Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сестры Седжуик - Настанет день

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Тейлор Дженел / Настанет день - Чтение (стр. 18)
Автор: Тейлор Дженел
Жанр: Современные любовные романы
Серия: Сестры Седжуик

 

 


Он не отошел и на три шага, когда дверь за его спиной снова распахнулась. Черт, почему он её не запер?

Обернувшись, Тай увидел Кэмми.

— Я не позволю тебе так поступать, — дрожащим от гнева голосом сказала она.

— А где твой сообщник? — процедил Тай.

Кэмми покачала головой.

— Ты не имеешь права так со мной разговаривать, Тай. Я ни о чем Полу не рассказывала.

— Но ты сказала ему, где меня искать!

— Ничего подобного, — возразила Кэмми. — Наверно, он подслушал, как я повторила вслух адрес, когда ты позвонил мне по мобильному телефону.

Снаружи взревел мотор автомобиля. Пол, должно быть, решил их покинуть. Подойдя к окну, Тай убедился, что черный «понтиак» в самом деле покатил прочь по аллее.

— Господи, Тай! — не выдержала Кэмми. — Ты прекрасно знаешь, что Пол для меня ничего не значит. Нас с ним ничто не связывает. Я никогда не пошла бы на сговор с ним!

— Да, ты так говоришь.

Каждое слово Тая врезалось в сердце Кэмми острым ножом. Она просто не могла поверить собственным ушам. После всего, что она вынесла. После всего, что между ними было.

— Тай, поверь! — взмолилась она. — Я не имею к этому никакого отношения. Пол просто выкрал твой сценарий из моей сумки!

— А как он узнал, что сценарий находится в твоей сумке? Случайно?

Кэмми потерла лоб. От растерянности мысли в её голове путались. И вдруг она вспомнила.

— Верно! Когда я вошла в его кабинет, Пол протянул руку и забрал у меня сумку. Я ещё обрадовалась, потому что чувствовала себя нехорошо, а сумка была ужасно тяжелая. А потом… мне стало плохо, и я ушла. А сумка так и осталась в его кабинете. Уже позже я про неё вспомнила, когда собралась ехать к тебе. Я позвонила Полу, но его уже не было.

— Да, он как раз катил ко мне, — криво усмехнулся Тай.

— Наверно. Тогда я подумала, что сумку заберу позже, но мне даже в голову не пришло, что Пол способен заглянуть в неё и прочитать твой сценарий!

— Это звучит как неуклюжая попытка оправдаться, — процедил Тай.

Кэмми пожала плечами.

— Это правда, Тай. И мне очень жаль, что ты считаешь меня его сообщницей.

Они стояли в застекленном коридоре, соединяющем холл с кухней. Почувствовав слабость в ногах, Кэмми прислонилась к серванту.

— Прошу тебя, Тай, поверь мне! — взмолилась она.

Но Тай лишь горько усмехнулся.

— Ты приехала в Бейрок, чтобы разыскать меня, но умолчала о том, что тебе самой предложили сыграть в «Ущелье разбитых сердец». Ты уверяла, что ни о чем не догадывалась, но адрес, тем не менее, получила от моего отца. Тебе удалось убедить меня, что тут ни причем, однако потом выяснилось, что и Самуэлю уготована роль в этом же фильме. Потом ты пыталась уверить меня, что не можешь забеременеть, однако и это оказалось неправдой.

Кэмми покраснела до корней волос.

— Я говорила, что не могу иметь ребенка! — вскричала она.

Но Тай пропустил её слова мимо ушей.

— Еще ты говорила, что якобы понимаешь, сколь много значит для меня этот сценарий, понимаешь, что это самый настоящий катарсис. — Его серые глаза гневно вперились в нее. — Что теперь ты можешь сказать в свое оправдание?

Слезы так и хлынули из глаз Кэмми. С первой же встречи с Таем она только и делала, что оправдывалась перед ним. Сейчас она устала, чувствовала себя разбитой и опустошенной, и была близка к отчаянию. А Тай? Как он посмел так с ней обращаться?

