Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Земная кровь

ModernLib.Net / Ломер Кит / Земная кровь - Чтение (стр. 12)
Автор: Ломер Кит
Жанр:

 

 


      — Мать… умерла? — на Роуна неожиданно навалилась тоска.
      Он понимал, что никогда не любил свою мать, как она того заслуживала. В его памяти жил только Раф.
      — Ее больше нет в живых, — сказал Йилианнин, медленно подбирая слова. Роун замер, ожидал подробностей, но их так и не последовало, и не представилось возможности о них спросить.
      — А дядя Тхой-хой?
      — Сейчас Тхой-хоя слушают в доме диктатора в вонючем Соэтти. Хочешь, чтобы я привел его?
      Роун кивнул. Йилианин допил фауф и вынскользнул из таверны. В грязном, убогом поменщении пахло смесью всевозможных напитков и чужеземными сладостями. В узенькое окошко, завешенное целлофаном, Роун увидел своих парнней. Они громко переговаривались, небрежно швыряя ножи друг другу под ноги. Роун поднялнся и постучал по оловянной крыше. Это напомннило ему о Белле, но он предпочел заглушить свои эмоции хорошим глотком вина. По дому же Роун вообще не тосковал. Тамбул был для него ничем не лучше других миров. И через несколько часов, закончив свои дела, он без сожаления отнправится дальше.
      Изнывая от ожидания, Роун еще немного вынпил. Лпу сказал, что Беллы больше нет в жинвых? Что это значит? Что с ней произошло?
      Но вот в таверну ворвался хохот его команды, в открывшийся дверной проем хлынул поток свента, и Роун увидел входящего шаркающей походнкой дядюшку Тхой-хоя. Он совсем сдал, дядюшнка Тхой-хой, его серое, точно высохшая глина, лицо было покрыто сетью морщин. Однако радонстная улыбка осветила его доброе лицо, когда он увидел Роуна.
      — Мой мальчик, — пропел он. — Мой милый мальчик! — И Роун почувствовал, что если бы йилианин умел плакать, то, наверное, сейчас разнрыдался бы.
      Они обнялись.
      — Я сильно изменился, — сказал Роун. — Ты бы узнал меня?
      — Конечно, узнал бы. Ну, рассказывай свою историю. Ты много убивал, любил и ненавидел?
      — Да, это уж точно, — с грустью признался Роун. — Я потом подарю тебе свою историю, для коллекции. Но сначала скажи, что случилось с матерью?
      Дядюшка Тхой-хой молча сунул руку за пояс, вытащил большую золотую монету и протянул ее Роуну.
      — Твое наследство, — коротко пояснил он. — Все, что осталось от когда-то прекрасного цветка йилии…— Старый сказитель не мог обойтись без поэтических образов.
      — Откуда у Беллы золото? — удивился Роун, прикоснувшись к древней имперской монете, конторая так ценилась на рынках Тамбула.
      — Ей не на что было жить после смерти Рафа, и она продала себя экспериментальному колледнжу, занимавшемуся вивисекцией. А это — плата за ее тело и жизнь. Она просила передать монету тебе, если ты когда-нибудь вернешься.
      — И… она даже не оставила послания?
      — Зачем? Ее поступок красноречивей всяких слов, Роун.
      — Да, это правда…— Роун тряхнул головой. — Но мне не хотелось бы сейчас думать об этом. У меня мало времени, дядюшка Тхой-хой. Моим ребятам уже неймется — стоит кому-нибудь гляннуть на них косо, и они неминуемо затеют свару. Мне необходимо выяснить, кто я такой. Я знаю, что меня купили здесь, в Тамбуле, в воровском магазине. Но в каком? Может, ты подскажешь, где мне найти ответ?
      — Тебе ничего не надо искать, Роун. Я сам отвечу тебе.
      — Ты?
      — Когда-то я прилетел сюда из далекого мира, чтобы похитить тебя, — нараспев произнес Тхой-хой, улыбнувшись своим мыслям.
      — Ты?! — Роун не мог поверить, что его станрый дядюшка когда-то был наемником и искантелем приключений.
