Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Талисманы власти (№4) - Диаммара

ModernLib.Net / Фэнтези / Фьюри Мэгги / Диаммара - Чтение (стр. 8)
Автор: Фьюри Мэгги
Жанр: Фэнтези
Серия: Талисманы власти

 

 


И что теперь? Откровенно говоря, Гринцу совсем не нравилась загадочная дверь и ничуть не привлекали комнаты, за ней находящиеся. Он внушал себе, что надо попытаться найти выход из катакомб, а не шарашиться по апартаментам проклятых чародеев. Хватит с него. Но потом он подумал, что без освещения ему ни за что оттуда не выбраться, а в комнатах чародеев могут найтись факелы или лампы. Если идти держась за стену, то рано или поздно он наткнется на полку для подсвечников — или еще что-нибудь. Гринц отважно шагнул вперед. «Ох, помогите мне, боги, пожалуйста! Пошлите мне факел или светильник! Мне бы только отсюда выбраться, и я никогда, честное слово, никогда больше не потревожу прах чародеев!..» Он сделал еще шаг — и замер на пороге комнаты, ухватившись рукой за косяк.

* * *

Когда Форрал в последний раз живым глядел на Ориэллу, это происходило именно здесь. И теперь на него нахлынули воспоминания. Густая тьма, пропахшая гнилью, безумный хохот Верховного Мага, жужжащее рычание Нихилим и отчаянная, но тщетная попытка Ориэллы спасти его. Он вспомнил, как мрак сомкнулся, и за ним захлопнулась серая дверь, он вновь услышал голос Ориэллы — неистово зовущий, зовущий, зовущий… Тогда, горько подумал он, она украла бы солнце и небеса в придачу, чтобы вернуть его, а теперь смотрит на него так, словно ей невыносимо его видеть, и глаза ее холодны словно лед.

— Но ты же не Форрал — как ты не понимаешь?! Форрал мертв — я сама видела, как он умирал. Если бы вернулся в своем обличье, я была бы без ума от радости, а так… — Ориэлла вздохнула и опустила глаза. — Прости, если я причиняю тебе боль. Я понимаю, что ты ждал совершенно иной встречи, вернувшись в наш мир столь чудесным образом. Но пойми и меня. Я никак не думала, что ты вернешься, — просто потому, что и помыслить не могла, что это вообще возможно. Я долго горевала, пока не нашла утешения с Динаром. И вспомни, ведь ты сам заставил меня поклясться, что я найду себе кого-нибудь, когда ты…

— Знаю! — взревел Форрал. — Не надо мне об этом напоминать! Но если бы я знал, с каким рвением ты исполнишь свое обещание, я бы держал рот на замке, разрази меня гром!

— Это несправедливо! — С горящими глазами Ориэлла вскочила, сжимая кулаки. — Я скорбела, я горевала, но никак не предполагала, что ты явишься ко мне в ворованном теле и начнешь меня оскорблять!

— Я не крал никакого тела у твоего ненаглядного Аи-вара! — заорал Форрал и тоже вскочил.

— А как, по-твоему, это еще называется? Где он теперь? За что ты его так?

Форрал покачнулся, словно от удара. «Лучше бы она действительно меня ударила, — подумал он. — Достала бы меч и вонзила мне в грудь — все не так больно». Меж Двух Миров ему казалось, что нужно только найти выход, всего лишь умудриться сбежать — и все снова будет прекрасно. Конечно, надо было не артачиться, а лезть в Водоем Душ, и дело с концом. На этом свете ему места нет — и взгляд Ориэллы достаточно красноречиво говорил об этом. Умер — значит, умер, и нечего рыпаться.

Ориэлла неожиданно заплакала, сердито утирая слезы рукавом.

