Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Свет и Тьма (№1) - Познавший Кровь

ModernLib.Net / Фэнтези / Алейников Кирилл / Познавший Кровь - Чтение (стр. 18)
Автор: Алейников Кирилл
Жанр: Фэнтези
Серия: Свет и Тьма

 

 


– Ну-ка, отойдите в сторону, – посоветовал Шокер, извлекая свою металлическую дубинку. Щелчок, и дубинка раздвинулась, превращаясь в опасное оружие. – Пойди сюда, зверюга! Я тебя выдрессирую, ручным станешь!

Герадо перевел пылающий взгляд на Леху, клацнул пастью и прыгнул. Вампир отскочил, а оборотень напоролся на конец боевого шеста. Раздался щелчок, яркая электрическая искра на мгновение ослепила меня, а потом в воздухе запахло паленой шерстью.

– Нравится? – ревел Шокер. – Давай еще раз попробуем!

Он стал обходить оборотня слева, а Макс, держа наготове меч – справа.

Мы с Топором обратили все внимание на Альпоса, жирного вампира, когда-то бывшего жирным ментом. Я, не выпуская катан, бросился вперед, обгоняя томагавк, который Топор метнул в лоб альпа. Вонзив мечи, я с силой провернул их внутри вампира и пригнулся. Тут же томагавк с характерным треском глубоко вошел в голову альпа. Однако, демон не ослаб ни на йоту и отбросил меня чудовищным пинком. Выдернув томагавк изо лба, он хищно улыбнулся.

– Это ваше, молодой человек?

Я не успел заметить, как Альпос замахнулся. С невероятной скоростью томагавк преодолел расстояние до Стаса и рубанул по руке, все еще сжимающей другое оружие. Топор заорал и упал на колени, а из почти отрубленной руки фонтаном брызнула алая кровь.

Герадо, переводя взгляд то на Макса, то на Шокера, медленно пятился и рычал. Когда вампиры уже решили, что сумели испугать демона, он бросился на Макса, не смотря на выставленный меч. Оружие пронзило оборотня насквозь, но прежде чем свалиться на землю, он захлопнул пасть на лице моего друга. Электрошок откинул Герадо прочь, однако Макс был серьезно ранен: левая половина его лица практически перестала существовать, обрывки щеки свисали вниз и обнажали челюсть и конвульсивно дергающийся язык.

Шокер раскрутил шест и грозно пошел на оборотня, но тот умудрился избежать встречи с электродами, бросился вампиру под ноги и свалил в стекшую с кучи мертвечины черную жижу. Пока Шокер пытался встать, Герадо вгрызся в его спину, разрывая плоть и пытаясь достать печень.

– Эй, сука! – прорычала Светлана. – Иди ко мне, грязная скотина!

Надо же, а я и не знал, что светлым разрешено сквернословить. Уклоняясь от многочисленных ударов Альпоса, я краем глаза видел, как с девушкой происходит что-то невероятное…

Светлана упала на колени и выгнулась, как кошка. Из ее горла исторгся демонический крик, похожий на громкий рык Герадо, смешанный с непонятным визгом. Девушка впилась пальцами в землю, распрямила спину, и я увидел, как ее обнаженные белые и ровные зубы стали превращаться в звериные клыки. Пальцы на руках резко превратились в когтистые лапы, черные штаны затрещали по швам, и плащ, и без того давно уже ставший непригодным, наконец разорвался надвое и спал с плеч Светланы.

Оборотень!

Топор забыл о своей ране и с отвисшей челюстью смотрел, как охотница на вампиров быстро трансформировалась в большого черного волка. Макс, умудрившийся перевернуться на спину, стонал и скрипел зубами от боли, но тоже наблюдал за метаморфозами. Лишь Шокер не подавал признаков жизни и лежал ничком, а Герадо медленно сполз с него, вперившись огненными глазами в нового противника.

– Нихера себе, засада! – усмехнулся Альпос. Я успел увернуться от летящего в меня кулака, но тут же получил кленом в пах и осел.

