Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хроники XXXIII миров (№9) - Джокер и Палач

ModernLib.Net / Научная фантастика / Иванов Борис / Джокер и Палач - Чтение (стр. 11)
Автор: Иванов Борис
Жанры: Научная фантастика,
Детективная фантастика,
Космическая фантастика
Серия: Хроники XXXIII миров

 

 


Вопросы языкознания волновали его явно больше, чем вопросы морали. На последние Палач, очевидно, знал все ответы наперед.

— К сожалению, — все тем же упавшим голосом отозвался Енот, — теперь я ровно ничем не могу вам помочь. Вы сами слышали, что теперь у Джокера новый хозяин...

— Вы его найдете для меня, — сообщил ему Палач. Енот тупо уставился на меч, который держал в руках. «С паршивой овцы — хоть шерсти клок», — подумал он.

* * *

Что-то обеспокоило Шишела, когда он снова садился в свой «лендровер». Что именно — он сообразил не сразу. А когда сообразил, озадаченно уставился на обитателя своего рюкзака. Тот не был уже скульптурным шаржем на Коннетабля.

Он был теперь... Ну, он очень походил на компьютер. Старый, допотопный комп с громоздким экраном и какой-то нелепой клавиатурой. По бокам экрана выпирали, надо полагать, динамики — во всяком случае, какие-то выступы, забранные решеточками. Клавиатура вызвала у Шишела оторопь. Сроду он не видел такого причудливого расположения клавиш. И таких букв, что были на этих клавишах изображены. Брезентовый рюкзак почти полностью свалился со странной штуковины и сполз на коврик под ногами водителя.

Первая мысль, возникшая у Шишела, была: «Сперли вещь! А что за рухлядь сюда подбросили?» И только то, что «рухлядь» была неимоверно странна на вид, заставило его вспомнить слова Коннетабля: «Еще позавчера эта штука была чем-то вроде кофемолки. А с неделю назад — креслом... Понимаешь, меняется она. То стоит, стоит себе — и ничего ей не делается. А потом р-раз!»

Он осторожно высвободил странную штуковину из объятий рюкзака и опасливо принялся поворачивать на сиденье из стороны в сторону. Вздохнул тяжело и меланхолически осведомился у Джокера:

— Ну и что мне с тобой делать?

— Отдавать приказания, — четко выговаривая слова, ответила штуковина.

Шишел онемел. Потом потряс головой и попросил:

— Повтори, пожалуйста.

— На вопрос: «Ну и что мне с тобой делать?» я дал ответ: «Отдавать приказания», — охотно выполнила его просьбу штуковина.

Голос у нее был нейтральный, не то чтобы лишенный эмоций, а просто раскрашенный совершенно банальной, всем понятной гаммой чувств голос ведущего ток-шоу.

На экране «компьютера» их диалог высвечивался немыслимо уродскими буквами. Однако их можно было узнавать и читать.

Шишел решил быть крайне осторожным. Он огляделся, стараясь не высовываться из кабины. Улица и крохотная стоянка у часовни были пусты. Это было хорошо: нет лишних глаз. Но это было и плохо: он оставался один на один с предметом, от которого можно было ждать чего угодно.

— Значит, ты умеешь разговаривать? — резонно предположил он.

— Да, я это умею, — признала штуковина.

— Так какого ж... Так почему ты до сих пор молчал? Когда был у Коннетабля.

— Он меня ни о чем не спрашивал, — ответил Джокер.

* * *

В комнатушке Гринни было накурено так, как, наверное, бывает накурено в аду для некурящих. То есть до невероятия. Так что чертям, явись они сюда, вне всякого сомнения, стало бы тошно. Микаэлла, уж на что привычная к крепкому табаку, и то закашлялась, спускаясь по каменным ступенькам в затянутую сизым туманом комнату. Курили все трое приятелей. Тимоти по-пижонски — массивную, дорогую на вид трубку. Гринни — местные «самопальные» сигареты. Особо потряс Микаэллу вид Сяна, спазматически затягивающегося неумело сделанными самокрутками из жутко крепкого «черного» табака. Курящим Сяна она видела впервые.

