Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Красный шторм поднимается

ModernLib.Net / Триллеры / Клэнси Том / Красный шторм поднимается - Чтение (стр. 21)
Автор: Клэнси Том
Жанр: Триллеры

 

 


— Значит, вы хотите сказать, что мы не можем рассчитывать на предупреждение о предстоящем налете от норвежцев, и наша заградительная линия в Датском проливе прорвана, потому что утрачен контроль над Исландией. Какие еще источники информации имеются в нашем распоряжении? — спросил Свенсон.

— По-видимому, кое-что имеется. Меня предупредили, что мы можем ожидать предупреждение о возможном налете от источника под кодовым названием «Риэлтайм». Если с Кольского полуострова вылетит большая группа советских бомбардировщиков, нам сообщат об этом.

— Что еще за «Риэлтайм»? — спросил командир авиагруппы.

— Об этом мне не сообщили.

— Подводная лодка, — угрюмо улыбнулся Бейкер. — Только Бог сумеет спасти ее, когда она начнет передачу. Ну что ж, вчера Иван послал свои бомбардировщики на Исландию. Кто знает, какую цель они выберут сегодня?

— На случай, если это кого-нибудь заинтересует, мой официальный разведывательный доклад находится перед вами.

— Как приятно узнать мнение профессионала, — ядовито заметил командир авиагруппы. — Нам следовало бы направиться на север и нанести удар по этим русским. — По профессии и приобретенному опыту он был летчиком-истребителем. — Но мы не может сделать этого до тех пор, пока не устраним угрозу со стороны «бэкфайеров». Насколько велика эта опасность?

— Я исхожу из того, что мы не можем рассчитывать на помощь со стороны ВВС. Принимая во внимание одну советскую морскую авиацию, нам придется иметь дело с шестью полками бомбардировщиков: три полка «бэкфайеров» и три — «бэджеров». Далее, нам противостоит один полк «бэджеров» с аппаратурой радиоэлектронной борьбы, один полк разведывательных «беаров» «"Беар" (медведь — англ.) — советский турбовинтовой стратегический бомбардировщик Ту-95, используемый в качестве дальнего разведчика морской авиации.», а также воздушные танкеры. В каждом полку двадцать семь самолетов. Итого нам придется иметь дело со ста шестьюдесятью бомбардировщиками, каждый из которых способен нести две или три ракеты типа «воздух-земля».

— Этим «бэджерам» придется изрядно постараться, чтобы добраться до нас. Перелет туда и обратно составит добрых четыре тысячи миль, даже если они полетят кратчайшим путем, через Норвегию. Это устаревшие самолеты, — произнес командир авиакрыла. — Как относительно их спутников?

Тоуленд взглянул на часы.

— Один из русских разведывательных спутников пролетит над нами через пятьдесят две минуты. Они засняли нас еще двенадцать часов назад.

— Надеюсь, ВВС предпримет что-нибудь — например, введет в действие свои противоспутниковые «птички» и как можно быстрее, — тихо пробормотал Свенсон. — Если Иван сможет получать разведданные в реальном масштабе времени, им не понадобятся эти проклятые «беары». Они могут легко определить наш курс, и им требуется всего четыре часа, чтобы долететь сюда.

— Может быть, попытаться изменить курс, после того как над нами пролетит разведывательный спутник? — задал вопрос командир авиагруппы.

— Вряд ли это принесет какую-нибудь пользу, — ответил Бейкер. — Мы плыли на восток в течение десяти часов. Они не могли не заметить этого, а наша скорость всего двадцать узлов. В лучшем случае нам удастся удалиться от места, где мы находимся сейчас, на восемьдесят миль. Сколько времени им потребуется, чтобы пролететь такое расстояние?

Тоуленд заметил, что ни Свенсону, ни командиру авиакрыла не понравилось решение командующего боевой группой, но они не решились возразить. Его уже предупредили, что с адмиралом лучше не вступать в спор, и Тоуленд подумал, хорошая ли это черта для боевого командира.

