Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мой друг – вампир

ModernLib.Net / Ужасы и мистика / Артамонова Елена / Мой друг – вампир - Чтение (стр. 6)
Автор: Артамонова Елена
Жанр: Ужасы и мистика

 

 


Мы получили возможность наблюдать за этой странной девицей только благодаря любопытству Тани Панкратовой. Полночи провалявшись без сна в палатке охотника, я только-только задремала, когда Панкратова безжалостно разбудила меня. Сама она проснулась от тихого, наполнявшего душу тоской звука. После знакомства с вампирами и деревьями-убийцами самым разумным было тихонечко отсиживаться в палатке главного истребителя нечистой силы, но Панкратову внезапно одолела тяга к приключениям. Осторожно выбравшись наружу и сразу же промочив ноги в обильной росе, мы двинулись к источнику необычных звуков.

Поваленное дерево, ставшее нашим наблюдательным пунктом, находилось на значительном расстоянии от таинственной певуньи, и поэтому нам никак не удавалось рассмотреть черты ее лица. И все же эта озаренная лунным светом фигура показалась мне неуловимо знакомой.

– Она – привидение, – прошептала Таня. – Присмотрись внимательней, ее ноги не касаются земли.

И в самом деле, девушка парила над травой, едва задевая ее ступнями. Но Панкратова ошибалась – существо на поляне не было призраком. Тело девушки не пропускало лунный свет, а ноги пригибали верхушки травинок. Я хотела поделиться своими впечатлениями с Татьяной, как вдруг таинственная певунья оборвала свою песню на такой высокой, пронзительной ноте, что у меня на секунду заложило уши. Ладони девушки озарил холодный свет, и из них потянулись струи серебристого тумана. Они поднимались все выше, изгибались дугой, уходили за горизонт… Тем временем по земле распространялась вторая, более слабая волна света. Когда свечение коснулось ног девушки, она вздрогнула и как будто растянулась в длину, став выше и тоньше. Серебристые потоки вливались в ее ступни и выходили из ладоней, огненно-рыжие волосы шевелились, как наэлектризованные, а потом, поднявшись, окружили голову огромным сияющим нимбом.

Укрывавшийся в низине туман сгустился, постепенно заволакивая поляну непроницаемой пеленой. Странная девушка погружалась в него, как в молочное озеро. Серебристые потоки растаяли. Видимость ухудшилась настолько, что невозможно было рассмотреть даже собственную вытянутую вперед руку. Стало тихо-тихо. Внезапный порыв ветра разорвал туман, и мы увидели, что поляна, на которой происходили таинственные события, опустела.

– Света, ты не узнаешь это место? – шепнула Татьяна.

– Нет. Я плохо ориентируюсь в лесу. Зато колдунья показалась мне знакомой, будто мы не раз с ней встречались.

– Нет-нет, присмотрись повнимательней. – Глаза Панкратовой сияли восторгом первооткрывателя. – Там, за деревьями, священная роща друидов! Видишь, среди крон проглядывают могучие ветви дубов.

– Ты хочешь сказать, что мы находимся так близко к дому?!

– Именно. Просто, удирая с фермы, мы двигались в противоположную сторону и окончательно заблудились. Кто бы мог подумать, что логово вампиров располагалось всего в нескольких часах ходьбы от Борисовки!

Это было интересное, хотя теперь совершенно бесполезное открытие. Оно немного отвлекло меня от таинственного ритуала, свидетелями которого мы оказались, но, слушая болтовню Панкратовой, я вновь и вновь воскрешала в памяти увиденное. Образ пронизанной светящимися потоками девушки отпечатался в мозгу, как цветное фото.

– Знаешь, Тань, по-моему, мы только что видели Ханову, – выразила я свое смутное предположение.

– Не может быть! Ханова натуральная шатенка и страшно гордится оттенком своих волос. Никогда не поверю, что она решилась покраситься в этот вульгарный морковный цвет! Ты и представить не можешь, как трудно сохранить естественный оттенок волос! Они темнеют и темнеют, моешь их отваром ромашки, а они…

Для длинноволосой Панкратовой это был больной вопрос. Увлекшись, она прочитала целую лекцию по уходу за волосами, и, слушая ее, я поняла, как отчаянно хочу спать.