      — Я, я! — подтвердил Тхой-хой, качнув голонвой. — Вероятно, было бы лучше так и оставить все это в тайне…
      — Но я хочу знать, я должен знать, кто я. Похоже, мое происхождение чисто земное, но кто мои настоящие родители? И каким путем я понпал в лавку торговца?
      Дядюшка Тхой-хой кивнул, перед глазами промелькнули события тех давних времен.
      — Я могу рассказать тебе свою историю, Роун. А уж из нее ты кое-что извлечешь и о себе.
      — Я много путешествовал, — заметил Роун, — но нельзя вернуться в прошлое. Ты поможешь мне.
      — Мы прилетели сюда, — начал Тхой-хой, — по приказу, но опоздали. Тебя уже продали. Торговец ничего не мог нам сказать, и мы приннялись разыскивать покупателей, а когда их наншли, то решили, что добыча будет легкой: хрупнкая йилийская женщина и старый землянин-понлукровка…
      — Раф никогда не был старым.
      — Да, и в этом нам пришлось убедиться на собственных шкурах. Он дрался, как сущий дьянвол из девятого ада, и даже когда его покалечинли, он сопротивлялся до тех пор, пока не перебил всех. Он бы убил и меня, но заступилась Белла. И тогда я дал ей клятву и навсегда стал их ранбом… И твоим тоже.
      Неугомонная компания перед таверной катала пустые пивные кружки и палила по ним. Внутри кроме Роуна и Тхой-хоя никого не было. Бармен молча сидел за стойкой и бросал хмурые взгляды на дверь.
      — Дай-ка нам еще, — позвал его Роун. Хозяин с готовностью откликнулся, наполнив гостям стаканы.
      — Папа как-то говорил, что я чистого земного происхождения, но на все вопросы относительно моих генов отвечал уклончиво и непонятно — будто я какой-то особенный. Что он имел в виду, Тхой-хой?
      — Ты действительно особый, Роун. Много люндей погибли за право обладать тобой. Но больше ничего и я не могу тебе сказать.
      — Этот магазин, в котором меня купили, где он находится? Может, его владелец и продавец все-таки что-нибудь знает?
      — Да лавка рядом с базаром, а вот что касанется владельца, то, увы, его уже нет в живых — горло малость ему подпортили.
      — Горло подпортили?
      — Ну, понимаешь, ножиком, — виновато опнравдывался Тхой-хой. — Ах, Роун, я в молодости был совсем не так сдержан, как сейчас. — И дяндюшка подробно рассказал о лавке, расположеннной в дальнем конце Тамбула, и внушительно предостерег Роуна:
      — Но понимаешь, держись-ка ты подальше от этого места, Роун. Двадцать пять лет назад это был отвратительный притон для отпетых галактических подонков. Боюсь, со временем там не стало чище…
      Роун наблюдал через окно, как мимо его конманды проходит большая компания ведов-дворян. В молчании пиратов чувствовалось презренние и настороженность. Сидис, не глядя, подкиндывал и ловил нож, на его широком лице играла ухмылка.
      — Они как дети, — начал было Роун и осекся, увидев, что один из ведов, на шее которого бленстел огромных размеров бриллиант, отстал от своей компании.
      Роун стремглав бросился на улицу, но было поздно — молодой вед-дворянин уже мертвым ленжал на земле, а короткий плащ Ноуга мелькнул в конце аллеи. Гневный ропот поднялся среди собравшихся свидетелей. Никто не любил дворян-вед ов, но убивать их просто так прямо на улинце — это уж было слишком!
      — А ну, пустоголовые тупицы! — заорал Ронун. — Стройтесь в шеренгу и двигайтесь, — принказал он и взглянул на Ноуга. Минид провел пальцем по лезвию ножа и оглянулся. — А ты можешь остаться здесь со своим ведом и его брилнлиантом, — сквозь зубы прошипел Роун, проходя мимо.
      — Как? — Ноуг был ошеломлен. — Ты не монжешь так поступить! Это же верная смерть для меня! — Он рокотал, шагая за Роуном. — У меня нет денег! Я не знаю языка! Да я не протяну и часа!
      — Бандит, — бросил Роун. — Аскор, держи его на прицеле и пристрели, если он только попынтается последовать за нами.
      Нервно оглядываясь, дядюшка Тхой-хой семеннил рядом с Роуном.
