Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Фирма

ModernLib.Net / Триллеры / Гришем Джон / Фирма - Чтение (стр. 24)
Автор: Гришем Джон
Жанр: Триллеры

 

 


– Она там работает! Секретарша или что-то в этом роде! Она помогает тебе изнутри.

С показным сочувствием Митч покачал головой.

– Браво, Тарранс, блестяще. Сегодня она звонила тебе дважды. Первый раз в два пятнадцать, второй – примерно через час. Скажи мне, каким образом секретарша умудрилась два раза позвонить в ФБР с перерывом в один час?

– Может, она сегодня не работает? Может, она звонила из дому?

– Ты ошибаешься, Тарранс, и прекрати задавать вопросы. Не нужно напрасно тратить на нее свое время. Она работает на меня и поможет мне доставить по адресу интересующий вас товар.

– Что находится в подвале?

– Довольно большое помещение, разделенное перегородками на двенадцать комнатушек, в которых стоят двенадцать заваленных письменных столов и сотни стеллажей с папками. Стеллажи закрываются на ключ и оборудованы сигнализацией. Мне кажется, что это командный пункт всей деятельности по отмыванию денег. На стенах этих комнатушек она заметила названия и телефонные номера нескольких десятков банков в регионе Карибского моря. На виду там почти нет никакой информации – они весьма осторожны. Чуть в стороне от других находится небольшая комната со множеством хитрых запоров, набитая компьютерами размером побольше холодильника.

– Похоже, это именно то самое.

– Так и есть, только выбрось это из головы. Оттуда невозможно ничего извлечь, не подняв общую тревогу. Есть, правда, один способ.

– Ну?

– Ордер на обыск.

– Забудь об этом. А основание?

– Слушай меня, Тарранс. Вот как все это будет выглядеть. Я не могу предоставить вам все документы, что вы хотите. Но я могу дать вам все, что вам необходимо. В моем распоряжении сейчас находится более десяти тысяч листов, и хотя я еще не все из них просмотрел, но мне достаточно того, что я видел, чтобы понять: если эти документы окажутся у вас, то вы сможете предъявить их судье, а уж он оформит ордер на обыск. То, чем я сейчас располагаю, поможет обосновать обвинительные заключения против, наверное, половины фирмы. Но если на основании тех же самых документов вы получите ордер на обыск, то для перевозки обвинительных заключений потребуется хороший грузовик. По-другому с этим делом не справиться.

Тарранс вышел в коридор, огляделся по сторонам. Ни души. Он потянулся, подошел к окну и, опершись рукой на автомат, торгующий банками с кока-колой, выглянула небольшое окно, выходившее на восток, как бы пытаясь рассмотреть в темноте здание фирмы “Бендини, Ламберт энд Лок”.

– Почему ты говоришь только про половину фирмы?

– Для начала хватит и половины. Плюс еще какое-то количество партнеров, ушедших на пенсию. По моим документам тут и там разбросано немало имен таких партнеров, которые на денежки клана Моролто пооткрывали на Кайманах дутые компании. Состряпать против них обвинительные заключения особого труда не составит. Когда же у тебя в руках окажутся все документы, то тогда ваша теория глобального заговора найдет себе подтверждение и вы сможете прижать их.

– Где ты добыл документы?

– Мне повезло. Очень повезло. Я, можно сказать, вычислил, что фирме нет никакого резона держать свои бумаги по кайманским банкам здесь, у нас. И у меня возникло такое чувство, что документы там, на Кайманах. К счастью, я оказался прав. Там мы и сняли с них копии.

– Мы?

– Моя сотрудница. И еще один друг.

– Где документы сейчас?

– Опять ты со своими вопросами, Тарранс. Документы находятся в моем распоряжении. Это все, что тебе нужно знать.

– Мне нужны бумаги из подвала.

– Выслушай меня внимательно, Тарранс. То, что находится в подвале, никогда не выйдет на свет, пока вы не явитесь с ордером на обыск. Это просто невозможно, ты слышишь меня?

– Что за люди работают в подвале?