Высота 152, Исландия

Эдварде испытал некоторое утешение от того, что точно предсказал прибытие холодного фронта. Дождь начался, как он это и ожидал, сразу после полуночи. Ситуация, в которой они оказались, еще ухудшилась из-за того, что это был непрерывный холодный дождь. Время от времени он переходил в ливень. Над головой, на высоте двух тысяч футов, неслись облака, подгоняемые сильным ветром в сторону гористого центра Исландии.

— Куда же делись истребители? — спросил Эдварде. Он осмотрел аэропорт Рейкьявика через бинокль, но не увидел шести истребителей, о которых доложил прошлым вечером. Улетели и все транспортные самолеты. На поле виднелся только один советский вертолет и несколько танков. На улицах города и прилегающих дорогах не было заметно почти никакого движения. Крайне необычно для утра понедельника. Почему рыбаки не едут к своим судам? — подумал он и поинтересовался:

— Кто-нибудь видел, как они взлетали?

— Нет, сэр. При вчерашней погоде сюда могли бы прилететь и затем снова улететь все самолеты советских ВВС и мы бы ничего не заметили. — Сержант Смит тоже испытывал раздражение, главным, образом из-за погоды. — Может быть, их разместили вон в тех ангарах?

Около одиннадцати вечера они увидели яркую вспышку света, похожую на запуск ракеты, но цель, на которую она была направлена, была скрыта за потоками дождя. Эдварде не сообщил об этом по радио, не будучи уверенным, что это был действительно запуск ракеты, — а вдруг они видели всего лишь молнию?

— А что это вон там? Это не похоже на танк. Гарсиа, посмотрите вон туда — ярдов пятьсот к западу от здания аэропорта. — Лейтенант передал ему бинокль.

— Какая-то гусеничная установка, сэр. Похоже, что у нее…, нет, это не пушка, там три орудия. Может быть, передвижное пусковое устройство для зенитных ракет.

— Да, ракеты «земля-воздух», — заметил сержант. — Скорее всего именно эта установка и запускала ракету прошлым вечером.

— Нужно сообщить об этом. — Эдварде принялся настраивать радиопередатчик.

— Сколько пусковых установок и какого типа? — услышал он вопрос «Конуры».

— Видим одну пусковую установку, на ней, похоже, три ракеты. Тип установки нам неизвестен. Предполагаем, что именно с нее была запущена ракета вчера в одиннадцать вечера, — Тогда почему, черт побери, вы не сообщили об этом сразу?

— Да потому, что я не знал, что это такое! — почти закричал Эдварде. — Пропади вы пропадом! Мы докладываем обо всем, что видим, а вы не верите даже половине того, что слышите от нас!

— Успокойтесь, «Ищейка». Мы верим вам. Знаю, что вам нелегко. Что там еще происходит?

— Он, видите ли, знает, что нам нелегко, — проворчал Эдварде, поворачиваясь к своим людям. — Не видим практически никакого движения, «Конура». Правда, еще рано, но мы рассчитывали увидеть на улицах горожан, отправляющихся по своим делам.

— Понятно. А теперь, Эдварде, быстро отвечайте на мои вопросы. Второе имя вашего отца?

— У него нет второго имени. Что…

— Название его судна?

— «Энни Джей». Какого черта вы задаете мне эти вопросы?

— Что случилось с вашей подругой Сэнди? Эдвардсу показалось, что в него вонзился острый нож. Ярость, прозвучавшая в его голосе была красноречивее любого ответа:

— Убирайтесь к дьяволу!

— Понятно, — ответил голос. — Извините, лейтенант, но вы должны были пройти тестирование. Пока у нас нет для вас ничего нового. По правде говоря, мы еще не решили, что делать с вами. Сохраняйте спокойствие и избегайте контакта с противником. Соблюдайте то же расписание выхода на связь. Если вас захватят и попытаются принудить вести радиоигру, начинайте каждую радиопередачу со своего позывного и затем говорите, что у вас все хорошо. Понятно? Все хорошо.

