Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Триллер на колесах

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Седлова Валентина / Триллер на колесах - Чтение (стр. 11)
Автор: Седлова Валентина
Жанр: Остросюжетные любовные романы

 

 


– Слушай, ты извини, что я с тобой вчера так резко обошелся. Только и ты меня пойми: я до сих пор в себя не пришел после того, что ты мне сообщил. Вот нервы и не выдержали.

– Да никаких проблем, – грустно улыбнулся Аркаша, – благо что я сам виноват, если уж честь по чести разбираться. Лика имела полное право разозлиться на меня.

– А что именно ты сказал Анжелике?

– Ой, да полную глупость! Ну, понимаешь, выпил, хмель в голову стукнул, вот язык и развязался.

– Но все равно, что ты ей сказал?

– Тошка, давай не будем об этом, ладно? А то мне самому противно делается. Ленка вон всю дорогу дуется и шипит, не хватало еще с тобой вдрызг разругаться.

– А что с Ленкой?

– Да кто ж ее разберет? Ей Богу, будь она лет на десять постарше, решил бы, что это у нее климакс начинается. Слушай, а может, ты с ней поговоришь, а?

– И что я ей скажу? – удивился Антон.

– Да не важно! – отмахнулся Аркаша. – Придумай что-нибудь. Просто она к тебе благоволит и уж если и будет кого-то слушать, так только тебя.

– С чего бы это?

– Кто ж ее разберет? Ты у нее чуть ли не идеал мужчины. Я, бывало, даже ревную, когда она мне заявляет: «А вот Антон на твоем месте поступил бы иначе!» Антон то, Антон се… В общем, будь другом, прочисти ей мозги, а?

– Ладно, попробую, – отозвался растерявшийся от неожиданного признания Аркаши Антон. – Вот станем на ночевку, и поговорю.

– Слушай, а может, сейчас к ней подкатишь, а? Боюсь, если еще хоть час на ее перекошенную физиономию полюбуюсь, то отправлю машину в ближайший кювет. Она в машине сидит, иди к ней! Только не говори, что это я тебя подослал, пусть думает, что ты сам это придумал, ладно?

– Не, слушай, я так не могу. Да и что я ей скажу? «Лена, не надо дуться»?

– Да хотя бы так! Веришь, нет, я уже жалею, что ее с собой потащил. Лучше бы действительно отчалила в свою расчудесную Турцию, я хоть отдохнул бы по-человечески. Думал, покажу ей Север, опять же – с вами время проведем – всегда лучше, когда рядом близкие люди. Ан нет, кроме ругани да слез я от нее за последнюю неделю и не вижу ничего.

– Ладно, попробую. Но – сразу предупреждаю! – ничего обещать не могу.

– Тоха, да все путем! Я понимаю!

Антон развернулся и отправился к машинам. Сначала подошел к своему «уазику» – посмотреть, как там Лика, но, увидев, что она безмятежно дремлет на заднем сиденье, решил не тревожить. Выполнять данное Аркаше обещание ужасно не хотелось, но делать было нечего. И Антон постучался в окошко к Лене.

– Да, Антон? – открыла дверь Лена и вопросительно посмотрела на него.

– Слушай, а чего ты не вместе со всеми? Мы там лагерь смотрим. Фотографы наши от усердия аж землю роют, а ты здесь в одиночестве тоскуешь!

– Ну, твоя Лика, гляжу, тоже до местных красот не рвется, – желчно заметила Лена. – Минут пять по лесу погуляла и свалила.

– Она… устала сильно, – тут же нашелся с ответом Антон. – Решила покемарить малость, пока мы снова в путь не тронулись.

– Вот и я тоже устала! – огрызнулась Лена, но дверь перед носом Антона захлопывать не стала. Сделав из этого вывод, что диалог пока еще продолжается, Антон поинтересовался:

– Может, тебе какая помощь нужна?

– Спасибо, нет.

Антон вздохнул и мысленно чертыхнулся. И как с ней разговаривать? Аркаше и впрямь не позавидуешь: мегера, а не штурман.