— Я никогда не перестану любить тебя, Форрал, как ты не понимаешь? Анвар вот понял. Он занял свое место в моем сердце, но никогда, слышишь, никогда не претендовал на твое! Вот что для меня ужаснее всего — то, что ты оказался способен на такую подлость. Лучше бы мне тосковать по тебе до конца своих дней, чем знать, что я столько лет прожила во лжи…

— Нет! Стоп! Замолчи сейчас же! — В бытность свою живым Форрал был способен перекричать шум битвы и не ожидал, что у Анвара окажется такая же глотка. Ориэлла, кажется, тоже: она захлопнула рот и уставилась на него во все глаза. А воин глядел на нее с чувством огромного облегчения. Так вот почему она так взбеленилась! Она считает, что это он виноват в смерти Анвара! Форрал протянул ей руку и ничем не выдал своего разочарования, когда Ориэлла ее не взяла.

— Ориэлла, выслушай меня, пожалуйста. Ты просто посиди и послушай, а потом уж решай, виноват я перед тобой или нет. Во всяком случае, ты узнаешь правду. — Увидев, что она колеблется, он добавил:

— Ну, прошу тебя. В конце концов, мы с тобой столько лет были вместе, что ты не можешь отказать мне в праве на защиту.

Ориэлла больше не раздумывала.

— Хорошо, — негромко сказала она. — Это будет справедливо.

Волшебница вновь опустилась на пол и приготовилась слушать. Форрал сел напротив и, глядя ей прямо в глаза, повел свой рассказ…

* * *

Лицо господина Пендрала было багровым от гнева.

— Что значит — скрылся? Ослы! Не он «скрылся», а вы дали ему уйти, выродки несчастные!

В противоположность своему господину начальник стражи был бледен как сыр. Его заместитель Расвальд с безопасного расстояния смотрел, как его командир переминается с ноги ногу, глядя на разъяренного правителя Нексиса словно кролик на удава.

— Но, мой господин. — Голос начальника стражи больше всего напоминал блеяние. — Вор убежал в канализационный туннель, который проходит под Академией. Я не мог даже предположить, что у него хватит храбрости остаться в таком месте! Я подумал, что привидения моментально выгонят его оттуда, и оставил людей стеречь вход…

Лицо господина Пендрала побагровело еще больше.

— О, какой великолепный план! Так, значит, ты посадил людей в засаду ждать человека, который и не собирался вылезать наружу?

— Мой господин, помилуйте… Я ведь только хотел сберечь людей и не посылать их в это нечистое место…

Расвальд отвел взгляд, чтобы не видеть унижения своего командира. Раньше в этом помещении была библиотека, но Пендрал превратил ее в комнату для допросов, где разбирался с кляузами слуг, а чаще — вершил суд и чинил расправу над провинившимися.

— Нечего выть, червяк! — кричал тем временем господин Пендрал. — Людей он пожалел, посмотрите-ка на него! Чего их жалеть, придурок? Да у меня их сотни! — Он упер жирный, похожий на унизанную кольцами колбаску, палец в грудь начальнику стражи. — Не-ет! О людях ты и не вспомнил! За шкуру свою ты испугался, мерзавец! Струсил ты! — Пендрал уже голосил так, что закладывало уши. На шее у него выступили вены, а глаза налились кровью.

Внезапно правитель Нексиса замолчал и повернулся к Расвальду. У того душа ушла в пятки.

— А ты, — елейным голосом спросил Пендрал. — Ты тоже был с этой падалью, когда вы упустили вора?

Язык заместителя начальника стражи моментально присох к гортани. В эту минуту он страстно возжелал, чтобы пол под ним разверзся и он провалился куда-нибудь подальше от всесокрушающего гнева господина Пендрала.

— Ну? — рявкнул Пендрал. — У тебя что, мозги отнялись или язык? Если ты не желаешь им ворочать, я велю отрезать его за ненадобностью!

Расвальд сглотнул.

— Господин, я… Да, я был с командиром, когда он отозвал собак. Но это была не моя идея… Я отговаривал его, я говорил ему, что это глупо…

Начальник стражи шумно вздохнул, услышав это подлое заявление.

— Что ты мелешь, негодяй? — воскликнул он. — Это не правда, он даже не…

— Не имеет значения! — громко перебил его Пендрал — Ты, — он показал на Расвальда, — с этой минуты занимаешь пост начальника стражи. Молчи! — оборвал он бывшего командира, который собирался что-то сказать. — Говорить будешь, когда я попрошу. Приказываю. — Пендрал принялся загибать пальцы. — Во-первых, ты должен назначить себе нового заместителя. Во-вторых, прочесать весь город, дом за домом. И в-третьих, забери этого кретина и убей его. Лично.

