Современная электронная библиотека ModernLib.Net

История одного вампира

ModernLib.Net / Фэнтези / Якубова Алия Мирфаисовна / История одного вампира - Чтение (стр. 8)
Автор: Якубова Алия Мирфаисовна
Жанр: Фэнтези

 

 


Полина не могла поверить своим ушам! Она хотела сказать всем, что не виновата, что это он, Варлам обратил ее, это его надо судить, но не могла даже рта раскрыть. Ей оставалось лишь следить за развитием событий, холодея от ужаса.

А большинство вампиров слушали Варлама с явным одобрением. Он представил дело так, что они и впрямь видели в Полине лишь угрозу, опасность быть раскрытыми. Но вот один из вампиров, входящих в Совет, спросил:

— Но кто ее творец? На нем лежит не меньшая ответственность за все, содеянное ею.

— Этого мне выяснить не удалось, — сокрушенно ответил Варлам, и никто бы не заподозрил, что его слова не искренны. — Эта мерзавка отказывается говорить. К тому же ее творец вряд ли позволил бы ей назвать свое имя.

— Ты прав, — согласился вампир. Затем он некоторое время переговаривался с другими членами Совета, и, наконец, спросил, — Какое наказание ты желаешь вынести ей?

Это был скорее ритуальный вопрос, означавший, что Совет согласен с обвинениями Варлама, и практически любой приговор, вынесенный им, будет одобрен. Большинству присутствующих дело казалось очевидным, не требующим длительного рассмотрения, и Совет не был исключением.


В коридоре развернулось полномасштабное сражение. Весь клан Варлама сейчас сражался с Алексой и Сергеем, вернее та его часть, что еще была жива. У них просто не было выбора. Всем было прекрасно известно, что если им не удастся остановить эту парочку, то Варлам сам убьет их. И вполне возможно, что каким-нибудь весьма изощренным способом, по сравнению с которым смерть в битве покажется высшим блаженством.

Меч Алексы взмах за взмахом собирал свою кровавую жатву. Сейчас, перемазанная кровью своих жертв, она походила на индийскую богиню Кали. И глаза ее имели такое же безжалостное выражение, которое могло испугать любого. К слову сказать, Сергей выглядел практически так же и не отступал от своей разъяренной возлюбленной ни на шаг.

От входа в главный зал их отделяло всего пару метров, но это были самые тяжелые метры. И вот, сделав невероятное усилие, они наконец-то добрались до дверей. Ударив в створки со всей силой, Алекса распахнула их.


— Учитывая все преступления, в которых повинна эта вампирка, — начал Варлам, — Единственным приемлемым приговором может быть смерть. И приговор должен быть исполнен немедленно!

Совет еще немного посовещался, отдавая дань традициям, и, наконец, один из членов совета сказал:

— Приговор справедлив, и должен быть исполнен немедленно!

Губы Варлама тронула торжествующая улыбка, но тут раздался шум открывающихся дверей, и чей-то протестующий голос потребовал:

— Остановитесь!

Все обернулись на голос и увидели довольно жуткую картину. Там стояли двое. Оба в крови чуть ли не с ног до головы, а у одного в руках был окровавленный меч, к тому же это была еще и женщина, только в мужском костюме. Те вампиры, что стояли ближе всех к странной паре, невольно посторонились.

Полина и Варлам обернулись на вошедших практически одновременно, и оба мгновенно узнали их. Но если у первой при виде Алексы и ее спутника вырвался радостный возглас, то у второго слова стали поперек горла. Его лицо приобрело каменное выражение, будто он увидел саму смерть.

— Кто вы? — сурово потребовал ответа один из членов Совета.

— Мое имя — Алекса. И я пришла, чтобы помешать свершиться этому фарсу, — ее голос был преисполнен решимости.

Варлам наконец немного пришел в себя, вспомнил, что он как-никак является магистром города, и именно ему следует как-то реагировать на происходящее. Он сказал:

— Я требую уважения к суду! Немедленно выведите этих двоих отсюда!

— Уважения к суду? — процедила Алекса, с быстротой молнии миновав зал и оказавшись возле Варлама. — Да ты сам превратил его в балаган!

