Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Леди-цыганка - Только ради любви

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Басби Ширли / Только ради любви - Чтение (стр. 4)
Автор: Басби Ширли
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Леди-цыганка

 

 


— Он самый, — подтвердила Софи.

Сара Оффингтон первой заметила прижавшуюся к Софи перепуганную девушку — О, и кто этот очаровательный ребенок? Ваша подруга? — вежливо поинтересовалась она, тактично сделав вид, что ничего необычного не заметила.

Взглянув в заплаканные глаза девочки, Софи спросила:

— Как тебя зовут, дорогая?

— Анна Ричмонд, — запинаясь, ответила та.

— Уж не наследница ли вы Счастливчика Ричмонда? — удивился лорд Коулмен.

Анна застенчиво кивнула.

— Это был мой отец.

Установилась тишина Счастливчик Ричмонд — известный лет десять тому назад картежник — был знаменит тем, что проигрывал огромные суммы. Прозвище Счастливчик он получил за свое феноменальное невезение. Ричмонд быстро спустил свое большое наследство, и никто не удивился, что вскоре он женился на дочери богатого купца и отправился жить в провинцию.

Месяцев через десять жена подарила ему ребенка, а спустя полгода умерла. Оставшись один с богатым состоянием и маленькой девочкой на руках, Ричмонд оставил ребенка на попечение слуг и вернулся к своей прежней расточительной жизни. Но, к удивлению всех, он больше не проигрывал, каким бы смешным ни было пари, став счастливчиком в подлинном смысле этого слова. Около года назад Ричмонд умер, и его единственной наследницей стала девочка, сидевшая сейчас на лавочке рядом с маркизой Марлоу.

В неярком свете фонарей Софи разглядела, что Анна была очень привлекательном девушкой, изящная фигурка, огромные выразительные глаза, маленький вздернутый носик и густые темные кудри. Софи, однако, подозревала, что Эдварда привлекало больше всего состояние Анны, а не ее красота.

Подумав о том, как девочка могла оказаться наедине с мужчиной, имеющим такую репутацию, Софи нахмурилась.

Что-то здесь было не так, и она намеревалась все разузнать, но только не сейчас. Прежде всего надо было отвезти Анну домой.

Софи уже встала, когда подошли Генри Дьюхерст, его двоюродный браг лорд Гримшоу и Этьен Маркетт. Они сразу поняли, что здесь что-то произошло.

— О, леди Марлоу, здесь что-то случилось? Я могу помочь вам? — предложил свои услуги всегда галантный сэр Генри Софи отрицательно покачала головой и ответила:

— Нет, спасибо. Ничего серьезного не произошло. Просто очередная выходка моего дядюшки.

— Мне кажется, я видел Сковилля всего мгновение назад, — заметил лорд Гримшоу. — И очень-очень рассерженным. Впрочем, барон редко выглядит довольным после того, как скрестит шпаги с тобой, Софи.

Этьен Маркетт весело рассмеялся.

— Всем известно, что красавица Марлоу — прекрасный фехтовальщик. Вы должны сжалиться над ним, мадам.

— Я сжалюсь над бароном, только когда он проявит жалость хоть к кому-нибудь, кроме своей персоны, — тихо, но твердо ответила Софи.

— Ах, мадам! — Этьен театрально вздохнул. — Мне всегда казалось, что вы слишком строги к своему бедному дядюшке. Он же не причиняет никакого вреда своими.., как это по-английски.., шалостями.

Снова раздался резкий хохот Гримшоу.

— Шалости! Вот именно! Ты слишком уж щепетильна, девочка, — фамильярно заявил он. — Неудивительно, что ты не могла ужиться с Сяймоном. Он был полон огня и задора, в то время как ты…

Наблюдая со стороны за происходящим, Айвес решил, что лорд Гримшоу ему совсем не нравится. Его поведение в отношении леди Марлоу было просто оскорбительным, а тяжелый взгляд серых глаз и мрачная внешность говорили о том, что он был не слишком приятным человеком. Гримшоу был в списке подозреваемых — именно он считался зачинщиком пари, которое привело к смерти отца.

