Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сестры Седжуик - Настанет день

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Тейлор Дженел / Настанет день - Чтение (стр. 7)
Автор: Тейлор Дженел
Жанр: Современные любовные романы
Серия: Сестры Седжуик

 

 


— Тай? — шепнула она.

— Гейл? — пьяно пробормотал он в ответ.

Гейл?

Кэмми хотелось кричать от обиды и горечи, однако усилием воли она обуздала проявление своих чувств. В конце концов, все это было всего лишь сном. Миражом. Очнувшись, Тай ни о чем и не вспомнит.

Дыхание его сделалось негромким и равномерным. Да, поутру он не вспомнит, что называл её Гейл.

Он вообще ничего не вспомнит.

И тут её захлестнула первая волна сожаления. Как она могла позволить ему такое? А, главное — себе! О чем она думала? Господи, да ведь, по большому счету, она сама ворвалась в его спальню и едва ли не силой заставила овладеть ею!

Вне себя от злости, Кэмми кинулась вон из спальни. Она с таким бешенством натянула трусики, что тонкая ткань лопнула сразу в двух местах, да и блузка тоже порвалась, когда Кэмми со страстью напялила её на себя.

Забравшись в свою машину, Кэмми громко всхлипывала; она готова была растерзать себя на куски за собственное безрассудство. Господи, что она натворила? Как ей теперь смотреть Таю в глаза? Она готова была провалиться сквозь землю от стыда.

«И все-таки, — подумала она, стиснув зубы, — те немногие минуты, что я провела с ним, я не променяла бы ни на что на свете.»

Возвратившись домой, она заперла дверь на все замки и задвижки, и всю ночь просидела, не смыкая глаз и мечтая о Тайлере Стовалле. Да, прочь сомнения, она любила его всем сердцем. В противном случае, она ни за что не отважилась бы на столь безумный шаг. И это Кэмми сознавала со всей ясностью.

Внезапно она вспомнила свою мать. Клэр всегда прикрывала глаза на измены Самуэля, потому что просто не в силах была смотреть в глаза горькой правде. И вот теперь, мало того, что Клэр была вынуждена расплачиваться за собственную слабость, так и сама Кэмми, похоже, только что совершила не менее роковую ошибку, вступив в интимную близость с сыном Самуэля! Так ли уж отличен был Тай в этом отношении от своего отца? Особенно в Голливуде, где, если верить расхожей шутке, «кратчайший путь наверх лежал через постели». Кэмми и сама видела, каким бешеным успехом пользовался Тай у женщин. Смела ли она, «младшая сестренка», надеяться хоть на какое-то проявление взаимности с его стороны?

Нет, конечно. А на меньшее Кэмми была никак не согласна.

Заплаканная и подавленная, она целый день не отходила от телефона, ожидая, что Тай позвонит, чтобы обсудить вчерашнее происшествие. Но звонка она так и не дождалась. С каждым часом её все больше охватывал гнев, пока наконец Кэмми не удалось взять себя в руки и успокоиться настолько, чтобы твердо уразуметь: во всем случившемся виновата только она сама, Камилла Пендлтон Стовалл.

И нечего даже пытаться переложить вину на Тая.

Вспомнит ли он хоть о том, что между ними случилось? — в тысячный раз спрашивала она себя. Какой-то уголок её мозга ещё вселял в неё надежду, пытаясь уверять, что все это только сон или плод её воображения, однако всякий раз Кэмми находила в себе мужество признаться: нет, это была явь. И ещё она мечтала, чтобы Тай вспомнил, что провел ночь с ней, чтобы позвонил и сказал, что тоже любит ее!

Но вместо всего этого Тай вдруг исчез. Просто бесследно сгинул, как будто его и не было. Самуэль Стовалл ни разу не навестил Клэр, и она медленно угасла. Кэмми познакомилась с Полом, и вскоре вышла за него замуж, хотя вовсе его не любила. Конечно, она пыталась уверить себя, что пол — именно тот мужчина. Который ей нужен, однако теперь, оглядываясь на прошлое, могла твердо сказать себе, что намеренно обманывала себя, чтобы поскорее забыть о Тае, о своей несчастной, безответной и безнадежной любви.