Бывший начальник стражи распластался на полу.

— Пощадите! — всхлипывал он. — Смилуйтесь!

— Стража! — Пендрал щелкнул пальцами, и два солдата, охранявшие дверь, покинули пост. Один скрутил бывшего командира, а другой деловито нанес ему несколько ударов в лицо и живот. Потом они вдвоем поволокли обмякшее тело из комнаты, оставляя на полу кровавые пятна.

Пендрал вздохнул.

— Говоришь, говоришь им не пачкать — как о стенку горох, — устало пробормотал он. — Бестолочи! Так на чем я остановился? Ах да. Когда покончишь с арестованным, немедленно собери людей и обыщи эту паршивую канализацию.

— Как, прямо сейчас, ночью? — изумленно вскричал Расвальд.

— Немедленно! — процедил Пендрал. — И без бриллиантов и самого вора не возвращайся, иначе тебя похоронят в одной могиле с твоим командиром!

* * *

Гринц двинулся вперед, но с большой осторожностью. От порога в комнату тоже вели ступеньки, общим числом две, но на сей раз он не оступился и не упал.

Держась за стену, он, словно слепой, медленно шел по периметру комнаты.

К несчастью, комната была забита лишь книгами, которые стояли на высоких, до потолка, полках вдоль всей стены. Но, несомненно, где-то должны были быть свечи или лампы — нельзя же читать в темноте! Гринц продолжал поиски, но безуспешно. Вдруг он случайно задел шаткую кипу книг на одной из полок, и они посыпались ему на голову. Гринц испуганно вскрикнул, разбудив громкое эхо. По спине вора пробежал холодок. Ему вдруг почудилось, что он в комнате не один. Как он ни уговаривал себя, что в комнате никого нет и быть не может, странное ощущение его не покидало. Гринц барахтался на полу среди фолиантов, не решаясь встать и сделать шаг даже в сторону двери, — он боялся идти в темноте наобум. Несколько томительных минут он, стараясь дышать неслышно, выжидал. Но ничего не произошло. В комнате никого нет! А если и есть, то можно обойтись и без свечи, чтобы кого-то увидеть. Он как последний дурак сидит прямо посреди решения проблемы освещения. Гринц достал из кармана кремень и огниво, схватил первый попавшийся том и принялся выдирать из него страницы.

С четвертой или пятой попытки бумага занялась, и закурился едкий дымок, от которого у Гринца защипало глаза. Он раздувал пламя до тех пор, пока маленький язычок не лизнул горку смятой бумаги, расцветая, как молодой мак. От тяжелого вздоха Гринца огонь заколыхался, будто дышал сам костер. Когда жадное пламя разгорелось жарче, комната осветилась янтарным светом, и мрак отступил по углам. Гринц торопливо выдрал еще несколько страниц, чтобы подкормить огонь. Пока он не угас, надо придумать, из чего соорудить факел. Гринц рассчитывал использовать для этой цели ножку стула, но для этого надо было найти стул.

Горящей бумаги не хватало, чтобы осветить комнату целиком. Глубокие ниши по обеим сторонам так и остались в темноте. Дым тоже не способствовал хорошей видимости. Бросив в огонь новую порцию страниц, Гринц поспешил к двери в дальнем правом углу комнаты. У первой ниши он приостановился, всматриваясь в полумрак, и когда очередной листок вспыхнул, он увидел высоченную фигуру со сверкающими глазами.

Гринц завопил. Он хотел бежать без оглядки, но ноги не слушались. Он упал на колени; пламя снова вспыхнуло ярче, потом начало спадать, но даже в темноте Гринц не мог отвести взгляда от гипнотических, обжигающих холодом голубых глаз.

* * *

Лунный свет отразился в зрачках Хану, когда он повернулся к Шиа со словами:

— Что-то Ориэлла не торопится. Я начинаю беспокоиться. А что там "за тайна такая? Что могло случиться с бедным Анваром?