— Понял. Если вы услышите, что я говорю это, значит нас захватили в плен. Конец связи.

Кефлавик, Исландия

Советский майор, командир подразделения ВВС, чувствовал себя превосходно, хотя не спал уже больше тридцати часов. Кефлавик оказался великолепной авиабазой, и выезженный десант захватил ее практически неповрежденной. Самым главным было то, что американцы предусмотрительно разместили свое оборудование в защищенных укрытиях по разным концам базы и оно уцелело. Майор стоял у окна разбитой вышки управления полетами и наблюдал за тем, как полдюжины грузовиков с вращающимися щетками двигались по взлетно-посадочной полосе номер девять, сметая с нее обломки. Через тридцать минут этой полосой можно будет пользоваться. Восемь огромных заправщиков, полных горючего, стояли наготове поблизости, а к вечеру будет отремонтирован трубопровод. Начиная с этого момента Кефлавик превратится в функционирующую советскую авиабазу.

— Когда прибудут наши истребители?

— Через тридцать минут, товарищ майор.

— Включите радиолокатор.

Все снаряжение, необходимое для передовой советской авиабазы, находилось в одной из барж, скрытой в трюме «Юлиуса Фучика». В настоящий момент передвижной радиолокатор дальнего действия был установлен рядом с местом пересечения двух главных взлетно-посадочных полос, к западу от них. Рядом располагался фургон, из которого авиадиспетчеры могли руководить перехватом приближающихся целей. На авиабазе находились также три грузовика-фургона с запасными частями и ракетами «воздух-воздух». Накануне сюда прибыло триста человек обслуживающего персонала. Авиабазу охраняла целая батарея зенитных ракет «земля-воздух» СА-11, восемь зенитных орудий, а также взвод пехотинцев с портативными зенитными ракетами для отражения налетов низколетящих штурмовиков. Единственное затруднение возникло с неисправными ракетами, и партия новых ракет «земля-воздух», доставленная самолетом несколько часов назад, уже была на пусковых установках. Любой самолет НАТО, подлетевший к авиабазе, мог рассчитывать на хороший прием, как это уже случилось прошлой ночью с «ягуаром» английских ВВС. Зенитная ракета сбила его над Рейкьявиком, прежде чем летчик успел заметить ее.

— Взлетно-посадочная полоса номер девять готова для использования, товарищ майор, — доложил радиооператор.

— Отлично! Пусть теперь берутся за восемнадцатую. Мне нужно, чтобы к вечеру были готовы все полосы и рулежные дорожки.

Высота 152, Исландия

— Что это? — На этот раз Эдварде первым заметил происшедшее. Широкие серебряные крылья бомбардировщика «бэджер» выскользнули из нижнего слоя облаков и тут же скрылись. Затем мелькнуло еще что-то. Этот самолет был меньше, и он сразу исчез в облаках. — Истребитель?

— Я ничего не заметил, сэр. — Гарсиа смотрел в другую сторону. Тут же над их головами пронесся отчетливый рев турбореактивных двигателей, работающих на малых оборотах.

Лейтенант уже овладел искусством радиопередач.

— «Конура», говорит «Ищейка». У нас вое плохо. Вы меня слышите?

— Слышим, «Ищейка». У вас есть что-то новое?

— Над нами пролетают самолеты курсом на запад, по-видимому, в сторону Кефлавика. Оставайтесь на приеме.

— Я слышу их, но ничего не вижу. — Гарсиа передал лейтенанту бинокль.

— Я видел один двухмоторный самолет, скорее всего, бомбардировщик, и еще один, гораздо меньшего размера, похожий на истребитель. Над нами раздаются звуки пролетающих самолетов, но небо закрыто сплошными облаками на высоте две тысячи футов. Больше мы ничего не видели.