И вот теперь Кэмми, вновь охваченная какими-то безумными надеждами, была на пороге нового безрассудного поступка.

Господи, Кэмми, неужели жизнь так ничему тебя и не научила?

Закрыв глаза, она глубоко вздохнула, потом громко сказала: «А, будь что будет!» и развернула взятый напрокат «бьюик» носом на восток.

Крякнув от натуги, Тайлер опустил тяжеленную картонную коробку на деревянный пол, убежденный, что коробку подменили и вместо книг битком набили цементом. День выдался на редкость трудным. Он всегда ненавидел сборы, а эти выдались, как назло, сложными и трудоемкими. Нет, не хотел он уезжать, и был крайне огорчен из-за того, что его вынуждали это сделать.

А вдруг Брюс ошибается? — в очередной раз спросил он себя. Квартирные кражи давно перестали быть редкостью. Особенно в солнечной Калифорнии. Наверно, можно было бы и не беспокоиться по этому поводу.

Если бы хоть что-нибудь украли…

Тайлер обмотал коробку клейкой лентой и, выпрямившись, огляделся по сторонам. Как будто он ещё и не начинал! У камина выстроились восемь крупногабаритных коробок, частично закрывающих вид на залив, на полу были разбросаны обрывки упаковочной бумаги, обрезки бечевки и клейкой ленты.

Тайлер устало плюхнулся на диван, провел рукой по непослушным волосам, задумчиво поскреб подбородок под опостылевшей уже бородой и тяжело вздохнул. Ну до чего же ему не хотелось уезжать отсюда!

Подняв голову и посмотрев наверх, он уже подумал даже, не послать ли Брюсу электронное послание с просьбой подробнее рассказать о случившемся. Зная характер своего друга, Тай опасался, что тот склонен преувеличивать опасность.

Вдруг, повинуясь совершенно необъяснимому порыву, Тай снял телефонную трубку и набрал номер, едва ли не с детства запечатленный в памяти. Три звонка, потом:

— Алло! — хрипловатый мужской голос, до боли знакомый и немного нетерпеливый.

Голос Самуэля Стовалла. Десять лет Тай не разговаривал с отцом.

Он уже открыл было рот, чтобы заговорить, но в мозгу промелькнуло ужасное видение: окровавленное и изломанное женское тело с раскинутыми в стороны руками и раскрытыми, невидящими глазами.

Тай резко опустил трубку на рычажки и с гневным изумлением обнаружил, что его колотит дрожь. А ведь видение это явилось ему даже не из воспоминаний; эту картину иногда рисовало ему неуемное воображение, когда он думал о Гейл.

А ведь ты вспоминаешь про неё лишь тогда, когда думаешь о нем!

Тай соскочил на пол. К чертям все это! Что-то он совсем распустился. Нужно отвлечься. Причем сегодня же!

Женщина!

Набрав ещё один номер, на сей раз, заглянув в телефонную книжечку с трогательно пустыми страничками, он услышал приятный женский голос. Увы — автоответчик!

«Здравствуйте. Вы позвонили по телефону Мисси и Дженин. Не забудьте оставить номер своего телефона, и мы непременно перезвоним вам».

Тай положил трубку. В глубине души он почему-то был даже рад, что Мисси не оказалось дома. Ее голос, записанный на автоответчике, мигом охладил его желание побыть с женщиной; по меньшей мере, с этой женщиной. Ведь, по большому счету, для Тая она ровным счетом ничего не значила, и мимолетная их встреча с целью удовлетворения его насущной и отнюдь не духовной потребности сейчас, при таком его настроении, только осложнила бы все.

Мисси Грант. Миленькая и добрая простушка, помыслы и чаяния которой не шли дальше разгадывания кроссворда в «Спутнике телезрителя» и выбивании алиментов на ребенка из бывшего мужа. Долгое время её поражало и забавляло удивительное сходство Тая с «этим актером, который куда-то пропал. Сыном Сэма Стовалла. Помнишь его?» В первое время Тай даже избегал её, опасаясь, что рано или поздно Мисси раскусит его игру, однако в конце концов убедился, что опасаться ему нечего. Мисси никогда не поверила бы, что перед ней и в самом деле бывшая голливудская знаменитость.

