Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дракон и Джордж (№6) - Дракон и Джинн

ModernLib.Net / Фэнтези / Диксон Гордон / Дракон и Джинн - Чтение (стр. 4)
Автор: Диксон Гордон
Жанр: Фэнтези
Серия: Дракон и Джордж

 

 


– Я знаю об этом, – ответила Энджи и посмотрела на Джима.

– Впервые слышу, – сказал Джим. – Но я не удивлен.

– Ну вот я и добралась до сути дела, Джеймс, – продолжила Геронда. – Как мне сообщил достопочтенный сэр Джон Чендос, вопрос об опеке над Робертом Фалоном решен в твою пользу. А Брайен до сих пор один в пути. – Геронда немного помедлила. – Он не рассчитывает, что ты отправишься вдогонку за ним, Джеймс. Даже если бы Брайен знал, что дело об опеке успешно разрешилось, он не обратился бы к тебе еще раз за помощью. Но ты много для него значишь, Джеймс. Ты единственный, кого Брайен считает равным себе. И единственный, на кого он может положиться в трудную минуту.

– Геронда, я далеко не блестяще владею оружием. Брайен, если бы захотел, мог набрать дюжину рыцарей или просто людей, поднаторевших в драках. Эти люди явились бы ему лучшей подмогой, чем я.

– Не в этом дело, Джеймс, – подалась вперед Геронда. – Ты, возможно, никогда не станешь великим воином и даже не научишься сносно владеть оружием. Прошу прощения, что говорю без обиняков. И тем не менее Брайен безоговорочно доверяет тебе.

– Ты, наверное, имеешь в виду мою магию, – сказал Джим. – Но все получилось случайно, Геронда. Если бы я ненароком не превратился в дракона, я бы никогда не пошел в ученики к магу. А так мне пришлось изучать новую для меня науку, чтобы овладеть искусством правильно распоряжаться дарованной мне магической энергией. Все вышло чисто случайно.

– Нет, – сказала Геронда, – дело не в этом. Мы действительно отдаем должное твоим мужеству и уму, которые подвигли тебя на изучение этого странного ремесла. Но Брайен ценит тебя прежде всего за то, что ты, как и сэр Джон Чендос, настоящий рыцарь. И никогда не совершишь ничего, что противоречило бы рыцарской чести.

– Геронда... – Джим чувствовал себя беспомощно. Выслушивать подобные комплименты нелегко. Что он мог ответить? Оставалось сидеть молча и ерзать на стуле. Джим был уверен, что никоим образом не соответствует тому идеалу, достоинства которого превозносила Геронда. Он вовсе не тот человек, которому без оглядки доверяет Брайен. Но спорить с Герондой бесполезно.

– И потому я осмелилась просить тебя, Джеймс, отправиться вслед за Брайеном, найти его и сопровождать в дальнейшем. Думаю, сейчас он не дальше Кипра, если только он туда добрался. Я сообщу тебе имена хорошо известных на острове людей, разыскав их, ты найдешь и Брайена. Умоляю тебя, Джеймс, не спеши отказываться, подумай о том, что я тебе сказала.

– Геронда... – попыталась вмешаться в разговор Энджи, но тщетно.

– Так важно, чтобы именно ты помог Брайену в поисках моего отца, – продолжала Геронда. – Брайен никого не послушает, кроме тебя. Ты же знаешь, как легко он ввязывается в стычки по самому пустяковому поводу. С тобой он будет благоразумнее. Ты мудрее его. Не смотри на меня так – ты действительно мудрее Брайена. Ты сможешь уберечь его от неприятностей. Не подведешь в трудную минуту. Поэтому я и прошу тебя, нет, умоляю на коленях – поезжай и найди Брайена.

– Подожди, Геронда! – вскричал Джим, подхватив ее под руку и усадив на место. Геронда была близка к буквальному исполнению своего намерения. Сама мысль о том, что перед ним встанут на колени, повергла Джима в смущение. То, что было естественно для средневековья, никак не сообразовывалось со взглядами, вынесенными из двадцатого века. – Успокойся, Геронда. Я еду. Мы и явились сюда, чтобы сообщить тебе об этом.

