Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Муравьи (№2) - День Муравья

ModernLib.Net / Современная проза / Вербер Бернард / День Муравья - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Вербер Бернард
Жанр: Современная проза
Серия: Муравьи

 

 


Пальцы!

Пальцы!

103683— го охватывает неведомый трепет.

Обычные муравьи не ведают страха. Но является ли 103683-й «обычным» муравьем? Произнеся пахучее слово «Палец», мертвая голова со свалки пробудила в его мозгу зону, до этого спавшую, потому что она не использовалась в течение тысячи поколений. Зону страха.

До этого момента при мысли о крае мира солдат старался не погружаться в свои воспоминания. Он затушевывал в своем мозгу встречу с Пальцами. С Пальцами и с их феноменальной мощью, непонятным строением, слепым стремлением убивать.

Но этого черепа, этого ничтожного ошметка мертвого тела, оказалось достаточно, чтобы вновь активизировать зону страха. Раньше 103683-й был бесстрашным воином, и всегда был в первых рядах легионов в сражениях с карликовыми муравьями. Мог ни с того ни с сего отправиться добровольцем на зловещий Запад. Он вылавливал земляных шпионов. Охотился на животных, головы которых даже видно не было — так высоко она была. Но встреча с Пальцами поубавила его резвость.

103683— й смутно помнит этих чудищ из апокалипсиса. Его друга, старого 4000-го, расплющило и превратило в листик стремительное черное облако.

Кто— то называл их «стражами края мира» или «бесконечными животными», а кто-то «твердыми тенями», «лесорубами» и даже «дыханием смерти»…

Но недавно муравейники всего региона сошлись на едином названии для этого непонятного явления:

Пальцы!

Пальцы — это груды, которые возникают из ниоткуда и сеют смерть. Пальцы — это животные, которые сметают все на своем пути. Пальцы — это огромные массы, которые налетают и давят маленькие Города. Пальцы — это тени, они загрязняют лес такими продуктами, что любой, кто прикоснется к ним, отравится. При одной только мысли об этом у 103683-го возникает приступ отвращения.

Он разрывается между двумя чувствами: страхом, чуждым его племени, и тем что, в отличие от страха, муравьям очень даже свойственно — любопытством!

В течение ста миллионов лет муравьи стремятся к прогрессу. Эволюционное движение, провозглашенное Шли-пу-ни, — всего лишь отражение вечного муравьиного девиза — дальше, выше, сильнее.

103683— й на этом и поймался. Любопытство прогоняет страх. Ведь обескровленная голова говорит о мятежниках и крестовом походе против Пальцев -и это не банальная шутка!

103683— й чистит усики, желая уточнить свое местоположение.

Затем вскидывает их к необъятному небу.

Воздух тяжелый, будто поблизости притаился хищник, готовый броситься на Город. Ветви зашевелились от внезапно налетевшего ветерка. Кажется, деревья предостерегают его, но все это ерунда. Этим великанам нет дела до драм, происходящих между их корнями. 103683-му совсем не нравится менталитет деревьев: что бы ни случилось, они и не пошевелятся. Можно подумать, что сами они неуязвимы! Но случается, что и деревья падают от бури, от удара молнии или просто от подкопов термитов. Вот тогда наступает очередь муравьев проявлять бесчувствие к их беде.

Пословица карликовых муравьев утверждает: Большие всегда уязвимей маленьких.

А что, если Пальцы — это ходячие деревья?

103683— й не тратит времени на подобные размышления. Он принял решение проверить, правду ли сказала голова.

Через узкий ход рядом со свалкой он попадает в муравейник и идет по окружному бульвару. От бульвара отходят широкие проспекты, ведущие в Закрытый город. Но муравью совсем не туда. Он спускается вниз по покатым коридорам, где приходится притормаживать когтями. Через прямой коридор он попадает в сеть галерей, здесь никакой толкотни, движение обычное.

