Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Боевые роботы - BattleTech (№23) - Кровь Керенского-3: Потерянная судьба

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Стэкпол Майкл А. / Кровь Керенского-3: Потерянная судьба - Чтение (стр. 1)
Автор: Стэкпол Майкл А.
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Боевые роботы - BattleTech

 

 


Майкл Стэкпол

Потерянная судьба


Кровь Керенского-3

(Боевые роботы — BattleTech)

КОРОТКО ОБ АВТОРЕ

Майкл А. Стакпол написал более четырнадцати романов, коротких рассказов и статей, в том числе семь книг для серии «Боевые роботы». Романы, составившие трилогию «Кровь Керенского», были адаптированы для телевидения и стали основой популярного мультипликационного сериала, показавшего возможности компьютерной анимации.

Майкл Стакпол не только писатель. Он является еще и создателем игр. Некоторые из его работ получили премии, а в 1994 году он был избран почетным членом Академии игровых искусств Зала Славы создателей игровых рисунков.

Всем тем, кто участвовал в операциях «Щит в пустыне» и «Буря в пустыне», посвящается эта книга.

Sic Semper Tyrannis[1].

Суждено ли человечеству достичь далеких галактик? Вероятно, это должно когда-нибудь произойти. И поведут его люди, обладающие таким же высоким мужеством и чувством долга, как и вы.

Автор хотел бы выразить благодарность Лиз Данфорт, Дженнифер Роберсон и Деннису Л. Кирнану за помощь, оказанную ими при написании самых сложных частей этой книги. Спасибо вам, Джон-Аллен Прайс, за то, что вы подарили мне персонажей семьи Кокс, и вам, Дэвид У. Джуэлл, за разъяснение некоторых вопросов, касающихся медицины. Информация относительно военных технологий была предоставлена капитаном Патриком Т. Стакполом, за что ему громадное спасибо. И вновь автору хотелось бы выразить свою признательность Донне Ипполита за то, что она привела язык этой книги в соответствие со стандартным английским. Джордан Вайсман и Росс Бэбкок, благодарю вас за то, что вы дали мне возможность написать эту книгу. Автор рад еще раз поблагодарить Джордана, а также Сэма Льюиса за то, что они постоянно подталкивали меня. В заключение выражаю признательность фирме «Genir Network», при помощи которой эта книга по электронной почте попала с компьютера автора непосредственно в FASA.

Автор книги заранее предупреждает, что все возможные ошибки вызваны его незнанием некоторых предметов.

ПРОЛОГ

Сиан

Конфедерация Капеллана

5 января 3052 г.


Улыбка на лице матери была столь зловеща, что Сун-Цу едва не вздрогнул. Только накопленный за двадцать лет опыт поведения позволил ему не выдать истинных чувств. Сестра Сун-Цу, Кали, не заметила или не хотела замечать того, что происходит между ним и матерью. Мельком взглянув на брата, она буквально влетела в тронный зал. И лицом, и фигурой Кали была до удивления похожа на мать. Сун-Цу поднял глаза, увидел широкую, самодовольную улыбку отца, и по спине его пробежала дрожь, хотя вся фигура родителя выражала едва ли не раболепие. Своего отца, старого Цзень-Шаня, он ненавидел давно и сильно, на что были свои причины. Сун-Цу напрягся, ожидая самого худшего.

Романо сидела, развалясь в массивном, черного дерева кресле, называемом «троном Поднебесной», спинку которого украшал диск с искусно вырезанными на нем созвездиями и магическими знаками. Символы были призваны лишний раз показать одно — все, что видит глаз, принадлежит или должно принадлежать Романо. Об этом же свидетельствовал и основной источник знаний, капелланская мифология. При первом же взгляде на великолепное кресло у любого, вошедшего в тронный зал, сразу создавалось впечатление, что Романо сидит на всей Внутренней Сфере. Расположенный за ее головой диск походил на нимб, окружающий лик какой-нибудь христианской святой.