А встречаться с ней Тай начал лишь из-за одиночества. Одно время он даже, остро нуждаясь в простом человеческом тепле и участии, искренне к ней привязался, однако затем полное отсутствие у Мисси каких-либо интересов и стремлений в жизни заставили его поостыть, и их отношения скатились на самый примитивный уровень, сведясь к самому обычному сексу.

Но даже подобные встречи стали в последний год совсем редкими.

Внезапное дребезжание телефона заставил его вздрогнуть. Опасаясь, что его предыдущий звонок каким-то образом засекли, Тай снял трубку с некоторым опасением.

— Алло?

— Джерри! — прогудел ему в ухо жизнерадостный бас. — Давай-ка, бери ноги в руки и кати в «Родео». Мы припасли твоего любимого пивка. И пошевеливайся, а то нам скучно.

Тай судорожно сглотнул. Джерри. Ему вдруг стало не по себе. За десять лет он настолько свыкся с вымышленным именем, что порой забывал свое собственное.

— Привет, Рыжий! — с трудом промолвил Тай; ему мешал комок в горле. — Боюсь, сегодня ничего не получится. «Ни сегодня, ни впредь», — с горечью подумал он.

— Да ладно тебе! — донеслось в ответ. — Я знаю, о чем ты думаешь, но с нами тебе бояться нечего. Мисси сегодня не работает — не её смена.

От того, что приятели знали о его связи с официанткой, Тай вдруг почувствовал себя совсем мерзко. Сбивчиво пробормотав какие-то отговорки, он поспешно положил трубку и выдернул телефонный шнур из розетки.

На душе у Тайлера скребли кошки. В эту минуту он возненавидел себя.

В голове его созрело опасное решение. К черту пиво и вино! Виски, вот в чем его спасение. Сегодня он должен напиться. До одури, до полной отключки.

Наполнив стакан чистым бурбоном, Тай решил, что сборы никуда не убегут. Один день погоды не сделает. Сегодня вечером он сбежит только от самого себя.

Господи, неужто она и вправду надеялась встретить Тайлера Стовалла прямо на улице? Мало того, что на пустынных улицах Бейрока не было ни души, так ещё и тьма стояла, хоть глаз выколи. Лишь окна двух ресторанчиков, расположившихся неподалеку, были освещены, а из одного заведения даже доносилась музыка.

Сидя за рулем «бьюика», Кэмми зябко поежилась. Несмотря на наступивший апрель, зима в этом канадском городке ещё не отступила. Кэмми открыла дверцу, чтобы вылезти, и в это мгновение мимо пронесся новенький седан — то ли «шевроле», то ли «бьюик».

Кэмми даже не стала к нему присматриваться. В прошлой жизни Тай разъезжал на черном «лендровере», и она не могла представить, чтобы он так легко расстался с прежними привычками.

Ссутулив плечи, как будто это могло защитить от холода, Кэмми поспешила к освещенному входу пансиона «Гусиный приют», над дверями которого красовалась вывеска «Добро пожаловать, друзья и незнакомцы!».

Пол устилали домотканые ковры ярких расцветок, на подоконниках и трехногих столиках были расставлены резные деревянные фигурки канадских гусей с красными ленточками на длинных шеях. Хотя и предназначенные для продажи. они придавали залу столь уютный и домашний вид, что Кэмми улыбнулась фигуркам, как старым знакомцам.

— Восемь долларов девяносто пять центов, — сказала женщина, сидевшая за столом, притулившимся под деревянной лестницей с резными перилами. — Канадских, конечно. Красивые, правда?

— Чудесные! — воскликнула Кэмми. Взяв ближайшего к ней гуся, она тут же полезла в сумочку за деньгами.

— Зимуют они у вас, в Штатах, — продолжила женщина. — Уже с ноября перелетают. А в апреле сюда возвращаются. — Она смерила Кэмми любопытным взглядом. — А вы к нам зачем пожаловали? Вам комната нужна или, может быть, поужинать желаете?

— Возможно, и то и другое, — ответила Кэмми, глядя на открытую сводчатую дверь, за которой виднелся обеденный зал. — Вообще-то я своего друга ищу, — добавила она, чуть замявшись. — Старого друга.

