Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Страсть и гнев

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Джохансон Инид / Страсть и гнев - Чтение (стр. 1)
Автор: Джохансон Инид
Жанр: Современные любовные романы

 

 


Инид Джохансон

Страсть и гнев

Пролог

Фанни провалилась в тяжелый сон, но почти тотчас проснулась. Она повернулась на узкой кровати и застонала. Ей потребовались немалые силы, чтобы наполнить воздухом горевшие огнем легкие. Она долго лежала без движения, потом опять повернулась и, придвинув стул, который служил ей ночным столиком, попыталась найти очки, но тщетно — лишь уронила что-то тяжелое на пол.

Наверное, очки тоже были на полу. Или она положила их в другое место?.. Фанни не могла вспомнить. А без очков невозможно было узнать, который теперь час. Ну и пусть. Поерзав на влажной простыне, Фанни решила, что это не имеет значения. Плевать ей на время! Все равно, даже если у нее и не грипп, а простуда, она пройдет не скоро. А сколько времени она уже лежит? Что было вчера?.. Вчера… Ну да, вчера она с утра была у себя в офисе, и к вечеру ей стало плохо. Заболела голова, поднялась температура, заныло все тело. Ужасные мучения. Хорошо хоть, тошнота прошла.

Если бы не досаждала жажда, можно было бы еще поспать. Но ей даже думать было тяжело о том, что нужно встать, пойти на кухню, налить воду в стакан…

В небольшой и малоуютной квартирке, которую Фанни называла своим домом, совсем нечем было дышать. Опять вдруг вернулось то — солнечное, теплое…

1

— Вам помочь, дорогая?

Фанни нехотя отвела взгляд от белой стены очень большого дома и посмотрела на приближавшуюся к ней на длинных ногах красавицу блондинку, затем медленно и с достоинством открыла дверь своей чисто вымытой машины и выставила на покрытую гравием дорогу ножку в скромной, но элегантной туфельке.

По роду работы ей приходилось бывать в разных домах, но Кейхел-Корт поразил ее своей ненавязчивой элегантностью. Такого она еще не видела.

И тотчас Фанни почувствовала разочарование, которое не имело никакого отношения к дому, зато имело прямое отношение к невозможно красивой блондинке. В запачканных травой белых шортах и узеньком лифчике, откровенно выставляя напоказ свои несравненные прелести, девушка возвышалась над Фанни на добрых шесть дюймов, что, в общем-то было несложно при несолидных пяти футах и трех дюймах Фанни.

Поправив на носу очки в темной оправе, Фанни выдавила из себя:

— Фанни Рейнолдс из брачной конторы «Цветы для влюбленных». Мне назначено.

Она протянула ослепительной блондинке руку, пытаясь угадать, невеста она или не невеста.

Наверняка, невеста. Фанни вспомнила, как ее помощница Джейн говорила:

— С такой внешностью и такими деньгами он может рассчитывать на самую роскошную женщину в мире! Помани он меня пальцем, и я бы не устояла. Его невеста должна быть умопомрачительной красоты! Везет же некоторым…

Разговор происходил еще в конторе после предварительных переговоров.

Фанни тоже находилась под сильным впечатлением, но только не от внешности мужчины и какой-то особой, ленивой колдовской улыбки, которая внушала каждой женщине ощущение его неотразимости… В отличие от Джейн, на нее эти чары не действовали. Фанни поразило отсутствие какого бы то ни было волнения в этом человеке.

Обычно люди, которые платили ей за устройство их свадеб, никогда не знали, чего хотят, и разрывались между самыми противоречивыми желаниями, так что Фанни всякий раз приходилось запасаться нечеловеческим терпением. Ральф Кейхел вел себя иначе.

— Сбор в моем доме, — заявил он со своей неотразимо чарующей улыбкой, отчего Фанни стало душно в ее просторном и прохладном кабинете. — Прием на лужайке перед домом. Все остальное на ваше усмотрение. Думаю, вам надо связаться с моей невестой Мейбл. И она, и ее мать — которую, кстати, зовут Элен — сейчас в Кейхел-Корте. Поезжайте туда и не беспокойтесь, они не будут капризничать. Вы профессионал, вам и карты в руки. Ему как будто было скучно устраивать собственную свадьбу. Но у невесты наверняка существовали свои представления о свадьбе, и будет она капризничать или не будет, ее желания — закон.

