Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Личные воспоминания о Жанне д'Арк сьера Луи де Конта, её пажа и секретаря

ModernLib.Net / Зарубежная проза и поэзия / Твен Марк / Личные воспоминания о Жанне д'Арк сьера Луи де Конта, её пажа и секретаря - Чтение (стр. 24)
Автор: Твен Марк
Жанр: Зарубежная проза и поэзия

 

Загрузка...

 


ЕРЕТИЧКА - КЛЯТВОПРЕСТУПНИЦА - ВЕРООТСТУПНИЦА - ИДОЛОПОКЛОННИЦА

Вместе с нею в повозку сел монах Мартин Ладвеню и мэтр Жан Массье. В длинных белых одеждах она была прекрасна юной девической красотой. Когда она вышла из мрака на солнечный свет и еще стояла под темными сводами темницы, толпы простого народа воскликнули: "Видение! Небесное видение!" и упали на колени, молясь; многие женщины плакали. В толпе снова запели трогательную молитву за умирающих; пение росло и ширилось; волны торжественных звуков сопровождали осужденную, утешая и благословляя ее на всем ее скорбном пути к месту казни: "Иисусе, смилуйся над ней! Святая мученица Маргарита, смилуйся над ней! Святые архангелы и блаженные мученики, молите Бога о ней! Не оставь ее, Боже, своею благодатью. Милосердный Боже, спаси ее и помилуй!"

Верно сказано в одной из исторических книг:

"Бедняки ничего не могли дать Жанне д'Арк, кроме своих молитв, но можно надеяться, что их молитвы дошли по назначению. История не много знает таких трогательных зрелищ, как плачущая, молящаяся, беспомощная толпа, с зажженными свечами, преклонившая колени возле стен старой крепости-темницы".

Так было на всем пути: многие тысячи людей стояли на коленях, и далеко вокруг все было густо усеяно бледно-желтыми огоньками свечей, точно поле золотых цветов.

Но были и такие, что не становились на колени. Это были английские солдаты. Они стояли плотными рядами по обе стороны пути, а за этими живыми стенами стоял на коленях народ.

Вдруг обезумевший человек в одежде священника. громко рыдая, прорвался сквозь толпу и сквозь ограду из солдат, бросился на колени перед повозкой, с мольбою простер руки к Жанне и закричал:

- О, прости, прости меня!

Это был Луазелер.

И Жанна простила его - простила от всего сердца, знавшего одно лишь прощение, одно лишь милосердие ко всем страждущим, каковы бы ни были их грехи. Она ни единым словом не упрекнула негодяя, который день за днем, лицемерно и коварно заманивал ее в смертельную западню.

Солдаты хотели его убить, но граф Варвик спас его. Что сталось с ним потом - неизвестно[36]. Он скрылся от мира и где-нибудь в уединении терзался угрызениями совести.

На площади Старого Рынка были воздвигнуты те же два помоста и костер, которые были уже однажды приготовлены в ограде церкви св. Уэна. Как и в первый раз, на одном из помостов поместили Жанну и ее судей, на другом высоких особ во главе с Кошоном и кардиналом Винчестерским. Площадь была заполнена народом, окна и крыши окружающих зданий были черны от людских голов.

Когда приготовления были закончены, всякий шум и движение стихли и воцарилась торжественная тишина.

По приказанию Кошона священник по имени Николя Миди произнес проповедь, в которой объяснил, что когда одна из ветвей лозы, - под лозой разумелась Церковь, - бывает поражена болезнью, ее надлежит отсечь, иначе она может заразить всю лозу. Он доказал, что Жанна и ее преступные деяния представляли погибельную угрозу для чистоты и святости Церкви, и смерть ее была, таким образом, необходимой. Окончив свою речь, он повернулся к ней и произнес:

- Жанна, Церковь лишает тебя своего покровительства. Ступай с миром.

Жанну посадили отдельно, чтобы показать, что Церковь действительно отреклась от нее; она сидела в полном одиночестве, терпеливо и покорно дожидаясь конца. Теперь к ней обратился Кошон. Ему советовали прочесть ей бумагу с ее отречением, и он взял ее с собою, но передумал, опасаясь, как бы она не сказала всю правду,- а именно: что она ни от чего сознательно не отрекалась, - и тем не навлекла на него вечного позора. Он лишь кратко напомнил ей о ее грехах и предложил раскаяться и помыслить о спасении души. Потом он торжественно объявил об ее отлучении от Церкви. В заключительных словах он передал ее светскому правосудию для произнесения над ней приговора.