— Ты просто параноик, — промолвила она сквозь слезы. — У тебя. Наверно, мания преследования. Ты настолько уверен… — Кэмми вдруг показалось, что она задыхается. Он судорожно глотнула…

— Настолько уверен — в чем? — переспросил Тай, не замечая её состояния.

— В том, что все вокруг желают причинить тебе зло. — Вдруг перед глазами Кэмми замелькали огоньки, а где-то в отдалении послышался странный гул, нарастающий с каждым мгновением. Кэмми встревоженно обернулась, и вдруг осознала, что шумит в её голове!

— У меня есть на то основания, — процедил Тай.

— По-моему, я сейчас потеряю сознание, — заплетающимся языком пробормотала Кэмми.

— Что?

Кэмми мягко осела ему на руки. В лице её не было ни кровинки. У Тая оборвалось сердце. Трясущимися руками он подхватил Кэмми и понес в гостиную. Он уже хотел опустить её на мягкий ковер, как вдруг почувствовал на руках что-то липкое.

Кровь!

Душа Тая ушла в пятки. Неужели это выкидыш?

Его обуяла паника. Это он во всем виноват! Тай ощущал мучительные угрызения совести, однако сумел быстро овладеть собой. Кэмми срочно требовалась помощь!

Четко, действуя словно по нотам, он отнес Кэмми в машину, усадил на переднее сиденье и пристегнул ремнем безопасности. Затем вывел машину на аллею и одновременно набрал 911, номер «скорой помощи». Назвал себя и Кэмми, затем сообщил, где находится. Когда же девушка спросила, что, по его мнению, случилось с мисс Пендлтон, у Тая перехватило дыхание.

Она теряет ребенка. Нашего ребенка! Она теряет последнюю свою надежду. Теряет все, о чем мечтала.

И Тай, не став отвечать, нажал на кнопку отбоя.

— Кэмми! — прошептал он, подгоняя машину, которая и без того неслась на бешеной скорости по улицам вечернего Лос-Анджелеса. — Извини меня, родная моя!

Его переполняла нежность. Уступая порыву, он погладил правой рукой шелковистые волосы своей любимой. Кэмми еле слышно застонала, длинные пушистые ресницы затрепетали. Кожа на ощупь казалась совсем холодной.

— Держись, любовь моя! — приободрил её он. — Мы уже почти приехали.

* * *

В не слишком просторной приемной яблоку было негде упасть. Пострадавшие, больные, травмированные люди сидели и лежали вдоль стен. Тай внес Кэмми внутрь и усадил на каталку. Санитар тут же повез её по коридору, а когда Тай попытался за ним последовать, попросил его подождать в примыкающем к коридору зале, где почти все места были заняты.

Тай подождал секунд тридцать, после чего терпение его лопнуло. Не привыкший подчиняться запретам, он вскочил, вышел в коридор и отправился на поиски Кэмми.

— Извините меня! — путь ему преградила высокая худощавая медсестра. — Сюда нельзя!

Тай даже не удосужился ответить ей. Он успел заметить, куда отвезли Кэмми, и решительно направился к загородке. Но медсестра догнала его и схватила за рукав.

— Сэр, немедленно уйдите отсюда! — жестко приказала она.

— Я должен её увидеть.

— Вы её муж?

— Да, — соврал Тай.

— Тогда вы должны помочь нам заполнить анкеты. Прошу вас, мистер Стовалл, идемте со мной.

Слова медсестры подействовали на Тая отрезвляюще, как холодный душ. Конечно же, она его узнала. И Тай с сожалением осознал: устроив скандал, он лишь многократно усложнит дело. И, повесив голову, последовал за медсестрой.

Лица. Расплывчатые розоватые пятна. Головы, поворачивающиеся ему вслед. Возгласы людей, которые его узнавали. Тай почувствовал себя зверем в клетке.

Не успел он вытащить из кармана сотовый телефон, как ещё одна бдительная медсестра тут же приказала его убрать. Больница была «зоной, свободной от мобильной связи».

Тай выбрался на свежий воздух и тут же позвонил Сюзанне. Вежливый автоответчик внимательно выслушал его сбивчивый рассказ.

Затем Тай позвонил Нанетте, которая успокоила его и объяснила, чтобы он не дергался и не мешал персоналу, а терпеливо дожидался вердикта врачей. Сама же пообещала, что тут же приедет.