Его не смутили расценки. Он даже бровью не повел, когда Фанни сообщила их, чем заслужил ее расположение. Фанни отвечала за качество своих услуг, но и требовала соответствующую оплату. Некоторые клиенты не понимали связи между тем и другим и начинали раздражаться, что ей очень не нравилось.

А вот преуспевающей адвокат тридцати пяти лет, красивый и немыслимо богатый Ральф Кейхел сразу все понял. «По деньгам и товар». Он хочет, чтобы свадьба прошла без сучка и задоринки, и она все устроит как надо…

— Вы, наверное, Мейбл…

Фанни замолчала, потому что при этих словах сексапильная блондинка уставилась на нее, как на сумасшедшую.

— Не-а! — Если бы Фанни сначала услышала ее, а потом увидела, она бы не ошиблась. — Я — Полли, садовница. Хозяин сказал, чтобы я тут подождала вас. Я отнесу ваши чемоданы.

Полли обворожительно улыбнулась и тряхнула головой, и тут же Фанни подумала, что если даст волю своим волосам — чего она делать вовсе не собиралась, — то уж в этом-то легко может потягаться с прекрасной садовницей. Мысль эта пришла ей в голову неожиданно, и Фанни нахмурилась. Что это с ней? Здесь ведь не конкурс красоты. Да и не ей, даже если бы очень захотелось, участвовать в таком конкурсе. Это она отлично знала, недаром так часто смотрелась в зеркало, сравнивая себя со своей элегантной матерью и тремя красавицами-сестрами.

Здесь у нее работа. И очень выгодная работа.

— Спасибо, — с вежливой улыбкой поблагодарила она девушку. — Я буду вам очень благодарна.

Неужели она и впрямь садовница? Фанни было легче представит ее на подмостках сцены или на съемочной площадке, чем копающейся в саду.

— Я отведу вас к Джизелле, домоправительнице Ральфа. Она наполовину итальянка и очень добрая. Она сама покажет вам вашу комнату и напоит кофе.

Длиннющие ноги Полли, обутые, как только что заметила Фанни, в легкие матерчатые туфли, изящно засеменили впереди. Полли взяла ее единственный чемодан, и Фанни, вновь ощутив собственную «маломерность», заторопилась следом с сумкой и портфелем.

— А вы не считаете, что мне надо сначала представиться?.. — Фанни вдруг начисто забыла фамилию невесты Ральфа Кейхела. В ее профессии это было непростительно…

К счастью, эта фамилия так же неожиданно, как только что исчезла, вдруг всплыла в ее памяти. — Представиться мисс Прайс?

— Не-а. — Полли сверкнула огромными голубыми глазами, — Мейбл с матерью уехали к себе. Они были здесь, пока там шел ремонт.

Их дом в ужасном состоянии. Прайсы живут в нем Бог знает сколько лет, но за последние пятьдесят его ни разу даже не покрасили… Они вернутся к обеду.

Фанни недовольно промолчала. Она-то спешила, чтобы до ланча успеть кое-что обсудить с невестой, а теперь ей придется прохлаждаться тут до самого вечера. Можно подумать, что у нее других дел нет!

Неужели Мейбл Прайс не понимает, что времени не так уж много? Свадьба должна состояться в конце июня, а сейчас уже середина мая. Нужно ведь связаться с фирмами, а у них заказов хватает…

— Джи, ты здесь?

Полли кивком головы показала на открытую дверь.

Солнце нещадно припекало, и Фанни, одетой в серый деловой костюм, было ужасно жарко, Остановившись на пороге, она с интересом стала разглядывать яркие календари и картины на стенах.

Неужели здесь ни у кого нет чувства времени? И все такие же неторопливые и раскованные, как и сам Ральф Кейхел?