Рабочие перетаскивают кто пищу, кто ветки, они приветствуют 103683-го. Личной славы у муравьев не существует, но этот солдат известен многим: он побывал там, в стране Пальцев. Он видел край мира под тупым углом планеты.

103683— й поднимает антенну и спрашивает дорогу к стойлам скарабеев. Один рабочий объясняет, что те находятся на минус 20-м этаже, квартал юг-юго-запад, слева, за плантациями черных грибов.

И он припустился туда рысцой.

После прошлогоднего пожара были проделаны большие работы. Раньше Город Бел-о-кан был пятьдесят этажей в высоту и пятьдесят в глубину. Перестроенный королевой Шли-пу-ни, обновленный Город возвышается теперь на восемьдесят этажей в высоту. Глубину изменить не смогли: пол ограничивает гранитная плита.

Продолжая путь, солдат не перестает восхищаться процветанием своей метрополии.

Этаж +75: терморегулируемые ясли с разлагающимся перегноем, зал для просушки нимф, усыпанный мелким песком, впитывающим влагу. Оборудованная легким уклоном система спуска позволяет теперь отправлять яйца на нижние этажи для интенсивного ухода. Там их постоянно облизывают пузатые кормилицы. Они вводят в рацион антибиотики и протеины, необходимые для правильного роста нимф.

Этаж +20: запасы сушеного мяса, кусочки фруктов, резервы грибной муки. Все тщательно покрыто муравьиной кислотой, предохраняющей от гниения.

Этаж +18: дымящиеся ванны с экспериментальной стратегической кислотой накрыты толстым слоем листьев. Кончиком длинных мандибул химики проверяют кислоту на едкость. Некоторые кислоты получены из фруктов: например яблочная кислота. Есть кислоты, выделенные по-другому: щавелевая кислота из щавеля, серная кислота из желтых камней. Для охоты идеально подходит новейшая разработка — муравьиная кислота с концентрацией 60%. Она обжигает внутренности стрелка, но зато жертву убивает наповал. 103683-й уже опробовал ее.

Этаж +15: достроили зал для сражений. Здесь воины сходятся врукопашную. Новобранцев заносят в феромоны памяти для Химической библиотеки. Новое веяние дня: больше не кидаться на голову противника, а отрезать ему лапки по одной, пока он не потеряет способности передвигаться. Чуть подальше стрелки упражняются в меткости, стреляя в зерна с десяти шагов.

Этаж -9: хлев для тли. По настоянию королевы Шли-пу-ни все стойла расположены внутри Города, чтобы исключить риск нападения на стада жестоких божьих коровок. Рабочие непрерывно подбрасывают тле куски остролиста, из которых та торопливо высасывает сок.

Этаж -14: грибные плантации тянутся, насколько хватает глаз, их удобряют из емкости с компостом, каждый должен туда испражняться. Одни фермеры подрезают вылезающие за пределы плантации корневища, другие раскладывают мирмекацин, который защищает грибы от паразитов.

Неожиданно перед 103683-м выпрыгивает зеленое животное, за ним гонится еще одно. Похоже, они дерутся. Муравей спрашивает окружающих, кто такие эти странные насекомые. Пещерные клопы-вонючки, отвечают ему. Они постоянно совокупляются. Всеми возможными способами, где угодно и с кем угодно. У этого животного самая невероятная сексуальность на планете. Шли-пу-ни изучает их с большим интересом.

Во все времена и во всех муравейниках есть комменсалы. Насчитывается более двух тысяч видов насекомых, многоножек, паукообразных, постоянно проживающих в муравейнике, и муравьи относятся к ним вполне терпимо. Некоторые пользуются этим, чтобы завершить свою метаморфозу, другие вычищают залы, пожирая отходы.

Но Бел-о-кан — это первый Город, где их стали изучать «научно». Королева Шли-пу-ни утверждает, что любое насекомое можно выдрессировать и превратить в грозное оружие. По ее словам, каждой особи можно найти применение, а какое — поймешь, когда найдешь с ней общий язык. Достаточно просто быть наблюдательным.