Оставив мальчишек завтракать в обществе Кровавого Алекса, Стилета и Ятагана, мы чуть свет заторопились в Борисовку, собираясь забрать у ведьмы волшебный кристалл. На залитой первыми лучами солнца деревенской улочке не было видно ни души. Постучавшись, я толкнула незапертую калитку, и мы крадучись вошли во владения ведьмы.

– Лариса Викторовна! – шепотом позвала Панкратова. – Тетя Лара!

Сонный дом безмолвствовал. Входная дверь оказалась чуть приотворена, и жилище ведьмы напоминало готовую захлопнуться в любой момент западню. Обогнув дом, мы проследовали в сад. Там было очень тихо. Молчали птицы, и чудилось, будто стелившийся по дорожкам туман шелестел, цепляясь за листья растений. В центре беседки, на небольшом возвышении сидела девушка – огненноволосая, бледная, неподвижная, как мраморная статуя. Должно быть, она медитировала. Сомнения этой ночи разрешились.

– Жанна! – окликнула я неподвижное изваяние. – Жанна, это мы!

Она медленно открыла зеленоватые лучистые глаза. Сперва взгляд был бессмысленным, а потом откуда-то из дальней дали к ней вернулось сознание.

– Привет, девочки. Хорошо, что вы здесь. Лара ждала вас, ей нужны ученицы.

– Мы не за знаниями пришли, – пояснила Панкратова, – а за своими вещами.

– Жаль, вы даже не представляете, чего лишаетесь. Лара только-только приоткрыла занавес, и я увидела сквозь крошечную щелочку такое…

– Подожди, Жанна. – Я подошла поближе и взяла ее за руку. Пальцы были холодные и влажные, должно быть, от странного, колебавшегося над землей тумана. – Я не знаю, чем вы тут занимаетесь, но явно чем-то очень нехорошим. Познакомившись с тетей Ларой, я думала, что в ее поступках нет ничего страшного. Просто хотелось чуда. Если бы не наш друг, мы тоже соскользнули бы в эту пропасть. Но к его словам нельзя было не прислушаться, он знал, что говорил.

– Какой-нибудь твердолобый фанатик, упершийся в свою веру и считающий всех, кто мыслит иначе, грешниками и исчадиями ада?

– Не угадала, Жанна. Боюсь, что с адом он знаком не понаслышке. Он прошел его вдоль и поперек. И именно поэтому есть все основания доверять его словам. Он вампир.

– Что же поведал этот ночной убийца? – Ханова скептически усмехнулась.

– Он сказал, что темные знания приносят только горе и отчаяние.

– Пустые фразы. Вам, девочки, не понять, какие видения мне открылись. Это невероятно интересно! Неужели вы отказались бы познать механизмы, управляющие нашей реальностью? Мудрость преображает, изменяет, поднимает на новый уровень сознания. Если за это надо платить, я заплачу! Таких понятий, как боль, отчаяние, горе, для меня больше не существует. То, что вам кажется болью, на самом деле особое наслаждение, путь к истине.

– Она свихнулась, – прошептала Панкратова, а потом неожиданно заорала во все горло: – Жанна, вернись, еще не поздно!

– Поздно, – как эхо повторила Ханова. – Поздно, ибо я сама хочу этого. Я счастлива, девочки. Я наконец-то нашла себя.

Закрыв глаза, Жанна вновь погрузилась в бездну, доступную только ее разуму. Липкий туман поднимался все выше, медленно заполняя беседку Он леденил кровь, постепенно превращая живых людей в холодные статуи. Схватив Панкратову за руку, я выдернула ее из логова убийственного тумана:

– Бежим отсюда!

– А как же камень? Я должна вернуть его Кристиану!

– Оставь ведьму Кровавому Алексу, он лучше справится с этой тварью!

– Но…

– Никаких «но»! Туман высасывает силы, разве ты не чувствуешь?

Туман становился все гуще, сковывая каждый наш шаг. Мы с трудом продирались сквозь это перламутровое месиво к спасительной калитке. Еще несколько метров, еще одно усилие… Пальцы уже легли на ручку дверки… Но внезапно калитка распахнулась, отталкивая нас в омут вязкого тумана.

