Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Компания плутов (№8) - Жаворонок

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Беверли Джо / Жаворонок - Чтение (стр. 7)
Автор: Беверли Джо
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Компания плутов

 

 


— Видимо, граф-контрабандист очень занят.

— Но раз уж мы здесь, надо что-то делать. — Сказав это, Лаура рассмеялась. — Напрасно я трепыхаюсь, да?

— Как жаворонок.

. Это было сказано так добродушно, что Лаура не могла обидеться, но решила быть более сдержанной.

— Я предлагаю ознакомиться с городом, а заодно размять ноги.

— Ладно, только немного погодя. Пусть думают, что мы распаковываем вещи.

Стивен улыбнулся:

— Оказывается, ты специалист по криминальным делам.

Лаура отправилась к себе в комнату и позвонила горничной.

Вскоре появилась улыбающаяся, не очень красивая женщина с кувшином в руках. Сделав реверанс и сообщив, что ее зовут Джейн, она тут же взялась за саквояж Лауры. Лаура завела с ней разговор.

— Какое чудесное место. Говорят, морской воздух очень полезен.

— Весьма бодрящий, мадам. Пробыв здесь некоторое время, инвалиды перед отъездом могут даже танцевать.

— Удивительно. Но в это время года, полагаю, здесь не очень много приезжих?

Женщина повесила платья на вешалку.

— Не все так плохо, мадам, — сказала она. — У нас мягкая зима, и многие живут здесь круглый год.

— Неужели? У вас, наверное, бывают важные персоны? — Лаура пыталась выяснить хоть что-нибудь.

— Похвастаться нечем. Важные персоны в шикарных отелях.

Лаура поблагодарила женщину, дала ей чаевые, хотя никакой полезной информации не получила.

Лаура не переодевалась, поэтому ей оставалось надеть только перчатки, чтобы отправиться на прогулку.

Когда она присоединилась к Стивену, он спросил ее:

— Что с тобой?

Лаура забыла, что Стивен в высшей степени наблюдателен. Но сам вопрос заставил ее рассмеяться.

— Что со мной? Еще несколько дней назад я жаловалась на скуку. Опасалась за жизнь Гарри. Хандрила. У меня было тоскливое настроение в Колдфорте. Теперь мне грозит опасность. Неизвестно, чем все это закончится. Ведь если меня узнают, моя репутация будет погублена. Мне даже запретят общаться с собственным сыном.

— Лаура! — Стивен протянул ей руку.

— А вскоре я буду сидеть за одним столом со знаменитым контрабандистом.

Абсурдность сказанного потрясла обоих, и Лаура, смеясь, свалилась на стул. Стивен смотрел на нее с усмешкой, напоминавшей Лауре их юность. Она протянула ему руки, и он помог ей подняться.

— Я должна попросить прощения, — едва слышно произнесла Лаура.

— За смех? Это действительно нетипично для кузины Присциллы.

Помнил ли он похожую ситуацию, в которую они попали много лет назад?

— Я должна попросить прощения за свой смех тогда, давно, когда ты сделал мне предложение.

Стивен посерьезнел, только в глазах зажглись веселые искорки.

— Это было много лет назад, и мы были слишком молодые.

— Я была достаточно взрослая, чтобы выйти замуж.

— А я нет.

Но ведь Джульетта ждала своего Роберта.

— Ты просто не был к этому готов. Но клянусь, я не хотела тебя обидеть. И вполне серьезно отнеслась к твоему предложению. Ты должен это знать.

Они все еще держались за руки и смотрели друг другу в глаза.

— Не могу сказать, чтобы это было приятно, — проговорил Стивен, — я был молод, чувствителен и, конечно, самолюбив. Но я знаю, ты не хотела причинить мне боль. И немного погодя понял, что совершил идиотский поступок.

— Вовсе нет, — возразила Лаура.

Он отошел от нее.

— Это было глупо с моей стороны. Я думал, ты не отдаешь себе отчета в том, что делаешь. Но оказалось, Гардейн был именно тем, кто тебе нужен.