— Выставите ее вон! — потребовал Варлам, и голос его был готов сорваться на визг.

Остатки клана Варлама попытались окружить ее, но Алекса грозно сказала, выставив перед собой меч:

— Предупреждаю, я убью каждого, кто приблизиться ко мне! Я желаю обратиться к Совету.

— Ты не имеешь на это право! — вскричал Варлам.

— Это я-то не имею? — холодно ответила Алекса, а затем обратилась к Совету, — Я — Александра, вампир королевского клана, прошу Совет выслушать меня, и только затем вынести решение по этому делу.

Прежде чем Варлам успел хоть рот открыть, члены Совета благодушно кивнули, а один из них сказал:

— Говори, мы слушаем тебя.

— Варлам, магистр города, представил на суд эту недавно обращенную вампиршу, — Алекса сделала жест в сторону Полины. — Он обвинял ее в страшных преступлениях, но так ли уж велика ее вина? Не несет ли ответственность за все это тот, кто обратил ее? Он не дал ей выбора, обратил против ее воли, а затем бросил на произвол судьбы. Естественно, она не поняла, что произошло. Не зная ни кто она, ни что с ней происходит, даже не догадываясь о наших законах, она вынуждена была следовать лишь инстинкту. Все, в чем ее обвиняют, она совершила лишь по незнанию.

— Если все так и было, то ты, безусловно, права, — согласился Совет. — Но кто тот вампир, кто так поступил с этой девушкой, поправ все наши законы? Не вызывает сомнений, что он должен предстать перед нашим судом. Почему обвиняемая так старательно скрывает его имя?

— Потому что она не знает его, — ответила за Полину Алекса. — Как не знает и его лица, так как обращение произошло не преднамеренно, а по неосторожности, ибо обративший ее вампир не может в полной мере контролировать свою силу.

Среди вампиров прокатился гул возмущенных голосов, так как обвинения Алексы были весьма серьезны. Гораздо более серьезны, чем те, что Варлам выдвигал против Полины. А она продолжала свою обвинительную речь:

— Но даже если бы эта бедная девочка и знала его имя, он никогда не позволил бы ей сказать его вслух. Как сейчас, на протяжении всего суда, не позволил ей проронить не слова!

— Так он среди нас? — почти что хором воскликнули члены Совета, остальные вампиры лишь выжидающе смотрели на Алексу.

— Да. Его имя Варлам! Это он повинен во всем этом! — с этими словами она указала на магистра города.

В зале повисла просто-таки мертвая тишина. Такого поворота событий не ожидал никто. Глаза всех присутствующих сейчас были прикованы к Варламу. В них светились отвращение, презрение и ненависть. Не выдержав всего этого, он воскликнул:

— Нет, неправда! Это все ложь! Как можете вы обвинять в этом МЕНЯ, магистра города! Неужели вы поверите словам этой… этой…

— Кого, жалкий ты сукин сын?! — потребовала ответа Алекса.

— Если все, сказанное здесь, правда, то Варлам должен быть лишен звания магистра города и предан смерти! — сурово ответил один из членов Совета, а остальные лишь согласно кивнули.

— Нет, не посмеете! — истерично вскричал Варлам.

— Может быть, — криво усмехнулась Алекса. — Но я не собираюсь этого выяснять. Я, Александра, бросаю тебе вызов Варлам!

— Нет, — попятился он.

— Вызов брошен, — возразил Совет. — Или ты примешь его, или сейчас же будешь предан смерти!

— Что ж, хорошо, — зло ответил Варлам. — Ты сама этого хотела, но ты пожалеешь!

— Сергей, присмотри за Полиной, — попросила Алекса, а затем, хищно улыбнувшись и отбрасывая меч в сторону, сказала, — Пришел час расплаты, Варлам.

В этой схватке должные были схлестнуться не столько физические, сколько ментальные силы каждого из них. Варлам должен был доказать, что у него достаточно сил являться магистром города, держать все под контролем. Его лицо было искажено злобой, ярость полыхала в его глазах. И на то были веские причины — все, что он так долго и тщательно готовил, рухнуло.