В настоящий момент Шли-пу-ни с успехом использует это. Ей удалось «приручить» несколько видов жесткокрылых: им дают кров и пищу, лечат от болезней, как когда-то делали с тлей. Самое большое достижение королевы — это укрощение скарабеев-носорогов.

Этаж -20: квартал юг-юго-запад, налево от плантаций черных грибов. Сведения оказались верны. Действительно, в конце коридора жилище скарабеев.

<p>14. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ</p>

Страх: Чтобы понять, почему муравьи не испытывают страха, следует знать, что муравейник живет как единый организм. Отдельному муравью отводится та же роль, что и клетке в человеческом теле.

Разве кончики ногтей боятся, что их отрежут? Разве волосы на наших подбородках дрожат от приближения бритвы? А большой палец на ноге пугается, когда им проверяют температуру в ванне, даже если там кипяток?

Они не испытывают страха, потому что не живут как автономные существа. Если наша левая рука ущипнет правую, то правая совсем не разозлится на нее. Если на нашей правой руке больше колец, чем на левой, то зависти тоже не будет. Конец заботам, когда забываешь себя и думаешь только об организме в целом. Может быть, в этом заключается один из секретов успеха общественного мира муравьев.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного

и абсолютного знания», том II

<p>15. ЛЕТИЦИЯ ПО-ПРЕЖНЕМУ НЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ</p>

Когда ярость поутихла, Жак Мелье открыл чемоданчик и достал оттуда папку с делом братьев Саль-та. Снова стал внимательно изучать все детали и особенно пристально — фотографии. Он долго разглядывал крупный план: Себастьен Сальта с раскрытым ртом. Казалось, с его губ срывается крик. Крик ужаса? «Нет» перед неизбежной смертью? Возможно, он узнал своего убийцу? Чем дольше комиссар смотрел на фотографию, тем сильнее его охватывал стыд.

В итоге нервы сдали, он вскочил и яростно вдарил по стене.

Журналистка из «Воскресного эха» оказалась права. А вот он сел в галошу.

Он недооценил дело. Унижение — это отличный урок. Нет худшей ошибки, чем недооценка ситуации или людей. Спасибо вам, мадам или мадемуазель Уэллс!

Но почему он так непрофессионально повел это дело? Все из-за беспечности. Он привык к тому, что всегда оказывался прав. На этот раз он позволил себе то, чего не допустил бы ни один рядовой полицейский, даже новичок в этой профессии: он повел дело небрежно. А его репутация настолько безупречна, что никто, кроме этой журналистки, даже не заподозрил его в том, что он пошел не тем путем.

Теперь все надо начинать сначала. Болезненный, но необходимый пересмотр! И лучше сегодня признать ошибку, чем упорствовать в своей неправоте.

Это не самоубийство — проблема в том, что он столкнулся с чертовски трудным делом. Но как убийцы смогли войти и выйти из закрытого помещения не оставив следов? Как можно убить, не нанося ран и не используя никакого орудия преступления? Загадка превосходила самые изощренные детективные романы, прочитанные им до сих пор.

Внезапно его охватило невиданное воодушевление.

А что, если, наконец, случилось то, что он напал на идеальное преступление?

Он вспомнил о двойном убийстве на улице Морг, так мастерски описанном в новелле Эдгара По. Эта история основана на реальных событиях: женщину и ее дочь нашли мертвыми в закрытой квартире. Замок был заперт изнутри. Женщину зарезали бритвой, дочь убили мощным ударом. Никаких следов ограбления — только нанесенные с особой жестокостью смертоносные удары. В конце-концов убийца был найден: это оказался сбежавший из цирка орангутанг, который проник в квартиру через крышу. Увидев его, жертвы подняли крик. От их воплей обезьяна обезумела. Она убила их, чтобы заставить замолчать, потом вернулась той же дорогой; орангутанг задел спиной окно, от удаpa вертикальные ставни захлопнулись, все выглядело так, будто они были закрыты изнутри.