— Мы собирались прогуляться, — сказала Лаура.

— Тогда пошли.

— Пошли.

Стивен протянул ей руку. Лауре очень хотелось продолжить разговор, но она понимала, что это неразумно. Они вышли из гостиницы и вдохнули свежий морской воздух. Небо было затянуто облаками. Дул сильный ветер.

— Горничная назвала здешний воздух бодрящим, — сказала Лаура, поеживаясь.

— Он сдувает всю паутину.

— Я не окружена пауками. Давай пойдем, только побыстрее.

— Ты забыла, что миссис Пенфолд не в состоянии быстро двигаться.

Лаура чертыхнулась.

Они прошли до крутого спуска к деревне и повернули обратно.

Лаура с интересом рассматривала витрины магазинов, поскольку давно не видела их. Тут были многообещающий книжный магазин и аптека, на которой висела реклама «Все современные приспособления для больных и инвалидов».

— Это должно было бы заинтересовать меня, — заметила Лаура, пройдя мимо, и направилась к витрине, где были выставлены разодетые куклы. — Правда ли, что в Лондоне вошли в моду более короткие юбки? — спросила она.

— Да, к немалому удовольствию джентльменов.

Лаура искоса взглянула на него:

— Всегда существовал способ показать красивое колено. — Она приподняла юбку и поставила ногу на ступеньку.

— Согласен, — улыбаясь, сказал Стивен, — но моя больная кузина вряд ли.

Лаура состроила хитрую рожицу и опустила юбку.

— У тебя действительно есть кузина Присцилла Пенфолд?

— Нет, но девичья фамилия у тебя другая. Потом ты вышла замуж за Пенфолда из Уорикшира. Рассудительное, спокойное, трудолюбивое семейство.

— Не уверена, что смогу сыграть такую роль, — призналась Лаура, — рассудительную, уравновешенную леди.

— Постарайся выглядеть рассеянной, бормочи что-нибудь про эмпиризм и про Юма.

— О, это я могу. Я читала работы Юма, — сказала Лаура, когда они повернули к гостинице.

Стивен с удивлением посмотрел на нее. Лаура не призналась ему, что от скуки перечитала в скромной библиотеке в Колдфорте почти все, кроме спортивных журналов.

— Меня интересует не только длина дамских юбок, — добавила она.

— И ты согласна с идеями Юма?

— У него много интересных идей, — ответила Лаура, полагая, что он проверяет ее, — но мне не нравится, когда он нападает на Бога и религию.

— Религия иногда может стать проводником зла. Примером тому преподобный Джек.

— Если все это правда, зло, которое он замыслил, никак не связано с тем, что он викарий. Религия по определению должна быть добродетельной.

— Даже если требует, чтобы вдова сгорела на погребальном костре вместе с мужем?

Лаура нахмурилась и недовольно посмотрела на Стивена:

— Нет. Но возможно, это не религиозный ритуал, а просто обычай?

— Ты стараешься приспособить религию к своим предположениям.

Когда они уже подошли к гостинице, Лаура осознала, что она с большим удовольствием вела этот философский разговор. Сначала ей хотелось только доказать Стивену, что это может интересовать ее, а потом действительно стало интересно. И она не заметила, чтобы ему это не нравилось.

Но любой мог посчитать ее синим чулком! Чтобы он так не подумал, она рассказала ему о скуке и о библиотеке в Колдфорте.

— Я не думала, что эти книги произведут на меня такое впечатление. Возможно, в один прекрасный день я вступлю в философский кружок твоей сестры Фанни.

Она сказала это в шутку, но Стивен проговорил:

— Почему бы и нет? — И добавил: — Кузина Присцилла.

В этот момент она вспомнила, что ей полагалось быть слабой и неуклюжей. Такой она сейчас и была. Ибо настроение у нее испортилось. Неужели Стивену нравились женщины, которых называют синим чулком?

Достоинствами леди Жаворонок были жизнерадостность, красота и шарм. Но возможно, Стивена больше привлекают уродины, чем красивые женщины?