— Если бы я знала! Я и половины из того, что она говорила, не поняла, — ответила Шиа и мрачно добавила:

— Не нравится мне это место, и я не доверяю человеку, занявшему чужое тело.

— Да ты вообще никогда двуногим не доверяла, — уточнил Хану. — Впрочем, как и я. Город мне этот тоже не по душе. Какое-то тут все ненастоящее. Опасное место. Я предпочел бы вернуться в горы.

Шиа бросила на него строгий взгляд.

— Куда Ориэлла, туда и я, — сказала она твердо. — Я не хочу оказаться в другом месте.

— Да, но ты можешь попросить ее оказаться в другом месте, — не растерялся Хану. Он аккуратно облизнул усы. — Я уж чую, какие перемены грядут в тебе, Шиа. Это случится не так уж нескоро…

Удар тяжелой лапы по носу не дал ему закончить.

— Заткнись! — в ярости зашипела Шиа. — Не суйся не в свое дело!

— Не мое дело? — Лунные глаза Хану вспыхнули ярче. — На много сотен миль я здесь единственный мужчина. Из нас, пантер, я имею в виду. И потому, что бы ты ни говорила, это мое дело — и знаешь, я далек от сожаления.

Хвост Шиа задергался из стороны в сторону.

— Скажи еще хоть слово — так пожалеешь!

— Глупо делать вид, что ничего не происходит. Рано или поздно, Ориэлла там или не Ориэлла, а никуда ты не денешься, — промурлыкал Хану. Шиа вновь зарычала, но он ловко увернулся от очередного удара, отскочив назад. — Я, пожалуй, пока обследую двор, — сказал он с достоинством.

— Не спеши возвращаться, — буркнула ему вдогонку Шиа и снова попыталась настроиться на мысли Ориэллы, которая беседовала с Форралом в Башне. Ничего не вышло. Она уже собиралась бросить это бессмысленное занятие, как из глубины двора до нее донесся мысленный крик Хану:

— Шиа, слушай!

Шиа прислушалась и уловила слабый приглушенный звук, идущий откуда-то из-под земли.

— Ты слышала? — спросил Хану. — Позови Ориэллу. Похоже, это кричал человек.

* * *

Ориэлла с возрастающим изумлением слушала рассказ воина, и гнев ее проходил сам собой. Несмотря ни на что, это был тот же Форрал, ее первая любовь, и когда он поведал ей о своих бесконечных блужданиях Меж Двух Миров, сердце ее сжалось от боли за него. Она узнала о том, как он смотрел на нее в Водоеме Душ, и поняла, почему ей так часто мнилось, что он рядом. Она услышала о том, как он научился, погружая в Водоем руку, посылать на землю свою тень, чтобы прийти ей на выручку, как это было в Диаммаре.

Потом Форрал рассказал о загадочном появлении и не менее загадочном исчезновении Ваннора. Ориэлла узнала, что, по словам Владыки Мертвых, Ваннора отравил не кто иной, как Элизеф. Ужасное подозрение закралось в ее душу. Она обеими руками стиснула посох, уже предугадав, что было дальше.

— Будь проклята эта сука на веки веков! — воскликнула она, но быстро взяла себя в руки. — Продолжай, Форрал. Я начинаю догадываться, что было потом, но лучше ты сам расскажи.

Когда Форрал дошел до появления в Царстве Смерти Анвара, Ориэлла едва не попросила его замолчать — так тяжело ей было слушать об этом.

— Я пытался расспросить его, — говорил Форрал. — Я был ошеломлен. Анвар погиб — что же случилось с тобой? Владыка Мертвых пытался заставить его, точнее, нас обоих, пойти с ним к Водоему Душ. Он говорил, что нам нельзя больше оставаться Между Мирами, это слишком рискованно, ибо кто-то привел в действие Чашу Жизни…

«О бот! — подумала Ориэлла. — Я так и знала». Внезапно она заметила, что Форрал замолчал и опустил взгляд.

