Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тролли (№1) - Продавец троллей

ModernLib.Net / Фэнтези / Якобсен Бент / Продавец троллей - Чтение (стр. 15)
Автор: Якобсен Бент
Жанр: Фэнтези
Серия: Тролли

 

 


— Ну и страхолюдная же у тебя рожа! — тотчас же выкрикнул попугай, прежде чем друзья успели его остановить.

Моряк обернулся и злобно зыркнул в их сторону. Бомстаф вежливо улыбнулся, словно бы извиняясь за птицу, и они не останавливаясь быстро прошли мимо.

— Эй, дайте-ка мне огородную тяпку, и я изукрашу твою физиономию! — заорал попугай вслед удаляющемуся моряку, однако нашим странникам посчастливилось на этот раз выйти из Пула без дальнейших приключений.

Прошагав несколько часов, они достигли вершины высоких утёсов, и скоро море скрылось из виду позади зелёных холмов. Путники шли быстро и перед самым заходом солнца набрели на маленький придорожный трактирчик, очень напоминавший трактир Гудвина в Комптон Бассете. Пока они шли, Бомстаф несколько раз поглядывал на Гудвина, стараясь угадать по выражению его лица, принял ли он уже окончательное решение и скоро ли сообщит им, каким оно оказалось. Но Гудвин прятал глаза и всю дорогу молчал.

В трактире им отвели комнату для ночлега, а затем они все пошли в зал, где им подали традиционный английский ужин. Еда была сытная, но без пряных приправ, и когда они попробовали, им даже показалось, что ужин приготовили и без соли! Эта пища очень отличалась от той, к которой они привыкли за последние месяцы. Анри поковырялся в своей тарелке, но из вежливости не стал делать замечаний по поводу кулинарного искусства на родине Гудвина и Бомстафа. Боффина оставили в своей комнате. От скуки он всегда засыпал и мог проспать несколько суток напролёт.

За ужином Гудвин был немногословен, и Бомстаф понял, что он всё ещё не может решить, как ему поступить. Гудвин почти не притронулся к еде и, когда остальные поели, извинился и ушёл наверх вместе с Гектором. Анри хотел было что-то сказать, когда Гудвин встал из-за стола, но Бомстаф посмотрел ему в глаза и покачал головой, и Анри промолчал.

— Что случилось с месье Гудвином? — озабоченно спросил Анри, но не успел услышать ответ, так как в этот миг случилось нечто, отчего все присутствующие в зале внезапно смолкли.

Дверь отворилась, и с улицы вошёл маленький человечек в тяжёлом плаще и в шапке. Он обвёл зал маленькими колючими глазками, и все, на кого падал этот взгляд, ощутили вдруг холодный озноб. Не увидев того, что высматривал, он направился к хозяину.

— Я ищу путника с большой собакой, — сказал пришелец властным голосом, который произвёл неприятное впечатление на всех, кто был в зале. — Ты его видел, трактирщик?

Трактирщик понял, о ком его спрашивают, но задавший вопрос человечек ему очень не понравился. С Гудвином он успел немного поговорить и узнал, что у того тоже есть трактирчик, а что-то в поведении нового посетителя подсказывало хозяину, что коротышка пришёл к Гудвину не с добром, и он решил ничего ему не рассказывать.

— Ничего такого не помню. Сюда заходит много странного народу, — небрежно бросил трактирщик, но пришелец не удовлетворился таким ответом.

— Если тебе что-то известно, то я бы на твоём месте об этом рассказал. А то как бы сюда не заявились другие путники, постраннее моего!

