы и строго спросил:

– Тогда почему вы, старший помощник, не соизволили дать мне знать по моему коммутатору?

Уголки рта ее слегка подергивались, когда она ответила:

– Сэр, но вы не взяли его с собой. – Не говоря больше ни слова, она вышла из луча света и, низко наклонясь, протянула коммутатор сидящему в мешке Кирку.

– Ага, – на лице у него появилась виноватая улыбка. Он хорошо помнил, что коммутатор был при нем даже там, на скале. Но Ухура оказалась тактичной и сослалась на его забывчивость.

– Удивляюсь, как я мог забыть его, – благодарно улыбнулся Кирк и обратился к доктору и Споку:

– Итак, джентльмены, кажется, наш отпуск отменяется. Собирайте свои вещи. – Его тон был строго официальный.

– Слава Богу! – вздохнул Маккой, не обращая внимания на сердитый взгляд Кирка. Он был доволен, хоть неохотно покидал покорившую его дикую природу Йосемита, – она обновила что-то в нем, и возвращение в тесные пределы корабля было не из приятных. Но увидеть утром, как Джим падает со скалы, – второй раз этого зрелища доктор не перенес бы. Уж лучше тесниться на «Энтерпрайзе» живыми и невредимыми.

Глава 6

Когда корабль-челнок «Галилео-5» приблизился к цели, Ухура включила главный экран, чтобы три ее пассажира смогли полюбоваться захватывающим дух зрелищем.

У Кирка и в самом деле перехватило дыхание от увиденного: «Энтерпрайз» парил в пространстве, лоснящийся и сияющий на фоне полной луны. На какой-то миг он даже позабыл, что видит всего лишь копию, к тому же довольно плохую. Не стыдясь охватившего его чувства, не пытаясь выразить его собственными словами, он прочитал, казалось бы, давно забытые им строки:

А все, что прошу я, как милости Божьей, Так это – надежный корабль и звезда.

И курсом надежды из тьмы бездорожий К тебе возвращусь я – уже навсегда.

Маккой, сидевший справа от Кирка, лукаво посмотрел на него, как бы говоря: «Ты уже забыл наш недавний разговор? Так могу напомнить твои слова – «Это не «Энтерпрайз» – это самозванец». Но вид сверкающего под луной красавца примирил всех – хотя бы на какое-то время. Во всяком случае, благоговейная тишина в рубке челнока длилась бы намного дольше, не будь доктор таким любознательным:

– Мелвил, не так ли? – спросил он. Джим пожал плечами – он не помнил имени поэта.

– Джон Мейсфилд, – поправил доктора Спок. Он расположился слева от Кирка, и таким образом Джим оказался меж двух оппонентов. Он уклонился от дискуссии, чтобы не попасть впросак, но подозревал, что Спок был прав, как всегда. Однако Маккой не уступал так просто и, наклонившись вперед, чтобы бросить вызов в лицо, переспросил:

– А вы уверены в этом? – Он не отрывал от Спока недоверчивого взгляда. Тот процитировал:

Прости, не хочу причинять тебе горя.

Но низкое небо, но ветер в трубе.

Опять меня манит пустынное море, Опять ухожу я навстречу судьбе.

А все, что прошу я, как милости Божьей, Так это – надежный корабль и звезда.

И курсом надежды из тьмы бездорожий К тебе возвращусь я – уже навсегда.* (*Перевод В. Ионова) Спок закончил:

– Джон Мейсфилд, «Морская лихорадка», 1902 год по старому земному календарю. Я хорошо разбираюсь в классике, доктор.

– Да?

– ехидно улыбнулся Маккой. – Тогда почему вы не знаете «Греби, греби?..»

На этот вопрос у Спока ответа не оказалось. Джим, едва сдерживал смех, продолжая смотреть на экран. Масса корабля заслонила весь обзор и как бы прижалась к нему;

– Готовы к маневру пришвартовки; – – объявила Ухура. – «Энтерпрайз», берите управление на себя.

– И да поможет нам Бог! – добавил Маккой.

Голос Зулу ответил:

– Роджер, «Галилео-5». Открыть двери. Переключить энергию на транспортный луч.

