Современная электронная библиотека ModernLib.Net

В штабе гвардейской дивизии

ModernLib.Net / Биографии и мемуары / Бологов Федор / В штабе гвардейской дивизии - Чтение (стр. 13)
Автор: Бологов Федор
Жанр: Биографии и мемуары

 

Загрузка...

 


      К 12 часам дня полки первого эшелона продвинулись на глубину до четырех километров, овладели второй позицией противника и выполнили ближайшую задачу.
      Генерал Дрейер приказал мне готовить переезд на новый НП в район южной опушки леса в километре севернее Виноградного хозяйства. К этому времени майор Софрыгин с группой связистов и саперов организовал там связь и оборудовал место для наблюдения.
      С нового НП нам стало хорошо видно поле боя. Противник стремился задержать наступление наших частей. Особенно сильное сопротивление он оказал во второй половине дня на подступах к высоте 194,1 и северной опушке безымянной рощи.
      Пытаясь восстановить положение, фашистское командование силами вторых эшелонов 306-й и 15-й пехотных дивизий и охранных частей предприняло контратаку из района восточнее Каушанов и западнее Попяски против левого фланга 333-й дивизии и 55-го полка нашей дивизии. Тяжелая обстановка сложилась на участке 3-го батальона 55-го гвардейского полка, которым командовал капитан И. Ф. Фенченко. Здесь гитлеровцы контратаковали значительными силами пехоты, поддержанной двенадцатью танками. От меткого огня бронебойщиков роты противотанковых ружей гвардии капитана П. Н. Ефимова загорелись два танка, три танка были подбиты расчетами 15-го отдельного гвардейского противотанкового дивизиона под командованием гвардии майора П. Е. Гашко, но остальные продолжали идти вперед. Еще несколько минут, и они могли бы вплотную подойти к позициям 8-й роты. И тут в роту под вражеским огнем пробрался заместитель командира батальона старший лейтенант Н. Ф. Червов. Выбрав удобный момент, когда подошел взвод наших танков, он поднялся во весь рост и крикнул:
      - Гвардейцы! За Родину! Вперед!
      Бойцы видели, как, вооружившись противотанковыми гранатами, Н. Ф. Червов бросился навстречу танкам. За ним дружно поднялись остальные. В танки летели гранаты. Пехоту били прикладами, расстреливали в упор. В горячей схватке был тяжело ранен Н. Ф. Червов, по рота продолжала громить врага. Подбили еще три танка и уничтожили много фашистов.
      Мужественно и решительно действовали бойцы 7-й роты батальона под командованием старшего лейтенанта Е. Д. Полхирева. Искусно маневрируя в складках местности, рота вышла во фланг контратакующему противнику и разгромила до взвода, врага. В разгар боя были убиты два командира взвода младшие лейтенанты И. И. Галич и И. Е. Ушаков. Вскоре был тяжело ранен и командир роты. Тогда командование ротой смело взял на себя сержант В. Д. Абрамов и повел бойцов в новую атаку.
      Второй батальон гвардии капитана М. С. Шакирова первым принял удар контратакующих фашистов, отбил три атаки и не допустил прорыва противника через боевые порядки батальона. В этом бою умело и мужественно действовали артиллерийские и минометные подразделения полка под руководством начальника артиллерии гвардии старшего лейтенанта И. П. Сумского. Они тесно взаимодействовали с пехотой, прокладывая ей дорогу непрерывным массированным огнем.
      Большую помощь полку в отражении контратаки оказали артиллеристы поддерживающего 1-го артдивизиона 46-го гвардейского артполка дивизии под командованием гвардии майора А. Е. Карпухина. 2-я батарея этого дивизиона во главе со старшим лейтенантом О. А. Григорьевым уничтожила одно самоходное орудие, два бронетранспортера и подавила минометную батарею противника. В результате смелых и решительных действий 55-го стрелкового и 52-го танкового полков контратака противника захлебнулась. Враг понес большие потери и начал отходить на юго-запад.