Кровь отхлынула от лица Геронды. Казалось, силы вот-вот оставят хозяйку Малверна. Она выглядела не лучше несчастного стражника, которого недавно собирались повесить.

– Все в порядке, Геронда, – мягко сказала Энджи, подойдя к ней и обняв ее за плечи. – Джим решил отправиться вслед за Брайеном. Да не молчи же, Джим! – Энджи вопросительно посмотрела на мужа.

Если минутой раньше речь Джима была импульсивной и он вряд ли осознавал, что говорит, то теперь, после слов Энджи, он пришел в себя.

– Конечно, я еду, – как можно сердечнее произнес Джим. Он отпустил локоть Геронды, увидев, что Энджи все еще удерживает ее за плечи.

Щеки Геронды порозовели. Она вскочила со стула и бросилась целовать своих собеседников. Она перебегала от Джима к Энджи, от Энджи к Джиму, бурно выражая нахлынувшие чувства, будто бы кружилась в искрометном танце.

– Да сейчас же время обеда! – вскричала Геронда. – Мы закатим настоящий пир! Эй, есть здесь кто-нибудь?

Дверь в комнату открылась, и на пороге с обнаженными мечами в руках появились Бернар и один из его стражников.

– Уберите оружие, идиоты, – отчеканила Геронда. – Бегите на кухню и в буфетную. У нас к обеду два гостя, лорд и леди Эккерт. Пусть несут на стол все самое лучшее. Мы спустимся через пять минут. Слышите, через пять минут! И чтобы к этому времени стол был накрыт, а первое блюдо подано. Живее!

– Беги! – заорал Бернар стражнику, и того как ветром сдуло. – Прошу прощения, миледи. Прошу прощения, милорд и миледи.

Бернар ретировался, закрыв за собой дверь.

– Теперь пришла наша очередь просить у тебя прощения, Геронда, – сказала Энджи. – Нам следовало с самого начала рассказать тебе о наших намерениях. А так тебе пришлось нелегко.

– Какая разница? – возбужденно воскликнула Геронда. – Главное, я услышала то, что хотела услышать. Сегодня в вечерней молитве я возблагодарю Господа за то, что он не оставил меня своей милостью. Не сожалею ни об одном произнесенном мною слове. И не имеет значения, что я узнала о ваших намерениях только сейчас. Ты отправляешься в путь, Джеймс, а остальное не важно. Ох и отметим же мы сейчас это событие!

– Ты должна рассказать, какой путь мне выбрать и где я смогу найти Брайена, – сказал Джим.

– Ты узнаешь все, что знаю я. За обедом я повторю тебе слово в слово то, что рассказал мне Брайен, когда делился со мной своими планами. Но это будет длинное и трудное путешествие, Джеймс. Ты действительно едешь по доброй воле?

– Конечно, – ответил Джим.

– Тогда все в порядке. Хотя путешествие и не будет легкой прогулкой.

– Да ничего страшного, – сказал Джим. – Для меня это пустяки. Не забывай – я же маг.

Глава 6

– Хорош маг, – мрачно пробурчал себе под нос Джим. Что толку в магии, если ею не пользоваться. А ведь стоит произнести волшебные слова, и на тебе – молодчага окажется тут как тут.

– Что-нибудь случилось, милорд? – спросил Гоб, штатный гоблин замка Маленконтри. У него было и полное имя, данное ему Джимом, – Гоб Первый де Маленконтри, но обычно его называли просто Гобом. Он давно вылез из потайного кармана, пришитого к внутренней стороне полы плаща Джима, и примостился на правом плече своего хозяина.

– Да нет, ничего, – ответил Джим.

В том-то и дело, что ничего не случилось. Вот уже пять часов как Джим сидел на огромном камне, возвышавшемся на берегу, и ждал, вперив взгляд в Средиземное море.

Джим уже не проявлял первоначального нетерпения, просто уныло смотрел на воду. Море было спокойным, лишь волны прибоя одна за другой методично накатывали на берег, лизали серо-голубую гальку и гасли. Каждая восьмая или девятая, а иногда и шестнадцатая волна (если нарушался цикл) была самой высокой и длинной из череды себе подобных. С приходом одной из таких волн Джим ожидал появления своего друга Рррнлфа, морского дьявола. Но того все не было.