Еще на столе перед собратьями по несчастью стояли початые бутылки виски и стаканы. Закуска была представлена солеными орешками и жевательной резинкой. Но все трое вовсе не выглядели пьяными — должно быть, виски не брало их. Да и выпили друзья, судя по состоянию содержимого бутылей и стаканов, не так уж и много.

— Решила проверить, не поперевешались ли мы тут все с горя? — осведомился Тимоти. — Заходи, присаживайся. Если есть настроение выпить, наливай себе...

— Есть идея, — хмуро бросила Мика, не присаживаясь к столу, а просто прислонясь к стене.

— Спасибо, — невесело усмехнулся Тимоти. — Их у нас навалом, идей... Сян, ты у нас ведешь учет — под каким номером запишем Мику?

— Это будет семнадцатая идея, — покорно отозвался Сян. — Господи, что я делаю тут с вами? Мои братья сходят с ума... В ресторане — в такой дождь — готов пари держать, набилось народу как... А я сижу и выдумываю, как за неделю сделать чуть ли не миллион баксов! Ха!

— Не вижу ничего смешного, — подал голос мучимый угрызениями совести и затянувшимся похмельем Гринни.

— Смешно то, что вообще мы о такой глупости думаем, — объяснил ему Сян. — Если бы в природе существовал способ за неделю сделать миллион баксов, то тогда в этой природе не существовало бы таких голодранцев, как мы с вами, друзья...

— Ты верно говоришь, — нервно дернул головой Гринни. — Не о том думаем. Надо думать, куда «делать ноги». И «делать» их — поскорее...

— И бросить здесь все? — мрачно предположил Тимоти. — Я не собираюсь бросать свой бизнес...

— Конечно же нет, — язвительно согласился с ним Гринни. — Ты его прихватишь с собою на тот свет, этот свой бизнес. Он очень тебе там пригодится. Я говорю, ребята: что, если завербоваться на работы на Южный континент...

— Тогда уж точно не потребуется никакого Секача и никакого Мочильщика, чтобы отбросить коньки, — закончил за него Тимоти. — Тамошняя погода и тамошние зверушки все сделают за них. Нет! — Он вдруг грохнул костлявым кулаком по столу. — Я не собираюсь сдаваться! Должен быть выход!

— Правильно, Тимми, — согласилась с ним Микаэлла. — Вот если вы ребята мне подскажете, кого в Городах зовут Буфалло Биллом...

— Такой бык, вечно в свитере и при каблуках? — осведомился Сян. — Слегка фраер. «Грезник» по всем Грибным Местам толкает... И кое-что покруче. Не сам, конечно. Под ним целая команда ходит... Его несколько раз хотели притянуть еще и за вооруженный грабеж, но тип отвертелся.

— Я этого типа в лицо не знаю, — остановила его Микаэлла. — Но как будто похоже.

— Других Буфалло Биллов здесь не водится, — успокоил ее Тимоти. — А каким боком этот бандюк нам сдался в нашем положении?

— Типа штаб-квартира у него есть? — иронически подражая Тимоти, поинтересовалась Микаэлла.

— Есть вроде офис... — пожал плечами тот. — Типа он фирму содержит... По заключению сделок. И всякое-разное такое...

— Тогда, — пожала плечами Микаэлла, — я знаю, где будут лежать деньги и как их взять...

— Ты что?! — первым догадался Сян. — Собралась грабануть Билли?

Микаэлла посмотрела на него оценивающим взглядом и слегка поморщилась.

— Ограбление грабителей, Сян, — пояснила она, — преступлением не считается. Я так думаю...

* * *

— Что?! — прохрипел Секач, поднимаясь из-за стола. — Что ты сказал?

Мочильщик молча развел руками. Потом, собравшись с силами, повторил то единственное, что мог сказать о случившемся. Секач сверлил его взглядом с такой ненавистью, что то, что во лбу у него не объявилась дымящаяся скважина, было в общем-то необъяснимым феноменом природы.