      Понес потери и полк. Пали смертью храбрых командир роты противотанковых ружей коммунист гвардии капитан П. Н. Ефимов, командир стрелковой роты лейтенант Ю. С. Милясевич, командир взвода связи лейтенант В. Н. Козлов. Были ранены командиры стрелковых рот капитан А. В. Родиков, старший лейтенант Д. И. Денисов, старший лейтенант И. М. Третьяков.
      Пока 55-й гвардейский полк отбивал контратаку противника в районе высоты 194,1, противник силою до батальона на бронетранспортерах при поддержке трех самоходных орудий контратаковал 2-й батальон 60-го гвардейского. Командир попросил разрешения на ввод в бой 3-го батальона.
      - Что ж, пришло время наращивать силы, - сказал генерал Дрейер и дал соответствующие распоряжения. Он связался с командиром 333-й стрелковой дивизии, договорился об одновременном ударе по флангам контратакующей группировки противника и приказал мне срочно вызвать на НП командира 57-го полка. Минут через 15 на НП прибыл подполковник И. А. Гугин, и генерал Дрейер поставил ему боевую задачу. Полку предстояло во взаимодействии, с соседями разгромить противника и овладеть населенным пунктом Попяска. Комдив дал указание майору Глушичу на артиллерийское обеспечение ввода в бой 57-го гвардейского полка.
      Подполковник Гугин быстро и организованно развернул свой полк, и после огневого налета артиллерии и удара нашей штурмовой авиации гвардейцы стремительно атаковали противника. Метко вел огонь пулеметчик сержант Т. Г. Зайцев. Бесстрашно сражался рядовой П. П. Губенко, вели вперед своих бойцов коммунисты командир первого батальона майор В. С. Чистяков, командир роты старший лейтенант Е. Н. Кузьмук, умело руководили боем командир 3-го батальона полка капитан В. К. Котомин, командиры взводов лейтенант П. А. Володин и гвардии старший сержант И. И. Плешаков.
      В это время с фронта перешли в атаку и гвардейцы 55-го полка. Противник понес большие потери и, боясь окружения, начал поспешно отходить к Попяске, оставляя на поле боя убитых и раненых. Не давая противнику организованно отойти и закрепиться, гвардейцы на его "плечах" ворвались на северную окраину.
      Одними из первых в населенном пункте оказались бойцы отделения сержанта Шуравлевского. Во время атаки сержант заметил в траншее у крайнего дома группу противника. Быстро оценив обстановку, он рванулся вперед и бросил противотанковую гранату. Взрыв разметал гитлеровцев. Вслед за группой Журавлевского в село с запада ворвались подразделения 57-го, а с востока 60-го гвардейских полков. В коротких уличных боях они разгромили гарнизон противника в Попяске и полностью овладели ключевой позицией.
      К исходу 20 августа части дивизии вышли на южную окраину Попяски, овладели прилегающими к ней высотами и выполнили задачу дня. Теперь дивизии требовалась хотя бы небольшая передышка для того, чтобы подтянуть артиллерию, тылы, дать гвардейцам хотя бы несколько часов отдыха, накормить их. С наступлением темноты в район НП переместился основной командный пункт.
      Вместе с майором Савченко мы обработали боевые донесения частей и отдельных подразделений дивизии и направили в штаб корпуса оперативную сводку за первый день боя. Командир дивизии приказал полковнику Б. А. Лимонту подготовить наградной материал на отличившихся в бою.
      * * *
      Поздно вечером 20 августа к нам приехал командир корпуса генерал Котов. Он поставил дивизии задачу завершить в течение 21 августа прорыв обороны противника на всю глубину, обеспечить ввод в сражение 7-го механизированного корпуса и развивать наступление в направлении Брезои. Он указал на необходимость принять Своевременные меры для отражения возможных контратак танковой дивизии противника. Выслушав распоряжения, генерал Дрейер тут же уточнил боевые задачи полкам на следующий день. По его решению 55-й гвардейский полк, понесший наибольшие потери в первый день боя, был выведен во второй эшелон. Мы с начальником штаба быстро нанесли на карты боевые задачи и срочно с офицерами связи отправили их в полки.