Ничего подобного до сих пор не случалось. Обычно стоило выйти на берег моря и позвать Рррнлфа, как тот почти сразу появлялся. Более того, морской дьявол однажды сказал – или, по крайней мере, дал ясно понять, – что будет являться к Джиму незамедлительно, по его первому зову.

Рррнлф был обычным морским дьяволам, ростом около тридцати футов. Его тело имело клиновидную форму и сужалось вниз от громадной головы, посаженной на широкие плечи, к ногам, которые были всего раза в три толще ног Джима. Как довольно тонкие ноги могли нести огромную тушу, Джим так и не уразумел. Ноги морского дьявола особенно контрастировали с его руками, такими большими и мощными, что они придавали своему владельцу вид существа, которое силой наверняка превосходило бульдозер.

Морской дьявол был во всех отношениях сверхъестественным существом. То, что он делал, иначе как волшебством и назвать нельзя. Но его способности были даром природы, а не сознательным проявлением собственных возможностей. В своей непосредственности Рррнлф походил на виляющую хвостом собаку. Находясь в морской пучине, возможно, даже на глубине нескольких тысяч футов, он дышал, добывая кислород из воды, а выходя на сушу, дышал воздухом. Оба процесса не составляли для него никакого труда. Рррнлф даже не задумывался над их сутью, просто принимал за должное.

Конечно, и Гоб не прост. И хотя его обычное место было в буфетной Маленконтри, а не в морской пучине, он принадлежал к той же категории существ, что и Рррнлф, только находился в другом конце ряда этих необычных созданий.

– Милорд кажется, опечален. – Робко напомнил о себе Гоб. – Может быть, разрешишь прокатить тебя на струйке дыма? Тебе стоит только развести небольшой костер.

– Нет, – односложно ответил Джим, хотя мог бы проявить и большую любезность: гоблин очень раним. – Спасибо, Гоб, – сказал Джим как можно мягче. – Я не хочу сейчас трогаться с места.

– Хорошо, милорд, – отозвался Гоб. Джим снова уставился на волны. Рррнлф где-то там, под водой. Может быть, он забыл о Джиме или с ним что-то случилось? В океане есть существа и побольше Рррлнфа. Взять хотя бы Гренфера, глубоководного реликтового головоногого, или кракена, как его называют в Скандинавии. Это же настоящий монстр!

И все-таки Джим не зря оказался на Кипре. Несколько человек видели здесь Брайена, и никто не слыхал, чтобы тот отплыл или собирался отплыть с острова. Тем не менее прошла неделя, а найти Брайена так и не удалось.

Если Брайен уже на пути в Триполи, Джим попросту теряет время. Если же тот еще на острове, надо отыскать его как можно скорее.

Джим поднял голову. Казалось, сама природа смеялась над ним и взывала к умиротворению. Синее море, песчаный берег, усеянный обкатанной водой галькой, теплый, пахнущий солью ветер, слегка обдувающий лицо. Берег был пуст. Лишь какая-то собака, по виду дворняжка, рыскала среди камней. Маленькая, тощая, с короткой рыжевато-коричневой шерстью. Уродилась она с такой шерстью или просто грязная, сказать было трудно. Во всяком случае, собака представляла собой невзрачное зрелище и наряду с приунывшими Джимом и Гобом явно не вписывалась в окружающую картину. Но собака не обращала на Джима внимания, да и Джиму было не до собаки.

Джим снова уставился на волны. Его неоднократные громкие призывы, обращенные к Рррнлфу, не возымели действия. И теперь Джим решил сконцентрировать внимание и попробовать вызвать зрительный образ морского дьявола, чтобы с помощью реверберации лишний раз напомнить о себе Рррнлфу, где бы тот ни находился.

Но усилия Джима ничего не давали, а использовать магию он не хотел.

Неожиданно кто-то заговорил рядом с Джимом.

