Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Золотая серия фэнтези - Цитадель Огня (Последняя Руна - 2)

ModernLib.Net / Художественная литература / Энтони Марк / Цитадель Огня (Последняя Руна - 2) - Чтение (стр. 3)
Автор: Энтони Марк
Жанр: Художественная литература
Серия: Золотая серия фэнтези

 

 


      МАЙНДРОТ
      Джейс задыхалась. Невозможно. Солнце ни на миллиметр не сдвинулось со своего места на небе; прошло всего одно короткое мгновение. Однако она не сомневалась, что, если ей вздумается взять лопату и раскопать свежий холмик земли, она найдет там черную урну с прахом покойного незнакомца. Девушку затошнило, как всякий раз, когда ей снился сон о море.
      Бросив последний взгляд на могилу, она поспешила к своему грузовичку, отчаянно дрожа, несмотря на страшную жару.
      ГЛАВА 7
      Снова все изменилось.
      На сей раз он не слышал никаких колокольчиков. Вместо них появился какой-то человек в черном, совсем как раньше, только жизнь Тревиса больше не будет прежней.
      - Тревис?
      Он поднял голову, услышав тихий голос. Дейдра замерла по другую сторону стойки бара, на лице у нее читалось беспокойство. Тревис почувствовал что-то влажное в руке и увидел, что сжимает мокрую тряпку. Наверное, он вытирал стойку, а потом задумался, да так и остался стоять, глядя в пространство перед собой.
      Берегись - он пожрет тебя.
      Он попытался изгнать из памяти шелестящие, словно сухие листья на ветру, слова, и не смог. Что они означают? Это предупреждение - только вот о чем? И почему тот странный человек произнес их, обращаясь к Тревису?
      Ты. Ты призвал меня сюда.
      Тревис сжал руку с тряпкой, на стойку бара потекла вода. Он боялся признаться самому себе, что знает ответ на этот вопрос.
      Дейдра потянулась к нему, погладила по руке, и он выпустил тряпку.
      - Пора открываться, Тревис. Нужно только немного проветрить. У тебя нет запасного вентилятора? Поставили бы его на северном окне.
      Тревис кивнул, хотя считал, что открывать салун бессмысленно. Он сомневался, что кто-нибудь из завсегдатаев рискнет прийти сюда снова. Сколько бы он ни тер пол, сколько бы ни проветривал помещение, ему никогда не избавиться от черного пятна на полу и горьковатого запаха дыма никогда. А на мягком от жары асфальте Лосиной улицы остались следы человека, превратившегося в пепел. Они будут вечно напоминать о его страшной смерти. Тревис знал, что, если ты отмечен Судьбой, тебе не спастись и не дано ничего забыть.
      Впрочем, он ничего не сказал Дейдре. Она оказалась незаменимой помощницей в те жуткие три дня, что прошли после появления незнакомца. Казалось, девушка излучала ослепительное сияние, которое разгоняло мрак, царивший в салуне.
      - В кладовке, по-моему, есть вентилятор. Пойду принесу, - сказал он.
      Через пару минут Тревис вернулся с вентилятором, весь в пыли, довольный. Дейдра расставляла стулья и вытирала столы. Она распахнула дверь на улицу, но посетителей, похоже, не намечалось, если не считать, конечно, пыли и обжигающе горячего ветра. Тревис поставил вентилятор на окно и включил, только проку было немного, он лишь поднял в воздух столбы пыли.
      - А как Средневековый фестиваль? - спросил он, помогая Дейдре оттащить от стены стол.
      - Я выступаю там только по выходным, - ответила она и, взяв в обе руки по стулу, ловко поставила их около стола.
      - Точно? Того, что я тебе заплатил, маловато за такую работу. Мне не хочется, чтобы из-за меня ты теряла деньги.
      Дейдра стряхнула пыль с рук.
      - А я и не теряю. На такой-то жаре! Люди с солнечным ударом не слишком щедро платят за песенки. Кроме того, тебе не следует обо мне беспокоиться, - сказала она, чуть понизив голос.