      С рассветом 21 августа, командир дивизии с группой офицеров переехал на новый НП, подготовленный за ночь на северо-восточных скатах высоты 194,1. После артиллерийского налета наступление возобновилось.
      Как и предполагалось, противник за ночь подтянул резервную танковую дивизию в район Каушанов и Ермоклии и с утра перешел в контратаку. Боевые действия сразу же приняли ожесточенный характер. Контратаки врага следовали одна за другой.
      Против 57-го гвардейского полка противник бросил остатки разгромлелпой нами дивизии при поддержке двадцати танков. На пути врага встал 2-й батальон майора Ф. А. Сычепко. Его поддержал огнем дивизион 46-го гвардейского артиллерийского полка. Однако численное превосходство позволяло врагу упорно продвигаться вперед. Погибли смертью храбрых заместитель командира батальона гвардии лейтенант П. С. Шумских и командир минометного взвода гвардии младший лейтенант Б. М. Кудрявцев, получил ранение командир стрелковой роты старший лейтенант П. Я. Варакин, по гвардейцы стояли насмерть.
      Командир полка И. А. Гугин ввел в бой второй эшелон для нанесения удара во фланг контратакующему противнику. Генерал Дрейер бросил против вражеских танков противотанковый резерв - 117-й истребительно-противотанковый полк и одновременно приказал командующему артиллерией сосредоточить огонь по контратакующему противнику. Противотанкисты быстро развернулись на выгодном рубеже и сразу уничтожили пять вражеских машин. Бойцы огневого взвода 3-го дивизиона 46-го артполка под командованием лейтенанта А. У. Амонова выкатили орудия для стрельбы прямой наводкой, меткими выстрелами подбили еще два танка, одно самоходное орудие, уничтожили три пулемета и до 15 солдат противника.
      Одновременно 1-й стрелковый батальон полка под командованием майора В. С. Чистякова, поддерживаемый десятью танками, ударил во фланг противника. В воздухе появились наши штурмовики и нанесли удар по врагу. Один за другим горели фашистские танки, бежала немецкая пехота. Враг, понеся большие потери, не выдержал и начал поспешно отходить. Дружно поднялись в атаку бойцы второго батальона, опрокинули и стали преследовать отходящего противника. Прорыв вражеской обороны на этом направлении был полностью завершен.
      Командир корпуса ввел в бой свой передовой отряд - усиленный стрелковый батальон 55-го гвардейского полка на автомашинах под командованием гвардии подполковника Г. В. Цорина. На левом фланге дивизии вел тяжелый бой за овладение населенным пунктом Ермоклия 60-й гвардейский полк. Сосед справа 10-я гвардейская воздушно-десантная дивизия гвардии полковника Петрушина левофланговым полком отражала сильную контратаку механизированного полка с танками. Задержка наступления 10-й дивизии грозила сорвать выполнение задачи нашим корпусам и резко снизить темп наступления.
      В этой обстановке командир 6-го гвардейского корпуса генерал Г. П. Котов принял решение ввести в сражение второй эшелон - 195-ю стрелковую дивизию полковника И. С. Шапкина с задачей окружить и уничтожить противника в Ермоклии. По его замыслу 10-я гвардейская дивизия должна была сковать противника с фронта, а 195-я вступить в бой левее 10-й дивизии, обойти Ермоклию с востока и нанести удар по правому флангу группировки противника. Нашему соединению было приказано силами 60-го гвардейского полка совместно со 195-й дивизией нанести, одновременный удар по левому флангу группировки противника, разгромить ее и освободить Ермоклию.