Лаура сердито взглянула на него:

— Не пойму, почему интерес к философии должен исключить интерес к модной одежде.

— Я тоже не понимаю, — произнес Стивен.

— Благодарю Бога за это, потому что обожаю красивые платья.

— Скоро сможешь снова в них щеголять.

— Ты и тогда будешь обсуждать со мной философские проблемы?

Он удивленно вскинул брови:

— Не понимаю, о чем ты говоришь. Я готов беседовать с тобой о чем угодно, Лаура, какую бы одежду ты ни носила.

Когда он открывал для нее дверь, на лице у него была вежливая улыбка. Связь, которая установилась между ними, вдруг исчезла. Лаура уже собиралась войти, но в это время увидела выходившего из дома мужчину. На нем было длинное черное пальто, на голове ярко-синий тюрбан. Мужчина отошел, пропуская ее. Смуглый, со строгими чертами лица и ничего не выражающими карими глазами. Лаура почувствовала на себе его пристальный взгляд.

Глава 22

Лауре не терпелось закрыть дверь их комнаты.

— Фарук. Это он.

— Безусловно, — согласился Стивен и позвонил горничной.

Лаура в изнеможении опустилась на стул.

— Он реально существует. До сих пор я в этом не была уверена.

— Я тоже. Во всяком случае, не был уверен, что он настоящий араб, а не какое-то таинственное существо.

— И он живет в этом доме. Здесь не так много комнат… — Лаура умолкла, появилась Джейн.

— Мы хотим заказать обед, — проговорил Стивен холодным тоном.

Горничная сделала реверанс и перечислила имеющиеся блюда. Стивен жестом предложил Лауре выбрать и обратился к горничной:

— Мы встретили иностранного джентльмена, когда заходили в дом. Он тут живет?

Тон его из холодного превратился в ледяной. В глазах у горничной мелькнул страх.

— Да, сэр. Но от него никаких неприятностей. Его имя Фарук. Он из Египта. Слуга и компаньон больного джентльмена, капитана Дайера.

— У капитана Дайера много таких слуг? — спросил Стивен с таким высокомерием, что Лаура чуть не расхохоталась.

— Нет, сэр. Только Фарук. Он делает все для своего господина. Даже не разрешает нам зайти сменить белье или разжечь огонь.

Напряжение возрастало. Они решили, что это связано с присутствием ребенка в комнатах.

— А долго они тут пробудут? — продолжал расспрашивать Стивен. — Мне не очень приятно жить под одной крышей с язычником.

Девушка комкала край передника.

— Этого я не знаю, сэр. Они приехали неделю назад и, по-моему, не собираются уезжать. Климат тут весьма полезен для здоровья, вы же знаете.

— Их комнаты расположены близко от нас? — спросил, наконец, Стивен.

Девушка побледнела.

— Да, сэр. Гостиная капитана Дайера находится рядом с вашей спальней, сэр, но между ними нет дверей. Капитан Дайер занял центральные комнаты, а у нас наверху всего восемь комнат и две внизу. Но там живет пожилая пара, мужчину надо возить на коляске. Может быть, пригласить мистера Топема?

Стивен притворился, будто обдумывает ответ.

— Пока не надо. Скажите мне только, нет ли тут поблизости детей. Моя кузина не переносит шума.

— О нет, сэр. Никаких детей.

Как только дверь за Джейн закрылась, Лаура расхохоталась.

— Ты был невероятно убедителен. Такой нетерпимый и избалованный.

— Очень хорошо. — Стивен был доволен собой. — Теперь мы знаем, что они рядом.

— А где же ребенок?

— Может быть, его вообще не существует.

— А может быть, существует.

— Возможно, Г.Г. где-то в другом месте. Это все наши домыслы. А нужны факты. Гадать на кофейной гуще бесполезно. — Повернувшись лицом к своей спальне, Стивен с удовлетворением заметил: — Итак, у нас с ними общая стена.

— Думаешь, через нее что-нибудь слышно? Надо подойти поближе. — Лаура вскочила со стула.

Стивен жестом остановил ее.