В деле братьев Сальта ситуация была похожая, только вот никто не мог закрыть окно, ударившись спиной.

Но так ли это?

Мелье тут же отправился на место преступления.

Электричество было отключено, но он прихватил с собой карманный фонарик. Он осмотрел комнату: свет проникал сюда с улицы неровным блеском разноцветных неонов. На этом месте совсем недавно лежали покрытые воском Себастьен Сальта и его братья, застывшие, будто столкнулись с каким-то сверхъестественным ужасом, выскочившим из городского ада.

Закрытая на замок дверь к делу не относилась, поэтому комиссар стал проверять замки на окнах. Эти сложные шпингалеты невозможно было закрыть снаружи, тем более случайно.

Он простукивал обклеенные коричневыми обоями стены в поисках тайного хода. Отодвигал картины и проверял, нет ли за ними сейфа. В комнате было несколько ценных вещей: золотой канделябр, серебряная статуэтка, chaine compacte hif i… Любой грабитель забрал бы их.

На стуле висела одежда. Мелье машинально осмотрел ее. Кое-что привлекло его внимание. В ткани пиджака была крошечная дырочка. Как будто от моли, но идеально квадратной формы. Он повесил на место пиджак и больше не думал об этом. Доставая из кармана очередную пачку жвачки, он выронил аккуратно вырезанную статью из «Воскресного эха».

И снова перечитал статью Летиции Уэллс.

Она говорила о маске ужаса. Это правда. Люди, казалось, умерли от страха. Но что же могло напугать их до такой степени?

Он погрузился в воспоминания. Однажды в детстве на него напала сильная икота. Мать остановила ее: она неожиданно выскочила в волчьей маске. Он закричал, а его сестра на мгновение замерла и тут же кинулась в драку. Мать сняла маску и расцеловала сына. Конец икоте!

Жак Мелье вообще рос в постоянном страхе. Маленькие страхи: болезнь, полиция, автокатастрофа, человек, который угощает конфетами, а потом похищает его. Страхи побольше: остаться на второй год, у выхода из лицея стать жертвой рэкетиров или собак.

Вспомнилось множество других детских страхов.

Однажды ночью, когда он был совсем маленьким, он почувствовал, как что-то шевелится на кровати. Чудовище притаилось там, где он считал себя наиболее защищенным! Какое-то время он не решался вытянуть ноги под одеялом, потом, набравшись духу, осторожно скользнул туда.

Но вдруг на своих пальцах он почувствовал… теплое дыхание. Это было невыносимо. Да, он был уверен! Чудовище, разинув страшную пасть, хотело схватить и отгрызть ему ноги. Мелье был невысоким, но он подрастал, и его ступни постепенно приближались к другому концу кровати, к месту, где пряталось чудище, пожирающее пальцы на ногах.

Юный Мелье частенько устраивался спать на полу или поверх одеяла на кровати. От этого у него возникали судороги, да и проблему это не решало. А когда он спал под простыней, то уговаривал свое тело, мышцы, кости остановить рост, чтобы никогда не дорастать до другого конца кровати. Может, поэтому он и не вырос таким же высоким, как его родители.

Каждая ночь была испытанием. И он придумывал всякие хитрости. Он изо всех сил прижимал к себе плюшевого мишку. С ним он был готов противостоять притаившемуся в ногах монстру. А еще он прятался под одеяло так, чтобы не выставлять наружу ни руки, ни уха, ни единого волоска. Он опасался, что монстр дожидается ночи, чтобы по полу обойти кровать и отхватить ему голову.

По утрам мать находила под мятой кучей постельного белья сына с медвежонком. Она никогда не пыталась понять странностей такого поведения. Да и сам Мелье не потрудился рассказать, как каждую ночь вместе со своим медвежонком противостоял чудищу.