      Получив задачу от командира корпуса, генерал Дрейер приказал мне направиться в 60-й гвардейский полк, чтобы на месте уточнить вопросы взаимодействия с 10-й и 195-й дивизиями. Я. попросил разрешения, закончив дела, остаться на НП командира полка. Генерал Дрейер мою просьбу удовлетворил, тем более что на наблюдательный пункт дивизии прибыл начальник штаба полковник Лимонт, который всегда появлялся там в критические моменты боя, чтобы помочь в управлении войсками.
      На моих глазах 60-й гвардейский после непродолжительной артиллерийской подготовки и штурмовых ударов нашей авиации ринулся в атаку. Первым поднялся батальон под командованием гвардии капитана Л. Я. Полторжицкого. На подходе к селу путь преградил огонь двух вражеских пулеметов и одного самоходного орудия.
      Заметив это, подполковник Макуха попросил командира второго дивизиона 46-го гвардейского артполка майора К. П. Пыгунова подавить врага. Через минуту метким огнем орудий старшего сержанта Е. Ф. Гончарова и сержанта Д. Г. Казана огневые точки были уничтожены. Батальон ворвался на окраину населенного пункта. Одновременно на западную окраину Ермоклии ворвались гвардейцы 1-го батальона под командованием майора М. П. Стрижакова. В этом бою был тяжело ранен заместитель командира батальона по политчасти старший лейтенант С. Г. Кряхов, который личным примером воодушевлял бойцов, шел впереди.
      Немало подвигов было совершено гвардейцами. В трудную минуту ефрейторы А. И. Гусев и К. И. Гуренко бросились со связками гранат под гусеницы вражеских танков. Две вражеские машины уничтожили они. И тут же еще три подбили артиллеристы. Остальные тяпки повернули обратно. Впоследствии Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР Александру Ивановичу Гусеву и Кузьме Иосифовичу Гуренко присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).
      Воины стрелковых батальонов, на глазах которых гвардейцы Гусев и Гуренко совершили подвиг, ринулись в яростную атаку на врага. Они уничтожили еще дна танка, истребили более сотни гитлеровцев и совместно с частями 195-й дивизии к 12 часам 21 августа освободили Ермоклию.
      В этом бою гвардейцы показали массовый героизм и непреклонную волю к победе. Наступательный порыв был столь высок, что даже раненые оставались в строю. Так, командир отделения 3-го батальона сержант Голубев, несмотря на двукратное ранение в ногу, отказался идти в медсанбат, заявив, что должен форсировать реку вместе со всеми.
      * * *
      Между тем наступление дивизии развивалось успешно во всей полосе. В прорыв был введен механизированный корпус.
      В 20 часов 21 августа мы с Борисом Антоновичем были вызваны к командиру дивизии. У него уже находились В. Е. Ященко, К. Ф. Глушич и И. А. Юрьев.
      Генерал был в хорошем настроении.
      - Итоги двухдневных боев радуют нас, - сказал он нам. - Дивизия выполнила поставленную задачу, причем с небольшими потерями. Гвардейцы показали высокий моральный дух, хорошую боевую выучку, храбрость, отвагу. Теперь перед нами стоит новая задача - с утра 22-го перейти в преследование противника в общем направлении Брезоя, Минжир, Дезгинже и не допустить его отхода за реку Прут.
      Затем генерал изложил решение, и я нанес его на карту. После этого по указанию начальника штаба мы вместе с майором Софрыгиным быстро подготовили боевые распоряжения частям и отдельным подразделениям дивизии и разослали с офицерами связи в войска.