– Не знаю. Я работаю там десять месяцев и никого из них ни разу не видел. Я не знаю, где они оставляют свои машины, как они попадают внутрь и как выходят наружу. Может, они невидимки. По моим расчетам, партнеры и люди в подвале выполняют всю грязную работу.

– Какое там установлено оборудование?

– Два ксерокса, четыре машинки для уничтожения Документов, скоростные принтеры и черт знает какие компьютеры. Обитель высокого искусства.

Стоя у окна, Тарранс задумался.

– В этом что-то есть. В этом много чего есть. Мне все время не давала покоя мысль: как же фирма со всеми секретаршами, клерками, младшим персоналом Умудряется хранить в такой тайне спои связи с Моролто?

– Тут все просто. Ни секретарши, ни клерки, ни младший персонал ни во что не посвящены. Они заняты только с настоящими, законными клиентами. Партнеры и сотрудники со стажем сидят в своих роскошных кабинетах и находят новые, все более экзотические способы отмывания денег, а команда в подвале занята, видимо, самым черным ремеслом. Здесь отличная режиссура.

– Значит, у фирмы немало нормальных клиентов?

– Сотни. В фирме работают талантливые юристы и клиентура у них замечательная. Выходит классное прикрытие.

– Так ты, Макдир, говоришь, что у тебя есть документы, достаточные для формулирования обвинений и предъявления ордера на обыск? Что они в твоем распоряжении?

– Именно так.

– Здесь, в США?

– Да, Тарранс. Здесь, в США. Собственно говоря, они очень недалеко отсюда. }

Тарранс потерял покой. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, похрустывая суставами пальцев, дыхание сделалось учащенным.

– Что ты еще можешь принести нам с Фронт-стрит?

– Ничего. Слишком опасно. Они сменили все замки, и это несколько беспокоит меня. То есть я хочу сказать, какого черта они поменяли каждый замок на третьем и четвертом этажах и не сделали этого на первом и втором? Две недели назад на четвертом этаже я снимал кое-какие копии, и теперь мне кажется, что это было глупой затеей. У меня дурные предчувствия. С Фронт-стрит вы больше ничего не получите.

– А как насчет твоей сотрудницы?

– Теперь и она не сможет.

Покачиваясь из стороны в сторону, Тарранс грыз ногти, продолжая смотреть в окно.

– Мне нужны документы, Макдир, и нужны срочно. Скажем, завтра.

– А когда Рэй получит свои документы?

– Сегодня понедельник. Думаю, что его проблема будет решена завтра ночью. Ты не поверишь, какими проклятиями меня осыпал Войлс. Ему пришлось задействовать все свои связи. Думаешь, я вру? Он созвонился с обоими сенаторами от Теннесси, и те лично вылетели в Нэшвилл, чтобы встретиться с губернатором. Чего я только не услышал в свой адрес, Митч, и все это из-за твоего брата.

– Он оценит это по достоинству.

– Что он будет делать, когда окажется на свободе?

– Об этом позабочусь я сам. Ваше дело – вытащить его из тюрьмы.

– Без всяких гарантий. Если с ним что-то случится, то это не наша вина.

Митч поднялся, посмотрел на часы.

– Мне нужно бежать, я уверен, что на улице кто-нибудь уже ждет меня.

– Когда мы встретимся?

– Она позвонит тебе. Сделай так, как она скажет.

– Оставь это, Митч. Не пойму, зачем вся эта возня. Она же может просто позвонить. Клянусь, наши линии чисты. Прошу тебя, не нужно больше игр.

– Как имя твоей матери, Тарранс?

– Что? Дорис.

– Дорис?

– Да. Дорис.

– Тесен мир. Дорис мы не можем использовать. С кем ты последний раз показывался на вечеринке у своего начальства?

– По-моему, я на нее и не ходил.

– Меня это не удивляет. Хорошо, а как звали твою первую любовь, если, конечно, она у тебя была?

– Мэри Элис Бреннер. Она была такой пылкой, все домогалась меня.

– Ну еще бы! Значит, мою сотрудницу зовут Мэри Элис. Когда Мэри Элис позвонит тебе в следующий раз, сделай так, как она скажет, хорошо?

– Я не могу ждать.