— Я так понимаю, — наконец произнес Секач, — что эти уроды... Эти уроды, которых ты нашел, не знаю, на какой помойке... — На секунду он захлебнулся бешенством, но довольно быстро смог взять себя в руки. — Что эти уроды, вместо того чтобы попросту провернуть простейшую форточную операцию, устроили в замке этого сраного сэра черт-те какое мочилово. И притом еще и самого Коннетабля завалили. Ты понимаешь, что это значит?

Вопрос был чисто риторическим. Все умственно вменяемые лица в Закрытом Мире понимали, что убиение Коннетабля одного из Доблестных Орденов — это далеко не то событие, которое останется без последствий. И притом последствий, весьма далеко идущих.,

— По-моему... — осторожно начал Мочильщик.

— Уродов — у-нич-то-жить! — отрубил Секач. Он прошелся взад-вперед по кабинету, присел на край своего огромного стола и озадаченно поскреб подбородок.

— Но нужно от них избавиться по-умному... — бросил Секач задумчиво. — Но... прежде всего...

Тут он запнулся и уставился на собеседника невидящими глазами.

— Вот что, — заговорил он наконец. — Прежде всего они должны отдать меч. И... И только тогда их надо аккуратно убрать. Так, чтобы никакой связи между нами не прослеживалось. В этой истории замазанным быть — на фиг нужно...

— Так что на первом месте? — попытался уточнить Мочильщик. — Меч или... э-э... Или чтоб не замазаться?

Секунды две-три они переглядывались, словно подозревая друг друга в полном идиотизме.

— Меч, — определил Секач.

* * *

Все четверо проигравшихся собрались в офисе Тимоти. Вид у всех был не из лучших. Что было естественно после бессонной ночи. Каждый из пришедших и сам хозяин, перед тем как начать разговор, молча запалили по купюре в пять, а то и десять «орликов» перед фигуркой Тоумин-Шари — Молчаливого бога Замыслов, притаившегося в углу, среди алтариков дюжины других богов Пестрой Веры, которым поклонялся Тимоти. Конечно, не всерьез. Кто же принимает Пеструю Веру всерьез?

— Оружие у нас есть, — коротко бросил Сян и водрузил на стол довольно громоздкий сверток. Гринни помог развернуть его, и глазам четырех приятелей предстал сверкающий набор кухонных ножей и иных предметов, предназначенных для разделки мясных туш. Все трое его приятелей уставились на это великолепие.

— И с этим мы пойдем на дело? — недоуменно спросил Гринни. — Ты как это представляешь?

— А просто, — объяснил Сян. — Рукояткой — в рожу, лезвием — по рукам. Или по харе. Чтоб сообразили, кому кланяться...

Тимоти с деланым интересом заглянул Сяну в глаза:

— Я, кажется, мало знаю о твоем прошлом. Может, расскажешь что-нибудь интересное? «Якудза» или «Триада»?

Конечно, он шутил — то, что Сян являет собой почти самое миролюбивое существо в Семи Городах, было известно всем и каждому из его знакомых. А то, что он впал в необычно агрессивное настроение, было просто нервической реакцией на столь неординарный «наезд» Секача. Но шутка получилась не слишком веселой. Сян ответил Тимми глубоко обиженным взглядом.

— Нас, часом, за поварят не примут? — мрачно съязвил Гринни.

Сян нервно дернул щекой.

— А ты хочешь, чтобы я достал стволы? — ядовито улыбнувшись, спросил он. — Чтоб нас всех под вышак подвести?

— Обойдемся без стволов, — сухо определил Тимоти. — Ничего, тесаки эти все же впечатляют. А вот эта штука впечатление усилит.

С этими словами он извлек из-под стола ножны. Из ножен вытащил и бросил поверх устрашающей кухонной утвари самый настоящий меч — узкий, прямой и хищный. Полоской инея вдоль лезвия тянулся странный узор.

— Ого! — поразился Гринни. — Музей ограбил?

— Да нет, — пожал плечами Тимоти. — Если кто и ограбил музей, то это кто-то из друзей нашего дорогого Апостолоса. — Я у него эту штуку за семьсот «пернатых» выкупил. Надо же чем-то солидным вооружиться...

Сян с видом знатока наклонился над мечом и чуть ли не понюхал его.