Затем, не отдавая себе отчета, почему поступает именно так, Тай набрал номер отца. Но, услышав его голос, ужаснулся и тут же отключил связь. Однако в следующее мгновение телефон в его руке зазвонил.

— Определитель номера сработал, — услышал он голос Самуэля. — Я узнал твой номер.

Тай нервно рассмеялся.

— Каким образом? Ведь ты его не знаешь! Оррен Вессон тебе его сообщил, что ли? Или Ренквист? Что ж, поздравляю, твои сподручные свое дело знают…

— Зачем ты звонил? — перебил его Самуэль. — Голос у тебя какой-то странный. Надеюсь, ничего не случилось? Где ты?

— Не важно, отец, — пробурчал Тай, и отключил мобильный телефон.

* * *

Мгла вокруг Кэмми медленно прояснялась. Вдруг в нос шибанул отвратительный запах. Нашатырный спирт! Она дернулась и попыталась заговорить. Но язык отказывался повиноваться.

Младенец!

Она попыталась привстать, но две пары крепких рук — мужских и женских — тут же уложили её снова. А участливый женский голос произнес:

— Прошу вас, мисс Меррил, лежите спокойно. Вам нельзя волноваться.

— Где я? — прошептала Кэмми. И тут же сама догадалась. — Я в больнице, да? А где доктор Кроули? — Страх душил её, заставлял голос дрожать.

— Меня зовут доктор Лендерс, — промолвил мужчина. — Вы были без сознания, и у вас открылось кровотечение. Мы вас проверяем.

— Я беременна. Как… откуда вы знаете, кто я?

— Вас доставил сюда мистер Стовалл. Он заполняет необходимые бумаги.

— Тай сам привез меня? — Кэмми смутно припомнила сцену в пустом доме. Ужасные обвинения в свой адрес. Гримаса боли исказила её лицо.

— Все будет в порядке, — заверил её доктор Лендерс. Но Кэмми поняла, что он кривит душой.

— Нет, — прошептала она, бессильно сжимая пальцы. — Все кончено.

— Когда мистер Стовалл вернется…

— Не впускайте его! — выкрикнула Кэмми, но голос её сорвался. — Я не хочу его больше видеть, — прошептала она. — Никогда.

И, повернув голову к стене, она вновь провалилась в бездонную пучину своего горя.

* * *

Тай сидел в зале ожидания, понурив голову и свесив руки между коленей. Вдруг уголком глаза он заметил приближающиеся ноги в ковбойских сапогах. Ноги маленькие, женские.

Нанетта!

Тай повернул голову, но встать не сумел; он был совершенно раздавлен свалившимся на него несчастьем. Нанетта присела рядом и взяла его за руку. Губы Тая дрожали. Он с трудом удержался от того, чтобы, как в детстве, не припасть к материнскому плечу.

Вокруг висела леденящая тишина, лишь изредка прерываемая отдаленными трелями телефонных звонков. Наконец Нанетта со вздохом промолвила:

— Ты опять угодил в выпуски новостей.

Тай застонал. Только этого ему не хватало.

— Что на этот раз? — спросил он. — Скажи, не томи душу.

— Они опять мусолят тему самоубийства Гейл. Считают, что как отца тебя преследует какой-то злой рок. Первый ребенок погиб в чреве матери, наложившей на себя руки; второй так и не появился на свет из-за выкидыша.

Черная тоска разъедала нутро Тая. Смешанная с чувством вины.

— В прошлый раз я сбежал, — глухо произнес он. — Сейчас я останусь и выпью чашу до дна.

— Ты прав, — сказала Нанетта, кивая.

— Скоро сюда нагрянут репортеры! — с ужасом промолвил Тай.

— Охрана больницы их сюда не допустит. Не беспокойся, сынок.

— Мама…

Нанетта с нежностью посмотрела на него. Давно уже Тай не обращался к ней так.

— Сам не знаю, почему, но я позвонил отцу, — продолжил он.

— Самуэль знает, где ты? — осведомилась Нанетта.

Тай потряс головой.

— Вряд ли.

— И тем не менее, не удивляйся, если он здесь появится, — предупредила Нанетта.