– Будь так добр, Тарранс, окажи мне услугу. По-моему, Толар притворяется, а у меня поганое чувство, что его актерское мастерство как-то связано со мной. Поручи своим ребятам покрутиться здесь и выяснить, действительно ли у него сердечный приступ.

– Договорились. Больше нам делать нечего.

33

Во вторник утром повсюду в здании фирмы можно было слышать сочувственные разговоры об Эйвери Толаре. Он поправится. Сейчас как раз его обследуют. Говорят, что серьезных нарушений нет. Просто переработал. Перенервничал. Это все Кэппс. Это все развод. Ему нужно будет хорошенько отдохнуть.

Нина внесла пачку писем, которые Митч должен был подписать.

– Вас хотел бы видеть мистер Ламберт, если вы, конечно, не очень заняты. Он звонил только что.

– Хорошо. В десять у меня встреча с Фрэнком Малхолландом. Вы знаете об этом?

– Естественно, я об этом знаю. Я – ваша секретарша. Я знаю все. Встреча будет здесь или в его офисе?

Митч начал перелистывать свой настольный календарь, как бы в поисках записи. Ага, вот: контора Малхолланда в здании “Хлопковой биржи”.

– В его, – сказал он с недовольной гримасой.

– В последний раз вы тоже были у него, так? Интересно, чему вас учат в ваших университетах? Никогда, я повторяю, никогда нельзя дважды подряд встречаться на территории вашего соперника. Это непрофессионально. Этим вы выказываете свою слабость.

– Неужели вы никогда мне этого не простите?

– Вы дождетесь, что я расскажу все это своим коллегам. Все они уверены, что вы – ловкач и везунчик. Они будут просто потрясены, когда узнают, какой вы зануда.

– Ничего, встряска им не повредит.

– Как дела у матери Эбби?

– Ей уже гораздо лучше. Я собираюсь их проведать в конце недели.

Нина взяла в руки две папки.

– Ламберт ждет, – напомнила она.

Оливер Ламберт указал ему на довольно жесткий диванчик и предложил кофе. С совершенно прямой спиной он сидел в своем вращающемся кресле, с чашечкой кофе в руках похожий на английского аристократа.

– Меня волнует Эйвери, – сказал он.

– Я был у него вчера вечером, – ответил Митч. – Врачи настаивают на двухмесячном отпуске.

– Да. Вот поэтому-то ты и здесь. Эти следующие два месяца я просил бы тебя поработать вместе с Виктором Миллиганом. Он возьмет на себя почти все дела Эйвери, так что ты не окажешься в незнакомой обстановке.

– Отлично. Мы с Виктором хорошие друзья.

– Ты многому у него научишься. В налогах он – гений. Проглатывает по две книги в день.

Тем лучше, подумал Митч. В тюремной камере он улучшит этот результат до десятка.

– Да, он очень крепкий парень. Пару раз здорово выручал меня.

– Ну вот и хорошо. Думаю, вы сработаетесь. Постарайся увидеться с ним в первой половине дня. Теперь вот еще что: Эйвери не успел закончить свои дела на Кайманах. Ты знаешь, он часто летает туда на встречи с некоторыми банкирами. Предполагалось, что завтра он вылетит туда на пару дней. Сегодня утром он сказал мне, что тебе известны клиенты и их счета. Нужно, чтобы ты отправился туда вместо Эйвери.

Тысяча мыслей разом мелькнула в его голове. “Лир”, миллион долларов, бунгало, кладовка в нем. Все смешалось.

– На Кайманы? Завтра?

– Да. Это довольно-таки срочно. Трое из его клиентов настоятельно требуют отчетов по своим счетам и кое-какую дополнительную информацию. Сначала я думал послать Миллигана, но утром его, оказывается, ждут в Денвере. Эйвери сказал мне, что ты справишься.

– Конечно, справлюсь.

– Очень хорошо. Отправишься на “Лире”. Вылетишь завтра около полудня, а вернешься в пятницу вечером коммерческим рейсом. Вопросы?

Вопросов было много. Выходил на свободу Рэй, Тарранс домогался своих бумаг, нужно было успеть забрать полмиллиона долларов. А теперь ему приходилось исчезнуть.