— А он один? — деловито осведомилась её собеседница. — Сегодня у нас только несколько пар побывало, а больше — никого.

— Я точно не знаю, — сказала Кэмми, отводя глаза. — Скорее всего, он один. Но я даже не уверена, передали ему, что я жду его здесь, или нет, — соврала она.

— А какой он из себя?

— М-мм, как вам сказать, — смешалась Кэмми. — Рост около шести футов. — Темные волосы. Серые глаза. Тридцать шесть лет. Мне трудно его описать, мы уже несколько лет не виделись.

— Он приезжий или живет здесь?

— Думаю, что он здесь живет, — промолвила Кэмми. — А, кстати, он очень похож на этого актера, — добавила она, сознавая, что ступает на тонкий лед. — На Тайлера Стовалла.

— Ах, так вы имеете в виду Джерри? — И женщина улыбнулась Кэмми как своей закадычной подруге.

— Да… Джерри, — неуверенно пробормотала Кэмми.

— Вообще-то он уже давно здесь не появлялся, — слова эти почему-то прозвучали немного виновато. — Давно уединенный образ жизни ведет.

Сердце Кэмми учащенно забилось. Давно забытые надежды вновь обуревали её душу.

— Да, общительностью он никогда не отличался, — согласилась она.

— Я вообще удивлена, что он друзьями обзавелся. Он, как бы точнее выразиться, словно из другого теста слеплен. — Она поспешила поправиться: — Это я в хорошем смысле, конечно. Да и улыбка у него такая обворожительная! Мисси Грант он совсем голову вскружил. Сами, наверно, знаете. — Сообразив, что, возможно, сболтнула лишнее, женщина метнула на Кэмми испытующий взгляд. — Извините. Может вы… тоже в него влюблены?

— Нет, нет, — поспешно заверила Кэмми. Дышать она уже стала ровнее. Новость на неё вылили не слишком приятную, но вполне ожидаемую.

— Ну и славно. Тем более что Джерри с Мисси уже почти не встречается. Она-то и рада бы, бедняжка, но к нему подступиться трудно бывает. Верно? — И она снова выжидательно уставилась на Кэмми, словно пытаясь по её виду определить, не слишком ли много разболтала.

— Да, — согласилась Кэмми. — А давно он уже здесь живет? В Бейроке.

— Да, очень давно. Лет десять, а то и больше — точно не помню. Но вы можете позвонить ему. Вдруг он и в самом деле забыл, что у вас тут свидание.

— Я… у меня нет его телефона, — призналась Кэмми. — а где он живет, вы знаете?

— Да совсем рядышком. Только, если хотите успеть поужинать, то возвращайтесь побыстрее. Кухня уже скоро закроется.

— Рядышком, говорите?

— Да, у него последний дом по этой улице, на самом берегу залива. С мансардой. И ворота есть, так что вы его не спутаете. Сразу за старой пивоварней.

Не в силах больше поддерживать разговор, Кэмми поблагодарила словоохотливую женщину и, с трудом стараясь не бежать, направилась к выходу. Конечно, полной уверенности, что Джерри и впрямь окажется Таем, у неё не было, однако совпадений оказалось слишком много.

Оставив машину перед входом в «Гусиный приют», она поплотнее запахнула полы куртки и зашагала в сторону дома «Джерри». Зубы её стучали от холода, а сердце колотилось в ожидании встречи.

Безумная авантюра. И сама она — чистейшей воды авантюристка.

Вскоре она подошла к железным, выкрашенным в белый цвет, воротам, за которыми в отдалении виднелся дом с мансардой. Окна были освещены, но, как ни старалась Кэмми, разглядеть, что делается внутри, ей не удавалось.

Наконец, решившись, она толкнула невысокие ворота, и створки распахнулись. Кэмми направилась по усыпанной гравием дорожке к дому. К двери был прибит изящный бронзовый молоточек, позеленевший от времени и непогоды.

Затаив дыхание, Кэмми постучала. Никто не ответил. Она постучала ещё раз, потом ещё и еще.

Тишина.