Два члена команды корабля – Зулу и Чехов – согласны были и на понижение в должности ради службы под началом Кирка, и по этой причине сам Кирк чувствовал нечто большее, чем угрызение совести. Зулу уже давно заслужил свой собственный корабль. Но, как он объяснил Кирку, сделал именно то, что хотел сделать, а если капитан не доволен таким решением, то может списать его с корабля.

Такую роскошь Кирк не мог себе позволить. Зулу считался одним из лучших рулевых в Звездном Флоте, если не самым лучшим, а Чехов – лучшим навигатором. Списать их своим приказом, отказаться от них… у него и без того хватало недоброжелателей и проблем… в конце концов он махнул рукой – пусть будет, как будет. И не мог заглушить в себе чувство вины.

В очертании «Энтерпрайза» угадывались створки закрытых дверей: подчиняясь транспортному лучу, «Галилео-5» шел ко входу на посадочную площадку. Вот створки дверей разъехались в стороны, и челнок мягко скользнул в огромную утробу корабля-матки.

Ухура открыла люк и выпустила пассажиров из челнока. Недавняя иллюзия Кирка, что он возвращается домой на старый «Энтерпрайз», моментально испарилась: большая ремонтная платформа оказалась захламлена подручным материалом и инструментом, но за исключением нескольких членов команды на ней никого не было.

Появился инженер Скотт, запыхавшийся, растерянный, одетый в промасленный комбинезон. Вокруг его покрасневших глаз за истекшие сутки-двое появились большие темные круги, выглядел он так, словно не спал несколько недель подряд.

– Капитан, – обратился он неожиданно энергично, – джентльмены! Боюсь, что здесь нет никого, кто мог бы приветствовать вас согласно Уставу. – Жестом руки он указал на свой комбинезон:

– Простите, что моя повседневная форма не подходит к наряду почетного караула.

– Все в порядке, инженер, – прервал его Кирк, горя нетерпением задать рвущиеся с языка вопросы:

– Итак, мне известно, что транспортатор все еще не работает, а как остальное? Корабль может взлететь?

Скотт откинул назад голову и закатил глаза:

– Если я что-то и могу сказать с полной уверенностью, так это то, что они сделали все не так, как надо.

Кирк нахмурился:

– Мистер Скотт, вы сказали, что сможете привести корабль в порядок за две недели. Я дал вам три. Что происходит?

Напускной энтузиазм Скотта исчез, с самым серьезным видом в течение минуты он обдумывал вопрос капитана, затем ответил:

– Если честно, то я думаю, что вы дали мне слишком много времени.

– «Слишком много времени», – эхом отозвался Кирк, оценивая ответ. Он сдержал улыбку. – Очень хорошо, мистер Скотт. Продолжайте в том же духе.

– Есть, сэр, – невесело отозвался Скотт, но в его голосе слышались нотки удовлетворения. – Никакого отдыха для уставших…

Кирк и другие вместе с ним направились к турболифту.

– Я думал, он скажет «никакого отдыха для грешных», – высказался Маккой.

– Сомневаюсь, что Скотт углубляется в такие тонкости. – Кирк указал на инженера, который на другом конце платформы уже распекал провинившегося члена команды:

– Сколько раз я говорил, – размахивая каким-то инструментом перед самым носом виноватого, отцовским тоном увещевал его Скотт. – Для хорошей работы требуется хороший инструмент. А чем вы работаете?

Кирк вошел в лифт, где его ждали Ухура и остальные. Маккой встретил его кивком в сторону Скотта:

– По-моему, я никогда не видел его более счастливым.

– Возможно, ты и прав, – отозвался Джим. – Он не может пожаловаться на отсутствие проблем в жизни.

– Назовите, пожалуйста, уровень, – гнусаво произнес компьютер.

Кирк обменялся нерешительными взглядами с Ухурой и доктором и ответил:

– Капитанский мостик.

Когда лифт мягко заскользил вверх, Кирк облегченно вздохнул, сладко потянулся, расправляя все еще больные после Эль Кэпа мускулы, мечтательно проговорил:

– Сейчас бы принять горячий душ.

– Да, – согласился с ним Спок.

Маккой фыркнул, давая понять, что прохлаждаться никому не придется.

