Современная электронная библиотека ModernLib.Net

С единственным заклинанием

ModernLib.Net / Уотт-Эванс Лоуренс / С единственным заклинанием - Чтение (стр. 11)
Автор: Уотт-Эванс Лоуренс
Жанр:

 

 


      — Убирайся прочь, Надоеда!
      Мокрое шлепанье стихло, и парочка двинулась дальше. Много позже, обменявшись за время прогулки только несколькими ничего не значащими словами, они оказались возле комнаты, где висел «сломавшийся» гобелен.
      — Хочу взглянуть на него еще раз, — заявил Тобас.
      — Хорошо, — согласилась Каранисса, выскальзывая его объятий.
      Он попытался поймать ее, но колдунья отступила назад.
      — Я подожду тебя здесь.
      — Нет, пошли со мной. Может, вместе мы что-нибудь придумаем. Такое, до чего я один не додумался.
      Поколебавшись, она согласилась. Бок о бок они вошли в комнату и встали перед темным пустым изображением. Каранисса слегка дрожала. Тобас повернулся к ней, желая утешить, но она снова отстранилась.
      — В чем дело? — недоуменно спросил Тобас.
      — Дерри. Я все время думаю о нем, когда смотрю на этот гобелен. Ты сказал, что вы нашли его останки в этой комнате. Я не могу этого вынести. У меня такое чувство, что он смотрит на нас.
      — Успокойся. Дерри... Деритон мертв. Он мертв уже несколько веков. И ты достаточно долго его оплакивала, даже если и не знала точно, что он умер. Его дух уже далеко.
      — Но его кости по-прежнему лежат в этой комнате...
      Тобас поглядел на гобелен:
      — Да, лежат... Вот здесь. — Он протянул руку, чтобы показать, где именно лежит череп Деритона, но так и замер с поднятой рукой. Его осенило.
      Изображение на гобелене должно точно соответствовать оригиналу, в самых мельчайших деталях. Здесь изображена пустая комната, а на самом деле в углу лежит скелет Деритона.
      Вот почему перестал действовать портал!

Глава 24

      — Поразительно! — воскликнул Тобас, удобно расположившись на бархатном диванчике в любимой гостиной Караниссы. — Должно быть, именно поэтому в комнате нет окон. Иначе пришлось бы дожидаться, пока солнечные лучи лягут под нужным углом. А в дождливые дни вообще возникала бы куча проблем. Эти гобелены — не такая уж умная штука.
      — Достаточно умная, чтобы держать нас здесь, — вздрогнула Каранисса, примостившаяся на соседнем стуле. — В заметках сказано, что время может сыграть злую шутку. Возможно, Деритон имел в виду именно солнечные лучи. Интересно, если, допустим, освещение неправильное, магический портал просто перестает действовать, или как? Может, шагнув в него, ты просто зависаешь неизвестно где, пока не наступит нужное время суток и освещение не изменится?
      Колдунья пожала плечами:
      — Если это так, то почему не зависла я? Болталась бы сейчас где-нибудь в преддверии Ада, ожидая, когда скелет Деритона рассыплется в пыль. А ты, соответственно, умер бы от голода у закрытых ворот. Разве что уговорил бы слуг тебя впустить.
      Тобас некоторое время молчал.
      — Не знаю. Может быть, существует различие между предсказуемыми регулярными изменениями, такими, как солнечный свет, и непредсказуемыми — передвижением скелета. Или изображенная сцена никогда больше не будет существовать — крыша обвалится прежде, чем уберут кости, или еще что приключится — именно тогда гобелен просто перестает действовать.
      — А вот эта идея мне совсем не нравится! — резко наклонилась к нему Каранисса.
      — Ну, это всего лишь предположение, — дернул плечом Тобас и, подумав еще некоторое время, добавил: — Думаю, гобелен не мог создать новый мир, потому что комната когда-то была именно такой, как на изображении. Если заклинание, выводящее в какое-нибудь конкретное место, уже произведено, то оно не может само собой переключиться на что-то другое. Оно может только прекратить свое действие вообще. Колдунья молчала.