      Уже было далеко за полночь, когда мне удалось поесть, и я тут же, как подкошенный, свалился и уснул. Но сон мой был недолгим. В пять часов утра пришел майор Саутин и сообщил о результатах разведки противника. В ночь на 22 августа Саутин выслал группу под руководством гвардии старшины А. Г. Сиротина в составе гвардии старшины Н. Б. Свириденко, сержантов Е. Г. Сергеева и Г. И. Менькова, рядовых С. Е. Люсина, Б. С. Толокевича и А. И. Боровинского с задачей вести разведку в направлении Брезоя, Монзырь, Стурдзени, Абаклия. Действуя решительно и смело, разведгруппа просочилась в тыл противника и установила тщательное наблюдение за его передвижением. В районе населенного пункта Фынтынели группа заметила движение противника численностью до роты и устроила ему засаду. В короткой схватке разведчики уничтожили около 30 гитлеровцев и 18 человек захватили. Пленные показали, что им было приказано занять оборону в этом населенном пункте и прикрыть отход остатков 408-го полка 306-й дивизии, которые движутся на Монзырь.
      - Все эти данные, - сказал Саутин, - я доложил начальнику штаба. Он отдал распоряжение Тесленко и Гугину немедленно выслать передовые отряды полков и в 7 часов утра начать движение главными силами. Вам приказано организовать контроль за выполнением отданных распоряжений и подготовить передовой командный пункт к выступлению.
      Было еще темно, когда я направился к начальнику штаба. На горизонте время от времени вспыхивало зарево "катюш" и слышался раскат артиллерийских выстрелов. Там вели бой механизированные корпуса.
      В 7 часов утра 22 августа части дивизии начали преследовать отступающего противника. Сплошного фронта не было. Между нашей дивизией и соседом справа - 333-й стрелковой дивизией образовался большой разрыв. Поэтому с рубежа Опач, Монзырь в образовавшийся промежуток командованием армии был введен 82-й стрелковый корпус, и теперь нашим правым соседом стала 183-я стрелковая дивизия.
      Окрыленные успехом гвардейцы рвались вперед. Противник, оставляя группы прикрытия на естественно выгодных рубежах, стремился отвести остатки разгромленных войск, организовать оборону на выгодном рубеже и не допустить окружения своих войск в районе Кишинева. Однако передовые отряды с ходу сбивали заслоны противника и неотступно преследовали его основные силы.
      На командный пункт дивизии шел поток кратких боевых донесений об успешных действиях частей и подразделений. В этой быстро меняющейся обстановке командиру, начальнику штаба и операторам дивизии приходилось вести частые переговоры по радио и проводным линиям связи. Поскольку преследование развивалось успешно, каждый стремился доложить подробнее.
      Особенно удачно действовал 57-й гвардейский полк. Его передовой отряд под руководством заместителя командира полка гвардии майора В. Л. Тамбиева, славившегося отвагой, мужеством и воинским мастерством, первым ворвался в крупный населенный пункт Монзырь. Остатки пехотного полка противника пытались закрепиться на высоте 216,4 и восточной окраине Монзыря. Отряд Тамбиева, прикрываясь ротой с фронта, главными силами обошел противника и внезапным ударом с тыла разгромил его. В этой короткой, но жаркой схватке отряд уничтожил до 150 солдат и офицеров противника, а 35 взял в плен.
      Не менее успешно действовал и передовой отряд 55-го гвардейского полка под командованием гвардии капитана И. Ф. Фенченко.
      За 22 августа части дивизии освободили 9 населенных пунктов и прошли с боями 36 километров.
      В 20 часов командный пункт дивизии развернулся в населенном пункте Каприоль. Уставший от непрерывного движения по пыльным дорогам и нервного напряжения, я пришел на доклад к Борису Антоновичу Лимонту с очередной оперативной сводкой. Он подписал ее и спросил:
      - Как дела у Савченко с журналом боевых действий? Гвардейцы дивизии показывают образцы мужества и героизма. Это надо хорошо описать, чтобы их подвиги были известны потомкам. Просмотрите журнал сами, и пусть Савченко покажет его мне завтра.
      - Есть! - ответил я.
      Затем мы подготовили боевые распоряжения частям дивизии на продолжение наступления с утра 23 августа. Ночью, как правило, бывает меньше различных звонков и распоряжений, поэтому мы с майором Савченко хорошо поработали, а майор Софрыгин подготовил отчетную карту боевых действий дивизии за период наступления. Проверили получение полками отданных комдивом распоряжений и только в три часа ночи решили немного отдохнуть.