На уровне мостика лифт остановился, но открылась только левая дверца. Правая застыла на месте. Маккой приналег на нее плечом и, осознав свое бессилие, безнадежно махнул рукой.

– Хоть что-нибудь работает на этом корабле? – недовольно спросил Кирк и зашагал к мостику.

Никто ему не ответил. А на мостике творилось бог знает что. И среди нагромождения металлического хлама, безнадежно теряясь в нем, возились двое рабочих в комбинезонах под присмотром Зулу.

Ухура и Спок без лишних слов отправились к своим постам, но Маккой был возмущен:

– И Звездный Флот имеет наглость посылать нас в таком состоянии? Да это – не корабль, а город призраков!

Зулу, присев у пульта управления, хмуро разглядывал концы оборванных проводов. Увидев Кирка и других, он встал и отрапортовал:

– Джентльмены, рад вас приветствовать на борту.

– Благодарю, – кивнул капитан рулевому. – Но не говорите мне, что и руль не в порядке, иначе мы никогда не стронемся с места.

Зулу очень бодро ответил:

– О! Он работает, капитан, он работает. – На секунду замолчал и добавил:

– и довольно прилично.

– Довольно прилично, – скептически повторил Кирк и отправился дальше.

И как назло, в это время один из рабочих начал сверлить панель. Кирк поморщился от пронзительного визга сверла и повысил голос:

– Нельзя ли немного потише?

Смущенный рабочий выключил дрель.

– Спасибо. – Кирк повернулся к Ухуре. – На главный экран, помощник.

Ухура немедленно выполнила приказ. Засветился экран, на нем стал вырисовываться образ, искажаемый помехами. Еще не обретя четких очертаний, образ спросил:

– Я на экране? – и наклонился вперед.

Звук стал четким, и Кирк был уверен, что слышит голос адмирала Боба Кефлиша, с которым он служил в Звездной Команде. Смешно. Тогда Кирк был старше по чину, теперь ситуация сменилась, и Кефлиш стал начальником Кирка.

– Боб? – сделал шаг к экрану Кирк.

Кажется, Боб не услышал его, во всяком случае, не ответил.

Как всегда неожиданно изображение стало четким, порождая иллюзию присутствия, и Кефлиш – с короткой прической с проседью, смуглый, с легким косоглазием при отличном зрении, самодовольный тип, – объявил:

– «Энтерпрайз», на связи Управление Звездного Флота. – И как будто не расслышав вопроса Кирка, пристально всмотрелся в него с экрана и спросил:

– Джим, это ты? – И не давая времени на ответ, криво усмехнулся. – Как я вижу, ты сегодня не в форме, а потому и одет не по форме.

Джим бросил беглый взгляд на себя: на нем была спортивная куртка и соответствующие брюки. Он пожал плечами:

– Ты знаешь, как это бывает. Меня прихватили по дороге в душ.

– Послушай, – понимающе кивнул Кефлиш. – Мне очень жаль, что мы прервали твой отпуск, но у нас сложилась очень опасная ситуация на Нимбусе-3.

– Ты имеешь в виду Планету Галактического Мира?

– Именно ее. – Узкие губы адмирала скривились в иронической усмешке. – Насколько нам известно, террористы захватили там одно поселение и взяли в заложники консулов клингонов, ромулан и Федерации. – Он сделал паузу. – Как я понимаю, «Энтерпрайз» не полностью готов к…

– Это явное преуменьшение, Боб. При всем уважении к вам я вынужден заявить, что «Энтерпрайз» не готов к полету, он просто в бедственном положении. А в том квадрате должны быть и другие корабли.

– Корабли есть, но нет опытных командиров. Для такого случая нам нужен Джеймс Кирк и его команда.

Кирк вздохнул:

– Боже мой! Боб, я принимаю твой комплимент, но по сравнению с другими мы находимся в невыгодном положении. Начнем хотя бы с того, что у нас даже не укомплектована…

Голос адмирала Кефлиша стал холодным, официальным:

– Это нам известно, капитан.

Звездный Флот, очевидно, принял окончательное решение. И Кирк не очень любезно уступил:

– Принято, адмирал. Продолжайте.

