Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Глобальный человейник

ModernLib.Net / Документальная проза / Зиновьев Александр Александрович / Глобальный человейник - Чтение (стр. 15)
Автор: Зиновьев Александр Александрович
Жанры: Документальная проза,
Критика,
Публицистика

 

Загрузка...

 


Лю рассказывала о себе. После гимназии окончила школу секретарш. В МЦ попала по конкурсу — повезло. Работает тут уже пять лет. Мечтает выйти замуж и создать обычную благополучную семью. За время работы сделала кое-какие сбережения. От родителей кое-что останется. Так что основа для начала семейной жизни есть.

Потом Лю устроила мне допрос, какого мне не делали даже в отделе кадров. От неё я узнал, что в МЦ сделать успешную карьеру за счёт добросовестной работы в качестве оператора (к этой категории принадлежал я) невозможно. Во всяком случае, она не знает ни одного случая, чтобы такой сотрудник поднялся выше старшего в группе или заместителя начальника группы. Карьеру делают за счёт каких-то связей и дел вне МЦ. Главное — надо заставить каких-то влиятельных людей обратить на себя внимание, дать им понять, что ты им можешь быть полезен.

По мере того как Лю излагала свою жизненную концепцию, настроение моё портилось. Возможно, она будет хорошей женой. Не от любви к мужу, конечно, а из холодного практического расчёта. Но теперь это всеобщая норма. Как уверяют идеологи, высшая ступень эволюции брака. Для такого современного брака разработана целая наука. Созданы специальные учреждения, в которых на компьютерах рассчитываются наиболее подходящие партнёры. Печатаются специальные журналы и газеты. Таким был брак моих родителей. Но он оказался таким же непрочным, как и браки по любви. Впрочем, мне за всю мою жизнь не встретился ни один брак по любви.

В том, что я сказал, никто не усматривает какую-то ненормальность или аморальность. Это — общепризнанная норма. Меня это затрагивает лишь постольку, поскольку я по природе оказался в каком-то смысле рецидивом прошлого и поскольку я специализировался по XX веку — по последнему веку в истории, когда ещё живы были некоторые иллюзии насчёт человечности и ещё появлялись авторы, критически относившиеся к тому направлению, по которому пошла эволюция человечества. И во мне невольно развилась тоска по прошлому.

От моего праздничного настроения не осталось и следа. Мне стало ужасающе скучно. Захотелось как можно скорее избавиться от Лю. Думаю, и ей тоже стало неинтересно со мной. Стала портиться погода. Мы вышли на площадь, где собралась толпа, не имеющая связи с фестивалем. Шёл какой-то митинг. Я прислушался. Ораторы через усилители выкрикивали лозунги вроде «Долой стариков!», «Остановим старение общества!», «Молодёжь тоже хочет жить!».

Общество стариков

Наше общество давно превратилось в общество стариков. Больше половины западоидов суть люди, которым уже за шестьдесят лет. Можно ли это считать признаком прогресса? Старики, сохраняющие потенции молодых людей, суть не просто старики, они суть самые заклятые враги новых поколений. Их потенции молодых суть искусственные, а не естественные потенции. Это — имитация молодости, а не молодость как таковая. Пусть эта имитация выглядит лучше подлинности, она все равно остаётся имитацией. Она бесплодна во всех отношениях. Она есть искусственное извращение законов природы. Восьмидесятилетний старик, вступающий в сексуальную связь с молодой женщиной на уровне высших достижений геронтологии и сексологии, — это есть качественно иное явление сравнительно с двадцатилетним мужчиной, делающим то же самое на уровне природной естественности, пусть хуже с точки зрения критериев сексологов. В первом случае это спектакль призраков, во втором — жизнь живых. Так обстоит дело и с интеллектуальной, и творческой, и политической, и любой другой формой деятельности людей. Старики уже извратили всю нашу цивилизацию, лишив её естественных основ и навязав ей имитационные критерии.