Схватка не закончилась ни в пользу Мелье, ни в пользу чудища. Но страх у Мелье остался. Страх вырасти большим и страх столкнуться с чем-то таким ужасным, чего он даже не может назвать. Что-то с красными глазами, вывернутой губой и слюнявыми клыками.

Комиссар взял себя в руки, сжал светящуюся лупу и куда внимательней, чем в прошлый раз, приступил к осмотру места преступления.

Сверху, снизу, справа, слева.

Никаких следов от грязных подошв на ковре, ни единого чужого волоска, ни даже отпечатка на стеклах. Нет чужих отпечатков и на стаканах. Он прошел на кухню. Осветил ее лучом своего фонарика.

Обнюхал и попробовал все блюда. Эмилю хватило ума покрыть воском продукты. Славный Эмиль! Жак Мелье понюхал графин с водой. Ядом не пахнет. Фруктовые соки и содовая тоже выглядели безобидно.

Но лица братьев Сальта были искажены маской страха. Такого же страха, как у тех женщин с улицы Морг, когда они увидели, как неуклюжая обезьяна влезает к ним через окно гостиной. Он снова подумал о том убийстве. Ведь на самом деле орангутанг тоже сильно испугался: он убил женщин, чтобы прекратились вопли. Он испугался криков.

Еще одна драма от непонимания. Мы боимся того, чего не понимаем.

Размышляя об этом, он вдруг заметил, как что-то шевельнулось за занавеской — его сердце похолодело. Убийца вернулся! Комиссар выронил светящуюся лупу, и она погасла. Теперь свет проникал только с улицы: неоны поочередно загорались, выводя буквы вывески «Бар изобилия».

Жаку Мелье захотелось спрятаться, замереть, провалиться. Собрав волю в кулак, он поднял лупу и отодвинул занавеску. Там никого не было. Или же это был Человек-невидимка.

— Кто здесь?

Ни звука. Значит, это просто сквозняк. Больше он не мог здесь оставаться и отправился опрашивать соседей.

— Здравствуйте, извините, полиция.

Ему открыл элегантный господин.

— Полиция. Всего пара вопросов, я задам их с порога.

Жак Мелье достал записную книжку.

— Вы были дома в тот вечер, когда совершилось преступление?

— Да.

— Вы слышали что-нибудь?

— Выстрелов не было, но они все вдруг закричали.

— Закричали?

— Да, очень громко. Крики были ужасны. Это длилось с полминуты, а потом все стихло.

— Они кричали одновременно или по очереди?

— Пожалуй, одновременно. Это был нечеловеческий рев. Наверное, они сильно мучились. Как будто их троих убивали одновременно. Вот такая история. Скажу вам честно, после того как я услышал крики этих людей, я плохо сплю. Скажу больше, я хочу отсюда переехать.

— Как вы думаете, что это могло быть?

— Здесь уже побывали ваши коллеги. Кажется, какой-то полицейский ас определил… самоубийство. Лично я не особо этому верю. Они столкнулись с чем-то ужасным, а вот с чем, я не знаю. В любом случае оно не издавало никаких звуков.

— Спасибо.

Навязчивая мысль засела в голове.

(Это преступление совершил свирепый волк, он бесшумно подкрадывается и не оставляет следов.)

Но он знал, что это совсем не так. И если это не так, то что же это могло быть, что еще страшнее, чем внезапно возникший с крыши орангутанг, вооруженный бритвой? Гениальный безумец, нашедший способ идеального преступления.