– Вам приказано отправиться на Нимбус-3, оценить ситуацию, избегая конфликта всеми способами. Прежде всего вам следует вызволить заложников целыми и невредимыми…

Нехорошее предчувствие охватило Джима:

– А что же клингоны, ромулане?

– Ромуланам, по-видимому, наплевать на своего консула. Их официальная линия такова, что они не хотят вмешиваться, не хотят унижаться до переговоров с террористами… а одного представителя можно заменить другим.

– А клингоны? Как они отреагировали?

– Никак. Но держу пари, они ответят.

– Да, ответят, – согласился Джим. – Клингоны не ведут переговоров, а уничтожают, мстят. И они постараются уничтожить заложников так, чтобы вина за их уничтожение пала на террористов. Потом они, вполне справедливо, уничтожат террористов.

Лицо Кефлиша перекосила мрачная гримаса:

– Я это знаю. Именно поэтому ты должен прийти туда первым, Джеймс Кирк.

– Боб, я не уверен, что установки искривления пространства не подведут нас.

– В конце концов, вы стартуете первыми. По своему местонахождению «Энтерпрайз» ближе всех кораблей к планете Нимбус. Сделайте все возможное. И да поможет вам Бог, Джим.

– Понял. Конец связи. Кирк.

Образ адмирала растворился в матовом тумане экрана.

Кирк повернулся лицом к своей команде:

– Боюсь, леди и джентльмены, что все проблемы корабля нам придется решать в полете. А поскольку команда не укомплектована, я рассчитываю, что вы будете исполнять свои обязанности наилучшим образом. Конец речи.

Он прошел на пост управления, уселся в ожидающее его кресло:

– За работу… Мистер Зулу, составьте диаграмму курса на Нимбус-3.

– Курс уже проложен, капитан.

Доктор осторожно пробрался к посту управления и заговорил, едва разжимая уголки губ:

– Если ты меня спросишь, Джим…

– Не спрошу, – резким жестом руки отрезал Кирк. Обида на доктора, с которой он покидал Йосемит, давно уже прошла. Он знал, за что Маккой благодарил Бога, и задним числом готов был к нему присоединиться. А в остальном – поживем – увидим… Доктор иначе расценил его жест:

– Можешь не продолжать, можешь назвать меня Кассандрой, но согласись, что это – безумная идея. Мы непременно столкнемся с клингонами, а они не очень-то любят тебя.

– У меня к ним взаимное чувство, доктор. – Джим бросил на него быстрый взгляд. – И дело за малым – попытайся убедить в этом Звездный Флот. Но можешь мне поверить, что я не собираюсь умирать от наведенных на меня орудий клингонов.

Он нажал кнопку на передатчике:

– Двигательный отсек.

Из селектора отозвался голос:

– Скотт слушает.

– Нам нужна вся энергия, какую вы сумели накопить, если мы собираемся прибыть на Нимбус раньше клингонов.

– Не беспокойтесь, капитан, – заверил его Скотт. – Мы обойдем этих клингонских дьяволов, даже если мне придется ради этого выбраться наружу и подталкивать корабль.

Кирк поднял брови, мельком глянул на доктора, как бы говоря: «Ну, ты доволен?» и сказал Скотту:

– Я запомню ваше предложение. Возможно, дойдет и до этого.

Отключив канал связи, он обратился к рулевому:

– Мистер Зулу.

– Да, сэр.

Словно не услышав ответа, Кирк беспокойно задвигался в кресле, пытаясь устроиться поудобнее.

– Что случилось, Джим? – обеспокоенно спросил доктор.

Джим посмотрел на него с раздражением:

– Мне не хватает моего старого кресла.

* * *

«Оркона» спешила к Нейтральной зоне. Капитан Клаа мерно расхаживал по узкому отсеку мостика, не обращая внимания на любопытные взгляды членов команды, и думал, как лучше выполнить поставленную перед ним задачу. А задача была не из легких уже хотя бы потому, что Нимбус-3 находится почти рядом с Федерацией, и «Оркона» подойдет к нему позже корабля Федерации.