      Дейдра незаметно показала ему в угол, и Тревис проследил за ее взглядом. Ага, кто-то все-таки пришел пропустить стаканчик. Тревис вздохнул и подошел к маленькому столику, стоящему в самом углу.
      - Макс, почему ты не дома? Что ты здесь делаешь?
      Его партнер усмехнулся и стал ужасно похож на гончего пса.
      - Я не уверен, что ты тут без меня справишься, Тревис. Вот и решил проверить, все ли у тебя в порядке.
      Неожиданно он поморщился и погладил правое запястье, прячущееся под толстым слоем белых бинтов.
      - Макс...
      - Все нормально, Тревис. Правда. - Макс положил левую руку на стол. Просто я... я не могу дома, не могу один.
      Тревис кивнул. Особенно отчетливо слова незнакомца звучали в голове, когда он оставался один. Больше всего Тревиса беспокоила боль, которая застыла на лице его всегда жизнерадостного, улыбающегося партнера. Как Максу удалось получить столь сильный ожог, Тревис не понимал. Он же едва прикоснулся к человеку в черном. А когда они довезли Макса до окружной больницы, оказалось, что у него пострадала вся ладонь. На лбу у Макса выступили капельки пота, его била дрожь, несмотря на страшную жару. Значит, у него температура, и ему требуется отдых.
      А может быть, поможет какое-нибудь другое средство? Одновременно с воспоминанием Тревису пришла в голову идея. Он увидел леди Мелию, завернутую в одеяла, рядом с развалинами Белой Башни. Фолкен сделал для нее отвар, и она сразу перестала дрожать.
      - Я сейчас приду, - сказал он Дейдре. - Мне нужно... нужно кое-что взять.
      Дейдра посмотрела ему в глаза и молча кивнула. Макс, ни на что не реагируя, уставился в пространство.
      Тревис бросился в кладовку и, перепрыгивая через две ступени, помчался по лестнице в свою комнату, длинную, узкую, пышущую жаром от раскаленной железной крыши. Подбежав к старенькому секретеру, стоявшему у стены, сдвинул его в сторону и засунул палец в небольшое отверстие в одной из грубо отесанных сосновых досок. Затем сильно потянул, и в руках у него остался кусок доски.
      Тревис пошарил в черной пасти тайника и вытащил туго свернутый узел. Подойдя к старой железной кровати, он осторожно достал и отложил в сторону заляпанные грязью бриджи, зеленую куртку, залатанную в нескольких местах, серебристый плащ и стилет с алым камнем в рукояти. Он задумчиво провел рукой по видавшей виды одежде. Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как он ее носил, а на самом деле всего несколько месяцев.
      Тревис достал из кармана куртки пригоршню листьев, которые давно высохли, потемнели и стали хрупкими. Куда подевался чудесный зеленый цвет, так радовавший его в тот день, когда он любовался ими в тенистой прохладе Таррасского Придорожного круга? Впрочем, даже сейчас, рассыпаясь у него в руках, листья издавали сладковатый, немного резкий запах. Тревис собрал их по дороге в Кейлавер, решив использовать вместо зубной щетки.
      Вот и нашлось им другое, более разумное применение.
      Тревис оставил два листочка, а остальные убрал в карман куртки, снова свернул узел и спрятал его в тайнике. Поставил секретер на место и поспешил в салун.
      Дейдра устроилась на табурете и тихонько наигрывала на мандолине нежную мелодию. Макс, полуприкрыв глаза, сидел, без сил привалившись к столу. Впрочем, Тревис так и не понял, что заставило его погрузиться в печальную задумчивость - музыка или боль. Тревис подошел к бару, раскрошил листья в кружку и залил их кипятком.
      Дейдра подняла голову, не прерывая игры.
      - Тебе не кажется, что сейчас жарковато для чая?
      - Это не чай. Ну, скажем, не совсем чай.
      Он дал листьям немного настояться, а потом отнес кружку Максу.
      - Эй, Макс, я принес тебе кое-что выпить.
      Макс заморгал, но уже в следующее мгновение узнал Тревиса. Слабая улыбка коснулась его губ, когда он сказал:
      - Доктор Салливан говорит, что мне не стоит употреблять алкоголь. Но, думаю, ради одной кружечки пивка можно сделать исключение.