– Вы ко мне, девочки? – Во двор вошла улыбающаяся тетя Лара, – А я вас заждалась. Твоя тетрадь, Света, и твой кулон, Таня, давно подготовлены. Проходите в дом, позавтракаем.

Она говорила, и каждое ее слово прилипало к моему телу, опутывало, заворачивало в невидимый прочный кокон. Собрав последние силы, я проскользнула под локтем ведьмы и выбежала на залитую утренним солнцем улицу.


– Она самоуверенна, как все деревенские ведьмы. – Охотник усмехнулся, затушил сигарету о ствол дерева. – Дешевые трюки с туманом, праздная болтовня. Ладно, разберемся.

Он отозвал в сторону Павлика и что-то долго ему объяснял. Тот слушал, время от времени кивая головой, а потом опрометью побежал с поляны.

– Спасение товарищей – благое дело. Идемте, голубушка. – Алекс подтолкнул меня на еле различимую лесную тропинку.

Довольно скоро мы вышли на окраину Борисовки. Я опасалась встретить соседей, которые непременно сообщили бы маме о моем появлении, но деревенская улица по-прежнему была безлюдна. Солнце палило нещадно, но, когда мы приблизились к жилищу ведьмы, оттуда потянуло холодом и запахло прелой листвой. Дом производил жуткое впечатление: безмолвный, с черными глазницами окон, он будто принадлежал иной реальности. Казалось, сам воздух за штакетником превратился в прозрачную глыбу льда, надежно защищавшую логово ведьмы от посторонних.

Охотник постучал костяшками пальцев по зеленой калитке.

– Лариса Викторовна, откройте, – негромко произнес он. – Я не намерен сокрушать ваши чары. В этом нет необходимости. Я просто позвоню своим ребятам, и они веточка за веточкой начнут распиливать старые дубы.

Алекс достал телефон и выжидающе посмотрел в темное окно дома. Воздух дрогнул, и ощущение вечной мерзлоты исчезло. Калитка со скрипом отворилась.

– Спасибо, – поблагодарил охотник и неспешно пошел по дорожке, вдоль которой была разбита клумба. – У вас чудесный цветник, Лариса Викторовна.

Я шла следом, цепенея от ужаса и изумляясь беспечности Алекса. Неужели он так самонадеян, что рассчитывает устоять перед чарами ведьмы?!

– Что вам угодно? – послышалось из-за двери.

– Я желаю получить двух девочек и кристалл. В случае согласия я готов оставить вас в покое и не подвергать заслуженному наказанию. – Охотник вынул из кармана темные очки, надел их и наклонился ко мне. – Постарайся не смотреть ей в глаза. Это обычный гипноз, слегка усиленный колдовством.

Дверь отворилась. Послышались женские шаги. Ни в коем случае нельзя было поднимать глаз, но любопытство оказалось сильнее разума. Ведьма стояла на крыльце, разговаривая с Алексом, но я не слышала их слов – к ногам охотника подкрадывались струи холодного тумана. Одна из них, извиваясь, как змея, уже подползла к его модным ботинкам…

– Ох!

Выпрыгнувший из кустов человек кубарем покатился под ноги женщине. Потеряв равновесие, она слетела с крыльца прямо в объятия Кровавого Алекса. Молниеносным движением он накинул на голову ведьмы темный мешок и заломил за спину руки. Я еще не успела понять, что произошло, как туман уже рассеялся и в ветвях вновь защебетали птицы.

– Чистая работа! – Охотник поволок тетю Лару к выходу. – Павлик, прихвати девчонок.

Павлик – а это именно он толкнул ведьму, разрушив тем самым ее колдовство, – резво устремился в дом. Вскоре он вышел в сопровождении безучастных ко всему Хановой и Панкратовой. Мы двинулись в сторону леса.

– Александр Владимирович все точно рассчитал, – пояснял польщенный похвалой охотника Павлик. – Он знал, что ведьма направит на него все силы и не будет глазеть по сторонам. Именно поэтому я смог незаметно пробраться в сад и напугать ее. От неожиданности она перестала контролировать заклинание. Короче, Светка, запомни, вся сила у ведьмы в глазах. Главное, не давать ей пристально смотреть на тебя. Нет, ты согласись, это очень ловко придумано!