Что касается Этьена Маркетта, то, по мнению Айвеса, этот тощий франт не производил впечатления умного человека, каким, несомненно, являлся Лис. Впрочем, внешность может оказаться обманчивой.

Айвес взглянул на Персиваля, и тот, верно истолковав его взгляд, выступил вперед и произнес:

— Думаю, вы не знакомы с лордом Харрингтоном и четой Оффингтон, хорошими друзьями леди Марлоу. Позвольте мне представить вам их.

Айвес продолжал наблюдать за тремя друзьями. Генри Дьюхерст был стройным, щегольски одетым джентльменом, и его симпатия к леди Марлоу была очевидной.

Маркетт, похоже, разделял склонность Дьюхерста к щегольству и, надо отдать должное, был очень привлекательным молодым человеком с темными глазами и приятными манерами.

Лорд Гримшоу принадлежал к совершенно иному типу.

Айвес обратил внимание на то, с каким презрением взглянула леди Марлоу на Гримшоу. Было очевидно, что Софи питала к нему откровенную неприязнь.

Айвес оценивающе посмотрел на Коулмена, имя которого тоже значилось в списке; леди Марлоу была также знакома и с ним. Айвес стиснул зубы. Из того, что ему удалось узнать, никто из тех, кого подозревали, не подходил на роль друга или приятеля леди Марлоу.

Людям Айвеса не составило большого труда узнать о репутации трио мерзких и отвратительных типов. Эта леди, похоже, не слишком разборчива в выборе компаньонов: оказалось, Софи Марлоу была знакома со всеми тремя, кого подозревали как возможного Лиса. Неужели это простое совпадение?

Заметив волнение Анны и непомерное любопытство остальных, Софи поднялась и заявила:

— Мы слишком задержались здесь. Надеюсь, вы нас извините? — И, не дожидаясь ответа, ласково посмотрела на Анну и прошептала:

— Мне кажется, что с тобой сегодня было везение твоего отца, когда мы с лордом Харрингтоном подоспели вовремя. Теперь, если ты не против, я отвезу тебя домой.

— А я с удовольствием доставлю вас туда, дамы, — подхватил Айвес.

Все произошло так быстро и гладко, что Софи не успела и глазом моргнуть, как Айвес, невзирая на протесты других мужчин, пожелал всем спокойной ночи и повел ее вместе с Анной к своему экипажу. Через мгновение они уже катили по мощеным улицам к Расселл-сквер.

Сурово взглянув на сидевшего напротив Айвеса, Софи поинтересовалась:

— Как это у вас получилось? Вы словно по волшебству оторвали нас от остальных и усадили в свой экипаж.

Айвес улыбнулся той ленивой улыбкой, которая уже была знакома ей.

— В армии нас научили самым разным маневрам.

Софи фыркнула и повернулась к девочке.

— Как вышло, что ты оказалась в такой возмутительной ситуации? Результат мог оказаться весьма неприятным. Где твои опекун? Разве никто не следит за твоим благополучием?

Анна опустила глаза.

— Опекуншей является моя тетя. Она и ваш дядя — большие друзья.

— О, милая моя! — вырвалось у Софи. — Должна с сожалением признать, что любой друг Эдварда — это далеко не тот человек, кто может заботиться о ребенке вроде тебя. О чем только думала твоя тетя, когда позволила тебе находиться одной, да еще ночью, в компании Эдварда?

— Тетя хочет, чтобы я.., вышла замуж…

— За него? — воскликнула Софи, пораженная ее словами. — Как подло! Я не допущу этого.

В глазах девочки мелькнула надежда.

— О, леди Марлоу, вы правда поможете мне? Тетя Агнес настояла на том, чтобы мы с моей гувернанткой, мисс Уилсон, приехали в Лондон. Мы жили так счастливо в поместье, и мисс Уилсон была очень добра ко мне. Я так скучаю по ней!

— А что с ней случилось? — тихо спросил Айвес.

— Мисс Уилсон возражала против планов тети Агнес относительно меня. Говорила, что мне еще рано покидать дом, что я должна еще учиться. Тетя Агнес уволила ее.