      - Это не пиво, Макс. Давай, пей.
      Двигаясь, словно в замедленной съемке, Макс взял кружку и поднес ее к губам. Сделал маленький глоток, вскинул на Тревиса удивленные глаза и допил остальное. Затем поставил кружку на стол, и на щеках у него появилось некое подобие румянца, озноб стал меньше. Макс вытер усы здоровой рукой.
      - Спасибо, Тревис. Мне уже лучше...
      Тревис кивнул и взял кружку, чувствуя, как напряжение начало постепенно отпускать. Макс, конечно, еще не поправился, но по крайней мере в глазах уже нет лихорадочного блеска.
      - Что это, Тревис? - послышался тихий голос у него за спиной.
      Тревис повернулся. Он не заметил, когда девушка перестала играть.
      - Да так, кое-какие травы, - ответил он. Дейдра взяла в руки кружку и поднесла к лицу.
      - Я немного разбираюсь в лечебных травах - мой прадед был шаманом - но мне эти листья не знакомы. - Она подняла голову. - Как они называются?
      - Ну... - Тревис в последний момент удержался, чтобы не сказать "аласай". А что, если бы она спросила, на каком это языке? - Их называют "зеленый скипетр".
      - А откуда они?
      - Мне их дал Джек Грейстоун.
      Дейдра наградила его внимательным взглядом, затем пожала плечами и поставила кружку на место. Тревис с облегчением выдохнул.
      - Пойду проверю, как там у нас с пивными бочками, - заявил он.
      Ближе к вечеру в салун заехала помощница шерифа Джейс Уиндом.
      Тревис ошибся в своих пессимистических предположениях. По мере того как день начал клониться к закату, в салун потянулись посетители, кое-кто из местных жителей и завсегдатаев бара. Впрочем, народу все-таки собралось не так много, как в прежние дни. Однако Тревис был благодарен всем, кто решился прийти, и с радостью угостил бы их бесплатно, только никто не соглашался.
      Подойдя к стойке, Джейс коротким уверенным движением прикоснулась к своей шляпе.
      - Привет, Тревис. Вот, решила зайти посмотреть, как идут дела.
      Она мельком взглянула на Макса, застывшего за столом в углу салуна, и Тревис понял, почему она пришла. Интересно, когда они скажут ему то, что он уже и так знает? Он не мог понять, почему они так старательно скрывают друг от друга свои чувства. Но секреты - штука диковинная, а причины, по которым люди их хранят, часто оказываются просто немыслимыми.
      Тревис налил Джейс чашку горячего кофе.
      - Удалось что-нибудь узнать, Джейс?
      Она сделала большой глоток кофе и покачала головой.
      - Никто не смог определить личность пострадавшего. Да и осталось от него так мало, что лаборатории просто не хватило данных. Похоже, нам не суждено разгадать его тайну. - Она поставила кружку. - Лично я думаю, что он находился под воздействием какого-то запрещенного законом вещества, когда заявился к тебе. ЛСД. Героин. Электрия.
      Тревис долил кофе в ее кружку.
      - Электрия?
      - Новый искусственный наркотик, - кивнув, пояснила Джейс. - Он появился на побережье около года назад и начал стремительно распространяться. Тот, кто его употребляет, погружается в состояние эйфории. Специалисты также говорят, что он притупляет чувство опасности. Я не знаю, чем облил себя наш неизвестный гость, но, думаю, он считал, что ничего плохого с ним не случится.
      Тревис вздрогнул, и в голове у него снова возник пронзительный голос незнакомца и его странные слова.
      В конце концов огонь заберет нас всех.
      Нет, помощница шерифа ошибается. Тот человек знал, что он сгорит. Кроме того, наркотик не объясняет оставшиеся следы на асфальте.
      Тревис достал из холодильника бутылку воды и подтолкнул ее к Джейс.
      - Не отнесешь Максу? Доктор говорит, ему нужно побольше пить.