— Вы считаете, что самолеты направляются в сторону Кефлавика?

— Да. Бомбардировщик летел на запад и снижался.

— Вы не могли бы вернуться в Кефлавик, чтобы увидеть, что там происходит?

Эдварде замолчал на несколько секунд. Неужели этот сукин сын не умеет читать карту? Он предлагает им пройти тридцать миль по открытой местности!

— Нет. Повторяю, нет. У нас просто отсутствует такая возможность. Прием.

— Понял вас, «Ищейка». Извините меня за этот вопрос. Мне было приказано задать его. Снова свяжитесь с нами, когда вам удастся подсчитать число самолетов более точно. Вы действуете здорово, парни. Продолжайте в том же духе. Конец связи.

— Они поинтересовались, не можем ли мы пройти пешком до Кефлавика, — сообщил Эдварде, снимая наушники. — Я сказал — нет.

— Правильно поступили, сэр, — заметил Смит. По крайней мере, подумал сержант, офицеры ВВС хоть не полные идиоты.

Кефлавик, Исландия

Первый МиГ-29, «фалкрэм», совершил посадку минутой позже. Он прокатился следом за джипом авиабазы и остановился рядом с вышкой. Майор, командующий авиабазой, спустился вниз и подошел к истребителю, чтобы лично приветствовать прибывшего.

— Добро пожаловать в Кефлавик, товарищ полковник.

— Благодарю! Покажите мне, где здесь находится туалет, — попросил прибывший.

Майор указал рукой в сторону своего джипа — американцы оставили на базе семьдесят джипов и больше трехсот личных автомобилей, — сел за руль и поехал в сторону вышки управления полетами. Американское радиооборудование вышло из строя, однако сантехника оказалась из более прочных материалов.

— Сколько?

— Шесть, — ответил полковник. — Проклятый норвежский истребитель F-16 атаковал нас над Хаммерфестом, прежде чем мы успели его заметить. Один вернулся обратно из-за неисправности двигателя и третий был вынужден приземлиться в Акьюрейри. Чем вы располагаете?

— Только одним вертолетом. Сегодня прилетят новые. — Джип остановился у входа. — Вторая дверь направо внутри помещения.

— Спасибо, товарищ майор. — Полковник вернулся через три минуты. — Это неприятная сторона полетов на истребителях. Почему-то мы всегда забываем предупредить об этом курсантов.

— А вот и кофе. Предыдущие обитатели этого здания позаботились о нас. — Майор отвернул крышку американского термоса. Полковник взял чашку, наслаждаясь ароматом, словно запахом хорошего бренди, и одновременно наблюдая за тем, как совершают посадку его истребители. — Ваши ракеты «воздух-воздух» наготове, и мы можем заправить истребители из машин-заправщиков. Когда вы будете готовы к полетам?

— Мне бы хотелось, чтобы мои летчики поели и отдохнули хотя бы пару часов. И позаботьтесь о том, чтобы самолеты были рассредоточены сразу после заправки. На вас уже совершали налеты?

— Пролетало всего два разведывательных самолета, и мы сбили один. Если нам повезет…

— Только дураки могут полагаться на везение. Американцы нанесут по авиабазе удар сегодня. На их месте я бы поступил именно так.

Авианосец ВМС США «Нимиц»

— У нас появился новый источник разведывательной информации в Исландии, его позывной «Ищейка», — доложил Тоуленд. Сейчас они находились в центре управления боевыми действиями авианосца. — Вчера вечером он передал, что в Рейкьявике совершили посадку более восьмидесяти транспортных самолетов в сопровождении по крайней мере шести истребителей. Этого достаточно, чтобы перебросить целую воздушно-десантную дивизию и даже больше. «Конура» сообщает из Шотландии, что ими получены еще не подтвержденные сведения о прибытии в Кефлавик советских истребителей.