А Светлана, уже потерявшая сходство с человеком, в последнем спазме окончательно превратилась в антрацитового волка. Ее глаза пылали жаром Преисподней, и пасть со снежно белыми зубами широко открылась, исторгая смешанный с рыком вой. Герадо стал заходить для атаки, но Светлана опередила его и набросилась первой. Завязалась страшная драка двух оборотней, клочья шерсти полетели в стороны, смесь звериных звуков смешалась с клацаньями зубов и мокрыми хлюпаньями прокусываемой плоти. Я успел заметить, что на землю упала первая капля крови Герадо, до этого момента остававшегося неуязвимым для нашего оружия.

По широкой дуге кулак Альпоса прилетел в мое лицо. Я прокатился несколько метров, выронил дайто-катаны и, остановившись, встряхнул головой. Неподалеку валялся переставший меня защищать Медальон Бескровия, а рядом с ним – пластиковая бутылка, наполненная освященной водой.

Ну, сейчас ты ответишь за Наташу, проклятый упырь!

Я вскочил на четвереньки, отпрыгнул в сторону, пропуская удар Альпоса, схватил меч и встал в боевую позицию.

– Да хватит уже кривляться, честное слово! – взмолился альп, нагло усмехаясь. – Вы что, не можете просто взять и подохнуть?

Я стоял напротив демона, тяжело дышал и двумя руками сжимал рукоять катаны. Альпос нагло ухмылялся в десятке метров впереди. А между нами лежала неприметная среди общей разрухи и темноты бутылка…

Я с ревом разбежался, на ходу подхватил бутылку и швырнул ее вверх. Оттолкнувшись от земли, я стремительным сальто перепрыгнул вампира, разрубая над его головой пластиковую бутылку. Едва я коснулся почвы ногами, настоящий дождь обрушился на демона. Дождь из святой воды обильно полил его, и демон заверещал. Клубы пара пошли от его тела, изуродованное лицо покрылось язвами и брызнуло многочисленными черными фонтанчиками.

– Что это за ху…ня? – вопил Альпос. – Черт, я нихера не вижу!

– Это твой конец, говнюк, – презрительно бросил я, вытаскивая из-за пояса острый осиновый кол, пропитанный кровью святого отца. Старый бородач все же расщедрился и нацедил нам пол-литра этой жидкости. Осталось проверить, почитает ли он Господа своего…

Я вонзил кол в то место, где предполагал сердце у Альпоса. Демон заверещал еще сильнее прежнего и попытался меня отстранить, но кол входил все глубже и глубже. Наконец, я подпрыгнул и ногой всадил кол по самый конец; его острие показалось из спины альпа.

Вампир вопил еще несколько секунд, а потом резко замолчал. Его глаза потухли и остекленели, и грузное тело завалилось набок, противно хлюпнув. Надо полагать, враг отдал душу Дьяволу.

Я, тяжело дыша, повернулся к своим друзьям. Битва оборотней уже успела прекратиться, Светлана в облике кошмарного волка с высунутым от усталости языком лежала подле своего убитого собрата. Шокер по-прежнему не подавал признаков жизни, Топор держался за повисшую на коже руку, Макс скривился от боли в страшной ране на лице…

И лишь я опять был целехонек, как будто только что прибежал на место битвы. Ни царапина, ни синяк, ни ушиб не имели место быть на моем теле. И совершенно целый плащ медленно раскачивался в поднимающемся ветре.

– Браво! – воскликнул Сэктон, о существовании которого мы успели позабыть. – Этот бой был еще фантасмагоричнее, чем предыдущий! Признаю, вы сумели развеселить старого демона, успевшего покрыться пылью в Преисподней. Никогда не видел ничего подобного!

– Подойди сюда, покажу еще кое-что! – попросил я дерзко.

– Нет, спасибо, – прокаркал Сэктон, смеясь. – Я предпочту оставаться в стороне. Кстати, водичка в бутылке была освященной, да? Колышек твой не простой, смею я подозревать… Но чу! Приближается еще один противник, господа! Как я жалею, что не смогу посмотреть на этот финальный бой!…

Демон состряпал на лице печальное выражение и исчез. Просто растворился в воздухе без всяких хлопков, вспышек или чего-то подобного.