      Джейс взяла бутылку и направилась в угол, где устроился Макс. Тревис проследил за ней взглядом, а затем против собственной воли посмотрел на темное пятно на полу.
      - Человек-Факел.
      Тревис поднял глаза на Дейдру. Сегодня она надела белую коротенькую майку с черными джинсами, но ее кожа все равно блестела от пота. Татуировка на шее напоминала сверкающее нефритовое ожерелье: змея, пожирающая свой хвост.
      - В каком смысле? - спросил он. Дейдра посмотрела ему в глаза.
      - Такой герой имеется во многих мифах и культурах. Человек-Факел. Сожженный Бог. Принесенный в жертву король. Снова и снова нам рассказывают о мужчине или женщине, которых поглотил огонь.
      Трсвис почувствовал, как в горле застрял комок, но он заставил себя не обращать на него внимания.
      - Зачем? Почему истории о таких людях повторяются, почему их продолжают рассказывать?
      - Ну, точно я не знаю. Наверное, главная идея в перерождении. Феникс, Шива, Христос. - Дейдра провела пальцем по змее у себя на шее. - Нужно умереть, чтобы стать кем-то другим.
      Тревис снова посмотрел на обожженный пол.
      - Но кем?
      - А это тебе решать. В конце мы должны сами выбрать, кем станем.
      Дейдра взяла мандолину и отправилась на маленькую сцену.
      Тревис вздохнул, затем схватил поднос и отправился собирать грязные стаканы из-под пива. Краем глаза он заметил какое-то движение и, обернувшись, увидел, как мимо открытой двери салуна медленно проехал черный спортивный фургон с тонированными стеклами. На боку у него красовался знак - полная луна, превращающаяся в стилизованную заглавную букву "О". Тревис успел даже прочитать надпись под ним:
      "ДЮРАТЕК"
      МИРЫ ВОЗМОЖНОСТЕЙ - РЯДОМ С ВАШИМ ДОМОМ
      Он вспомнил рекламный ролик, улыбающихся людей и снова удивился необычному девизу неизвестного товара. Он всегда с нетерпением ждал возможностей, которые приносит ветер. Но иногда они могут пугать - эти возможности.
      Фургон покатил дальше по Лосиной улице и скрылся из виду, а Тревис снова занялся грязными стаканами.
      ГЛАВА 8
      Дейдра Атакующий Ястреб вышла из отеля "Сильвер-Палас", выбивая воинственную барабанную дробь по дощатому настилу своими черными мотоциклетными сапогами.
      Время подошло.
      Она набросила на плечо черную кожаную куртку и окинула взглядом безлюдную Лосиную улицу. Было еще очень рано, и небо казалось черной бездонной чашей. Впрочем, предрассветная прохлада медленно отступала, начинался новый день, но Дейдра чувствовала себя вполне уютно в коротенькой маечке и черных джинсах. Через пару часов на город навалится жара, от которой нет спасения.
      Дейдра засунула руку в карман и нащупала маленький листок бумаги, который обнаружила в своем гостиничном почтовом ящике. Нужно спешить. И все же она остановилась и, опираясь о перила, приветствовала наступление дня. Как часто в суматохе дел людям не хватает времени, чтобы остановиться на мгновение, произнести молитву, подумать о своей жизни или просто посмотреть на окружающий мир. Однако Дейдра всегда умела подарить себе несколько минут покоя и радостного созерцания - даже если ее ждали очень важные дела. Она считала, что мир заслуживает большего внимания, чем ему обычно оказывают.
      Дейдра посмотрела вперед и позволила себе быть. В коротко остриженных черных волосах вспыхивали золотистые искорки - эффект, который дарила им хна. Косметику Дейдра не признавала, лишь чуть подводила тушью свои поразительные, словно затянутые серой дымкой нефритовые глаза. Одно ее ухо украшал крест, другое - анк. На шее висел медвежий коготь, подаренный дедом в день его смерти.
      Медведь даст тебе силу, дитя. Не забывай о нем, когда ты одна и напугана.