Я молча кивнула. Меня беспокоил отрешенный вид Панкратовой. Что, если ведьма так и не снимет с нее свое заклятие?


А на лесной поляне кипела работа. Развеселые охотнички трудились, не жалея сил. То, что они сооружали, было добротным, сделанным по всем инквизиторским правилам костром. Не успела я и глазом моргнуть, как тетю Лару подняли на это зловещее сооружение и привязали к столбу.

– Снимите с нее тряпку, – скомандовал Кровавый Алекс, – на костре бесовское отродье теряет силу.

– Вы хотите ее сжечь? – ужаснулась я, не желая верить собственным глазам.

– Ты знаешь другие способы уничтожения ведьм? Думаешь, в борьбе со злом можно оставаться чистеньким и не замарать рук?

– Но ведь это убийство.

– Светлана, голубушка, то, что сейчас происходит на твоих глазах, кажется диким и жестоким. Трое здоровых мужиков тащат на костер беззащитную женщину и заживо ее поджаривают. Таков взгляд со стороны. А теперь посмотри на своих подруг. – Он кивнул в сторону отрешенных, безмолвных девчонок. – Не забыла, чьих это рук дело? Что тебе вообще известно о существе, именующем себя деревенской ведьмой тетей Ларой? Ничего. Позволь тебя просветить. Она старше самых старых дубов священной рощи. Она – друид. Много веков назад, еще во времена Римской империи, она бежала из своих туманных земель на восток и обосновалась в этих краях. Знаешь, почему тетя Лара жива до сих пор? Эта тварь живет за счет чужих жизней! Она молодеет, забирая юность у глупых девчонок вроде вас.

– Она и с нами хотела так поступить?

– Конечно. Кстати, знаешь, что бывает с жертвами, когда их жизнь выпита до дна? Они превращаются в те самые хищные деревья, с одним из которых ты болтала.

– Не может быть…

– Она ведь заслужила смерть, правда?

Я замялась, не зная, что сказать. Охотник пристально смотрел мне в глаза, и уйти от ответа было невозможно.

– Если это правда, то думаю – заслужила, – промямлила я.

– Пощады и милосердия! – донеслось с незажженного кострища.

Охотник перевел взгляд на тетю Лару:

– Разве ты не знаешь, что Кровавый Алекс безжалостен к бесовскому отродью? Да ты хуже любого вампира! Дайте-ка огоньку, ребята.

Ведьма задергалась, пытаясь освободиться от удерживавших ее пут. Пламя зажигалки лизнуло факел в руках охотника, и он неторопливо пошел к костру.

– Я освобожу девочек!

Алекс чуть притормозил. Воздух дрогнул, и поляну огласил вопль пришедшей в себя Панкратовой:

– Где я?! Помогите!

Передав факел Стилету, охотник подошел к девчонкам. Взяв Татьяну за подбородок, он внимательно посмотрел ей в глаза. Потом так же придирчиво оглядел Ханову и неожиданно толкнул ее в руки своего помощника:

– Эту – на костер!

Игнорируя наше возмущение, Алекс равнодушно наблюдал за тем, как несчастную Ханову привязывают к столбу рядом с ведьмой. Наконец, жестом приказав нам молчать, он соизволил прокомментировать происходящее:

– Ей не поможешь. Если ее не уничтожить сейчас, потом хлопот не оберешься. Видите, ее волосы порыжели…

Упиваясь своим могуществом, охотник явно перегнул палку, расправляясь с несчастной жертвой колдовства наравне с ведьмой. Надо было спасать Ханову, но что мы – Таня, Митя и я – могли противопоставить троим взрослым головорезам? А Павлик, кажется, был на их стороне.

Тем временем ведьма не оставляла попыток выцарапать назад свою драгоценную, невероятно долгую жизнь:

– Охотник, ты пришел за кристаллом. Возьми его в обмен на мою свободу.