Произнося эти слова, маленький человечек перегнулся через стойку к трактирщику и посмотрел ему прямо в глаза. От этого взгляда трактирщика вдруг пробрал какой-то странный, ползучий холод, но он никак не мог отвести глаз. Внезапно его охватил жуткий страх перед тёмными силами, которые таятся в лесной чаще. На миг ему почудилось, что ему снится кошмарный сон, в котором он плыл по воздуху через дремучий лес, превратившись в туманное облако. Его мчало через изогнутые корни мимо гигантских деревьев, сквозь заросли и сплетение вьющихся, липких лиан, унизанных страшными шипами. Гигантские деревья стонали, словно вот-вот готовы были упасть и раздавить его в лепёшку. Ползучие растения старались его схватить, вцепившись в одежду тысячью шипов. Но он не мог остановиться, его несло и несло по лесу со страшной скоростью, а за ним гналось что-то ужасное, исполненное бесконечного зла, исчадие изначальных времён, когда на земле ещё царили мрак и хаос. И всё время он чувствовал, что это существо находилось за теми деревьями, мимо которых он только что пролетал. Он не мог его видеть, он только чувствовал, знал, что оно всё время преследует его по пятам.

Трактирщик весь побелел, он не мог больше противиться тёмной магии маленького человечка, который напугал его до потери сознания. Он чувствовал, что единственный способ вырваться из плена страшного кошмара — это рассказать человечку про Гудвина и Гектора. Он уже открыл рот, собираясь заговорить, но тут же рядом с ним прозвучал чудный, светлый голос:

— Простите, месье. Не могли бы вы налить мне ещё немного свежей воды из кувшина?

Бомстаф и Анри, как и все остальные посетители трактира, молча сидели, слушая, как пришелец угрожал трактирщику, но затем Анри вдруг встал из-за стола и направился к хозяину, прежде чем Бомстаф успел его удержать.

Голос мальчика прозвучал для трактирщика как светлый ручеёк, весело бегущий по зелёному лугу и сверкающий золотистыми отблесками солнца, отражённого его прозрачной струёй. Злые чары отпустили его, и он посмотрел в тёплые карие глаза мальчика. Но коротышка с колючим взглядом пришёл в ярость, когда увидел, что его чары были разрушены, прежде чем он успел узнать то, что ему было нужно.

— Что ты вообразил о себе, маленький негодник! Как ты смеешь вмешиваться в разговор и прерывать Спирруса!

Но Анри встретил взгляд Спирруса без малейшего страха, и Спиррус впервые с тех пор, как стал служить новому господину, почувствовал, что его взгляд оказался не в силах парализовать человека, которому он посмотрел в глаза. От этого его охватили ещё большая тревога и раздражение и в нём поднялась ужасная ярость. Он занёс руку, чтобы ударить Анри, но в тот же миг на его плечо легла чья-то ладонь — такая тяжёлая, что он чуть было не опустился под ней на колени. Не в силах сопротивляться, Спиррус повернулся туда, куда его поворачивала эта рука, и увидел у себя за спиной могучего силача, который вмешался в происходящее. У великана были светлые вьющиеся волосы и курчавая борода, улыбающееся лицо сияло добродушием и весельем.

— Послушай-ка, коротышка! — сказал великан густым, звучным голосом. — По-моему, ты говорил, что ты — путник! Так не лучше ли тебе отправиться в путь со всей возможной быстротой?

С этими словами, все так же весело улыбаясь всеми морщинками, Бомстаф без малейшего усилия приподнял Спирруса и, оторвав от пола, понёс его к дверям. Спиррус пытался заглянуть великану в глаза, но не мог поймать его взгляда, а в следующий миг маленький человечек уже вылетел за дверь. Он вскочил на ноги и крикнул Бомстафу:

— Ты ещё пожалеешь об этом, глупая орясина! Никому не позволено так обращаться со Спиррусом. Я тебя…

Больше ему ничего не удалось сказать, потому что в этот момент Бомстаф вышел на порог и грозно двинулся на него. Спиррус бегом кинулся к своей лошади, вскочил в седло и так ударил ей в бока пятками, что лошадь взяла с места в карьер. Но, отъехав немного, он остановился и сквозь тьму прошипел, обернувшись к Бомстафу:

— По-моему, ты связался с Кастанаком. Погоди у меня! Спиррус все разведает, и если так, то мы ещё когда-нибудь встретимся!

Затем он опять повернул коня, поскакал и скрылся во тьме.