      — И может измениться, я думаю, время перехода из одного мира в другой через исправный портал, если другой не действует вовсе. Чародейство — занятная вещь. Малейшая неточность создает серьезные проблемы. Заклинание будет отлично работать, но совершенно по-другому реагировать в определенных условиях. Роггит рассказывал мне о таких случаях, когда заклинание действует, но требует совсем иных контрчар. И зависит это от того, куда при исполнении одного из пассов чародей поднял большой палец — вверх или в сторону. А с такой сложной вещью, как гобелен, небольшие девиации просто неизбежны. Я имею в виду, что подготовительное заклинание длится двадцать четыре часа! Никто не способен повторять одни и те же движения с точностью до дюйма на протяжении целых суток!
      Каранисса встрепенулась:
      — И что же нам теперь делать?
      — Еще не придумал. Мы могли бы изобразить скелет... Выткать его как-нибудь на гобелене. — Тут он замолчал, а затем воскликнул: — И о чем только я думал? Ну и дурак же я! Гобелен и так хорош. Все, что нужно, — это убрать скелет. И тогда все снова будет в порядке!
      — А как мы это сделаем? Мы же не можем отсюда выйти, пока он там лежит!
      — Да ладно тебе, Кара! Ты же колдунья! Тебе не нужно брать что-то или трогать, чтобы передвинуть. Так неужели ты не в состоянии передвинуть какой-то скелет?
      — Не в состоянии! — огрызнулась Каранисса. — Мне нужно знать, как лежит предмет по отношению ко мне, прежде чем смогу с ним что-то сделать. Я многое чувствую — у меня колдовское зрение и обоняние, я умею слышать чужие мысли и читать в чужих сердцах, но не из этого мира в другом. Мы здесь нигде! Я не знаю, куда смотреть и как смотреть. Я пыталась позвать на помощь, когда поняла, что оказалась в западне, и не смогла. Я отрезана от реального мира.
      — О! — Тобас задумчиво уставился в пол.
      — А ты? У тебя нет какого-нибудь заклинания, чтобы убрать скелет?
      — Не знаю. Ничего подходящего на ум не приходит.
      — А как насчет навеянного сна? Не мог бы ты...
      — Ну, конечно, — перебил ее Тобас, радостно подскочив. — И не мог бы, а могу! Во всяком случае, думаю, что могу. Оно должно действовать независимо от того, где находится реципиент. Чародейство работает между мирами — ты сама говорила, что Деритон получил какой-то сигнал тревоги из летающего замка, когда находился здесь, с тобой.
      — Верно, получил. Ты можешь позвать кого-нибудь, чтобы убрали скелет?
      — Нужно навести сон на определенного человека. Только так работает заклинание.
      — Ну и что? Наверняка кто-нибудь из Мира согласится нам помочь.
      — Этот кто-нибудь должен знать про замок. Я могу передать послание продолжительностью в несколько минут и не успею подробно объяснить дорогу. К тому же я не знаю, что именно из этого сна человек будет помнить, проснувшись. «Малое Заклятие» работает только на передачу, так что я не смогу проверить, дошло ли мое послание. — Несколько поколебавшись, юноша продолжил: — Кроме меня, только один человек знает, где находится замок. Придется звать его. Надеюсь, он не сорвался с какого-нибудь утеса.
      — А кто это?
      — Перен Белобрысый. Мы познакомились в Двоморе, нет, еще в Этшаре. Он пошел на восток через горы, когда мы расстались. Может быть, я смогу уговорить его вернуться.
      — Во всяком случае, ты должен попробовать.
      — Думаю, придется.
      Тобас откинулся на подушках, обдумывая детали.
      Все вроде должно получиться нормально. Он сможет вызвать Перена при помощи «Малого Заклятия Наведенных Снов». Перен вернется, уберет скелет Деритона, и портал снова заработает. Тогда они с Караниссой просто перейдут сквозь него в упавший замок.
      Должно получиться.
      — Ты называешь это «Малым Заклятием», — заметила Каранисса. — А что, есть еще и большое?
      — Есть. И работает в оба конца, на прием и на передачу, Обеспечивает полный контроль над чьим-либо сном примерно на полчаса. Так написано. Но оно намного сложнее. Для него нужна кровь, серебро... короче, оно сложнее. Вероятно, четвертого порядка.
