Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Монтгомери - Двойной любовник

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Деверо Джуд / Двойной любовник - Чтение (стр. 8)
Автор: Деверо Джуд
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Монтгомери

 

 


Алекс отмахнулся от Элеоноры и последовал за Джессикой внутрь. Сломано было абсолютно все. Ни один предмет нехитрой утвари не был обойден вниманием солдат. Ничего целого не осталось.

Джессика стояла возле очага, держа в руках то, что осталось от музыкальной шкатулки, принадлежавшей их матери.

— Ох, Джесс, — вздохнула Элеонора, обнимая сестру.

Сара начала плакать. Алекс выступил вперед.

— Забирайте детей и идемте отсюда. Вы пока можете пожить в моем доме.

— Нет! — почти крикнула Джессика, заставив Сару на время позабыть о плаче. — Мы — Таггерты, мы останемся в таггертовской дыре. Мы и раньше подаяния не принимали, и теперь не собираемся.

Алекс посмотрел на Джессику долгим взглядом.

— Превосходно, — спокойно сказал он. — Элеонора, посмотри, сможешь ли ты поправить кровать, чтобы переночевать сегодня. Мы уложим детей и обсудим, что нужно в первую очередь.

Джессика не произнесла в ответ ни слова. Она взяла на руки маленького Сэма и стала не столько укачивать, сколько трясти его, на что малыш не замедлил откликнуться громким ревом.

— Так, — сказал Александр, отбирая у Джессики Сэма, — кто хочет послушать историю про пиратов?

Дети, испуганные, усталые, хотели одного — вернуться в свой безопасный спокойный мирок и немедленно окружили Алекса.

Джессика неуверенно, как слепая, медленно побрела к двери.

— Не оставляй ее одну и не позволяй уходить далеко, — приказал Алекс Натаниелу.

Нат понимающе кивнул и вышел вслед за сестрой.

Спустя нас дети были в постели и, как надеялся Александр, спали. Возвратилась Джессика. Они с Элеонорой подремонтировали матрасы.

— Вполне приемлемо, чтобы на них можно было поспать несколько часов, оставшихся до рассвета.

— Джессика, — обратилась к сестре Элеонора, — нам придется принять от кого-то помощь. Посмотри только на нас. Все, что осталось — ночные рубашки.

— Мы все зашьем.

— Посуды нет, вся кухонная утварь пропала, нет стола, нет стульев. Хлеба тоже не испечешь, мельница сломана. У нас нет ничего.

— Попробуем, одежду починим, а есть будем венерок.

В комнату вошел Алекс:

— Элеонора, почему ты не ложишься? Джесс, ты не прочь прогуляться немного? — Не дожидаясь ответа, Александр взял ее за руку и вывел наружу. На небе уже забрезжила пока еще узкая полоса рассвета. У самой кромки воды Алекс остановился.

— Это была ты? Там, вместе с Мстителем. Не так ли? — полуутвердительно спросил Александр. Джессика стояла и молча смотрела на воду. Алекс повернул ее к себе и слегка встряхнул:

— Как ты только могла сделать такую чертовскую глупость? Ты хоть понимаешь, что рисковала не только своей жизнью, а и жизнью сестер и братьев?

Джессика постепенно стала осознавать происшедшее. Все, что потеряла семья, чего лишилась — из-за нее. Она опустила голову и кивнула.

— Насколько я слышал, ты вбежала в самый центр порохового кольца, которое вот-вот должно было взорваться. И ради чего? Спасти жизнь человека, которого ты даже и не знаешь.

В уголках глаз Джессики появились первые, пока еще медленные слезы и покатились вниз по щекам. Она почувствовала соленый вкус на губах, но не делала попыток вытереть их. Ее руки бессильно висели вдоль тела.

— Я понимаю, — прошептала Джессика. — Дети могли пострадать.

— Ты всегда так поступаешь. Сначала делаешь, а думаешь уже потом? Боже мой, Джессика, тебя же могли убить. — Алексу хотелось обнять и утешить Джессику, но он не осмелился. Он разрывался между желанием поблагодарить и выпороть ее.