Это осложняло задачу. Приди «Оркона» первой к Нимбусу, все оказалось бы проще детской считалочки: расстрелять и заложников, и террористов и вернуться домой. Исполнение подобного задания доказало бы лишь то, что капитан «Оркона» – послушный офицер. И только. Но этого Клаа было мало. И судьба давала ему карты в руки: корабль Федерации, с заложниками на борту или без них, не избежит встречи с «Орконой», ему будет дан бой – и в Звездном Флоте Федерации станет одним кораблем меньше.

А у капитана Клаа поубавится завистников.

При этой мысли у Клаа появилась на губах довольная улыбка, но, проходя мимо стрелка Морека, увидев его плешивую голову, капитан вновь принял серьезное выражение лица и продолжал думать.

Нейтральная зона – обширнейшая территория, и звездолеты Федерации трусливыми овечками, избегая встречи с кораблями клингонов, летят по своим овечьим делам. Любой ценой они стремятся уклониться от боя и лишь доведенные до крайности, поставленные в безвыходное положение начинают защищаться с отчаянием трусов. Но корабль, посланный Федерацией на Нимбус-3, искать не надо – он будет там. И ему не придется навязывать боя – прижатый к планете, лишенный маневра, он будет защищаться, он примет бой.

Капитан Клаа грезил наяву. Он видел перед своими глазами разваливающийся на куски звездолет федератов, извиняющиеся лица тех, кто называл его гением стрелкового пульта и дураком командного.

Проходя в очередной, который уже раз, мимо плешивого Морека, стараясь не смотреть на него, чтобы не выдать своего отвращения, капитан Клаа шагал, глядя прямо перед собой, и чуть не столкнулся с Первым офицером Виксис. Она только что резко поднялась со своего места и так стремительно встала на его пути, что ему пришлось буквально пригвоздить себя к палубе.

Неожиданно выведенный из потаеннейших лабиринтов своих мыслей, Клаа не сразу решил, как реагировать на легкий и даже приятный ему инцидент. Первый офицер вывела его из затруднения:

– Капитан Клаа, – громко сказала она, раскрасневшаяся, со светящимися от радости глазами, – мы только что расшифровали перехваченное на частотах Федерации сообщение… – Она повысила голос так, что он зазвенел и медленно произнесла:

– Звездный корабль «Энтерпрайз» идет курсом на Нимбус-3!

Застывший на месте, как прикованный, капитан Клаа прошептал:

– «Энтерпрайз» – корабль Кирка…

Он ждал хороших вестей, он верил в свою счастливую звезду, но он никогда не осмеливался и мечтать, что новости будут такими хорошими, а звезда – такая яркая. Ошеломившая, приковавшая его к месту новость была такой, что требовала осмысления и четких, продуманных действий.

Капитан Кирк – галактический преступник, перебивший почти всю команду клингонского корабля, украденного им, и переработавший содержание Книги генезиса таким образом, что она стала книгой, обвиняющей империю в проведении геноцида.

Уничтожение корабля Кирка, убийство самого Кирка было давней мечтой не только его, Клаа, но и мечтой тысяч и тысяч клингонов. И эту ослепительную мечту многих и многих тысяч боги, как реальность, преподносят ему, капитану Клаа. Многие завидуют ему, многие считают, что капитанский мостик – слишком щедрый подарок для простого стрелка, хотя бы и первого стрелка империи. Но если он уничтожит «Энтерпрайз» и Кирка, ему не надо будет заботиться о статусе капитана «Орконы». Империя наградит его целым Флотом кораблей! Забывшись, Клаа скрестил руки на затылке, мечтательно закрыл глаза и услышал:

– «Не может быть мира, пока жив Кирк», – цитировала Виксис бессмертные слова посла Камарга, обращенные к Федеральному Совету.

Клаа благодарно улыбнулся ей, ответная улыбка Виксис была ослепительной. Ничего удивительного: самая высокая премия империи ждет того, кто победит Кирка. И если Кирк будет уничтожен, его Первый офицер будет играть далеко не последнюю роль в историческом спектакле. А величавая, элегантная красавица Виксис должна неплохо справиться со своей ролью. Но пока рано об этом.

– Джеймс Кирк, – медленно произнес он. – Я следил за его карьерой с детских лет. Это человек, которым я восхищаюсь и которого ненавижу. И если я смогу нанести ему поражение…


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17