      Дейдра коснулась рукой когтя и улыбнулась. В ее жилах текла кровь трех индейских племен, среди предков даже был один легендарный герой - по крайней мере так утверждала бабка-ирландка. Однако она оказалась далеко от своих родных мест. Но она там, где ей следует быть. И теперь принадлежит к новому племени.
      Девушка вышла на улицу; ее "харлей" стоял за углом. Ей нравилось, что можно спокойно оставить мотоцикл на улице и не беспокоиться об угонщиках. В Париже и Афинах все иначе. Да и в Лондоне тоже. Одним уверенным изящным движением она уселась на своего скакуна, запустила мотор и помчалась по улице. Как правило, Дейдра надевала шлем, но не здесь и не сейчас. Сегодня ей хотелось почувствовать, как ветер треплет волосы, касается их ласковыми пальцами. Никакой, даже самый потрясающий любовник не дарил ей такой радости, не умел заставить сердце замирать от сладостного восторга.
      Мимо проносились фасады домов, и вскоре город остался позади, Дейдра мчалась по узкой дороге, а впереди высились горы. И она вдруг вспомнила последние несколько лет своей жизни. С тех пор как Дейдра в первый раз приехала в Касл-Сити, ей довелось побывать в самых разных местах, и она видела множество чудес. Бродила в катакомбах под Тауэром в Лондоне. Размышляла, сидя в компании каменных горгулий Нотр-Дама. Карабкалась на гигантские пирамиды Тикаля в джунглях. И чувствовала себя крошечной букашкой рядом с великолепием Софийского собора. А еще она заглянула в бессмертные глаза египетских фараонов в безмолвных пирамидах.
      Однако ничто не наполняло ее сердце таким благоговением и восторгом, как горы Колорадо. Их красота не имеет никакого отношения к творению рук человека, слабого, смертного, ограниченного в возможностях, способного создавать произведения, которые рано или поздно поглотит Время. Великие древние горы не нуждаются в людях, но щедро одаривают их своим великолепием и поражают вечным, непреходящим величием. Только здесь Дейдра сочиняла свои лучшие баллады, потому что горы делились с ней вечной, сказочной музыкой. Она была счастлива, что смогла сюда вернуться, пусть и ненадолго.
      Дейдра мчалась вперед и вскоре увидела впереди крошечную рыжую точку, которая, впрочем, быстро приняла очертания машины - старой "вольво" с помятым бампером. Когда Дейдра узнала машину и водителя, они уже проскочили мимо. Она оглянулась через плечо, "вольво" притормозила, затем съехала с шоссе и направилась к небольшой проселочной дороге. Машина скрылась за деревьями, оставив в память о себе клубы пыли, затянувшие дымным облаком утреннее небо.
      Интересно, куда это направляется Макс Бейфилд, да еще так рано? Ему бы сидеть дома и лечиться. Ожог на руке не проходил, более того, казалось, даже становился хуже. Дейдра забеспокоилась, боль иногда заставляет людей вытворять странные вещи. Несколько мгновений она раздумывала, не поехать ли за ним, но потом вспомнила, что ее ждут дела.
      Она снова посмотрела на дорогу - и как раз вовремя, впереди ждал крутой поворот. Долина осталась внизу, и шоссе постепенно привело ее "харлей" в извивающийся змеей каньон. Вчера она сказала Тревису, чтобы он не ждал ее сегодня, что она должна выступать на Средневековом фестивале. Возможно, она заедет туда чуть позже, чтобы ее слова не стали ложью и, точно проклятая стрела, не вернулись назад, чтобы наказать. Однако сейчас целью девушки был вовсе не фестиваль.
      Вскоре дорога вывела ее к мосту, и она остановила мотоцикл. Дейдра нашла и полюбила это место много лет назад и часто приезжала сюда, когда ей хотелось побыть в одиночестве.
      Она вытащила из багажника какой-то предмет, подошла к мосту и посмотрела на склон, усыпанный камнями. Дейдра помнила, как река Гранитная мчалась по этим скалам, спеша поскорее добраться до океана. Сейчас между камнями с трудом пробирался тоненький, бессильный ручеек, а над неподвижными лужами резвились тучи насекомых, наполняя все вокруг пронзительным жужжанием. Но в тоненьких осинках, растущих вдоль русла высохшей реки, имелась своеобразная красота, которая позволяла смириться с потерей. Дейдра вскинула голову, убедилась, что над ней чистое небо, затем подняла предмет, который держала в руке - небольшой телефон, - и включила его.