— Но почему твоя тетя хочет, чтобы ты вышла замуж в столь юном возрасте и за такого негодяя, как Эдвард Сковилль? — спросила Софи.

— Все из-за денег, — по-взрослому объяснила Анна. — Кроме богатства моего отца, дедушка Уэтерби тоже оставил мне огромное наследство, потому что они все время враждовали с тетей Агнес. У нее очень мало собственных денег, и я думаю, что лорд Сковилль обещал ей некоторую сумму, как только мы поженимся. Тетя в любом случае будет настаивать на этом браке. Она не может забыть, что дедушка был купцом, и считает, что, выйдя замуж за пэра, я улучшу свое положение в обществе, и ее тоже.

— Вот мерзость! — вырвалось у Софи. — Как она додумалась до этого! А ты сама хочешь вернуться к своей тетке?

— Разве у меня есть выбор?

— Конечно! — с воодушевлением воскликнула Софи. — Я буду очень рада, если ты переедешь жить ко мне.

Айвес выпрямился так, будто проглотил кол. Похоже, Мотылек в порыве великодушия не забыла и о своем благе.

— Может, следует немного подумать об этом? Не кажется ли вам, что вы слишком торопитесь? — заметил лорд Харрингтон и неожиданно оказался под прицелом двух пар враждебно глядящих на него глаз.

— Я не вижу, как это касается вас, лорд Харрингтон. — Софи бросила взгляд на девочку. — Ты согласна?

— О да! — радостно выдохнула Анна.

Софи нежно улыбнулась ей и сухо попросила Айвеса:

— Пожалуйста, передайте кучеру, чтобы отвез нас на Беркли-сквер.

Айвес пожал плечами, постучал о находившуюся за его спиной панель и сказал кучеру о новом направлении. Он задумчиво разглядывал Софи. Похоже, что леди была не только опрометчивой и порывистой, но и очень своенравной.

Придется помнить об этом в будущем. Айвес улыбнулся. Такие милые баталии всегда доставляли ему наслаждение, а леди Марлоу, видимо, предоставит их в изобилии.

— Чему вы улыбаетесь?

— Я рад счастливому концу сегодняшних событий, — ответил Айвес ангельским голосом.

Софи ничего не понимала. Что это за человек? Он встал на ее сторону и выступил против Эдварда. Сейчас его манеры тоже были образцовыми. Так почему же она не доверяет лорду Харрингтону?

* * *

Ле Ренар задумчиво смотрел, как Айвес уводил обеих дам. Неужели этот болван действительно верит, что у него есть какой-то шанс добиться благосклонности Софи? Лис криво усмехнулся.

Побывав замужем за Саймоном, она вряд ли согласится на новое супружество. И уж Харрингтон-то вряд ли имеет шанс стать ее избранником: судя по манерам этого служаки, он привык только командовать, а Софи не из тех женщин, что с готовностью подчиняются. Да и кто он такой?

Майор, которому повезло сменить карьеру военного на титул. Подумав о доставшемся Айвесу наследстве. Лис неожиданно усмехнулся: «Интересно, испытывает ли этот парень благодарность ко мне? А следовало бы. Ведь именно мне он обязан своим неожиданным взлетом в аристократы».

Несколькими часами позже, добравшись до дома, он уже Не усмехался, поняв, что слишком быстро сбросил Харрингтона со счетов. За новоиспеченным лордом надо приглядывать. Однажды он несколько недооценил Харрингтонов, больше такого не повторится.

Лис не думал, что со стороны Айвеса ему может грозить какая-то опасность. Он был крайне осторожным и хитрым, поэтому его так долго и не могли поймать. Но из-за своих успехов, вероятно, стал менее бдительным.

Стычка с Адрианом и Ричардом Харрингтонами все изменила. Эти двое почти подобрались к нему, и пришлось позаботиться о том, чтобы их яхта утонула.

Отпустив слугу. Лис налил себе бренди. В данный момент он был доволен своей жизнью, а прибытие в Португалию сэра Артура Уэлсли давало ему некоторую передышку.