— Простите меня, — прошептала Джессика прерывающимся голосом, обливаясь горючими слезами. — Я не могла позволить, чтобы его убили. Марианна рассказала мне о засаде, и я была обязана его предостеречь. Ничего другого мне не оставалось делать, я не хотела, чтобы детям было плохо. Я не хотела…

— Ш-ш-ш, — успокаивал ее Алекс и взял за руки, подавляя в себе страстное желание прижать девушку к себе.

— Его ранило. — Джессика приподняла рукава ночной рубашки и показала Алексу следы засохшей крови. Она не успела хорошенько отмыть руки — помешало вторжение Питмана. — Он закрыл меня собой, когда взорвался порох, и его ранило. Он сейчас, вероятно, и шевельнуться не может. Лежит где-нибудь в овраге и кровью исходит. Тогда Питман с солдатами обязательно его найдут и убьют.

Алекс сильнее сжал руки Джессики:

— Если Питман сейчас обшаривает дома, то у Мстителя есть время скрыться. Не думаю, что он кровью исходит.

— А вообще-то ты думаешь? — быстро спросила Джессика.

— Вот так-то лучше. — Александр улыбнулся и достал из кармана шлафрока носовой платок. — Теперь, — начал он деловым тоном, — давай мы кое-что обсудим. Ты, конечно, можешь попробовать питаться своей гордостью и ею же согреваться, но твои братья и сестры заслуживают лучшей участи. У меня дома три здоровенных сундука с одеждой моей матушки, а Марианна в ее платья разве что одну ногу может засунуть. Отец уже не трясется, как прежде, над мамиными вещами. А на чердаке лежит куча детской одежды. Ее припасли для наших детей, но на Марианну в этом плане рассчитывать, похоже, не приходится. Адам и Кит ищут славы и неизвестно еще когда осядут А я не нужен ни одной женщине. Так что сам Бог велел забрать тебе эту одежду Нет, никаких возражений! Ничего не хочу слушать Коль скоро все это произошло из-за Питмана и Монтгомери, то долг Монтгомери восстановить справедливость Завтра мы разберемся с мебелью и едой, разумеется Теперь я хочу, чтобы ты отправилась в постель и хоть чуть-чуть поспала.

Джессика слабо улыбнулась сквозь слезы.

— Ты действительно замечательно держался сегодня, Алекс Без тебя они бы спалили наш дом. Спасибо тебе Спасибо, — повторила Джессика, поднялась на цыпочки, поцеловала Александра в щеку и пошла к дому. Она старалась не смотреть на царивший внутри разгром и хотела сразу же присоединиться к спящей Элеоноре, но услышала, что кто-то из детей плачет.

Джессика поднялась в спальную антресоль. На первый взгляд все ее братья и сестры крепко спали, но веки Натаниела были неестественно крепко сжаты. Она опустилась на колени и обняла брата. Нат попытался вести себя по-мужски и не плакать, однако ему не удалось удержаться от слез. Обычно Пат вел себя как взрослый, так что Джессика порой забывала, сколько ему на самом деле лет. Джессика ласково баюкала Ната, пока он не выплакался и не успокоился.

— Он что, собирается сжечь наш дом?

— Я не знаю, — честно ответила Джессика. Хотя Алекс и шуганул Питмана нынешней ночью, что будет потом, когда никого не будет поблизости, чтобы остановить этого негодяя?

— Мне страшно, Джессика. Мистер Питман нас ненавидит. За что?

— Я точно не знаю. Думаю, он больше ненавидит Мстителя, но считает, что мы с ним связаны.

— Но ведь ты взаправду связана с Мстителем, Джесси. Ты с ним ночью видишься, и ты его от взрыва уберегла, так ведь? Только у тебя храбрости достанет через порох бежать. Может, Питман тоже так думает?

— Сомневаюсь я, Нат, чего там было больше — храбрости или глупости. Но кто-то должен был выручить Мстителя. Когда мне Марианна сказала…

Нат подскочил как ужаленный:

— Так чего ж она-то его не упредила? Ну да, конечно, она пришла к тебе, потому что ты храбрая, а она — нет. Знаешь, Джесс, а ведь господин Алекс тоже, оказывается, храбрый.