Такое его поведение просто потрясло Фанни во время их переговоров. И озадачило. Ей казалось, что преуспевающий юрист — самый молодой из здешних адвокатов, как она сразу же выяснила, — должен быть собран, напряжен, педантичен во всем.

Где-то гулил голубь, нарушая тишину. Фанни вздохнула, подавляя нетерпение. Может быть, домоправительница, когда она наконец появится, окажется более деловой? Дай-то Бог! Если бы удалось уговорить ее показать дом, особенно те комнаты, которые предназначены для гостей, это уже было бы кое-что…

Откуда-то из глубины послышался голос, и у Фанни упало сердце. Ничего не получится!

— Я привела мисс Рейнолдс, — крикнула Полли. Она поставила чемодан и вновь улыбнулась своей широкой белозубой улыбкой. — Сейчас придет. Я бы сама вас проводила, но у меня туфли грязные, в земле. Пойду лучше работать.

— Пока!

Она пошла в глубь сада, соблазнительно покачивая бедрами, и Фанни невольно засомневалась в том, что она привлекла хозяина только лишь своим мастерством садовницы. Впрочем, это не ее дело!

Решив, что домоправительница-итальянка должна быть древней старухой, если столько времени никак не может добраться до двери, Фанни взяла в одну руку сумку и портфель, в другую — чемодан и перешагнула через порог.

Коридор показался ей бесконечным, с немыслимым количеством дубовых дверей, но прежде чем Фанни решила, какую из них открыть первой, в дальнем конце коридора, стремительно» как вихрь, возникло удивительное существо…

— Ой! Прощу прощения, что заставила ждать! Я взбивала яйца и никак не могла отойти. Позвольте мне… — Маленькая ручка потянулась за чемоданом. — Я провожу вас в вашу комнату. Но, может быть, сначала выпьете кофе? А?

У Фанни глаза полезли на лоб: эта уменьшенная копия Венеры была еще великолепнее, чем красавица Полли. Темная мини-юбочка и белая блузка без рукавов — такого Фанни еще не приходилось видеть на домоправительницах.

— Вы экономка мистера Кейхела? — заикаясь, спросила она.

Фанни увидела, как в огромных темных глазах под густыми черными ресницами появилось мечтательное выражение и розовые губки раскрылись в чувственной улыбке.

— Ну да! Мне повезло! Он замечательный, правда? Мне нравится для него готовить, нравится все тут красиво устраивать. Обожаю свою работу!

— Представляю, — мрачно проговорила Фанни и тотчас пожалела о своей несдержанности. Что бы ни происходило в этом доме, к ней это не имеет никакого отношения. Если Ральфу Кейхелу нравится окружать себя обожательницами, это его дело и дело мисс Прайс. — Пожалуй, я с удовольствием выпью кофе, — сказала она уже мягче. — Но сначала мне надо принять душ. — И оглядеться, добавила она мысленно, ведь нужно же определить, какую именно лужайку имел в виду Кейхел. И, кстати, осмотреть комнаты для гостей.

— Замечательно. Тогда пойдемте. — Джизелла повернулась на каблучках, взмахнув гривой шелковистых черных волос. — Вы сколько с нами пробудете? Две недели, дней десять?

Они миновали сиявшую чистотой «деревенскую» кухню, и Джизелла уже стучала каблучками по блестящему паркету, когда Фанни наконец пришла в себя от изумления.

— Господи, конечно же, нет! Не больше трех дней.

Какие там две недели, когда все можно организовать, если подойти умеючи, за два дня.

— А… — Домоправительница помолчала, положив руку на резные перила широкой лестницы. — Кейхел сказал…

— Два или три дня.

Фанни уже взяла себя в руки, поэтому голос ее звучал твердо. Какое ей дело до Кейхела? Некоторым приходится выжимать максимум из рабочей недели. Несомненно, чек этого господина с лихвой покроет ее расходы и простой, однако он платит ей за проделанную работу, а не за время, и она не намерена терять его попусту. Фанни решила для начала внимательно все здесь рассмотреть. На полах дорогие ковры, везде шелковые портьеры, множество ярких цветов, которые великолепно дополняют портреты в золоченых рамах и бесценную антикварную мебель.