      — Умное решение, — выдохнул он. — На канкое-то время эта жертва успокоит их, но лучше бы тебе не быть землянином. Прощай, Роун. Понсылай мне весточки, чтобы я знал, чем законнчится твоя сага.
      — Обязательно, — заверил его Роун.
      Он вложил золотую монету в старую руку Йилианина и бросился догонять свою команду. В воротах он все-таки обернулся. Ноуг сидел на корточках в конце аллеи. Он плакал, срезая бриллиант с шеи убитого веда.

Глава пятнадцатая

      Проталкиваясь сквозь кричаще-многоцветный водоворот базара, Роун со своей командой умело лавировали между прилавками. Никто не обранщал на них внимания. На воровском базаре люнбопытство не в чести.
      Они вышли на открытую площадь и двинунлись по ней между рядами лавок под тентами. Некоторые торговцы сидели на корточках возле своего дешевого товара, так как были не в состонянии платить за аренду палатки. Над ними роинлись ядовитые, цветом напоминающие навозных жуков, мухи; в воздухе висел тяжелый запах резнких духов, гниющих фруктов, обильного пота, старого барахла и помрачающих ум наркотиков.
      Они миновали целую выставку изумительных тирулинских шелков, которые ценились на вес золота, и полотен, разукрашенных тайнописями. Затем поднялись на осыпавшуюся стену, возвыншавшуюся над площадью.
      Выведенная рукой надпись рядом с темной ленстницей гласила: лЙарг и Йарг. Живой Запас».
      Под ней было приколочено ржавой кнопкой обънявление: лНа продажу — жизнеспособные человенческие эмбрионы». Под этими словами было поднмалевано что-то еще, но буквы стерлись. Роун повернулся к своей команде.
      — Отправляйтесь по магазинам, — сказал он, но заметив, что его слова буквально ошарашили пиратов, добавил: — походите по лавкам, только порознь, чтобы не бросалось в глаза, что вы — единая команда. И не вздумайте устраивать морндобой.
      — А ты куда, босс? — полюбопытствовал Аскор.
      — Хочу узнать, легко ли стать отцом.
      Поднявшись по узким выщербленным стунпенькам, Роун отодвинул остатки бус, висящих в проеме, и вошел в темное, вонючее помещение, куда свет проникал только через трещины в понтолке. Из-за стойки на него нагло таращился рхеопс с облезлыми перьями.
      Роун поддал ногой стул, отбросив его в сторонну, и оперся на стойку.
      — Чего ты хочешь? — грубо проскрипело разндраженное существо. — Кто послал тебя сюда? Мы торгуем только оптом и только по представнленному разрешению…
      — Я не собираюсь таскаться по инстанциям, — оборвал его Роун. — Меня интересует человеченский эмбрион, о коем вещает реклама снаружи.
      — У нас тысячи довольных клиентов, — автонматически проскрипел продавец, с брезгливостью оглядывая Роуна. — А сколько ты заплатишь, еснли вдруг найдется кое-что про запас?
      — Деньги для меня не проблема, был бы товар стоящий.
      — Очень трогательно, — торговец взъерошил вылинявший венчик вокруг головы и выпрямилнся на сиденье. — Но сначала ты должен обзавенстись женой — таков садомистский закон, иначе агенты сцапают меня.
      — А вот об этом я сам как-нибудь позабочусь. Так что у тебя в запасе?
      — Ну, я могу предложить вариант ФА, линии крови…
      — Что значит лФА»?
      — Функционально адаптированный. Перепоннчатые пальцы, высокогравитационные типы с легким мехом… ну, в общем, нечто в этом роде. Очень симпатичный. Гарантирован выбор…
      — Мне нужен настоящий земной тип.
      — А как насчет номера 973? Отличается гингантским материнским геном, рудиментарными телепатическими способностями, которые дают возможность…
      — Я сказал — земной тип в оригинальном ванрианте.
      — Неразумно настаивать. Тебе и самому хороншо известно, что такого не существует.
      — Не существует, серьезно? — Роун всем тенлом подался вперед. — А ну-ка, взгляни на меня как следует.
      Торговец щелкнул потускневшим клювом и беспокойно уставился на землянина. Большие глаза-плошки водянисто блестели.