Жанна опустилась на колени и со слезами начала молиться. За кого? За себя? О нет - за короля Франции! Ее кроткий голос проник во все сердца. Она не вспомнила о его коварстве, о том, что он покинул ее, что из-за его неблагодарности ей предстояло умереть лютой смертью, - она помнила лишь одно: что он - ее король, а она - его верная подданная; что его враги возводят на него напраслину, а его при этом нет, чтобы защититься. Перед лицом смерти она позабыла о себе и молила всех слушавших ее поверить, что он добр, благороден и правдив; что на него нельзя возлагать вину за ее поступки; что он ничего не поручал ей. Потом в смиренных и трогательных словах она попросила всех присутствующих помолиться за нее и простить ей ее грехи; попросила об этом и врагов своих, и тех, кто, быть может, чувствует к ней сострадание.

Едва ли был там хоть один человек, который не был тронут, - даже англичане, даже судьи. У многих дрожали губы и глаза затуманились слезами, да, даже у английского кардинала; для политических дел у него было каменное сердце, но, значит, было у него еще и человеческое,

Председатель светского суда, которому надлежало огласить приговор, был так взволнован, что позабыл о своих обязанностях, и Жанна пошла на смерть без приговора, - так, еще одним беззаконием окончился этот процесс, беззаконный с самого начала. Судья ограничился тем, что сказал страже:

- Возьмите ее! - Затем палачу: - Делай свое дело.

Жанна попросила дать ей крест. Его не оказалось. Тогда один из английских солдат, движимый состраданием, переломил надвое палку, связал куски крест-накрест и дал ей этот крест; она приложилась к нему и спрятала на груди. Изамбар де Ла Пьер сходил в ближайшую церковь и принес ей освященный крест; этот крест она также поцеловала, прижала к груди и снова поцеловала, обливая его слезами и славя Бога и святых.

Плача и прижимая крест к губам, она взошла по роковым ступеням вместе с Изамбаром. Ее поставили на кучу дров, нагроможденную вокруг столба на одну треть его высоты. Она прислонилась спиной к столбу, а толпа смотрела на нее затаив дыхание. Палач поднялся к ней и обвил ее хрупкое тело цепями, прикрепив их к столбу. Потом он спустился, чтобы завершить свое страшное дело, а она осталась одна, - она, имевшая в дни свободы столько друзей, окруженная такой любовью и преданностью.

Я видел все это, хотя взор мой был затуманен слезами. Но дальше я не в силах был смотреть. Я не ушел, но то, что я расскажу дальше, я расскажу со слов других очевидцев. До меня доносились ужасные звуки, раздиравшие мне сердце, но последнее, что запечатлелось в тот страшный час в моих глазах, была Жанна д'Арк во всей своей юной прелести, еще не искаженной муками. Этот образ, не тронутый временем, сохранился в моей памяти до конца моих дней.

А теперь я продолжу свой рассказ.

Если кто-нибудь надеялся, что в страшную минуту, когда все преступники сознаются и каются в своих грехах, Жанна подтвердит свое отречение и скажет, что ее подвиги были злыми делами, внушенными дьяволом, они ошибались. Ее чистые помыслы были далеки от этого. Она не думала о себе и своих мучениях, - она думала о других и о бедах, которые им грозят. Скорбно оглядев башни и шпили города, она сказала:

- О Руан, неужели тебе суждено стать моей могилой? О Руан, Руан, боюсь, что ты пострадаешь за мою смерть!

Дым поднялся к ее лицу; на мгновение ее охватил ужас, и она закричала: "Воды! Дайте мне святой воды!" Но минуту спустя страх рассеялся и уже больше не терзал ее. Она услышала у своих ног треск пламени и прежде всего встревожилась за ближнего, которому грозила опасность, - за брата Изамбара. Перед тем она отдала ему свой крест и попросила все время держать его перед нею, чтобы она могла черпать в нем надежду и утешение, пока не отойдет к Богу. Теперь она заставила Изамбара уйти от опасной близости огня. Успокоившись на этот счет, она сказала:

- Держи его так, чтобы он был мне виден до конца.