Только тут благодушная улыбка сбежала с лица Бомстафа и он наморщил лоб, соображая, что к чему. Он понял, что они ввязались во что-то гораздо более серьёзное, чем думали, и что скорее всего эта история ещё далеко не закончилась.

Бомстаф вернулся в зал. Бедный трактирщик всё ещё был бледен как полотно.

— Спасибо за помощь! — сказал он. — Я сам не понимаю, что произошло. У меня было такое странное чувство.

— Нет, это мы вас благодарим, — спокойно ответил Бомстаф. — Странный это человечек и уж точно задумал что-то недоброе. Ты молодчина, трактирщик, что ничего не сказал ему про Гудвина. Сейчас мы немного отдохнём, но ты можешь спать спокойно, потому что мы будем на страже всю ночь.

Снова дома

Гудвин только что поднялся по лестнице на верхний этаж, как услышал, что в трактир вошёл Спиррус. Он сразу узнал этот голос, хотя сейчас он звучал как-то иначе. Он отчётливо помнил, каким отталкивающим ему показался колючий взгляд и неприятный голос Спирруса, когда он впервые встретил этого маленького человечка в Глестонбери. Сейчас в его голосе появилось что-то новое, угрожающее и опасное, что-то такое, отчего у Гудвина пробежал мороз по коже, и он инстинктивно понял, что лучше ему и Гектору не показываться на глаза этому человеку. Поэтому он остановился на верхней площадке лестницы и стал следить за тем, что происходит в зале. Гудвин видел, как под взглядом Спирруса оцепенел трактирщик, став белее мела. Как и Бомстаф, Гудвин понял, что здесь не обошлось без вмешательства тёмных сил. Потом к ним подошёл Анри, и злые чары развеялись. Гудвин убедился, что мальчик может, не опуская глаз, выдержать взгляд Спирруса, и, видя это, Гудвин принял великое решение.

Поднявшись наверх, Бомстаф и Анри застали Гудвина в отведённой для них комнате. Он сидел, держа в руке маленькую бутылочку, которую была в торбе Кастанака. Всего их там было пять штук, и Кастанак сказал, что в них налит напиток, который поможет, когда они почувствуют, что им не хватит сил и отваги, чтобы противостоять силам тьмы. Гудвин налил каждому по стаканчику.

— Друзья мои! — сказал Гудвин. — Вы мои лучшие и самые близкие друзья, вы помогли мне пройти все испытания, преодолели ради меня множество опасностей, в том числе и сегодня, когда мы уже считали, что все трудности остались позади. Вы терпеливо ждали, когда я скажу вам, как собираюсь поступить с осколком чёрного кристалла и что будет с Боффином и остальными троллями.

Из клетки Боффина, прикрытой тряпицей, послышалось довольное сопение, но Анри и Бомстаф с волнением ждали, что скажет Гудвин про то, как он поступит с троллями.

— И вот я принял решение, и вы первые о нём узнаете, а больше я никому ничего не скажу.


Вот так случилось, что в один прекрасный день в начале лета на старой верховой дороге, проходящей по гряде холмов над Долиной Белой Лошади, оказалась весьма необычная компания. Спирруса они после встречи в трактире больше не видели, но Гудвин и Бомстаф каждую ночь по очереди оставались на страже, так как оба понимали, что одной встречей дело не ограничится.

Вечером они дошли до Грэмпс Хилла и свернули вниз, к Комптон Бассету. Гектор давно уже учуял знакомый запах, и, чем ближе они подходили к Грэмпс Хиллу, тем оживлённее он себя вёл.

— Знакомый запах, старина? — засмеялся Гудвин, глядя, как Гектор отбегает то влево, то вправо от тропинки. Нос Гектора то и дело улавливал новые запахи, которые нужно было срочно проверить. Бедняге Кастанаку (попугаю, конечно) то и дело приходилось взлетать, спасаясь при неожиданных прыжках Гектора туда и сюда.

— Ну и буря! Ну и волны! — вскрикивал он время от времени, но по большей части ему было не до высказываний, потому что тут только успевай следить, чтобы не свалиться.