Тай удивленно посмотрел на нее, но потом понимающе кивнул.

— Я должен увидеть Кэмми, — глухо промолвил он.

Нанетта внимательно посмотрела на него, затем встала и прошла за зеленую штору, отделяющую коридор от отделения неотложной помощи. Никто её не остановил, и прямо навстречу вывезли каталку, на которой лежала Кэмми.

— Куда вы её везете? — спросила Нанетта санитара.

— В отдельную палату. Она нуждается только в отдыхе, а там ей будет спокойнее.

— Нанетта, — прошептала Кэмми, протягивая руку.

Нанетта взяла её за руку и пошла рядом, сопровождая каталку.

— А доктор Кроули здесь? — спросила Кэмми.

— Не знаю, — ответила Нанетта. — Сейчас выясню.

— Пусть она придет как можно скорее, — дрожащим голосом попросила Кэмми. — Я… теряю свое дитя.

— Все будет в порядке, милая, — ободряюще сказала Нанетта. — Ты только не волнуйся.

— Все мне это говорят, — сказала Кэмми и всхлипнула. — Я им не верю.

Санитар помог Кэмми расположиться на кровати. Нанетта отпустила её руку и сказала:

— Сейчас я приведу Тая.

— Нет!

Нанетта испуганно посмотрела на нее. Гнев, прозвучавший в голосе Кэмми, поразил её.

— Он не хочет ребенка, — горько промолвила Кэмми, и губы её болезненно скривились. — И никогда не хотел.

В это мгновение в палату вошла высокая статная женщина. Вид у неё был решительный, и по всему чувствовалось, что здесь она своя.

— Меня вызвали по пейджеру, — сказала она, подходя к кровати.

— О, доктор Кроули! — воскликнула Кэмми. — Помогите, умоляю вас! Вам сказали, что у меня опять начинается… — Не в силах продолжить и вымолвить страшное слово, она разрыдалась.

Доктор Кроули кивнула; вид у неё был задумчивый.

— Мне кажется, следует поставить в известность Тайлера, — спросила Нанетта.

— Нет, не приводите его сюда! — взмолилась Кэмми сквозь слезы. — Сейчас я не могу его видеть.

— Но, Кэмми…

— Нет! Прошу вас!

— Вы можете просто сказать ему, что возможен выкидыш, — предложила доктор Кроули. — А Кэмми примет его, когда будет в состоянии.

Нанетта согласно кивнула и вышла из палаты. Судя по поведению доктора Кроули, похоже было, что Кэмми ждет очередная трагедия.

На негнущихся ногах Нанетта возвратилась в зал ожидания. Как передать сыну скверные новости? К её изумлению, в зале толпились люди. Самуэль, Сюзанна и другие, которых она видела впервые. Тай с отрешенным видом стоял, прислонившись к стене.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, приблизившись к нему.

— Где Кэмми?

— Ее… поместили в отдельную палату.

— Я хочу увидеть её.

— Попозже. Сейчас нельзя.

Тай испытующе посмотрел на мать. Ее тревога не ускользнула от него.

— Что случилось? Как она? Что с ребенком?

— Тайлер… — Нанетта взяла его за руку и увлекла в сторону, подальше от окружающих людей, пытавшихся услышать, о чем они говорят. — К сожалению, возможно, что ребенка она уже потеряла. Сейчас она не хочет тебя видеть.

Каждое слово матери врезалось Таю в сердце. Никогда в жизни он ещё не чувствовал себя настолько скверно. Сраженный безумной болью, он тяжело ступая, побрел прочь и присел у окна, за которым одинокие пальмы торчали посреди зарослей гибискуса и бугенвиллеи. Обхватив голову руками, он закрыл глаза.

Кэмми, любимая, прости меня!

Тай понимал, что в случившемся с Кэмми виноват только он сам. Он собственноручно разрушил свое счастье. Погубил их любовь.

Тай даже не представлял, сколько времени просидел так, когда вдруг ощутил мягкое прикосновение к плечу.

— Сынок? — услышал он голос Самуэля.

Тай глухо застонал. Только отца ему сейчас не хватало!

— Я хочу побыть один, — сказал он сквозь зубы.