— Терпение. Скоро принесут обед и увидят тебя в моей спальне. Не очень-то прилично. Я сам пойду послушаю, а ты жди обеда. Как я и предполагал, полное молчание — Фарук ушел, и Дайеру не с кем разговаривать. Посмотрю, заперта ли у них дверь.

Лаура схватила его за рукав:

— У кого не хватает терпения?

— Я просто хочу проверить этих подозрительных типов, чтобы убедиться, что они не могут напасть на мою больную кузину темной ночью. — Он улыбался как мальчишка, когда, освободившись от нее, выскользнул в коридор.

Через минуту он вернулся. .

— Дверь заперта, что подозрительно, если Фарук просто слуга.

Лаура нахмурилась.

— Так бы и сломала эту стену, — сказала она, — хотя никогда не действовала импульсивно.

— Никогда. Вспомни, как ты отправилась на состязания, переодевшись мальчиком.

— Мне было тогда двенадцать. И кстати, это ты уговорил меня.

— Пусть так. А когда вы с Шарлоттой пошли купаться, не думая, что вас могут увидеть из дома?

— Настоящий джентльмен не стал бы подсматривать. Я тоже помню твои проделки.

— Мои проделки не шли ни в какое сравнение с твоими, — сказал Стивен, подойдя к окну. — Ты заплатила цыганке, заняла ее место и стала гадать друзьям и соседям…

Лаура прикрыла рот рукой.

— Я думала, об этом знает только Шарлотта. Она рассказала тебе?

— Нет. Но, услышав несколько предсказаний, я решил понаблюдать и заметил, как ты выскользнула из шатра. Так что не говори мне, Лаура Уотком, что ты никогда не действуешь импульсивно.

— Кстати, сэр, это был тщательно продуманный план.

Он назвал ее девичью фамилию, как будто мысленно вернулся в их юность.

— Фарук! — проговорил Стивен.

Лаура подбежала к окну.

— Теперь давай послушаем. Если принесут обед, ты выйдешь.

Чтобы лучше рассмотреть Фарука, Лаура прижалась к Стивену, и по телу у нее побежали мурашки. Она немного отодвинулась, стараясь, чтобы это выглядело естественно.

— Ты всегда добиваешься своего, — сказал Стивен. В голосе у него прозвучали какие-то незнакомые нотки. И смотрел он на нее как-то странно.

Они направились в его спальню. На крючке у камина висела его ночная рубашка. Лаура ощутила аромат его мыла и запах тела.

У стены стояли кровать и комод. Стивен подошел к остававшемуся свободным пространству и жестом позвал Лауру.

Лаура знала, как сильно возбуждает мужской запах. Ей хотелось прижаться к Стивену и вдыхать этот запах, но она заставила себя приложить ухо к стене.

Глава 23

Стивен тоже прижал ухо к стене, но мысли его были заняты Лаурой. Они оказались стиснутыми в маленьком пространстве, ее спина была прижата к кровати.

Ему показалось, что она смотрит на него как на мужчину, а не как на старого друга. Стивен привык трезво оценивать ситуацию и быстро принимать решения. Но теперь, когда он оказался в ситуации, весьма важной для его жизни, мозг отказывался работать.

— Ты что-нибудь слышишь? — Голос Лауры вернул его к реальности.

— Едва слышное бормотание.

— Я тоже.

Стивен не мог отвести глаз от ее груди. С наслаждением вдыхал аромат ее духов, созданных парфюмерами специально для нее.

Это было неосторожно, такие духи не могла использовать Присцилла Пенфолд. Но он не станет советовать ей сменить духи. Стивен пытался вспомнить, какими духами она пользовалась, когда была девочкой. Наверное, какими-нибудь самодельными, из садовых цветов.

Николас прав. Ко всему, что он знал о Лауре, ему следовало добавить ее интерес к философии и способность быстро соображать.

Ее теперешний внешний вид тоже ставил его в тупик. Заговорил бы он с ней о философии, если бы не ее болезненный цвет лица и выцветшие волосы? Однако тело его реагировало на Лауру, а не на кузину Присциллу.