Гудвин нёс за плечами большой мешок, в котором спокойно спал Боффин. Но когда они начали спускаться с Грэмпс Хилла, он пробудился к новым подвигам и поднял писк. Дойдя до середины тропинки, они сделали остановку и вынули клетку из рюкзака, чтобы дать нетерпеливому узнику осмотреться. Увидя огромные ивы, маленький тролль так и уставился на них; возможно, они пробудили в нём давние воспоминания о Блоксберге. Остаток пути он ехал, высунув голову из мешка, но когда путники свернули к деревне, ударили церковные колокола и зазвучал вечерний звон, и голова Боффина тотчас же нырнула в мешок.

— Кажется, он по-прежнему не любит колокольного звона! — весело сказал Гудвин. Эту особенность Боффина он заметил ещё на корабле, и это сыграло важную роль в его решении. Анри с улыбкой посмотрел на него.

— Да уж, месье Гудвин, счастье будет, если и другие тролли так же боятся колокольного звона!

В следующую минуту, в тот момент, когда на деревню опустилась тьма, Гудвин наконец отпер дверь трактира и ступил на порог своего дома. Обыкновенно там у него было полно народу, но сейчас в доме было пусто и тихо, так как трактир был закрыт, пока хозяин путешествовал. Гудвин был рад вновь оказаться в родных стенах, но он удивился, до чего же маленький его трактир. Он сразу же растопил очаг и поставил греть еду; скоро трое друзей сели ужинать. В тот же вечер Гудвин отправился к помещику, а оттуда в деревню послали человека, чтобы оповестить всех жителей о том, что завтра в большом помещичьем амбаре состоится собрание.


Вечером Анри лёг спать в маленькой каморке под соломенной кровлей Гудвина. Все у него в доме мальчику очень понравилось. Дом показался ему удивительно похожим на своего хозяина — он был уютный и крепко сбитый, что-то в нём было прочное и надёжное, но в этом не было ничего удивительного, ведь Гудвин строил его своими руками. Лёжа в постели, Анри глядел в четырёхугольное оконце, вспоминал все пережитые приключения и думал, что же теперь будет дальше. Он уже знал, что в Комптон Бассете тролли будут в безопасности и что их уж точно никто не будет отлавливать при помощи осколка чёрного кристалла. Он протянул руку и пошарил под кроватью. Мешочек с серебряной фигуркой девушки, которая держала в руках осколок кристалла, был там, куда его положили. Анри никогда ещё не получал такого замечательного подарка, как эта чудесная фигурка. Мальчик не совсем понимал, почему Гудвин решил отдать ему эту вещь, но и Гудвин, и Бомстаф заверили его, что над этим ему ещё рано ломать голову. Анри лучше всех подходил, чтобы доверить ему осколок кристалла, и когда-нибудь он сам поймёт почему; это откроется ему само, без всяких усилий. Мальчика нисколько не волновало, что он пока этого не понял, он слепо верил месье Гудвину и месье Бомстафу, а самое главное было для него то, что троллей никто не будет ловить и выдворять из Комптон Бассета, где растут ивы. Анри глядел в окно, где за нависшим краем соломенной крыши виднелось тёмно-синее ночное небо. Среди облаков мерцали редкие звёздочки. Ему очень хотелось узнать побольше о звёздах, и он надеялся вернуться когда-нибудь в башню Кастанака под Константинополем, чтобы наблюдать звезды в большие подзорные трубы и научиться тому, что знает о них старый волшебник.

Он мечтал также побольше узнать о троллях и уже задумал в одну из ближайших ночей выбраться из дому и сходить на Грэмпс Хилл. Гудвин и Бомстаф наверняка не одобрили бы эту затею. Они боялись за мальчика — мало ли что могут выдумать тролли! Но Анри троллей не боялся и решил прогуляться к ним без спросу, и только потом рассказать об этом своим друзьям.