А ветер становился все сильнее. Топор что-то крикнул мне, но я не смог расслышать слов – невероятный свист ударил в уши…


…Меня бросило оземь сильнейшим порывом ветра. Придя в себя, я почувствовал, как по плащу барабанят крупные капли дождя, над головой грохочет канонада громовых раскатов, а все пространство вокруг освещают ежесекундные всполохи гигантских молний.

Я понял, что опять оказался в Портале. Еще я понял, для чего именно…

Вблизи из-под земли вырвался огромный факел пламени и опалил сиреневые тучи. Такие же факелы то тут то там с ревом поднимались ввысь, как протуберанцы в солнечной короне. Невероятная смесь ветра, дождя, огненных столбов, молний и грома вновь заставила меня погрязнуть в трясине суеверного страха.

– Вот мы вновь встретились, вампир! – подобно раскату грома прогрохотал голос того, кого я ожидал встретить. – Ты сильно разозлил меня, червь. И не только меня. Приготовься к смерти, жалкое ничтожество.

– Перебьешься, – рыкнул я, вскакивая на ноги и разворачиваясь для удара.

Познавший Кровь мгновенно оказался за спиной, схватил меня подмышки и швырнул в пылающий огненный факел. Я, едва коснувшись раскаленных углей, поспешил отползти подальше от огня. Но, не смотря на такую близость пламени, зубы стучали от могильного холода.

– Ты слишком дерзок даже для вампира, – раздался голос впереди меня. – Я подозревал, что ты заключил союз со Светом, и мои подозрения оправдались. О, Дьявол, почему я не убил тебя при первой встрече!

Он опять схватил меня – на это раз за шкирку – и, раскрутив, как тряпичную куклу, бросил в грязную, воняющую болотной тиной глину, размокшую от проливного дождя. Но не успел я остановиться в скольжении, как обутая в армейский ботинок нога Познавшего прижала мое лицо к грязи.

– Ты уничтожил двух Старейшин, вампир! Ты испепелил сотни вампиров! Зачем?

Я прокряхтел что-то неразборчивое. Сомневаюсь, что Познавший смог разобрать мои слова.

– Ты запудрил мозги другим и смог противостоять целой армии. Ты достойный противник, вампир, но только не для меня.

Я умудрился извернуться так, что нога Познавшего больше не прижимала моего лица. Схватившись за голень, я свалил его наземь, потом вскочил и подобрал дайто-катаны. Когда Познавший Кровь опять оказался на ногах, я уже принял боевую стойку и в напряжении ожидал атаки.

– Хм, ты, несомненно, стал сильнее. Кровь поверженных тобою врагов дает о себе знать…

Он за долю секунды преодолел расстояние между нами и встал вплотную ко мне. омерзительный смрад разил от молочно-белого лица Вампира, еще более ужасным было его дыхание. Я почувствовал, как кулаки Познавшего мертвой хваткой взяли мои собственные руки, сживающие оружие.

– Но тебе ни за что не справиться со мной, ничтожество! – Познавший резко вывернул руки, завладел мечами и оскалился улыбкой самого Сатаны. – Твоя смерть послужит уроком всем остальным!

Острия мечей вонзились в мой живот и вышли из спины. Я выгнулся от непереносимой боли и дико заорал, тщетно пытаясь вытащить оружие. Я внутренними органами чувствовал холодную сталь клинков, их сильно заточенные лезвия, и казалось, что клинки были раскалены до бела. Живот взорвался огненной болью, агонизирующей в такт быстрому биению сердца. Силы стремительно покидали меня здесь, в Портале, на промежуточной станции между Срединным миром и обителями ангелов и бесов.

Познавший приник к моему уху и тихо засмеялся.