– О великий, могущественный и сострадательный волшебник, – услышал Джим тонкий, с хрипотцой голосок, – молю тебя, помоги мне в моем горе, и ты будешь вознагражден стократно.

Джим встрепенулся и увидел рядом с собой пса – того самого, который недавно бродил среди камней.

То, что с ним заговорило животное, не удивило Джима, хотя это была первая говорящая собака, с которой он столкнулся в своей жизни. В этом средневековом мире разговаривают все, кому не лень. Почему бы и собаке не знать человеческого языка?

Одним из закадычных друзей Джима был Арагх, английский волк, который не только отлично говорил, но и высказывал порой здравые и конкретные суждения. Под стать ему был и нортумбрийский волк, которого Джим встретил у шотландской границы. До сих пор Джим просто думал, что в этом мире четырнадцатого века волки говорят на языке людей, а собаки – нет. Выходит, у правила есть исключения. Правда, многие собеседники оказывались не из приятных, а тут еще Джима потревожили в самый неподходящий момент, когда он пытался мысленно напомнить о себе морскому дьяволу.

– В чем дело? – резко спросил Джим.

– Я в отчаянном положении. Взываю к твоей милости, о могущественный, – проговорил пес, виляя хвостом.

– Да что тебе надо?

Пес стал тереться о правую ногу Джима. Тут же в голову полезли мысли о вшах, блохах и – не дай Бог – кожных болезнях. Но Джим не отодвинул ногу. Он любил собак, даже таких облезлых, как эта, и умел с ними ладить.

– Прошу твоей защиты, о великий и непобедимый, – продолжал пес, понизив голос. – Я сбежал от злого джинна, который жестоко обращался со мной. И вот здесь, на берегу моря, я увидел тебя, творящего заклинания. Ты настолько же могущественнее и сильнее моего недруга, насколько он могущественнее и сильнее меня. Поэтому я и решился просить тебя о помощи. Благодаря своему искусству ты, конечно, уже понял, что я тоже джинн, и потому я предстал перед тобой в виде собаки, а не в своем истинном обличье.

Впервые за последние несколько часов Джим забыл о морском дьяволе. В речи пса прозвучала явно фальшивая нотка.

В том, что живое существо – будь то собака или джинн – признало в нем мага, ничего удивительного не было. Такое случалось и раньше. Всегда существовала вероятность того, что разного рода твари то ли чутьем, то ли нюхом, то ли каким-то другим способом отличат его от простого смертного. Но чтобы какой-то пес смог проследить за умственной деятельностью человека – такого Джим и представить себе не мог.

Джим насторожился. Опыт подсказывал ему, что лучше не торопиться разочаровывать в себе ненароком подвернувшегося молодчика. Чем дольше тот заблуждается в его возможностях, тем легче разобраться в сложившейся ситуации. Этого требует собственная безопасность, не говоря уже о безопасности Гоба.

Джим знал, что находится на территории, подвластной джиннам Среднего Востока. Если пес действительно одно из этих существ, то разумнее всего сначала выяснить, что он умеет делать, и как можно дольше оставлять его в неведении относительно собственных возможностей.

– Ты сказал, что ты джинн? Но прежде чем оказать тебе покровительство, я хочу выяснить, насколько тебе можно доверять. Начнем с того, действительно ли ты тот, за кого себя выдаешь.

– Да джинн я, джинн, – заголосил пес и обежал вокруг Джима, будто хотел убедиться, не подслушал ли кто его признание.

– Ну будет тебе, – сказал Джим. – Конечно же, я сразу понял, что ты джинн, хотя и выглядишь как собака. Но может быть, тебя лишили волшебной силы из-за того, что ты натворил кучу бед, и ты осужден быть псом до конца своих дней. Докажи сначала, что можешь принять свое истинное обличье.

– Может, не надо? – боязливо шепнул на ухо Джиму Гоб.

– Помолчи, – бросил Джим через плечо. Он снова посмотрел на пса:

– Ну?

Собака обернулась джинном.

– Скажи, когда можно открыть глаза, – снова прошептал Гоб.