Наполеон уверенно побеждал на континенте, но назначение Уэлсли командующим британскими войсками могло все изменить. Если Наполеон потерпит поражение, то с карьерой Лиса будет покончено и французское золото перестанет пополнять его карманы. Правда, он уже обеспечил себя до конца жизни, уйдет в отставку в зените славы, а его личность так и останется неустановленной.

Лис снова нахмурился. Эта проклятая галстучная булавка с рубином! Он часто носил ее, размер и цвет рубина были довольно редкими, и десятки людей наверняка запомнили эту необычную булавку. Зачем ему понадобилось надевать ее в тот самый вечер, когда Саймон напился и объявил всем, что собирается показать своей жене, кто в доме хозяин. Лис ясно помнил, как поглаживал камень, размышляя над словами Саймона; как решил подстеречь маркиза Марлоу и, ускользнув от пьяных товарищей, стал караулить свою жертву.

Странно, но именно Саймон раскрыл его инкогнито, и у Лиса не осталось иного выбора, кроме как убить болтливого пьянчужку.

Он вспомнил, что очень нервничал тогда. Громовые раскаты разразившейся грозы действовали на нервы, а яркая молния, казалось, осветила весь холл. Но Софи не заметила его.

Лис снова забеспокоился. Может, она и видела, но все эти годы хранила молчание, преследуя какие-то свои цели?

Нет, это нелогично, не надо драматизировать. Он сделал несколько глотков превосходного французского коньяка.

Если бы Софи и видела его, то каким-то образом дала бы ему знать. А что до этой галстучной булавки.., можно сделать дубликат, но… Нет, лучше оставить все как есть. Булавка наверняка где-нибудь в доме Марлоу. Прошло столько времени — разве кто вспомнит, когда она потерялась? И разве можно связать это со смертью Саймона? Не надо беспокоиться о ее потере. А если лорд Харрингтон станет причинять беспокойство, то почему бы просто не избавиться от него?

* * *

Этой ночью Айвес тоже занимал мысли Софи, но она так и не пришла ни к какому определенному заключению относительно лорда. Она честно пыталась внушить себе, что благодарна ему, но к этому чувству примешивались также подозрительность и недоверие. Вот что сделала с женщиной жизнь с таким негодяем, как Саймон Марлоу.

Софи свернулась калачиком в кровати, весьма довольная событиями этого вечера. Анна в безопасности и теперь спокойно спит в соседней комнате. Фибн и Маркус были немного удивлены, когда Софи представила им незнакомую девушку и заявила, что та будет жить с ними. Но после минутного замешательства восприняли эту новость хорошо.

Фиби проявила свое обычное дружелюбие и сердечность, заставив Анну почувствовать себя как дома. Маркус вежливо поклонился и выразил надежду, что Анне понравится у них.

После всего пережитого вчера она спала долго, потом неторопливо вылила поданный в постель чай, а Фиби и Анна сидели рядом на ее кровати. В этот момент служанка сообщила, что Эдвард Сковилль и неизвестная дама ожидают хозяйку в голубом зале.

Анна вскрикнула и резко выпрямилась.

— Я знаю, это моя тетя. Она пришла забрать меня домой. — Ее карие глаза с мольбой смотрели на Софи. — Пожалуйста, я вас умоляю, не отдавайте меня ей!

— Ерунда! — уверенно заявила Фиби. — Софи никому не позволит забрать тебя отсюда. Не бойся, сестра защитит тебя.

— Вы не знаете моей тети, — горько возразила Анна. — Она очень настойчивая, и она привела с собой его. — Девочка заплакала. — Если меня вернут к ней, я пропала! Никто не спасет тогда меня от ужасной участи. Я обречена.

Софи понимала, что она нисколько не преувеличивает, и признавала, что поступила, видимо, необдуманно, привезя Анну в свой дом и, не имея законных прав, удерживая ее у себя. Если тетя потребует возвращения Анны, что, вероятно, и будет, Софи придется подчиниться.

Пытаясь собраться с мыслями, она приободрила Анну и, как только девочки вышли из комнаты, быстро оделась.