– Никаких.

Он вернулся к себе, закрыл дверь на ключ. Сбросил ботинки, вытянулся во весь рост на полу.

Лифт остановился на седьмом этаже, Митч выскочил из него и бегом бросился по лестнице на девятый. Тэмми раскрыла ему дверь и тут же повернула за ним ручку замка. Митч подошел к окну.

– Ты следила? – спросил он.

– Конечно. Охранник с вашей автостоянки с тротуара наблюдал за тем, как ты вошел сюда.

– Надо же! Даже Датч следит за мной.

Он обернулся, посмотрел на Тэмми внимательно.

– Ты выглядишь устало.

– Устало? Да я почти мертва. Последние три недели я была уборщицей, секретаршей, адвокатом, банкиром, проституткой, рассыльным и частным детективом. Десять раз я смоталась на Большой Кайман, купила девять новых чемоданов и провезла, наверное, с тонну выкраденных бумаг. В Нэшвилл я ездила четыре раза на Машине, а десять раз добиралась самолетом. Я прочитала столько банковских документов и прочей дряни, что почти ослепла. А когда все добрые люди отправляются спать, я надеваю какие-то обноски и в течение шести часов играю в уборщицу помещений. У меня столько имен, что я вынуждена записывать их на ладошке, чтобы не перепутать случаем.

– Теперь появилось новое.

– Этим ты меня не удивишь. Какое?

– Мэри Элис. Начиная с этого момента во всех разговорах с Таррансом ты будешь Мэри Элис.

– Дай-ка я запишу его. Тарранс мне не нравится. Очень уж он груб по телефону.

– У меня для тебя хорошая новость.

– Сгораю от нетерпения.

– С уборкой по ночам покончено.

– Сейчас я лягу и заплачу от радости. А почему?

– Это безнадежно.

– Я говорила тебе об этом еще неделю назад. Сам Гудини не смог бы добыть оттуда документы, снять с них копии, а потом вернуть бумаги на место, без того чтобы его не повязали.

– Ты виделась с Эбанксом?

– Да.

– Он получил деньги?

– Да, деньги были посланы в пятницу.

– Он готов?

– Говорит, что да.

– Ладно. Как насчет того спеца?

– У меня с ним встреча сегодня после обеда.

– Кто он?

– Бывший заключенный. Старый приятель Ломакса. Эдди говорил, что документы лучше него не делает никто.

– Дай-то Бог, если так. Сколько?

– Пять тысяч. Наличными, естественно. Новые удостоверения личности, паспорта, водительские удостоверения и визы.

– А времени на все это ему потребуется много?

– Не знаю. А когда тебе нужно?

Митч присел на край письменного стола. Глубоко вздохнув, он попытался сосредоточиться.

– Чем быстрее, тем лучше. Я думал, что у меня в запасе еще неделя, но теперь я не знаю. Просто скажи ему, что чем быстрее, тем лучше. Можешь ты сегодня вечером съездить в Нэшвилл?

– О да. С удовольствием. Ведь я целых два дня не была там!

– Купишь видеокамеру “Сони” с треногой, установишь в спальне. Купишь коробку кассет. И я прошу тебя на несколько дней остаться там, у телефона. Просмотри еще раз все бумаги, доработай свои заметки.

– То есть я должна буду остаться там?

– Да. А в чем дело?

– Я заработала себе ущемление двух позвонков на том диване.

– Твоя заслуга. Ты сама его выбирала.

– А что с паспортами?

– Как зовут спеца?

– Док какой-то там. У меня есть его номер.

– Дай его мне. Передашь ему, что позвоню через день. Сколько у тебя денег?

– Вопрос очень кстати. Начинала я с пятидесяти тысяч, так? Десять тысяч у меня ушло на авиабилеты, отели, багаж, аренду машин. И подобные траты продолжаются. Теперь тебе нужна еще и видеокамера. И фальшивые документы. Ты пускаешь деньги на ветер.

Митч направился к двери.

– Словом, еще пятьдесят тысяч тебе не помешают?

– Возьму.