– Если бы мне нужен был камень, я бы узнал, где ты его прячешь. Есть много способов разговорить ведьм. – Подхватив факел, он подошел к костру. – Мне важнее избавить эту дыру от нечисти.

– Никакими пытками ты не заставишь меня говорить. Поклянись, что сохранишь мне жизнь, и тогда ты получишь кристалл.

– Хорошо, – внезапно согласился Алекс. – Клянусь, что если с твоей помощью я завладею осколком магического кристалла, то в этот раз отпущу тебя с миром.

– Я знаю, Алекс, ты не обманешь. – Ведьма пристально посмотрела в лицо охотника. – Ступай в деревню, к дальнему колодцу. Подними нижнюю доску обшивки с восточной стороны. Там тайник. В тайнике план и записка, в которой говорится, где спрятан кристалл. Правда, она на старой латыни…

– Обо мне не беспокойся, мы это в школе проходили, – усмехнулся Алекс. – Стилет, пойдешь со мной, а вы, друзья, пока расслабьтесь и наслаждайтесь природой. Если ведьма солгала, мы еще успеем ее поджарить. Ятаган, присмотри за ребятишками, чтобы они не разбежались раньше времени.

Как только они ушли, Ятаган обмотал мою талию веревкой и привязал к ближайшей сосне. То же самое он проделал с возмущенной до глубины души Панкратовой. Мальчишек он не тронул, видимо, охотники им вполне доверяли.

Громила потуже затянул узлы и с удовлетворением посмотрел на свою работу:

– Так-то лучше! И не пытайтесь спасти свою подружку, она теперь хуже любого вампира, уж вы поверьте!

Ятаган знал свое дело и расположил узел веревки так, что до него невозможно было дотянуться. Выбраться из опоясывающей талию петли не представлялось возможным, и, облокотившись на шершавый ствол сосны, я стала наблюдать за сидевшим неподалеку вороном. Большая нахохлившаяся птица с тревогой смотрела на костер.

– Это ты спас нас от дерева-убийцы? – подняла голову Таня.

Не пожелав слушать Панкратову, ворон взмахнул иссиня-черными крыльями и перелетел поближе к костру.

День тек лениво и неспешно. Мы с Татьяной коротали его, как собачки на привязи. Правда, жаловаться было не на что: Ятаган накормил нас сытным, приготовленным на костре обедом и не давал скучать, развлекая историями из жизни охотников на вампиров. Большую часть времени он проводил за выстругиванием новых колышков, а иногда отправлялся на разведку. Охотник следил за тем, чтобы праздные дачники не забрели к инквизиторскому костру, возвышавшемуся посреди лесной поляны. Во время одного из таких обходов я обратилась к оставшемуся за старшего Павлику:

– Павлик, по старой дружбе помоги нам бежать. Мы приведем помощь и спасем Ханову. Она ни в чем не виновата!

– Александр Владимирович считает, что ее необходимо сжечь.

– А если он решит, будто и я ведьма?

– Тогда сожжем и тебя.

После такого ответа продолжать дискуссию расхотелось. Я посмотрела в сторону зловещего кострища. Две поникшие, измученные ожиданием расправы ведьмы несколько часов неподвижно стояли у обложенного дровами столба. Глядя на них, я вновь подумала о Кровавом Алексе. Кто он – герой или негодяй, борец со злом или жестокий убийца? Он уничтожает зло, но причиняет боль, спасает людей, но не жалеет их. Кристиан, напротив, мягче и добрее, зато питается человеческой кровью…

– Светка… – прошептали над ухом, – не оборачивайся.

Я почувствовала, как в мои пальцы вложили острый предмет, кажется, осколок стекла.

– Нас с братом называют двойной тенью Павлика в том смысле, что куда он, туда и мы. Но у меня есть собственное мнение! Попытайся спасти Жанну. Я не могу бежать, подвернул ногу еще на ферме.

Митя снова скрылся в кустах, но вскоре как ни в чем не бывало вышел на поляну и приблизился к Павлику:

– Как ты думаешь, скоро вернется Александр Владимирович?

– Не знаю, – Павлик пожал плечами. – Может, это и к лучшему. Такое зрелище надо наблюдать в темноте.