– Сейчас я разведу руки, и ты развалишься на две части, вампир! Твоим подвигам пришел конец, во имя Яугона!…

Я, борясь со слезами, невольно катящимися по щекам, захрипел, но нашел в себе силы ответить:

– Ты… мудр и силен, Познавший… Но ты… слишком… самоуверен. Вы все попались… именно на этом.

Пока Вампир переваривал мои слова, я сосредоточил все остатки сил в последнем рывке и вонзил зубы в белую, стерильно чистую кожу на шее Познавшего.

Вопль разнесся над пылающей равниной, вопль ярости и бессилия, боли и удивления. В этом вопле смешались сотни тысяч голосов, сотни тысяч пронзительных визгов, кошмарных рыков, звериных воев… Познавший, не в силах оторвать намертво вцепившиеся челюсти, забился в конвульсиях и повалился в грязь, по прежнему держа рукояти катан, насквозь проткнувших мое тело. Я ощутил языком ледяную кожу Вампира, пульсирующую под ней вену, а потом мой рот залил мощный поток крови…

Зубы превратились в раскаленные иглы и пронзили десны невероятно сильной болью. Струя крови обожгла щеки, язык, мгновенно наполнила рот, и я не мог остановить ее продвижение вглубь организма, по пищеводу – в желудок. Алые пятна появились у меня перед глазами, и я знал, что они означают вышедшую за пределы чувствительности боль и агонию. Я не чувствовал ни вкуса, ни запаха крови Познавшего, зато мог чувствовать, как желудок наполняется расплавленным свинцом. Жидкий металл разъел стенки желудка, бросился на соседние органы, сминая и плавя их, и так до тех пор, пока внутри меня не осталось ничего – лишь кожа, наполненная свинцом. Каждая клетка моего организма расплавилась и исчезла, не в силах устоять перед вторжением недопустимого…

Почему я не теряю сознание? Почему я еще не умер? Или, быть может, я все-таки умер, но пока не догадываюсь об этом?

Я осознал, что стою на четвереньках над бездыханным телом Познавшего. Зубы все еще держали шею Вампира, и мне понадобилось невероятное усилие, чтобы суметь разжать челюсти. Я устало сел рядом с трупом, боль внутри проходила. Выдернув катаны, я не обнаружил на них ни капли крови и, задрав водолазку, посмотрел на совершенно целый живот, слишком бледный, но тем не менее целый.

Холодные струи дождя смывали грязь с лица Познавшего, быстро образовались маленькие лужицы в его открытых, глубоко впалых глазах. На лице застыло непередаваемое выражение ярости и бессилия.

– Вот и все, демон, – выдохнул я. – Вот все и кончилось. Быстро, не правда ли?

Я по-дружески хлопнул Познавшего, и тут же он рассыпался в прах. Дождь смешал жалкий остаток могущественного некогда демона с грязью.

А мне показалось, что над острыми пиками мертвых скал забрезжил рассвет…


Я вывалился из беспамятства и опять оказался на ночном кладбище. Похоже, все оставалось как прежде: куча мертвечины, переставшей, однако, шевелиться и шипеть, раненные вампиры, Светлана… Охотница опять приняла облик девушки, и лежала навзничь на земле, обнаженная и исцарапанная.

Стас, кряхтя и отдуваясь, подполз к недвижному телу Шокера и после минутного осмотра сообщил:

– Черт, кажется, Леха… помер.

Я, превозмогая режущую боль во всем теле, подполз к ним, положил руку на спину вампира и проанализировал собственные ощущения.

– Нет, он все еще жив. Срочно нужна свежая кровь, иначе он погибнет.

Крови нам негде было достать, добраться до сторожей кладбища тоже не получится: джип похоронен под кучей мертвого мяса, а без него мы вряд ли доползем даже до середины холма.

Светлана поднялась и шатающейся походкой, совершенно не обращая внимание на свою наготу, подошла к нам. Подняв лежащий рядом меч Шокера, она сделала глубокий надрез на руке, и из раны тут же брызнула кровь.

– Ты что творишь? – ужаснулся Стас.

– Я ведь оборотень, – пожала девушка плечами. – Не амброзия, но на первое время сойдет.