— Я знаю. Я только сказать, что мне очень жаль. Мне бы очень хотелось, чтобы у тебя был ребенок. Я понимаю, что ты, наверно, считаешь меня никудышным отцом. Возможно, так и есть. Все эти годы я безумно ревновал тебя к твоей славе, завидовал твоему оглушительному успеху. Именно поэтому я связался с Гейл. Мне и в голову не приходило, что последствия могут оказаться настолько… кошмарными.

Тай не знал, верить словам отца или нет. Он не шелохнулся. Он уже давно утратил доверие к Самуэлю, и очень сомневался, сможет ли восстановить его снова. Да и стоит ли.

Не дождавшись ответа, Самуэль произнес в пустоту:

— Об этих кровопийцах из прессы я позаботился, однако кое с кем тебе все-таки переговорить надо.

— Нет! — резко ответил Тай.

— Это врач Камиллы. Гинеколог. Доктор Кроули.

Слова отца медленно проникли в воспаленное сознание Тая. Он вдруг осознал, что родители его, и Нанетта и Самуэль, пытаются помочь ему. Тай даже успел подумал, что должен быть за это благодарен, однако по какой-то причине мозг его словно онемел.

Самуэль помог ему подняться. Тай осмотрелся по сторонам. Да, Самуэль не соврал — из всей толпы в зале остались лишь они сами, Нанетта, Сюзанна и ещё Карен Уолтерс. К ним приблизилась статная женщина в очках и, протянув руку, представилась. Это и была доктор Кроули. Затем она предложила Таю пройти с ней в небольшой кабинет, где, как она сказала, им никто не помешает.

— Что с Кэмми? — спросил Тай, едва они вошли, и доктор Кроули прикрыла за собой дверь. Голос его звучал хрипло, Тай даже не узнал его.

— Сейчас она отдыхает, — сказала доктор Кроули. — Однако, к великому сожалению, ребенка она потеряла.

Тай упал на стул и повесил голову.

— Мы дали ей успокоительное. Будет лучше, если останется здесь до утра.

Итак, все-таки выкидыш…

— А Кэмми… уже знает об этом? — убитым голосом спросил Тай.

— Да.

— Могу я увидеть ее?

Доктор Кроули замялась, и тем самым сказала Таю все, что он хотел знать.

— Она не хочет меня видеть, да? — спросил он. — Она винит меня в случившемся.

— Нет, вас она не винит, — услышал он в ответ. — Дело в том, что у неё эндометрит, а это заболевание всегда чревато выкидышами. Она знала, что шансов доносить ребенка у неё кот наплакал.

— Эндометрит? — ошеломленно переспросил Тай.

Доктор Кроули воззрилась на него поверх очков.

— Как, разве она вам об этом не говорила? — Тай покачал головой, и тогда она продолжила. — Что ж, мистер Стовалл, в таком случае позвольте я объясню вам, что это такое, и чем можно объяснить состояние Кэмми…

* * *

Смутные очертания незнакомых предметов. В приглушенном свете все расплывалось. Кэмми с трудом разлепила отяжелевшие веки. Где я? Неясные воспоминания, какие-то страхи медленно проникали в её сознание. И вдруг Кэмми все вспомнила. Боже мой, неужели я в больнице?

Ребенок! Острая боль пронзила её сердце.

Я потеряла свое дитятко…

Жалобно хныча, Кэмми забилась под простыню. Она молилась, чтобы Господь ниспослал ей избавление от этих невыносимых мук.

И, по счастью, забылась тревожным сном.

* * *

Тай мерил шагами пол гостиной своего нового дома. Того самого дома, который приобрел для себя и Кэмми. Решение о покупке он сделал на следующий день после трагического эпизода, в то утро, когда Кэмми выписали из больницы. Кэмми сразу поехала в свою квартиру. Она ни разу не позвонила ему, а все попытки Тая связаться с ней обрывались на вежливом обещании автоответчика непременно перезвонить ему. Несколько раз Тай звонил Сюзанне, но и она ни чем не могла помочь ему.