— Да, так и есть. А теперь засыпай, пожалуйста. Скоро утро. И у нас масса работы впереди. — Нат попытался было что-то добавить, но Джессика ласково погладила его по голове. — Нат, я не могу ответить на все твои вопросы. Может быть, ты вырастешь и будешь таким же, как я. Сначала делать, потом думать. Но с сегодняшнего дня я сначала стану беспокоиться о семье, а уж потом обо всем прочем. Ладно?

— Да, Джессика. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Нат.


Ник не спал и дожидался возвращения Алекса от Таггертов, впрочем, как и все остальные в доме Монтгомери.

— Что ты теперь учудил? — прорычал Николай. — Никто ведь не спит, пока ты ночью по округе скачешь. Ступай к отцу, он спрашивал.

— Чуть позже, — ответил Алекс. Теперь, когда он оказался рядом с товарищем, знавшим секрет Мстителя, можно было уже не таить боль. — Помоги мне раздеться. У меня от крови рубашка прилипла.

— Ага, я слыхал, что Мститель ранен. Твой дорогой шурин и его собаки ищут его и женщину. — Ник помог Алексу стянуть с себя шлафрок, нижнюю рубашку, фальшивые телеса и наконец добрался до костюма Мстителя. — Похоже, тебя порядком зацепило.

— Ерунда, царапина. Сорвало немного кожи со спины. Вот и все.

Ник посмотрел на спину Алекса и тихо присвистнул. Большие куски кожи держались, что называется, на ниточке, перемешавшись с клочьями черного одеяния Мстителя.

— Я промою это месиво, кровь должна остановиться Судя но всему, женщина была госпожа Джессика?

— Ну разумеется, у кого еще хватит ума бегать среди подожженного пороха?

— Но она спасла твою жалкую жизнь. Не так ли? Мне придется срезать твои лохмотья ножом. Да, если б отец увидел, как я туг в сестру милосердия играю, он бы меня точно наследства лишил.

— Кончай свои шуточки, сделай наконец что-нибудь.

— Куда ты девался после взрыва?

— Пошел спасать прибежище Джессики. Питман примчался по ее душу, как я и рассчитывал.

— Итак, отныне мистер Питман обзавелся еще одним врагом — Александром Монтгомери. Что ты собираешься делать с этим гаденышем?

Алекс скрипнул зубами от боли Ник отдирал присохшие обрывки рубашки вместе с кусками кожи. Если бы ранами занялись сразу после взрыва, то все было бы значительно проще и уж куда менее болезненно. А теперь кровь успела засохнуть. Но Александр не жалел ни о чем. Он поступил совершенно правильно, сразу же поехав к Джессике, забыв про рану. Он и так едва успел.

— Я еще не думал про Питмана. Не знаю пока. Сейчас мне необходимо отоспаться и полежать несколько дней. Скажи Питману, что у меня после ужасной сцены возле дома Таггертов нервный срыв и мигрень.

— Угу, и заставить этого говнюка подозревать, что ты ранен?

— Тогда я скажу ему, что влюблен в Джессику и не могу позволить, чтобы ей причинили вред.

— Кто влюблен? Ты или Мститель? Алекс помолчал, потом ответил:

— Она такая же испорченная, как Эбигейль. Рисковала жизнью ради человека, которою, как она уверяла, ненавидит Ну да, загадочная фигура на вороном коне, — девчушки млеют.

— Сядь прямо. Я тебя перебинтую.

С заметным усилием Алекс выпрямился.

— Александр скачет верхом ночью с пистолетами. Готовый ради нее прострелить дурную башку королевского чиновника при исполнении служебных обязанностей и получает поцелуй в щечку. А этот дуролом Мститель сам лезет в западню, и по нему льют слезы ручьем. Она боялась, что этот кретин истечет кровью в какой-нибудь дыре. И когда я, Александр, уверил ее, что он в безопасности, она соизволила осквернить свои губки о мою физиономию. Черт побери, ну что за дура эта женщина! Почему эта женщина не понимает, кто настоящий герой в ее жизни. Неужели все женщины влюбляются в смазливое лицо и широкие плечи?

В утешение Ник протянул Алексу, солидную порцию рома.