— Зачем вы призвали меня к себе, достопочтенная матушка? Вы что-то хотите сказать мне? — спросил Сун-Цу тихим, заискивающим голосом. В глубине души ему хотелось рассмеяться или хотя бы улыбнуться, но этому мешало постоянное ожидание беды и подозрительность мамаши, во всем видевшей заговоры и стремление к мятежам. Сун-Цу склонил голову, втайне надеясь, что сегодня настроение его родительницы не хуже, чем положение дел в окружающем страну мире.

Романо, величие которой подчеркивало великолепное шелковое платье, расшитое играющими тиграми, молча смотрела на сына. От стоящих за троном курильниц кверху поднимались легкие дымки. В падающем из разноцветных окон свете они казались лентами, вьющимися от пола до самого потолка тронного зала. Канцлер поднял руку, показывая, что дети могут сесть.

«Как же мне все это опостылело, — подумал Сун-Цу. — И сколько эта канитель еще может продолжаться?» Несмотря на то что больше всего Сун-Цу хотелось броситься к трону, приглашение приблизиться застало его врасплох, и сестра Кали опередила его. Шурша юбкой, кошачьей походкой она подошла к матери и, встав на колени, уткнула лицо в ее яркое, словно радуга, платье. Сун-Цу неторопливо поднялся. Сестра бросила на него полный откровенной ненависти взгляд. Романо улыбнулась и положила руку на золотистые волосы дочери.

Сун-Цу стоял у трона, опустив голову и заложив руки за спину, словно солдат, услышавший долгожданную команду «вольно». Лицо Романо слегка потемнело, но затем снова расплылось в улыбке. Сун-Цу было хорошо известно, как легко меняется настроение у Романо, но до сих пор он не мог к этому привыкнуть и испытывал неподдельный ужас. Вспыльчивый и раздражительный характер матери он знал слишком хорошо. Промелькнувшее на ее лице легкое недовольство не на шутку напугало Сун-Цу, и, когда Романо улыбнулась, он почувствовал, что у него с души упал камень. «Еще часть кармы сгорела, — с радостью подумал он. — Видимо, в какой-то из прошлых жизней у меня было немало достоинств».

Романо положила руки на колени.

— Для начала мне хотелось бы напомнить вам, — гордо заговорила она, — о том, что из того самого яйца, из которого он сам вышел, Пангу создал небо и землю и вдохнул в них жизнь. Затем Нува создал мужчин и женщин и выбрал одну семью властвовать над остальными.

Кали, сидящая у ног матери, небрежно продолжила:

— Мудрость и смелость семьи Ляо сделали их правителями человечества.

— Совершенно верно, — согласилась Романо. — Но мы не диктаторы, а скорее строгие и мудрые наставники. С самого сотворения мира мы вели наш народ к процветанию, а в минуты кризисов только Ляо могли спасти людей от истребления.

Цзень-Шань поморщился. Романо метнула на него недовольный взгляд и произнесла еще более театральным голосом:

— Там, где правят Ляо, мы видим счастье и радость. Расцветают науки и искусства. Мы все дальше и дальше раздвигаем границы нашей империи. Человечество уходит к неведомым мирам. Нет предела нашему могуществу и величию наших дел. Инструментом для выполнения наших высоких целей мы выбрали Звездную Лигу. — Романо замолчала, и Сун-Цу подхватил ее патетический монолог:

— Однако в Звездной Лиге появились некоторые властители, снедаемые жаждой уничтожить Ляо. Среди таких был Стефан Амарис, которого нельзя назвать иначе как чудовище. Этот изувер убил законного правителя Звездной Лиги, поколебал наш трон и вверг человечество в тяжелые испытания.

Романо утвердительно кивнула. Слова Сун-Цу в точности отражали ее собственные мысли.

— Мы снова должны вспомнить о своем божественном предназначении, — торжественно произнесла Романо. — Мантия правителя Звездной Лиги должна принадлежать только нам, и никому больше. К сожалению, — горько заметила Романо, — зараза ереси Амариса поразила все правящие Дома. Сегодня и Дэвионы, и Штайнеры, Марик и Курита — все считают, что имеют право претендовать на престол. Они развязали три войны и лишили народы всего того, что им принесли мы, Ляо. Теперь эти правители вознамерились уничтожить сам род Ляо. Им не удавалось осуществить свои злобные намерения, но только до тех пор, пока... — Романо многозначительно оборвала предложение на полуслове.