      Нажав одну-единственную кнопку, она приложила телефон к уху, и через три секунды услышала голос человека, находящегося на другом конце света.
      - Контакт установлен, - сказала она.
      Ей что-то ответили, девушка кивнула, на лице у нее появилось волнение.
      - Да, полагаю, так и будет. Если вы правы, Аномалия Первой степени.
      Голос в трубке зазвучал резче.
      Дейдра поморщилась, облизнула губы и заставила себя ответить, сохраняя спокойствие.
      - Я здесь именно затем, чтобы подтвердить это.
      Вопрос. Она провела рукой по коротким волосам. В небе парил ястреб.
      - Нет, я еще не убеждена. Пока нет. Но я видела кое-что - лечебную траву. Он использовал ее, чтобы заварить болеутоляющий чай для своего партнера. Я хорошо разбираюсь в травах, это растение я не знаю. - Дейдра кивнула. - Да, я взяла из чашки листик. И уже послала с курьером в Лондонскую лабораторию на анализ. Ответ получу сегодня.
      Она еще несколько секунд слушала - план остался прежним. Ее собеседник собрался завершить разговор.
      - Подождите, - прервала его Дейдра. - В салуне произошло... нечто необычное. Мгновенное возгорание. Четыре дня назад. Личность жертвы не установлена, но случай очень характерный. Мне кажется, он имеет отношение к остальным.
      Она немного послушала, потом кивнула.
      - Да. Но у меня будет возможность понаблюдать. Я помогла ему привести бар в порядок после происшествия, и он ждет, что я вернусь.
      Прозвучал новый вопрос, и на сей раз Дейдра не смогла скрыть раздражения.
      - Нет, я не забыла Третий Закон и Клятву. Я наблюдала, а еще сделала для него то, что должен делать старый друг, - и все.
      В телефоне прозвучало еще несколько слов. Сердитых. Дейдра заставила себя успокоиться.
      - Если вы считаете, что так будет правильно.
      Раздался щелчок, и связь прервалась. Дейдра нажала на кнопку и опустила телефон. Итак, началось. Назад дороги нет. Она надеялась, что поступает правильно.
      Ты же знаешь, что так надо, что это единственный путь, Дейдра. Ты понимала это, когда давала Клятву в Лондоне. Наблюдать - Верить - Ждать. Так должно быть.
      Дейдра вздохнула. Если не терять времени, можно успеть на фестиваль, а значит, получится, что она сказала Тревису правду.
      Она повернула голову и собралась подойти к своему мотоциклу...
      ... и замерла на месте.
      - Привет, - сказала девочка.
      Детский голосок, звонкий и чистый, словно серебряная ложечка коснулась тончайшего фарфора. Дейдра удивленно заморгала, нахмурилась. На вид девочке было лет восемь-девять, темные волосы обрамляли маленькое миловидное личико. А еще Дейдра сразу обратила внимание на старомодное черное шерстяное платье и такие же старомодные ботинки на пуговках.
      Дейдра подняла глаза. Поблизости не видно никаких машин, кроме ее мотоцикла. Ну и как же девочка здесь оказалась? Как ей удалось пройти десять ярдов по гравию, не издав ни единого звука? И что ей нужно?
      - Наблюдать, - проговорила малышка. - Верить. Ждать.
      Дейдра вздрогнула. Наверное, девочка подслушала ее разговор, а она произнесла последние слова вслух.
      - Ты заблудилась? - спросила она.
      - Нет, - ответила крошка звенящим голосом. - А вы?
      По спине Дейдры пробежал холодок, она вспомнила истории, которые вечерами рассказывал у костра ее прадед - о духах, селившихся в камнях, и тенях, вдруг оживавших на ветвях деревьев, чтобы поболтать с зазевавшимся путником. Солнце повисло над границей каньона, но платьице девочки по-прежнему окутывали сумерки.