— Скажи мне, если бы Нельба Мэсон стояла тогда на крыльце, во время твоего первого выступления на здешней сцене, ты бы ее стал целовать? А потом совать в корыто за то, что тебя отвергли?

Алекс прикончил ром и передернулся, представив себе Нельбу.

— Я бы ей свечку поставил. И вообще, это разные вещи: Нельба, хоть тресни, свой бушприт никуда деть не сможет. И собою ради Мстителя не она рисковала, а Джессика.

— Может, и она бы расстаралась, если бы к ней Мститель по ночам шастать повадился. Алекс воздержался от комментария.

— Ник, сматывай отсюда удочки и дай мне поспать. Забери, пожалуйста, эти лохмотья и сожги.

— Да, хозяин, — поддразнил его Ник и вышел.

Глава 9

— Монтгомери, похоже, всю таггертовскую семейку удочерили, — изрекла миссис Уэнтворт. — По-моему, если им так уж приспичило поупражняться в христианском милосердии, вполне могли бы найти кого-нибудь получше.

Мистер и миссис Уэнтворт восседали за завтраком в компании их единственного драгоценного чада — Эбигейль. Все в комнате, начиная с обстановки, включая посуду и столовые приборы и заканчивая самими Уэнтвортами, было высшего качества и привезено, разумеется, из метрополии. Господа не желали иметь ничего общего с грубыми и вульгарными американскими товарами.

— Элеонора не один год проработала на Монтгомери, на ней по совести весь дом держится. И если бы Марианна за Питмана не пошла, Таггерты по ею пору спокойно бы поживали, — справедливости ради заметил мистер Уэнтворт.

— Мститель, — театрально воскликнула миссис Уэнтворт, — бандит с большой дороги. Он и ему подобные негодяи ввергают нас в неприятности с Англией! Что мы будем без Англии и поддержки его величества? Даже представить себе немыслимо жалкую участь, уготованную нам без мудрого руководства его величества.

Эбигейль сосредоточенно намазывала булочку маслом.

— А что вы скажете относительно давешнего взрыва?

— И ведь все, совершенно все, говорят о причастности этой пресловутой Джессики Таггерт. Господин Питман имел полное право на обыск их лачуги. Правда, на его месте я бы не стала врываться в дом ночью и проверять всех женщин. Мы добропорядочные граждане, а не какая-нибудь шантрапа вроде Мстителя! — Миссис Уэнтворт многозначительно взглянула на Эбигейль. — Никто в моем доме никогда не будет иметь ничего общего с типами, подобными Мстителю!

— Вы, матушка, полагаете, что той храброй женщиной была Джессика Таггерт? — обратилась к матери Эбби. — У них… они… любовники?

— Какая там любовь! — возмущенно воскликнула миссис Уэнтворт.

— Весь город восхищается храбростью Джессики. Люди говорят, она — героиня, — сказал, вертя в руках чашку, мистер Уэнтворт. — Она спасла жизнь Мстителю, люди считают себя в долгу перед Джессикой. Без мисс Джессики от Мстителя ничего бы не осталось.

Эбигейль так быстро поднялась, что чуть не опрокинула стул.

— Но ведь никто не знает наверняка, что это была именно Джессика Таггерт! Женщина, спасшая Мстителя! О-о-о! — воскликнула Эбби, закатывая глаза, и ее опять качнуло со стула.

— Солдаты говорят, она дома была и как будто только из постели. Прямо на Джессику ничего не указывает. Она помогла Мстителю или не она? Бог весть! А вот что господин Александр ей помог, так это уж на каждом углу слышно. Эбби, ты бы с ним поласковее, что ли? Свободный молодой человек. Прекрасная партия! Я его с колыбели знаю. Он подавал большие надежды. Редкостный был мальчуган.

— Куда только все это подевалось, — процедила Эбигейль. — Жирный, отвратительный, ленивый и, как собачка, бегает вокруг Джессики Таггерт.