Пока Анри так мечтал лёжа в постели, в окно вдруг кто-то заглянул. С крыши свесилась чья-то голова с огромными овальными глазами. Анри уже совсем засыпал, но тут сон с него как рукой сняло. За окном был тролль, такой же, как Боффин, только в несколько раз больше ростом. Он прижался носом к стеклу и старался разглядеть, что делается в тёмной комнате. Анри бесшумно встал с кровати и на цыпочках подошёл к окну. Тролль заметил его только тогда, когда он тоже почти вплотную приблизил свой нос к стеклу и их глаза встретились. Мальчику было немного чудно глаза в глаза встретиться с троллем, тем более что тролль висел вниз головой. Внезапно Анри заметил, что Боффин подполз к окошку и устроился рядом. Теперь большой тролль глядел на Боффина, а Боффин на тролля. Потом большой тролль прижал пальцы к стеклу, как будто хотел дотронуться до лица Боффина. То же самое сделал Боффин и замер на подоконнике. Некоторое время большой и маленький тролль изучали друг друга, и Анри подумал, что, может быть, они знали друг друга в детстве, когда жили в большой пещере под Блоксбергом.

Вдруг большой тролль скрылся из виду. Боффин по-прежнему сидел на подоконнике, и вскоре в окошко заглянул другой тролль и тоже стал рассматривать Боффина. Прислушавшись, Анри понял, что на крыше собралось много троллей, один за другим они свешивались вниз, чтобы посмотреть на Боффина. Анри шмыгнул обратно под одеяло и оттуда глядел на троллей, которые появлялись за окном, по очереди свешиваясь вниз. Но скоро веки у него отяжелели и он сам не заметил, как уснул, и видел сны про троллей и волшебников, и долгие путешествия по синему океану под бескрайним звёздным небом.

Миссис Хоукс встречает лесного тролля (третий раз в жизни)

На следующий день все обитатели Комптон Бассета собрались в большом амбаре помещика, чтобы поздравить с возвращением Гудвина, а главное, услышать, что он узнал во время своего путешествия. Амбар гудел от голосов, все разговаривали друг с другом, но гул усилился, когда в амбар вошли Гудвин с Бомстафом и Анри. Гудвин поднял руки, показывая, что хочет говорить, и тогда все замолчали и наступила полная тишина.

— Дорогие друзья! Как хорошо вернуться домой и снова увидеть вас всех! Я много поездил по свету, чтобы узнать, откуда взялись лесные тролли и что можно сделать, чтобы они больше не донимали нас своими вредными проделками.

— Так можем ли мы от них избавиться? — выкрикнул кто-то из слушателей, и многие его поддержали.

Гудвин вновь поднял руки, чтобы ему дали говорить.

— Позвольте мне уж все рассказать по порядку, — сказал он. — Я действительно кое-что узнал, но я бы, наверно, и до сих пор не вернулся, если бы мне не помогли эти два человека.

С этими словами Гудвин показал на Бомстафа и Анри и объяснил собранию, кто они такие. Односельчане поаплодировали им, а доктор Пилбери даже сообразил подойти и пожать им руки, выразив благодарность за помощь, которую они оказали посланцу Комптон Бассета.

Гудвин продолжил свою речь:

— А сейчас я хочу показать вам то, что я нашёл во время моих странствий.

Тут он достал маленькую клетку с Боффином и снял с неё тряпку. По собранию пронёсся вздох, потому что все поняли, что Гудвин обнаружил где-то ещё таких же троллей, а значит, он теперь в них разбирается. Однако не успел он начать объяснения, как раздался властный голос миссис Хоукс:

— Да уж, не зря путешествовали! Подумать только, тролля привезли! Очень оригинальный и замечательный подарочек для нашей деревни! Я-то думала, что ваша задача узнать, как можно отделаться от троллей, но, очевидно, я глубоко ошибалась и все перепутала.

Гудвин не мог удержаться от улыбки, понимая, что миссис Хоукс не могла знать, в чём тут дело.

— Мы не можем отделаться от лесных троллей, — сказал он спокойно. — Если то, что я узнал, правда (а у меня нет никаких причин сомневаться в этом), то нам вряд ли когда-нибудь суждено от них избавиться!