Процесс старения общества не остановился. Он неумолимо продолжается, переступив все мыслимые пределы. Геронтология добилась выдающихся успехов. Используя технику замены частей тела искусственными и технику пересадки таких частей от других живых организмов, она теперь может продлить жизнь человека до 200 лет, сохраняя при этом потенции молодого человека до 100 лет. Это, разумеется, стоит огромных денег. И далеко не всякий может это себе позволить даже при наличии денег. Лишь очень богатые и важные личности могут воспользоваться этими плодами прогресса. Но круг этих счастливчиков расширяется. А влияние этого фактора на психологию всех прочих людей невозможно ничем ограничить. Жизнь человечества уже отравлена мыслью, что лишь небольшое число избранных будет наслаждаться бесконечно долгой жизнью, а большинство обречено на преждевременную (теперь даже долгая по старым понятиям жизнь выглядит как короткая!) смерть.

Сейчас в ЗС живёт около десяти тысяч человек в возрасте близком к 200 годам, а число столетних превысило сто тысяч. Начала складываться особая сфера жизни сверхстолетних. Слово «старик» в их кругах запрещено. Для них пишутся особые книги и делаются особые фильмы. У них свои клубы, включая ночные, свои курорты, свой спорт, свои чемпионаты, свои фестивали и т.д. Те, кто работает на них и обслуживает их, оплачиваются по крайней мере в три раза лучше, чем соответствующие профессии для прочих. В сферу обслуживания этих людей устремились наиболее талантливые деятели культуры.

Последствия непомерной продолжительности жизни оказались особенно угрожающими для состоятельных людей, которые могли оплатить огромные расходы по продлению жизни. В этих слоях стала исчезать возрастная разница между родителями и детьми. Одновременно стали жить пять и более поколений. А какие могут быть родственные чувства у 150-летних родителей к 125-летним детям, 100-летним внукам, 75-летним правнукам, 50-летним праправнукам, 25-летним прапраправнукам и новорождённым прапрапраправнукам?! Столетние долгожители стали сами производить детей, так что возникали побочные линии наследников. Уже после ста лет долгожители (их стали называть бессмертными) утрачивали всякие человеческие чувства и превращались в биологические машины, имеющие одну цель: жить как можно дольше. А это дорого. Все состояние уходит на это. Наследники тоже жаждут последовать примеру родителей, а как от них урвать на это деньги?!

Возникли массовые движения за ограничение продолжительности жизни, за ограничение прав «бессмертных», за конфискацию их имущества в пользу наследников и т.д. Одновременно возникли и противоположные движения. Последние утверждали, что всякие действия такого рода будут иметь следствием изобретение легальных и нелегальных средств обходить законы, увеличение трат на долголетие и усиление тех негативных явлений, которые хотят ограничить, если не устранить совсем. Одним словом, человечеству не удастся избежать расплаты за непомерный прогресс, нарушивший все биологические нормы, которые были найдены в течение прошлой эволюции. Конечным результатом приближения к реализации мечты о бессмертии с необходимостью будет вымирание западоидов.

Сенсацией стал отчёт Международного геронтологического института о новых результатах. Общий вывод — жизнь людей можно продлить до 500 лет, сохраняя молодость до 200 и даже 300 лет. Это сообщение вместо восторгов породило панику. Сто крупнейших учёных ЗС сделали по этому поводу совместное заявление. По их мнению, такой прогресс геронтологии является самой большой угрозой нашей цивилизации. Уже сейчас ориентация высших слоёв общества на долголетие и на пользование потенциями молодых людей до 100 лет сказываются на состоянии общества катастрофическим образом. Происходит извращение всех основ цивилизации, превращение её в эволюционного урода, обречённого на неминуемую гибель. Надо во что бы то ни стало остановить этот гибельный «прогресс» и запретить геронтологию вообще как лженауку и лжемедицину.

Возникло движение с требованием запрета геронтологии. В него включились все религиозные организации. Основную массу участников движения составили молодые люди. Уже известны случаи погромов геронтологических центров и больниц, а также всякого рода заведений для сверхстариков.

Митинг в Раю, свидетелем которого был я с Лю, есть одно из многочисленных протестов такого рода. Мы как служащие Верховного Конгресса не имели права участвовать в таких сборищах. И мы решили вернуться домой.

Предложить Лю провести ночь со мной я не рискнул: в моем положении инициатива в этом отношении могла кончиться для меня плачевно. А Лю никакого предложения мне на этот счёт не сделала. И мы расстались.

Ро

Ро при встрече спросила, каковы мои успехи с Лю. Я сказал, что желания провести ночь вместе не появилось ни у меня, ни у Лю.