<p>16. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ</p>

Безумие: С каждым днем мы все утрачиваем разум, но безумие у каждого свое. По этой причине мы так плохо понимаем друг друга. Лично я понимаю, что страдаю паранойей и шизофренией. Мало того, я еще очень чувствительный, а это искажает видение реальности. Я это знаю. Поэтому стараюсь не переживать из-за безумия, а использовать его в качестве двигателя во всех своих начинаниях. И чем больше меня охватывает безумие, тем быстрее я достигаю поставленных целей. Безумие — это свирепый лев, заключенный в черепе каждого. И нечего с ним воевать. Его достаточно обнаружить и приручить. Но с собственным безумием, как с любым мощным источником, есть риск заиграться: иногда разъяренный лев может напасть на того, кто его приручает.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного

и абсолютного знания», том II

<p>17. СЛЕДЫ</p>

103683— й нашел стойла скарабеев. В этом большом зале обитают жуки-носороги с безупречным телосложением. Их тела покрыты толстыми и зернистыми черными пластинами, трущимися друг о друга. Сзади их корпус гладкий и закругленный. Спереди -хитиновый капюшон заканчивается длинным острым рогом, он в десять раз толще шипа розы.

Насколько известно 103683-му, размеры этих летающих животных шесть шагов в длину и три шага в ширину. Они живут в полумраке, но, как ни парадоксально, их единственная слабость — тяга к свету. В мире насекомых сияние — это соблазн, перед которым мало кто может устоять.

Крупные животные поедают даже опилки и гниющие почки. И повсюду оставляют маленькие кучки, отчего вокруг стоит нестерпимая вонь; здесь низкий потолок, животным мало места для движения. Рабочих, которые должны заниматься чисткой помещения, похоже, тут не было давно.

Приручение этих жесткокрылых было делом серьезным. Королеве Шли-пу-ни пришла в голову мысль искать альянса с носорогами после того, как один из них спас ее из паутины паука. Едва став королевой, она сформировала из них летучий легион. Но возможности повести их в бой пока не представилось, они еще не приняли крещения кислотой, и неизвестно, как эти мирные травоядные отреагируют на военную ситуацию, когда столкнутся с полчищами разъяренных солдат.

103683— й проскальзывает между лапами этих крылатых мастодонтов. Его внимание привлекла изобретенная для них поилка: в центре зала на листе огромная капля воды, и когда одно из животных подходит утолить жажду, лист прогибается.

Шли— пу-ни убедила скарабеев поселиться в Бел-о-кане, просто поговорив с ними на языке феромонов. Она гордится своим дипломатическим талантом. «Достаточно найти способ общения и можно объединить два разных мышления», -разъясняет она свои эволюционные идеи. Для достижения этого, по ее мнению, все способы хороши: съедобные подарки, запахи-паспорта, успокоительные феромоны. Она считает, что если два животных общаются друг с другом, то они уже не способны убить друг друга.

На последнем собрании королев Федерации ей возразили, что первая реакция у любого животного — это уничтожить все, что от него отличается: и если один хочет общаться, а другой убивать, то первый всегда будет повержен. На что Шли-пу-ни тонко возразила, что, в конце концов, убийство — это тоже форма общения, пусть даже самая примитивная. Чтобы убить, надо приблизиться, рассмотреть, изучить, предугадать реакции своего противника. То есть проявить к нему интерес.

В эволюционном движении изобилие парадоксов!

103683— й отрывается от созерцания скарабеев и продолжает поиски потайного хода, который должен привести его к муравьям-мятежникам.

На потолке он замечает следы. Они расходятся во всех направлениях, как будто специально запутывая дорогу. Но 103683-й — великолепный следопыт: он с ходу распознает свежие отпечатки и продвигается по ним.

Следы приводят его к входу, замаскированному маленьким бугорком. Должно быть, это здесь. Сначала он закапывает кокон бабочки, который ему мешает, просовывает первым делом голову, а затем и все тело в коридор и с опаской продвигается вперед.

Здесь пахнет муравьями.

Мятежники… Откуда в таком едином организме, как Бел-о-кан, могут взяться мятежники? Это как если бы где-нибудь в закоулке кишечника клетки отказались бы принимать участие в жизни тела. Это можно сравнить с аппендицитом. И 103683-й направлялся на встречу с приступом аппендицита, происходящем в живом Городе.