Обхватив ноги матери, Кали возбужденно продолжила:

— Пока на груди Ляо не появилась эта змея. Жестокие и мстительные правители Звездной Лиги хорошо знали, что нашей единственной слабостью является доверие. Мы слишком верим людям, и к нам подослали гнусного шпиона, которого мы приняли за друга. Мы не увидели его истинного лица, не поняли его грязных мыслей, не догадались, что он все делал по указке Хэнса Дэвиона. Имя этого исчадия зла — Джастин Аллард. — Кали едва не задыхалась от возмущения.

Когда она остановилась, чтобы перевести дух, Сун-Цу подхватил рассказ. Он говорил размереннее: в отличие от сестры Сун-Цу умел сохранять если не внутреннее, то хотя бы внешнее спокойствие.

— Этот Джастин Аллард предал нас. Воспользовавшись добрым отношением, он соблазнил нашу маленькую Кандэйс и увез ее к своему хозяину. Так Дом Ляо лишился Объединения Святого Ива. — Несмотря на унылый тон, Сун-Цу был не менее кровожаден, чем его сестра. — И этот поступок требует отмщения, — закончил он.

Романо ударила кулаком по подлокотнику трона.

— Наша месть уже настигла предателя! — закричала она. — И Джастин Аллард, и эта стерва умерли! Они ошибались, когда думали, что на Новом Авалоне они будут в полной безопасности. Нет, там они и лежат! — Уставившись перед собой невидящим взглядом, Романо продолжала говорить, но Сун-Цу не слышал ее слов. Неожиданное сообщение матери ошарашило его. «Как? Аллард мертв? И Кандэйс тоже? Этого не может быть! — проносилось в его мозгу. Однако победное выражение лица Романо не оставляло сомнений в том, что она уверена в своих словах. — Да нет, едва ли... То, что Романо думает, частенько расходится с реальным положением дел, и у меня было достаточно случаев в этом убедиться», — сделал он вывод.

— Отец, это правда? — спросил он. Цзень-Шань устало кивнул.

— Сообщение об их смерти было передано по каналам связи Ком-Стара как новость особой важности. По всей видимости, твой дядя Тормано временно станет правителем Объединения Святого Ива вплоть до возвращения Кая с фронта.

Гортанный смех матери и сестры мешал Сун-Цу сосредоточиться. Он нахмурился, пытаясь осмыслить случившееся и проанализировать возможные последствия.

— Как ты считаешь, — он снова обратился к отцу, — когда Кай вернется, не начнет ли он войну с нами? У него в руках целая армия и передовые технологии кланов. С таким первоклассным вооружением ему ничего не стоит напасть на нас.

— Не знаю, — отец пожал плечами. — Все возможно.

— Но разве ты не глава нашей разведки? — возмущенно спросил Сун-Цу, — Или твоя секретная служба уже не знает, что делает наш потенциальный противник? Тогда для чего ты назвал ее Маскировкой? Неужели тебе не понятно, что пока мы всего лишь обезглавили змею, но тело ее еще живо?

Цзень-Шань вскинул голову, в глазах его блеснул злой огонь и тут же погас.

— Ты не прав, сын мой, — медленно произнес он — Мы следим за каждым шагом Кая и его войск, но получаемые сведения не отличаются надежностью. Насколько мне известно, кланы разгромили армию Объединения Святого Ива, но определенно сказать пока не могу.

— Я буду молиться, чтобы все, что ты сообщил, оказалось правдой, отец, — сказал Сун-Цу и посмотрел на Романо. — Ненависть застилает глаза матери, и она многого не видит. Мы же с тобой не можем этого себе позволить. У меня никогда не было иллюзий относительно Кандэйс. Я всегда был уверен, что она не начинает войну с нами вовсе не потому что не имеет такой возможности, а потому, что умеет сдерживать свои эмоции. Не думаю, что ее наследники, Кай, Кассандра, Куан Ин или тот же Квинтус, способны на подобное самообладание. — Сун-Цу в задумчивости пожевал губами. — Вот увидишь, отец, они пойдут на нас. Не сегодня так завтра. Через месяц, через год, но они нападут. Не думаю что они не попытаются отомстить нам за смерть Кандэйс и Джастина. — Сун-Цу снова посмотрел на мать. «И когда это произойдет, спасать нацию придется мне. Ну что же я готов».