Стивен безуспешно пытался сосредоточиться на голосах за стеной. Они стали более отчетливыми.

— Ну что? — спросил он.

Она покачала головой. Он нашел повод отойти от стены. Здравый смысл подсказывал, что это необходимо.

Когда они возвратились в гостиную, Лаура сказала:

— Обычный разговор. Детского не слышно.

Стивен молчал. Черт возьми, он совершенно не возбуждает ее.

— Стивен?

— Возможно, — только и смог он ответить.

Лаура прошлась по комнате.

— Как обидно, — произнесла она, — неужели ничего нельзя сделать?

Стивен плохо соображал, а ее неиссякаемая энергия, казалось, обжигала его.

— Стивен? Что с тобой?

— Подожди минутку. — Он ушел к себе в спальню собраться с мыслями.

Стивен сделал несколько глубоких вдохов и пришел в себя. Открыл саквояж, достал кожаный футляр и вернулся в гостиную.

— Взгляни, это бинокль. Николас дал его мне. Завтра, если ничего не случится, мы сможем посмотреть в их окно прямо с берега.

— Блестящая мысль! — воскликнула Лаура. — Почему не попытаться и сегодня?

— Опять нетерпение!

— Прекрати упрекать меня моими беззаботными юношескими проделками.

— Они мне нравились, — улыбаясь, сказал Стивен и подумал, что корни его любви находятся там, в юности, когда он высоко ценил Лауру, хотя и дразнил ее непрерывно.

— Сейчас я тебе меньше нравлюсь? — смутившись, спросила она.

— Что за глупости, Лаура, не придирайся к каждому моему слову. Сейчас ты мне тоже нравишься.

«Мне только не нравилось, когда ты была замужем за Гардейном», — подумал Стивен.

— И все же, почему ты не хочешь выйти сейчас, посмотреть в бинокль на лодки и пароходы? Пообедаем позже.

— Сейчас почти темно, — возразил Стивен. Лаура усмехнулась:

— Местные жители только посмеются над нами, сухопутными жителями.

— Что ж, пойдем, доставим им удовольствие.

Они спустились на берег, Стивен вдруг подумал, что Лаура могла бы быть восхитительной любовницей.

Они подошли к самой воде. Лаура придержала шляпу и подставила лицо ветру.

— Вряд ли кузина Присцилла поступила бы так, — поддразнил ее Стивен.

— Здесь замечательно, верно? — с восхищением произнесла Лаура.

Из-за сильного ветра платье облепило ее фигуру. Видно было, что Лаура без корсета. Эта женщина сводила его с ума.

— Шум волн — чудесная музыка, — сказал Стивен.

— Она волнует и успокаивает, — проговорила Лаура, не открывая глаз.

«Люди иногда умирают под эту музыку», — подумал Стивен, но не стал портить Лауре настроение.

— Но море может быть и жестоким, — продолжала Лаура. — Сколько кораблей оно поглотило! В том числе и «Мэри Вудсайд».

Казалось, Лаура читает его мысли.

— Ты почему-то очень молчалив, мой друг, — сказала Лаура. «Мой друг», — повторил он с горечью про себя.

— Оцениваю все, что нас окружает.

Лаура огляделась. Что Стивен хотел этим сказать? В некоторых окнах горит свет.

Стивен достал бинокль из футляра.

— Давай сначала посмотрим на море. Чтобы не вызывать подозрений.

Лаура направила бинокль на море.

— Как по-твоему, днем можно увидеть Францию?

— Сомневаюсь. Теперь моя очередь. — Он взял у нее бинокль и навел на окна.

— Ну что там? — Лаура прижалась к нему, словно могла вместе с ним посмотреть в прибор.

Черт возьми! Он не мог даже навести бинокль на окно.

— Одна из их комнат, занавески опущены. — Стивен говорил с трудом, ощущая тепло ее груди. — Ой!

— Что?

— В гостиной подняты занавеси.

— И что ты видишь, Стивен? Ну, говори, говори. Или дай мне посмотреть.