— Должно быть, эти истребители обладают большим радиусом действия. «Фоксхаунды» или, может быть, «фалкрэмы», — заметил командир авиагруппы. — Если, разумеется, они захотят использовать их для этой цели. Ну что ж, пока мы не планировали налет на их базу. Впрочем, у нас может возникнуть проблема, если эти истребители будут сопровождать бомбардировщики.

— Есть что-нибудь новое относительно поддержки Е-3 с аэродромов Англии? — спросил Бейкер у Свенсона.

— Похоже, мы не получим никакой поддержки.

— Тоуленд, когда, по вашему мнению, прилетят наши друзья?

— РОРСАТ пролетит над нами через двадцать минут. Им, по-видимому, понадобится эта информация перед вылетом. После этого они могут вылететь в любой момент, адмирал. Если «бэкфайеры» дозаправятся в воздухе и будут лететь с максимальной скоростью, то через два часа. Но это худший вариант. Более вероятно, что их следует ожидать через четыре или пять часов.

— Ваше мнение, командир авиагруппы?

Лицо капитана первого ранга выглядело обеспокоенным.

— Над каждым авианосцем сейчас летает самолет радиолокационной разведки «хаммер» в сопровождении пары истребителей F-14 «томкэт». Еще по два «томкэта» стоят наготове на катапультах, готовые к взлету через пять минут, а также по одному «хаммеру» и воздушному заправщику. Остальные истребители находятся на летной палубе и могут взлететь по команде через пятнадцать минут, заправленные и с полным боекомплектом. Команды истребителей получили необходимые указания. Один «Праулер» барражирует над соединением, остальные готовы к вылету через пятнадцать минут. У истребителей-бомбардировщиков А-7 навесной боекомплект уже поставлен. Мы полностью готовы. «Крусейдеры» с авианосца «Фош» могут взлететь через пятнадцать минут. Это хорошие «птички», но у них малый радиус действия. Когда придет время, мы используем их для обороны соединения.

Кировск, Россия

Радиолокационный океанский разведывательный спутник — РОРСАТ — пролетел над американской боевой группой кораблей в 3.10. Его радиолокационный передатчик заметил соединение, и камеры следили за курсом движения группы. Пять минут спустя информация поступила в Москву. Еще через пятнадцать минут экипажи самолетов получили окончательный инструктаж на четырех авиабазах, расположенных вокруг города Кировска на Кольском полуострове. Экипажи выслушали поставленные перед ними задачи в полной тишине, испытывая не меньшее беспокойство, чем личный состав их американских целей. Обе стороны думали об одном и том же. На протяжении более пятнадцати лет и те и другие готовились и практиковались в проведении одной операции, и вот теперь предстояло испытать на деле миллионы затраченных часов планирования, изучения и подготовки.

Первыми взлетели Ту-16 с двойными двигателями Микулина. Каждый взлет требовал невероятных усилий. Бомбардировщики были загружены до такой степени, что авиадиспетчеры мысленно напрягались, силясь помочь поднять каждый самолет в тихий утренний воздух. Оторвавшись от земли, бомбардировщики направлялись на север, где севернее Мурманска, прежде чем повернуть на запад и пролететь мимо мыса Нордкап, объединялись в полковые соединения, которые затем плавно поворачивали налево, в северную Атлантику.

В двадцати милях от северного побережья России американская подводная лодка «Нарвал» скрывалась под седовато-серыми волнами Баренцева моря. Это была самая бесшумная субмарина ВМС США, она служила своего рода разведывательным плацдармом американского флота и проводила у берегов Кольского полуострова больше времени, чем любой русский корабль. Три ее тонких антенны, работавшие в широком диапазоне, были подняты над морской поверхностью, так же как и перископ, стоивший миллионы долларов. Техники, находившиеся на борту, прислушивались к едва различимым переговорам экипажей самолетов, перестраивавшихся над их головами в боевой строй. Три военных специалиста из различных разведывательных служб США и один штатский из Агентства национальной безопасности оценили число вылетевших самолетов и пришли к выводу, что вылетевшее соединение достаточно велико, чтобы предупредить о нем. Тут же выдвинулась дополнительная антенна, направленная на спутник, висевший в двадцати четырех тысячах миль от поверхности Земли. Передача длилась меньше одной пятнадцатой секунды.