Он подмигнул ей и закрыл за собою дверь, размышляя про себя, увидит ли он ее когда-нибудь еще раз.

Камера была размером восемь на восемь футов, с унитазом в углу и двумя койками, расположенными одна над другой. Верхняя уже в течение года пустовала. На нижней лежал Рэй. От ушей его тянулись проводки наушников. Рэй разговаривал, казалось, сам с собой на, каком-то весьма непонятном языке. На турецком. Смело можно было побиться об заклад, что на его этаже в это время он был единственным человеком, внимательно вслушивавшимся в тарабарщину, передаваемую из Стамбула.

Вправо и влево по коридору из-за дверей камер Доносился негромкий гонор. Почти все огни были выключены. Вторник, одиннадцать вечера. К двери его камеры неслышно подошел охранник.

– Макдир, – позвал он очень тихо через решетку глазка.

Рэй уселся на краешке койки, посмотрел в сторону двери. Вытащил из ушей наушники.

– Тебя хочет видеть надзиратель. Ну да, подумал он, надзиратель сидит в одиннадцать вечера у себя за столом и ждет меня.

– Куда мы направляемся? – тревожно спросил Рэй охранника.

– Обуйся и выходи.

Рэй обвел глазами камеру, произведя быстрый учет своего нажитого за долгие тюремные годы имущества. За восемь лет он успел стать владельцем черно-белого телевизора, хорошего плеера, двух картонок, полных кассет с записями, нескольких десятков книг. Он зарабатывал три доллара в день в тюремной прачечной, но после расходов на сигареты на приобретение другой собственности средств почти не оставалось. Вот все, что удалось ему нажить здесь за восемь лет.

Охранник вставил в замочную скважину тяжелый ключ, приоткрыл на несколько дюймов дверь, выключил в камере свет.

– Следуй за мной, и без всяких выходок. Не знаю, кто ты такой, мистер, но друзья у тебя мощные, ничего не скажешь.

У него оказались и другие ключи, которые подошли к другим дверям. Две тени остановились под баскетбольным щитом.

– Встань позади меня, – скомандовал охранник. Глаза Рэя мотнулись по темной площадке. В некотором отдалении, в противоположном конце тюремного двора, там, где проходила дорожка для прогулок, по которой он исходил тысячи миль, выкурив тонны сигарет, возвышалась массивная стена. Шестнадцати футов в высоту, ночью она казалась гораздо выше. Через каждые пятьдесят ярдов на ней располагались хорошо освещенные вышки с охраной. Та, естественно, была вооружена.

Его охранник вел себя совершенно спокойно и невозмутимо. Еще бы, ведь он был в форме и при оружии. Уверенно он прошел между двумя зданиями котельной, велев Рэю держаться рядом и не дергаться. За углом котельной они остановились, охранник бросил взгляд на стену, находившуюся в восьмидесяти футах от них. Как и ежевечерне, по двору тюрьмы шарили лучи прожекторов: оба мужчины отступили в тень.

“Почему мы прячемся? – спросил себя Рэй. – Интересно, те парни на вышках – на чьей они стороне? Хорошо бы это выяснить до того, как станет слишком поздно”.

Охранник указал на то самое место на стене, через которое бежал Джеймс Эрл Рэй со своими сокамерниками. Место, известное каждому заключенному “Бра-щи Маунтин”, место, постоянно привлекавшее к себе восхищенные взоры обитателей камер. Или, во всяком случае, взоры белой их части.

– Минут через пять поставят лестницу. Проволока наверху уже перерезана. Там же ты найдешь крепкую веревку.

– Можно мне кое-что уточнить?

– Давай побыстрее.

– А прожекторы?

– Их направят в другое место. Здесь будет полная темнота.

– А парни с оружием наверху?

– Не беспокойся. Они тоже отвернутся.

– Черт побери! Ты уверен?

– Послушай, друг, мне приходилось видеть здесь кое-какую работенку, но твой случай особенный. Латтимер, надзиратель, сам планировал все, лично. Он и сейчас здесь, вон там. – Охранник указал на ближайшую вышку.

– Надзиратель?

– Да-да. Чтоб все прошло без неожиданностей.