      — Ты говорил, что можешь творить заклинания третьего порядка. Между третьим и четвертым большая разница?
      — Наверное, не очень. Но я не уверен, что освоил какое-нибудь заклинание третьего порядка. Может, это были довольно сложные варианты второго.
      — Предположим. Но что может случиться, если ты попробуешь?
      — Вот этого я не знаю. Поэтому и боюсь.
      — А я думаю, ты должен попытаться, — решительно заявила Каранисса.
      — Это потому, что ты ничего в этом не смыслишь. Есть чародеи, которые, проработав всю жизнь, так и не преодолевают границы третьего порядка. А ты ждешь от меня, чтобы я за каких-то пару шестиночий скакнул от единственного простейшего заклинания сразу на четвертый порядок!
      — Ой, Тобас, пожалуйста, не расстраивайся! Ты, конечно, делаешь все, что в твоих силах. Но четвертый порядок — это не так уж и сложно. Ты сам говорил, что Деритон пользовался заклинаниями седьмого порядка, создавая этот замок, верно?
      — Не ниже седьмого порядка, — уточнил Тобас. — Но Деритон, наверное, был очень талантливым чародеем. К тому же двухсотлетним. А мне всего семнадцать, и я понятия не имею, есть ли у меня вообще способности к чародейству. Это, знаешь ли, не таблица умножения. Заклинания второго порядка в восемь — десять раз сложнее первого, а третьего — в десять раз сложнее второго. И так далее. С заклинаниями первого порядка я уже легко справляюсь, второго — тоже, но четвертого...
      — О! — Голос ее упал. — Я и не знала, что это так сложно. Я вообще мало что знаю о чародействе.
      — А зачем это тебе? Жалко, конечно, что я не могущественный чародей, а всего лишь жалкий недоучка. Но все же я попробую сотворить это заклинание. Малое. С ним я должен справиться. А теперь иди и ложись спать. Опробуем его на тебе.
      — Хорошо, — покладисто согласилась колдунья. — Я, пожалуй, с удовольствием вздремну.
      Они расстались в коридоре, даже не прикоснувшись друг к другу: он направился в кабинет, а она — в свою спальню. Случайно обернувшись, Тобас перехватил брошенный на него взгляд Караниссы. Улыбаясь, он начал сочинять текст послания.

Глава 25

      "Малое Заклятие Наведенных Снов» великолепно работало каждый раз, когда Тобас испытывал его на Караниссе, но вот удостовериться, что его послания достигают Перена, находящегося в другом мире, он не мог. Тобас еще раз повторил ритуал и пристально уставился в образовавшуюся серую завесу из пыли и курившегося фимиама.
      — Перен, — сказал он, — я не знаю, получил ли ты мои предыдущие послания, но это я, Тобас из Тельвена, разговариваю с тобой при помощи заклятия Наведенного Сна. Мне срочно нужна твоя помощь. Иди в упавший замок, в потайную комнату, и убери оттуда скелет. Не важно, куда и как, только убери его из этой комнаты. Это все, что тебе нужно сделать. Я отплачу тебе всем, чем смогу. У меня есть деньги, и я овладел магией.
      Чародей помолчал. Про деньги, конечно, — некоторое преувеличение. Но это сейчас не важно. Он заработает сколько угодно, как только вернется в обычный мир.
      — Убери скелет! — повторил он. — Вытащи его целиком в коридор, этого достаточно.
      Дымка начала рассасываться, и Тобас замолчал. Время действия заклинания истекло. Через пару часов можно будет повторить. А теперь пора пойти проверить гобелен еще раз — Перен мог уже вернуться и передвинуть скелет. Правда, может быть, он бродит где-то, затерявшись в восточных пустынях. Или сорвался со скалы, или погиб в драке. Но до тех пор, пока чары более высокого порядка не освоены, остается только регулярно передавать послание и ходить проверять, не заработал ли портал.
      Захватив подготовленный провиант, Тобас прошел к гобелену и постучал по ткани. Бесполезно.