– Может, хоть со мною прогуляешься? – предпринял он последнюю попытку раскачать Лену. – Давай, вылезай, пройдемся! Я тебе остатки лагеря покажу, мы там даже забор поваленный обнаружили! Ну же, пошли!

Заметив на лице Лены колебание, Антон усилил натиск:

– Давай, выходи, хоть ноги разомнешь, а то полдня в машине проводить – это все-таки тяжко. Да и воздухом свежим подышишь, где у нас в Москве такой найдешь?

Лена еще пару секунд подумала, после чего дала Антону руку и позволила помочь ей выйти наружу.

Голоса попутчиков слышались где-то далеко впереди, лагерь был немаленький, и чтобы обойти его по периметру, требовалось много времени. Антону решительно не о чем было говорить с Леной, и от этого он чувствовал себя не в своей тарелке. Просто гулять и молчать? Молчание действовало на нервы хуже откровенного скандала. И тут Антон неожиданно для самого себя решился задать Лене вопрос, который мучил его вот уже целый месяц.

– Слушай, я тут тебя давно хотел спросить… Видишь ли, только ты мне можешь помочь разрешить сомнения…

– Да? – оживилась Лена и даже раскраснелась от неожиданной похвалы.

– В общем, скажи мне как на духу: то, что ты сказала Аркаше про Анжелику, правда?

На лице Лены вновь появилась злая гримаска, и Антон мигом пожалел, что завел разговор на эту тему.

– Что ты конкретно имеешь в виду? – холодно и неискренне поинтересовалась она, даже не пытаясь скрыть, насколько неприятен ей этот разговор.

– Аркаша по большому секрету поведал мне, что Анжелика рассказала тебе о том, что у нее появился богатый и интересный поклонник, в которого она влюблена…

– Ох уж мне эти мужчины! – перебив Антона, всплеснула руками Лена. – Вот именно что «по секрету»! Черт побери, вот понадейся после этого на собственного мужа! Да ему даже самой никчемной тайны доверить нельзя, мигом всему свету разболтает, трепло! Язык без костей!

Антон поморщился, но отступать не собирался:

– Лена, это так или нет?

– А ты как думаешь?

– Я никак не думаю, я у тебя спрашиваю!

– Как хочешь, так и считай!

Этот дурацкий разговор начал бесить Антона. Он завелся и всерьез вознамерился во что бы то ни стало вытрясти из Лены всю правду:

– Я жду ответа!

– А я не намерена отчитываться перед тобой!

– Слушай, я уважаю твое стремление сохранить тайну, которую доверила тебе Лика, но раз уж тайное все равно стало явным, может быть, перестанешь ломать комедию и расскажешь мне все подробно?

– Так что ты от меня ждешь в таком случае?

– Как зовут поклонника Лики?

– А тебе не все ли равно? – огрызнулась Лена.

– Говори!

– Она мне его имени не называла! И отстань от меня! Чтоб я тебе еще хоть раз поверила – да ни за что! «Лена, пойдем по лесу пройдемся…» Лицемер!

Лена развернулась и бросилась обратно к машине. Антон смотрел ей вслед, но даже и не пытался остановить. Похоже, она не врет. Но все равно что-то тут не сходится. Чтобы Лика да побежала делиться к ней самым сокровенным – фантастика. Близких подруг у нее немного, и Лена к их числу явно не относится – это раз. Потом, с какой это стати Анжелике понадобился доверенный в амурных делах? Легче поверить, что она случайно проговорилась, а уж дотошная Ленка вытянула из нее все подробности ее романа. Но если бы Лика не захотела, Лена бы ничего не узнала, как бы ни старалась. Да и то, что Анжелика могла хоть кому-то проговориться о наличии у себя любовника – это на грани абсурда.

А может, Анжелика решила просто разыграть Лену? Наплела ей с три короба и принялась ждать, пока свежеиспеченная сплетня докатится до них с Антоном? Но тогда почему, как только это произошло, она повела себя так неадекватно? Почему сразу же не предупредила его о том, что сделала? Может быть, просто не придала этому никакого значения? Или просто забыла? Что ж, такое тоже может быть, но почему же ей даже в голову не пришло связать их ссору с той глупостью, которую она наговорила Лене? И с какого перепугу она принялась обвинять его в измене?