– Кто установит лестницу?

– Парочка наших.

Рукавом Рэй провел по лбу, смахивая пот, сделал глубокий вдох. Во рту у него пересохло, в коленях ощущалась слабость.

– По ту сторону, – прошептал охранник, – тебя будет ждать человек. Его зовут Бад, он белый. Он сам найдет тебя на той стороне, делай все, что он скажет.

Лучи прожектора прошлись по двору и вдруг погасли.

– Приготовься, – услышал Рэй голос охранника.

Во внезапно наступившей темноте и тишина показалась оглушающей. Стена стала совершенно черной. С ближайшей вышки послышались два коротких свистка. Рэй опустился на колени и ждал.

Он увидел, как из-за соседнего здания к стене метнулись две тени. Руками они стали шарить по траве у себя под ногами.

– Давай, – толкнул его охранник, – беги! Пригнув голову, Рэй рванул в темноту: Самодельная лестница уже ждала его. Две тени помогли ему взобраться на первую ступеньку. Лестница раскачивалась, пока он поднимался. На самом верху он обнаружил, что ширина стены составляет пару футов. В свернутой спиралью колючей проволоке была сделана изрядная дыра. Он проскользнул в этот проход. Веревка оказалась именно там, где и должна была быть, он мигом спустился. Футах в восьми от земли веревка кончалась, и Рэй прыгнул. Присев на корточки, осмотрелся. Кругом было по-прежнему темно. Прожекторы пока не включали.

Открытое пространство тянулось от стены на расстояние не более ста футов, дальше начинались какие-то заросли.

– Сюда, – послышался чей-то спокойный голос. Рэй направился в ту сторону и заметил мужчину, стоящего в черных кустах.

– Поторопись! За мной!

Когда Рэй оглянулся, стеньг уже видно не было. Они остановились у покрытой грязью тропинки. Мужчина протянул ему руку.

– Бад Рили. Неплохое развлечение, а?

– Я не могу в это поверить. Рэй Макдир. Бад оказался плотным мужчиной с черной бородой и в черном же берете. На нем были армейские ботинки, джинсы, пятнистая куртка десантника. Оружия Рэй не заметил. Бад вытащил пачку сигарет.

– С тобой кто-нибудь есть? – спросил его Рэй.

– Никого. Иногда я берусь выполнить кое-какую просьбу тюремного начальства. Обычно меня зовут, когда кто-нибудь переберется через стену. Это, конечно, совсем другое дело. Обычно я беру с собой своих собак. Я думаю, нам стоит задержаться на минутку, пока завоют сирены, чтобы ты послушал их. Будет не совсем красиво, если ты их так и не услышишь. Я хочу сказать, что ведь они вроде бы как в твою честь.

– Понятно. Но мне приходилось слышать и раньше.

– Да, но это совсем другое дело – слышать их отсюда. Волшебный звук.

– Послушай, Бад, я…

– Нет, это ты слушай, Рэй. У нас куча времени. Тебя не будут очень уж преследовать.

– Очень уж?

– Ну, они ведь должны будут устроить грандиозный спектакль, поднять всю округу на нош, подать это все как настоящий побег. Но по следу твоему никто не пойдет. Уж и не знаю, кто за тобой стоит, но, видно, люди со связями.

Завыли сирены, и Рэй от неожиданности подпрыгнул. На небе заиграли отблески лучей прожекторов, в отдалении послышались тревожные крики охраны.

– Теперь ты понял, что я имел в виду?

– Пошли, – уже на ходу сказал Рэй.

– У меня тут грузовик, чуть дальше по дороге. Я привез тебе кое-что из одежды, твои размеры мне дали заранее. Думаю, ты будешь доволен.

Когда они добрались наконец до машины, дыхание Бала сделалось уже прерывистым. Рэй быстро переоделся в оливкового цвета брюки и темно-синюю хлопчатобумажную рубашку.

– Отлично, Бад, – поблагодарил он.

– Свое тюремное тряпье просто швырни в кусты, – ответил тот.

По петляющей горной дороге они проехали мили две, пока не остановились в темной складке холма. Бад слушал по радио какую-то песенку и молчал.