Струйка алой жидкости оросила страшную рваную рану на спине Шокера, смочила каждый миллиметр разорванных тканей. Затем охотница попросила нас перевернуть вампира лицом вверх, и, прижав рану к его губам, влила порцию жизни в умирающего вампира. Через минуту веки Шокера затрепетали, зато Светлана от потери крови завалилась на бок. Поддержавший ее Стас буркнул:

– Достаточно!

Подошел Макс с оторванной щекой. Я представлял, какую боль вынужден был испытывать друг, но тот не жаловался и молча терпел.

– Вам всем нужна кровь. – Девушка попыталась освободиться от уцелевшей руки Стаса. – Регенерация ускорится, если вы выпьете свежую кровь.

Светлана протянула порезанную руку к лицу Топора, но он отвернулся.

– Хватит с тебя, – выразил я его мысль. – Сама еле жива.

Мы замолчали и еще долго сидели среди вывороченных могил, пока на востоке не показались первые признаки начинающегося дня.

ГЛАВА XXI

И движения руки

Хватит, чтобы нас спасти.

«Агата Кристи».

Должно быть, мы все погрузились в глубокий сон, потому что не заметили, как со стороны ворот к нам подъезжали три больших черных внедорожника марки «Шевроле». Машины остановились в нескольких метрах от громадной кучи изрубленных трупов, и наружу повыскакивали люди в зимнем камуфляже, масках и с автоматами наизготовку. Они быстро окружили нас кольцом, но только когда один из бойцов, очевидно, главный в группе, рявкнул: «Назовите себя», я наконец-то пришел в сознание.

Боец повторил требование, и Светлана, открывшая глаза одновременно со мной, выдавила:

– Светлана Добровольская, охотник второй категории.

Я понятия не имел, кто эти люди и что ответила им девушка.

– А эти? – дуло автомата совершило быстрое движение.

– Это… – Светлана запнулась, но после недолгой паузы выпалила: – Капитан, грузите всех в машины. Нужна срочная помощь.

Боец сначала опешил, но потом, козырнув, приказал своим людям выполнять. Я совершенно сбился с толку, пытаясь догадаться, что за спецназовцы окружили нас на кладбище. Кстати, никто из них не высказал и малейшего удивления по поводу царящего вокруг хаоса.

Когда нас всех затолкали в салоны внедорожников и вывезли за пределы городского места массовых захоронений, я позволил себе спросить у сурового парня, не снимавшего маску, который сидел на переднем сиденье рядом с водителем:

– Куда мы едем?

– Домой, голубчик, – басом ответствовал боец.

Мы въехали в черту города и по освещенным электрическими фонарями улицам быстро продвигались к центру. Когда машины, наконец, остановились, я увидел большое здание Технологического Университета. По двое бойцы потащили Шокера и обессилившую Свету к неприметной дверце с торца здания. Я, Макс и Топор предпочли идти на своих двоих. По белому коридору нас сопроводили до небольшой комнаты с койками, холодильником и телевизором. Я догадался, что мы попали в какую-то санчасть, вот только была ли у Университета санчасть?

– Ждите, сейчас вам окажут помощь, – приказал боец в маске и скрылся за дверью.

Мы молча пожали плечами, осмотрели комнату и, не найдя ничего интересного, улеглись на накрахмаленных простынях, тут же замарав их грязью.

Мечтательно смотря в потолок, Стас спросил:

– Надо понимать, ты сумел одолеть Познавшего Кровь?

– Сумел, – тихо ответил я. – Это оказалось не так уж и трудно.

Стас усмехнулся. На простыне под его раной уже образовалось большое кровавое пятно, и я мог лишь дивиться, почему вампир до сих пор не умер от потери крови.

– А эта охотница ничего, да? – робко поинтересовался он.

– Ничего, – легко согласился я. – Фигурка что надо.

– Да я не про фигуру, – фыркнул Стас. – Она очень смелая девчонка. И добрая.

Макс зашевелился и лег на бок, положив голову на уцелевшую щеку.