— Ты, наверное, была права. Я виноват, — пробормотал он. — Наверное, Анвар снова вернулся бы в свое тело, если бы я невольно не заменил его. Но, понимаешь, Владыка Мертвых уже столько раз пытался склонить меня к перерождению… Я подумал, что он опять хочет меня одурачить. — Воин нахмурился. — Не могу точно рассказать, как именно все было, но мне кажется, что раз эта Чаша может возвращать к жизни умерших, значит, она подцепила меня вместо Анвара. — Он бессильно опустил руки. — Ориэлла, тебе придется поверить мне на слово: я сделал это не намеренно. Я просто попался. Даже если бы я сам захотел украсть у Анвара тело, я бы просто не знал, как это сделать. Но хочешь знать правду, любовь моя? Я благодарен богам за то, что они не поставили меня перед таким выбором, потому что я так скучал по тебе, что неизвестно, на какую хитрость могло толкнуть меня мое сердце.

Когда Ориэлла услышала эту мольбу о снисхождении и увидела на лице Анвара скорбь и отчаяние, гнев ее окончательно развеялся. Она ни на мгновение не усомнилась в том, что Форрал сказал правду. Кроме того, если бы он мог вернуться самостоятельно, то давно бы уже вернулся. Наконец-то волшебница узнала, кто повинен в ее несчастье. Только Элизеф могло прийти в голову подвергнуть своего врага такому мучительному раздвоению — и Чаша Жизни у нее.

О боги, что за жуткий кавардак! Еще неизвестно, сможет ли она вернуть Анвара, даже завладев Чашей, а если и сможет, значит, опять пожертвует Форралом. Плечи Ориэллы поникли под грузом этих печальных мыслей. Вдруг она заметила, что Форрал все еще протягивает ей руку, ожидая ее решения.

— Я тебе верю, — тихо сказала Ориэлла. — Ты не виноват. Прости, что я сомневалась в тебе. — Заставив себя на время спрятать подальше тоску по Анвару, она взяла руку Форрала. — Мы как-нибудь справимся. И в конце концов, мы снова вместе.

— Хотя бы ненадолго, — сказал Форрал и, к большому облегчению волшебницы, заговорил о другом. — Ориэлла, последнее время Владыка Смерти не позволял мне смотреть в Водоем Душ. Что с нашим сыном? Где он сейчас?

О боги, да ведь он ничего не знает! Сердце Ориэллы мучительно сжалось. Как ей сказать ему, что Миафан превратил его сына в волчонка, а она бросила бедного ребенка и отправилась сражаться с Миафаном и Элизеф?

Внезапное сообщение от Шиа избавило ее от необходимости отвечать: Ориэлла, скорее иди сюда, здесь кто-то есть! Хану слышал человеческий крик!

Глава 10. ПОСЛАННИК

Призрачный лунный свет едва пробивался сквозь мутные окна библиотеки, почти не рассеивая темноту. Ориэлла сотворила, огненный шарик и пустила его вперед освещать дорогу. Впервые после гибели Финбарра она вошла в библиотеку и теперь с тяжелым чувством оглядывалась по сторонам. Книги, покрытые толстым слоем пыли, в беспорядке валялись повсюду, словно птицы с подбитыми крыльями. Зрелище было не из приятных, и Ориэлла едва ли не с облегчением спустилась в холодные катакомбы архивов. Темень была непроницаемая; никаких криков Ориэлла не слышала и радовалась тому, что в этой бездонной тьме Анвар — нет, Форрал — рядом. Как опытный воин, он старался держаться справа, чтобы рука, сжимающая меч, оставалась свободной. Даже после того, как Ориэлла объяснила пантерам, что он свой, они не успокоились, поэтому Форрал следил еще и за тем, чтобы между ним и огромными кошками не сокращалось расстояние. Поведение Шиа тоже не способствовало дружеским отношениям. Заглянув в его сознание и обнаружив вместо любимого Анвара какого-то чужака, она то и дело фыркала, прижимала уши и неприязненно косилась на Форрала.

В сопровождении пантер они с Ориэллой осматривали комнату за комнатой, но пока не нашли ничего, что указывало бы на источник загадочных криков.

— Все это глупо! — не выдержал наконец Форрал. — Только время теряем. Тут, знаешь ли, и замерзнуть недолго. Этот парень не мог далеко забраться, иначе бы зверюги твои его не услышали. Не знаю, что ты рассчитываешь здесь найти, но…

— Того, кто кричал, разумеется, — оборвала его Ориэлла. — А также узнать, почему он кричал.