      - Я не понимаю, - призналась Дейдра. Фиолетовые глаза смотрели серьезно и внимательно.
      - Ищи их, когда отправишься в путь.
      Дейдра присела на корточки, чтобы заглянуть малышке в глаза.
      - Ты о чем? Что я должна искать?
      - Огонь и чудо, - прошептала девочка.
      Тишину разорвал пронзительный крик, и Дейдра подняла голову. Ястреб опустился ниже, в лучах солнца блеснули красноватые перья, Дейдра заглянула в маленькие блестящие глазки. Но уже в следующее мгновение ястреб взмыл в воздух и исчез.
      Дейдра снова опустила голову, зная, что не увидит девочки. Ведь не зря же она слушала истории своего прадеда.
      ГЛАВА 9
      Солнце, точно огромный ожог, сияло над вершиной Касл-Пика, поливая долину раскаленным алым жаром. День умирал, и все с нетерпением ожидали его смерти в надежде, что она принесет облегчение. Тревис шагал по Лосиной улице, встретив по пути нескольких местных жителей и пару туристов. В это время года в Касл-Сити, как правило, бурлила жизнь, но привычный полноводный поток отдыхающих превратился в жалкий ручеек, высохший под лучами обжигающего солнца, совсем как Гранитная река. Тревис решил пока не открывать "Шахтный ствол". Спешить ему было некуда. Посетители если и появятся, то лишь после захода солнца, когда в долине станет немного прохладнее.
      Да и Макса с Дейдрой нет в салуне. Вчера вечером Дейдра сказала, что будет играть на фестивале, и весь день он представлял себе, как малиновые от жары денверцы покупают раскаленных железных дракончиков и вгрызаются в истекающие жиром индюшачьи ножки под палящими лучами безжалостного солнца. Ничего не скажешь, развлечение что надо. Так и солнечный удар получить недолго. Мысленно он пожелал Дейдре удачи.
      Что касается Макса - Тревис заехал к нему по дороге, но оказалось, что в квартире у партнера темно и пусто, а машины нигде не видно. Тревис и сам не знал, что подтолкнуло его, но он вылез из своего пикапа и подошел к входной двери, решив заглянуть внутрь. Занавески были задвинуты неплотно, и сквозь щелку он увидел страшный беспорядок - повсюду разбросана одежда, газеты, грязная посуда. Сначала Тревис решил, что ошибся квартирой - Макс отличался патологической аккуратностью, - но потом проверил номер. Нет, он не ошибся.
      По дороге к своему пикапу Тревис вдруг заметил в паутине сухой травы что-то блестящее. Обрывок глянцевой бумаги, скорее всего от брошюры, но что за товар в ней рекламировался, он так и не понял. Пожав плечами, Тревис засунул бумажку в карман и сел за руль.
      Тревис думал, что найдет Макса в "Шахтном стволе", но в салуне напарника тоже не оказалось. Тревис шагал по Лосиной улице, а внутри у него все обрывалось от страшных предчувствий. Тогда он сжал зубы и заставил себя успокоиться.
      С Максом все в порядке. Подумаешь, ожог. Ничего страшного, и нечего беспокоиться, Тревис. Неудивительно, что у него все перевернуто вверх дном, разве можно содержать квартиру в порядке с одной рукой?
      Тревис направился в сторону универмага "Маккей". В кармане у него лежали дверные петли, которые он купил четыре - неужели только четыре? дня назад. Они не подошли, и он собирался обменять их на другие.
      Подойдя поближе, Тревис заметил около универмага черный спортивный фургон и замедлил шаг. Может, это он проезжал мимо салуна на днях? Или другой, просто очень на него похожий? Непонятно. Блестящая черная краска, без единой царапины или вмятины. Тонированные стекла, непроницаемые, словно ночь. Полная луна на боковой дверце отливает кроваво-красным в лучах заходящего солнца.
      Мимо Тревиса прошел какой-то паренек с ранчо, нечаянно задел его плечом, и только тогда Тревис понял, что стоит на месте и, как дурак, пялится на грузовик. Он смущенно пробормотал извинения и, открыв скрипучую дверь, оказался в знакомой суете универмага "Маккей".