Авианосец ВМС США «Нимиц»

Радиограмма была автоматически ретранслирована на четыре различные станции космической связи и через тридцать секунд попала в штаб верховного командующего объединенными Вооруженными силами НАТО в Атлантике. Еще пять минут — и Тоуленд держал в руке желтый бланк с текстом сообщения. Он немедленно прошел к адмиралу Бейкеру и вручил ему радиограмму.

04.18 ГРИНВИЧ РИЭЛТАЙМ ПОСЫЛАЕТ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ О ВОЗДУШНОМ НАПАДЕНИИ ТЧК БОМБАРДИРОВОЧНОЕ СОЕДИНЕНИЕ В КОЛИЧЕСТВЕ БОЛЬШЕ ПЯТИ ПОЛКОВ ВЫЛЕТЕЛО НА ЗАПАД С КОЛЬСКОГО ПОЛУОСТРОВА В 04.00

Бейкер посмотрел на часы. — Быстро действуют. Командир авиагруппы? Капитан первого ранга взял бланк радиограммы, еще раз прочел текст и подошел к телефону:

— Взлет всем истребителям, находящимся в пятиминутной готовности. Отзовите патрулирующие самолеты, как только они приблизятся, и объявите пятиминутную боевую готовность еще для двух «томкэтов» и одного «хаммера». Самолеты, вернувшиеся после патрулирования, заправить, обслужить и подготовить к взлету немедленно. Освободить одну катапульту и держать ее в готовности для заправщиков. — Он положил трубку и вернулся обратно. — С вашего разрешения, сэр, предлагаю выслать еще одну пару F-14 и один «хаммер» через час и перевести все истребители на пятиминутную боевую готовность. В 06.00 мы поднимем в воздух остальные истребители и самолеты-заправщики. В этом случае мы встретим бомбардировочную группу на расстоянии двухсот миль и расправимся с нею.

— Согласен. Есть еще предложения?

Свенсон задумчиво посмотрел на планшет. Там уже были проведены круги, указывающие наибольшее возможное продвижение советских бомбардировщиков.

— Англичане получили такое же предупреждение?

— Да, сэр, — кивнул Тоуленд. — И норвежцы. Если повезет, те или другие смогут вступить в контакт с бомбардировщиками и пощипать их, может быть, вышлют за ними свой самолет.

— Неплохая мысль, только не слишком на это рассчитывайте. Если бы я планировал воздушный рейд, то послал бы бомбардировщики прямо на запад, чтобы повернуть на юг над Исландией. — Свенсон снова посмотрел на планшет. — Думаете «Риэлтайм» передал бы предупреждение о группе «беаров»?

— Мне сообщили, сэр, что «Риэлтайм» получил приказ высылать оповещение только в случае вылета трех или более бомбардировочных полков. Десять или двадцать «беаров» не входят в эту категорию, и «Риэлтайм» не вышел бы в эфир. Такое количество бомбардировщиков они могли даже не заметить.

— Значит, в настоящий момент к нам приближается целое стадо «косолапых», которые соблюдают полное радиомолчание, прислушиваясь к излучению наших радаров?

Тоуленд кивнул, соглашаясь с командиром авианосца. Соединение занимало пространство радиусом в тридцать миль, авианосцы и транспортные суда с морской пехотой на борту располагались в центре, их окружали десять кораблей сопровождения, вооруженных ракетами, и шесть противолодочных судов. На всех кораблях радиолокаторы были выключены. Взамен они получали электронную информацию от двух самолетов раннего оповещения Е-2С, барражирующих над соединением, которых в военном обиходе чаще называют «хаммерами». Их радары контролировали пространство диаметром свыше четырехсот миль.