Цветы были и в той комнате, куда Джизелла привела Фанни. Китайская ваза с красными пионами стояла на блестящем столике из палисандрового дерева возле одного из трех огромных окон, а на ночном столике, рядом с большой медной кроватью, стояла еще одна ваза поменьше с полураскрытыми розами.

Как бы там ни было, у Ральфа Кейхела отличный вкус. Фанни попала в совершенный мир, и она позавидовала невесте, но, поразмыслив, решила, что этого делать не стоит.

Сама она из практических соображений снимала небольшую квартиру, предпочитая вкладывать деньги в бизнес, ибо для привлечения богатых клиентов ей приходилось держать марку.

Однако Фанни уже начала собирать капитал, и если ничего непредвиденного не случится, то она сумеет сама обеспечить себя домом по собственному вкусу. И это куда благороднее, чем выходить замуж за владельцев домов, как сделали ее сестры!

Поглядев на себя в зеркало, Фанни нахмурилась. Нечего распускаться. Сестрам повезло родиться легкомысленными красавицами, а не «вьючным осликом» (как ее один раз назвала бабушка Милдред, думая, что Фанни ее не слышит), зато у нее есть мозги, честолюбие и умение работать. А что может быть лучше?

Первым делом Фанни открыла портфель и разложила на палисандровом столике бумаги, непочтительно сдвинув к краю китайскую вазу с пионами, и резко выпрямилась, услышав, как открывается дверь.

Джизелла собиралась угостить ее кофе, и, по правде сказать, теперь Фанни не отказалась бы от чашечки этого бодрящего напитка. И распаковывать багаж было бы легче. Повернувшись к двери, она застыла на месте с открытым от изумления ртом. Ну и ну! Сам Ральф Кейхел явился к ней с подносом в руках. Она совсем не ожидала увидеть его, будучи в полной уверенности, что он где-то далеко от нее, в своих апартаментах пли же с ленивой полуулыбкой защищает в суде какого-нибудь несчастного преступника.

А почему далеко от нее? Он ведь не представляет для нее никакой опасности. С какой стати? Нелепо! И Фанни даже слегка пожурила себя за этот испуг.

— Кофе? Как чудесно! — хрипло воскликнула она, так как у нее пересохло во рту.

Когда он приезжал в ее контору, то был в темном костюме и белой рубашке. И под цвет глаз — в шелковом голубом галстуке.

Теперь же, в узких серых брюках и футболке, он как будто подтверждал догадку Джейн, что его отличная фигура — это его собственное достижение, а не искусство модного портного.

— Джи сказала, вы не прочь выпить кофе, и я подумал, что надо воспользоваться возможностью и продолжить наше знакомство.

Он поставил поднос на низкий дубовый комодик в ногах кровати, и Фанни заметила две чашки, отчего у нее вдруг дрогнула короткая верхняя губка. Непонятно почему, но, кажется, он и над ней тоже взял власть.

— С молоком? — спросил Ральф Кейхел, вопросительно изогнув одну бровь. — А сахар?

— Нет, спасибо.

Фанни не узнала своего голоса, и ее рука сама потянулась ко рту. Это была детская привычка, от которой она без труда избавилась, едва решила быть самостоятельной и не крутиться в орбите своей матери и сестриц. Она осознала это как раз вовремя, чтобы подхватить чашку, но, встретившись глазами с Ральфом, пожалела, что заглянула в их завораживающую синеву в окружении пушистых черных ресниц… Улыбающиеся ласковые глаза притягивали ее…

Переведя дух, Фанни отправилась с чашкой к окну, просто чтобы быть подальше от него. Она рассчитывала, что он не последует за ней. Но не тут-то было. И чтобы как-то скрыть свое смятение, Фанни выпалила:

— У вас красивый дом.

С отвращением она представила, какой серой мышью должна казаться ему… особенно в сравнении с царственными Полли и Джизеллой.