По собранию пронёсся вздох разочарования.

— Рассказывай наконец все, а то я превращу твои ноги, в лягушачьи лапки! — воскликнул попугай, в очередной раз продемонстрировав свою способность делать неудачные замечания в самый неподходящий момент.

Гудвин и Бомстаф переглянулись. Анри стало смешно. Ухмыляясь во весь рот, он обернулся и подмигнул Гудвину. Он был так рад, что Гудвин решил не использовать осколок чёрного кристалла для того, чтобы ловить троллей. Гудвин пожал ему плечо. Ему нелегко далось решение не оказывать своей деревне ту помощь, о которой она просила, но радость Анри служила ему некоторым утешением.

Услышав такие новости, собрание расшумелось, все громко заговорили, замахали руками, а некоторые даже стали говорить, что ничего, мол, не остаётся, как уехать из Комптон Бассета.

— Ну что ж! — сказала миссис Хоукс. — Значит, мы никак не можем отвязаться от этих странных, забавных созданий. В таком случае, разумеется, самое лучшее, что можно сделать, это привезти нам ещё этой нечисти, чтобы уж окончательно нас доконать! Может быть, нам всем теперь отправиться в путешествие и поискать, не найдутся ли где-нибудь ещё такие милые животные, да и понавезти их побольше сюда, где им так хорошо живётся, чтобы они тут хозяйничали, пачкали наши кухни и дома, а мы будем день-деньской трудиться и наводить за ними порядок.

— Что-то ты совсем ума лишилась! — крикнул попугай, после чего дебаты чуть было не вышли за рамки приличия, но тут как раз Боффин одним прыжком выскочил из открытой клетки прямо на колени миссис Хоукс! Она так и подпрыгнула на сиденье и невольно наморщила нос, ожидая, что сейчас ей ударит в ноздри гадкий запах лесного тролля, столь резко контрастирующий с ароматом её лавандовых духов. Ведь за последний год она слишком хорошо познакомилась с запахом троллей. Но Боффин был чисто вымыт (по крайней мере настолько чисто, насколько вообще можно отмыть тролля), и от него больше пахло французским лавандовым мылом, чем троллем. Боффин сидел тихо, склонив головёнку набок, и вдруг посмотрел прямо в глаза миссис Хоукс своими бездонными голубыми глазами. Она сурово поглядела на него, но даже всепроникающий взгляд экономки не мог проникнуть до самого дна в удивительные глаза тролля, и понемногу она поддалась чарам его удивительных тёмно-голубых глаз.

— Гмм! — произнесла она, впервые в жизни растерявшись в неожиданной ситуации. — Ну, может быть, они действительно не все такие уж плохие, но я считаю, что тебя всё-таки надо бы помыть!

Мордочка Боффина совсем погрустнела. Он ещё ниже склонил голову, а миссис Хоукс попыталась сделать вид, будто на неё это никак не действует.

— Ну ладно! От этого вроде бы не так скверно пахнет, как от всех прочих, но по крайней мере уж ногти ему точно пора подстричь, — сказала она, когда почувствовала, что пора как-то высказаться.

Миссис Хоукс взяла в руку широкую ладонь Боффина и сделала вид, будто внимательно разглядывает ногти на его длинных пальцах. Боффин тотчас же снова повеселел и вдруг, уцепившись лапками, вскарабкался экономке на плечо. Миссис Хоукс поняла, что попала в очень неудобное положение, ведь это случилось у всех на глазах! Но в душе она совершенно растаяла, заглянув в глаза маленькому троллю, и уже не могла его отпихнуть. Только вечером перед зеркалом в своей спальне она обнаружила, что изящные заколки из лучшего лондонского магазина были вынуты из её причёски, а вместо них засунуты обыкновенные грязные палочки, которыми усыпана почва в лесу. В придачу она вытащила у себя из волос парочку уховёрток и одну улитку.

— Мы не можем избавиться от троллей, — спокойно повторил Гудвин, — но я теперь знаю, как сделать, чтобы они нам меньше досаждали.