– Одного не пойму, как она, будучи оборотнем, работает на светлых, – произнес он.

– Мы тоже поработали на них этой ночью, – заметил Топор.

Я хотел сказать что-то умное, но как раз в этот момент в палату зашли три медсестры с подставками для капельниц.

– Ну-ка, мальчики, ложитесь на спины!

Мы приняли требуемое положение, и через минуту в наши вены заливалась донорская человеческая кровь. Интересно, знают эти милые дамочки, что перед ними развалились три вампира, или не знают?

Я почувствовал легкий шум в ушах, а потом вновь провалился в беспамятство…


– …Я не могу этого допустить!

– Вы в своем уме, Добровольская?

– Повторяю, я не могу этого допустить! Ради чего тогда затевалась эта операция?

– Ради того, чего мы и добились. А добились мы колоссальных результатов!

– Я вам не позволю сделать этого!

– Не позволите? Но вы хоть отдаете себе отчет в том, что говорите? Если не сделать этого, то все пойдет насмарку!

– Не пойдет. Я позабочусь об этом.

– Вы? Позаботитесь? Ради бога, не смешите меня, Добровольская. И не злите, иначе я прикажу изолировать вас или вовсе исключить из Ордена.

– Но…

– Замолчите!

Я лежал и слушал, как группа людей приближается к нашей палате. С ними была Света, чей тревожный голос я слышал особенно четко. Мирно посапывающие вампиры, очевидно, ничего не замечали.

– Не смейте!…

– Сержант, отведите ее в карцер. Еду и воду не давать, пока я не разрешу.

– Есть!

– Вы совершаете ошибку! Не надо!

– Заткнись!

– Постойте!…

– Да успокойте же ее!

Последовал звучный удар.

– Готово!

– Хорошо.

Дверь в палату отворилась, и я увидел смутно знакомое лицо. Странным образом я мог наблюдать за происходящим, не открывая глаз.

– Спят, голубчики, – усмехнулся худощавый мужчина в очках и больничном халате. – Приступайте!

За его спиной показалось шевеление, и в палату вбежали несколько санитаров с подозрительно напоминающими хирургические пилы инструментами. Я внутренне напрягся, внешне же оставался совершенно расслаблен.

– Сначала того! – указал на меня мужчина в очках. – Он самый опасный.

Санитары подошли ко мне с разных сторон койки, бросая пугливые взгляды. Сразу три пилы зависли над моим бренным телом, готовые в любую секунду опуститься и четвертовать меня. А хирургические пилы, между прочим, – это вам не «Дружба»; они выглядят как тонкие шнуры с руками, выполнены из прочного антикоррозийного металла с алмазным напылением. Такой хреновиной можно перепилить бедро за полторы секунды, а шеи они распиливают в одно мгновение.

– Давайте! – кивнул мужчина.

Но прежде чем санитары превратили меня в конструктор «Сделай сам», я раскидал их по палате как котят. Санитары медленно сползли по стенам и не пытались более показывать какую бы то ни было агрессию и желание меня четвертовать.

– Не может быть! – побледнел мужчина. – В тебе же кашалотовая доза снотворного!

– Уже выспался, – бросил я, мгновенно оказавшись за спиной «врача». – Добро пожаловать в наш склеп!

Я швырнул мужчину в центр палаты и стал с остервенением будить вампиров. К моей великой радости, они постепенно приходили в себя. Рана Стаса успела затянуться, а на лице Макса появилась тоненькая пленка новой кожи.

– Просыпайтесь же, упыри! – поторапливал я. – Нас прикончить хотят, а вы дрыхните как уже убитые!

Продрав глаза, Топор с удивлением уставился на валяющихся санитаров и трясущегося от страха «доктора».

– Чего хотят? – заревел он.

– Черт, где я? – тер глаза Макс.

– Давайте живее! – прикрикнул я. – Происходит что-то странное.

Вампиры повскакивали с коек, внешне готовые хоть сейчас полезть в драку. Очкастый Франкенштейн на полу хлопал глазами, а я вспомнил, где мог видеть его противную рожу.