I

Черное море, Элайна Трелл

зона оккупации Клана Нефритовых Соколов

5 января 3052 г.


Густой серый дым навис над морской пучиной. Кай плыл под водой, изредка выныривая глотнуть воздуха. Окружающая его зловещая тишина не успокаивала, а, наоборот, настораживала.

«Очень странно, — думал Кай, всматриваясь в серую дымку. — Здесь проходит зона военных действий, и в то же время никаких звуков не слышно. Жутковатая атмосфера. — Кай на секунду испугался, подумав, что падение в воду оглушило его, но тут же поборол страх. — Да нет, если бы я оглох, то не слышал бы даже собственного дыхания». Разглядев впереди силуэт одиноко стоящего утеса, Кай поплыл к нему.

С этого утеса Кай и упал в бушующие воды Черного моря. Как только в его наушниках прозвучала просьба принца Виктора Дэвиона о помощи, Кай вместе со своим звеном рванулся к нему. Усовершенствованный «Центурион», оборудованный новыми миомерными мышцами, домчал Кая до поля боя в считанные секунды. Увидев наследника Хэнса Дэвиона в окружении четырех роботов клана, Кай рассвирепел и бросился на одного из них.

«Какого черта я подошел к нему так близко? — Делая короткие, сильные взмахи, Кай ругал себя. — Совсем ополоумел. Тоже мне берсеркер нашелся. Вот теперь давай плыви». До утеса оставалось не больше двадцати метров, но преодолевать высокие волны было очень трудно. Вот отсюда, с этого самого утеса, омниробот клана и сбросил «Центурион» Кая. Правда, и сам он тоже рухнул в океан. От удара о воду и от сознания, что под ним почти километр ледяной воды, Кай потерял сознание. Очнувшись, он увидел противника под собой. К счастью, оба робота попали на узкую полоску подводных скал и находились метрах в десяти от поверхности воды. Набрав полные легкие воздуха, Кай выбрался из кабины и всплыл на поверхность. О декомпрессии он даже не подумал.

Кай доплыл до утеса, выбрался на сушу и в изнеможении сел на скользкий, поросший мхом камень. Прежде всего он осмотрел себя. Хладожилет набух и отяжелел от воды. Высокие, до колен, ботинки, армированные пуленепробиваемым пластиком, сдавливали ноги. Кай покачал головой. В таком обмундировании ходить, тем более в такую холодную ночь, невозможно. Нагнувшись, Кай нащупал на правом ботинке ножны, рукоятку длинного широкого ножа и улыбнулся.

«Твой рождественский подарок, Виктор, сейчас мне как нельзя кстати». Внезапно его начал охватывать ужас. Казалось, он поднимался от самого сердца. «Черт подери, я даже не знаю, что стало с Виктором. Проклятье, я потерял всякую осторожность. Виктор мог погибнуть из-за меня...» Эта мысль заставила Кая подскочить. Не замечая боли, он быстро направился вверх по узкой извилистой тропинке. Неизвестность и страх за судьбу Виктора придавали ему силы. Подходя к вершине, Кай вспомнил об осторожности и пошел медленнее. Край утеса был отломлен. «Вот отсюда я и слетел», — подумал Кай и тяжело вздохнул.

Серый туман смешивался с дымом догорающих роботов. Кай оглядел расстилающееся перед ним плато. Каких-то четыре часа назад здесь были непроходимые джунгли, включенные во все туристические справочники Элайны. Несколько минут битвы превратили цветущую долину в дикое место, больше похожее на кладбище.