Поудобней ухватившись за осколок, я начала незаметно перерезать веревку. Вскоре путы ослабли. Оставалось только выбрать подходящий момент для бегства.

Смеркалось. Ятаган отложил свои колышки и дремал, прислонившись спиной к дереву. Павлик возбужденно рассказывал Мите о полной опасностей и приключений жизни охотников. Панкратова гадала на ромашке, сосредоточенно бормоча под нос: «Любит – не любит». Тетя Лара и Ханова, не моргая, смотрели куда-то за горизонт. Никем не замеченная, я выскользнула из веревочной западни и скрылась в кустах.

Несмотря на спешку, до Борисовки мне удалось добраться лишь после захода солнца. По деревеньке гуляла молодежь, но обращаться к ней за помощью было бесполезно. Я быстро шла вперед, пока не поравнялась с опустевшим домом тети Лары. Протяжно заскрипела калитка, и на улицу вышел высокий мужчина в черном:

– Света?!

– Кристиан! Рада тебя видеть! Как тебе удалось вырваться от тех вампиров-надсмотрщиков?

– Если бы до рассвета оставалось больше времени, они бы здорово меня отделали. Потом мы вместе спасались от солнечных лучей.

– Все вампиры с фермы мертвы. Их убил Кровавый Алекс.

– Знаю. Я был там. Теперь он взялся за ведьму?

Пока мы обменивались впечатлениями, вдали послышался топот – кто-то с огромной скоростью бежал по улице. Скорее всего, это была погоня. Предупредив Кристиана, я забежала на участок тети Лары и спряталась в кустах сирени. Воспоминания нахлынули с новой силой, и мне показалось, что сад по-прежнему окутывает страшный туман.

– Простите, вы не видели тощую, растрепанную девчонку в порванном платье? – спросил подбежавший к участку Павлик.

– Здесь много молоденьких девушек, но никто из них не щеголяет в разорванной одежде, – невозмутимо ответил Кристиан.

Павлик понесся дальше, а вампир вошел во двор тети Лары. Обнаружив меня в кустах, поинтересовался, что происходит. Воспользовавшись случаем, я приступила к изложению своей проблемы.

Кристиан слушал внимательно, с сумрачным выражением лица.

– Оставь их, – посоветовал он наконец. – Оставь все как есть.

– Ты не понял! Кровавый Алекс хочет убить Ханову! Этот фанатик вообразил, что она ведьма, и собирается ее поджарить на костре.

– Алекс – профессионал. Если он считает, что девочка обречена, значит так оно и есть. Охотник не убивает людей, он преследует только проклятых детей тьмы.

Кристиан пошел к выходу, давая понять, что разговор окончен. Но отделаться от меня было не так-то просто. Я видела, как он дрался, и не сомневалась – такой сильный, ловкий вампир может справиться с любыми противниками.

– Вероятно, Алекс еще не вернулся. Неужели трудно совладать с одним его подручным?

– Не знаю никого из наших, кто посмел бы в одиночку идти против людей Кровавого Алекса! И потом, я не служба спасения, не супермен, я обычный вампир!

– Ты здорово дерешься.

– Просто могу за себя постоять. Но не забывай, эти люди не одно десятилетие положили на то, чтобы научиться убивать вампиров. Сражаться с ними – верное самоубийство!

Вампир всплеснул руками, будто отмахиваясь от одолевавших его проблем, и вновь двинулся к калитке.

– Кристиан, подожди! Пусть с Жанной уже случилось нечто непоправимое, но она по-прежнему чувствует страх, боль, отчаяние. Ее сожгут живьем! Ее, девочку, сидящую за соседней партой! Когда я приду в школу и увижу это пустое место, муки совести будут преследовать меня до конца жизни. Подумай, насколько страшна такая смерть.

– Если я окажусь надетым на кол охотника, тоже сгорю живьем. Где они находятся?

– Неподалеку от священной рощи.

Миновав Борисовку, Кристиан размашистым быстрым шагом пошел в сторону леса. Я поспешила следом…


Объяснив, что следует делать, Кристиан скрылся в тени деревьев. Я подкралась к поляне и выглянула из-за кустов. Мы едва не опоздали – ведьма исчезла, а Алекс уже подносил факел к костру, на котором всхлипывала напуганная до полусмерти Ханова.