Р о: Значит, из вас получится идеальная семья вроде семьи Ива.

А л: Лю обладает качествами Кет, но мне до Ива далеко.

Р о: Научишься. Как тебе показался Рай?

А л: Сказка! Но чем дольше в этой сказке находишься, тем сильнее тоска по подлинности, по естественности.

Р о: В чем ты видишь разницу между естественным и искусственным? Все человеческое искусственно. Когда наш предок впервые взял в руки палку или камень, он встал на путь искусственности, В его природе это не было предусмотрено как нечто естественное. И вместе с тем, все то, что человечество изобрело искусственного, было достигнуто в рамках все той же природы, в соответствии с теми же её законами.

А л: Но какое-то различие тут осталось! Пусть относительное, допустим — с точки зрения соответствия биологической природе человека.

Р о: Ты ещё имеешь иллюзии насчёт нашей биологической природы?! Увы, мы давно и биологически переделаны искусственно так, что в нас почти ничего не осталось от наших предков. Лишь некоторое внешнее сходство да историческая память,

А л: Но мы все-таки остались живыми существами хотя бы по материалу, из которого сделаны! А материал имеет свои законы!

Р о: Мы познали эти законы. Мы можем манипулировать материалом, из которого сделаны, как манипулируем материалом неживой природы.

А л: Неужели тут нет никаких пределов?!

Р о: Есть, но они не принципиальные. Они временные. Мы их постоянно преодолеваем.

А л: Так, может быть, стоит установить такие пределы искусственно?!

Р о: Зачем?! К тому же это уже невозможно.

А л: Почему?!

Р о: Это, как оказалось, единственный случай, когда люди бессильны что-то предпринять по своей воле. Мы перешли границу нашей власти над природой. В результате мы потеряли власть над самой нашей способностью властвовать над природой и перекраивать её по своему усмотрению. Мы вступили в высшую фазу нашей искусственности — она сама стала для нас естественностью высшего уровня.

А л: Наш спор лишён смысла.

Р о: Почему?

А л: Слова, которые мы употребляем, неопределенны и многосмысленны.

Р о: Но есть реальная проблема, которая служит причиной спора.

А л: Какая?

Р о: Наше отношение к реальности, наши интересы, наши жизненные установки, наши цели и т.п. Возьмём для примера проблему долголетия. Ты считаешь продолжительность жизни больше ста лет противоестественной. Почему? Потому что ты — молодой человек, находящийся на низком уровне социальной иерархии и ещё не занявший достаточно прочное положение в ней. Сколько лет жизни ты считаешь естественными?

А л: Максимум семьдесят. Пятьдесят было бы лучше. А с современными средствами информации и удовлетворения потребностей уже к тридцати годам наступает пресыщение и жизнь теряет смысл.

Р о: А я хочу прожить минимум сто лет. Буду прилагать усилия, чтобы дотянуть до ста пятидесяти, а если можно — до двухсот. И сохранять при этом все основные жизненные потенции. И не считаю это несправедливым. Раз я буду иметь такую возможность, почему я должна от неё отказываться?! А назовёшь ты это искусственным и противоестественным, мне безразлично. Ты тем самым выразишь лишь свою «партийную» позицию. Между прочим, президент Общества долгожителей, которому сейчас около ста восьмидесяти, в молодости был одним из руководителей движения против чрезмерной продолжительности жизни.

А л: Тут есть один аспект, который ты игнорируешь, а именно — аспект социальной целесообразности. Ты, конечно, знаешь о заявлении ста крупнейших учёных по поводу долголетия?

Р о: Да. Но ведь они сами все долгожители. И они не против долголетия вообще, они лишь за разумное регулирование продолжительности жизни. Причём — в интересах долгожителей! А что касается твоих слов по поводу пресыщения и потери смысла жизни, то ты упускаешь из виду один важнейший результат эволюции западоидов: для нас главную роль стали играть не реальные потребности и не реальное их удовлетворение, а потенциальные потребности и уверенность в том, что мы их можем удовлетворить реально, если это потребуется. А тут нет никаких ограничителей. Тут никогда не наступит пресыщение. Обрати внимание, боги никогда не жаловались на пресыщение и никогда не отказывались от бессмертия. А мы — почти боги!