Софи спускалась по лестнице, совершенно не зная, как себя вести. Она была уверена только в том, что не бросит Анну.

Воспоминания о своем собственном несчастливом замужестве придали ей решимости. Законно это или нет, но она не будет сидеть сложа руки и не позволит отдать девушку такому мерзавцу, как Эдвард.

Румянец заиграл на щеках леди Марлоу, она выпрямилась. Увидев Эдварда, как всегда модно одетого и элегантно облокотившегося о мраморную каминную полку, Софи ринулась в бой.

— Странно, я хорошо помню, как говорила Эмерсону, что аморальным типам доступ в мой дом закрыт. Что ты здесь делаешь? И как тебе удалось прорваться через моего дворецкого?

— Какой же у тебя скверный язык, дорогуша! Кто-нибудь обязательно укоротит тебе его. Молю Бога, чтобы он позволил мне дожить до этого дня, — язвительно заметил барон Сковилль.

— Это, конечно, будешь не ты. Ты ведь охотишься только на слабых и беззащитных.

Лицо Эдварда перекосилось от ярости, но тут в разговор вступила дама:

— Милорд Сковилль, умоляю, не позволяйте этому несчастному заблудшему созданию увести нас в сторону отдела, по которому мы пришли. — Встретившись с сердитым взглядом Софи, она холодно представилась:

— Меня зовут Агнес Уэтерби. Я знаю, что моя племянница здесь, и хочу, чтобы вы немедленно позвали ее. Вы вмешались не в свое дело, и только по доброте душевной я не стану выдвигать против вас обвинений в похищении ребенка. Если же вы будете чинить препятствия, то знайте, что я немедленно обращусь в магистрат. Итак, где моя племянница?

Агнес Уэтерби была красивой женщиной. Глаза у нее были такого же цвета, как у племянницы, но если у Анны в них светились тепло и нежность, то у Агнес они были холодны как лед. Эта дама прекрасно выглядела для своего возраста, ее темные волосы были блестящими и красивыми, а фигура под модным платьем была пышной и стройной.

Софи не знала, как подойти к Агнес Уэтерби, на стороне которой был закон. По выражению лица этой женщины было ясно, что бесполезно взывать к лучшим сторонам ее души.

Но может, она не знала всей правды? Может, Агнес не такая плохая? Может быть, Эдвард представил ей все по-другому, пытаясь выставить себя в наиболее выгодном свете?

— Мой дядя рассказал вам, что случилось прошлым вечером? — спросила Софи.

— Ну конечно! О чем вы думали, когда вмешались в интимные дела влюбленной пары!

— Влюбленной? Позвольте рассказать вам, что было на самом деле, — резко начала Софи. — Я увидела их, после того как ваша племянница звала на помощь, и они никак не напоминали влюбленную пару. Платье у Анны было разорвано на плече, она плакала и была сильно перепугана. Эдвард Сковилль, с горечью вынуждена признать, был пьян и приставал к ней в самой грубой и вульгарной форме. Меня бросает в дрожь от одной мысли, что он сделал бы с ребенком, если бы я случайно не оказалась рядом. Барон хотел изнасиловать девочку, которая годится ему во внучки. Это было отвратительное зрелище, и я сделала то, что сделал бы любой порядочный человек.

— Мне кажется, вы неверно истолковали увиденное, леди Марлоу, — упрямо заявила мисс Уэтерби. — Барон Сковилль, может быть, несколько.., грубоват в своих действиях, но ведь он зрелый мужчина и влюблен в мою племянницу.

— В ее деньги, — уточнила Софи.

— Это не важно, — парировала мисс Уэтерби. — Главное, что она моя племянница, а я ее опекун. И если я дала барону свое разрешение встречаться с ней, то это уже не ваше дело. А теперь немедленно пошлите за Анной!

— Нет, — ответила Софи, угрозы только разозлили ее. — Анна останется здесь до тех пор, пока я не смогу убедиться, что вы не будете принуждать ее к замужеству со старым развратником.

Эдвард разразился такими ругательствами, от которых покраснел бы даже пират, но Софи и мисс Уэтерби и глазом не моргнули. Никто из них не заметил, как в гостиную тихо вошел посторонний и стал наблюдать за происходящим.