Так прошло десять дней. Тай жил один в новом особняке, читал разные сценарии и общался с Сюзанной, которая официально представляла его интересы, однако аккуратно обходила вопросы про Кэмми. Единственное, что удалось выведать Таю, сводилось к тому, что Кэмми все-таки согласилась возобновить съемки в телесериале «Улица цветущих вишен».

В дверь позвонили. Тай нахмурился. Кто мог знать о том, где его искать?

Кэмми!

Он вскочил и опрометью кинулся к двери, однако, распахнув её, едва удержался, чтобы не захлопнуть её перед лицом человека, который стоял на крыльце. Пол Меррил!

— Опять вы! — с негодованием процедил Тай. — Какого черта вам нужно на сей раз?

— Только не хлопайте дверью, — попросил Пол, показывая ему сценарий. — Я хочу сделать вам весьма привлекательное предложение.

— Нет, — отрезал Тай. — Хватит с меня прошлого раза. Убирайтесь! — И попытался прикрыть дверь.

— Стойте! — Этот хорек исхитрился просунуть ногу в щель. — Я пытался говорить с Сюзанной, но она даже слушать меня не стала. На вашем месте, я бы подыскал себе другого агента. Она даже обсудить мое предложение отказалась, хотя на карту поставлены ваши отношения с Кэмми.

Тай навалился на дверь. Не с такой силой, чтобы раздавить ногу Меррила, но с таким расчетом, чтобы тот почувствовал угрозу.

— Как вы узнали, что я здесь? — требовательно спросил он.

— Я выяснил, что вы купили этот дом, — с готовностью ответил Пол. — А заехал просто так, наудачу.

Тай надавил на дверь ещё сильнее, и Пол, вскрикнув от боли, убрал ногу. Но тут же изловчился и просунул сценарий под дверь. Тай с изумлением прочитал название. «Улица цветущих вишен».

— Что это вы задумали? — подозрительно осведомился он.

— Мы хотим пригласить вас сняться в сериале, — послышался из-за двери голос Пола. — Всего в четырех эпизодах сыграть. Причем в месте с Кэмми! Забавно, конечно, но мы предлагаем вам сыграть её брата!

— Убирайтесь вон!

— Рейтинги сразу взлетят до небес! — возбужденно проорал Пол. — Понимаете? Да и вам не помешает лишний раз пообщаться со своей строптивой красавицей. Поразмышляйте на досуге. А потом пусть эта ваша Сюзанна со мной свяжется, и мы подпишем контракт!

Тай не ответил. Несколько секунд спустя послышался шум мотора отъезжающей машины.

Вот пройдоха! Тай дал себе слово, что даже раскрывать папку не станет. Не на того напали. Не поддастся он на их уловки.

Однако не прошло и минуты, как он все-таки взял сценарий и погрузился в чтение…

* * *

Гримерная, которую отвели Кэмми на сей раз, была значительно просторнее предыдущей. Кэмми пришпилила к стене яркий плакат, на котором изящная черная кошка выглядывала из-за букета алых роз, и отступила на пару шагов, чтобы полюбоваться на свою работу. Окон в гримерных не было, поэтому каждый украшал свое временное пристанище, чем мог. Красочный плакат здесь смотрелся. Он заметно оживил комнатенку, а заодно и поднял Кэмми настроение.

Вот уже неделю, как она снова участвовала в съемках. Работа отвлекала её от грустных мыслей. До этого Кэмми грызла черная хандра, она была погружена в депрессию.

Но и сейчас воспоминания о так и не родившемся ребенке не только угнетали её, но причиняли мучительную боль. Единственное спасение Кэмми находила в работе.

Про Тая она старалась не вспоминать. Ей было совестно за то, как она с ним обошлась, но и его холодное и даже враждебное отношение настолько потрясло её, что Кэмми даже не была уверена, сможет ли вообще когда-нибудь смотреть на него без содрогания. Со слов Сюзанны Кэмми знала: Тай убежден, что она до сих пор именно его винит в гибели ребенка. Кэмми хотела даже позвонить ему и объяснить, что это вовсе не так, однако Тай её опередил, позвонив ей сам. Но многочисленные его послания, записанные на автоответчик, были составлены столь осторожно, что Кэмми так и не поняла, как должна к ним относиться. У неё сложилось такое впечатление, будто Тай сам ещё окончательно не решил, насколько глубоки его чувства к ней. И Кэмми не винила его за это; она сама его оттолкнула и заставила усомниться в её собственном чувстве к нему.