— По-моему, «новодел» это, — с сомнением произнес он. — Ни следа ржавчины или патины. И сделан странно. Как-то не так. И лезвие, и рукоять — из одного куска металла выкованы. Или выточены, что ли? Не стоит он семи сотен...

— И главное, — напомнил Гринни, — из нас хоть кто-то таким ковыряльником махать может?

— Надеюсь, что махать не придется, — снова пожал плечами Тимоти. — Мы же договорились: брать на испуг...

— А вдруг не испугаются?.. — тяжело вздохнул Гринни.

— Ну... — развел руками Тимоти. — Во-первых, нам деваться некуда. Лучше уж самим первыми нарваться на приключения с этими бандюками, чем ждать, пока нами займется Мочильщик и другие люди Секача. А во-вторых, их четверо и нас четверо. Так ведь? — повернулся он к Микаэлле.

На нее в предстоящей вооруженной экспедиции была возложена задача прослушивания переговоров противника. В настоящий момент она подхватила меч со стола и, хмурясь, изучала его. Так что с ответом она слегка замешкалась. Потом оторвалась от созерцания грозного металла и кивнула чуть рассеянно:

— Да... В общем, они переговаривались потом еще три раза. Билли сказал, что не стоит собирать много народу, если зоологи действительно такие пентюхи, как говорит Чувырла. Он их назвал зоологами, тех, кого они собираются грабануть. Драконоводов, короче говоря. На дело они прихватят только какого-то Вратаря и еще одного типа — я плохо расслышала, как звучит его погонялово — Шустик вроде...

— Шустрик, — поправил ее Сян. — Знаю, о ком это речь. Редкая, говорят, сволочь. При нем и стрелялка какая-нибудь может оказаться.

— Это радует... — мрачно скривился Гринни.

— Так или иначе, их только четверо. Причем один из них — Чувырла. Уж он сопротивляться точно не станет. Про Вратаря не знаю ничего. Билли, говорят, бык еще тот. Шустрик, как ты, Сян, утверждаешь, из них чуть ли не самый опасный. Может пальбу открыть.

— Может, — подтвердил Сян. — Он безбашенный. Вышки не боится. А может, отмазка какая-то у него есть.

— Но у нас преимущество — фактор внезапности! — уверенно провозгласил Тимоти. — А это главное! Им не может даже в голову прийти, что засада будет в их собственном офисе. Ты ведь говоришь, что туда просочиться — раз плюнуть, Гринни?

Гринни, которому было поручено за ночь провести рекогносцировку предстоящего театра военных действий, задумчиво кивнул.

— Да. Я уже сказал: этот, с позволения сказать, офис не что иное, как половина квартиры в одной развалюхе на Красных Камнях. Вторая половина — самое смешное — сдается внайм. Так что мне даже ломать замок не пришлось. Я просто заплатил деньги и на неделю снял этот клоповник. Взял ключи в центре найма помещений. На Красных Камнях он работает круглосуточно...

— Ч-черт! — воскликнул Сян. — Ты засветился!

— Не думаю, — кисло улыбнулся Гринни. — Ты что, не снимал никогда квартиру? Там всё на автоматике. И когда снимают допотопную развалюху, то личностью съемщика не интересуются. Суешь в одну щелочку свою кредитку, на клавишах набираешь номер по каталогу, компьютер отстегивает с твоего счета положенную сумму и из другой щелочки тебе вылезает электронный ключ-карточка. Забираешь обе карточки — и до свидания... Вот если ты просрочишь плату за следующий срок, тогда действительно засветишься. Потому, что придут два мордоворота и вышвырнут тебя и твои вещички на улицу. И сменят код на замке. В процессе могут и запомнить тебя. Тем более что с ними обязательно будет парень из Городской Стражи. И непременно проверит твое удостоверение личности — так, для порядка. Но я и не собираюсь нарушать правила. В срок по мобильнику сдам помещение — и дело с концом. Тем более что Билли с компанией полицию тревожить не будут, а ни в какие базы данных доступа они не имеют.

— Логично, — согласился Тимоти. — С этой стороны все вроде чисто. У тебя есть анонимная кредитка?

Гринни кивнул — в том смысле, что «само собой разумеется».