      — Бог мой, — пробормотал он и затем добанвил: — надо осмотреть ступни, очень часто они определяют все.
      Роун снял ботинок и задрал ногу.
      — Пять пальцев! — задохнулся торговец. — Можно подумать, — он с тревогой посмотрел на Роуна, соскользнул со стула и отпрыгнул назад. — Нет… не ты…
      — Именно я, — заверил спокойно Роун, опунская ногу и надевая ботинок. — Двадцать пять лет назад я вышел из этих стен и теперь хочу и мать все об обстоятельствах моего появления на наших полках.
      — Убирайся! Я ничего не знаю! Меня тогда здесь не было!
      — Полагаю, ради собственной безопасности тенбе стоило бы кое-что знать, — многозначительно наметил Роун, вытаскивая из-за пояса ружье и демонстративно взвешивая его в руке.
      — Мой… моя дядя Тарг. Он мог бы… но он с трудом говорит, его нельзя беспокоить!
      — Ничего, побеспокоишь! — без тени сомненния заявил Роун.
      Взгляд продавца метнулся в угол комнаты, потом назад.
      — Завтра, приходи завтра. Я проверю буманги и…
      Роун обошел стойку и направился в угол, куда я испуге смотрел рхеопс. Из затененной ниши виднелось слабое свечение фасеточных глаз. Рхенопс бросился наперерез Роуну.
      — Дядя Тарг больше не занимается бизнесом! Он не совсем здоров!. Если бы только…
      — Но я вижу, интереса к жизни он не утрантил, — Роун движением руки отшвырнул продавнца, вскинул ружье и выстрелил слабым зарядом и стену. Штукатурка посыпалась, обнажив зернкальце тайного перископа, установленного в поднполе. Роун поднял ружье и выстрелил в перинскоп. Торговец прыгнул на него и рванул за рунку, пронзительно визжа. Неожиданно в полу открылся люк, и старческий голос слабо прохрипел на пяти языках:
      — Прекрати, перестань, остановись, хватит, довольно!
      Голая древняя голова с тремя торчавшими перьями высунулась из проема.
      — Прекрати! Брось, я сказал! — закричал ее хозяин. — Кончай!
      — Я уже перестал, — как можно смиреннее произнес Роун, — дядя Тарг, я не ошибаюсь? — он снова отшвырнул торговца и ступил в проем, откуда паучья лестница вела вниз. Он спрятал ружье в кобуру и спустился в тяжелую вонь серннистого ангидрида. Старик Тарг пританцовывал на кожистых ногах, выкрикивая проклятия на разных языках.
      — Ну надо же, какие силы ты призываешь! — насмешливо бросил Роун, когда старик замолчал, чтобы перевести дыхание. — К чему вся эта тренпотня?
      Тарг бросился к стене и воткнул конец свисанющего с запястья провода в розетку.
      — Лучше бы я сгноил тебя! Лучше бы спустил в выгребную яму вместе с тем проклятым ящинком! Из-за тебя моего кровного брата изрубили на куски, прямо здесь, в магазине! И все-таки я не убил тебя, а сколько надо поддерживал для твоей жизни необходимую температуру. Ты жив — и вот твоя благодарность! — Он замолчал, тяжело переведя дыхание, а потом зачирикал уже более спокойно: — Я старое существо. Убинрайся!
      — Ты — старый болтун, но это твоя пробленма, — равнодушно произнес Роун. — Мне же надо только узнать, кто я.
      — Устроил здесь пальбу! — будто не слыша, бормотал старик. — Ты прострелил мое дорогостонящее визорное устройство…
      Тем временем Роун внимательно осматривал плохо освещенную комнату без окон. Стены, вынложенные пластинами из чистого золота, под понтолком сверкающая бриллиантовая люстра, а на одной из панелей — висящая огромная доска, привезенная с Джазила и стоящая не менее тынсячи империалов… И само старое хрупкое сущенство, кутающееся в серебряную парчу да клацанющее клювом со сверкающим прекрасным рубинном в виде алого сердечка.
      — Да, комнатка у тебя, что надо, — пониманюще протянул Роун. — И мне плевать, скрыванешься ты от кого или просто погрузился в поднполье одиночества. Но мне необходим твой отнпет, — он нетерпеливо вскинул ружье и сделал ненбрежный жест в сторону проводов. — А то ведь ненароком я могу и насовсем заткнуть твою глотнку. Так будешь ты говорить или нет?