– Огонь очистит.

– Помогите! – заорала я и бросилась в противоположную от поляны сторону. – Помогите!

Ветки яростно хлестали по лицу, а потом мне показалось, будто ноги отрываются от земли и начинается настоящий полет… Удар пришелся по голове, вспыхнули снопы искр, и все исчезло.

Я очнулась у небольшого костерочка, на котором булькал и дымился котелок с похлебкой. Охотник присел рядом и ощупал мою голову:

– Не зря я вас привязал. Из-за твоего глупого побега на земле осталось больше нечисти. Посмотрела бы на себя со стороны – вся в царапинах, и синяк под глазом.

Надо сказать, что и Кровавый Алекс выглядел не блестяще – на виске виднелась аккуратно заклеенная пластырем ссадина, а дорогой костюм явно не один раз соприкасался с землей и колючими ветками. Приподнявшись на локте, я осмотрелась. Прихрамывающий Стилет вместе с Митей и вернувшимся из деревни Павликом разбирали непотребовавшийся костер, растаскивая бревна и хворост. Сидевший у огня Ятаган замысловато ругался, рассматривая свою опухшую руку, а Панкратова возилась с бинтами из походной аптечки. Ни Хановой, ни Кристиана на поляне не было.

– Свет, расскажи, что случилось, – попросила Татьяна.

Прикинувшись наивной дурочкой, я начала импровизировать, рассказывая о том, как заблудилась в лесу и обнаружила, что меня кто-то преследует.

– Я давно следил за черноволосым. Его поведение отличается от повадок стандартного вампира, но кто бы мог подумать, что он осмелится лезть в мои дела! – заметил Алекс. – Вампиры наглеют.

Осмотрев распухшую руку Ятагана, злой как черт Алекс посмотрел на часы и распорядился о ночевке в лесу. И вновь мы с Панкратовой легли спать в палатке охотников. После удара о корягу побаливала голова, но, несмотря на это, я с большим интересом слушала рассказ Тани.

– Когда Ятаган увидел, что ты убежала, он отправил в погоню Павлика. Спустя какое-то время вернулся Алекс. Охотник продемонстрировал ведьме кулон и сказал примерно следующее: «Предпочитаю вести дела честно, и посему, голубушка, твое сожжение переносится на следующую нашу встречу». Пришедший чуть позже Стилет отвязал ее от столба. Видела бы ты, с какой скоростью тетя Лара бросилась прочь!

– Неудивительно.

– Потом Алекс достал зажигалку, поднес ее к факелу, и тут раздался душераздирающий вопль.

– Я отвлекала внимание.

– Охотник поморщился и велел Стилету разобраться, в чем дело. Тот побежал на звук твоего голоса. С горящим факелом в руке Кровавый Алекс пошел к костру и вдруг… – Панкратова округлила глаза, выдержала многозначительную паузу. – И вдруг на поляне появился таинственный герой. Прекрасный, неустрашимый, в совершенстве владеющий своим телом…

– Проще говоря, Кристиан.

– Ах, Света, оставь свою иронию! Этот вампир смотрится намного эффектнее лучших голливудских актеров. Не дав противникам опомниться, он с ходу ударил Ятагана, а потом сбил с ног и самого Кровавого Алекса. Тот потерял равновесие и упал прямо на костер. Алекс стукнулся виском о бревно и, кажется, вырубился на пару секунд. А огонь уже начал лизать хворост… Кристиан отбросил факел и попытался освободить Ханову. Тем временем на поляне появился Стилет, он нес твое бесчувственное тело.

– Я споткнулась о корягу, когда бежала по лесу.