— Полагаю, что так, — ответил он, и отзвуков его голоса у нее мурашки побежали по коже. — Мой дедушка по отцовской линии построил его к свадьбе сына, с тех пор мы тут и живем. Полгода назад, когда умер мой отец, я отказался от квартиры. Конечно, добираться дольше, но я не жалею.

Фанни с интересом слушала его, но совсем не потому, что хотела больше узнать о нем — на самом деле она совсем этого не хотела, — а потому что, делая вид, будто слушает, она могла собраться с мыслями.

Неважно, как она выглядит со своими гладко уложенными волосами, большими круглыми очками, в деловом костюме, она ведь приехала сюда не для того, чтобы произвести впечатление… Главное — работа.

Когда ее мысли немного прояснились, она твердо заявила:

— Я надеялась, что смогу сразу приняться за дело. Но мне нужно поговорить с вашей невестой, а ее не будет до вечера, как мне сказали.

От него Фанни никакой помощи не ждала, поскольку он все передоверил ей самой. Да и его будущая жена, по-видимому, не придавала значения мелочам. Что ж, тем лучше. Хотя довольно необычно. Такого в ее практике еще не встречалось. По крайней мере, он был прав насчет капризов своей невесты. Однако кое-что ей все-таки нужно знать!

Фанни выпила кофе, тяжело вздохнула и поставила чашку на поднос. Ральф заговорил, и она поняла, что он улыбается:

— Никакой спешки нет. Смотрите на отсутствие Мейбл как на объективные обстоятельства и используйте это время для отдыха.

Для отдыха? Какой отдых, когда у нее столько дел?! Неужели ни у него, ни у его невесты совсем нет чувства времени? Впору было кричать от обиды!..

Ральф как будто не замечал ее раздражения. Он смотрел на нее все так же ласково и спокойно, когда поставил свою чашку на поднос.

— Куда вы торопитесь? Успокойтесь. Излишняя суета вредна для здоровья. Вам это известно?

Он вдруг коснулся рукой ее щеки — и раздражение Фанни исчезло; она затаила дыхание и застыла в беспомощности, потому что пол поплыл у нее под ногами…

Налив ей еще кофе, Кейхел проговорил как ни в чем не бывало:

— Я попрошу Джи показать вам столовую. — Он двинулся к двери все с той же ласковой улыбкой на лице. Или жалостливой?.. — У вас целый час, чтобы распаковаться и отдохнуть. До свидания, Фанни.

Она смотрела ему вслед, и сердце ее готово было разорваться от воспоминания о его прикосновении — пришлось снова прилагать усилия…

Что это на нее нашло? Благоразумная Фанни сходит с ума оттого, что мужчина прикоснулся к ней? Невероятно!

Он так бессовестно красив и так обаятелен, что женщины сдаются ему без борьбы. Очевидно. Это Фанни уже поняла по себе. И все же ей придется держать себя в узде. Он принадлежит другой.

Фанни закусила губу. Ей очень не нравились ее мысли. Конечно же, он принадлежит другой! Ну и что? Ничего же не случилось?! И нечего ему прикасаться к ней! Клиент не должен себя так вести. Но ведь не я же в этом виновата, утешала себя она. В ее реакции — по крайней мере ей хотелось так думать — не было ничего, кроме изумления и гнева. И Кейхел не должен называть ее по имени. Надо вежливо, но твердо положить конец его фамильярности.

Фанни приучила себя быть готовой ко всему. Да и как иначе, если постоянно приходится по нескольку дней жить в домах незнакомых людей. Сейчас у нее был только один выход — сделать все, что от нее требовалось, в максимально короткий срок.

Она здесь не гостья, поэтому будет настаивать на официальных отношениях. Так лучше всего.

Почему в данном случае лучше? Не лучше и не хуже. Как всегда. Если лучше — значит, Ральф Кейхел чем-то отличается от других клиентов, а он ничем не отличается!..

Желая доказать это себе, Фанни взялась за чемодан, но ей потребовалось всего пять минут, чтобы выложить и разложить вещи. Потом она отправилась в ванную, которая показалась ей верхом совершенства, хотя она и запретила себе завидовать будущей миссис Кейхел. Приняв душ, переодевшись и убедившись, что юбка и кофточка в полном порядке, Фанни уселась в уютное кресло возле окна и, взяв в руки блокнот и ручку, приготовилась терпеливо ждать.