      Из горла старика Тарга вырвался визг, подонбный звуку выдвигающегося заржавевшего, шерншавого ящика.
      — Мне надо достать свои записи, — неувереннно проскрипел рхеопс. — Отвернись.
      Но Роун и не подумал этого сделать. Он видел, как Тарг проиграл какую-то мелодию пальцами на одной из стенных пластин, и оттуда действинтельно выскользнул ящичек, а из него со щелчнком выпрыгнула карточка. Роун потянулся через плечо старика Тарга и судорожно схватил ее. Он ожидал увидеть на ней имена родителей или нанзвание планеты, но напрасно, этого там и близко не было. лИстинный землянин. Бетта. Экспертная станция Имперского Земного Флота. Альфа Центавра (особый источник)» — вот и все, что значилось на карточке.
      — Что такое — Бетта? — спросил Роун у Тарга.
      — Бетта — это ты. Альфа — кто-то еще. Есть и Гамма и многие другие.
      — Другие чистокровные земляне?..
      — Они были нежизнеспособными.
      — Это мои братья?
      Старик Тарг пожал плечами на свой манер.
      — Я никогда не увлекался чужеродной биолонгией.
      — А что еще ты знаешь?
      — Какая разница, да и зачем тебе все это? Ты есть ты, и, похоже, тебе в жизни повезло. Будешь старым, как я, — узнаешь, что никакие деньги не способны купить и минуту удовольстнвия от свободы, которую ты имеешь сейчас. — В голосе рхеопса зазвучали тоскливые нотки.
      — Тебя не касается, зачем мне все это. Твое дело лишь рассказывать о том, что знаешь.
      Дрожа, старый рхеопс вылез из одежд, пошантываясь, прошел к своему стулу, уселся и закунрил сигарету с наркотиком. По тому, как он люнбовно размял ее, можно было догадаться, что не так уж и часто позволяет он себе подобное удонвольствие.
      — Сколько времени прошло! — пробормотал он, глядя в потолок.
      — Ты знал, что меня украли? — спросил Роун.
      — Минуточку…— недовольно произнес дяндюшка Тарг. Он нажал кнопку, и люк со стуком захлопнулся прямо перед носом таращившегося сверху племянника.
      — Я жду, — напомнил ему Роун.
      — Да, — задумчиво произнес старик Тарг. — Как много зачахло обычных родов… ты пониманешь…
      — А почему я был таким ценным?
      — Ценным? Да, насколько я помню, тебя прондали за паршивые две тысячи.
      — Погоди, но ведь чтобы заполучить меня, кто-то рисковал даже собственной шкурой!
      Старик, Тарг пустил дым из боковых отверстий в голове.
      — Кто знает, похоже, ты более или менее классический образец человека. Кое-кого, вероятнно, еще интересуют такие вещи, — он вздохннул, — мне остается лишь завидовать. Меня всегнда интересовали только деньги, а теперь — вот эти одежды.
      — Карточка говорит, что моя родина — Альфа Центавра, ты можешь сообщить что-нибудь еще? Тарг покосился на Роуна одним глазом.
      — На ящике была надпись, — сказал он. — Аднмирал Старбед. И еще слова — лКомандное знанчение». Ума не приложу, чтобы это могло ознанчать.
      — Земляне на Альфе?
      — Представления не имею, где эта Альфа раснположена, — пропищал рхеопс. — Да и знать не хочу. Но ни там, ни в другом месте землян нет. Чистый землянин — это миф. Вот если бы десять или пятнадцать тысяч лет назад, тогда другое дило. Они все держались вместе, повелители Всенленной, принимали меры для сохранения расовой чистоты, правда, выращивали особых рабов-мутантов… А потом судьба отвернулась от землян — они проиграли войну. Теперь некому сдерживать естественный процесс внешних, сторонних воздействий. И с разрушением социального барьнера различные искусственные мутации свободно скрестились с чистыми образцами рас. Сегодня счастливчик тот, кто может похвастаться восемьюндесятью процентами чистой крови и сходством с представителями древнего рода.
      — А как насчет меня?