Кто умнее

Моя уверенность в том, что человек с достаточно развитым интеллектом способен обманывать интеллектуальные контрольные устройства, очень скоро испарилась. Обмануть эти устройства можно не во всем, а только в некоторых случаях. Возможность обмана их в этих случаях предусмотрена заранее. Обман допускается, причём — используется как средство контроля. И к тому же он компенсируется другими средствами, что вообще делает его бессмысленным. Мне об этом рассказал Нор.

Кор: Если взять изолированное устройство и одну проблему, то превосходство естественного интеллекта над искусственным легко показать. Но мы, увы, живём в паутине множества устройств, связанных воедино и наблюдающих нас по многим признакам. И в этой ситуации обмануть контролирующие нас устройства невозможно, будь ты трижды гением. Тут даже твой обман даёт дополнительную информацию о тебе.

А л: И какое же поведение тут наиболее разумно с точки зрения личных интересов сотрудника?

Нор: Для любого сотрудника и любых интересов наилучшее поведение то, которое нам и предписывается.

А л: Значит…

Нор: …Как можно меньше активности сверх той, какая положена по должности. Не думать лишнего. Вообще жить так, как будто тебя нет.

Ла

Делал обзор материалов в средствах массовой информации второй половины XX века по проблеме загрязнения окружающей среды. Естественно, поручил это Ла, составив для него соответствующую программу. Он выполнил задание. Чтобы немного расслабиться, я спросил Ла о его впечатлении от материалов.

Л а: Не могу понять, почему люди, приняв правильные решения, прилагают затем усилия к тому, чтобы помешать их исполнению.

А л: Например?

Л а: В конце двадцатого века автомашины тратили в среднем от десяти до пятнадцати литров бензина на сто километров. Это был один из сильнейших источников загрязнения окружающей среды. Государство призывало к борьбе против этого и принимало соответствующие меры. Уже тогда были изобретены машины, которые тратили от трех до пяти литров бензина на сто километров при той же дозволенной скорости. А между тем именно государство помешало серийному производству этих машин. Почему такая непоследовательность?

А л: Объяснение банально. Дело в том, что государство получало в качестве налога семьдесят пять процентов выручки за проданный бензин. Серийное производство машин, тратящих в три раза меньше бензина, сократило бы и три раза доходы государства от продажи бензина.

Л а: Но в массмедиа об этом не было сообщения. Почему?

А л: Не все попадает в массмедиа. Отбор информации уже тогда был довольно строгий.

Л а: А откуда ты об этом узнал?

А л: Из материалов секретного фонда.

Л а: Но что важнее — интересы всего человечества или доходы отдельных государств?!

А л: Решает не абстрактный разум, а конкретная сила заинтересованных участников исторических событий.

Л а: Почему получается такое неразумное объединение из разумных существ?

А л: Не преувеличивай разумность отдельных представителей рода человеческого,

Л а: Уже во второй половине двадцатого века стало всем очевидно, что прогресс принял губительное направление. Никто не возражал. Почему не остановили его? Люди бессильны это сделать? Или не хотят почему-то? Почему?

А л: Бессильны, потому что не хотят.

Л а: Как это возможно?! Объясни.

А л: Возьмём тот же пример с автомобилями! В конце двадцатого века их было уже более пятисот миллионов. А сколько теперь?! Значит, если этим миллионам пришлось бы выбирать отказ от автомобилей, которые портили климат, или терпеть их вредные последствия, по пользоваться ими, они выбрали бы второе. Прибавь к их числу миллионы людей, занятых в производстве и пропаже автомобилей, живущих так или иначе за счёт этой сферы индустрии. А аналогичных сфер — десятки и сотни, а то и тысячи. И так во всем, что даёт прогресс. Говорить можно что угодно. Но миллиарды людей своей повседневной жизнедеятельностью порождают совместно направление эволюции, которое сами же по отдельности критикуют как губительное.

Л а: Это не согласуется с той логикой, на основе которой мы функционируем.