— Ну, зато у его отца…

— Мне неважно, что у его отца! Один Мститель стоит сотни таких надутых толстяков, как Александр Монтгомери, — крикнула Эбигейль и убежала в свою комнату. Гнев и ревность бурлили в Эбби. С чего бы этому отребью вроде Джессики ставить на карту свою жизнь ради спасения Мстителя, совершенно незнакомого ей человека? Или как? Не столь уж незнакомого? Нет! В — конце концов, кого при всех Мститель поцеловал? Ее, Эбигейль! А Джессике досталось грязное корыто! Какое они имеют только право думать, что эта оборванка была способна кинуться в огонь, спасая жизнь Мстителя? Она, это ничтожество! Почему никто ни на минуту не подумал о ней, Эбигейль?

Она подошла к зеркалу и взглянула на свое отражение. Это зеркало было привезено из самой Франции.

Такой храбрый, такой красивый и мужественный джентльмен, как Мститель, просто не мог предпочесть этой красавице во французском зеркале рвань вроде Джессики!

Грязная свора Таггертов и она!

Эбигейль услышала, как хлопнула входная дверь — родители уходили. Отец — на пристань, а мать, как обычно в это время, на рынок. Она всегда сама ходила за провизией, не доверяя слугам этого столь важного дела.

Рассматривая в зеркале свое отражение, Эбигейль вновь с возмущением подумала о человеческой глупости.

Кто еще, кроме нее, мог поступиться жизнью ради спасения Мстителя? А знал ли сам Мститель эту женщину? В конце концов было темно, очень темно, и та женщина была с ног до головы закутана в черный плащ с капюшоном. Если Мститель не знал эту женщину, то… Да, безусловно, он будет ей очень благодарен?!

Конечно, ей нужны какие-то доказательства — просто на случай, если люди ей не поверят. С улыбкой она подумала об огне, горевшем в камине внизу.

Едва борт «Мэри Кэтрин» коснулся пристани, Джессика увидела Алекса. Солнечные лучи вспыхивали и искрились в складках его одежды. Казалось, что на берегу появился новый маяк, только очень странной и необычной формы. Наверное, Алекс неспроста пришел встретить ее, есть какие-то важные новости.

— Капитан, разрешите подняться на борт? — с улыбкой осведомился Александр.

Джессика была уже готова к самому худшему, к известиям трагическим и ужасным, но расслабилась и успокоилась, видя улыбку Александра.

— Подняться на борт разрешаю, — ответила Джессика, сбрасывая с борта трап. — Ты не забыл свой платок с благовониями?

— Нет, и закуску тоже, — отшутился Алекс, показывая Джессике огромный апельсин.

Он ступил на трап, но едва не упал, не дойдя до палубы. Алексу явно было нехорошо. Джессика успела поддержать Александра. Он тяжело оперся на нее.

— Ты в порядке, Алекс?

— Ничего, ничего, сейчас уже много лучше, благодарю. Сейчас позволь мне постоять немного. Голова закружилась. Нет, не надо убирать руки, я могу упасть. — Алекс мимолетным движением жадно прижал лицо к щеке Джессики. — Ну вот, все уже нормально Только помоги мне, пожалуйста, спуститься в каюту.

— Конечно, Александр, конечно. — Джессика обхватила руками неподатливое тело. Ей пришлось на каждом шагу помогать шатающемуся Алексу преодолевать крутые ступеньки. Джессика пододвинула еле державшемуся на ногах Александру стул.

— Может быть, ты рому выпьешь?

— Спасибо, — с явным облегчением ответил Алекс. — Я кое-что принес. Вот. — Медленными, неуверенными движениями больного он пошарил в огромных карманах своего королевского одеяния и извлек на свет Божий бутылочку французского коньяка, полкаравая хлеба, сыр и склянку горчицы.

Джессика хохотнула:

— А я-то подумала, у тебя новости. Алекс выглядел очень слабым Джессика отрезала ломоть хлеба, положила сверху сыр и от души намазала горчицей и отдала прямо в руки Александру.

— Ты права. У меня действительно есть новости. Эбигейль Уэнтворт арестовали за то, что она помогла Мстителю вырваться из ловушки с порохом.

— Что?! — ахнула Джессика, едва не подавившись своим бутербродом. — Но ведь ее не за что арестовывать. Она же была дома и спала себе спокойненько, пока Питман ночью обыскивал дома.

— Как и ты, Джессика, — спокойно заметил Алекс и пригубил коньяк.