      — Хм-м-м. Если бы мне пришлось тебя анантомировать, полагаю, я бы столкнулся с рядом отклонений. Сколько у тебя сердец?
      — Не знаю. По-моему, ты говорил, что чуженродная биология — не твое хобби.
      — Невозможно по нескольким показателям, — начал было он, но тут наверху кто-то упал, с потолка посыпалась штукатурка.
      Старик Тарг завизжал и метнулся к кнопке люка. Крышка соскользнула в сторону, и что-то просвистело мимо уха Роуна. Проклятья старого рхеопса оборвала пуля. Роун выхватил ружье и прижался к стене, через проем люка он видел, как Аскор колотит племянника Тарга перистой головой о стойку, а острые когти Сидиса крепко держат маленького раба в лохмотьях.
      — Хватит, ребята, кончайте, — прикрикнул Роун на пиратов, выбираясь из люка.
      Сидис глянул на капитана, и его широкое линцо расплылось в довольной улыбке. Он отпустил раба, который тут же пулей вылетел из лавки. Аскор отшвырнул от себя торговца, как никчемнную куклу. Тот быстро отполз в угол, гремя браснлетами.
      — Пойон видел, что ты входил сюда, и нам показалось, будто кто-то стрелял. Мы вошли, а тебя нет…
      — Так вы решили сами немного пострелять? Я же предложил вам пройтись по магазинам.
      — Платить за всякую ерунду? Да мы думали, ты шутишь! — выпалил Аскор.
      Перед уходом Роун заглянул в проем люка, в личное убежище старика Тарга — древний рхеопс лежал на спине, с открытыми остекленевшими и уже ко всему безразличными глазами.
      — Пошли отсюда, — поторопил свою братию Роун.
      Базарная площадь вымерла, словно по ней орнда прошлась. Роун ощущал на себе косые взглянды, с опаской бросаемые из-за глухих ставень, чуть приподнятых занавесей на узких окнах и сквозь всевозможные щели осевших домов.
      — По-моему, они уже знают, что мы в городе, а, как, шеф?
      — Заткнись и топай, — бросил раздраженно Роун.
      Вот и все, что остается после меня, землянина, подумал он с горечью; страх, ненависть и не бонлее того…
      — Не понимаю я, шеф, — ворчал Аскор, сидя рядом с Роуном перед центральным обзорным экнраном. — Вот уже полтора года прошло, как мы потеряли лКолдуна», и за все это время ну хоть Ом одно нападение, хоть бы на одну шлюпку! Тик нет же — просто гоняем корабль от одного мира к другому. И всякий раз слышим от тебя — никакой стрельбы, ходите по магазинам, посети-то базарные ряды. Ребятам уже начинают надоедать эти назойливые наставления, словно домонхозяйкам.
      — Мы дважды останавливались и пополняли запасы, — ответил Роун. — Но, видно, этого слишком мало, чтобы удовлетворить ваши пиратнские аппетиты.
      — Что? Да какая-то там лавка…
      — И несколько убийств мимоходом в придачу, чтобы не потерять сноровку. Хорошо, можешь обнрадовать команду — с сегодняшнего дня работеннки прибавится.
      — Да ну! Вот это здорово, кэп! А что ты зандумал? Может, прошвырнемся по паучьему гнезнду и превратим в пыль парочку торговых горондов, которые давненько погрязли в спокойствии.
      — К черту всю эту скукотищу! Заложи-ка курс на восток Галактики…
      Аскор озадаченно поскреб лысый череп.
      — Восток? А почему ты хочешь направиться именно туда, шеф? Это же поганое место! Ненсколько паршивых миров, где и грабить-то ненкого.
      — Там много миров, и через два года полета мы окажемся в той части Галактики, которую никто не посещал вот уже несколько тысяч лет…
      — Пара лет пути от рукава Галактики? Вот те на, кэп! Мы же выйдем за пределы человеченского космоса или сектора Империи. Корабли-призраки…
      — Я не верю в эту ерунду, хотя, конечно, мы можем нарваться на ниссийский корабль. Именно там и проходили последние боевые действия…
      — Слушай, шеф, — быстро выпалил Аскор, — если хорошенько подумать, какого черта нам пенреться в такую глушь. Ведь есть же целая куча хороших миров прямо в этом секторе. Здесь мы прокормимся без особого труда еще не одну тысячу лет. Я говорю, чего нарываться на непринятности!