Огорченно вздохнув, Кэмми попытала счастья ещё разок. И, в очередной раз не услышав ответа, попробовала дверную ручку. К её изумлению, та подалась, и дверь медленно отворилась внутрь, точно невидимые хозяева приглашали её войти.

Dejа vu… В голове Кэмми возникло почти зримое ощущение уже виденного.

Робко шагнув вперед, Кэмми ступила на порог.

— Эй! — негромко окликнула она, поражаясь собственной храбрости. — Есть тут кто-нибудь?

Не могла же она войти без приглашения! А вдруг этот дом принадлежит кому-то другому, а женщина из пансиона «Гусиный приют» просто неверно её информировала? Вдруг она вторглась к какому-то незнакомцу?

Однако в доме, похоже, никого не было. Пройдя вперед и просунув голову в гостиную, Кэмми быстро огляделась по сторонам, не преминув отметить деревянные полы и поражающий воображение камин.

Что ж, загляну завтра, — сказала она себе, и уже повернулась было, чтобы уйти, когда взгляд её упал на ноги, вытянутые и раскинутые в стороны. На полу.

Кэмми ахнула и застыла, словно громом пораженная. Ноги эти, в джинсах и ботинках, возникли перед ней совершенно внезапно, когда она кинула взгляд в сторону дивана. Тот, кому они принадлежали, лежал на голом полу, скрытый от неё диваном. Кэмми стала на цыпочках красться к дивану, не зная, спит ли неведомый человек, или, может быть, нуждается в помощи.

И вновь deja vu, подумала она, когда её взору представилось тело лежащего на полу человека. Тай Стовалл вновь, как и в ту незабываемую ночь лежал, раскинув в стороны руки и ноги. Губы его были приоткрыты, и дышал он глубоко и ровно. Рядом, на столике, стояла откупоренная бутылка виски.

На сей раз, правда, Тай был полностью одет.

На мгновение глаза Кэмми задержались на его лице. Борода с едва пробивающейся проседью делала его почти неузнаваемым, но густые каштановые волосы нисколько не утратили прежней пышности и шелковистого блеска. Несмотря на все прошедшие годы, выглядел Тай не менее родным и притягательным, чем прежде, и на глаза Кэмми невольно навернулись слезы.

— Тай? — прошептала она. — Тай!

Он едва шевельнулся.

Господи, до чего удивительно и невероятно было видеть его снова! Кэмми не верила собственным глазам. Их разлука затянулась на столько лет, что Тай поневоле начал казаться ей не реальным человеком, а неким идеальным образом, созданным её женской фантазией.

И вот он здесь, лежит на полу, живой, во плоти. Почти в той же позе, в которой она оставила его десять лет назад после той фантастической ночи.

— Тайлер? — снова позвала она, уже громче, и склонилась над ним.

Длинные ресницы Тая дрогнули, серые глаза чуть приоткрылись. Он уставился на неё с явственным недоумением, не узнавая.

— Кэмми? — пробормотал он.

— Привет! — выдавила она, пытаясь улыбнуться.

— Кэмми? — повторил он, громче, тщетно пытаясь приподняться на локтях.

— Я… да… я…

— Уходи отсюда! — вдруг заорал Тай. — Убирайся вон, и оставь меня в покое! Я не хочу никого видеть — поняла? Ни тебя, ни кого-либо другого! Ясно тебе?

Глава 6

Кэмми словно очутилась в кошмарном сне. Она резко выпрямилась, уязвленная до глубины души и, отступив, наткнулась на диван, потеряла равновесие и плюхнулась на подушки. Господи, какая же она безмозглая! И на что надеялась? Настроила себе воздушных замков. А ведь достаточно было немного пораскинуть мозгами и вспомнить, что Тай намеренно бежал от всего, что его окружало, и отгородился от прошлого каменной стеной. Он сам этого хотел. И время не изменило его настроя.

А ведь сама она прекрасно это понимала! И тысячу раз повторяла это себе, отговаривая себя от этой безумной затеи!

Тай обессиленно рухнул на пол. Перед глазами его плыли красные круги, и на мгновение он даже позабыл, что в доме есть ещё кто-то.

Господи, неужели Кэмми была здесь?