Но в глазах Алексы ярости было никак не меньше, а еще лютая ненависть и, как ни странно, холодное спокойствие. Она знала, что чтобы ни случилось, она пойдет до конца, и это явно читалось на ее лице. И все же Варлам сказал:

— Откажись от схватки! Все еще можно исправить. Если ты примешь мое предложение, то мы…

— Нет, — отрезала Алекса и нанесла первый удар своей силой. Это было подобно порыву ледяного ветра, который ударил в Варлама.

Он довольно легко отразил атаку, но это не смутило Алексу. Это был лишь пробный шар. Она прощупывала его, пробовала его силу на вкус. Варлам тоже нанес удар. У нее было такое чувство, будто ее коснулась волна бушующего пламени. Но и этот удар был легко отражен.

Сразу же за первым ударом Варлама последовал второй, гораздо сильнее. Он не собирался медлить, и решил обрушить всю свою мощь сразу, надеясь этим сломить защиту Алексы. Она тоже не собиралась оставаться в долгу. Теперь битва велась на полномасштабном ментальном уровне, игры кончились. Волосы и одежду обоих вампиров трепал невидимый ветер, а в их глазах не осталось ничего человеческого: у Варлама — лишь мерцающая тьма, а у Алексы — сияющий лед, и все, ни чувств, ни жизни, ничего…

Битва продолжалась уже довольно долго. Варлам не собирался сдаваться, он использовал всю свою силу до конца. А Алекса… Да, в каждой атаке она была чуть впереди Варлама, но решающего перелома в схватке все не было. И вдруг у нее словно открылось второе дыхание. Она открыла в себе что-то новое, ей самой еще не известное. Сила была в ней, и она чувствовала ее. Но сейчас не было времени отвлекаться на все это, пытаться понять свои новые возможности, оставалось лишь действовать, отдавшись на волю инстинктов.

Алекса взмахнула рукой, и тут же грудь Варлама рассекли пять глубоких царапин, хотя он находился метрах в пяти от нее. Она сама не ожидала от себя такого — пускать кровь на расстоянии было очень редким даром, но сейчас было не время и не место все это обдумывать. Варлам охнул от боли и удивления, и Алекса не преминула воспользоваться этим. Она дала волю своей ярости, и обрушила на него всю свою силу.

Варлам взвыл. У него было чувство, что мириады острейших осколков льда впиваются в его мозг, в самою его душу. Затем почва ушла куда-то из-под ног, он чувствовал бесконечное падение в бездну боли, и сердце его наполнилось ужасом. Боль. Она раздирала его всего, каждый мускул, каждую кость, каждую клеточку. Он был сломлен, он испытал полное поражение, и знал это. И также знал, что не сможет сопротивляться.

Все вампиры видели победу Алексы, и видели Варлама сломленного, парящего в воздухе рядом с ней в полном бесчувствии. Он еще был жив, и эта жизнь была в руках Алексы. Видели это и Сергей, и Полина. Оба с удивлением и некоторым ужасом смотрели сейчас на нее.

Алекса взглянула на Варлама, и он тотчас же упал к ее ногам, так и оставшись стоять перед ней на коленях, но не потому, что она заставляла его, а просто у него не было сил встать.

Наконец, он поднял к ней искаженное ужасом лицо и сказал, вернее взмолился:

— Прошу, пощади! Я сделаю для тебя все, что угодно, лишь пощади! Я стану твоим рабом!

Он попытался слабой рукой схватить Алексу за ногу, но та брезгливо отступила. Возможно, раньше она и сжалилась бы над ним, но сейчас ярость властвовала в ее сердце. Она холодно и непреклонно сказала:

— Ничтожество! И ты был магистром города! У тебя не хватает чести даже чтобы достойно принять смерть. Умри!

Тут же Варлама скрутило от жуткой боли. Внутри него засветился красный пылающий шар. Он становился все больше и больше, и, наконец, вырвался наружу. Бывший магистр города издал последний крик, а затем обратился в кучку пепла. Сила Алексы сожгла его дотла.

Сама она смотрела на все это с холодным равнодушием. Невидимый ветер продолжал развевать ее волосы, глаза все еще сияли призрачным светом. Легкое сияние исходило даже от ее кожи. Торжествующе она обвела взглядом зал. Но тут ее глаза нашли Сергея, увидели испуганное выражение лица Полины, и что-то в ней переменилось. Ветер стих, глаза стали прежними, и вся она стала другой, более мягкой что ли. Она подошла к Полине, протянула руку к наручникам, все еще сковывающим ее, и одним легким движением сломала неприступный метал. Все вампиры в зале выжидающе следили за каждым ее шагом.