Но и тут злодей Кошон не мог дать ей умереть спокойно; он подошел к ней, не стыдясь своих черных дел, и крикнул:

- В последний раз увещеваю тебя, Жанна! Покайся и моли Господа о прощении!

- Я гибну по твоей вине, - сказала она; и это были ее последние слова.

Черный дым, пронизанный красными языками пламени, поднялся густыми клубами и скрыл ее от взоров; из-за этой завесы послышался ее голос, громко и вдохновенно читавший молитвы; когда по временам ветер относил дым в сторону, видно было обращенное к небу лицо и шевелящиеся губы. Наконец милосердное пламя быстро взметнулось вверх, и это лицо навеки сокрылось, этот голос навсегда умолк.

Жанна д'Арк ушла от нас. Как трудно в этих кратких словах рассказать, что мир обеднел и осиротел!

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Брат Жанны, Жак, умер в Домреми во время Руанского процесса. Так исполнилось пророчество, некогда произнесенное Жанной на лугу, когда она сказала, что он останется дома, а мы все пойдем на войну. Ее бедный старый отец, узнав об ее мученической кончине, не выдержал удара и умер.

Мать ее получила пенсию от города Орлеана и жила на нее до конца жизни, а жизнь ее была долгой. Через двадцать четыре года после гибели своей славной дочери она приехала зимой в Париж и присутствовала в Соборе Парижской Богоматери на диспуте, который положил начало восстановлению доброго имени Жанны. Люди собрались тогда в Париж со всех концов страны, чтобы поглядеть на почтенную старуху; целые толпы выстроились на ее пути, почтительно и со слезами на глазах глядя, как она шла к собору, где ее ожидали такие почести. С нею были Жан и Пьер, - не те беззаботные юноши, которые некогда ушли с нами из Вокулёра, а бывалые воины, у которых уже серебрились головы.

После мученической кончины Жанны мы с Ноэлем возвратились в Домреми, но вскоре, когда коннетабль Ришмон сменил Ла Тремуйля в качестве главного советника при короле и решил завершить великое дело Жанны, мы снова надели военные доспехи, вернулись в строй и сражались за короля во всех больших и малых битвах, пока Франция окончательно не освободилась от англичан. Этого, конечно, пожелала бы от нас Жанна, - а ее воля, даже после ее смерти, оставалась для нас законом. Все уцелевшие воины ее свиты остались верны ее памяти и до конца воевали за короля. Судьба рассеяла нас по всей стране; но при взятии Парижа мы случайно оказались все вместе. То был великий и радостный день, но вместе с тем и грустный, потому что с нами не было Жанны, и она не вступала с нами в завоеванную столицу.

Мы с Ноэлем всю жизнь были неразлучны; я был рядом с ним и в его смертный час. Он пал в последнем большом бою с англичанами. В той же битве погиб и старый грозный противник Жанны - Тальбот. Ему было восемьдесят пять лет, и всю свою жизнь он провел в боях. Это был неукротимый духом, свирепый старый лев с густой седой гривой, и силы в нем было еще довольно; в тот день он сражался не хуже любого из молодых.

Ла Гир пережил Жанну на тринадцать лет и тоже постоянно воевал. Это было главной отрадой его жизни. Я не встречался с ним за это время, мы были далеко друг от друга, но я частенько слыхал о нем.

Дюнуа, герцог Алансонский и д'0лон дожили до полного освобождения Франции и вместе с Жаном и Пьером д'Арк, Паскерелем и мной выступали свидетелями на Оправдательном Процессе. Сейчас все они давно уж почили в мире. Из всех боевых соратников Жанны д'Арк остался я один. Ведь она предсказала, что я доживу до той поры, когда эти войны будут позабыты. Но это пророчество не сбылось. Оно не сбудется, проживи я хоть тысячу лет. Все касающееся Жанны д'Арк - бессмертно.

Братья Жанны женились и оставили потомство. Все они принадлежат к дворянскому сословию, и их знаменитое имя приносит им честь, какой не удостаиваются обыкновенные дворяне. Вы видели вчера, как все обнажали головы перед детьми, которые пришли навестить меня. Это не потому, что они дворяне, а потому, что они внуки братьев Жанны д'Арк.