Не осталось ни одного целого дерева. Только пни торчали по всей равнине. Земля была перерыта воронками, а сходство с могильником увеличивали валяющиеся части уничтоженных роботов и военной техники. Борясь за право обладать раем, люди превратили его в ад. Кай рассматривал могучие фигуры роботов. Некоторые из них так и остались стоять, превратившись в памятники воинственной, разрушительной природы человека. Всю свою жизнь Кай хотел только одного — пойти по стопам своих предков и стать водителем боевого робота. Сидеть в кабине могучей машины, жертвовать жизнью ради своей семьи и нации Кай считал величайшей честью.

Теперь же, всматриваясь в изуродованные до неузнаваемости фигуры роботов, Кай чувствовал, что открывшаяся перед ним картина является издевательской иллюстрацией к его наивным юношеским мыслям. Все эти груды искореженного металла, истерзанные боевые роботы, безжизненными глазами взирающие на ночное небо, были придуманы и сделаны с одной целью — уничтожать. Они выполнили свою задачу, причем с такой быстротой и блеском, что могли бы удивить даже своих создателей.

Огибая воронки, Кай бежал по полю битвы в поисках «Дайши», робота Виктора. Наткнувшись на подбитый «Грифон», он остановился. Следов «Дайши» не было. Кай направился туда, где в последний раз видел робота Виктора, и обнаружил куски его брони и ногу. От нее в сторону шел широкий след. «Он смог уйти отсюда, он уполз, — радостно подумал Кай, и его пронзила другая мысль: — Но враги могли настигнуть его». Кай застонал. «Если бы я был рядом с Виктором, я бы спас его». Резкий и жалобный крик чайки вернул его к действительности. Он потер виски и посмотрел вверх. Легкий бриз дул с океана, рассеивая туман. Кай увидел несколько огоньков, подобно блуждающему созвездию, медленно плывущих по серому небу. Кай улыбнулся, узнав знакомое расположение огней. Это были корабли Федеративного Содружества, они медленно вырывались за пределы тяготения Элайны.

— Виктор спасен, — прошептал Кай. — Они не посмели бы улететь без него. — Кай облегченно вздохнул и еще раз осмотрел поле битвы. По всему было видно, что на помощь Виктору подоспело подкрепление. Кай увидел эмблемы на груди роботов и понял, что выручило принца звено охраны командира полка.

Снова раздался унылый крик чаек. Гонимые порывами ветра, они приближались к берегу. Словно завороженный, Кай смотрел на птиц, на ту легкость, с которой они летели. Прекрасное оперение стаи так контрастировало с гнетущей картиной битвы. Оторвавшись от стаи, чайка села на кабину одного из роботов. К ней тут же присоединилась еще одна птица. Лицо Кая перекосилось от ужаса: он понял, что так влекло сюда чаек. Он бросился вперед, замахал руками и закричал, отпугивая птиц. Подбежав, он посмотрел в люк и невольно отшатнулся, увидев то, что осталось от генерал-профессора Сэма Льюиса. Половина черепа Сэма была срезана. Льюис был причислен к полку, но Каю и в голову не приходило, что тот когда-нибудь участвовал в битвах. Если такой человек был вынужден вступить в бой, значит, дела тут были совсем плохи. Не в силах стоять, Кай опустился на колени и уткнулся лицом в землю. Две чайки бились за место у кабины. Подняв глаза, Кай увидел в клюве одной из них кусок мяса. Поднявшись, он побежал к берегу...

Ледяная вода привела Кая в чувство, и он подумал, что обязан выполнить последний обряд — вытащить из роботов всех пилотов, и друзей и врагов, и сжечь их тела. Он не должен оставлять их на съедение хищникам. Однако Кай вскоре понял, что эта задача для него невыполнима, и прежде всего потому, что он слишком ослаб. Кроме того, ему не удастся найти ничего, что могло бы гореть. Битва уничтожила все деревья на многие километры вокруг.

К тому же патруль клана может увидеть костер и примчаться. Заметив его, они догадаются, что он не из клана, и бросятся в погоню. Кай безнадежно опустил голову.