— Я вижу Фарука в его синем тюрбане. Он склонился над кем-то, кто сидит на стуле.

— Говорят, Дайер совсем плох. Как он выглядит?

— Он сидит спиной к окну. Видны только светлые каштановые волосы.

— Дай я посмотрю. — Она схватила его за руку.

От ее прикосновения желание захлестнуло Стивена. Он готов был схватить ее и уложить прямо здесь, на берегу.

Проклятие, ничего подобного с ним еще не случалось. Он был сдержан и рассудителен. В любых ситуациях умел управлять своими эмоциями.

Она взяла у него бинокль, отошла на шаг и поднесла его к глазам. Стивен не мог оторвать от нее взгляд.

Свет из окон освещал ее красивый профиль, который не мог быть испорчен ни локонами, ни кремом. Прямой нос, полные, чуть приоткрытые губы, четко очерченный подбородок.

— Фарук ходит по комнате, — сообщала Лаура, — ребенка не видно. Фарук опускает занавески.

Лаура протянула ему бинокль.

— Фарука мы уже видели.

— За несколько часов невозможно все выяснить.

— Надежда умирает последней, — сказала Лаура, повернувшись к морю. Стивен почувствовал, что она улыбается. — Если Дайер действительно калека, нам придется вести дела с Фаруком.

— Нам? — удивился Стивен.

— Именно.

— Это опасно.

— Я не просила тебя меня охранять.

— Джентльмен не может допустить, чтобы леди оказалась в опасности.

— Выходит, джентльмен автоматически становится главным?

— Да, безусловно.

— Ты забыл наше прошлое.

— Не забыл. Ты всегда отличалась безрассудством.

— А ты стал настоящим занудой.

— Просто повзрослел, — сдерживая волнение, ответил Стивен.

— Хочешь сказать, постарел.

Неожиданно Стивен привлек ее к себе и страстно поцеловал. Потом отпустил и прошептал:

— Пока нет.

— Это заметно. — Лаура повернулась и направилась к дому.

Глава 24

В темноте, подумала Лаура, все воспринимается по-другому. Поцелуй ее Стивен при дневном свете, неизвестно, что увидел бы он в ее глазах. Лаура и сама этого не знала. Она не могла разобраться в собственных чувствах.

А что, если бы она ответила на его поцелуй? По некотором размышлении Лаура пришла к выводу, что до добра бы это не довело.

Она и знала, и не знала Стивена. Не знала самое себя.

К гостинице они шли молча. И когда мистер Топем вышел им навстречу, Лаура с облегчением вздохнула.

— Сэр Стивен, миссис Пенфолд, смею вас заверить, что за неделю пребывания здесь мистера Фарука и его господина никаких проблем у нас не возникало.

— Это было бы шоком для моей кузины, — высокомерным тоном заявил Стивен. — У нее пошатывают нервы.

— Поверьте, мадам, у вас нет ни малейших оснований для беспокойства, — обратился мистер Топем к Лауре.

— Но мистер Фарук, — Лаура понизила голос до шепота, — не может быть христианином.

— Совершенно верно, мадам. Но ведет себя как истинный христианин.

— А кто его хозяин?

— Английский офицер, — ответил Топем. — Родился и вырос в Англии. Насколько мне известно, служил в Индии. Человек он нездоровый.

— Нездоровый, говорите? — продолжала допытываться миссис Пенфолд. — Значит, он пожилой?

— О нет, мадам. Совсем молодой. Думаю, он получил ранение на войне. Его пришлось нести на второй этаж на руках, все комнаты на первом были заняты.

— Какой ужас! Надеюсь, мистер Фарук организует ему прогулки у моря? После двух прогулок самочувствие у меня значительно улучшилось.

— К сожалению, нет, мадам. Хотя капитану Дайеру тоже было бы полезно подышать морским воздухом.

Ситуация усложняется, подумала Лаура.

— А доктора? — продолжала Лаура. — Его осматривали хорошие доктора?

— К сожалению, нет, мадам.