– Ну что ж. Прекрасно. Можешь снова превратиться в собаку, – удовлетворенно проговорил Джим и повернул голову к Гобу:

– Все в порядке, Гоб. Открывай глаза.

Существо, промелькнувшее перед глазами Гоба и представшее перед Джимом, являло собой огромную особь мужского пола, обтянутую серой кожей. Грудь джинна была едва прикрыта нательной фуфайкой, а на необъятном животе каким-то чудом держались широкие, ниспадающие складками фиолетовые шаровары. На лицо джинна лучше было и не смотреть. На лбу между двумя глазами красовался третий, рот был сдвинут в сторону, а его правый уголок приподнят, будто в усмешке, но вместо того, чтобы скрасить выражение лица, придавал ему прямо-таки дьявольское выражение.

– Я вижу, ты действительно джинн, – сказал Джим, снова обращаясь к стоящему перед ним псу. – А что ты умеешь? Если бы я был обычным человеком, а не магом, ты бы обратился ко мне с просьбой помочь тебе, посулив несметные сокровища?

– Прости меня, о повелитель. – Пес снова завилял хвостом. – Я прекрасно понимаю, что бессмысленно сулить золотые горы такому неподкупному человеку, как ты.

– Покажи мне, на что ты способен, – сказал Джим. – Пусть здесь появится сундук, полный рубинов, сапфиров, алмазов и прочих драгоценных камней.

Едва Джим захлопнул рот, как появился сундук. Он был закрыт.

– Виноват, виноват, – засуетился пес. Крышка сундука откинулась. Внутри лежали драгоценные камни. Правда, необработанные – искусство огранки еще не было известно.

– Прекрасно, – Джим царственно взмахнул рукой. – Убери сундук. Эти побрякушки меня не интересуют.

Сундук исчез. Джим почувствовал легкие угрызения совести. Но он был просто обязан проверить способности джинна. К тому же умение творить чудеса имело сейчас первостепенное значение.

– Теперь расскажи мне свою историю, а уж там я решу, как с тобой поступить, – сказал Джим псу.

– Меня зовут Келб, – начал пес. – За тысячи лет я не совершил ни одного дурного поступка и никому не принес вреда. Но однажды меня захватил в рабство другой могущественный и очень злой волшебник по имени Сахр аль-Джинн. Несколько веков он принуждал меня творить зло. Наконец, устав от черных дел, я попытался бежать.

– Я не верю ему, – прошептал Гоб на ухо Джиму.

– Но меня схватил великан по имени Шарахийя, один из стражей сада моего повелителя, – продолжал Келб. – В наказание Сахр аль-Джинн бросил меня в огненное озеро. Я промучился в этом озере шестьсот пятьдесят два года три месяца две недели три дня девять часов сорок семь минут и десять секунд, после чего вновь обрел свободу.

Джим напряг память. Имена Сахр аль-Джинн и Шарахийя были ему знакомы. Кажется, они встречались в «Тысяча и одной ночи» Ричарда Бертена. Хотя нет, в книге упоминался только Сахр аль-Джинн. Вроде бы Джим читал о нем где-то еще. Может быть, в сочинениях царя Соломона. Между тем Келб замолчал. Он ждал реакции Джима.

– И что же дальше? – нарочито живо спросил Джим, стараясь выказать заинтересованность в судьбе своего собеседника. – Почему Сахр аль-Джинн освободил тебя?

– Я был освобожден не им. Меня выручил великий царь Соломон, сын Давида, который заточил Сахр аль-Джинна, а с ним и еще нескольких джиннов и маридов в медные кувшины. Каждый кувшин залили свинцом и опечатали кольцом царя Соломона. Кувшин с Сахр аль-Джинном бросили в Тиберийское озеро, где этот злодей должен был покоиться вечно, не причиняя никому зла. Как только Сахр аль-Джинн был заточен в кувшин, его власть надо мной кончилась и я стал свободен.

– В таком случае твоим бедам пришел конец. Я не вижу причины, которая заставила тебя обратиться ко мне, – сказал Джим.