— Ты, стало быть, совершенно уверена, что нашим друзьям не померещилось? Чтобы пробить эти стены, надо было так крикнуть! По-моему, мы спокойно можем возвращаться назад.

Было ясно, что воину просто не нравится это место. Едва ступив под своды архива, он положил руку на рукоять анварова меча, который нашелся в апартаментах Миафана. Ориэлла же, привыкшая полагаться на свое чутье, считала, что спешить с возвращением не стоит.

— Давайте пройдем еще немного вглубь, — сказала она. — Разгадка где-то близко, я это чувствую. Форрала ее слова ничуть не убедили.

— Ориэлла, душа моя, поворачивай… — Он ухватил ее за руку, но Шиа заворчала, и воин поспешно отпустил волшебницу.

— Это совсем рядом, я уверена. У меня какое-то предчувствие… — Ориэлла распахнула следующую дверь, и Форрал неохотно поплелся за ней.

Вот уж этого она никак не ожидала увидеть. Ориэлла вскрикнула От неожиданности, и волшебный свет погас, погрузив комнату в непроглядный мрак. Приглушенно ругаясь, Форрал выдернул Ориэллу назад в коридор и захлопнул дверь.

.. — Быстрее бежим отсюда, дура! Пошевеливайся! — Он нащупал в темноте полу ее одежды и потянул.

Ориэлла не поддавалась; она лишь привалилась спиной к стене и громко захохотала.

— Да Ориэлла же, ни дна тебе ни покрышки! — заорал на нее Форрал. — Нашла время! Комната битком набита этими проклятыми Нихилим, а ты…

— Все в порядке, Форрал, — наконец смогла выговорить волшебница. — Призраки нас не тронут. Когда мой свет погас, я увидела мерцание заклинания времени. Это, наверное, те, которых Финбарр успел заклясть, спасая нас. — Она положила руку ему на плечо. — Извини, Форрал. Я понимаю, какое это потрясение для тебя — увидеть их так близко…

Форрал помолчал. Потом в темноте прозвучало:

— Разрази меня гром! Я чувствую себя последним ослом.

— В этом ты не одинок, — призналась Ориэлла, зажигая над головой новый шар света. — Когда я только заглянула в комнату, у меня самой душа ушла в пятки. — Она хотела его обнять, но, увидев лицо Анвара, невольно отпрянула. — Пойдем отсюда, — тихо сказала она. — Призраки смерти сейчас неподвижны и не могут причинить вреда, но все-таки мне не по себе.

Форрал кивнул.

— В первый раз за все это время ты сказала хоть что-то умное Шиа обнюхала дверь и заглянула в щелочку.

— Так вот какие твари тебя преследовали во сне, — несколько озадаченно проговорила она.

— Поверь мне на слово, они гораздо страшнее, когда могут двигаться — и жрать, — буркнула Ориэлла.

Как только они повернули к лестнице, прозвучал чей-то голос. Ориэлла остановилась как вкопанная.

— Ты слышал? — спросила она. — Что это было? Форрал растерянно завертел головой:

— Что я должен был слышать? Они посмотрели друг на друга.

— Нечто такое, что доступно только слуху волшебников, вероятно, — прошептала Ориэлла.

Рука Форрала вновь легла на рукоять меча. Ориэлла подождала, пока он обнажит оружие, сделала знак всем сохранять тишину.

— А вы слышите, Шиа, Хану? — спросила она через минуту.

— Ты прости, — ответила Шиа, — но никого, кроме нас, я не слышу.

— Я тоже, — прибавил Хану.

А голос между тем не утихал. Он по-прежнему звучал в голове у волшебницы — тонкий, холодный, нездешний. Разобрать слова было невозможно, но он, безусловно, звал, манил и упрашивал. По спине Ориэллы пробежал холодок.

— Оно нас зовет, — прошептала она. — Оно хочет, чтобы мы шли на зов.

— Что? Да ты издеваешься над нами!