Нет, здесь решительно что-то не так. И очень напоминает детскую игру в испорченный телефон. Кто-то что-то не так сказал, кто-то что-то не так понял, и понеслось. Лавина лжи, вольного и невольного вранья, а что в итоге?

Нет, Лена наверняка что-то недоговаривает. Не зря она так задергалась, когда он спросил, как зовут Ликиного любовника. Может быть, все дело в том, что она его лично знает и боится, что Антон пойдет с ним разбираться? А что, такая ситуация вполне возможна. Анжелика несколько раз приходила к ней в магазин, Лене была нужна ее профессиональная помощь как дизайнера. Вполне вероятно, что там Лике понравился кто-то из обслуживающего персонала. Произошло это на глазах Лены, поэтому-то она в курсе всего происходящего…

Стоп, полная ерунда получается! Аркаша тогда ему говорил про богатого поклонника. И сама же Лена сегодня эту информацию не опровергла. Но какой же богатей может обнаружиться среди персонала небольшого продуктового магазина, если сама директриса этого заведения туго набитым кошельком похвастаться никак не может?!

Получается, он пока что пустышку тянет. И без повторного разговора с Леной ему о загадочном поклоннике Анжелики ничего толком разузнать не получится. Да только как теперь с Леной общаться – это вопрос. Стоит начать ее расспрашивать о Лике, опять ведь психанет, как пить дать! И ведь тоже непонятно, почему так девка бесится? Что они с Аркашей на этот раз не поделили?

Антон нахмурился. А с чего, кстати, она так защищает от него Ликины секреты, если сама же их и рассказывает направо и налево? Что, когда она передавала откровения Анжелики Аркадию, даже представить не могла, что тот тут же расскажет обо всем приятелю? Чушь собачья! Она не настолько дура, чтобы не понимать этого. Хотела бы сохранить все в тайне, молчала бы в тряпочку и с мужем об этом не болтала. Ох, не сходятся концы с концами!

* * *

Лена заперлась в машине. После разговора с Антоном ее трясло, как в лихорадке. С чего он вдруг начал задавать вопросы, которые по идее вообще не должен был поднимать? Почему обратился к ней? А что, если он и дальше будет копать? Вдруг он все выяснит?!

Огромным усилием воли Лена заставила себя успокоиться. Ничего страшного не произошло. Антон не следователь, доказать ничего не сможет. Она ему больше ничего не скажет, а будет приставать – Аркашу позовет. Хотя… Аркашу как раз не стоит. Вдруг еще он на сторону приятеля станет? Да, значит, решено: просто посылать Антона и молчать.

А если он к Анжелике сунется?

Да, это было бы некстати. Хотя… даже при таком варианте еще ничего не потеряно. Анжелика ведь тоже будет все отрицать! И в ее положении это выглядит очень даже естественно. Так что Антон ей поверить не должен.

Но тут же колючая мысль царапнула Лену, отчего тело покрылось холодным потом. А что, если Удальцов с Тороповой и впрямь помирятся и придут к ней за объяснениями? Да еще и Аркашу для верности прихватят? Что тогда? Втроем они из нее всю душу вынут!

Нет, этого не должно произойти ни в коем случае!

Что же делать?

Лена лихорадочно перебирала в голове варианты, но ни один ее не устраивал. И, как назло, действовать надо было наверняка, да так, чтобы отвести от себя все подозрения.

И тут Лена поняла: вот оно! Нашла! Теперь по крайней мере Аркаша будет стоять за нее горой. Да и Удальцов со своим расследованием обломается. Ай да Лена, ай да молодец!

* * *

Анжелика проснулась, когда они въезжали в какое-то небольшое селение. День клонился к вечеру, по крыше барабанили редкие капли дождя.

– Где мы? – сонно поинтересовалась она у Антона.