Кэмми же ни на секунду не сомневалась, что до сих пор любит Тая. И знала, что будет любить его всю жизнь. Вот только как она проживет без него?

Ее размышление прервало дребезжание телефона. Кто-то звонил ей по сотовой связи. В первую минуту Кэмми даже не знала, отвечать ли ей. Она хотела сосредоточиться на сценарии, на проникновении в свою роль. К тому же, в глубине души она опасалась, что звонить может Тай. А говорить с ним она была ещё не готова.

И все же любопытство возобладало.

— Алло?

— Привет, лапочка! — весело ворвался в ухо голос Сюзанны. — Ты не поверишь, но у меня для тебя, ну просто по-тря-сающие новости!

— Какие? — оживилась Кэмми.

— Речь идет о Стовалле-младшем. Он… — В трубке вдруг затрещало, голос Сюзанны то пропадал, то появлялся снова. Кэмми с трудом разбирала обрывки фраз: «…я сама сначала в это не поверила. Он… вопреки моему совету… думала, что ты должна это знать… телевидение… всего в четырех эпизодах… первая встреча назначена уже на сегодня… потрясно, да? Твой брат!»

— Сюзанна? Сюзанна, я ничего не слышу! Перезвони мне. — Кэмми ждала тщетно телефон пискнул ещё разок, и отключился.

В этот миг в дверь постучали.

— Пора на съемочную площадку!

Захватив сценарий, Кэмми поспешила по узкому и темному коридору к месту съемки. Что имела в виду Сюзанна? Почему она назвала Тая её «братом»?

Завернув за угол, Кэмми налетела на какого-то мужчину.

— Извините, — машинально бросила она, и тут же каким-то шестым чувством осознала, что перед ней Тай. Она подняла глаза: да, перед ней и правда стоял Тай.

Кэмми стояла, ни жива, ни мертва.

— Кэмми! — воскликнул он. — Подожди. Я должен сказать тебе что-то важное.

— Я… Я опаздываю, — сбивчиво пробормотала она, хотя ей самой отчаянно хотелось просить у Тая прощения.

— Пожалуйста, — попросил Тай. — Всего две минуты.

Он осторожно опустил ладони на плечи Кэмми, и его серые глаза заглянули — нет в глаза Кэмми, а, как ей показалось, в самую её душу. Проклиная себя за слабость, она молча стояла и смотрела на Тая. Она настолько изголодалась по нему, по его словам и ласкам, что никак не могла сосредоточиться; мысли разбегались, как вспугнутые крольчата.

— Как ты сюда попал? — прошептала она.

— Меня позвали, — ответил Тай. — Пригласили сняться в четырех эпизодах вашего телесериала в роли твоего брата. Согласия своего я ещё не дал, потому что не знаю, как ты к этому отнесешься.

— Ты будешь сниматься здесь? — ошеломленно спросила Кэмми. Вот, значит, что пыталась сказать ей Сюзанна.

— Кэмми, я люблю тебя! — пылко произнес Тай. — Я хочу всегда быть с тобой. Да, каюсь, я воспользовался этим случаем, чтобы с тобой увидеться. Ты нужна мне! — голос его дрогнул. — Пожалуйста, прошу тебя…

— О, Тай…

Крепкие руки Тая прижали Кэмми к его груди. Она даже слышала, как бьется его сердце.

— Господи, я так боялся, что потерял тебя, — срывающимся голосом заговорил он. — Просто места себе не находил. Прости, родная моя, что я был таким черствым и бессердечным. Я просто боялся до конца тебе поверить.

— Это ты меня извини, — ответила Кэмми, едва удерживаясь, чтобы не разреветься. — Я не имела права так обижать тебя.

— Нет, это я во всем виноват, — убеждал Тай. — Приподняв её за подбородок, он заглянул в её заплаканные глаза. — Больше мы никогда не расстанемся. Давай сейчас же поженимся. Пусть все это узнают. И я больше никогда тебя не отпущу!