— Я же говорил вам, что она упрямая, вредная, злая сучка? Не так ли? Разве я не говорил, что племянница сделает все, чтобы очернить меня? — взорвался Эдвард.

— Да, вы предупреждали меня, дорогой барон, но я вам не поверила, — заворковала мисс Уэтерби. — Теперь я вижу, что вы говорили истинную правду. — Она устремила на Софи ледяной взгляд. — Вы показали себя крайне безрассудной особой и не оставляете мне иного выбора, как обратиться к закону. В течение часа представители власти будут здесь.

Постарайтесь, чтобы Анна была готова пойти с ними.

Софи на секунду растерялась, и тут тишину нарушил мужской голос:

— На вашем месте, мадам, я бы дважды подумал, прежде чем сделать это, — холодно заявил Айвес, открыв таким образом свое присутствие. — Закон может обнаружить и то, что у вас есть определенные интересы передать заботу о такой юной девушке совсем неподходящему для этого типу вроде барона Сковилля. Вы не задумывались о том, что сами можете предстать перед судом?

Глава 5

Софи ощутила необыкновенный восторг и облегчение от неожиданного появления союзника. Он выглядел таким грозным и неумолимым!

Сияя от радости, Софи заговорила так, словно он застал их не в разгар ужасной сцены, а во время мирной семейной беседы:

— Лорд Харрингтон, как приятно видеть вас! Мы как раз обсуждали возможность для Анны остаться в моем доме. Это тетя девушки, мисс Уэтерби.

Айвес подошел к Софи и почтительно склонился над ее протянутой рукой.

— После наших приключений вчера вечером мне показалось вполне естественным нанести вам утренний визит. — Он взял хозяйку под руку, повернулся к остальным и с надменным высокомерием представил себя:

— Я — виконт Харрингтон.

— Черт! Меня не интересует, кто вы, — проворчал Эдвард. — Вы вмешиваетесь в чужое дело, которое вас не касается.

— Я надеялся, что после сна ваш отвратительный характер несколько улучшится, но вижу, что обречен на разочарование, — парировал Айвес и взглянул на Софи, которая безуспешно пыталась высвободить свою руку. — Помнится, вы говорили мне, что этот глупый развратник — ваш дядя, но, может, это ошибка?

Слова были произнесены с таким невинным изумлением, что Софи едва не рассмеялась. Однако, увидев задорный блеск в зеленых глазах Айвеса, она все-таки улыбнулась.

— Здесь нет никакой ошибки. А вы, милорд, неисправимы!

Взглянув на лорда Сковилля и мисс Уэтерби, лорд произнес:

— Я думаю, вам пора уходить, не так ли? Позвольте заверить, что ваша племянница будет в полной безопасности рядом с леди Марлоу. Осмелюсь утверждать, что здесь ей будет гораздо лучше, чем у вас. — Он брезгливо посмотрел на Эдварда. — Если в следующий раз я увижу, что вы пристаете к девушкам, то выбью из вас дух.

— Так это был ты! — взвился Эдвард, только теперь поняв, кто был тот видный мужчина рядом с Софи. — Ты ударил меня! И отказался принять мой вызов.

— Полагаю, что вам лучше убраться восвояси, если вы не хотите узнать, какой из меня дуэлянт. И прихватите с собой мисс Уэтерби. Вы и без того уже надоели леди Марлоу.

— Я поражена такими грубыми и вульгарными манерами! — воскликнула мисс Уэтерби.

Было ясно, что она не знала, как отнестись к неожиданному вмешательству лорда Харрингтона. Его уверенная манера наводила на мысль о том, что благоразумнее отступить.

На время. К тому же пребывание племянницы у леди Марлоу может оказаться весьма полезным.

В конце концов, Софи была дочерью графа и вдовой маркиза. От одной мысли, что Анна будет жить у дамы голубых кровей, мисс Уэтерби почувствовала головокружение. Тем более что она видела: леди Марлоу, которую поддержал лорд Харрингтон, не намерена без боя отпускать Анну. А в суде могло бы выясниться несколько пикантных подробностей относительно ее опекунства над наследницей Ричмонда, чего мисс Уэтерби хотела избежать любой ценой.