Расскажу теперь о восстановлении доброго имени Жанны. Жанна короновала короля в Реймсе. В награду за это он дал затравить ее на смерть, не сделав ни малейшего усилия, чтобы спасти ее. В продолжение двадцати трех лет он оставался равнодушен к ее памяти, к тому, что ее доброе имя очернено попами за подвиги, совершенные ради спасения его и его престола; к тому, что Франция мучается стыдом и жаждет восстановить честь своей Освободительницы. Все это время он оставался равнодушен. Потом в нем свершилась внезапная перемена, и он сам потребовал правосудия для бедной Жанны. Почему? Быть может, он наконец проникся благодарностью? Или его черствое сердце ощутило угрызения совести? Нет, тут была более веская причина - более веская для подобного человека. Теперь, когда англичане были изгнаны окончательно, они стали поговаривать, что король получил свою корону из рук женщины, которую Церковь уличила в сношениях с дьяволом и сожгла как колдунью. А чего стоит такой король? Ясно, что немногого, и что его напрасно терпят на престоле.

Пора было что-то предпринять, и король это сделал. Вот отчего Карл VII внезапно загорелся желанием посмертно восстановить добрую славу своей благодетельницы.

Он воззвал к папе[37], и папа назначил авторитетную комиссию из духовных лиц для расследования всей истории Жанны и вынесения окончательного приговора. Комиссия заседала в Париже, Домреми, Руане, Орлеане и некоторых других местах и работала несколько месяцев. Она изучила протоколы суда над Жанной, выслушала свидетельские показания Дюнуа, герцога Алансонского, д'0лона, Паскереля, Курселя, Изамбара де Ла Пьера, Маншона, мои и многих других, чьи имена знакомы вам из моего рассказа; она допросила также более сотни свидетелей, которые, вероятно, менее знакомы вам: это друзья Жанны в Домреми, Вокулёре, Орлеане и других местах, а также судьи и иные очевидцы руанских процессов, отречения и мученической кончины Жанны. Это тщательное расследование не обнаружило ни единого пятна на имени Жанны и на ее делах, - так записано в решении комиссии, и так оно останется в веках.

Я часто присутствовал при работах комиссии и при этом встретился со многими, кого не видел четверть столетия; в том числе с теми, кого я горячо любил: с моими прежними командирами, с Катрин Буше (увы, она была замужем!); но были среди них и другие, всколыхнувшие во мне много горьких чувств: Бопэр, Курсель и их братья во диаволе. Встретился я и с Ометтой, и с Маленькой Менжеттой - обеим было уже под пятьдесят, и у них было множество детей. Встретился также с отцом Ноэля, с родителями Паладина и Подсолнуха.

Радостно было слышать, как герцог Алансонский хвалил выдающиеся военные способности Жанны и как Дюнуа красноречиво подтверждал его свидетельства и рассказывал, как добра была Жанна, сколько в ней было отваги, огня и пылкости, сколько шаловливой веселости, нежности, милосердия и всего чистого, прекрасного, благородного и пленительного. Слушая его, я видел ее перед собой, как живую, и сердце мое обливалось кровью.

На этом я закончу свою повесть о Жанне д'Арк, этом диковинном ребенке, этой благородной душе, этой личности, которая в одном не имеет и не будет иметь себе равных: в чистоте стремлений, в полном отсутствии своекорыстия и личного честолюбия. В ней вам не найти и следов этих побуждений, как бы вы ни искали; а этого не скажешь о других лицах, чьи имена мы находим в истории, - если не говорить об истории священной.

У Жанны д'Арк любовь к родине была больше чем чувством - она была страстью. Жанна воплотила Дух Патриотизма, стала его олицетворением, его живым, видимым и осязаемым образом.

Любовь, Милосердие, Доблесть, Война, Мир, Поэзия, Музыка - для всего этого можно найти множество символов, все это можно представить в образах любого пола и возраста. Но хрупкая, стройная девушка в расцвете первой юности, с венцом мученицы на челе, с мечом в руке, которым она разрубила узы своей родины, - разве не останется она, именно она, символом ПАТРИОТИЗМА до скончания времен?

1893-1895

КОММЕНТАРИИ

[1] Историческим прототипом Ле Конта был паж Жанны Луи Ле Кут, зачисленный в ее свиту д'0лоном и впоследствии дававший показания на посмертном Оправдательном Процессе Жанны.

[2] Лайош Кошут (1802-1894) - вождь национально-освободительного движения в Венгрии против австро-венгерской монархии, глава венгерского революционного правительства в 1848-1849 гг.