— Ну, ладно Расскажи лучше все подробно. Как эта идиотка расстаралась попасть в кутузку?

— Молола на каждом углу, что она-де вытащила Мстителя из западни А в доказательство показывала обгоревшие волосы.

— Неужели она не понимала, что, едва Питман об этом услышит, ее немедленно арестуют?

— Едва ли она думала о последствиях.

— Да уж. Ей, наверное, захотелось, чтобы Мститель опять на нее внимание обратил. Но уж он-то наверняка знает, кто ему помог, что это никак не Эбигейль?

Алекс пожал плечами:

— Кто его знает, что ей там в голову взбрело? Кстати, ты не очень распространяешься про ту ночь. Мститель тебе хоть спасибо сказал?

Джессика пропустила вопрос Алекса мимо ушей.

— Ну и что с Эбигейль будем делать? Пусть себе гниет в тюрьме или как? Что с ней Питман собрался делать?

— Может быть, предоставить заботы об участи Эбигейль Мстителю, коль скоро она так к нему неравнодушна?

— Алекс, ты опять в ревность ударился. Эбби влюбилась в Мстителя! Нечего мне голову морочить! Ты-то сам разве к Эбби не подкатывался? До сих пор не пойму, зачем? Она ж тебе и не нравится даже.

— Тем не менее, — сухо заметил Александр, — в данном случае я положительно считаю вмешательство излишним. Джесс, неужели ты так ничему и не научилась? Ты же едва дома не лишилась после того, как бросилась спасать Мстителя. Эбби сама создала себе проблемы. Вызволять ее — не твоя забота.

— Выручить Эбигейль можно, если я признаюсь, что одна помогла Мстителю.

— Только через мой труп, — с чувством сказал Александр. — Или твой. Если дело так повернется.

— Я поступлю так, как сочту нужным.

— И мне, по обыкновению, придется тебя спасать.

— От чего это, интересно, ты меня спасал, позволь спросить?

Алекс посмотрел на свой коньяк.

— Да, коротка память девичья. А ведь для тебя уже петлю, Джессика, приготовили. Когда ты бросила канат, чтобы Мститель мог убежать, когда он питмановскую долю умыкнул. Действительно, подумаешь, большое дело! Хибару вашу сжечь не дал, когда ты и Мститель наперегонки с порохом бегали, а потом с солдатами в салки играли. А так ли уж ловок и хорош твой хваленый Мститель? Ты об этом хоть раз задумывалась?

— Как ты можешь так говорить? Он же всему городу помог. Мститель действительно воюет с Питманом. Он в отличие от всех остальных один сопротивляется.

— Да, играет с огнем, а ты всегда наготове с ведром воды тушить.

Джессика постаралась сдержать свое негодование.

— Мне не нравится, когда ты так говоришь, Алекс. Мститель, я уверена, как лучше хотел. Не его вина, что Питман там пороху понасовал и западню приготовил. Ты представляешь, что он, может, сейчас раненый умирает где-нибудь? Я не знаю, насколько ему досталось, а за помощью ему идти некуда. Этот человек заслуживает большего уважения, нежели ты считаешь.

— Может, все же не такого, как ты считаешь, Джесс. Давай не будем ссориться. Если мне не изменяет память, мы говорили об Эбигейль. У меня появились некоторые соображения, как спасти малютку Эбби от виселицы. Может быть, удастся.

У Джессики все еще не выходило из головы пренебрежительное замечание Александра по поводу Мстителя, но она пересилила себя.

— Ну что ж, рассказывай.

— Нам надо найти мужчину, который присягнет, что Эбигейль была ночью с ним. Тогда…

— Кого ты имеешь в виду? Мстителя? Чтобы он всем рассказал, как она его спасала? Он был со мной, а не с Эбигейль.

Глаза Алекса стали жесткими.

— Ты можешь хоть на пару минут выкинуть этого господина из головы? Я имею в виду любого мужчину. Моряк, клерк, хоть пеликан. Только говорящий. Ее могут простить и отпустить, если он заявит в суде, что был с Эбигейль, а держал все в секрете из-за ее родителей.