Собрание снова загомонило, но тут возвысил голос доктор Пилбери:

— Я нисколько не удивляюсь, что нам придётся жить с троллями. Ведь мы уже пытались срубить ивы и у нас ничего не получилось, так как же мы можем изловить троллей?

Гудвин старательно отводил глаза, чтобы не встретиться взглядом с добрым доктором, а сам косился на торбочку, которая была у Анри на спине. В торбочке лежала серебряная фигурка.

— Так давайте же все вместе послушаем, что можно сделать, чтобы тролли нас поменьше мучили.

И тут Гудвин объяснил, что обитателям Комптон Бассета надо завести у себя колокол, а лучше сразу несколько, и звонить в них, как только тролли появятся в деревне. Колокольный звон отпугнёт троллей. Можно, наверное, даже протянуть верёвку от церковного колокола к ближайшим домам деревни, чтобы звонить в него, как только придут тролли. Гудвин был совершенно уверен в том, что это заставит троллей держаться на расстоянии. Наконец, он рассказал, что Анри, может быть, сумеет уговорить троллей, чтобы они не творили столько вреда.

— Уговорить троллей? — недоверчиво переспросили из зала.

— Ну, уж таким способом мы точно ничего не достигнем! — выкрикнул один голос.

— Они, наверно, понимают только тогда, когда с ними говорит миссис Хоукс! — поддержал его другой.

Но Гудвин снова добился тишины и предложил им посмотреть, что получится.

Анри ласково подозвал Боффина и поманил его пальцем. Едва Боффин заметил его знаки, как тотчас же подбежал к мальчику.

— Смотри, Боффин! — обратился к нему Анри. — Здесь у меня баночка, а в ней три пирожка.

Он мог бы и не просить об этом Боффина, потому что тролль и без того не сводил глаз с лакомства.

— Ты можешь взять пирожок, Боффин, но только один!

Анри открыл банку, и Боффин запустил туда руку. Он схватил сразу все три пирожка и стал нюхать.

— Не забудь, что тебе дали только один, — повторил Анри. — Он ещё не очень понял, что можно трогать только тот, который возьмёшь, — извинился за Боффина Анри перед собравшимися. К удивлению зрителей, тролленок положил обратно два пирожка, после того как внимательно их изучил.

— Просто невероятно! — воскликнул доктор Пилбери от имени собрания. — Это позволяет надеяться, что в конце концов мы, может быть, сумеем приучить троллей к воспитанному поведению и с ними можно будет жить в добрососедских отношениях.

Гудвин добродушно улыбнулся и кивнул. На всех произвело большое впечатление, когда они увидели, чему, оказывается, можно научить Боффина, хотя впечатление было бы менее сильным, если бы люди знали, что два пирожка были посыпаны солью вместо сахара.

— Обманули! — выкрикнул попугай.

Эпилог

Мы сидели со старым Натаном на скамейке у поворота дороги в Комптон Бассете. Чудесный солнечный день уже клонился к вечеру. Из-за поворота показалась старенькая миссис Фоли и покивала нам, улыбаясь. Старушка медленно переставляла ноги, и прошло некоторое время, пока она добрела до почтового ящика и опустила письмо. Тогда она обернулась и снова покивала нам, как при встрече. Глаза её опять так же весело улыбались.

Натан сидел, уперев подбородок в палку; некоторое время он молчал. Казалось, он задремал и забыл о моём существовании.

— И что же, это вся история? — осторожно спросил я.

— Да, — очень твёрдо ответил Натан. Он по-прежнему смотрел в пространство, и я удивился его неожиданной сдержанности. Потом он немножко оттаял, и я увидел, что его глаза осветились улыбкой. Уже более дружелюбно он сказал: — Это вся история о том, как лесные тролли попали в Комптон Бассет и как люди привыкли к их соседству. Как ты только что слышал, их можно прогнать при помощи лавандовых духов или колокольного звона, которого они ужасно боятся. Но вести себя добропорядочно они, конечно, так и не научились!