      С утра 23 августа части дивизии продолжали стремительное преследование противника. Все находилось в движении. Небо над Молдавией закрыли облака пыли. Но враг еще продолжал огрызаться. У населенного пункта Дезгинже он пытался преградить путь передовому отряду 57-го полка, выставив две пехотные роты с двумя самоходными орудиями. Командир батальона Сыченко быстро развернул свой батальон и решительно атаковал гитлеровцев. Бой шел за каждую улицу. Особенно мешали продвижению две самоходные пушки. Тогда командир батареи противотанковых орудий старший лейтенант И. В. Коновалов выкатил орудия и прямой наводкой с первого выстрела подбил одну самоходку. Однако вторая самоходка вела огонь. Осколками был убит командир батареи и ранено несколько бойцов расчета. Второй орудийный расчет немедленно открыл огонь по самоходке, и вскоре она запылала. Дорога пехоте была открыта. Батальон полностью разгромил противника, овладел Дезгинже и продолжал наступление.
      В 17 часов 23 августа на передовой командный пункт дивизии приехал командир корпуса генерал-майор Г. П. Котов. Выслушав подробные доклады командира дивизии, он раскрыл свою рабочую карту и проинформировал нас об обстановке на фронте в целом.
      - Как видите, - сказал он в заключение, - кольцо, оперативного окружения кишиневской группировки противника почти замкнулось. Однако в нем еще несколько разрывов, через которые противник стремится вырваться. Командующий 37-й армией поворачивает 82-й стрелковый корпус на северо-восток. Нашему корпусу приказано закрыть разрыв между механизированными корпусами, соединиться с войсками 2-го Украинского фронта и тем самым прочно замкнуть кольцо окружения кишиневской группировки противника. На вас, Николай Михайлович, возлагаю особую задачу - к утру 24 августа выйти в район Томая, занять там оборону силами одного полка, а главными силами стремительно продолжать наступление, овладеть местечком Леово, форсировать реку Прут и соединиться с войсками 2-го Украинского фронта.
      - Задача понятна. Дивизия приложит все усилия, чтобы с честью выполнить ее, - ответил генерал Дрейер.
      Командир корпуса попрощался и уехал, а спустя несколько минут поступил доклад из 55-го полка о том, что противник контратакует значительными силами. Генерал Дрейер приказал мне срочно свернуть передовой командный пункт и вместе с ним выехать на НП Тесленко, но прежде передать приказ командиру 60-го гвардейского полка ускорить движение, и, наступая левее 55-го полка, к утру 24 августа овладеть населенным пунктом Томай, и занять там прочную оборону фронтом на север. Я быстро связался по радио с подполковником Макухой и передал приказ командира по кодовой таблице, а затем доложил начальнику штаба дивизии.
      В 19 часов 30 минут мы с группой командира дивизии подъехали к наблюдательному пункту Тесленко, находившемуся на высоте северо-восточнее Баюша. Подполковник подробно доложил обстановку:
      - При подходе 2-го стрелкового батальона к Баюшу разведка полка установила движение колонны противника на Баюш с севера силою до полка пехоты, до 18 самоходных орудий и двух танков. Командир батальона капитан Шакиров быстро развернул батальон и занял оборону на северной окраине села. Противник тем временем начал атаковать батальон Шакирова. Для разгрома противника я повернул роту, которая действовала в передовом отряде и раньше прошла Баюш, и одновременно развернул подошедший 3-й батальон капитана Фенченко. Готовлю удар по левому флангу противника. Атаку назначил через 15 минут. Вот только артиллерии маловато для подготовки атаки батальонов, закончил доклад Тесленко.
      - Чем можно поддержать полк? - спросил комдив у Глушича.
      Тот доложил, что уже отдал распоряжение командиру 562-го гвардейского минометного полка произвести огневой налет, и приказал командиру 46-го гвардейского артполка поддержать еще двумя дивизионами.