– Поселок Октябрьский. Пока ты спала, мы устроили совещание и решили, что сегодня будем ночевать здесь в гостинице, у знакомых Степана. Дождь все усиливается, а ставить бивак по такой сырости никому не в радость. Правда, он предупредил, что гостиница – это громко сказано, но все равно. Лучше уж так, чем снова в лужи лезть. Я лично себе уже земноводное напоминаю. Огромный такой зеленый лягух.

– Ух ты! Это сколько же я проспала?

– Ну, часа три, может, четыре.

– Ой, какая жалость! Я столько всего пропустила!

– Могу тебя уверить, ровным счетом ничего. После лагеря была одна речушка, мы ее вброд брать не стали, поехали по мосту, как самые обычные люди. А потом начался сплошной перегон вдоль железки. Дорога разбита в хлам. Кое-где вроде и песок завозили, и ровняли, а все равно гребенка. У тебя, случайно, голова не болит? А то трясло нас изрядно.

– Да нет вроде, – ответила Анжелика. – Только руку отлежала, и все. Слушай, а Олег где?

– Решил повторить твой подвиг и отправился на крышу. Надеется, что удастся оттуда поймать какой-нибудь удачный кадр. Вон, можешь сама посмотреть: вместе с Анной на пару кукуют.

– Брр, в такую погоду, и на крышу, нет уж, увольте.

– Охота пуще неволи, – отозвался Антон и как-то многозначительно посмотрел на Анжелику в зеркало заднего обзора. Лика отвернулась. Намек был более чем очевиден.

Во дворе трехэтажного панельного дома, куда заехала колонна, чинно разгуливали козы. На чужаков посмотрели настороженно, но без испуга. Главарь козьей банды, козел с наполовину отломанным рогом, подошел к бамперу «шестьдесят шестого» и, просунув за него голову, принялся чесать затылок. Делал он это обстоятельно и не спеша, и на наглой его козьей морде разливалось самое натуральное блаженство. Наконец, нехотя оторвавшись от бампера, он отправился с досмотром к другим машинам. Белой масти и чумазый от грязи, он был похож на черта, упавшего в куль мукой.

– Так, с хозяевами я уже договорился, – послышался голос Степана. – Ночуем все вместе, как заходите в подъезд, первая дверь налево. Там четыре комнаты, кухня, кровати. Если кому-то не хватит, придется спать на полу, уж не обессудьте. Да, и еще одно: есть ванная комната, и даже горячую воду дали.

– УРА!!! – дружно грянула колонна.

Степан довольно ухмыльнулся.

Вечер превратился в шумное и веселое застолье. Экипажи, не сговариваясь, достали из заначек деликатесы, вроде маринованных огурцов, домашнего варенья, шпрот и соленых грибов. Из выданных Татьяной овощей нарезали салат. Из тушенки, бульонных кубиков и концентратов приготовили отличный суп-солянку.

Значительно повеселевшая после мытья головы Анжелика сидела рядом с Антоном и слушала разговоры попутчиков.

– А Хибины, они какие? – спросила Анна организаторов.

– Что ты имеешь в виду? – повернулся к ней Степан.

– Ну большие, высокие?

– Да как сказать. В принципе да, большие. В Хибинский массив альпинисты да горнолыжники со всей России едут. Значит, есть ради чего.

– А мы точно через перевал поедем? – не унималась Анна. – А то в регламенте написано «перевал», а вдруг вы передумаете нас туда везти?

– Успокойтесь, перевал будет, правда, – тут Степан и Татьяна обменялись веселыми взглядами, – скорее всего не такой, как вы его себе представляете.

– А что тут представлять? – удивилась Анна. – Перевал, он и в Африке перевал.

– Кстати, об Африке, – встрепенулся Макс. – А кто-нибудь в курсе, откуда взялось название Африканда? А то, пока сюда добирались, мы со Стасом столько догадок строили насчет этого загадочного поселения – не передать.

– Ну, точно тебе никто не скажет. Вообще-то в этой местности характерно окончание –да в названиях поселков. Например, Ковда, Ревда, Охтоканда, Пояконда.