Освободив ту, из-за которой, собственно говоря, все это и началось, Алекса нежно улыбнулась ей и Сергею.

— Что ты собираешься делать? — спросил он.

— Увидишь.

С этими словами Алекса подошла к креслу, которое раньше принадлежало Варламу, и гордо села в него. Только теперь Сергей догадался о ее намерениях, и это удивило его гораздо больше, чем все, что случилось до сих пор. Этого он никак не ожидал, хотя с другой стороны… рано или поздно Алекса должна была сделать что-либо подобное. Такая, как она, не может всю жизнь прожить волком-одиночкой.

Среди других вампиров ее поступок не вызвал возмущения, даже наоборот, послышались робкие возгласы одобрения. Хотя еще никто толком не знал, как на все это реагировать. Выход подсказала сама Алекса. Она обвела взглядом присутствующих, от чего все сразу невольно притихли, и сказала спокойным ровным голосом:

— Варлам мертв. И теперь я объявляю себя новым магистром этого города. Кто-нибудь желает оспорить это мое право?

Это был обычный ритуал. Если были те, кто считал, что Алекса заняла это место не по праву, или у нее не достаточно сил, чтобы владеть этим городом, он мог сейчас бросить ей вызов. Позже для этого нужны будут веские причины.

В зале на некоторое время повисла звенящая тишина. Безусловно, среди собравшихся вампиров были и такие, кто был старше Алексы, чей возраст уже перевалил за тысячелетие, возможно, они были и сильнее ее. Но никто не бросил ей вызова. Видно, ее кандидатура всех более-менее устраивала. Возможно, это было еще и оттого, что она принадлежала к королевскому клану, вампиры которого всегда считались одними из самых сильных и могущественных. К тому же, часто сама королева оказывала им свое покровительство, хотя Алекса считала, что это как раз не ее случай. Наконец слово взял один из старших магистров, член Совета. Он сказал:

— Ты бросила Варламу вызов и победила его в битве. Его место теперь твое по праву. Отныне ты магистр этого города, госпожа.

Это было уже признание всех ее прав. Теперь она, Алекса, действительно магистр города. Произнеся про себя этот свой новый титул, она невольно улыбнулась. Она не так уж сильно желала власти, но и не собиралась от нее отказываться. Она сама пришла к тому, от чего так долго пыталась уйти. Круг замкнулся. Но Алекса не чувствовала, что предала себя. Просто она… изменилась. Она больше не считала, что ее путь — это одиночество. И еще ей вспомнились слова, которые она когда-то говорила Варламу: «Если бы я хотела — место магистра давно было бы моим. Если мне будет нужна власть, я сама завоюю ее, а не приму в качестве подачки». Так оно и вышло.

— Но как быть с этой девчонкой, которую обратил Варлам? — вдруг спросил один из вампиров.

— Суд, устроенный Варламом — сплошной фарс. Ведь именно на нем лежала вся тяжесть вины, — ответила Алекса. — Возможно, Полина и виновата в нарушении некоторых наших законов, но она сделала это по незнанию. Каждый из нас знает, что обращение — это всегда сильный стресс, а остаться с этим наедине, да еще в столь юном возрасте. Я считаю, что все это сглаживает ее вину, поэтому я дарю ей жизнь.

Алекса увидела, что ее слова вызвали несколько недовольных взглядов, поэтому продолжила:

— Если кого-то беспокоит тот факт, что она может раскрыть нас, то я объявляю всем вам, что беру ее под свою опеку. Она пила мою кровь, и я отвечаю за нее, как если бы она была моим птенцом.

Это устраивало всех. Если уж сам магистр города признал, что отвечает за нее…

Больше вопросов не было, и все стали постепенно расходиться. Вскоре в зале остались лишь вампиры, которые принадлежали клану Варлама, те, которые выжили в схватке с Алекской и Сергеем, пытаясь не пустить их сюда. Их было одиннадцать. Они стояли тише воды, ниже травы, боясь напомнить о своем присутствии, и в то же время не могли уйти. Один из них — самый старший или, возможно, самый смелый, сказал:

— Мы были птенцами Варлама, теперь, после его смерти, наша жизнь принадлежит вам.