– Куда мы направимся, Бад? – спросил наконец Рэй.

– Видишь ли, надзиратель сказал, что им это все равно, им это вовсе даже не нужно знать. Он сказал, что тебе виднее. Я бы предложил тебе добраться до более или менее крупного города, в котором есть автобусная станция. А там – ты и сам знаешь, куда тебе нужно.

– Как далеко ты можешь меня забросить?

– В моем распоряжении ночь, Рэй. Ты только назови мне город.

– Хорошо бы отъехать отсюда подальше, прежде чем начать подыскивать автостанцию. Может, Ноксвил?

– Есть такой городок. А куда ты подашься потом?

– Не знаю. Мне нужно будет выбраться из страны.

– С такими друзьями, как у тебя, это не составит большого труда. Но, на всякий случай, будь осторожен: к завтрашнему дню твоя фотография будет висеть в кабинете каждого шерифа по меньшей мере в десятке Штатов.

Три автомобиля с синими огоньками на крышах медленно взбирались по склону холма прямо напротив них. Рэй скользнул с сиденья вниз.

– Спокойно, Рэй. Они же тебя не видят. Рэй проводил их взглядом.

– А посты на дорогах?

– Не будет на дорогах никаких постов, Рэй. Уж поверь мне. – Бад сунул руку в карман и, вытащив, бросил на сиденье скомканные бумажки. – Пять сотен. Лично из рук надзирателя. У тебя надежные друзья, приятель.

34

В среду утром Терри Росс поднимался по ступенькам лестницы, ведущей на четвертый этаж отеля “Феникс Парк”. На площадке перед дверью он остановился, чтобы перевести дыхание. На лбу выступили бисеринки пота. Сняв темные очки, он вытер их рукавом плаща. Внезапный резкий приступ тошноты заставил его опереться на перила. Чемоданчик его упал, Терри пришлось присесть на бетонную ступеньку. Он массировал живот, надеясь таким образом справиться с позывом рвоты.

Тошнота и в самом деле отступила, он вздохнул с облегчением. Будь смелее, приободрил он самого себя. Там, за дверью в коридор, тебя ждут двести тысяч долларов. Если у тебя есть мужество, то ты войдешь туда и возьмешь эти деньги. Если у тебя есть мужество, то с ними же ты и выйдешь отсюда. Он отдышался, рука замерла. Где твоя выдержка, сказал он себе, ты же мужчина.

В коленях чувствовалась предательская слабость, но он все же подошел к двери, толкнул ее, зашагал по коридору мимо номеров. Ему нужна была дверь с номером восемь, по правую сторону. Задержав дыхание, он постучал.

Прошло несколько секунд. В темном коридоре через очки почти ничего не было видно.

– Да, – ответил ему голос изнутри.

– Это Альфред. – До чего же дурацкое имя, подумалось ему, откуда оно взялось?

Дверь чуть скрипнула, раскрываясь, и в образовавшейся щели он увидел наброшенную цепочку, а позади нее – знакомое лицо. Цепочку сняли, Альфред тут же прошел внутрь.

– Доброе утро, Альфред, – проникновенно сказал ему Винни Коццо. – От кофе не откажешься?

– Я пришел сюда вовсе не за этим, – хмыкнул Альфред. Он положил свой чемоданчик на постель и уставился на Коццо.

– Ты вечно так нервничаешь, Альфред. Почему бы тебе не успокоиться? Здесь тебя поймать невозможно.

– Я не хочу тебя слушать, Коццо. Где деньги? Винни указал ему на кожаный портфель, на лице его – добрая, все понимающая улыбка.

– Поговори со мною, Альфред.

И опять он почувствовал приближение тошноты, но собрался с силами и устоял на ногах. Опустив голову, он не сводил глаз со своих ботинок; сердце сумасшедше стучало.

– Ну хорошо. Вашему парню, Макдиру, уже заплатили миллион долларов. Вот-вот заплатят и второй. Он предоставил им первую партию документов по фирме Бендини и говорит, что в его распоряжении находятся еще десять тысяч серьезных бумаг.