– В том-то и дело, что несчастья продолжают преследовать меня, – снова заговорил Келб. – Пять дней назад какой-то безмозглый подводный великан нашел кувшин с Сахр аль-Джинном и из любопытства распечатал сосуд. И теперь злодей на свободе. Он вне себя от гнева и разыскивает всех своих бывших слуг, а меня – в первую очередь. Он не может смириться с тем, что я избег наказания, которое он на меня наложил. Сахр аль-Джинн сильнее меня, и мне с ним не справиться. Помоги мне, о повелитель!

Джим чувствовал, что услышанная им история притянута за уши. С другой стороны, перед ним выходец из волшебного мира, а в этом мире всякое случается. Может быть, Келб лишь слегка приукрасил свой рассказ.

– Что за великан выпустил на волю Сахр аль-Джинна? – спросил Джим.

– Не знаю, – ответил Келб. – Мне об этом рассказали такие же несчастные, как и я, сумевшие избавиться от Сахр аль-Джинна.

Маловероятно, что Сахр аль-Джинна выпустил на свободу Рррнлф, подумал Джим. В двадцатом веке океан занимал сто сорок два миллиона квадратных миль земной поверхности. Вряд ли его площадь в четырнадцатом веке намного отличается от известной Джиму. Океан слишком велик, и в нем достаточно места для многих морских гигантов, даже самых экстраординарных.

Но если допустить, что именно Рррнлф освободил обидчика Келба, вероятность того, что морской дьявол пострадал от встречи с Сахр аль-Джинном, все-таки слишком мала.

Джим потратил немало времени в ожидании Рррнлфа, а теперь, похоже, этот Келб в состоянии совершить многое из того, что, по расчетам Джима, мог сделать для него морской дьявол.

– Есть какое-нибудь безопасное место, где ты можешь спрятаться, пока я не призову тебя? – спросил Джим.

– Найдется, о повелитель, – ответил Келб.

– Так ступай туда и спрячься, – сказал Джим. – Я призову тебя, как только кое-что обдумаю. И запомни, я не обещаю тебе защиты. Я не покровительствую каждому.

– Не сомневаюсь, мой повелитель, – смиренно произнес Келб.

– Тогда ступай. Как только буду готов, я призову тебя. – Джим поднялся. – Мы потратили слишком много времени, – сказал он гоблину. – Возвращаемся в Пафос, к сэру Уильяму Братнору.

Джим зашагал по берегу, обходя мыс, за которым лежал Пафос – полудеревня-полугород, населенный в основном местными греками. Население Пафоса было разбавлено потомками крестоносцев, которые, не добравшись до Святой Земли, раз за разом оседали на Кипре. Пришельцы процветали, понастроив домов по европейскому образцу. Не замки, конечно, но вполне благоустроенные жилища. В одном из таких домов Джим нашел временное пристанище. Владелец дома, сэр Уильям Братнор, как истинный представитель высших слоев европейского общества, предоставил кров и стол Джиму, признав в нем человека своего круга.

– Может быть, ты хочешь, чтобы и я называл тебя повелителем, милорд? – робко подал голос Гоб из потайного кармана плаща Джима.

– Ну что ты. Ни в коем случае, – ответил Джим.

– Ты не дашь меня в обиду? Я для тебя не каждый?

– Конечно, нет. Ты – мой Гоб из Маленконтри.

– Конечно, – довольно повторил Гоб. Он обхватил Джима за шею и гордо выпрямился.

Глава 7

– Вот ты где, сэр Джеймс! – воскликнул сэр Уильям Братнор. Хлопая полами восточного шелкового халата по голеням, он вошел в комнату Джима. – А я тебя везде ищу.

– Я прогуливался по берегу моря. Зашел за мыс. Сегодня прекрасный день.

– Становится жарковато. Какая уж там прогулка! Но ты опоздал к обеду. Надеюсь, ты распорядился, чтобы тебе чего-нибудь принесли?

– Да нет. Как-то не пришло в голову.

– Ничего страшного. Ничего страшного, – заторопился сэр Уильям.

Он был широк в плечах и невысок ростом. Но не грузен, несмотря на возможный излишек веса. На загорелом и сморщенном от солнца квадратном лице выделялись седые усы и начинающие седеть брови. Хотя он и выглядел лет на сорок, стремительности ему было не занимать.