– Макс, а не Домодедов ли это Евгений?

Друг внимательно всмотрелся в лицо очкастого.

– Блин, и в самом деле он! Только какой-то помятый… Ты что тут делаешь, Жека?

– Он хотел нас четвертовать, – ответил я вместо Домодедова.

– Щас я ему покажу, как нас четвертовать, – сурово пообещал Топор.

Я придержал его, не давая возможности расправиться с человеком.

– Надо выбираться. Хватайте его и ни за что не выпускайте. Если эта больничка – обитель светлых, то господин Домодедов послужит живым щитом. Они не посмеют прикончить его.

Вампиры дружно подняли мужчину с пола так, что его ноги перестали касаться линолеума.

Я выглянул за дверь, но ничего опасного не увидел. Коридор был пуст.

– Ну смотри, прыщ, если с Шокером случилось что-то нехорошее, я разорву тебя голыми руками.

– Лучше преврати его в вампира! – посоветовал Макс.

– Нет, только не это! – в ужасе завизжал Домодедов.

– Заткнись! – рявкнул Топор и отвесил пленнику внушительную пощечину.

Мы осторожно пробирались по коридору, прислушиваясь к каждому шороху.

– Говори, где лежит Шокер!

– В палате интенсивной терапии! – затрепетал Домодедов.

– Ты говори, где он лежит! – зарычал я.

Мужчина стал указывать нам дорогу. Через лестницу и небольшие коридорчики мы спустились на два этажа ниже и вошли в большую палату. В центре стояла странного вида кровать, на которой возлежал Леха, а вокруг него суетились три человека в зеленых хирургических халатах и респираторах. В момент нашего появления один из хирургов как раз занес скальпель над грудной клеткой вампира.

– Только попробуй, и я засуну его в твою задницу! – заверил я хирурга. – Быстро будите его, вивисекторы проклятые!

Люди некоторое время молча смотрели на нас, но когда заметили извивающегося в руках вампиров Домодедова, тут же принялись выполнять приказание. Через пять минут активных действий Шокер приподнялся на локте.

– Ты как? – справился я о его здоровье.

– Хреново, – описал ощущения Леха. – А что это вы… И где я, блин?

Я посоветовал ему как можно быстрее присоединяться к нашему маленькому отряду и объяснил, что мы попали в какую-то лабораторию, где вампиров очень любят резать на части.

Толкнув Домодедова в бок, я сказал:

– Теперь веди к карцеру.

– Зачем?

– За Светой, конечно же.

– Боже, она-то вам зачем?

– Мы многим ей обязаны, – признался я.

Мы спустились еще на два этажа и тут встретили вооруженных людей. Похоже, это были те самые спецназовцы, которые забрали нас с кладбища.

– Спокойно, – проговорил я. – У нас ваш начальник, не пристрелите его ненароком.

Бойцы ощерились стволами, но открывать огонь не стали.

– Эй, ты! – кивнул я одному из спецназовцев. – Приведи мне Добровольскую! Живо!

Боец, потоптавшись на месте, кинулся в дверь и вскоре привел босую Светлану в ночной рубашке. Девушка, увидев нас, обрадовалась, но едва взгляд ее пал на плененного доктора, сразу испугалась:

– Вы что творите?

– Лишь пытаемся свалить отсюда целыми и невредимыми, – ответил я.

– Послушайте, можно все разрешить мирным путем!

– Конечно, можно! – согласился я. – Только господин Домодедов против этого.

– Нет-нет, что вы, я не против! – взвизгнул доктор. – Пожалуйста, Суховеев, отпустите меня, и мы спокойно договоримся…

– Не пойдет, – двинул я ему под дых. – У нас был шанс расстаться полюбовно, но вы его просрали. Света, мы пришли за тобой. Прошу, выведи нас из этого места.