Острой болью, как иглой, пронзило у него в паху. Он сел на край кровати, снял очки.

– Продолжай, – поощрил его Коццо.

– В последние полгода Макдир неоднократно встречался с нашими людьми и беседовал с ними. Он будет выступать свидетелем на процессе, а потом скроется как подлежащий охране особо важный свидетель. Он и его жена.

– Где находятся другие документы?

– Этого я, черт побери, не знаю. Он не говорит. Но они уже готовы к отправке в наши руки. Давай сюда мои деньги, Коццо.

Винни перебросил ему портфель на кровать. Альфред раскрыл его, а следом раскрыл и свой чемоданчик. Руки его бешено тряслись, когда он хватал пачки с Деньгами.

– Двести тысяч? – спросил он, не веря самому себе.

Винни улыбнулся.

– Таков был наш уговор, Альфред. А через пару недель тебе будет еще работа.

– Ну уж нет, Коццо. Больше я не выдержу.

Он захлопнул чемоданчик и чуть ли не бегом отправился к двери. Остановился, пытаясь успокоиться.

– Что вы сделаете с Макдиром? – спросил Росс, избегая встречаться взглядом с Коццо.

– А как ты сам думаешь, Альфред?

Он поджал губы, перехватил чемоданчик под мышку и вышел. Винни с улыбкой повернул в замке ключ. Затем вынул из кармана карточку и, сняв телефонную трубку, попросил телефонистку связаться с мистером Лу Лазаревым, дав ей его домашний чикагский номер.

Охваченный паникой, Терри Росс быстрым шагом шел по коридору. Глаза его почти ничего не различали, Он успел уже миновать семь дверей и почти дошел до лифта, когда откуда-то сбоку вытянулась чья-то мощная рука и втащила его в комнату. Дверь за ним захлопнулась, рука отвесила сначала пощечину, и тут же он ощутил сильнейший удар в живот. Потом кулак ударил его в нос. Терри оказался на полу, почти без сознания, перепачканный кровью. Чемоданчик его, уже пустой, валялся на кровати.

Кто-то поднял Терри с пола, швырнул в кресло. Разлепив глаза, он увидел рядом с собой трех своих коллег, агентов ФБР. С искаженным от отвращения лицом к нему подходил директор ФБР Войлс. Другой сотрудник, с чьими тяжелыми кулаками он только что познакомился, стоял в пугающей близости. Еще один был занят подсчетом денег.

Войлс приблизил к нему свое лицо.

– Ты оказался предателем. Росс. Худшей разновидностью подонков. Не могу в это поверить. Росс разрыдался, у него началась истерика.

– Кто? – выразительно спросил Войлс. Ответа не последовало, рыдания стали громче. Резко развернувшись, Войлс отвесил Россу оплеуху, удар пришелся в висок. Терри вскрикнул от боли.

– Кто, Росс? Скажи мне.

– Винни Коццо, – выдавил тот из себя через всхлипы.

– Я знаю, что Коццо, будь ты проклят! Это я знаю! О чем ты с ним говорил?

Из глаз Росса текли слезы, нос кровоточил. Тело его тряслось и извивалось в кресле, взывая к жалости. Но он молчал.

Войлс ударил его еще раз и еще.

– Скажи мне, сукин ты сын! Скажи же мне, чего хотел Коццо. – За этим последовал новый удар.

Росс сложился пополам, голова его упала на колени. Истерика начала стихать.

– Двести тысяч долларов, – послышался голос за спиной Войлса.

Войлс опустился на колени и почти шепотом спросил:

– Это Макдир, а. Росс? Боже, скажи мне, что это не Макдир! Скажи же мне, Терри, что это не Макдир!

Упершись локтями в колени. Росс не отводил глаз от пола. Кровь из разбитого носа образовала на ковре маленькую лужицу. Итак, проверка на мужество, Терри. Теперь нет нужды цепляться за деньги, ты на пути в тюрьму. Какое же ты ничтожество, Терри. Ты просто маленький грязный, вонючий кусок дерьма, вот и все. Что ты выиграешь своим молчанием? Ну, сколько же в тебе мужества? А, Терри?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30