      Он по-прежнему заперт в замке. Что ж, все, что он мог сделать на данный момент, он сделал. Юноша огляделся. Чем бы заняться?
      Из-за экспериментов с наведением снов его режим теперь не совпадал с распорядком Караниссы. Колдунья сейчас спала, и он был в замке совершенно один.
      Один, как же! Пока Тобас стоял у бесполезного гобелена, несносный Надоеда прилепил ему на башмак какую-то тошнотворную дрянь и с хихиканьем убежал. Маленькое чудовище в последнее время совершенно распоясалось. Непонятно, почему, после веков покорного подчинения Караниссе, слуга именно сейчас начал чинить всякие мелкие пакости. Если бы Тобас мог видеть это существо, то с большим удовольствием дал бы ему здоровенного пинка.
      Юноша наклонился. Дрянь оказалась вязкой, вонючей и, отлепившись от башмака, намертво склеила пальцы. Сзади послышался смешок.
      Ах, так?! Тобас решил, что настало время разобраться с Надоедой. Он вернулся в кабинет, бросил мешок с провиантом на полку и открыл Книгу в поисках «Призрачного Фантазма Люгвайлера».
      По его убеждению, это было заклятие третьего порядка, и оно прекрасно подходило для эксперимента. Пора наконец попробовать что-нибудь посложнее.
      Кстати, откуда он взял, что именно с помощью фантазма Деритон сотворил Надоеду и других слуг? Прочитав несколько страниц, юноша понял, что это на самом деле своего рода проклятие. С помощью этого заклинания можно было сотворить противный маленький призрак исключительно кошмарного вида, который будет изводить указанную ему жертву, появляясь в самых неожиданных местах и оставаясь совершенно невидимым для окружающих. Фантазм абсолютно безобиден, если, конечно, не напугает кого-нибудь до смерти, но отнюдь таковым не выглядит. Его можно заставить преследовать жертву постоянно, дав ему свободу маневра, или он будет появляться лишь при определенных обстоятельствах.
      Тобас хотел заставить фантазм преследовать Надоеду, когда тот будет проникать в верхние этажи замка. Он отлично обойдется без слуги, во всяком случае, без Надоеды — точно. А если потом передумает, то попросту снимет проклятие.
      Можно, конечно, просто приказать Надоеде убраться подальше — мелкий пакостник все еще выполнял прямые указания, — но это слишком легко, скучно и просто. Наложив проклятие, он, во-первых, лишний раз потренируется в чародействе, а во-вторых, заставит Надоеду на собственной шкуре испытать, что такое пакость.
      Увидеть Надоеду, конечно, не получится, но будет приятно услышать его хныканье вместо постоянного хихиканья и хлюпанья.
      Юноша внимательно прочитал инструкцию четыре раза. Заклинание выглядело хитроумным, очень хитроумным. Для реализации плана мести требовались маленькое круглое зеркало и ряд совершенно необычных ингредиентов. Тобас тщательно отобрал их на полках и разложил на рабочем столе.
      Проделав примерно половину заклинания, он заметил, что происходит что-то странное. По столу пополз какой-то зеленовато-желтый дымок, о котором в описании не говорилось ни слова. Кроме того, уже было ясно, что заклинание проходит как-то не так. Тобас достаточно напрактиковался, чтобы сразу замечать такие вещи. Где-то он ошибся. Юноша растерялся — продолжать или нет. Эта заминка еще больше исказила заклинание.
      Прекрасно понимая, что он окончательно все испортил, Тобас мрачно продолжил ритуал, надеясь только на чудо.
      Желтый дымок рассеялся, и никаких признаков магической активности не наблюдалось. Может, у него вообще ничего не получилось? А может, он и не перепутал ничего. Он ведь никогда прежде не насылал проклятий! Немного успокоившись, Тобас уже собирался кликнуть Надоеду, чтобы выяснить, появился ли фантазм, как вдруг из зеркала что-то вылезло.
      Юноша в ужасе уставился на свое творение, стоящее на крышке стола.