Или ему это пригрезилось?

Он снова с усилием приподнялся на локтях, с трудом разлепил непослушные веки и… замер, сраженный наповал открывшимся зрелищем: прелестным лицом Кэмми, непослушными, рассыпавшимися по плечам волосами, огромными встревоженными глазищами, волнующими губами. Она показалась ему даже прекраснее, чем прежде. Опечаленным ангелом.

— Что тебе тут нужно, черт возьми? — хрипло потребовал он, едва шевеля непослушным языком. Черт бы побрал это треклятое виски!

— Я приехала, чтобы повидаться с тобой…

Слова её с трудом пробились сквозь густую пелену, окутавшую его отяжелевший мозг. До этой минуты Тайлеру ещё казалось, что все это просто пьяные видения. Нет, не мог он понять, как это возможно! И больше всего мечтал сейчас об одном: чтобы его оставили в покое. Ты ведь звонил отцу, болван ты этакий! — вдруг всплыло воспоминание.

Роившиеся перед затуманенным взором неясные образы вдруг снова сложились в Кэмми, взиравшую на него с трепетным страхом и ожиданием.

И тут же кусочки рассыпанной головоломки сами сложились воедино.

— Так это была ты! — прорычал Тай. — Ты, значит!

Кэмми уставилась на него в оглушенном недоумении. В затуманенном взоре Тайлера ощущалась озлобленность, граничащая с ненавистью; он смотрел на неё так, словно готов был силой выставить её из дома.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она с оборвавшимся сердцем.

— А я-то думал, что за всем этим стоит Сэм, — заплетающимся языком пробормотал Тай. Он попытался присесть, но тут силы его оставили, и он рухнул на спину с такой силой, что ударился затылком о деревянную половицу.

— Может, на диван переляжешь?

— Нет, мне здесь лучше, — процедил Тай.

— Прости, пожалуйста, что я к тебе вломилась, — сокрушенно повинилась Кэмми. — Мне правда очень неловко. Я прекрасно понимаю, что ты меня не ждал. Я и сама не понимаю, как здесь очутилась.

В ответ прозвучал неясный рык, который мог означать буквально все, что угодно. Тай закрыл глаза, что было только на руку Кэмми. Она была рада возможности без помех полюбоваться его прекрасным, хотя и столь изменившимся лицом, изучить (быть может, в последний раз!) любимые черты.

Ей показалось, что он немного похудел и стал более жилистым, словно много занимался физическим трудом. В уголках рта появились едва заметные морщинки, которых не было раньше. Интересно, чем он занимался все эти годы? На что жил? Что собирался делать дальше?

Если не считать полинялых джинсов, на Тае была ещё фланелевая рубашка в красную и черную клетку. Верхние пуговицы были расстегнуты, приоткрывая черные волосы на груди, столь поразившие её воображение десять лет назад. Ее так и подмывало погладить Тая по груди, ощутить тепло его атласной кожи. Но уже в следующее мгновение Кэмми себя одернула. О чем она размечталась? Разве не Тай только что столь недвусмысленно предложил ей уйти? Господи, почему все эти годы так ни чему её и не научили? Нельзя же вечно оставаться такой дурой и получать щелчки по носу!

А ведь ты по-прежнему без памяти влюблена в него! — прозвучал в её голове обвиняющий голос. — Ты всегда его хотела, мечтала о нем. Беги отсюда, пока не поздно!

— Каким ветром тебя сюда занесло? — спросил вдруг Тай.

— Я ведь сказала — я хотела повидаться с тобой, — ответила Кэмми.

— Но почему именно сейчас? — спросил Тай с непонятной ей настойчивостью.

— Сама не знаю, — призналась Кэмми. — Просто в последнее время я очень часто о тебе вспоминала.

— Ну да! — фыркнул Тай. — Ты выведала мой адрес, вот в чем дело.

Поскольку это было чистой правдой, Кэмми не сразу нашлась, что ответить. Когда молчание уже грозило затянуться, Тай спросил:

— Ну и что, теперь мне стервятников тут ждать? Свору папарацци.

— С какой стати? — возмутилась Кэмми. — Я одна приехала.

— Ну как же! А где репортеры? Снаружи ждут?