– Он довольно небрежно положил тебя на землю и схватил один из заготовленных днем колышков. Я похолодела от ужаса! Кристиан все же сумел отвязать Ханову и попытался сбить с ног Стилета, но тот увернулся и как ударит его ногой. Наш герой свалился прямо на Алекса. Тот уже пришел в себя и попытался удержать вампира. Ятаган занес кол… Я зажмурилась, а когда открыла глаза, Ятаган орал, схватившись за руку, а Кристиан и Стилет душили друг друга в траве. Но меня больше всего поразило поведение Алекса. Поднявшись с костра, он отошел в сторону и рассматривал в маленькое зеркальце свою ссадину на виске. Можно было подумать, что его ничуть не волнует, чем кончится это смертоубийство. Тем временем Павлик вооружился здоровенным поленом и бегал вокруг дерущихся, стараясь выбрать подходящий момент, чтобы ударить вампира. Но он прогадал – Кристиан выдернул из его рук деревяшку и оглушил ею Стилета. Потом перекинул через плечо Ханову и скрылся в лесу. Кровавый Алекс страшно ругался, но запретил его преследовать. Сказал: «Главное сделано, а зачистить это милое местечко можно и позже».

– Не вовремя я потеряла сознание. Пропустила все самое интересное.

Утром, едва взошло солнце, охотники за вампирами начали спешно готовиться к отъезду. Заспанная Панкратова подошла к Алексу:

– Отдайте, пожалуйста, кристалл.

– Нет, детка. Он останется у меня. Эта дьявольская игрушка слишком опасна. Не знаю, откуда у тебя эта штука, но ты должна быть счастлива, что сумела от нее избавиться. А нам пора прощаться. Возвращайтесь домой и помалкивайте о случившемся. Вампиры и преследующие их охотники – всего лишь выдумка, легенда.

– Александр Владимирович, – заговорил молчавший все утро Павлик, – возьмите меня с собой. Я выучусь, стану хорошим охотником, вам же нужна смена. Я не один день обдумывал свое решение, поверьте.

Охотник усмехнулся:

– А как же мамочка с папочкой?

– Я все равно не вернусь домой. Отчим пьянствует и дерется, матери на меня плевать. Лучше уж буду бродяжничать.

– Вот даже как… – Кровавый Алекс щелкнул зажигалкой, задумчиво глядя на желтый язычок пламени. – Непреодолимый конфликт поколений. Если ты решился бросить семью и свыкся с мыслью, что рано или поздно твоя жизнь оборвется в когтях какой-нибудь нежити, если ты готов убивать – идем. Но обратной дороги не будет.

Страшные слова Алекса не произвели на Павлика должного впечатления, он только энергично закивал головой, выражая свое согласие. Охотники покинули поляну, и вскоре со стороны шоссе послышался рев мотоциклов.


Вдоль дороги брела босоногая девушка, ее рыжие волосы трепал дувший с реки ветерок.

– Жанна!

Она обернулась, подождала, пока мы подойдем поближе, и внезапно расплакалась:

– Не понимаю, что происходит. Сперва меня околдовали, потом хотели сжечь. Почему? За что?

– Кровавый Алекс принял тебя за ведьму, – пояснила Панкратова. – Лучше скажи, где Кристиан, тот парень, что не побоялся сразиться сразу с тремя охотниками на вампиров? Правда, он классный?

– Он бросил меня здесь, у дороги, и ушел, не прощаясь. Очень торопился. У него ледяные руки и жадный, безумный взгляд. По-моему, он хотел моей смерти. – Ханова вновь зарыдала, размазывая по лицу слезы и грязь.

Теперь мы шли к деревне вчетвером. За поворотом шоссе виднелись развалины сгоревшего магазина. Возможно, в них вновь нашел свое убежище вампир. Это была далеко не самая разумная мысль, но мне вдруг так захотелось хотя бы еще один раз увидеть Кристиана.

– Тань, может, заглянем в магазинчик? – неуверенно предложила я.

Панкратова резко остановилась и отвела меня на обочину.

– Вампиры, деревья-убийцы, ведьмы и головорезы, преследующие их, конечно, очень достойная компания, но… Знаешь, Светочка, за последнее время на нас свалилось слишком много приключений. Кажется, стоит только сойти с шоссе, как они обрушатся с новой силой. – Панкратова нервно теребила конец своей косы. – Есть люди, которых лучше любить издали, например, по телевизору. Тогда видны только их достоинства. Я, конечно, влюблена в Кристиана, но сейчас предпочла бы роман в письмах или неразделенную любовь. Она особенно романтична.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10