И сколько же мятежников откололось от Города? Какие у них мотивы? Чем дальше он продвигается, тем сильнее хочет узнать всю правду. Теперь, когда ему известно о существовании мятежников, ему хочется их отыскать, узнать об их деятельности и целях.

Он продвигается вперед по свежим запахам. По этому узкому тоннелю прошли совсем недавно. Вдруг две лапки с четырьмя когтями крепко хватают его и резко толкают вперед. Из коридора он влетает прямо в зал. Две мандибулы хватают его за шею и начинают сдавливать.

103683— й отбивается. За панцирями, которые его обступают, он различает комнату с очень низким потолком. Довольно просторную. Насколько позволяют усики, он определяет, что комната размером тридцать на двадцать шагов, то есть этот фальшивый потолок накрывает все стойло скарабеев.

Не меньше сотни муравьев окружают его. Многие подозрительно изучают идентификационные запахи пришельца.

<p>18. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ</p>

Как от них избавиться? Когда меня спрашивают, как избавиться от муравьев, если они завелись на кухне, я отвечаю: а по какому праву ваша кухня принадлежит вам больше, чем муравьям? Ах, вы ее купили? Отлично, но у кого? У других людей, которые эту кухню построили из бетона, то есть из продукта, данного самой природой. Это соглашение между вами и людьми, которые это изготовили, что эти обработанные куски природы якобы принадлежат вам. Но это просто людская условность. Значит, и касается она только людей. Почему томатный соус из вашего шкафа принадлежит вам больше, чем муравьям? Ведь томаты произрастают из земли! Бетон тоже взят из земли. Как и металл, из которого сделаны ваши вилки, как и фрукты в вашем джеме, как и материал, из которого построены ваши стены, — все это дала планета. Человек только дал им названия, наклеил этикетки и назначил цену. Но все это вовсе не делает вас собственником. Земля со всеми своими богатствами принадлежит всем ее обитателям…

Однако эта мысль опережает время, ее трудно понять. Но если вы все же решили избавиться от этих крошечных конкурентов, «наименее жесткий» метод — это по-прежнему базилик. Заведите маленькое растение базилика и поместите его в зоне, которую хотите защитить. Муравьи не любят запах базилика и, скорее всего, они отправятся гостить в квартиру вашего соседа.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного

и абсолютного знания», том II

<p>19. МЯТЕЖНИКИ</p>

Быстрыми движениями усиков 103683-й представляется мятежникам. Он солдат. Уверяет, что нашел на свалке череп, который поручил ему отправиться сюда и предупредить, что скоро состоится крестовый поход против Пальцев.

Новость производит эффект. Муравьи не умеют лгать. Они еще сами не осознали пользу этого.

Кольцо окружения расступается. Вокруг задергались усики. 103683-й улавливает феромоны, все говорят о рейде в Химическую библиотеку. Кое-кто из мятежников полагает, что солдату удалось поговорить с одним из трех членов той самой команды. От них слишком долго нет вестей.

Из того, что ему удается услышать, 103683-й делает вывод, что это настоящие подпольщики, и они делают все, чтобы сохранить свою тайну. Мятежники продолжают обсуждать его сообщение. Особенно их удручает определение «крестовый поход против Пальцев». Они выглядят расстроенными. Некоторым интересно, а как поступят с незваным гостем. Он представляет опасность: ему известно их убежище, а ведь он не является их сторонником.

Кто ты?

103683— й дает все свои определяющие характеристики: касту, номер кладки, родной муравейник… Мятежники изумлены. Оказывается, перед ними стоит знаменитый 103683-й солдат -единственный из рыжих муравьев, кто побывал на краю мира и вернулся назад.

Его освобождают. Даже уважительно расступаются. Завязывается разговор.