— Давай — дальше, — подтолкнул его Тимоти. — Ты говорил, что там смежная дверь...

— Точно, — кивнул Гринни. — Это ж раньше была одна квартира... Ну, та половина хибары, которую я снял, вдрызг разбомблена. То есть ни мебели, ничего. Обои и те в клочья. Даже светить пришлось — фонариком. Все панели освещения оборваны. Зато арендная плата как у клопа. Но это всё — ерунда. Я же не собираюсь там и вправду жить. Нам потребуется всего-то час-полтора, чтобы дождаться наших лучших друзей... Для этого ничего не нужно. Ничего... Потом, я думаю, Билли будет сильно интересоваться тем, кто посетил его сегодня после полудня. Но будет уже слишком поздно. — Он потер лоб. — В общем-то, дверь между этими половинками жилья только на загнутых гвоздях и держится. Но с их стороны приперта каким-то древним шкафом. Я чуть его не опрокинул, когда гвозди эти отогнул. И никакой сигнализации. Похоже, что эти ребята просто ничего не знали о таком варианте. Со стороны фасада-то дверь у них вполне приличная. С видеофоном, сигнализацией и всем таким... А вот к дурацкой двери за шкафом ноль внимания. Может, они о ней и вообще не знают... Психология...

— Но ты привел все в порядок? — с тревогой осведомился Сян. — Ну, после того, как ушел оттуда?

— Перед тем, — поправил Гринни. — Перед, а не после... Конечно. Все осталось тютелька в тютельку. План их офиса я тут же и набросал.

Он кивнул на листок, лежащий рядом с грудой оружия.

— Да, я уже посмотрел... — печально кивнул Тимоти. — В общем, так... Мы втроем, по возможности не привлекая к себе внимания, приходим в гости на новоселье к Гринни. С утра пораньше. Все это добро, — он кивнул на устрашающую коллекцию режущих и рубящих предметов, украшавшую его стол, — тащим в какой-нибудь не вызывающей подозрений сумке.

— Твой меч ни в какую сумку не влезет, — заметил Сян.

— М-да... Шила в мешке не утаишь... — согласился Тимоти. — Придется надеть длинный плащ — как раз по погоде.

— Кстати, — встрепенулся Гринни, — а никто на тебя не пялился, когда ты таранил ковыряльник от Енота?

Тимоти покачал головой.

— В том-то и дело, что он сам его притаранил. Сегодня спозаранку. В багажнике своего драндулета. И торговались мы у меня на складе. Без свидетелей. Похоже, это левый какой-то меч и Енот очень хотел от него избавиться.

— А откуда он узнал, что меч тебе нужен? — продолжал задавать настороженные вопросы Гринни.

— Да не знал он этого, — пожал плечами Тимоти. — Я, похоже, первый попавшийся покупатель из тех, что ему пришли в голову.

— А стоило ли этакий левый товар брать? — подал свой голос Сян. — Может, ковыряльник этот в каком-то деле подзамазан?

— Может... — признал Тимоти. — Но он нам и нужен-то на один раз. А потом упрячу куда подальше. Или вообще выброшу на фиг...

Микаэлла, все еще изучавшая меч, подняла на Тимоти взгляд, исполненный тревоги. Но ничего не сказала.

— Так вот, — вернулся к конкретному делу Тимоти. — Ты, Микаэлла, берешь мой фургончик и в нем отслеживаешь все переговоры и все передвижения четверки Билли. С нами держишь связь по мобильнику. Вот, я тут тебе что-то вроде кодовой таблички составил... — Он вытащил из кармана и бросил на стол плотный листок бумаги — расчерченный и исписанный мелким и удивительно корявым почерком. — Конечно, по шифрованному каналу переговариваться будем, но береженого бог бережет. И как только они двинутся назад, к своему офису, немедленно даешь нам знать. И начинаешь двигаться к месту действия. Но очень осторожно.

Он попытался по глазам понять, вполне ли доходит до подруги смысл сказанного. Уж слишком отрешенно смотрела она на меч, лежавший у нее на ладонях.