      Командир дивизии приказал мне связаться с командиром 15-го гвардейского противотанкового дивизиона и передать приказ о немедленном выдвижении и развертывании на северо-восточной окраине Баюша для уничтожения танков и самоходок противника. На машине встретил командира дивизиона, передал приказ комдива и, зная обстановку, порекомендовал быстро и скрытно занять позиции для стрельбы прямой наводкой.
      В селе шел тяжелый бой. Противник бросал все новые и новые силы. Но гвардейцы стойко сражались, отбивая яростные атаки врага. Мы видели, как горят два немецких танка, их подбила противотанковая батарея полка под командованием старшего лейтенанта И. Н. Коноплева. Сам он погиб в этом бою, но батарея продолжала сражаться и уничтожила еще две самоходки. Еще одну подбил гранатами командир роты старший лейтенант А. В. Дзема, но и сам вскоре был убит осколком снаряда. Все больше и больше в батальоне появлялось раненых. И в этот критический момент дали свой огневой залп "катюши". Тут же по самоходкам открыл огонь 15-й противотанковый дивизион. Посыпались на врага снаряды 46-го артиллерийского полка, артиллерии и минометов подразделений 55-го полка. Гвардейцы стремительно атаковали противника с тыла и флангов.
      Враг был окружен и в 30-минутной схватке полностью разгромлен. Сотни трупов валялись на подступах к окраине села. 150 человек сдались в плен, из них 10 офицеров. Противник оставил на поле боя 9 исправных самоходок, 10 грузовых и 5 легковых автомашин. На допросе пленные показали, что их усиленный полк по приказу командира 30-го армейского корпуса должен был занять прочную оборону в районе Леово с задачей обеспечить переправу через реку Прут в этом районе.
      Командир дивизии приказал Тесленко привести полк в порядок и продолжать преследование противника в направлении Ново-Леово. Я связался по радио с начальником штаба дивизии, доложил о результатах боя 55-го гвардейского полка и передал приказание командира дивизии о перемещении командного пункта в Копкуй, куда со своей группой направился генерал Дрейер.
      Впереди нас двигалась разведывательная рота дивизии. Ночь выдалась относительно прохладной. Пыль от впереди идущей машины комдива проникала в газик, попадала в глаза и рот. Я сидел на заднем сиденье и пытался заснуть. Но тряска на выбоинах полевой дороги и воспоминания о прошедшем бое в Баюше не давали мне этого сделать. Так, не смыкая глаз, к утру 24 августа мы догнали 60-й гвардейский полк и вместе с ним вошли в Копкуй. Полк пошел на Томай.
      В Копкуе майор Софрыгин организовал размещение группы комдива и подыскал помещение для штаба дивизии. Я тем временем связался с начальниками штабов 55-го и 57-го полков и выяснил обстановку. Полки после трехчасового отдыха продолжали преследование противника в указанных им направлениях, пройдя за сутки более 45 километров.
      Майор Саутин получил донесение от разведывательной группы, действовавшей в направлении Леово. Старший группы гвардии лейтенант П. П. Рябинин доложил по радио, что к 6 часам утра достиг Леово и был обстрелян противником. Однако все же удалось захватить пленного, который показал, что враг занимает оборону на высотах восточнее Леово.
      Выслушав доклад Саутина о данных разведки, генерал Дрейер распорядился передать приказание полкам ускорить движение к реке Прут. 55-му гвардейскому полку овладеть населенным пунктом на левом берегу реки, а затем форсировать Прут и захватить плацдарм на его правом берегу. 57-му гвардейскому полку в районе Леово нанести удар по противнику с северо-востока и овладеть Леово.
      Передав полкам приказ комдива, я связался с начальником штаба 60-го гвардейского полка гвардии майором С. И. Щеденко и запросил у него обстановку. Выявилось, что полк достиг Томая, сосредоточился на его северной окраине. Личный состав принимает пищу, а командир полка с командирами батальонов отбыл на рекогносцировку местности для занятия обороны. В Томае находился штаб и одна бригада 4-го механизированного корпуса.