Как это страшно ни звучало, но это было правдой. Все эти вампиры были еще довольно молоды, и без Варлама были лишены всякого места в их обществе. Они принадлежали тому, кто убил их творца. Таковы правила этой игры. Некоторые вампиры использовали это, чтобы увеличить свой клан.

Вампиры смиренно ждали ответа Алексы. Она ответила не сразу. Если честно, она просто не знала как ей быть с ними. Наконец она сказала:

— Я не собираюсь наказывать вас за то, что вы делали по приказу Варлама. В конце концов, вы не могли ослушаться. Теперь вы будете служить мне. Но предупреждаю, предательства я не потерплю. Тому, кто задумает нечто подобное, лучше сразу убраться подальше или его ждет смерть.

Вампиры согласно закивали. То, что предложила им Алекса, было настоящим подарком судьбы. Их могла ожидать куда более печальная участь, служа Варламу, они прекрасно это поняли.

Закончив с этим делом, она разрешила вампирам удалиться. Теперь в зале их осталось лишь трое. Конечно, за стенами зала находились другие вампиры, в обязанности которых было охранять катакомбы, независимо от того, кто сейчас является магистром города. Безопасность прежде всего.

Только теперь, казалось, Полина осознала, что произошло. Она словно вышла из ступора, в котором находилась все это время. Кинувшись к Алексе, она обняла ее со словами:

— Мне было так страшно, Алекса! Я боялась, что ты не придешь! — она подняла к ней свое лицо, и та увидела, что по ее щекам текут слезы. Сейчас она была обычным испуганным ребенком

— Я не могла бросить тебя, — ответила Алекса, ласково гладя ее по голове. — Ну-ну, успокойся. Все позади. Теперь никто и никогда не посмеет причинить тебе вред.

Сергей с умилением смотрел на эту пару. Его возлюбленная сейчас была похожа на обычную женщину, мать, утешающую своего ребенка, а ведь всего несколько минут назад она без малейшей жалости расправилась с Варламом. В ней бушевала такая сила, которая могла бы здесь камня на камне не оставить, а сейчас от нее практически не осталось следа — лишь озорной огонек в ее глазах. Сама кротость, но Сергей знал — появись хоть малейшая угроза, и огонек станет бушующим пламенем.

— Ладно, пойдем домой, — сказала Алекса девочке. — Тебе нужен хороший отдых и еда.

Они направились к выходу из зала, но, сделав несколько шагов, Алекса остановилась и сказала, обернувшись к Сергею, который остался стоять в нерешительности:

— Идем, или тебе нужно приглашение по почте выслать?

Сергей улыбнулся и тут же последовал за ними.


На этом можно было бы поставить точку в этой истории, так как все, казалось бы, разрешилось. Полина была спасена, Алекса стала магистром города и, наконец, нашла свой путь. Изменила себя не изменив при этом себе. Не каждому удается такое, тем более за такой короткий срок.

И все же это не конец истории. Произошло еще одно событие, которого сама Алекса никак не ожидала, но которое стало одним из решающих в ее судьбе…

Глава 12.

С того дня, как Алекса стала новым магистром города, прошло почти два месяца. Новые обязанности сперва отнимали у Алексы много времени: нужно было решить кучу организационных вопросов, обсудить с Советом города изменения порядков и все в таком же духе. К тому же имущество Варлама теперь перешло к ней, а это несколько ночных клубов, казино, два дома, несколько квартир, счета в банках — обо всем этом нужно было позаботиться, нанять юристов, которые займутся законодательными вопросами, и так далее, и тому подобное… Лишь спустя месяц Алекса смогла вздохнуть свободнее. Конечно, Сергей помогал ей изо всех сил, были у нее и еще помощники, но многие вопросы требовали ее личного вмешательства. Пост магистра города — это не только власть, но и ответственность за свой народ. Алекса понимала это, и не жаловалась, хотя Сергей видел, что бывали моменты, когда ей хотелось все бросить.