А л: Это диалектика. Её опорочили и отбросили в двадцатом веке. Но она неумолимо даёт знать о себе. Но оставим диалектику! Пусть она — вздор! Самый простой практический расчёт показывает следующее. Люди могут жить и в испорченной природной среде. Причём западоиды могут жить даже дольше, чем раньше, за счёт медицины и всяких искусственных приспособлений. Например, изолируясь от непригодной для житья природы и создавая искусственный климат в изолированных пространствах. Это обходится гораздо дешевле, чем восстановление прежнего нормального состояния природы. К тому же многое испорчено навечно и не будет восстановлено никогда. А чтобы восстановить то, что ещё возможно, нужны столетия, если не тысячелетия жизни без современной индустрии. А человечество без неё уже не способно прожить и года, начнётся всеобщая и полная деградация, не говоря ужо войнах, бунтах, преступности. Одним словом, мы обречены идти вперёд и только вперёд по тому пути, какой наметился и был осуждён уже в двадцатом веке.

Сборища

Если бы нас на самом деле наблюдали инопланетяне, они прежде всего заметили бы оргию съездов, конгрессов, конференций, симпозиумов, коллоквиумов, сессий, совещаний, заседаний и прочих сборищ. Согласно моим подсчётам, одновременно в ЗС заседает до ста миллионов человек. Зрелище поистине впечатляющее. Сто миллионов взрослых людей в расцвете сил и способностей сидят на стульях, на диванах, в креслах и т.п. часами, часами говорят или слушают, что говорят другие. Инопланетяне в телеграммах на свои планеты должны были бы сообщить, что земляне ведут сидячий образ жизни.

Наш МЦ вносит в этот океан заседаний свою «каплю», причём — весьма значительную. Он устраивает их с большим размахом. Приглашается максимальное число участников. Приглашаются крупнейшие светила в своих областях деятельности. Обслуживаются по высшему классу. Платят максимальные гонорары. Массмедиа уделяют максимум внимания.

Обмениваться мнениями в принципе можно и безличных встреч, — коммуникационные средства для этого более чем достаточны. Но эффект личного присутствия и личных общений считается чрезвычайно важным. Но не с точки зрения интересов решения проблем, обсуждаемых на этих сборищах, — на них никогда никакие проблемы не решаются, — а совсем в ином плане. Эти сборища прежде всего вырывают людей из изоляции, в какой большинство вынуждено работать, и на какое-то время приобщать их к реальности. Многие только тут встречаются с живыми людьми помимо очень немногих сотрудников и родственников, с которыми имеют дело постоянно и которых уже не воспринимают как людей. А главное — эти сборища позволяют большому числу людей бесплатно побывать в Запад-Сити, несколько дней бесплатно пожить на очень комфортабельном уровне, заработать дополнительные деньги, помелькать в средствах массовой информации, участвовать в спектакле якобы серьёзной социальной жизни, несколько повысить свой социальный статус.

Подготовка к сборищам даёт занятие многим сотням бездельников. В МЦ специальный отдел круглый год занят подготовкой, проведением и фиксированием итогов таких сборищ. А их тут проводится более пятидесяти ежегодно. Для участников их построен специальный отель. Для экскурсий по БЗ им служит целый автобусный парк. К их услугам специальный ресторан, множество кафе. Я уж не говорю о технических средствах обслуживания работы сборищ. Все это обходится довольно дорого — одна из важных статей расходов Верховного Конгресса.

Само собой разумеется, в этих сборищах принимают участие важные лица из аппарата власти. Мы сочиняем им их выступления, начиная от самых примитивных (приветствия участникам сборищ при их открытии и заключительные речи при закрытии) и кончая самыми сложными (доклады со статистическими данными и изощрёнными прогнозами, которые готовятся десятками сотрудников МЦ).

Проблема иностранцев

Сейчас в MЦ идёт конференция по проблеме иностранцев. Во всех секциях, подсекциях, круглых столах, дискуссионных клубах, диспутах и т.п. конференции уже сделано более тысячи докладов и выступлений. А конференция ещё только началась. Наша задача — обработка их для итогового доклада председателя Комиссии Верховного Конгресса по проблемам иностранцев в ЗС.

Уже предложено несколько десятков проектов решения проблемы иностранцев. Я обработал три из них — насильственный, гуманный и демократический (по моей терминологии, конечно). Первый проект включает такие мероприятия. Закрыть границы ЗС от нашествия иностранцев. Заключить в концентрационные лагеря всех нелегально проникших в ЗС, затем выслать их обратно на родину. Выселить из ЗС всех иностранцев, без которых можно обойтись. Допускать на работу в ЗС только на ограниченный срок и без семей. Работающих в ЗС иностранцев локализовать в особых гетто.