Пока Эдвард продолжал изрыгать проклятия, она постаралась изобразить приятное выражение на лице и выдавила:

— Вижу, вас нельзя переубедить, а поскольку вы, похоже, от всего сердца желаете добра Анне, то я.., позволю ей остаться в вашем доме.., на некоторое время. Только умоляю вас, леди Марлоу, о том, чтобы никто не причинил зла моей дорогой и любимой племяннице.

— Позвольте заверить вас, что здесь с ней будут обращаться гораздо лучше, чем под вашей опекой! — не удержалась Софи от едкого замечания.

Мисс Уэтерби замерла, ее глаза сощурились. Она явно собиралась снова начать препирательства, но Айвес и в этот раз пришел Софи на выручку:

— Уверяю вас, что в этом доме будут хорошо смотреть за вашей племянницей. Леди Марлоу уже показала себя весьма опытной в таком деле. Она единственная уже столько лет заботится о своих младших брате и сестре.

Барон Сковилль начал было возражать, но Айвес настойчиво повторил:

— Единственная.

При этом выражение его дьявольских зеленых глаз стало таким, что Эдвард позеленел от злости и замолчал.

— Ну хорошо, — произнесла мисс Уэтерби. — Тогда нам больше нечего обсуждать сегодня.

— Есть еще одно дело, — напомнила Софи. — Это касается одежды и личных вещей мисс Ричмонд. Я бы предложила вам доставить их сюда как можно скорее. У бедняжки только одно платье, что было на ней прошлым вечером, да и то разорвано. Я уверена, вы не хотите, чтобы в обществе заговорили о том, будто вы отпустили ее погостить ко мне, не снабдив одеждой, не так ли?

У мисс Уэтерби от злости заклокотало в груди. Но она кивнула и попрощалась.

Софи с восторгом посмотрела на лорда Харрингтона.

— Должна сказать, у вас все прекрасно получилось, милорд! И я искренне благодарю за своевременное вмешательство.

Айвес поднес к губам ее руку.

— Но я нисколько не сомневаюсь в том, что вы и сами справились бы с ними, дорогая леди Марлоу.

От прикосновения его губ у Софи перехватило дыхание.

Она отдернула руку и сделала шаг назад.

— Что привело вас сюда в такой подходящий момент? — резко спросила она, когда странная растерянность миновала.

— Предположим, визит вежливости.

Софи с недоверием взглянула на гостя.

— Только и всего? Просто визит вежливости?

— А как бы вы хотели это назвать, милая? — поинтересовался Айвес с такой улыбкой, что все внутри у нее затрепетало.

Сделав над собой усилие, Софи спрятала ответную улыбку и сердито ответила:

— Вы слишком торопитесь, милорд. Я не ваша милая!

— Пока нет, — невозмутимо согласился Айвес.

У Софи перехватило дыхание от возмущения, и в ее прелестных глазах вспыхнул гнев.

— Вы не только очень торопитесь, милорд, но еще и слишком самонадеянны.

— Вы, без сомнения, правы, миледи. — Айвес постарался изобразить кротость на лице. — Умоляю вас простить меня и принять во внимание, что совсем недавно я был простым солдатом. После стольких лет солдатской жизни я признаю, что аристократические манеры являются для меня большой загадкой.

— Да вы к тому же большой плут! — весело заметила Софи.

— Боюсь, это тоже правда. — Он с надеждой взглянул на Софи. — Может, вы возьмете меня под свое крылышко и научите, как себя вести?

— Может, вам пора прекратить дурачить меня и сказать, зачем вы пришли?

— Дурачить! Да разве я на такое способен? Нет, нет, милая, вы не правильно меня поняли!

— Я не ваша милая!

В глазах Айвеса мелькнул озорной огонек, но не успел он открыть рот, как Софи опередила его:

— И не смейте говорить «пока нет»!