Лаура многозначительно взглянула на Стивена. Странно, что капитан Дайер не обратился к врачу, если он действительно болен.

— Кстати, если вам нужен хороший доктор, мадам, могу порекомендовать вам доктора Несбита. Женщины его обожают.

— Благодарю вас, вы очень любезны, — сказала Лаура и добавила: — Как вы думаете, капитан Дайер хотел бы с кем-нибудь пообщаться? Я и мой кузен с удовольствием выпили бы с ним чашечку чая.

Топем поклонился:

— Вы сама доброта, миссис Пенфолд. Непременно передам ваше приглашение мистеру Фаруку. Ваш обед готов.

— Тогда принесите его, — сказал Стивен, подав Лауре руку.

Она спокойно положила свою на его руку, и они поднялись по лестнице. Впервые Лаура ощутила неловкость, когда зашла с ним в их комнаты. Однако Стивен вел себя так, будто и не было никакого поцелуя.

Прекрасно. Она последует его примеру.

— Возможно, встретиться с Дайером будет трудней, чем мы думали, — предположила Лаура, снимая перчатки.

— Как мы и думали, он, скорее всего, пленник, раз постоянно находится в комнате.

— Так он, может быть, и есть Г.Г.! А если там находится ребенок, кто-то должен быть все время с ним.

— Сомневаюсь, что можно спрятать ребенка так, чтобы об этом никто не знал.

— Согласна.

Стивен ничего не ответил, и Лаура ушла в свою комнату. История с Г.Г. оказалась гораздо сложнее, что можно было ожидать. Что, Дайер так и не выйдет из комнаты? Как в этом случае сравнить его с портретом?

Вернувшись в гостиную, Лаура застала там Стивена. Он стоял у камина и смотрел на огонь.

— Я проанализировал, что нам удалось узнать, — проговорил Стивен. — Возможно, Дайера накачали наркотиками.

— В таком случае его трудно будет спасти. Кто-то должен его вынести.

— Если Фарук принес его наверх, я смогу сделать то же самое.

Лаура начала ходить по комнате.

— Думаешь, они согласятся с нами встретиться? Это решило бы все проблемы. Скорее всего, нет.

— Особенно, — добавил Стивен, — если Дайер и есть Г.Г., и он привязан к стулу.

Он как-то странно посмотрел на нее.

— Мне не следовало приглашать их на чай? Ведь у них же нет никаких оснований для подозрений.

Стивен отошел от камина.

— Это блестящая идея. Именно то, что должна была сделать добросердечная леди. Не говоря уже о том, как поступила бы любопытная дама. Но будь осторожна. Помни, Дайер может быть пленником, а может быть и шантажистом, намеревающимся получить у лорда Колд-форта кругленькую сумму. Я не хочу, чтобы ты рисковала, Лаура, чтобы тешила себя надеждами.

Принесли обед. Когда слуги ушли, Лаура и Стивен сели за стол. Лаура снова почувствовала неловкость.

Она никогда не обедала вдвоем с Гэлом. За столом сидели его родители, часто гости. В Лондоне они редко обедали дома. И сейчас этот скромный обед за маленьким столом, особенно после поцелуя, вызывал у обоих какие-то странные чувства.

— Итак, — спросила Лаура, — что будем делать завтра?

Стивен улыбнулся:

— Завтра воскресенье. Поэтому уважаемый член парламента и вдова должны отправиться в церковь. Возможно, капитан Дайер, как человек верующий, тоже будет там. Если нет, постараемся собрать сплетни.

— Разумеется, — улыбнулась Лаура. — Не каждый день в городе появляются язычники. А у нас завтра ленч с контрабандистом. Он него мы многое узнаем.

— Ты удивляешь меня своими рассуждениями, — сказал Стивен.

— Только потому, что я женщина?

Он расхохотался:

— Вспомни мою сестру Фанни.

— Тогда почему ты считаешь меня недалекой? Потому что в юности я не интересовалась серьезными проблемами? Я уже говорила тебе, что в Колдфорте почти не было беллетристики.