Теперь они жили все вместе в огромной семикомнатной квартире практически в центре города. Хотя все это вышло не без элементов случайности. Просто после очередной ночи, проведенной Сергеем у Алексы, они решили, что глупо каждый день ему возвращаться в свою квартиру. Алекса предложила ему насовсем переехать к ней, на что Сергей предложил купить новую квартиру, где он, она и Полина, которая конечно же должна быть с ними, будут жить со всеми удобствами. На том и порешили. Через три недели они уже въехали в свое новое жилище.

Конечно у Алексы, как магистра города, были довольно обширные и шикарно обставленные апартаменты в катакомбах, но их она оставила только для деловых встреч. Постоянно жить там ей не хотелось, к тому же у Полины были еще свежи отнюдь не радостные воспоминания об этом месте. Так что их новая квартира стала оптимальным вариантом. И пока все было замечательно. Они жили как настоящая семья. Да, между ними не было кровных уз, но их связывало нечто гораздо более сильное.

Все наладилось, всем троим будущее виделось в радужных красках. И вот тут произошла роковая встреча, которая стала весьма важной для Алексы, сильно повлияла на ее судьбу.

Было четыре часа утра. Алекса как раз возвращалась домой, где ее ждали Сергей и Полина (надо заметить, что эти двое весьма сдружились за это время), когда почувствовала вампира, весьма древнего вампира. Вдобавок к этим ощущениям примешивалось еще что-то, что-то давно забытое, и в то же время… Нет, этого не могло быть! Но тут позади нее раздался голос, который рассеял все сомнения:

— Алекса, — голос был чистым, глубоким. Он словно искрился светом, и его хотелось слушать бесконечно. Такой голос мог принадлежать только одному человеку, вернее вампиру.

Алекса обернулась. Посреди пустынной, скудно освещенной улицы стояла прекрасная молодая женщина в обтекающем черном платье. Выглядела она не старше двадцати пяти. Высокая, с точеной фигурой. Волосы цвета спелой пшеницы мягкими волнами спускались ниже пояса, а изумрудно-зеленые глаза смотрели прямо на нее.

— Менестрес? — не веря своим глазам, тихо сказала Алекса. Меньше всего она ожидала встретить здесь, на тихой Московской улице, саму королеву вампиров. Ту, что обратила ее. Алекса просто не знала как реагировать, особенно если учесть, что она не слишком красиво ушла от нее. У королевы были все права злиться на нее.

— Давненько мы с тобой не виделись, — королева медленно шла, будто плыла, в сторону Алексы.

— Да, — ответила она, продолжая стоять на месте. Хотя ее так и подмывало скрыться. Но нет, это было невозможно. Она не смогла бы жить с этим. К тому же надо было раз и навсегда все выяснить. Теперь ей это было просто необходимо.

— Ты все такая же, — Менестрес улыбнулась одними губами и провела по ее щеке кончиками пальцев, — и все же в тебе что-то изменилось.

От королевы не ускользнуло удивление, промелькнувшее в глазах Алексы. От нее вообще никогда ничего не ускользало. Она сказала:

— Нам нужно поговорить.

— Согласна, — Алекса тоже собралась идти до конца. — Спустимся в катакомбы?

— Нет, — покачала головой Менестрес. — Не думаю, что это подходящее место. К тому же я в Москве не надолго, и не хочу, чтобы кто-либо знал о моем приезде.

— Тогда можем поговорить в моей квартире — это всего минут в пятнадцати езды отсюда, — предложила Алекса. — Мы там будем одни.

— Хорошо.

Менестрес села в машину Алексы. А та, прежде чем сесть самой, еще раз оглядела темную улицу. Она ожидала, что вот-вот появиться Димьен — верный телохранитель королевы, всегда следующий за своей госпожой словно тень, но этого не произошло. Словно прочтя ее мысли, Менестрес сказала:

— Я велела ему остаться. Ведь нам лучше поговорить с глазу на глаз.

На это Алекса лишь коротко кивнула и села за руль. Спустя миг машина фыркнула и тронулась с места. Всю дорогу они не проронили ни слова. Алекса даже практически не смотрела в сторону королевы. Разговор предстоял быть не из легких, и ей почему-то не хотелось начинать его раньше времени, а болтать о всякой ерунде было совсем уж не к месту.