      Нечто среднее между человеком и лягушкой. Глянцевые бока отливают грязным зелено-коричневым цветом. Тонкие кривые ножки («А может, и не ножки вовсе, а лапки, — поди тут пойми», — пронеслось в голове Тобаса) широко расставлены, ручки с длинными пальцами уперты в бока, вылупленные круглые глазки недоуменно моргают. Большие заостренные кверху уши наклонились вперед. Никаких признаков пола не просматривалось.
      Тобас облегченно вздохнул. Никакой это не фантазм! Он протянул руку и пощекотал толстое коричневое брюшко.
      Творение с испуганным писком отпрыгнуло в сторону.
      — Во имя неба, кто ты? — громко вопросил Тобас. Творение раздулось от гордости, ткнуло себя пальцем в узкую грудку и пропищало смешным тоненьким голоском:
      — Сприган.
      — Что?! — Тобас никак не ожидал, что это умеет еще и говорить.
      — Сприган! Я!
      — О! — Юноша с любопытством протянул руку, намереваясь посадить пискуна на ладонь.
      Сприган быстро засеменил прочь, и прежде, чем Тобас успел схватить его, он добрался до края стола, свалился вниз и исчез за дверью.
      Ну и ну! Впрочем, творение выглядело вполне безобидным и в любом случае не могло существовать вечно. Через некоторое время оно, должно быть, само исчезнет.
      Однако экспериментировать с заклинаниями высокого порядка в ближайшем будущем, пожалуй, не стоит.
      Тобас потянулся за зеркалом. Но, прежде чем он успел его коснуться, оттуда вылез еще один сприган, абсолютно идентичный первому.
      — Привет! — изумленно выговорил Тобас.
      — Привет! — пискнуло в ответ. Голосок был чуть пониже, но тоже в верхнем регистре сопрано.
      — Ты — сприган? — несколько обеспокоено поинтересовался Тобас.
      — Да! Да! — радостно закивало маленькое создание. — Сприган!
      — Откуда ты взялся? — Происхождение загадочного существа могло дать ключ к выяснению его способностей и предназначения. Сприган несколько мгновений озадаченно хлопал глазками» рожица его исказилась в эдакой смешной пародии на недоумение, но затем снова расплылась в улыбке.
      — Отсюда! — проверещало существо, радостно подпрыгивая и тыкая пальчиком в зеркало. — Отсюда! Отсюда!
      Тобас некоторое время молча смотрел на него. Тварюшка выглядела глуповатой, но спрашивать все равно больше некого.
      — А зачем ты вылез?
      — Веселье! Веселье! Очень весело, да? — Сприган одарил Тобаса беззубой улыбкой.
      — Думаю, тебе будет достаточно весело, — с сомнением в голосе заметил Тобас. Интересно, сколько еще этих тварей успеет вылезти из зеркала, прежде чем заклинание перестанет действовать?
      Сприган неожиданно проверещал «Пока-Пока!», спрыгнул на пол и выбежал за дверь.
      Юноша быстро схватил зеркало и сунул его в деревянную шкатулку. Надо помешать другим сприганам, если, конечно, они появятся, разбежаться по замку.
      Тобас выждал несколько минут. Все было тихо. Тогда он захлопнул крышку и запер шкатулку на ключ. На всякий случай.
      И впредь никаких хитроумных заклинаний! Будем продвигаться вперед постепенно. И обойдемся «Малым Заклятием Наведенного Сна». Если он не сможет достать Перена, то попробует связаться с Арденом, Эльнером или Алоррией.
      Внезапно он почувствовал себя очень усталым. Вся эта магия и безуспешные попытки выбраться отсюда сильно измотали его. Тобас не имел ни малейшего представления, сколько времени он уже не спал. В замке не было ни песочных, ни водяных часов. Вообще никаких.
      Юноша захлопнул Книгу, сложил инструменты и отправился спать. Мгновение спустя за его спиной, за закрытой дверью, внутри шкатулки из зеркала появился сприган и тут же жалобно захныкал, обнаружив, что он заперт.

Глава 26

      — Да их тут десятки! — вопила Каранисса, пинком отправляя спригана за дверь.
      — Да знаю. Знаю. Их должно было собраться не меньше пяти-шести, чтобы взломать шкатулку. А это произошло уже несколько дней назад.
      — Ты можешь что-нибудь сделать?