Кэмми вздохнула.

— Ты меня не слушаешь, Тай. Я же сказала — я одна приехала.

— Ты хочешь сказать, что это… простое совпадение?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — похолодев, сказала Кэмми. Неужели он узнал про сценарий «Ущелья разбитых сердец»? Неужели решил, что она приехала, чтобы попытаться уговорить его сняться в этом фильме?

Взгляд Тая упал на недопитую бутылку виски. Удовлетворенно крякнув, он ухватил бутылку за горло и плеснул изрядную порцию в стакан, с почти растаявшим льдом.

— Хочешь выпить? — предложил он Кэмми.

— Нет, спасибо.

— Да, верно, женщины виски не пьют. Либо белое вино, либо — ничего.

— Это что, упрек? — спросила Кэмми.

— Нет, просто наблюдение.

— И часто ты напиваешься? — осведомилась Кэмми, кивая на бутылку.

— Каждый вечер, — сказал Тай, глядя на неё столь пристально, что Кэмми в конце концов не выдержала и потупилась. А по вторникам и четвергам — вообще дважды. Я — законченный пьянчуга и алкоголик. Уходи отсюда, пока не поздно.

— Ты не настолько пьян, как мне сначала показалось, — задумчиво промолвила Кэмми. — В противном случае, ты вряд ли нашел бы в себе силы насмехаться надо мной.

Обезоруженный этими словами, Тай был вынужден отвести взгляд в сторону.

— Ты чудесно выглядишь, Кэмми, — вдруг выпалил он.

— Спасибо, — пробормотала она, смутившись.

— Будь паинькой — возвращайся в свой мерзопакостный Гадивуд и скажи тем, кто тебя послал, что не нашла меня. Скажи, что адрес оказался неправильным. Взломщики просчитались.

— Не понимаю, — Кэмми недоуменно пожала плечами. — О чем ты?

— Неужто не понимаешь? — Тай отхлебнул виски и подозрительно сощурился. — А как, в таком случае, ты меня разыскала? Как сюда добралась?

— На машине.

— Ха-ха, очень смешно.

— Нет, правда, — заверила Кэмми. — Я приехала на машине. Одна. И никто не знает, что я здесь.

— Неужели? — ядовито переспросил Тай.

— Да вот, представь себе! — запальчиво ответила Кэмми.

— Как же тебе тогда удалось меня разыскать?

— Ну… — Кэмми замялась. — Словом, мне Сэм сказал.

Бурная реакция Тая её поразила. Охваченный бешенством, он вскочил, глаза метали молнии.

— Мой отец? — взревел он.

Насмерть перепуганная, Кэмми тем не менее отметила, что на ногах Тай держится без труда, и даже не качается. Значит, догадка её была верна, и он в самом деле был не настолько уж пьян, как ей поначалу показалось.

И уж, безусловно, не настолько пьян, как в последний раз…

Содрогнувшись от воспоминаний, Кэмми отвела взгляд в сторону.

— Да, Сэм сказал мне, что искать тебя нужно в Бейроке, — сказала она.

Тай промолчал, продолжая смотреть на неё с крайним недоверием.

— Он сказал, что давно знает твой адрес, — добавила Кэмми. — Сначала я пыталась узнать, где тебя искать, у Нанетты, но она сказала, что прежде должна поговорить с тобой.

— Она мне и слова не сказала, — нахмурился Тай.

— Да, я попросила её об этом, — кивнула Кэмми. — Я не хотела…

— Раскрывать свои намерения, — закончил за неё Тай. Он глубоко вздохнул и потер подбородок. Он уже не выглядел столь агрессивным, и у Кэмми шевельнулась надежда, что, может быть, теперь он её уже не выставит.

— Мне казалось, что будет лучше, если мой приезд станет для тебя сюрпризом, — пояснила она.

— О да, — подтвердил Тай. — Сюрприз хоть куда!

Щеки Кэмми зарделись. В словах Тая не чувствовалось и тени радости.

— Ты хочешь сказать, что случайно приехала именно сейчас? — спросил Тай. — И еще, по твоим словам, Сэм сказал, что давно знает мой адрес. — Он покачал головой. — Так вот, это вранье! Он просто выкрал мой адрес!