– Да, но эти же названия явно финно-угорские корни имеют! А Африканда-то тут каким местом затесалась?

– Ну, я к этому и веду, – нисколько не обиделся Степан на прервавшего его Макса. – Я лично склоняюсь к версии академика Ферсмана, который считал, что название родилось из шутки. Якобы на берегу Имандры в очень жаркий день загорали строители. И кто-то из них в шутку произнес: «Ну и пекло, просто Африка, Африканда какая-то!» Есть еще одна версия – менее официальная. Якобы приехал в поселок ученый, а встречавшие его товарищи похвастались, что у них вот уже который день стоит небывалая африканская жара. Вот ученый, отерев пот со лба, и сказал: «Африка, нда». А народ тут же подхватил: «Африканда, Африканда!»

– Ну надо же! – восхитился Аркаша. – Столько всего интересного узнаешь, прям хоть дневниковые записи о путешествии делай. Кстати, Степан, а ты не задумывался о том, чтобы написать путеводитель по родному краю? И чтоб весь из таких вот баечек состоял! Я бы эту книжку за любые деньги купил!

– Баечки-то не мои, а тоже из книжек вычитанные. Да и я на роль кота-баюна пока не тяну. Хоть и много где помотался, но претендовать на то, что знаю Кольский вдоль и поперек, не могу. Восточная часть полуострова, например, для нас с Татьяной по-прежнему терра инкогнита. Мы потихоньку собираем о ней сведения, но пока по всему получается, что на машинах туда биться – дело гиблое.

– Почему это? На карте вроде как дорога есть! Вдоль побережья тянется.

– Так это только на карте. А на деле зимники это да лесовозные тропы. Население тамошних поселков полтора человека. Заправок, разумеется, нет. То есть топливо придется либо с вертолетов забрасывать, либо с моря, с катеров. А это влетает в копеечку, сами понимаете. Плюс обязательно потребуется спутниковая связь, иначе, не дай Бог, что случится, так и останемся безо всякой помощи. Но даже если предположить, что какой-нибудь добрый дядя-спонсор нам поможет и с деньгами проблем не будет, опять же не факт, что нам удастся пройти по всему восточному побережью.

– Боитесь, что машины разложите?

– Ну, этот риск всегда есть. Речь не о том. Просто, по некоторым данным, там действительно непроходимые места начинаются.

– А что именно? Болота? Леса? Камни?

– И первое, и второе, и третье, но главная проблема – ущелья. Причем не одно и не два. Если хорошенько поднапрячься, в принципе можно, конечно, навести мосты. Но овчинка выделки не стоит. Слишком опасно, да и отдача от этого проекта практически нулевая.

– Степан, а у вас вообще много туристов за сезон бывает? – поинтересовалась Анжелика.

– Ну, в теплое время года каждые две недели группу ведем. Вот буквально перед вами норвежцы были. Правда, они всего на неделю заскочили, коллекции пополнить.

– Какие коллекции?

– Минералов. У нас на Кольском полуострове залегают некоторые виды минералов, которые нигде больше в мире не встречаются. В тех же Хибинах чуть ли не вся таблица Менделеева присутствует. А для свернутого на этой теме человека нет ничего хуже, чем неполная коллекция. Вот и едут к нам за образцами. Бывает, иногда этот самый минерал внутри какой-нибудь другой породы спрятан, да и размеры его – пара крупинок, не больше. Но кто бы видел глаза человека, который наконец-то раздобыл то, за чем охотился несколько лет!

– Странно, я, конечно, знала, что народ не только марки да монеты собирает. Но вот чтоб минералы – для меня это новость.

– Насколько я понял, в Норвегии коллекционирование – одна из национальных забав. Там очень много тех, кто этим увлекается, причем именно сбором минералов. А вот с чем это связано – тут я, увы, пас. Могу только строить догадки.

– А вы с теми же норвежцами на каком языке общаетесь?

– В основном на английском. Бывает, что кто-нибудь из них знает русский. Но это все же редкость.