      — Если найду зеркало, то разобью. Тогда по крайней мере перестанут появляться новые. А оставшихся можно будет выкинуть из замка в пропасть, хотя, на мой взгляд, это негуманно.
      — Когда портал заработает, выкинем их через него, — предложила Каранисса.
      — В Мире им вполне хватит места.
      — Прекрасная мысль, — кивнул Тобас. — Только сперва нужно найти зеркало. Они не такие уж дураки и наверняка его припрятали.
      Каранисса хотела было что-то сказать, но заметила очередного спригана, забравшегося на соседний стул. Она быстро схватила его и выкинула в коридор. Сприган с писком побежал прочь. Колдунья плюнула ему вслед и внимательно оглядела комнату.
      — Все. Их здесь нет. Можем поговорить спокойно.
      — Ты уверена? У меня есть идея, но я не хочу, чтобы они услышали.
      — Ну конечно, уверена! Я всегда знаю, если кто-то подслушивает!
      — Хорошо. Слушай, Кара, мы с тобой не сможем найти зеркало. Они нас сразу накроют. Но зрение сприганов наверняка ничем не отличается от человеческого, поэтому слуги для них невидимы, как и для нас...
      — Для тебя, — перебила она. — Я могу их видеть, если хочу.
      — Значит, для меня и каждого другого, у кого нет колдовского зрения. Во всяком случае, если ты прикажешь слугам отыскать зеркало и принести его сюда — или разбить, — сприганы не смогут им помешать. И тогда проблема будет наполовину решена.
      — Прекрасная мысль! Только как они узнают, какое именно зеркало нужно разбить? Я не хочу, чтобы они перебили все зеркала в замке!
      — Сколько, по-твоему, зеркал может лежать не на месте? Но если хочешь, прикажи им принести зеркало мне. Я сразу смогу сказать, то это или нет.
      — Хорошо, я прикажу сильфам. А ты скажи маленькому.
      — Надоеде, ты имеешь в виду?
      — Ну, да, Надоеде. Никак не привыкну к этому имени. Мы с Дерри их никак не называли.
      — Странно, — пожал плечами Тобас.
      — Знаю. Почему я не подумала об этом много лет назад? Я столько времени потратила зря! Конечно, мне никогда не удалось бы выбраться отсюда без помощи чародея, но я все же могла бы сделать кое-что, пока торчала в замке. Ты за пару шестиночий успел намного больше, чем я за четыреста лет, — учишь заклинания, вызвал сприганов...
      — Не пару шестиночий, а намного больше! Уже месяц, как я здесь!
      — Не важно. Эти сприганы, лезущие во все дыры, напомнили мне, что в этом доме все вверх дном! Дерри оставил тут полный беспорядок! Слуги стирают пыль, но не в состояний даже убирать вещи на место и держать шкафы и двери закрытыми! А теперь повсюду снуют эти твари!
      — Но они и вправду безобидные! — Тобас надеялся, что так оно и есть. Во всяком случае, пока так оно и было.
      — Да знаю я! Но они же всюду суют свой нос! Черт бы их побрал! Один за ужином залез ко мне в тарелку! Другой утащил мой хлеб! Они вытащили все вещи из шкафов в моей спальне... Клянусь, еще немного, и я начну их убивать! Я выжгу их мерзкие кишки!
      — Наверное, им было просто интересно...
      — Ну, да, конечно! Интересно копаться в моих вещах! Разбрасывать мою одежду!
      — Они просто ничего другого не умеют. — Тобасу очень хотелось думать, что малыши не хотели причинить никакого вреда.
      — Знаю. Но мои вещи... — Каранисса внезапно замолчала, и некоторое время они тихо сидели друг напротив друга. Каранисса изучала крышку стола, а Тобас шарил глазами по комнате, но его взгляд снова и снова возвращался к колдунье. Он смотрел на роскошные черные волосы, тонкие черты, изящную фигурку...
      — Тобас, — взглянула она наконец на юношу, — а что носят женщины в Этшаре Пряностей?
      Никак не ожидавший такого вопроса, Тобас замялся:
      — А я толком и не знаю... Одежду... Юбки, рубашки. Высокородные дамы и некоторые волшебницы носят платья.