— В каком смысле? — недоуменно переспросила Кэмми.

Тай пожал плечами и, пройдя к камину, взял кочергу и, переворошив не дотлевшие угли, подбросил пару поленьев. Вспыхнуло пламя, и в камине весело заплясали золотисто-алые язычки.

— Не важно, — сухо произнес он. — Скажи лучше, почему он отрядил тебя ко мне?

— Он сказал, что его ты видеть не хочешь.

— Еще бы, черт побери! — развел руками Тай. Затем уселся в огромное кресло, стоявшее напротив дивана, на краешке которого робко примостилась Кэмми.

— И чем ты занимался все это время? — спросила она, видя, что пояснять свои слова Тай не собирается.

— Пьянствовал, — последовал безапелляционный ответ.

— А еще?

— Ты не имеешь права меня расспрашивать, — холодно сказал Тай. — Вопросы буду задавать я.

С такой жесткостью в его поведении Кэмми столкнулась впервые. Это совершенно не походило на прежнего Тая, мягкого и отзывчивого. Однако, хотя его резкие слова и заставили Кэмми ощетиниться, ей удалось удержать себя в руках. В конец концов, она и в самом деле вторглась в его дом без приглашения, а это давало ему право на некоторую нервозность.

Мрачно посмотрев на нее, Тай произнес:

— Итак, мой отец рассказал тебе, как меня искать, а заодно признался, что я не хочу его видеть. Но тебе все-таки мой адрес дал. Так? — В его взгляде легко читался другой, оставшийся невысказанным, вопрос.

Почувствовав ловушку, Кэмми облизнула внезапно пересохшие губы. Она прекрасно сознавала, что не смеет ошибиться.

— Он знал, что я хочу тебя увидеть.

— Откуда?

— Я… — Кэмми запнулась. — Я сама не знаю.

— Но почему ты вдруг захотела со мной увидеться? — настаивал Тай. — Почему именно сейчас?

Кэмми растерялась. Не могла же она сказать ему про «Ущелье разбитых сердец», хотя именно этот сценарий пробудил у многих людей желание разыскать Тайлера Стовалла.

— Просто Сэм дал мне твой адрес, — только и нашлась она.

— Ага, его благородное сердце не выдержало, он позвонил тебе и сказал: «Тай живет в Бейроке. Отправляйся к нему и передай от меня привет». Так?

— Приблизительно, — промолвила Кэмми.

Тай покатился со смеху.

— Ну да, так я тебе и поверил, — сказал он.

Кэмми обиженно поджала губы. Она прекрасно понимала, что не смеет сказать правду — это значило бы все погубить. Однако Тай продолжал буравить её взглядом, и Кэмми, не выдержав, уставилась на камин, где переливались разноцветными огнями догорающие угли.

— Если бы я сам не позвонил ему несколько часов назад, то подумал бы, что Сэм сейчас здесь, — сказал Тай. — В одном из ближайших отелей.

— Как, ты звонил ему? — изумилась Кэмми.

— Да, — кивнул Тай. — В первый раз за все эти годы. Правда, мне достаточно было только услышать его голос, чтобы вернуться к реальности. А вскоре — удивительное совпадение! — и ты появилась. — Голос его был преисполнен сарказма.

— Я же ясно сказала — я приехала одна, — сказала Кэмми. — Да, Сэм дал мне твой адрес, но на этом наше с ним общение закончилось. Если помнишь, он не относится к числу моих близких людей.

— Помню.

Словно утомившись, Тай закрыл глаза и глубоко вздохнул. Потом добавил:

— Я тоже его до сих пор так и не простил.

— Он губит все вокруг себя, — промолвила Кэмми, и Тай тут же встрепенулся.

— Где ты подслушала эту фразу? — резко спросил он.

— А что… Я не помню, — замялась Кэмми. И вдруг, с опозданием сообразила, что слова эти произнес сам Тай в ту незабываемую ночь, и ни от кого другого слышать их она, конечно же, не могла. Однако Тай, похоже, все-таки позабыл про эту ночь, иначе уже, наверно, каким-то образом дал бы об этом знать.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19