— А ее волосы? Ну что за дура, право. Мститель закрыл меня своим телом. Ни один волосок не упал с моей головы. Конечно, он…

— Джесс, — остановил Джессику Алекс, — волосы Эбигейль обгорели, скорее всего, у камина. Джессика улыбнулась:

— Александр, это ужасно. Как Эбигейль людям в глаза после этого смотреть сможет?

— Принимая во внимание, насколько Питман разозлен, пусть скажет спасибо, если ей вообще будет чем смотреть.

Джессика отпила глоток коньяку.

— Но где ты найдешь такого дурака, чтобы признался перед всем городом в поступке, которого сроду не совершал? Согласного быть без вины виноватым? — Джессика подняла голову и посмотрела на Алекса. — И потом, что им за это будет? Наверняка просто так с рук не сойдет.

— Ну, может, придется посидеть в колодках. Вряд ли что-нибудь более страшное. У меня, кажется, есть подходящая кандидатура.

— Кто же это?

— Думаю, что для тебя это будет сюрприз. Предоставь все мне. Я это дело утрясу, как, впрочем, и все твои прочие проблемы.

— Я могу и сама о себе позаботиться, но если тебе действительно удастся вызволить Эбигейль, я буду тебе обязана. Но за мной не пропадет. Я тогда тебе жену найду. На следующий год в это время в доме Монтгомери уже дети ползать будут. — Джессика поставила свою кружку на стол. — Ох, Алекс, а твои ослабшие мышцы… я подумала… я имею в виду… — Джессика зарделась. — Алекс, а у тебя могут быть дети? Твои дети, конечно?

Алекс посмотрел на нее долгим взглядом, отвернулся и вздохнул.

— Я не был с женщиной после моей лихорадки, но думаю, все будет нормально, если со мной правильно обращаться и помочь немного. — Он опять посмотрел на Джессику и улыбнулся ей слабой улыбкой.

— О-о-о, — сказала Джессика, допивая коньяк. — Наверное, нам лучше об этом никому не рассказывать, а то ты так холостым и останешься. Я не могу представить себе женщину… — Джессика остановилась, поняв, что может опять ранить чувства Александра. Она подумала о Мстителе, которому явно в этом помощь не требовалась, и улыбнулась.

Джессика взяла себя в руки и посерьезнела.

— Отлично. Займись поисками подходящего мужчины для Эбигейль, а я постараюсь найти тебе невесту.

— Кажется, моя работенка будет полегче. Вот, — Александр протянул Джессике апельсин. — Съешь это и за дело.


Итан Ледбеттер стоял за барьером перед судьями. Все женщины в зале суда напряженно вытянули шеи, стараясь не пропустить ни слова из того, что говорил этот красивый молодой мужчина.

Судья в большом и длинном парике попросил Итана повторить свои показания.

— Госпожа Эбигейль не хотела огласки, чтобы кто-нибудь знал о наших близких отношениях, что мы любовники. Поэтому она и сказала, что была с Мстителем. Она едва успела домой до прихода солдат. Еще бы несколько минут, и она бы попалась.

— Это все ложь, — крикнула Эбигейль. — Я этого человека вообще едва знаю. Я сказала вам правду: я сама все это устроила и я опалила свои волосы в огне. Я никогда…

— Бэйлифф, если вы не утихомирите эту особу, я прикажу вывести ее из зала. Ну-с, господин Ледбеттер, что вы нам поведаете про волосы?

— Случайно мы слишком близко подкатились к костру, — заявил Итан с заметной ноткой самодовольства в голосе.

Зал замер в шоке, потом ахнул. Раздались громкие возгласы, что-то среднее между смехом и возмущением.

Пока судьи совещались, Бэйлифф навел порядок.

— Мы пришли к решению, — сказал один из судей. — Обвиняемая Эбигейль Уэнтворт и свидетель Итан Ледбеттер приговариваются… — зал замер в напряженной тишине. — К женитьбе до захода солнца!

Эбигейль упала без чувств. Казалось, и Итан тоже был на грани обморока.

— Я солгал, — крикнул Итан. — Я только хотел помочь. Я солгал!

Судьи, с явным отвращением на лицах от этого дела, отмахнулись от Итана.