Он рассмеялся, подошел ближе, взял ее за руку и прошептал:

— Мидая, вы же не хотите, чтобы я говорил не правду, верно?

Софи вспыхнула и после безуспешных попыток вырвать руку наконец взглянула ему в глаза.

— Милорд, не знаю, что за блажь у нас, но смею заверить, я не отношусь к тем простушкам, которых вы можете покорить своими чарами. Буду откровенной: я не ищу ни мужа, ни любовника. И если вы рассчитываете на такие отношения со мной, то напрасно тратите время. А теперь отпустите мою руку, пока я не дала вам по уху.

— Такие выражения от дамы вашего положения! — театрально воскликнул Айвес. — Клянусь, я поражен.

Однако он отнюдь не побледнел от удивления, поэтому Софи усмехнулась и потребовала:

— Отпустите мою руку, милорд.

— Ах, какая прелестная ручка! Вы действительно не хотите, чтобы я держал ее? — И Айвес поцеловал нежную ладонь.

— Милорд, я вынуждена попросить вас покинуть мои дом, если вы не будете вести себя должным образом. — Указав на дверь, Софи добавила:

— Я ценю вашу помощь, оказанную мне не только вчера вечером, но и сегодня утром. Но моя признательность за ваше вмешательство не дает вам права допускать вольности. Если вы хотите заручиться моей благосклонностью, то предлагаю вам уйти.., и сейчас же.

— Неужели все эти годы после смерти вашего мужа вы именно таким способом сдерживаете пыл своих поклонников? — с интересом спросил он, не двигаясь с места.

Софи начала злиться. Да этот лорд становится совершенно невыносимым!

— Поскольку они джентльмены, то мне не приходится говорить столь откровенно, как сейчас.

Айвес запрокинул голову и от души расхохотался.

— О, милая, ну почему вы так категоричны?

— Клянусь костями дьявола! — выругалась Софи, вдруг невольно воспользовавшись одним из излюбленных выражений Саймона. — Так вы уходите, милорд, или я должна позвать дворецкого, чтобы он вышвырнул вас?

— Не стоит так волноваться, миледи. Если вы действительно хотите, чтобы я ушел, я уйду. — Он улыбнулся и неожиданно поцеловал ее в кончик носа. — Все ради вашего удовольствия, милая.

Софи недоуменно смотрела вслед лорду Харрингтону и убеждала себя, что сердцебиение участилось от гнева. Но странно, что она совсем не чувствовала злости.

По правде говоря, ей было очень весело. Хотя, конечно, этот мужчина невыносим, очень самонадеян и весьма опасен для женщин с чувствительными сердцами… К коим себя, конечно, Софи не относила.

* * *

В наследующие несколько дней ее мнение о лорде Харринггоне ничуть не изменилось. Терзаемая то досадой, то удивлением, Софи начала привыкать к тому, что высокий красавец словно по волшебству оказывался рядом, когда она появлялась в обществе.

Но хуже всего было то, что Айвес наносил частые визиты, возмутительно очаровывая Фиби и Анну и приручая к себе Маркуса. Молодые люди считали его очень интересным человеком, поскольку он ненавязчиво заботился об их развлечениях.

Не удовлетворившись тем, что совершенно покорил Анну и Фиби прогулками в модном экипаже, лорд представил Маркуса самому хозяину боксерского салона на Бонд-стрит, чем доставил юноше огромное удовольствие. Айвес также пригласил на ужин в лучший ресторан Маркуса и двух его друзей.

Софи с негодованием вспомнила, что не далее как вчера он отмел все ее возражения, что делал с возмутительным постоянством, и с гордым видом сопровождал трех дам в Музей восковых фигур мадам Тюссо, а потом пригласил на чай в отель «Грильон». Девушки были очарованы его манерами, умением развеселить.

Лорд Харрингтон сделался неотъемлемой частью жизни Софи, и, к своему ужасу, она заметила, что ей это очень нравится, однако совсем не нравится, что сэр Айвес занимал ее мысли и днем и ночью. Но ни то ни другое не мешало ей с братом и сестрой счастливо наслаждаться всеми удовольствиями, которые предлагал Лондон.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16