Развертывающаяся драма была сложнее самой изощренной игры. Исход событий мог зависеть от дюжины — а то и более — переменных факторов, причем число перестановок исчислялось тысячами. Дальность радиолокационного обнаружения зависела от высоты и, соответственно, видимого горизонта, за пределы которого не могли заглянуть ни глаза, ни радиолокаторы. Самолет мог избежать обнаружения — или по крайней мере затруднить его — при полете над самой поверхностью моря, однако при этом резко увеличивалось потребление горючего и тем самым уменьшалась дальность полета.

Бомбардировщики должны были обнаружить соединение первыми, не выдав себя. Русские знали, где сейчас находится группа авианосцев, но за те четыре часа, которые потребуются бомбардировщикам на перелет, корабли успеют переместиться. Ракетам «воздух-земля» требовалась точная информация для того, чтобы они могли уничтожить главные цели — два американских и один французский авианосцы, иначе вся операция потерпит провал.

Взлет истребителей с трех авианосцев для перехвата приближающихся бомбардировщиков зависел от точного расчета направления и скорости бомбардировочного соединения. Задача истребителей заключалась в том, чтобы обнаружить и уничтожить бомбардировщики, прежде чем они успеют найти авианосцы.

Главным для обеих сторон было решить, следует ли включать радиолокационные излучатели. И в том и в другом случае имелись свои преимущества и свои недостатки, и «оптимального» решения проблемы просто не существовало. Почти на каждом американском военном корабле находился мощный поисковый радиолокатор, нацеленный на обнаружение самолетов на расстоянии двухсот миль или даже больше. Однако их радиолокационное излучение можно было обнаружить на еще большем расстоянии, вызывающем ответный сигнал, что позволяло русским окружить авианосное соединение, определить ее точное местонахождение и затем атаковать со всех сторон.

Это была игра в прятки, разворачивающаяся на пространстве в миллион квадратных миль морской поверхности. Ценой проигрыша была смерть.

Северная Атлантика

Советские разведывательные самолеты «беар-Д» летели к югу от Исландии. Их было десять, и они вытянулись в тысячемильную линию. Гигантские самолеты, мчащиеся вперед за счет вращения воздушных винтов, приводимых в действие турбовинтовыми двигателями, были до отказа напичканы электронным оборудованием. Экипажи каждого из них имели за плечами многие годы подготовки и навыка в обнаружении американских авианосных групп. На носу, на хвостовом оперении и на кончиках крыльев виднелись чувствительные антенны, прослушивавшие эфир в поисках сигналов от американских радиолокаторов. Разведывательные самолеты засекут эти сигналы, приблизятся к ним, определят их координаты, но предпримут все необходимые меры, чтобы никогда не вторгаться в сферу вероятного обнаружения. Больше всего они боялись, что американцы вообще не будут пользоваться радиолокаторами или станут включать и выключать их произвольно, без всякой определенной системы, что могло привести к тому, что самолеты попадут в район действия вооружения американских кораблей или наткнуться на их истребители.

У самолетов-разведчиков «беар-Д» дальность полета ограничивалась двадцатью летными часами, но за это приходилось расплачиваться тем, что у них практически не было вооружения. Их скорость была недостаточной, чтобы скрыться от истребителей-перехватчиков, а вооружение на борту не позволяло отразить атаки. Сообщение, гласящее: «Мы обнаружили боевую группу противника», тут же вызывало горький смех экипажа и возгласы: «Прощай, родина!». Однако люди, обслуживавшие такие самолеты, являлись гордыми профессионалами. Они знали, что от них зависел успех следующих позади ударных бомбардировщиков и…, безопасность их страны.