      — Никак, ты боишься, Аскор? Да ты меня удивляешь.
      — Погоди-ка, кэп! Я не говорил, что струсил. Я только…— его голос на мгновение замер. — Я просто хочу понять — какого черта нам там денлать? Зачем покидать богатые миры? Ради дырнки от бублика?
      — В том районе находится Альфа Центавра, — пояснил Роун.
      — Альфа… это там, где когда-то находился Домной Имперский Флот? Ну и ну, кэп, я-то дунмал, мы покончили с этими погонями за миранжами…
      Роун поднялся.
      — Ты что, вещаешь в дискуссионном клубе? Я отдал приказ, и клянусь девятью преисподнями, ты его выполнишь!
      Лекор недовольно покосился на него.
      — Ты все больше становишься похожим на старого капитана Дреда, — буркнул он. — Я выполнню твой приказ, как выполнял и все предыдущие, мне всегда нужен командир с хорошими мозгами. Просто я осмелился подумать, что мы могли бы немного и обсудить наши общие планы…
      — Мы достаточно наобсуждались, — оборвал его Роун. — Составь курс так, чтобы высаживатьнся на каждой второстепенной планете между нанми и Альфой, если уж тебе так неймется. Только не забывай, какова конечная цель нашего пути.
      Аскор снова заухмылялся.
      — Да это же просто здорово, кэп! Ребята тольнко этого и ждут. Вот это путешествие! Настоящее десятилетнее турне по всем новым территориям!
      — И не болтай больше о кораблях-призраках и живых ниссийцах.
      — Есть, нэп. Несколько хороших целей впереди воодушевят ребят, и они повыкидывают из своих голов глупые страхи перед всякими там привидениями.
      Роун еще долго сидел на капитанском мостинке, глядя на главный обзорный экран, с его одннообразным узором сверкающих звезд.
      На следующие десять лет работы хватит, дунмал он, а вот потом… И потом у него будет донстаточно времени разработать план действий, когда силуэт звезды, называемой Альфой Центавра, заполнит собой обзорный экран.

Глава шестнадцатая

      Роун блаженствовал в своем любимом глубонком кожаном кресле, находясь в офицерской канюте, отделанной настоящими деревянными паненлями. Семь лет назад со своей командой он пенребрался на тяжелый лайнер лАрхеоптерикс», который с незапамятных времен находился в рензерве Земного Имперского Флота. Шальная ранкета разнесла одно из тайных хранилищ, и пинраты смогли завладеть кораблем.
      Сидис устроился напротив капитана, вечная ухмылка беззубого рта стала лишним напоминаннием об их схватке с растоумами год назад. Пойон умостился в специальном сиденье, стараясь не задеть обрубок левой ноги, теперь он задумчиво вертел в руке массивный кубок с вином. Аскор откинулся назад, задрав ноги на стол из красного дерева, и с удовольствием запихивал огромные ломти сыра в свою ненасытную пасть.
      — Я позвал вас сюда, — сказал Роун, — чтобы сообщить новость, — наше путешествие подходит к концу. История, рассказанная последними пленными, подтверждает мои догадки — звезда впереди это и есть Альфа.
      — Немного наших старых парней осталось в живых, а, шеф? — заметил Сидис. — Боло, Честнный Макс, Йак — многие погибли.
      — А чего ты ожидал? — повернулся к нему Аскор с набитым ртом, он поднял алебастровую чашу и запил сыр вином, при этом сильно рыгннув. — За последние одиннадцать лет мы провенли двадцать один рейд, три раза дрались в глунбоком космосе с умниками из локальных патрунлей…
      — Наслаждаться воспоминаниями будешь потом, — оборвал его Роун. — Полагаю, что Земнной Имперский Флот может засечь нас в любую минуту. Мне это совсем не нравится, но как можно этого избежать, я не знаю. Если они нас пропустят, мы совершим посадку в четвертом мире солнечной системы. Согласно сведениям, Штаб Земного Имперского Флота расположен во втором.
      — Если судить по рассказам, Земной Импернский Флот не слишком-то радушно принимает любопытных чужестранцев, — заметил Аскор. — А что ты хочешь от этих землян, шеф?