Пиршество чаек продолжалось. Кай с ненавистью посмотрел на кричащих птиц. «Для них это всего лишь корм, — подумал он. — Они просто выживают. Мне самому об этом неплохо бы подумать. Десятый полк Лиранской Гвардии разбит, и корабли улетели». Положение Кая было в самом деле отчаянным. Он остался один в тылу противника без всякой надежды выбраться. Оставалось надеяться, что ради него отправят небольшую экспедицию, но в такой исход было трудно поверить. «Двадцать лет назад Хэнс Дэвион бросил Лион, чтобы вытащить моего отца из Сиана, — с усмешкой подумал Кай. — Но, во-первых, здесь не Сиан, а наш противник будет поумнее Максимилиана Ляо. — Кай обвел глазами поле битвы. — Нет, надеяться мне не на кого. Выбираться придется самому. — Оказавшись в такой ситуации, многие воины попросту совершают самоубийство, но Кай вдруг почувствовал острое желание жить. — До робота мне не добраться, он в океане. В плен они меня не возьмут, такого бесчестья я не допущу. Значит, скорее всего, меня занесут в файл как без вести пропавшего во время операции». Прийдя к такому невеселому решению, Кай решил подготовиться к борьбе.

Прежде всего он начал искать то, что могло бы ему пригодиться. Под истерические крики чаек и вой диких собак он начал обходить поле битвы. Ему удалось вскрыть боковой сейф «Волчицы», робота, принадлежавшего Дэйву Джуэллу из звена охраны Виктора Дэвиона, и вытащить оттуда защитный костюм. Он был немного длинен, Дэйв отличался завидным ростом, но Кая сейчас меньше всего интересовал размер одежды. Хладожилет он на всякий случай оставил свой.

Нашлось в сейфе и несколько пакетов с продуктами, а также пояс с кобурой, в которой оказался игольчатый пистолет «маузер-и-грей М-39» с полным боекомплектом. Кай надел пояс, собрал найденные продукты в небольшой рюкзак и обратил внимание на два небольших голоснимка, лежащих в глубине сейфа. На одной из фотографий были изображены улыбающиеся дети, мальчик и девочка. На обороте снимка Кай прочитал написанный детскими каракулями стишок-молитву, сочиненную, конечно, ими же. Как следовало из надписи, эта молитва должна была помочь Дэйву остаться в живых в самой тяжелой битве. Под стишком стояла подпись: «Катрина и Дэвид — младшие». На другом снимке Кай увидел довольно красивую женщину с маленьким ребенком на руках и вспомнил, с какой радостью Дэйв недавно рассказывал, что у него родилась еще одна девочка. «Крошке всего несколько месяцев, — подумал он с грустью. — Ей не суждено увидеть своего отца».

Перегнувшись, Кай снял с шеи Дэйва медальон с именем и номером полка и положил его в рюкзак.

— Я передам все это твоей семье, Дэйв. Обещаю, — прошептал он. — Они должны знать, что ценой своей жизни ты спас принца Виктора Дэвиона от позорного плена. — Подтянувшись, Кай выглянул из кабины и, убедившись, что на поле боя никого нет, спрыгнул на землю. — Очень печально, — угрюмо произнес он. — До дома три сотни световых лет, и ни одной пары нормальных ботинок. Элайна оккупирована кланами, а из всего оружия у меня только пугач с набором швейных иголок. Негусто. Да, Кай, попал ты в переделку. Знаешь, друг, не завидую я тебе.

Следующая мысль обдала сердце Кая ледяным холодом. Во Внутренней Сфере он считался одним из лучших. И если такие, как он, оказываются в подобной ситуации, что же могут сказать об остальных воинах? «Скажут, что у Содружества нет никаких надежд», — закончил Кай свои невеселые размышления.

II

Межзвездный Т-корабль «Разъяренный Волк»,

вспомогательная орбита Саталис

зона оккупации Клана Волка

17 января 3052 г.


Фелан Вульф угрюмо рассматривал удивленное лицо своего воспитанника Рагнара Магнуссона. Принц Расалхага никак не мог разобраться в тонкостях внутренней и внешней политики кланов. Очевидно, что ее хитросплетения и некоторые внешние противоречия, вызванные предполагаемым вторжением Клана Волка во Внутреннюю Сферу, давались Рагнару с большим трудом.