– А где вы так хорошо языку выучились? – не отставала Анжелика.

– В институте, где же еще! Окончил кафедру иняза в Петрозаводске да потом практиковаться не забывал. Вот и пригодилось.

– Между прочим, – заявил Макс, – человек совершенно спокойно может понимать чужую речь даже безо всякой учебы!

– Это как? – усомнилась Лика.

– Да очень просто! Вот кто-нибудь здесь знает французский? Нет? Отлично! Спорим, я сейчас скажу вам одну фразу по-французски, и все поймут, о чем в ней говорится.

– Ох, опять ты какой-то розыгрыш затеял, – прищурилась Настя. – Ну-ка, колись, в чем подстава?

– Да ни в чем! Слушайте! «Я по Невскому марше и пердю перчатку. Я шерше ее, шерше. Плюнул и опять марше!»

За столом грянул смех.

– Вот видите! – торжествующе заявил Макс. – Ничего переводить не пришлось!

– Ага, прямо как в песне из «Формулы любви»: «Донна дела маре…»

– А еще у Доктора Александрова подобная песня есть! Только там как бы на два голоса. Один типа на иностранном языке поет, на самом деле – набор фраз изо всех языков, вместе взятых. А второй голос это как бы переводит. Совершенно чумовое сочетание получилось, – радовался Макс, в одно мгновение оказавшийся в центре внимания всего коллектива.

– Ну, я бы поспорил с твоей теорией, – со скучающим видом заявил Стас, которому не понравилось то, что Настя осталась в восторге от шутки Макса.

– Попробуй!

– А тут и пробовать нечего. Вот на что угодно могу поспорить, что если я скажу сейчас одну безобиднейшую фразу по-португальски, вы дружно замашете на меня руками и попросите выйти вон.

– Что ж это за фраза такая? – оживился Степан.

– Я же говорю, очень безобидная, переводится: «В июле блинчиками объесться».

– Да, вроде действительно ничего такого страшного. Ну а как она в оригинале звучит?

– Только пообещайте, что тяжелыми предметами в меня бросаться не будете.

– Само собой!

– Ну ладно, слушайте, – вздохнул Стас и продекламировал: – In Juliо рidаrаs оhuеlоs.

От хохота, казалось, вылетят стекла в окнах.

– Да, хорошо, что предупредил, – сказал Степан, утирая слезы, – а то бы точно намекнули на то, что с нами дамы.

– Ну, это еще не так смешно! – вновь перехватил инициативу Макс, не желавший уступать Стасу первенство в борьбе за Настино внимание. – Вот вы, например, в курсе, что «водки найду» по-английски переводится как «что я могу для вас сделать?[16]» А у одного моего знакомого однажды такой случай приключился…

Пока Макс разливался соловьем о том, как какой-то его приятель однажды по большой пьянке общался с иностранцем, также находящимся в изрядном подпитии, Анжелика подвинулась поближе к Антону. Он провел рукой по ее сохнущей шевелюре и тихо шепнул на ухо так, что никто другой этого не расслышал:

– А тебе идет. Правда! Но с длинными волосами ты мне нравишься больше…

Вторник. Экспедиция, день четвертый.

Утро порадовало всех без исключения. Погода, кажется, решила исправиться. Во все небо сияло солнце, вчерашние лужи подсохли, да и потеплело здорово.

Покидать гостеприимный поселок не хотелось, но впереди ждали Хибины, и Олег уже нетерпеливо нарезал круги вокруг машин и рвался помочь всем с укладкой вещей. Видимо, предвкушал, какое количество пленки изведет на тамошние красоты. Если, конечно, солнце не скроется.

Анна в свой экипаж по-прежнему возвращаться не торопилась, но, поскольку впереди был приличный перегон по дорогам общего пользования, ехать ей предстояло не на крыше, а в салоне вахтовки. Игорь на этот раз возражать не стал. Ориентирование по легенде в программу сегодняшнего дня не входило, а раз так, потребность в штурмане отпадала.