Джизелла явилась без двух минут час. — Хозяин просил меня проводить вас, мисс. Вы готовы? — Джизелла одарила ее счастливой улыбкой. — Вам тут удобно? Знаете, дом преобразился, когда молодой Кейхел переехал сюда. Видели бы вы, что здесь творилось раньше. Темнотища, дурацкие обои, уродливая мебель. Его отец ничего не желал менять. Мы с Полли тут уже давно, И еще Мэри. Но Мэри не верила, что можно что-то изменить. А как мы работали! На Ральфа нельзя плохо работать.

А кто такая Мэри? Наверное, еще одна красавица. От этой мысли у Фанни даже голова закружилась. И домоправительнице, и садовнице было немногим за двадцать, отчего Фанни в свои двадцать шесть лет чувствовала себя рядом с ними древней старухой. Не околдовал ли их Ральф Кейхел?

Она вспомнила его магический взгляд, его улыбку, его красивые руки, а потом свою реакцию на его прикосновение, и эта мысль не показалась ей совсем уж нелепой.

Джизелла открыла дверь в просторную комнату.

— Пройдете гостиную, за ней — столовая с террасой. День сегодня чудесный, поэтому стол накрыт на террасе. Все уже готово. Я сей час принесу салаты из кухни.

Джизелла ушла, а Фанни еще постояла, не желая встречаться с Ральфом, хотя сердце у нее сладко билось при одной мысли о ланче вдвоем. Ей потребовалось время, чтобы вновь стать благоразумной, после чего она направилась к двери в огромную парадную столовую.

Прижимая блокнот к груди, она прислонилась к двери и закрыла глаза, сама понимая, что ведет себя по-дурацки, но не в силах ничего с собой поделать. Куда девалась спокойная, уверенная в себе, деловая женщина, которая не побоялась открыть свое дело и даже добилась успеха? К тому времени, когда Фанни вновь услыхала стук каблучков Джизеллы, она сумела взять себя в руки. Вдвоем так вдвоем. Ничего страшного.

С силой, словно это было оружие, сжав блокнот, Фанни заставила себя вспомнить, что работа есть работа, что она профессионал и надо использовать ланч, чтобы записать соображения заказчика по поводу свадебного торжества. Или пожелания его невесты, если ему они, конечно, известны. Наверняка, они что-то обсуждали.

Подождав еще пару секунд, чтобы домоправительница не застала ее возле двери, Фанни распахнула ее.

— А, вот и вы, — ласково проговорил Ральф. — Мы уж было подумали, что вы заблудились…

У Фанни пересохло в горле, щеки ее заполыхали огнем. Еще решит, что она дура, и ей придется с этим смириться!.. Потому что она ни за что не скажет ему, как готовилась к встрече с ним наедине.

Ласково, но решительно он взял ее под руку и повел обратно к двери.

— Вот сюда. А вы уже обошли весь дом? Почувствовали себя Алисой в Стране Чудес? Открывается дверь — и за каждой чудеса!..

Алисой она себя совсем не чувствовала. У нее хватило бы ума не лезть в кроличью нору! Ральф явно потешался над ней. Она слышала насмешку в его словах и ненавидела его за это. Однако ей нечего было сказать в свою защиту, да к тому же она боялась, как бы дрожь в голосе не выдала ее. От его близости мурашки бежали по коже, и она с трудом понимала, куда он ее ведет.

Отпустив руку Фанни, он властно и спокойно подтолкнул ее в спину по направлению к террасе. В его бархатном голосе она ясно расслышала дьявольскую угрозу:

— Входите, дорогая Алиса, и присоединяйтесь к моему гарему.

2

Полли и Джизелла сидели за покрытым белой скатертью столом и чувствовали себя как нельзя свободно, греясь в лучах весеннего солнца. Две сексуальные красотки, не сводящие обожающих глаз со своего молодого господина.