— Совершенно верно, — втолковывал ему Фелан, — триста лет назад Александр Керенский вывел войска из Внутренней Сферы. Причиной тому было нежелание участвовать в междоусобных войнах, из-за которых когда-то развалилась Звездная Лига. Керенский не хотел повторения во Внутренней Сфере того, что случилось со Звездной Лигой. Ты понимаешь его мудрость, квиафф?

Светловолосый юноша наморщил лоб.

— Но вы же говорили, что его попытки установить мир в собственной стране потерпели неудачу. Подвластные ему народы передрались между собой, и сыну Керенского, Николаю, пришлось снова объединять армию. И кланы не вмешивались в дела Внутренней Сферы, поскольку этого не разрешал Николай. Он говорил, что задача кланов защищать ее, а не соваться в политику. А если так, то почему кланы сейчас должны лезть туда?

— Ты начинаешь кое-что понимать, но еще не совсем, — горячился Фелан, проводя ладонью по каштановым волосам. — Очень немногие лидеры и воины кланов, их, кстати, прозвали «Наставниками», продолжают верить в то, что мы должны защищать Внутреннюю Сферу. — Фелан потянулся, встал со стула и начал прохаживаться по крохотной каюте, — Другие же, те, кто называет себя Крестоносцами, считают, что Внутренняя Сфера — их дом, и в любой момент готовы вторгнуться туда.

— Чепуха какая-то. — Светло-голубые глаза Рагнара недовольно блеснули. — Раз они сами ушли из Внутренней Сферы, то как могут предъявлять на нее права?

Фелан хмыкнул.

— Все просто. Вспомни! Мы тоже считаем Расалхаг свободной территорией, хотя она находится под властью Синдиката Драконов!

Рагнар открыл было рот, чтобы возразить, но Фелан так посмотрел на него, что юноша сразу осекся. Недовольно поморщившись, он покачал головой, понимая, что спор с Феланом о том, кому какой кусок Внутренней Сферы принадлежит и по какому праву, он неизбежно проиграет.

— Не вы ли мне сами говорили, что ильХан, Хан Ульрик из Клана Волка, принадлежит к партии Наставников? Чего же он тогда подталкивает кланы к агрессии? — спросил Рагнар, вращая на правом запястье тяжелый кожаный браслет.

Фелан улыбнулся. В свое время его самого раздражала такая побрякушка. Он вспомнил, с каким удовольствием вышвырнул ее после того, как был торжественно принят в касту воинов Клана Волка. Его усмешка не прошла незамеченной, лицо Рагнара потемнело.

— Все правильно, принц Расалхага, ильХан действительно принадлежит к партии Наставников, но и он стоит за вторжение. Тебе известно о его разговоре с примасом Ком-Стара. Помнишь? Он сказал, что покорение Внутренней Сферы даст возможность завладеть Террой, бывшей столицей Звездной Лиги. Хан, чьи воины возьмут Терру, станет ильХаном навечно, а его клан будет править остальными! — Фелан поднял кверху указательный палец и возвысил голос: — Ставший ильХаном навсегда сможет одним своим словом покончить с враждой между народами и начать строить новый мир!

Взгляд Рагнара ясно выдавал его отношение к сказанному.

— Я вижу, вам очень по душе эта идея. Не понимаю, как двоюродному брату наследника Дэвиона могут нравиться все эти дикие клановские штучки? — Он в недоумении развел руками, словно пытаясь обнять стол. — Хотя вы в свое время были наемником. Не исключено, что вам неплохо заплатили за приверженность этой бредятине. Только чем? Деньгами? Или этой женщиной, Ранной? За сколько вы продались, Келл Вульф, или как вас там зовут?

Прежде чем Фелан смог ответить, дверь распахнулась и в каюту вошла огненно-рыжая женщина в форме пилота боевого робота.

— Его купили за столько же, за сколько и вас, принц Рагнар, — резко произнесла она. — Ради того, чтобы навсегда покончить с войнами и разрушениями, можно пойти на любую сделку. Разумеется, есть и другой путь, тот, который избрали вы, — драться до победы. Терпеть поражения и снова воевать, постоянно сея смерть.