— Нет, я серьезно. Одни боги знают, кто это, но только наверняка не Нихилим, а то бы он давно уже нашел способ освободить своих сородичей. И кроме того, будь у него враждебные намерения, он легко мог захватить нас врасплох, когда погас свет.

— Надеюсь, что ты права, — сдался Форрал, — иначе жизнь наша не стоит и ломаного гроша.

Но Ориэлла его уже не слушала. Она спешила туда, откуда доносился таинственный призыв, и шла настолько уверенно, что и остальные нехотя потянулись следом. Форрал, правда, шел и шепотком клял ее на чем свет стоит.

Волшебница нырнула в очередной коридор, поддаваясь настойчивому голосу, который вел ее, не позволяя свернуть не туда или открыть неверную дверь. А если она останавливалась, он перерастал в пронзительный вопль, от которого едва не лопалась голова. Одним словом, выбирать Ориэлле не приходилось.

Она видела, что Форрал недоволен. Недоволен и нервничает. Лицо Анвара в тусклом свете волшебного огня казалось неестественно бледным, под глазами залегли черные тени.

— Ориэлла, когда это наконец прекратится? — прошипел он.

Волшебница покачала головой:

— Прости, но тут я бессильна. Уже поздно, и если я не пойду на голос, он просто-напросто сведет меня с ума.

Найти нужную комнату было несложно. Забыв об осторожности, Ориэлла рванулась вперед, не обращая внимания на яростные попытки Форрала ее удержать. Волшебный свет летел за ней, оставляя шлейф ярких искр. Голос заговорил еще требовательнее, чем раньше. Увлекая за собой Форрала, Ориэлла вбежала в открытую дверь — и в тот же миг голос внезапно умолк.

— Я его больше не слышу, — тихо сказала волшебница. — Но он здесь, я, уверена. Меня звали из этой комнаты.

* * *

Звук открываемой двери вывел Гринца из оцепенения. Он обернулся — и похолодел от ужаса. Двое, стоящие на пороге, несомненно, были чародеями — высокие, грозные, с глазами, пронзающими человека насквозь.

Поняв, что спасти его может только одно, Гринц, после секундного замешательства, бросился ниц перед огненно-волосой волшебницей и черными клыкастыми чудовищами — не иначе, демонами — и принялся умолять о пощаде. Академия все-таки оказалась обитаемой, и теперь он попался! Гринц лежал, не смея поднять глаза, и ждал неминуемой смерти.

— Не смеши людей! — прикрикнула на него волшебница. — Встань-ка с пола и прекрати завывать. И поживее — у нас нет времени торчать тут всю ночь, будь она неладна.

Ее спутник сухо засмеялся:

— Отличный способ убедить его не бояться! Женщина не обратила на него никакого внимания. Она целиком сосредоточилась на Гринце.

— Эй ты, отзовись хотя бы! — Ее словам вторило жуткое рычание демонов. — Что ты здесь делаешь? Это ты меня звал?

— Госпожа, простите! — жалобно пискнул Гринц. — Я ничего не трогал, честное слово, ничего! Даже не прикоснулся! Я не звал вас! Я никогда бы не осмелился потревожить вашу милость! За мной гнались стражники, а потом я заблудился. Если вы покажете мне выход, я никогда, никогда больше не сунусь в Академию!

Звук, который издала волшебница, звучал как нечто среднее между ругательством и вздохом.

— О боги, помогите! — пробормотала она. — Послушай ты, недалекий смертный, никто не собирается тебя убивать. Хватит трястись! Возьми себя в руки и поднимись наконец с пола. Как только ты ответишь на мои вопросы, я покажу тебе выход.

Вор осторожно глянул в щелку между пальцами, и у него немного отлегло от сердца. Ужасная волшебница грела руки над костром так запросто, по-домашнему, а черные демоны сидели у ее ног и жмурились на огонь, как обычные кошки.

Гринц медленно начал подниматься, но раненая нога подогнулась, и он тяжело осел, застонав от боли.

Волшебница проворно подскочила к нему.

— Ты ранен? — Она направила на него свет, чтобы получше видеть. — Во имя Мелисанды, как тебя угораздило? — В глазах ее мелькнуло сострадание. — Я так понимаю, что эти раны ты получил, удирая от упомянутых тобой стражников. Может быть, для начала расскажешь, чем ты им не угодил?