— Привет! — Полли вся сияла. — Вовремя успели, а то бы ничего не осталось.

В самом деле гарем! Шутя люди часто говорят правду. Интересно, что думает об этом отсутствующая Мейбл. Его невеста должна быть настоящей красавицей и к тому же в высшей степени самоуверенной, чтобы терпеть рядом со своим женихом таких красавиц. Иначе она бы топнула ножкой и потребовала заменить их старыми уродинами, а лучше всего — мужчинами.

Ральф не переставал толкать ее вперед, и Фанни, желая избежать его прикосновений, плюхнулась на первый же попавшийся стул.

— Берите все, что вам нравится, — пригласила ее Джизелла. — Попробуйте грибы.

Ральф наклонился над Фанни и, разжав ей пальцы, отобрал у нее блокнот.

— Сейчас вам это не нужно, — ласково проговорил он, а она ничего не понимала, кроме того, что он опять дотрагивается до нее, если так будет продолжаться, она растает и без жарких лучей солнца.

Расскажи Фанни кто-нибудь о подобных ощущениях, она никогда бы не поверила. Мужчины не особенно ее возбуждали, впрочем, как и она их. По крайней мере, ей всегда так казалось. И, вот, пожалуйста, злая судьба доказывает ей обратное.

Она-то наверняка никого не возбуждает. А вот себя чувствует уже возбужденной до предела. Ее трясло. Она ничего не понимала и тупо смотрела на Полли, что-то говорившую ей.

— Хорошо устроились? Цветы вам понравились? Я специально для вас срезала их сегодня утром.

Фанни с трудом выдавила любезную улыбку, чувствуя, как вся деревенеет оттого, что Ральф сел рядом и подал ей одно из блюд, стоявших на столе. Руки у Фанни дрожали, тем не менее она положила на тарелку немножко грибов, мысленно ругая себя на чем свет стоит: этот мужчина творил с ней Бог знает что!..

К счастью, она еще не совсем успела впасть в идиотизм, когда Ральф перенес свое внимание на Полли. Фанни изо всех сил старалась не смотреть в его сторону.

За перилами террасы был типично английский пейзаж. Бесконечные зеленые газоны и кое-где высокие деревья. Зато на самой террасе чего только не росло…

Сама того не желая, Фанни обратила взгляд на своего соседа, который наслаждался ланчем и забавлялся легкой беседой с двумя красивыми девушками, и обрадовалась: хорошо, что они привлекли к себе его внимание, которого она до ужаса боялась. Но, увы, это продолжалось недолго, и Ральф снова обратился к ней:

— Теперь вы знаете всех, кроме Клиффа Голда. Я нанял его в качестве земельного агента, когда занялся поместьем Прайсов. У меня много работы, поэтому мне нужен был человек, который управлял бы обоими поместьями. Обычно он приходил сюда на ланч… Знаете, одна большая счастливая семья… Но теперь он предпочитает есть на работе или у себя дома.

Фанни не понимала, зачем он все это ей говорит, и потому сказала:

— Не надо мне ничего объяснять, мистер Кейхел.

Она хотела было напомнить ему, что должна обсудить с ним свадебные торжества, но в это время он улыбнулся, заглянув ей в глаза, и у нее перехватило дыхание.

— А почему не надо? Вы будете частью большой счастливой семьи, по крайней мере недели две, поэтому мы должны получше узнать друг друга. Мне бы очень хотелось, чтобы вы рассказали о себе, Фанни.

У бедняжки закружилась голова.

— Не две недели, а два дня, — твердо проговорила она, вновь обретая видимое спокойствие, и ткнула вилкой в гриб. — Кстати, если уж на то пошло, я бы предпочла, чтобы вы называли меня мисс Рейнолдс. Я ведь тут на работе, и мисс Рейнолдс устраивает меня куда больше!

Ральф криво усмехнулся, показывая белые зубы, и вокруг глаз у него появились мелкие морщинки.