Девушка помедлила, но все ж повела нас по коридорам и лестницам наверх. Спустя несколько минут мы наконец-то вышли на улицу, под пасмурное небо вечера. Однако едва мы оказались снаружи, десятки бойцов в зимнем камуфляже нацелили на нас свои автоматы. Среди них выделялся почтенный господин в деловом костюме черного цвета. Именно он, сделав шаг назад, распростер руки и молвил:

– Отпустите наших сотрудников!

– Ты про этого засранца говоришь? – кивнул на Домодедова Топор.

– Я говорю про доктора Домодедова и охотника Добровольскую! – поправил господин.

Я сделал шаг вперед, спровоцировав многочисленные щелканья затворов. Тихо спросил:

– Что все это значит? Кто вы, черт вас побери?

– Вы разве не догадались? – натурально удивился высокий господин. – Здание позади вас – опорный пункт Ордена Света, эти люди – наши сотрудники, а я – Елизар Рахманов, Старейшина Ордена в этом городе.

И тут Старейшины, подумал я, кисло сморщившись. Парни с автоматами, черные машины, кровь и насилие… Чем же мы отличаемся, вампиры, от своих охотников?

– Господин Рахманов, сэр, – подала голос Светлана, – доктор Домодедов хотел умертвить этих вампиров!

– Конечно, ведь я дал ему такое распоряжение, – кивнул Елизар.

– Но ведь вы говорили, что после выполнения операции оставите всех в покое!

– Ситуация изменилась, дорогая, – мягко ответил господин. – Вампир Суховеев представляет серьезную угрозу для Актарсиса. Его необходимо уничтожить.

– Чего? – взревел вместо меня Топор. – Это тебя сейчас уничтожат, рожа!

Высокий господин лишь вяло усмехнулся, а я, дабы не показаться вовсе уж тупым, спросил:

– А о какой операции шла речь?

Елизар нахмурился и ответил:

– Что ж, я думаю, вы имеете право узнать обо всем. Наш Орден, а точнее – филиал Ордена в этом городе, разработал гениальный план по уничтожению угрозы вампиров. Нельзя, знаете ли, недооценивать роль аналитиков и всяческих провидцев, ведь именно благодаря им операция завершилась успехом. Мы просчитали, что для центральной фигуры в нашем деле нужна личность достаточно себялюбивая, но в то же время социально сознательная, так сказать, с уклоном к депрессивному самоанализу, но не подверженная меланхолии. Но самое главное – эта личность должна быть инициирована кем-то из наиболее влиятельных вампиров. Долгое время нам не удавалось найти то, что нужно, попадались совершенно другие образчики, однако спустя три года нам наконец-то удалось обнаружить вас, господин Суховеев. Вы как нельзя лучше подходили под аналитическую модель прогнозируемого будущего. Мы приставили к вам лейтенанта Добровольскую, сотрудницу оперативного отдела Ордена, хорошую охотницу и, что было немаловажно, оборотня.

– Как же вы приняли оборотня в свои ряды? – спросил Шокер.

– А что в этом непонятного? – удивился Елизар. – Грех проклятой крови у оборотней гораздо менее значителен, чем у вампира, к тому же вервольфы могут существовать и без ваших кровавых пиров и убийств. Светлане с детства привили мысль, что Актарсис – единственное, за что она должна бороться. Получив необходимые инструкции, Добровольская вышла на вас и заставила перейти на нашу сторону. Конечно, переход этот весьма условен, ведь всем известно, что вампир навсегда останется существом Тьмы. Далее все шло по плану, вы познакомились и стали работать на Игоря, инициировавшего всех вас.

Когда подошло время, наши коллеги из Новосибирска устроили так, чтобы некто Андрей решил серьезно заняться кланом Оурос, дабы взять эту часть страны под контроль клана Негельнос. С поразительной точностью следуя нашему плану, вас взяли в плен и заставили совершить теракт против Оуроса. Вы, господин Суховеев, согласились, но именно в силу вашей психики решили схитрить, тем более что за хорошие результаты Светлана вам наобещала чуть ли не манну небесную. Я могу представить, как тяжело осознавать себя вампиром, особенно если после мутации сохранилось стойкое чувство неприязни чужой смети.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19