[3] Арманьяки - одна из двух феодальных клик в царствование помешанного короля Карла VI (1380-1422), подучившая свое название от графов Арманьяков. Арманьяки называли себя также французской партией, в противовес своим противникам - бургундцам, заключившим союз с англичанами.

[4] Вольные шайки - так называемые "routiers" (франц.) - "дорожники": разбойничьи отряды, состоявшие из дезертиров и разоренных войною крестьян; во главе их нередко становились рыцари-авантюристы, незаконные отпрыски крупных феодалов. Военачальники Столетней войны часто пользовались их помощью в боях с англичанами.

[5] ...и у нас стало трое пап. - Имеется в виду сорокалетний (с 1378 по 1417 год) раскол в истории папства. После "Авиньонского пленения" (1308-1377), то есть периода, когда папы, попав в зависимость от французских королей, находились в Авиньоне, папский престол был вновь перенесен в Рим. Оставшаяся в Авиньоне курия стала выбирать своих пап. Соперничающие партии, понося друг друга, разоблачили немало позорных дел в истории папства. Чтобы поднять упавший авторитет церкви и вместе с тем ограничить власть и доходы Ватикана, правительства ряда стран попытались поставить над папой власть соборов (съездов) духовенства разных стран. В 1409 году Пизанский собор низложил обоих тогдашних пап - Григория XII и Бенедикта XIII - и, приступая к выборам нового, взял с кандидатов клятву провести совместно с собором реформу церкви.

Избранный папа Александр V немедленно нарушил клятву и разогнал собор. Низложенные папы не отказались от своих притязаний, и пап оказалось уже трое. Вскоре Александра, умершего от яда, сменил на папском престоле Балтазар Косса, в прошлом пират. Следующий собор, Констанцский (1414-1418), формально положил конец расколу, но занялся не столько обещанным "очищением" церкви, сколько подавлением социальных движений, принимавших в то время религиозную форму.

[6] ...двенадцать паладинов (от лат. Palatinus - дворцовый) сподвижники Карла Великого. В 778 году они составили арьергард войск Карла, уходившего из Испании, и погибли в Ронсевальском ущелье, в засаде, устроенной басками, Летописи упоминают среди них. бретонского маркграфа Роланда. Это событие легло в основу героической эпопеи "Пест, о Роланде", где Роланд оказывается племянником Карла, а вместо басков выступают мавры.

[7] Салический закон - одна из статей обычного права племени салических франков, согласно которой женщины не имели права наследовать землю. Эта статья послужила основанием для устранения женщин от престолонаследия во Франции, Испании, Италии, Бельгии и в некоторых немецких княжествах.

[8] Дюнуа Жан (1402-.1468) - побочный сын Людовика Орлеанского, один из наиболее стойких приверженцев Жанны д'Арк. После ее гибели руководил многими военными действиями против англичан. В 1439 году получил графство Дюнуа в дар от своего брата, герцога Карла Орлеанского.

Сентрайль - Жан-Потон, сеньор де Сентрайль (?-1461), один из главных военачальников французской партии.

Ла Гир - Этьен де Виньоль (1390<?> - 1443), по прозвищу Ла Гир (старофранц. lа ire - гнев), французский военачальник, вместе со своим другом Сентрайлем хранивший верность дофину Карлу в пору его величайших неудач. Оказывая стойкое сопротивление захватчикам французской земли, он вместе с тем не брезговал грабежом и бывал страшен для населения городов и сел, которые защищал. С 1434г. - маршал Франции.

[9] Мерлин - герой ряда средневековых легенд, соратник легендарного британского короля Артура, прорицатель и маг, которому приписывалось большинство ходивших в народе "пророчеств".

[10] Селедочная битва (февраль 1429 г.) - битва между французами и отрядом сэра Джона Фастольфа (см. примечание к главе XVI), который вез провиант англичанам, осаждавшим Орлеан. Используя в качестве прикрытия повозки и бочонки с сельдями, английский отряд отбил превосходящие силы противника,

[11] Жорж де ла Тремуйль (1385<?> -1466)-первый министр и любимец Карла VII, всеми средствами боровшийся с влиянием Жанны на армию и народ. В 1433 году был насильно удален от двора сторонниками коннетабля Ришмона. (См. примечание к главе XXIX.)

[12] Рауль де Гокур - видный участник войны с англичанами при Карле VI и Карле VII; занимал ряд высоких должностей, но не был бальи Орлеана. Бальи - должностное лицо в городах средневековой Франции, нечто вроде градоначальника.