Алекс взял Джессику за локоть и повел из зала, но она высвободилась и ждала, пока выйдут бывшие обвиняемые. Эбигейль рыдала, ее мать тоже. Итан вышел, сжав зубы, с поднятой головой и гордым видом, хотя люди и хихикали над ним. Проходя мимо Алекса, Итан остановился, с ненавистью посмотрел на него и плюнул в лицо.

Очень спокойно Александр достал носовой платок и вытерся.

— Пойдем, Джессика? — осведомился он. Джессика брела рядом, не позволяя Александру дотрагиваться до себя, и молчала до тех пор, пока они не вышли из толпы.

— Как ты мог так отвратительно поступить с людьми? — еле проговорила, задыхаясь от гнева, Джессика. — Ты знал, что суд заставит их пожениться? Не так ли?

— Я предполагал возможность подобного исхода.

— Как тебе удалось уломать Итана рассказать суду, что он был с Эбигейль?

— Не понимаю, чего ты так разозлилась? Я просто немного позволил себе воззвать к патриотизму Итана. Сказал ему, что он помогает стране и особенно своему родному городу.

— Он тебе поверил. — Руки Джессики сжались в кулаки. — Тебя зовут Монтгомери, и люди из-за этого думают, что должны верить тебе. Оххо-хо, Александр Монтгомери. Вы сделали ужасную вещь. Вы предали свое имя. — Джессика резко повернулась и ринулась прочь от Алекса, — Подождите минуту, милостивая госпожа, — остановил ее Алекс, хватая за руку. Он свернул с дороги и на несколько шагов углубился в лес. — Если мне память не изменяет, я же тебе предварительно рассказал, что именно собираюсь делать? Никаких возражений с твоей стороны не последовало. Чего ж ты сейчас сердишься. Из-за того, что я именно Итана Ледбеттера одурачил? Или из-за того, что этот твой красавчик так легко попался?

— Он не мой. И вообще, отпусти мою руку!

— Почему ты сердишься на меня? Я же освободил Эбигейль, чего она, право, из-за бесконечного вранья совершенно не заслуживает, а Итан, простой кузнец, становится зятем в одной из богатейших семей Уорбрука. Я не нахожу во всем этом ничего ужасного.

— Кроме того, что всю оставшуюся жизнь Итан проведет в обществе идиотки Эбигейль. Алекс отпустил руку Джессики.

— Всего несколько дней назад ты предназначала Эбигейль в невесты мне, а теперь она, оказывается, недостаточно хороша для твоего драгоценного Итана.

— Неужели ты не понимаешь? — тихо сказала Джессика, — может, Итан и есть Мститель.

— Я все понимаю, — ответил Алекс подчеркнуто спокойно и холодно. — Ты Мстителя для себя приберегаешь, не так ли? Ты сама собиралась сцапать Итана.

— Нет, — Джессика закрыла уши руками, чтобы не слышать слов Алекса. — Ты нарочно надо мной глумишься. Я просто ненавижу, когда кто-нибудь так несчастлив, вот и все. Ты должен был предупредить Итана, чем все это может закончиться.

— Если у Итана не хватило ума сложить два и два, чтобы понять, к чему приведет признание перед всем городом в интимной связи с Эбигейль, то он получил по заслугам. И ему еще повезло, что все так просто и легко закончилось. А Эбигейль… Удивительно, что ее еще камнями не забросали.

— Ты рисковал их жизнями! Ведь у тебя не было никакой уверенности. Судья мог приговорить их к смерти!

— Для этого судья слишком много должен Монтгомери, я очень мило поговорил с ним перед судебным заседанием. Конечно, у меня не было уверенности… как люди это проглотят. Я боялся, что они вываляют Эбигейль в перьях.

— Замужество Эбби слишком большая радость для многих мамаш. У их дочерей появится шанс выйти замуж.

Алекс улыбнулся:

— Ну вот это уже лучше. Джесс, тебя действительно так сильно волнует судьба Мстителя? Она отвернулась:

— Я не понимаю, не знаю, что чувствую. Просто беспокоюсь о его ране. Вся эта кровь, она меня заставила…

— Да, я знаю, ты волнуешься, жив он или нет. Может, он поймет, наконец, что достаточно наигрался в Мстителя. И оставит эту забаву.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19