      — Я сам землянин, — ответил Роун, — и у мення дело к Флоту.
      — Свою судьбу надо связывать с происхожденнием, — проворчал Пойон. — Но, увы, наш капинтан не знает своего…
      — Вы подождете меня на четвертой Альфе, — продолжил Роун. — Спрячетесь там, и если через десять дней я не вернусь, вы — свободны.
      — Эй, погоди, ты имеешь в виду…— ухмылка Сидиса исчезла, и шрамы на щеке разгладились.
      Он перевел недоуменный взгляд с Роуна на Аскора, а потом на Пойона. — Ты что же, хочешь, чтобы мы тебя отпустили одного? А что будет с остальными…
      — Не пропадете, — коротко сказал Роун. — Можете отправиться обратно, через весь Восточнный рукав, и палить по каждой цели, которая привлечет вас. Я вам уже мешать не буду.
      — Ах, вот даже как! Тринадцать лет вместе, и потом вжик! — Сидис полоснул ребром ладони по горлу.
      — Я вас с собой не звал, — накалялся Роун. — Хочешь, я напомню день нашей с тобой встречи? Ты вышибал мозги исканам и отлично справлялнся со своей работой.
      — Тащиться обратно через всю Галактику? — усмешка Сидиса превратилась в гримасу. — Провались оно все в девятую преисподнюю! Я отправнлюсь с тобой, кэп!
      — Я иду один, — настаивал Роун.
      — Тогда лучше пристрели меня, кэп, — резко бросил Сидис.
      — Это можно, — кивнул Роун.
      — И меня тоже, — присоединился Аскор.
      — И меня заодно, — вставил Пойон. — Я либо пойду с кэпом, либо умру.
      Роун медленно обвел всех троих взглядом, зантем поднял стакан, отхлебнул из него и поставил на стол.
      — С чего это вдруг? Вы нее боитесь призраков мертвых землян. Никто не ответил.
      — Вы, гуки, меня удивляете, — заметил Роун. — Ну ладно, идем вчетвером, но больше никого.
      Ухмылка Сидиса снова заиграла на физиононмии. Аскор довольно хрюкнул и оттяпал очереднной кусок сыра. Пойон кивнул.
      — Вот и отлично, — сказал он, — нас четверо, и больше никого.
      — Слушай, Гангл, — спросил Роун, — ты как, сможешь вести лАрхеоптерикс»?
      — Да, шеф, — кривозубая ухмылка Гангла пенрекосила широкое лицо. — Думаю, да. Ты же мне показывал, как вводить данные.
      — Полагаю, теперь капитаном станешь ты. Какой курс выберешь?
      — Не обижайся, шеф, но я бы рванул пряминком назад из этого сектора. Мы с ребятами там, в Лито, слышали байки о Земном Имперском Флоте, и будто на многие парсеки вокруг нет ни одной цивилизации. Только мертвые миры, как эта Четвертая Альфа, даже без атмосферы.
      — А какие координаты ближайшего заселеннного мира?
      Гангл ухмыльнулся еще шире, хлопнул по карте Восточного рукава Галактики на навиганционном экране и отметил курс до Лито.
      — Отлично, — сказал Роун. — Остаешься полнноправным капитаном до моего возвращения.
      — Что?
      — Я беру Пойона, Аскора и Сидиса с собой на Альфу.
      Гангл изумленно разинул рот. Роун снял с сенбя драгоценный медальон, который носил на грунди со времен Альдо Церис, и кинул его новоиснпеченному капитану. Тот поймал медальон, понвесил его на Шею, горделиво расправив плечи, усмешка сменилась суровым взглядом, полным достоинства.
      — Теперь свистать всех наверх, — сказал ему Роун.
      — Соратники, — объявил он, когда вся команнда собралась. — Я хочу ненадолго вас покинуть. — Он поднял руку, пытаясь остановить пробежавнший шепоток. — Капитаном назначен Гангл, он и будет производить дележ добычи в мое отсутнствие. Каждый, у кого возникнет мысль занять его место, пусть прежде хорошо подумает, потому что отныне Гангл носит магический земной мендальон. До тех пор, пока он с ним, никто не смеет посягнуть на его жизнь.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20