— Дальше, — продолжил Тимоти, — ты сворачиваешь в Воровской переулок — это недалеко от офиса Билли — и ждешь моего звонка. Если звонка не будет, то не суйся к офису, а быстро уноси ноги. И лучше даже — куда-нибудь на ферму. Не застревай в Городах. Потому что, если мы лопухнемся и у Билли возникнет желание узнать, кто наши сообщники... Одним словом, если мне станут поджаривать пятки, то я не гарантирую того, что язык у меня не развяжется.

— Будем надеяться, что этого не случится... — отозвалась Микаэлла, по-прежнему не отрывая взгляда от отливающего странной тьмой клинка.

— Будем, — согласился Тимоти. — Так вот, если ты благополучно получаешь от меня звонок, а я скажу, что «сегодня в Порт я не еду», — если получаешь именно такой звонок, дожидаешься нас — с машиной Билли — и помогаешь нам перегрузить деньги и товар из его машины в нашу. После чего едем ко мне, разгружаемся и считаем навар.

Микаэлла кивнула в знак того, что усвоила смысл инструктажа.

— Теперь о нас, — продолжил Тимоти. — Мы тихо сидим и не шалим, пока не получаем сигнал от Мики. О том, что Билли и компания закончили свои делишки с драконоводами и тронулись нах хаузе. Тут у нас в запасе минут десять. Снимаем дверь, входим в офис, задвигаем шкаф на место и прячемся. Тут, тут и тут... — показал он на своей схеме. — Дожидаемся момента, когда бандюки входят в офис. Ты, Сян, берешь на себя Шустрика — ведь ты его знаешь в лицо. Мы с Гринни блокируем остальных троих. Точнее, двоих. Потому что Чувырла — жидкое дерьмо и в драку не полезет. Я машу ковыряльником под носом у Билли. Ты, Гринни, приставляешь ножик к горлу второго типа. Приказываем им ложиться. Обезоруживаем. Руки-ноги заматываем скотчем. На рот тоже скотч. Забираем товар с помощью Мики. И ходу. Думаю, что всем все понятно.

— Угу, — отозвался Сян. — Только вот еще про это не забудьте. — Он вытащил из сумки и бросил на стол четыре вязаные шапочки-маски. — Вы не забывайте ребята, что меня, по крайней мере, Шустрик знает в лицо. А тебя, Тимоти, — Чувырла. Да и вообще мир тесен. А Семь Городов особенно.

— Ты прав... — Тимоти задумчиво покрутил маску в руках. — И тогда уж еще вот что... Ты во время операции рта не раскрывай. У тебя выговор характерный, и потом, все-таки и Шустрик тебя знает и, вообще, может, кто-то из бандюков этих захаживал в ваш с братом ресторанчик...

— Понял, — кивнул Сян.

— Если дело выгорит, — задумчиво произнесла Микаэлла, проверяя баланс меча, — от драконьих яиц надо избавиться мгновенно. — Чувырла говорил, что кладка уже дошла до кондиции. Если будем ждать у моря погоды, то или загубим товар, или дракончики начнут вылупляться. А они маленькие, но удаленькие... Надо найти покупателя. Уже сегодня. Чтобы завтра не очутиться в дурацком положении. Или тогда уж не брать ее совсем, кладку эту.

— Это верно, — признал Тимоти. — И дадут за нее хорошо, даже если продавать «по-скорому». И покупателей, говорят, много. Только вот я на этот рынок ни разу не совался. А они все очень хорошо там шифруются — и продавцы и покупатели... Нужно найти посредника...

Тут все четверо посмотрели друг на друга с немым пониманием.

Тимоти, не говоря ни слова, достал из кармана мобильник и стал набивать на его клавиатурке номер канала связи Енота. Разговор не занял у него много времени. Тимоти надавил «отбой» и поднял взгляд на товарищей.

— Он сюда чуть позже подвалит, — сообщил он. — Тогда и поговорим. Как мы сейчас — под «глушилку». А ты что так на эту железяку уставилась? — повернулся Тимоти к Микаэлле.

— Понимаешь, — задумчиво ответила она. — Первый раз здесь со мной такое... Не могу определиться. То ли это предмет Магии, то ли нет... Похоже, что это работа Предтеч. Или имитация. Но имитация очень высокого уровня. Пожалуй, только старик Гном так работал.