Анжелика, подумав, решила остаться с Антоном. Проведенная под одним спальником ночь пусть и была лишена хоть какого-либо романтического продолжения, но по сравнению с предыдущими днями прогресс был очевиден. Отныне Лика намеревалась по возможности держаться как можно ближе к Антону. И дело не в откровенном разговоре, который должен был состояться между ними со дня на день, и не в желании расставить все на свои места. Просто Анжелика любила этого мужчину и его общество приносило ей огромную радость. А насчет остального она пока предпочитала не задумываться и не портить себе настроение пессимистичными прогнозами.

Лена вроде дуться перестала. По крайней мере на этот раз от обязанностей по кухне не отлынивала и завтрак готовила вместе со всеми. Но к Анжелике больше с расспросами не совалась, видимо решив, что двух раз вполне достаточно.

Когда колонна добралась до Кировска, Анжелику поразило то, как этот город построен. Дорога в нем петляла и поднималась в гору довольно крутым серпантином, и Лика поежилась, представив, каково тут приходится зимой местным жителям. А если, не дай Бог, тормоза на спуске или подъеме откажут? Что, так и лететь вниз с такой верхотуры? Или соседние машины сшибать?

Ненадолго остановившись у продуктового магазина, колонна пополнила запасы еды и горячительных напитков, запас которых после вчерашних посиделок был ликвидирован практически подчистую, и отправилась дальше на перевал.

Как только колонна въехала в горное ущелье, тут уж не выдержали практически все свободные члены экипажей, и в итоге на крыше оказались Олег с фотокамерой на изготовку, Татьяна, Анна и Настя со Стасом. Места впереди всем не хватило, поэтому Насте и Стасу пришлось путешествовать задом наперед, свесив ноги с крыши. Впрочем, они нисколько не огорчились.

Анжелика во все глаза смотрела на открывающиеся перед ней горные пейзажи. Да, Ловозерье и Хибины – две большие разницы, как говорят в Одессе. Первые сплошь каменные да мрачные, словно неживые. Тоской от них веет. А здесь лес до самых вершин, а те горы, что без леса остались, синими кажутся, словно в них небо утонуло.

– Вот, смотри, где я детство провел, – сказал Антон, держась в кильватере «шишиги». – Мы сюда вместе с моим турклубом несколько раз выбирались. Один раз даже в феврале сподобились.

– И как тут в феврале?

– Мерзко, – поежился Антон, вспомнив былое. – Мы с инструктором шли впереди и торили лыжами путь для всех остальных. А снег мокрый, к лыжам липнет. Про скольжение можно напрочь забыть, только переступать след в след. Если оступишься, тут же в сугроб уходишь. Хорошо, если по пояс, а то и по грудь случалось утонуть. Тогда хватаешься за лыжные палки, что тебе друзья протягивают, и обратно на лыжню карабкаешься. Когда до лагеря добрались, чувствовал себя таким измотанным, что хотелось на все наплевать: на еду, на постановку лагеря, на друзей. Лишь бы рухнуть и спать.

– Прямо на снег?

– Да хоть на снег, хоть куда. Вообще сил не осталось.

– А как на следующий день себя чувствовал?

– Не поверишь, но вполне нормально. Да что там: организм молодой, здоровой. Не то, что сейчас.

– Да ладно тебе, не прибедняйся! Хочешь сказать, что ты уже старик древний и песок из тебя сыпется?

– Ну, по сравнению с тем, что было, я уже действительно старик. По крайней мере в такой поход я уже точно не пошел бы. Слишком тяжело. А вообще, Лика, не поверишь – такая ностальгия обуяла, сам себе удивляюсь. Сейчас еду, и словно со старыми приятелями повстречался. Такая благодать в душе разливается. А тебе-то как, нравится здесь?

– Кажется, да. Тут все какое-то большое и разноцветное. Даже не знаю, как по-другому выразиться. И озерца тут такие чистые, аж оторопь берет. Так и тянет искупаться!

– Хм, откровенно говоря, не советовал бы. Ты у меня не морж, а озера эти из ледников начало берут. И за лето не сильно прогреваются.