      Маккей открыл его в 1890-м, и с тех пор универмаг каждый день гостеприимно принимал покупателей, за исключением, конечно, праздников и Великой Депрессии. Ян Маккей, сын первого владельца, продал магазин в сороковых, но около десяти лет назад его внучка, Оника Маккей приехала в Касл-Сити, чтобы составить свое генеалогическое древо, не смогла устоять перед очарованием долины и выкупила универмаг, который когда-то открыл ее прадед.
      За прошедшие годы магазин почти не изменился. Огромные торговые центры, торгующие со скидками, наводнили другие городки в горах, однако "Маккей" остался в целости и сохранности и продолжал стоять, прикрываясь своей железной крышей и глядя на мир зеркальными стеклами витрин. Высокие, добротные полки точно так же ломились от самых разных товаров, как и во времена серебряной лихорадки, канувшие в далекое прошлое - хотя сейчас чесночницы и соус "карри" пользовались гораздо большей популярностью, чем кирки и бутыли с ртутью.
      Тревис вдохнул пропитанный пылью и специями воздух и улыбнулся, подумав, что, наверное, так пахнет сама история. По крайней мере кое-что никогда не меняется. Он вернулся в отдел скобяных изделий, нашел пару новых петель и поспешил к выходу.
      По воздуху плыл нежный, мелодичный звон колокольчиков.
      От потрясения Тревис замер на месте. Он уже однажды слышал этот серебристый перезвон в Касл-Сити. Именно тогда все и началось...
      - Спасибо за то, что посетили "Маккей", - прозвучал у Тревиса над головой мелодичный голос.
      Мужчина с полиэтиленовым мешком в руках появился из-за угла, улыбнулся Тревису и поспешил к боковому входу. Тревис зашел за угол и обнаружил источник поразившего его звука.
      Древняя медная касса, занимавшая целый прилавок с незапамятных времен, исчезла. А на ее месте затаилось продолговатое, приземистое существо из черной пластмассы. В привычный гул магазина снова ворвался пронзительный звон, и Тревис понял, что колокольчики тут ни при чем - только электронный прибор издает такой безжизненный и такой безупречный звук.
      Другая клиентка - молодая женщина - замерла у прилавка. По другую его сторону стояла Уонита Заблудившаяся Сова. Сегодня она заплела в толстую косу свои черные с проседью волосы, надела джинсы и свободную рубашку с ярким геометрическим рисунком. За очками с толстыми стеклами поблескивали мудрые карие глаза.
      Уонита легко коснулась каждой покупки, затем едва заметным движением дотронулась до черного чудовища на прилавке. Бледное сияние залило ее суровое лицо, и снова зазвучал звонкий сигнал, напомнивший Тревису звон колокольчиков.
      - Семнадцать долларов и тридцать два цента, - сказала Уонита.
      Значит, она все-таки подсчитывала стоимость покупки.
      Молодая женщина протянула ей кредитную карточку. Уонита взяла ее и провела над прямоугольным устройством, ни разу к нему не прикоснувшись. Снова послышался звон. Уонита вернула карточку владелице, сложила покупки в блестящий полиэтиленовый мешок и кивком попрощалась с женщиной, которая направилась к двери.
      - Тебе помочь, Тревис?
      Он покачал головой, сообразив, что снова, как дурак, уставился на Уониту, ничего не замечая вокруг себя. Он подошел к прилавку и положил на него петли.
      - Привет, Уонита. Мне нужно поменять петли.
      Она кивнула и прикоснулась к петлям - нет, неверно. Она аккуратно тронула бумажные ценники. Тревис мрачно за ней наблюдал.
      - А куда подевалась старая касса?
      - Эта лучше.
      Только сейчас он заметил у нее на руке что-то вроде черного нейлонового браслета на липучке. На тыльной стороне находилась маленькая черная коробочка. Уонита прикасалась к диковинному сооружению на прилавке, раздавался звон, и одновременно на браслете вспыхивали буквы.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33