      Вскоре в Копкуй прибыл основной командный пункт дивизии и закипела работа по обеспечению управления боевыми действиями войск.
      В 8 часов утра 24 августа по указанию начальника штаба я с группой связистов и саперов прибыл в район высоты 186,0 в двух километрах северо-западнее Копкуя, где выбрал место для НП и организовал его оборудование. Тут же прилег на землю и уснул. В 10 часов на НП приехал генерал Н. М. Дрейер со своей группой. Обеспокоенный медленным продвижением 55-го и 57-го гвардейских полков, он приказал мне поехать навстречу 55-му и организовать его форсированный марш, а в 57-й с такой же задачей послал начальника штаба Б. А. Лимонта.
      55-й гвардейский полк я встретил в районе населенного пункта Сарата-Ноуэ. Полк вел начальник штаба гвардии майор О. С. Иванов. На мой вопрос, где командир и почему полк так медленно двигается, Иванов ответил:
      - Командир полка заболел и едет в санитарной роте, личный состав принимает пищу и к тому же, шагая по жаре и пыли, выбился из сил. Командир полка дал три часа отдыха.
      Я видел усталые лица офицеров и солдат, по понимал, что обстановка требует быстрейшего выхода на Прут, и передал приказ комдива на организацию ускоренного движения к реке. Порекомендовал Иванову использовать весь имеющийся транспорт полка для переброски личного состава, вооружения и техники, а все тылы пока оставить на месте и перебросить вторым рейсом. Вскоре боевые подразделения полка были посажены на повозки, трофейные лошади и частично на автомашины. Выслав вперед разведку и охранение, полк начал движение в направлении Ново-Леово.
      А еще через несколько дней разгром окруженной группировки противника был полностью закончен.
      Когда, оставив полк, возвратился на НП, меня встретили офицеры с печальными лицами.
      - Что произошло? - спросил я с тревогой. Мне ответил майор Глушич:
      - Цорин погиб...
      Из рассказа майора Глушича я узнал подробности гибели Григория Васильевича.
      Передовой отряд корпуса, которым, командовал Цорин, вышел к Мало-Леово и попытался с ходу овладеть им. Но противник встретил отряд мощным артиллерийским и ружейно-пулеметным огнем. Завязался тяжелый бой. Подполковник дважды поднимал отряд в атаку. В последней пуля настигла его...
      Известие о гибели Цорина потрясло меня до глубины души. Григория Васильевича все мы хорошо знали и уважали за его железную выдержку, богатый опыт и личную храбрость. Он был старожилом дивизии, вырос от командира батальона до заместителя командира дивизии. Его военный талант и беспредельная преданность партии и Родине снискали ему уважение всего личного состава.
      Но было в тот день и радостное событие. Нам сообщили, что войска 5-й армии освободили город Кишинев. Огромное историческое и военно-политическое значение Ясско-Кишиневской операции 1944 года в Великой Отечественной войне всем известно. Немалый вклад в достижение этой победы внесли и бойцы нашего соединения.
      За образцовое выполнение задания командования в боях с немецкими захватчиками в Ясско-Кишиневской операции 20-я гвардейская Криворожская Краснознаменная стрелковая дивизия Указом Президиума Верховного Совета СССР была награждена орденом Суворова II степени.
      Глава седьмая.
      Марш по Балканам
      В конце августа 1944 года 20-я гвардейская дивизия расположилась на отдых южнее Леово и приводила себя в порядок после непрерывных изнурительных боев. Личный состав после успешного завершения Ясско-Кишиневской операции находился в радостном, приподнятом настроении. Эту радость вместе с нами разделяло все население Советской Молдавии. Жители приносили гвардейцам фрукты, виноград, молоко. Местная молодежь вместе с солдатами пела песни и танцевала. Кругом было шумно, празднично, весело.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18