– Я забираю тебя с собой в кофейный домик, – продолжил сэр Уильям. – Он у нас под одной крышей с баней. Для добрых христиан сыщется отменная еда и приличное вино. Кроме проезжих, в домике обычно никого не бывает. Да кстати, мы нашли твоего приятеля. Сэра Бруно.

– Ты имеешь в виду сэра Брайена? – спросил Джим.

– Этого рыцаря я и имею в виду, – ответил сэр Уильям. – Невилл-Смита. Я запомнил его больше как Невилла. Ведь ты говорил, он из тех Невиллов, что живут в Рейби?

– Да-да, – заспешил Джим. – И где же он?

– Где? В рыбацкой деревушке на берегу моря, чуть дальше епископства. В замке сэра Мортимора Брейгеля. У того есть пара галер, и он время от времени промышляет пиратством. Больших доходов это не приносит, но на жизнь хватает. Да сэру Мортимору много и не нужно. Ему бы только сидеть в своем зале, играть в кости и потягивать вино. Однако мы заговорились. Пойдем...

Сэр Уильям неожиданно осекся. Он увидел собаку у ног Джима.

– Господин, – заговорила собака, не обращая внимания на сэра Уильяма, – если мне будет дозволено сказать...

– Сейчас же убирайся, – отрезал Джим. Он узнал Келба. – Я займусь тобой позже.

– Да это джинн! – вскричал сэр Уильям. – Сэр Джеймс, я оказал тебе посильное гостеприимство и никоим образом не стеснял тебя. Но джинн! Как тебе пришло в голову привести его в мой дом? Может быть, ты знаешь, как от него теперь отделаться? Обычный священник тут не поможет. Здесь нужен мусульманин, а когда отыщешь какого-нибудь мусульманина, окажется, что он недостаточно свят, и начинай все сначала. Нет уж, лучше иметь дело с обыкновенным привидением или гоблином. С ними, по крайней мере, не попадешь впросак.

– Не волнуйся, сэр Джеймс, – сказал Джим. – Я заберу этого джинна с собой. Ты нашел сэра Брайена и, надеюсь, извинишь меня, если я отправлюсь в путь, не теряя времени. Мне нужно встретиться с сэром Брайеном как можно скорее.

– К чему такая спешка? Ты забыл про кофейный домик.

Мозг Джима лихорадочно заработал. Не так просто найти подходящий предлог, чтобы избавиться от сэра Уильяма. Какой уж там кофейный домик с его винами и блюдами, пусть даже европейской кухни! Да еще при бане! Наконец Джима осенило.

– Ты конечно, слышал о сэре Джоне Чендосе?

– О Чендосе? – переспросил сэр Уильям. – Конечно.

– Нужно ли тогда что-нибудь добавлять к сказанному? – дипломатично ответил Джим, одарив своего собеседника самым таинственным взглядом, на который только был способен.

– Ну, раз так... Думаю, ты прав. Жаль, однако. Ты бы пришел в восторг от кофейного домика.

– Не сомневаюсь, – согласился Джим. – Ты не представляешь, как мне жаль, что я не смогу побывать в нем. Тебе пришла отличная мысль захватить меня с собой.

– В это время в домике собирается изысканное общество. Жаль, что у тебя нет времени. Но что поделаешь. Я пришлю к тебе человека. Он расскажет, как добраться до епископства и найти замок сэра Мортимора.

Сэр Уильям вышел из комнаты так же внезапно, как и появился.

– Келб! – позвал Джим. Перед ним появилась собака.

– Что случилось? – спросил Джим.

– Джинны всегда добиваются своего, – самодовольно проговорил Келб.

– Не сомневаюсь, – нетерпеливо сказал Джим. – О чем ты хочешь сообщить мне?

– Путями, известными лишь нам, джиннам, я узнал, что ты разыскиваешь себе подобного. Я нашел его. Он в башне близ маленькой деревушки на берегу моря, за епископством. Теперь ты видишь, каким полезным слугой я могу стать тебе, о могущественный?