В восьмистах милях к северу от Исландии «бэджеры» взяли курс на сто восемьдесят градусов — один-восемь-ноль, — прямо на юг, и продолжали полет со скоростью пятьсот узлов. Они сумели скрыться от по-прежнему опасных норвежцев и полагали, что английские самолеты не смогут достичь их на таком расстоянии. Тем не менее, электронные сенсоры «бэджеров» постоянно обшаривали эфир, а экипажи настороженно оглядывали пространство вокруг. В любой момент ожидалась атака исландских тактических истребителей, и команды бомбардировщиков знали, что любой летчик НАТО, сидящий за штурвалом своего самолета, немедленно избавится от бомбовой нагрузки ради возможности напасть на такую беспомощную цель, как «бэджер», выпущенный двадцать лет назад. Эти бомбардировщики достигли заката своей боевой жизни. На их крыльях появились трещины — признак усталости металла, лопасти турбин износились, а отсюда возросло потребление топлива и сократилась скорость.

В двух сотнях миль позади них бомбардировщики Ту-22М заканчивали дозаправку в воздухе. Они летели в сопровождении самолетов-заправщиков и теперь, заполнив топливные баки, устремились на юг,

чуть западнее курса летящих впереди «бэджеров». Со своими ракетами АС-6 «кингфиш» типа «воздух-земля», висящими под каждым крылом, эти бомбардировщики тоже были потенциально уязвимы для истребителей, однако Ту-22М являлись сверхзвуковыми самолетами и могли уцелеть даже при массированном нападении истребителей. Экипажи этих бомбардировщиков представляли собой элиту советской морской авиации, высокооплачиваемую и пользующуюся всеобщим уважением, о чем на инструктажах постоянно напоминали им командиры полков. Теперь им представилась возможность продемонстрировать свою боевую готовность.

Все три группы самолетов направлялись на юг с оптимальной крейсерской скоростью, члены их экипажей постоянно следили за расходом горючего, температурой двигателей и множеством других показателей, критически важных при длительных перелетах над океаном.

Авианосец ВМС США «Нимиц»

Тоуленд вышел на верхнюю палубу, чтобы подышать свежим воздухом. Было ясное утро, пушистые облака над головой окрасились в розовый цвет от лучей восходящего солнца. На горизонте виднелись авианосцы «Саратога» и «Фош», их размеры производили впечатление даже на расстоянии восьми миль. Недалеко от «Нимица» ракетный крейсер «Тикондерога» разрезал форштевнем пятифутовые волны. Зенитные ракеты, окрашенные в белый цвет, покоились на спаренных пусковых установках. Остальные корабли казались серыми тенями, молчаливыми и ожидающими чего-то. На некоторых из них сверкали сигнальные прожекторы — единственный признак жизни в эскадре. Летная палуба «Нимица» была усеяна самолетами-перехватчиками F-14 «томкэт». Два «томкэта» покоились на катапультах в центральной части авианосца всего в сотне футов от Toy-ленда. Их экипажи — по два человека в каждом истребителе — дремали, сидя в кабинах. Под крыльями перехватчиков были подвешены ракеты дальнего действия «феникс». Наготове были и ударные бомбардировщики, которые вместо боезапаса несли баки с топливом. Они использовались для дозаправки истребителей в воздухе, что позволяло последним проводить в полете лишние два часа. Члены палубной команды в разноцветных комбинезонах хлопотали у самолетов, снова и снова проверяя их готовность. Авианосец начал поворачивать налево, навстречу западному ветру, готовясь к запуску самолетов. Тоуленд посмотрел на часы: 05.58. Пора возвращаться в центр управления боевыми операциями. Через две минуты пробьют боевую тревогу. Он еще раз вдохнул свежий морской воздух и подумал, а не является ли этот вздох последним.

Северная Атлантика

— Вошли в контакт! — послышался голос техника по системе внутренней связи. — Я засек сигнал, указывающий на активный радиолокатор самолета раннего обнаружения, базирующегося на авианосце.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63