— Послушай, — остановил ее Тимоти. — Ты же не хочешь сказать, что Енот продал мне то, что не продается? Тогда он, прежде всего, на самого себя накликал несчастье. А он ведь как-никак меняла.

— Вот и я про то же, — кивнула Микаэлла. — Не мог он такой глупости допустить. Здесь какая-то непонятная игра.

— А что непонятного? — поднял плечи до ушей Сян. — Вы новости слушаете?

— Это ты о чем? — поинтересовался Гринни.

— Да о том, что по Городам фигня какая-то происходит! За сутки с небольшим двум менялам бошки снесли и целого Коннетабля замочили. Ты уверен, что этот ковыряльник в деле не участвовал?

— Да ну... Чур тебя! — отмахнулся от него Гринни. — Енот кто угодно, только не убийца...

— Ага, — усмехнулся Тимоти. И процитировал кого-то из древних: — «Он слишком был смешон для ремесла такого...» Вот сейчас прояснить кое-что не так уж трудно.

Он энергично направился к приткнувшемуся в углу офиса антикварного вида стационарному терминалу. Уселся на колченогий стул и энергично заколотил по клавишам.

В глубине экрана возникла иконка здешней сети криминальных новостей. Тимоти принялся нырять через сеть ссылок из одного файла в другой. В какой-то момент он вдруг застыл перед экраном и с шипением втянул в себя воздух, словно у него вдруг заломило зубы.

— Вот что, — решительно произнес он, откидываясь на спинку стула и рискуя сделать сальто-мортале вместе с этим ненадежным предметом меблировки своего офиса. — Коннетабля замочили из «пушки». Так что сюда никакие мечи не вписываются. Одного менялу, Махмуда Кадыра, головы лишили, как тут написано «посреди его коллекции уникальных предметов Магии, которую он тщательно готовил к предстоящему...» — ну и так далее. То есть где-то у себя. В офисе или на складе, что ли... А вот самый первый в этой последовательности головы лишенец — некий Паркер — «найден был в весьма плачевном состоянии в кабинете своего коллеги и друга...». Кого — догадайтесь с трех раз.

— Енота, — обреченно выдохнул Гринни.

— «Почтенного специалиста по обмену предметов Магии Апостолоса Челлини», — зачитал с выражением Тимоти. — Ни фига себе, сказал бы я. Правда, тут же дальше идет вот такое: «Следствие располагает достоверными данными, что в момент совершения убийства господин Челлини отсутствовал на месте преступления и имеет прочное алиби. Притом причин для совершения этого бессмысленного преступления у него, со всей очевидностью, не было. Прокурор Семи Городов Аугусто Сорренто не намерен выписывать ордер на арест почтенного господина Челлини». Вот так.

Все замолчали, дружно уставившись на меч.

* * *

Сообщение о гибели сэра Стрита застало Шишела в разгар увлекательного занятия. Он пытался хоть что-то понять из дневниковых записей Фландерса (это представлялось ему необходимым, прежде чем снова начать общаться с Джокером, пребывавшим теперь в виде немыслимо уродского компьютера) и узнавал все новые и новые для себя вещи — и о самом Джокере, и о многом другом. Дело было уже на исходе ночи. Точнее, на рассвете. Всю ночь напролет Шишел не отходил от стола, на котором лежал его ноутбук с загруженными в него текстами дневников. Джокера же он не без сожаления поместил в шкаф и накрепко запер там. От греха подальше.

Горестную весть доставил ему по каналу экстренной связи преславный сэр Смыга.

— Собирайтесь, сэр, — глухим, исполненным горести голосом закончил он свое краткое сообщение. — Через час в Стриткасле состоится расширенное собрание Орденской коллегии. Ваше слово, как тут считают, будет далеко не последним...

«А ведь, похоже, что напрасно ты промедлил, — напомнил о себе внутренний демон Шишела. — Неправильный размен с Магией сэр Стрит учинил — вот и расплатился. Теперь о себе подумай...» Шишел промолчал в ответ.