[13] Парламент - здесь название судебных органов, существовавших во Франции вплоть до французской буржуазной революции 1789 года. Сперва парламент был только в Париже, где постепенно развился из королевской курии '(совет вассалов при короле), первоначально совмещавшей судебные и административно-политические функции. По его образцу были затем созданы, или реорганизованы из прежних судов двенадцать провинциальных парламентов. В Пуатье своего парламента не было. Но в описываемое Твеном время, когда почти вся Франция перешла в руки англичан, в Пуатье - одном из немногих городов, еще подвластных французской короне, - сосредоточились многие ее учреждения, в частности парламенты Парижа и Бордо.

[14] Жанну назначают главнокомандующим. - Факт официального назначения Жанны главнокомандующим оспаривается в некоторых исторических работах, вышедших после книги Твена (см. книгу А. Франса о Жанне д'Арк).

[15] ...спрятан старинный меч... - Этот эпизод, упоминаемый всеми историческими источниками, находит себе объяснение в том, что церковь св. Екатерины во Фьербуа была полна старого оружия, которое воины оставляли там как "приношения по обету". Св. Екатерина считалась покровительницей воинов, особенно пленных, и оружие посвящалось ей за удачный побег из плена.

[16] Маршал де Буссак - Жан де Бросс, сеньор де Буссак (1375<?> 1433), маршал Франции, участник большинства боев с англичанами в начале царствования Карла VII. Потратив на военные нужды все свое состояние, он разорился и, как несостоятельный должник, был отлучен от церкви.

Сьер де Рец - Жиль де Рец, или Рэ (1404-1440), также некоторое время был маршалом Франции.

[17] Герцог Орлеанский. - Имеется в виду Карл Орлеанский (1391-1465), двоюродный брат Карла VII, который попал в плен при Азенкуре и пробыл в. английском плену двадцать пять лет. В 1439 г. был выкуплен.

[18] Герцог Бвдфорд Джон Плантагенет (1389-1435)- брат английского короля Генриха V, назначившего его правителем английских владений во Франции и опекуном своего сына, малолетнего Генриха VI. В союзе с герцогами Бретонским и Бургундским Бедфорд закрепил английское владычество на большей части французской территории, но в конце 20-х гг. испытывал серьезные затруднения и прежде всего нуждался в солдатах.

Уилъям де ла Поль - граф (впоследствии герцог) Суффольк (?-1451); принял от Бедфорда командование английскими войсками, осаждавшими Орлеан, но отступил перед Жанной д'Арк и снова был разбит ее войском при Жаржо. Кончил жизнь на эшафоте за измену и лихоимство.

[19] Джон Тальбот, Шрусбери (1373<?> - 1453) -полководец, прозванный английским Ахиллесом, одержавший до появления Жанны д'Арк ряд побед над французами. Был разбит Жанной под Орлеаном, в Менго и на равнине Бос, где он был ранен и сдался в плен; согласно некоторым историческим источникам, он был вскоре освобожден без выкупа.

[20] Реньо Шартрский (1380<?>-?)-архиепископ Реймский, один из лютых врагов Жанны д'Арк. Когда Жанна была взята в плен, архиепископ в обращении к жителям Реймса злорадно писал, что она "наказана за свою гордыню".

[21] Сэр Джон Фастольф, или Фальстаф (1378<?> - 1459),- английский полководец, видный участник войн во Франции с первых лет XV века вплоть до 1440 г.; известен своей победой в Селедочной битве. Однако некоторые исторические источники ставят ему в вину отступление при Патэ.

Шекспир дал имя Фальстафа пьянице, хвастуну и трусу, выведенному им в "Генрихе IV" (части I и II) ив "Виндзорских проказницах". По мнению ряда исследователей, это было случайностью, так как первоначально Шекспир дал этому персонажу имя Джона Олдкасла, но был вынужден заменить ато имя другим по требованию потомков некоего реального Олдкасла. Существует, однако, и другое мнение: имя Фальстафа Шекспир предал осмеянию сознательно, ибо в народе его вспоминали как труса, бежавшего с поля битвы,

[22] ...расступились, точно воды Красного моря. - По библейскому преданию, воды Красного моря расступились перед Моисеем, уводившим свой народ из плена.

[23] Бертран дю Геклен (1320


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24