Натан сделал паузу, и в его глазах блеснул лукавый огонёк:

— Но на этом история лесных троллей конечно же не кончилась. На самом деле она гораздо длиннее, и её ты услышишь как-нибудь в другой раз.

С этими словами он встал и пошёл, но, пройдя несколько шагов, остановился и набрал в грудь побольше воздуху.

— История Комптон Бассета на этом тоже ещё не закончена, — сказал он, обращаясь словно бы не ко мне. — Комптон Бассет, как ты теперь знаешь, не совсем обыкновенная деревня; тут происходит ещё много чего таинственного, кроме проделок троллей. Очень многое в Комптон Бассете на самом деле не такое, каким оно кажется. Вероятно, ты был так занят троллями, что ничего другого не мог заметить.

Я вздрогнул от неожиданности и только собрался спросить у Натана, что значат его слова, как он уже повернулся и покачал перед моими глазами раскрытой ладонью, показывая, что на сегодня все рассказы окончены. Затем он помахал мне на прощание рукой и побрёл к себе домой. Я остался на скамейке, думая про себя, что рассказ Натана, пожалуй, дал мне больше вопросов, чем ответов.

Я поднял голову и посмотрел на вершину холма Грэмпс Хилл, где под сплетением могучих корней обитали лесные тролли. Сейчас там не заметно было никаких следов их присутствия, но скоро зайдёт солнце и…

Я отправился домой, когда на крышах домов заиграли последние лучи солнца, раздумывая над тем, какие же ещё таинственные дела могли происходить в Комптон Бассете, на которые намекнул старый Натан. Не удержавшись, я поглядывал на окошки домов, но там всё было спокойно и тихо. Миссис Фоли уже добралась до дому и сейчас, стоя возле зелёной изгороди, срезала розы в своём садике. Она ещё раз помахала мне рукой, улыбаясь одними глазами. Я пошёл дальше мимо других домиков. Невозможно было сказать, скрывают ли весёленькие занавесочки, подобно ивам на Грэмпс Хилле, какие-то тайны. Но одно было ясно: уж я не забуду на ночь хорошо запереть дверь!


А продолжение этой истории вы сможете прочитать, когда она будет написана, в томе II «Борьба за ночные кристаллы»

Хронология борьбы за вековечные ивы

31 октября 1720 г. (Ночь Всех Святых). Приезд Вальтера Шмидта в охотничью хижину на Блоксбергской пустоши.

Конец лета 1728 г. Первое путешествие Арсена Састрафена на Блоксберг. В октябре он заблудился на пустоши.

1742 г. Арсен Састрафен пишет том VII «Мистика и магия: Тролли голубого огня».

Осень 1852 г. Кастанак получает письмо от Альберта Шмидта, после чего немедленно отправляется на Блоксберг.

31 октября 1853 г. (Ночь Всех Святых). Непогода застаёт Кастанака в пути на дороге Риджвей, и он находит пристанище в трактире Комптон Бассета. Помещик «покупает» у него семена ивы.

31 октября 1857 г. (Ночь Всех Святых). Кастанак снова приходит в Комптон Бассет и выпускает троллей на холме Грэмпс Хилл. Затем Кастанак возвращается в Глестонбери и оттуда отплывает во Францию.

16 сентября 1862 г. Миссис Хоукс поймала лесного тролля, и Комптон Бассет подвергся ночному нашествию троллей.

18 сентября 1862 г. Гудвина посылают на поиски таинственного чужестранца.

Около 26 сентября 1862 г. Гудвин встречается в Глестонбери со Спиррусом.

Около 3 октября 1862 г. Гудвин встречается в Пуле с Бомстафом и на следующий день отплывает во Францию.

7 ноября 1862 г. «Элинор» приходит в Марсель. Спустя три дня Гудвин встречает Анри.

16 ноября 1862 г. «Элинор» приходит в Александрию.

22 февраля 1863 г. «Элинор» приходит в Константинополь.

Июнь 1863 г. «Элинор» возвращается в Пул.

Примечания

1

Эту часть истории можно будет прочесть во втором томе «Борьба за ночные кристаллы»


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16