Несмотря на молодость принца, переубедить его было нелегко.

— А есть, полковник Наташа Керенская, и третий вариант, — парировал он. — Стать предателем, как Фелан, и повести вражеские войска против собственного народа. Ведь это наш Фелан отдал кланам Ганцбург, не так ли?

— И сделал это без единого выстрела. Ни один человек не погиб в результате смены правителей планеты. Не забывайте об этом, принц Рагнар, — мгновенно возразила Наташа Керенская, и ее синие глаза зло сверкнули. — Он покорил Ганцбург практически в одиночку. Фелан — человек, с которым многие считаются, и его влияние должно использоваться для прекращения кровопролитий.

Услышав слова Керенской, коротышка-принц побагровел. Сжав губы, он тупо уставился в пол каюты. Фелан почувствовал, что разговор может принять неприятный оборот, посмотрел на Керенскую, которая была его командиром, и по ее осунувшемуся лицу сразу понял, что произошло нечто из ряда вон выходящее.

— Что случилось, Наташа? Какие-нибудь неприятности?

Керенская недовольно пожала плечами. Фелан, к своему удивлению, вдруг заметил, что вид у грозной полковницы был неожиданно обиженный и жалкий. Фелану внезапно захотелось как-то успокоить Керенскую, но слова утешения Наташа могла истолковать как проявление жалости к себе, чувства среди воинов оскорбительного. Фелан промолчал, зная мужество и способность Керенской справляться с любыми неприятностями.

— У меня есть для тебя несколько новостей. Часть из них ты давно ждешь, однако некоторые известия, боюсь, тебя не очень обрадуют.

В долю секунды тысяча самых отвратительных мыслей промелькнула в голове Фелана. Прежде всего он вспомнил о своей семье. Внезапный разрыв отношений между Кланом Волка и Ком-Старом привел к тому, что связь Фелана со всеми своими родственниками, оставшимися на территории Внутренней Сферы, прервалась. Надежды получить от них хоть какое-нибудь известие не было, и это очень заботило Фелана. Отчеты о значительных потерях Дымчатых Ягуаров и Новых Котов на Люсьене он уже читал. В душе и Фелан, и Наташа гордились тем, что соединения, в которых они когда-то служили, «Гончие Келла» и «Волчьи Драгуны», победили столь грозных противников, защищая столицу Синдиката Драконов. До того как перейти на службу кланам, Керенская и Вульф воевали в этих прославленных подразделениях, и им было приятно, что наемники, их бывшие боевые друзья, не потеряли в тяжелых боях ни одного человека. Фелан продолжал мучительно думать о том, что могло так взволновать Наташу.

— Присаживайся. — Он показал ей на низенькое кресло. — Расскажи, что там стряслось. — Фелан старался говорить как можно более спокойно.

Наташа тяжело вздохнула.

— Сирилла Уорд мертва, — мрачно произнесла Керенская и посмотрела на Фелана.

— Что? — воскликнул он.

Сирилла была старейшиной в роде, имевшем кровное имя Уордов. Сам Фелан также принадлежал к нему. Последний раз он видел Сириллу в прошлом году, в сентябре, как раз накануне наступления кланов. Несмотря на то что ей уже давно минуло семьдесят, выглядела Сирилла прекрасно. Она, кстати, всегда отличалась и здоровьем, и веселым нравом. С самого первого дня после того, как Фелана приняли в касту воинов, она неназойливо учила его, рассказывая о кланах, их традициях, нормах поведения. Мысль о том, что этой доброй седоволосой женщины больше нет, казалась Фелану невероятной, просто дикой.

Наташа достала из кармана куртки небольшой голодиск в пластиковом конверте и протянула его Фелану.

— Мы только что получили почту из Страны Мечты. Этот диск Сирилла записала специально для тебя.

Беря диск, Фелан с изумлением заметил, что рука Наташи дрожит.

— Наташа, — проговорил он, — я знаю, что Сирилла была твоим близким другом. Вы воспитывались в одной сиб-группе. Лично я не так уж и долго знал ее. Нас связывала только кровная линия.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29