Идея второго проекта заключалась в том, чтобы создать в странах, из которых на Запад устремляется основной поток нежелательных мигрантов, хорошие жизненные условия, чтобы люди захотели оставаться дома. А ещё лучше — создать там на какое-то время жизненный уровень, более высокий, чем в ЗС, чтобы начался обратный поток мигрантов домой. Эту меру подкрепить пропагандой, будто на Западе очень тяжёлые условия жизни. Пустить слух насчёт кризиса и роста безработицы до пятидесяти процентов. Поощрить нападения правых радикалов на иностранцев.

Согласно третьему проекту, не нужно вообще ничего предпринимать. Достаточно предоставить иностранцев самим себе, оградив население ЗС от них, то есть самим замкнуться в гетто от иностранцев. Не оказывать им никакой помощи, не оказывать никакой медицинской помощи, не давать им и их детям никакого образования. В течение жизни одного поколения они вымрут от болезней, голода и кровавых междоусобиц.

Ла

Я познакомил Ла со всеми проектами и предложил ему выработать свой оптимальный вариант. Через пару минут его проект был готов. Вот его пункты. Надо не улучшать жизненные условия в странах, откуда идёт поток мигрантов, а ухудшать, чтобы у них даже не было сил и средств мигрировать. Есть смысл создавать там эпидемии болезней, не выходящие за пределы районов их обитания. Способствовать алкоголизму, наркомании, преступности. Поощрять вражду различных групп в этих странах, чтобы они взаимно истребляли друг друга. Для этого их надо вооружить, но ровно настолько, чтобы они не стали угрозой нашему присутствию у них. Аналогично поступать с теми, кто уже проник в ЗС. Поощрять правых экстремистов в их ненависти к иностранцам. Внушать жителям ЗС, будто их жизненные условия ухудшаются из-за иностранцев, на помощь которым уходит львиная доля бюджета. Допускать в ЗС только таких иностранцев, которые могут быть полезными тут, но исключить для них всякую конкуренцию с западоидами, рассматривать их как людей второго сорта.

Вот в таком духе Ла разработал детальнейшую программу очищения ЗС от иностранцев и защиты от них. Я сказал ему, что его программа фактически осуществляется на деле, но что выступать с этим публично — значит дать повод для обвинений во всех смертных грехах. Так что надо, сохранив суть идей, придать им такую словесную форму, чтобы заслужить аплодисменты участников конференции, Ла сказал, что он сделает это за несколько секунд. Только это уже сделано.

А л: Кем?!

Л а: В заключительном докладе председателя Комиссии Верховного Конгресса по проблемам иностранцев.

Инопланетянин

А л: Давно не появлялся. Я соскучился по тебе.

И н: Сочинял отчёт для своего начальства.

А л: С вашей техникой на это нужны минуты!

И н: Я же говорил тебе, что у нас другие отношения

со временем!

А л: И с явлениями реальности? И н: Само собой разумеется. А л: Например?

И н: Согласно моим наблюдениям, в вашем ЗС одновременно заседает до ста миллионов человек. Люди в целом проводят большую часть жизни в сидячем или лежачем состоянии. Мы вправе сделать вывод, что человечество ведёт сидяче-лежачий образ жизни, Вы поднимаетесь на задние конечности лишь для перемены мест сидения или лежания, а также для борьбы за лучшие условия сидения и лежания. А вы во всем этом видите другой смысл. С нашей точки зрения, для обсуждения проблем и принятия решений, чему посвящены наши сидения, нет надобности собирать людей вместе и сидеть. Для выяснения их мнений с вашей техникой достаточно минут и даже секунд.

А л: До того, о чем говорил ты, я сам додумался. А я человек.

И н: Додуматься — одно, а воплотить в практику жизни — другое. К тому же ты есть редкое исключение, почти инопланетянин.

А л: Скажи, как соотносятся наши цивилизации с точки зрения обдумывания проблем и принятия решений?

И н: Мы тратим на это меньше времени и сил, реже делаем ошибки, быстрее исправляем ошибки, педантичнее исполняем решения, не поднимаем по их поводу такого шума. Вы — цивилизация думателей, спорщиков, болтунов, фантазёров, обманщиков, позёров и тому подобное. У вас гипертрофически разросшийся мозг с очень низким коэффициентом полезного действия.