Чертыхаясь, он на несколько минут залез под контрастный душ, натянул на себя официальную орденскую униформу, выглушил объемистую кружку крепчайшего кофе и по крутой лестнице обрушился во двор предельно компактного дворика своей резиденции. Там его ждал так и не отмытый со вчерашнего дня «лендровер». Впрочем, к подобного рода технике как раз и относилась сентенция, дескать «танки грязи не боятся».

Проклиная непрекращающиеся ночные дожди и пару раз чуть не слетев в придорожные канавы, Шишел таки уложился в предписанный ему час и вовремя украсил своим изрядно заляпанным грязью внедорожником двор замка ныне покойного сэра Стрита. Здесь уже собралась основательная коллекция всех видов транспортных средств — до геликоптера Городской Стражи включительно. Вылезая из своей «тачки», Шишел заметил, что кроме знакомых ему машин высшего эшелона кавалеров Ордена Дорог, во дворе припарковано еще немало каров и флаеров, принадлежащих членам по крайней мере трех других Доблестных Орденов. Что, впрочем, было вовсе не удивительно.

Заседал Комитет Мстителей в трапезной — в той самой, в которой еще совсем недавно соизволили ужинать и обсуждать дела, связанные с Магией, сам сэр Стрит и Шишел. Народу собралось немало — некоторым пришлось стоять ввиду нехватки лавок и стульев. Шишелу, однако, место нашлось. Убедившись, что ждать больше некого, сэр Смыга предоставил слово преславному сэру Дональду, которому обычно поручали разбираться со всякими темными делами, имеющими отношение к Ордену.

Тот был краток, но точен. Буквально в нескольких словах он описал ужасную бойню, произошедшую в стенах Стриткасла прошлой ночью. Затем зафиксировал в сознании слушающих три момента, дающих, какой выразился, «зацепку», которая, быть может, способна вывести расследование на след преступников.

— Во-первых, — означил сэр Дональд, — у нас имеются любезно предоставленные Городской Стражей показания единственного уцелевшего свидетеля событий. Это — андроид Тригг, уже много лет прислуживавший сэру Стриту в качестве... э-э... камердинера и оруженосца. Многие из вас его хорошо помнят. Андроид получил ранения, которые для человека были бы абсолютно несовместимы с жизнью. Но жизнеспособность андроидов намного превышает жизнеспособность людей. Тригг не только выжил, но и дал показания. Врачи считают, что он оправится и сможет и дальше быть... э-э... полезным членом общества. — Сэр Дональд откашлялся. — Так вот. Тригг утверждает, что в момент совершения преступления сэр Стрит принимал гостя, а именно одного из менял. Как мы знаем, именно сэр Стрит был объявлен покровителем очередного Большого Размена.

По всей видимости, этот человек скрылся с места преступления, и роль его в происшедших событиях неясна. С его приметами будут ознакомлены члены Команды Мстителей, когда мы их выберем. Этот меняла должен быть обязательно найден и допрошен. Если он, конечно, еще жив.

Шишела кольнуло нехорошее предчувствие.

— Другие показания Тригга, — продолжал сэр Дональд, — весьма странны. Они, я бы сказал, могут свидетельствовать о помраченном состоянии его рассудка. А это уже ставит под сомнение вообще все, что он говорит.

Сэр Дональд помолчал, пожевал губами.

— Тригг утверждает, — наконец заговорил он, — что убийства в замке были совершены... самим сэром Стритом. И что ранение ему тоже нанес сам его... э-э... наниматель. При этом сэр Стрит действовал неким подобием секиры, которой Тригг ранее нигде в замке не видел. Сэр Дональд провел ладонью по коротко остриженной голове и развел руками. — Пока что я отказываюсь как-то комментировать эти показания андроида. Замечу только, что никакой секиры в здании обнаружено не было. Теперь то, что я должен сообщить во-вторых. Этими сведениями с нами изволили поделиться отделы медицинской и баллистической экспертизы Городской Стражи. Смерть нашего Коннетабля наступила от выстрела в голову. Выстрел сделан, по всей видимости, из его же собственного револьвера. Но о самоубийстве говорить не приходится. Выстрел произведен с расстояния порядка метра. Сам револьвер не обнаружен. По всей видимости, убийца унес его с собой.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31