Кэмми рассмеялась сквозь слезы.

— А в «Улице цветущих вишен» мы будем братом и сестрой?

— Да, если хочешь.

— Я хочу лишь одного: всегда быть с тобой. Каждую минуту!

Тай ласково улыбнулся.

— Кэмми, — сказал он. — В следующий раз, когда ты пойдешь на прием к доктору Кроули, я пойду вместе с тобой. Обсудим наши шансы. — И, не давая Кэмми рта раскрыть, поспешно добавил: — Я хочу, чтобы у нас были дети, и сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе.

У Кэмми перехватило дыхание.

— Боюсь, что это невозможно, — сдавленно прошептала она.

— Когда мы вместе, для нас ничего невозможного нет, — торжественно провозгласил Тай. И, наклонившись, поцеловал её в губы.

Сердце Кэмми бешено колотилось, она чувствовала себя на верху блаженства.

— Вместе… — прошептала она.

— Да, любовь моя!

— Тай?

— Что?

— Я люблю тебя.

— И я тебя люблю, — ответил он.

— Никогда не покидай меня, — прошептала Кэмми. — Без тебя я умру.

— Я никогда тебя не покину, — пообещал он.

И Кэмми поверила. Даже не словам его, а глазам, светившимся от любви и счастья. А вдруг фортуна и в самом деле улыбнется им? Вдруг настанет день, когда и она обретет свое выстраданное счастье?


Эпилог


— Тужься, Кэмми! — воскликнула доктор Кроули. — Сильнее тужься! Давай же! Сейчас! Ну!

Кэмми зажмурилась и, стиснув зубы, поднатужилась, что было мочи. Досчитала до семи, после чего силы её оставили, и она выдохнула и стала ловить ртом воздух. Пальцы впились в края стола.

Тай стоял в изголовье, и Кэмми видела его глаза, с любовью и состраданием смотревшие на неё поверх зеленой маски.

— Я люблю тебя, — беззвучно шепнула она, слишком обессилевшая, чтобы обрести голос.

Она до сих пор не верила, что сумела добраться до этой стадии. Долгое время стоял вопрос об операции, о необходимости лечения эндометрита, и вдруг, как гром среди ясного неба прозвучала весть — она снова беременна! Поначалу Кэмми даже перепугалась. Потом её охватила сдержанная радость.

Тай с самого начала поддерживал её, как только мог.

— Убежден: на этот раз это случится, — твердил он.

— Твоими устами бы да мед пить, — со вздохом отвечала Кэмми.

И все же Тай оказался прав…

И вот теперь Кэмми отчаянно пыталась родить. Схватки начались двадцать семь часов назад.

Правда, крохотному Джереми предстояло появиться на свет Божий чуть раньше положенного срока. Однако кесарево сечение, о котором поначалу шла речь, делать не понадобилось. Кэмми боролась за своего малыша со смешанным чувством веры и любви, и вот сейчас, когда Тай приподнял её за плечи, а врач потребовала натужиться изо всех сил, она прислушивалась к биениям собственного сердца и благодарила Господа за ниспосланное ей чудо.

— Все, пошел! — услышала она радостный голос доктора Кроули.

Несмотря на местную анестезию, Кэмми чувствовала, как распирает её чресла головка Джереми.

— Он просто прелесть! — воскликнула доктор Кроули, и Кэмми почувствовала, как из глаз полились слезы. — Поднатужься еще, милая, чтобы плечики вышли.

Внезапно тишину прорезал детский вопль. Кэмми посмотрела на Тая. Глаза его, тоже подозрительно увлажнившиеся, были прикованы к крохотному тельцу в руках доктора Кроули.

— Тай… — прошептала она.

Он нагнулся и поцеловал её в губы прямо через маску. Кэмми была на седьмом небе от счастья.

Ее муж! Ее сын!

Ее семья.

— Я люблю вас, — сказал Тай. — Вас обоих.

Кэмми подняла руки и ухватилась за его крепкие плечи, вдыхая его родной запах.

Ее день настал.

Примечания

1

Summer Solstice (англ.) — летнее солнцестояние

2

Дэвид Леттерман — популярный ведущий известного нью-йоркского ток-шоу.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19