Муравьи разговаривают с помощью запахов, эти феромоны испускаются сегментами усиков. Феромон — это гормон, способный отделяться от одного тела и по воздуху проникать в другое тело. Если один муравей испытывает какое-то чувство, он испускает феромон, и все муравьи вокруг испытывают это чувство вместе с ним. Если муравей в стрессовом состоянии, он моментально передает это окружающим, так что им остается только одно — прекратить это болезненное послание, придя бедняге на помощь.

Каждый из одиннадцати сегментов усика испускает волны пахучих слов определенной длины. Эти сегменты, словно рты, которые могут говорить одновременно каждый на своей длине волны. На низких частотах передают базовую информацию. Более легкие послания посылают на высоких частотах.

Эти же сегменты выполняют еще функцию ушей. Так что обе стороны говорят одиннадцатью ртами и слышат одиннадцатью ушами. И все это — одновременно. Кроме того, в их речи имеется множество нюансов. Из муравьиного диалога узнаешь в одиннадцать раз больше и в одиннадцать раз быстрее, чем из человеческого. Когда человек наблюдает встречу двух муравьев, ему кажется, что они, едва коснувшись друг друга кончиками усиков, снова отправляются дальше каждый по своим делам. Однако во время этого мимолетного контакта все, что нужно, уже сказано.

Прихрамывая, приближается какой-то солдат (у него всего пять лапок) и спрашивает, не он ли был давним другом 327-го принца и принцессы Шли-пу-ни.

103683— й подтверждает, что так оно и было.

Хромой сознается, что когда-то разыскивал его и собирался убить. Но теперь ветер переменился, и при этом он испускает запах-насмешку:

А теперь уже я оказался вне закона, а государство представляешь ты.

Времена меняются.

Хромой предлагает трофоллаксис. Его собеседник соглашается, и оба целуются в губы, и гладят друг другу усики до тех пор, пока пища из социального зоба дающего полностью не перельется в желудок 103683-го.

Они взаимодействуют, как сообщающиеся сосуды. Их пищеварительные системы тоже сообщающиеся.

Хромой делится своей энергией — гость ей наполняется. 103683-й вспоминает мирмекийскую пословицу LIII тысячелетия: Дающий богатеет, а берущий беднеет.

Однако он не мог отказаться от такого дара.

Потом мятежники показывают ему свое убежище. Тут имеются запасы зерна, медвяной росы, яйца с феромонами памяти.

103683— му все эти заговорщики почему-то не кажутся опасными. Сохранение своей тайны заботит их куда больше, чем роль мятежников, которые жаждут политической власти и рвутся к ней.

Хромой подходит ближе и начинает доверительно объяснять. Когда-то мятежники назывались по-другому. Это были «воины с запахом земли», и они были тайной полицией на службе королевы Бело-киу-киу-ни, матери нынешней королевы Шли-пу-ни. Тогда они были настолько в силе, что им удалось построить тайный Город. Свой, тайный Город. Второй Бел-о-кан.

Хромой признается, что они, воины с запахом земли, пытались уничтожить 327-го принца, 56-ю принцессу (Шли-пу-ни) и его самого, 103683-го солдата. Тогда никто не знал, что Пальцы существуют на самом деле. Королева Бело-киу-киуни опасалась, что подданные будут в панике, если узнают, что эти гигантские животные наделены почти таким же развитым интеллектом, как и сами рыжие муравьи.

Бело— киу-киуни заключила соглашение с послом Пальцев: она скроет информацию о существовании Пальцев, а за это они поделятся с муравьями своими знаниями в обмен на знания муравьев. Но оба представителя, и муравьев, и Пальцев, должны хранить это в секрете от своего населения.

Королева Бело-киу-киуни поняла, что еще не настало то время, когда эти две цивилизации смогли бы понять друг друга. И тогда она повелела своим воинам с запахом земли уничтожать всех, кто прознает о существовании Пальцев.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5