А л: Вы в своём развитии ушли дальше нас. Можешь ты описать это ваше превосходство в общем виде?

И н: Не забегай вперёд. Мы должны подойти к конечному результату постепенно, а не начинать с него.

Ин исчез. Я был уверен, что он — плод моего воображения. Причём воображения абстрактного, чисто понятийного, так как я не мог описать конкретную внешность Ина и даже не слышал его голос. Согласно инструкции, я был обязан информировать психологический контроль об этом. Но я не стал это делать, опасаясь, что такое моё отклонение от норм психики снизит мои шансы на успешное прохождение испытательного срока.

Фил

Я рассказал Филу о «шутке» Ла. Добавил что-то о двоемыслии, какое было в коммунистических странах и подвергалось осмеянию на Западе.

А л: А у нас самих это двоемыслие процветает куда сильнее, чем при коммунизме!

Ф и л: Никакого двоемыслия тут нет. Тут имеет место нечто другое, похожее на двоемыслие, но по сути дела нечто противоположное ему. В чем заключалось двоемыслие людей коммунистического общества?

А л: Люди имели два различных образа мыслей — публичный и личный. Первый проявлялся в том, что люди говорили и писали для начальства, в коллективах, на собраниях, в газетах, в книгах. Второй проявлялся в том, что люди думали про себя и говорили в узком кругу друзей и близких.

Ф и л: Допустим, так. А что на Западе противопоставляли этому?

А л: Свободу высказывать то, что люди думали про себя, и плюрализм мыслей.

Ф и л: Это мало сказать. Есть право думать, что хочешь, и высказывать публично, что думаешь. Это право не безгранично. Но оставим этот аспект без внимания. Допустим, никаких ограничений тут нет. Остаётся ещё другой аспект, более важный.

А л: Что ты имеешь в виду?

Ф и л: Есть право и есть реальность, не зависящая от права. Мы противопоставляли коммунистическому реальному двоемыслию не реальность же, а право свободы мысли и её публичного выражения. Право! Но это право подобно любому другому нашему праву. Оно подобно, например, праву каждого становиться министром, президентом, миллионером и т.п., праву покидать страну и возвращаться обратно, поселяться где хочешь, искать работу по вкусу и т.п. Но имеем ли мы реальные возможности для всего этого?! Способны ли мы реализовать свои права?! А что, если нам предоставлены все эти прекрасные права в расчёте на то, что мы просто не способны ими воспользоваться в полную меру, если они для нас подобны праву быть гением, красавцем и т.п., подобны праву ходить гулять на Луну?!

А л: Всякое право таково.

Ф и л: Нет, не всякое. Есть права как разрешения безнаказанно делать что-то возможное и доступное. Есть права как отсутствие запрета на какие-то действия. Есть права как запреты наказывать людей за какие-то действия и чинить им препятствия. У нас все это свалено в одну кучу. Но вернёмся к теме нашего разговора. Существенно тут то, что именно способны думать и говорить мы, западные люди, фактически. Вот что следовало бы противопоставить реальному коммунистическому двоемыслию. Кстати, на бумаге и у коммунистов было записано право на свободное выражение мыслей. Они даже поощряли это, утверждая, будто критика и самокритика суть движущие силы коммунистического общества.

А л: И что же мы имеем у себя в реальности в этом отношении?

Ф и л: Повторяю и подчёркиваю, важно то, каковы наши реальные способности думать и говорить публично. Важно также то, что именно мы как западоиды, т.е. как существа рациональные и практичные, считаем целесообразным думать про себя и высказывать публично по тому или иному поводу. Причём без принуждения извне, без страха наказания, исключительно в силу своей натуры западоидов. В силу этого фундаментального фактора нашей общественной жизни наш допускаемый правом плюрализм мнений оказывается подобным плюрализму в выборе фасонов брюк, типов зубных щёток и окрасок автомобилей. Различие позиций политических деятелей и интеллектуалов нисколько не нарушает это впечатление. Это тот же плюрализм марок, фасонов, красок, оттенков, размеров и т.п. мнений и слов, то есть предметов, которыми они оперируют в своей деятельности. Наш плюрализм мыслей есть фактически одномыслие, лишь поверхностно и по видимости являющийся многомыслием.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26