– Я не уверен в этом, – сказал Джим. – Может быть, ты крутился в своей собачьей шкуре в епископстве у кухонной двери в ожидании объедков и подслушал болтовню слуг о том, что разыскиваемый мною рыцарь находится в том месте, о котором ты мне поведал.

– Разве слуги болтают о таком? – сказал Келб. – А если бы и болтали, было бы невероятным совпадением, что они завели разговор о твоем рыцаре именно при мне.

– Не надо оправдываться. Я уже говорил, что сообщу о своем решении относительно тебя. А пока уходи.

– Ухожу, господин, – сказал Келб.

* * *

Маленькая лодка под большим треугольным парусом, давно утратившим изначально красный цвет, шла на юго-восток, огибая Кипр. Находившемуся на борту Джиму ничего не оставалось, как мириться со зловонием, которое, казалось, пропитало насквозь все суденышко.

Лодка держалась берега – встреча с пиратами не сулила добра. Хозяин судна, черноволосый и черноглазый жизнерадостный грек, и три его сына» составлявшие весь экипаж, вряд ли могли противостоять неприятелю. Хозяин объяснил Джиму, что намеренно ведет лодку мелководьем. Пиратские суда тяжелы, и вздумай они атаковать лодку у берега, им не обобраться хлопот.

– Но ведь у берега не везде мелко, а пираты могут появиться в самый неподходящий момент, – заметил Джим и почувствовал, как устроившийся в потайном кармане плаща Гоб зашевелился. Джим насторожился. Как бы тот не высунул голову и не встрял в разговор. Но все обошлось, гоблин снова затих.

– Тогда нам придется спасаться бегством, – мрачно заключил хозяин, пожимая плечами. – Это лучше, чем оказаться распятыми или посаженными на кол, если они нас схватят.

Джим с трудом поддерживал разговор. Покинув Англию в поисках Брайена, он не в первый раз оказывался в море и уже решил было, что не подвержен морской болезни. Какими только средствами передвижения он не пользовался! Мало того что его болтало на море, много часов он провел в седле, передвигаясь по земной тверди. Сколько раз он менял лошадей, покупая их в одном месте и продавая в другом. Передвигался он и по воздуху – в обличье дракона, – но чаще всего ночью, скрытно от посторонних глаз. Да еще проделал часть пути с помощью гоблина, который даже тонкую струйку дыма мог превратить в средство передвижения.

Было, конечно, соблазнительно добраться с Гобом на струйке дыма до самого Кипра. Но Джим предпочел следовать путем Брайена. В этом средневековом мире случалось всякое. Брайена могли взять в плен, заточить в тюрьму, ранить или даже убить. И Джим задерживался в городах, где собирался остановиться Брайен, и разыскивал людей, у которых Брайен рассчитывал найти временное пристанище. Следовало убедиться, что по пути на Кипр с Брайеном ничего не произошло.

А Гоб оказался неплохим товарищем. Джим взял с собой гоблина по настоянию Энджи и ни разу не пожалел об этом. Да и Энджи так спокойнее. Случись что в дороге, гоблин мигом сообщит в Маленконтри.

Джим считал, что, используя средства передвижения, обычные для простых смертных, он, по крайней мере, сделается невосприимчив к морской болезни. Ничего подобного. Маленькая лодка, пляшущая на прибрежных волнах, почти доконала его. Конечно, он не лежал пластом, но постоянное чувство тошноты действовало на нервы и мешало сосредоточиться.

– Бегством так бегством, – проговорил Джим, продолжая мысль хозяина суденышка. – Действительно, придется повернуть к берегу и бежать. А что, если пираты начнут преследовать нас на своем корабле или спустят лодку? Что станется, к примеру, со мной, если они возьмут меня в плен?

Джим знал, что в Европе за богато одетого человека обычно требуют выкуп.

Хозяин лодки пожал плечами:

– Сначала с тебя снимут все самое ценное, а потом ты разделишь нашу участь.

– Если нас будет преследовать всего лишь какая-то лодка, а мы будем держаться вместе, то, может быть, сумеем отбить нападение, – предположил Джим.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19