— Вы не путаете дело с удовольствием, так? Очень плохо, Фанни. Однако, пока вы тут, под моей крышей, придется вам поучиться расслабляться. А вдруг вы поймете, что наслаждение…

Фанни наклонила голову, чтобы скрыть вспыхнувшие жарким румянцем щеки. Судя по двум роскошным красавицам, он достиг совершенства в совмещении дела и удовольствия. Да ведь он уже флиртует с ней, с простушкой Фанни Рейнолдс!

Фанни видела, что Полли и Джизелла время от времени поглядывают на них, хотя и делают вид, будто поглощены своим разговором. Интересно, что думает отсутствующая Мейбл о способностях своего будущего мужа очаровывать всех женщин подряд?

— Фанни, — медленно, со вкусом произнес он ее имя. — Очень милое, женственное имя. Мне нравится.

И он вновь обратил внимание на своих явно благодарных красавиц, оставив Фанни мучиться с грибами. Делает, что хочет, и плевать ему на ее слова!..

Впрочем, Фанни подумала, что это и неважно, называет он ее Фанни или мисс Рейнолдс. Если уж она не способна держать себя в руках, то как ей управиться с ним? Да и обидеть его, чтобы дать повод отказаться от ее услуг, она тоже не в состоянии.

К счастью, ланч подошел к концу, и, прежде чем Ральф удалился, Фанни твердо проговорила:

— Мистер Кейхел, у меня много работы в ближайшие дни, поэтому не будете ли вы любезны показать мне лужайку, на которой состоится прием? Помните?

Фанни мысленно похвалила себя. Ее голос звучал уверенно, и в нем не было ни малейшего сомнения в праве его обладательницы требовать внимания к ее делам, как не было и намека на странные чувства, которые вызывал в ней чужой жених. Точно так же она попросила его показать дом.

— Мне надо знать, сколько будет гостей и где вы собираетесь их размещать, только после этого я смогу начать обзванивать фирмы и делать заказы.

Она смело встретила удивленный взгляд его синих глаз, заставляя себя никак не реагировать на вопросительно поднятые черные брови.

— Мне не хотелось бы вам надоедать, но, уверяю вас, нельзя терять время. Иначе будет слишком поздно и мы останемся ни с чем. Вам ведь не хочется, чтобы ваша невеста была раз очарована, мистер Кейхел?

— Фанни, меня зовут Ральф. Неужели так трудно запомнить?

У Фанни опять ни с того ни с сего закружилась голова. Не сводя с него глаз, она поджала губы и через нос с шумом выдохнула воздух. Да плевать ей, в конце концов, на то, как они тут называют друг друга! Сейчас он еще предложит ей пойти в комнату и немножко отдохнуть до приезда Мейбл. С него станется!

Горячая волна счастья залила ее всю, когда она услышала:

— Буду рад сделать все, что в моих силах, раз уж моей невесты нет на месте. — Он откинулся на спинку стула. — Я в вашем распоряжении.

На губах у него появилась озорная улыбка, глаза лукаво сверкнули, отчего у Фанни опять появились крамольные мысли. Самые неподходящие и непростительные для деловой женщины.

Жестоко расправившись с ними, Фанни мысленно нахлобучила на голову строгую шляпу, хотя, если уж быть до конца честной с собой, ей очень хотелось прижаться к сильному мужскому телу, положить голову на широкую грудь, коснуться пальцами тугих мускулов на руках и, если не отдаться своим желаниям, то, по крайней мере, не скрывать и не стыдиться их.

Ральф производил впечатление на редкость привлекательного самца, и, каким бы синим чулком ни казалась Фанни окружающим, она была нормальной женщиной с нормальными женскими желаниями. Не суть важно, что она никогда не давала им полной воли. Собственно, она вообще им воли не давала…

Фанни встала из-за стола.

— Спасибо, Джи, все было очень вкусно.

Хорошо бы никто не заметил, что она почти ничего не ела. Джизелла очень понравилась Фанни, и ей совсем не хотелось обижать радушную красавицу-домоправительницу.

Заметив, что Ральф тоже встал, она схватила со стола блокнот и через минуту в пугающей близости от весьма странного жениха уже шагала вниз по лестнице. На террасе весело щебетали девушки, убирая со стола посуду.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8