И вот они прибыли на место. Но это был не новый дом Алексы, где она жила теперь вместе с Сергеем и Полиной. Здесь находилась ее старая квартира, которую она собиралась продать, но как-то не было времени этим заняться. Теперь она даже радовалась, что не успела продать ее. Здесь они смогут поговорить без лишних свидетелей. И какой бы поворот не принял их разговор — пострадает только она. Если королева злиться на нее, что ж, Алекса была готова принять удар, но не в коей мере не хотела подставлять под него Сергея или Полину. Это было не их дело, а только Менестрес и ее.

Алекса открыла дверь, приглашая королеву войти. Здесь практически все осталось по-прежнему: мебель, посуда. В новую квартиру она перевезла лишь те вещи, которые приехали вместе с ней в Москву, да часть одежды. Поэтому квартира казалась еще довольно обжитой, хотя Алекса в последний раз была здесь не меньше месяца назад.

Они молча прошли в гостиную. Разговор обещал быть долгим и не простым. Менестрес села в кресло, Алекса примостилась рядом на диване. Первой заговорила королева. Пристально посмотрев в лицо Алексе, словно пытаясь найти в нем что-то, она сказала:

— Подумать только, передо мной сидит вампирша с силой магистра, и она — мое создание.

Алекса практически не обратила внимания на эти слова. Желая, наконец, внести ясность в сложившуюся ситуацию, разобраться во всем раз и навсегда, она тихо, но бесстрашно спросила:

— Ты злишься на меня, госпожа?

Менестрес убрала упавшую на лицо золотистую прядь волос, еще раз посмотрела в глаза Алексы, и только затем ответила:

— Нет. Я никогда не злилась на тебя.

— Правда? — в голосе Алексы было неподдельное удивление. Откровенно говоря, она не ожидала подобного ответа, и даже мысленно готовила себя к самому худшему.

— Да. Не скрою, то, как ты уехала, несколько раздосадовало меня. Но я уже некоторое время ждала нечто подобного.

— Ждала?

— Именно, — легкая улыбка тронула губы Менестрес. — Я слишком долго живу на этом свете, и от меня не так-то легко что-либо утаить. Ты жила рядом со мной, и я видела, как мечется твоя душа. Ты всегда, даже еще будучи человеком, была похожа на волка-одиночку, предпочитала танцевать под звук своих собственных барабанов. Это-то и привлекло меня в тебе. И это же поставило тебя перед сложным выбором: предать самое себя или пойти тернистой тропой отступницы. Я видела, как тебе было не легко, как ты терзалась. Ты должна была встречаться с другими вампирами, присутствовать на различных приемах, но ты этого не хотела. Не хотела идти той дорогой, которую выбирало большинство.

Тебе нравилось одиночество. Для многих оно — злейший враг, но для тебя оно всегда было другом. Волк-одиночка. Поэтому ты изначально была сильнее многих, но в чем-то и уязвимее. Тебе трудно было пустить кого-то в свое сердце. Возможно, это тоже оказало свое влияние, и ты сделала свой выбор.

Ты приняла тогда единственно правильное решение, не предала себя, и я не осуждаю тебя.

Алекса слушала Менестрес, затаив дыхание. Королеве удалось очень точно передать то, что она тогда чувствовала. Даже сама Алекса вряд ли смогла бы рассказать о том, что с ней было тогда, лучше ее. Вслух же она сказала:

— Ты права.

На это Менестрес лишь снова улыбнулась. Она протянула руку и убрала челку, упавшую на глаза Алексы. Жест — столь знакомый и родной, напомнивший им обоим о прошлом. Королева сказала:

— И все же ты изменилась. Я вижу это в твоих глазах. В них появилось новое выражение, и оно мне нравится. Думаю, здесь не обошлось без Сергея…

— Ты знаешь о нас с Сергеем? — в голосе Алексы было больше удивления, чем смущения.

— Конечно, ведь он тоже мой птенец. И я рада за вас, как и рада была узнать, что ты стала магистром этого города. Я всегда говорила, что рано или поздно это должно было случиться.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8