Стивен отодвинул тарелку с остатками супа и взялся за мясной пирог.

— При желании ты могла бы заказать романы.

— Я так и делала. Но нельзя же все время читать романы.

— Шарлотте это удается, — с иронией заметил он.

— Мы с Шарлоттой похожи друг на друга.

— Были. Но мы и с тобой неплохо ладили.

Лаура задумалась.

— Наверное, теперь мы с Шарлоттой совсем разные.

— Поэтому и отдалились друг от друга.

— Это естественно. Время делает свое дело.

— Я бы сказал, ты бросилась в объятия к Гардейну.

— Он был весьма привлекательным мужчиной.

— Еще бы. Богатый наследник высокого титула.

— Не только поэтому.

От семейной идиллии не осталось и следа. Разговор прекратился сам собой, они быстро закончили обед. Отодвинув тарелочку с десертом, Лаура спросила:

— Почему мы все время ссоримся?

— Я этого не заметил.

— Я знаю, тебе никогда не нравился Гэл.

— О покойниках плохо не говорят.

— Это верно.

Стивен промолчал.

— Ты не можешь отрицать, что он был блестящим наездником, — продолжала Лаура.

— Это качество присуще большинству жокеев.

Лаура с шумом отодвинула стул и поднялась.

— Ты прав, нам не следует о нем говорить. Лучше обсудим наши планы.

— А что, собственно, обсуждать? Мы собрали кое-какую информацию. Пока это все.

«Тогда поговорим о поцелуе», — едва не вырвалось у Лауры. И если он ничего не значил для Стивена, говорить нечего. Если же значил очень много, Лаура не была готова к серьезному разговору.

Лаура позвонила горничной. Джейн пришла и стала убирать посуду. Было всего восемь часов, до сна еще далеко. Лаура не могла понять, что происходит со Стивеном, хотя понимала, что он в плохом настроении.

Когда горничная ушла, Лаура предложила:

— Сыграем в карты?

— Давай. А во что?

Она назвала несколько игр, потом сказала:

— Я ведь была женой Гэла Гардейна, ты не забыл?

Он сжал губы.

— Тогда в пикет. У тебя есть колода? Если нет, у Топема найдется.

— У меня есть. Иногда мы с Гарри играем в простые игры.

Лаура принесла карты и села за стол.

— Ты хорошо играешь? — спросила она.

— Неплохо. Я ведь вырос в «Компании плутов».

— Прекрасно. — Она отложила мелкие карты. — Считаем только выигрыши?

— Ни в коем случае. Я хочу, чтобы ты стала моей должницей.

У Лауры мурашки побежали по телу. Воображение нарисовало ей соблазнительную картину. Что потребует Стивен, если она проиграет? Передавая ему похудевшую колоду, Лаура сказала:

— Думаю, ты хочешь использовать мою скромную вдовью лепту для финансирования важных реформ.

Стивен перетасовал карты.

— Это существенно расширит мои возможности, — сказал он, протянув ей колоду. — Сними.

У нее выпала десятка, у него шестерка.

— Твой ход, — объявил он.

Глава 25

Уже догорели свечи, когда они закончили последнюю партию, Лаура откинулась на стуле. Настроение у нее было приподнятое.

— Кто выиграл? — равнодушно спросила Лаура. Оба были отличными игроками и выигрывали по очереди. Подсчитав что-то на листке бумаги, Стивен ответил:

— Ты. Сто пятнадцать. Гиней?

— Конечно же, нет. Я не играю по-крупному. Шиллингов.

— Тогда пять фунтов и пятнадцать. Надеюсь, ты поверишь моему слову?

Лаура вдруг подумала, что такой разговор приятно вести в постели после любовных утех.

— Конечно, — стараясь сохранить серьезный тон, ответила Лаура. — Я не стану тебя торопить.

Стивен передал ей листок с расчетами, но она даже не взглянула на него.

— Это была прекрасная игра.

— Ты очень хорошо играешь.

— Ты не хуже. — Мысли ее были все еще далеко, и каждое слово имело для нее свой, особый смысл.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15