Под ее испытующим взором Гринц не мог лгать.

— Госпожа, я… я…

— Клянусь Чатаком! Откуда у тебя это? Гринц похолодел. Второй чародей нашел мешок с добычей и вытряхнул его содержимое перед костром. Волшебница восхищенно присвистнула, когда каскад драгоценных камней, переливаясь, хлынул на пол, и вновь повернулась к Гринцу.

— Ты их украл, — утвердительно сказала она. — У кого?

У Гринца пересохло во рту.

— У П-пендрала, — просипел он, — Верховного правителя Нексиса…

Волшебница расхохоталась:

— У Пендрала? Так этот маленький подонок еще жив? — Не веря своим ушам, Гринц тупо кивнул. — А ты спер его обожаемые бриллианты? Ну, молодец! Так ему и надо, паршивцу! — Ориэлла хотела хлопнуть вора по спине, но вовремя спохватилась и вместо этого легонько коснулась его ран исцеляющей силой.

Увидев, как пальцы волшебницы заискрились фиолетово-синим сиянием, Гринц перепугался, но, к своему изумлению, обнаружил, что оно не причиняет боли. Наоборот, там, где фиолетовый луч касался его тела, боль утихала и раны начинали затягиваться. Он своими глазами видел, как порез на ноге начал исчезать и вскоре пропал бесследно.

— Дырки на штанах как-нибудь сам залатаешь, — хмыкнула волшебница, и фиолетовый луч погас.

Гринц с восхищением уставился на нее. С раннего детства ему все приходилось делать самому, и до сих пор никто, даже родная мать, пока была жива, не проявлял о нем такой заботы.

— Спасибо вам, госпожа, — тихо прошептал он. В ответ она улыбнулась, и с этого момента жизнь Гринца изменилась раз и навсегда.

Второй чародей, не выпуская из рук оружия, присел на краешек стола.

— Так вот, — твердо заговорил он, обращаясь к Гринцу. — Мы пришли сюда потому, что услышали чей-то крик. Это ты кричал?

Волшебница с испуганным восклицанием отвернулась от Гринца:

— О боги, крик! Я совсем забыла об этом голосе!

— Не спеши, любовь моя. — Чародей, сложив на груди руки, строго глядел Гринцу в лицо. — Ну? Почему ты кричал, приятель? — Голос его стал мягче. — Ты весь растерзан. Кто это тебя так отделал? Здесь есть еще кто-то?

Гринц медленно покачал головой:

— Это… Это очень страшно. Оно там… — Не в силах вымолвить больше ни слова, он ткнул пальцем в темную нишу. Ориэлла, бросив взгляд на Форрала, отошла от огня.

— Давай-ка выясним, о чем это он. — Сосредоточившись на шарике волшебного света, она заставила его сиять в полную силу.

— Там… — повторил Гринц, тыча пальцем в полумрак, — вот оно где…

— Осторожнее! — предостерегающе заметила Шиа. — Это может оказаться ловушка.

— Вот мы сейчас и проверим, — ответила Ориэлла. — Ты пригляди за этим смертным, ладно? Я думаю, ему можно верить, но не хочу рисковать.

Форрал встал со стола и присоединился к ней. Вместе они осторожно подкрались к нише, и когда волшебный свет озарил ее, воин вскрикнул, а волшебница замерла в изумлении.

— О боги, — выдохнула она наконец. — Это Финбарр! — Сколько еще потрясений уготовила ей Академия? Ориэлла шумно вздохнула и закусила губу. — Не верю я этому! Финбарр погиб, убитый Нихилим, и я почувствовала его смерть! Зачем Миафану понадобилось похищать его труп у времени? Это же безумие!

— А разве Миафан когда-нибудь отличался умом? — хмуро возразил Форрал. — А потом, ты уверена, что почувствовала смерть Финбарра?

Ориэлла нахмурилась, вспоминая.

— Тогда я впервые испытала это ощущение, но, поверь мне, его ни с чем невозможно спутать. Но зачем сохранять тело мертвого мага? Ничего не понимаю?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24