– У-уу, как жаль. Для чего я тогда, спрашивается, купальник брала?

– Ну, ты всегда можешь в нем позагорать. Загар тут, кстати, изумительный получается. И к коже липнет на раз-два, круче, чем на Кавказе. А держится куда дольше, проверено.

– Нет, пожалуй, пока воздержусь. Солнышко вроде и припекает, но все равно как-то прохладно. Не хочу простыть и весь остаток экспедиции носом хлюпать.

– Ну смотри, дело твое.

До заявленной в регламенте базы МЧС на Куэльпорре добрались не скоро. Не потому, что она была далеко, отнюдь. Просто каждые пять – семь минут по настоянию фотографов колонна стопорилась, и все обладатели фотоаппаратов резво разбегались, находя самые выигрышные точки для съемки. Стас так вообще щелкал кадр за кадром, не переставая, на полную катушку используя преимущества большой памяти на своем цифровике. Видимо, рассудил, что селекцию удачных кадров можно и дома сделать, лишь бы было из чего выбирать.

Через некоторое время показалась база. Невысокая, чисто номинальная изгородь, два столба с самодельными резными табличками, на которых значилось, сколько отсюда километров до Москвы, Киева, Новгорода и других городов, откуда приезжали сюда туристы. Одноэтажные деревянные домики. И несколько пеших тургрупп, расположившихся на отдых и споро устанавливавших палатки.

– Ничего не понимаю, – сказала Анна, слезая с крыши. – А что, до перевала мы так и не доехали?

– Почему же это? И доехали, и даже переехали, – отозвался Степан.

– Да как такое может быть? Дорога-то была прямая, ни подъемов, ни спусков хоть мало-мальски значимых. И где, извиняюсь спросить, был перевал?

– Где-то там, – махнул рукой Степан. – Я же говорил, что вы скорее всего будете удивлены. Судя по всему, не ошибся. Считайте это одним из местных курьезов, если хотите. Лучше другое мне скажите: ну и как вам Хибины?

– Да разве ж это горы? – буркнула себе под нос Анна и отошла в сторону.

Степан и Татьяна озадаченно переглянулись и пожали плечами.

– Что, трудно приходится, когда человек строит из себя вип-клиента? – усмехнулся стоявший неподалеку Аркаша. – Да не обращайте вы на это внимание. Ну подумаешь, укачало девушку, или голова от солнца разболелась. Могу на что угодно спорить, что даже если ее сейчас в Гималаи забросить, она и там найдет, к чему придраться. Есть такой тип людей, которым все вечно не так.

– Похоже на то, – заметил Степан и почесал переносицу.

После сытного перекуса команда отправилась смотреть водопад на реке Рисйок. Здесь и впрямь было на что полюбоваться. Безумно чистая, прозрачная до голубизны вода, искрясь брызгами, падала вниз с восемнадцатиметровой высоты, играя в лучах полуденного солнца. Но что особенно порадовало Лику, так это то, что, несмотря на обилие туристов, склоны вокруг были буквально усеяны черникой. Устав бродить по крутизне, она выбрала себе поросший мхом камень, уселась на него и принялась обрывать с куста спелые темно-синие ягоды. Увлеченная этим нехитрым занятием, она пропустила момент, когда Аркаша что-то сказал Антону и они отошли чуть в сторону от остальной группы.

Минут через десять мужчины вернулись обратно. Антон при этом выглядел так, будто его огрели по голове пыльным мешком. У Аркадия же было выражение лица человека, только что покончившего с неприятным, но необходимым делом.

Лика, по собственным ощущениям наевшись ягод на год вперед, огляделась, увидела Антона и помахала ему рукой. Антон отвернулся.

Лика почувствовала, как в груди заледенело сердце и стало трудно дышать. Что на этот раз случилось с Удальцовым? Подойти и выяснить? Нет уж, только навредишь всему. Оправдывается тот, кто виноват. А она за собой никакой вины не знает. Значит, снова ждать, пока он сделает шаг навстречу.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17