      — Юбки и рубашки?
      — Конечно. Такие же, как и везде.
      — А как они выглядят?
      Тобас засмеялся, но тут же понял, что она не шутит. Каранисса носила только платья.
      — Это не важно. Ты в своей одежде прекрасно выглядишь. Большинство женщин не могут позволить себе такой.
      — Я не хочу выглядеть странно. Прошло четыреста лет — мода должна сильно измениться.
      — Думаю, да. Но ты все равно будешь выглядеть великолепно.
      — А волосы? Женщины по-прежнему носят длинные распущенные волосы? Или подбирают их?
      — Понятия не имею. То есть я никогда не обращал внимания. Коротко они их не стригут, но таких длинных, как твои, я никогда не видел. — У Караниссы волосы спадали до талии. — Думаю, они их обрезают чуть ниже плеч или подвязывают наверх.
      — Значит, мне нужно обрезать мои? — Колдунья потянула себя за прядь.
      — Ни в коем случае! Они такие красивые! Правда, правда! — Тобас приподнялся и взял ее за руку, в которой она зажала волосы.
      — И все же я не хочу выделяться. Вот я слушала тебя и работала над произношением. Ты заметил?
      — Не думал, что ты это делаешь специально, — чуть скривился Тобас. — Я сразу заметил и собирался предупредить тебя кое о чем. У меня акцент Пиратских Городов. Тебе не следует говорить так, как я.
      — Но ведь язык изменился...
      — Да, конечно. В Двоморе теперь вообще совершенно другой язык. А твой акцент очень милый — старомодный и элегантный.
      — А я не хочу быть старомодной. Я хочу быть, как все.
      — Ты никогда не будешь, как все. Ты слишком красива и всегда будешь выделяться.
      — Ты просто дурачишь меня! — Колдунья оттолкнула его руку.
      — Нет! Я говорю правду! — Юноша снова завладел ее рукой и, перегнувшись через стол, поцеловал Караниссу, больше удивившись этому сам, чем удивив ее.
      Стол слегка оторвался от пола и скользнул в сторону. Тобас усмехнулся. От колдовства тоже, оказывается, мог быть прок.
      Почти час спустя в комнату заглянул сприган и пискнул. Тобас схватил сапог и запустил им в визитера, который поспешно ретировался.
      Каранисса хихикнула.
      — Над чем ты смеешься, женщина? — притворно сдвинул брови Тобас.
      — Ой, да не знаю я! Над сприганом, наверное. Они действительно смышленые и милые!
      — Неужто? Кажется, кто-то совсем недавно грозился выжечь им кишки?
      — Недавно я была расстроена и сердита.
      — Да? Что ж, рад оказаться полезным. Теперь, если я избавлюсь от зеркала сприганов и вытащу нас отсюда, то все вообще будет в полном порядке. Надоеда! Сюда, Надоеда!
      Мокрые следы прошлепали в комнату, и что-то мерзкое закапало на ковер.
      — Надоеда, я хочу, чтобы ты нашел зеркало, которое сприганы утащили из кабинета, и принес его мне. Понял?
      Надоеда пискнул, как придушенный кот, и ушлепал прочь. Тобас вздохнул:
      — Как ты думаешь, он понял?
      — Наверное. — Каранисса отвернулась и заговорила с воздухом, отдавая сильфам то же самое приказание. Воздух слегка дрогнул, и слуги ушли.
      — Интересно, — задумчиво произнес Тобас, — Деритон создал Надоеду специально, или это случайность, как сприганы? В Книге я не нашел ни одного заклинания, которое могло бы породить нечто подобное.
      — Я не знаю, — пожала плечами Каранисса. — Он уже был в замке, когда Деритон впервые привел меня сюда, и я никогда не спрашивала. Просто приняла как данность — очередные чары, такие же непонятные, как и все остальное.
      — Чародейство не все должно быть непонятным. Во всяком случае, я так не думаю.
      — По сравнению с колдовством это полное безумие, если хочешь мое мнение. Ты помнишь, что чародейство использует хаос?
      — Возможно. Но таким образом оно приводит этот хаос в порядок. В некотором роде.
      — Неужели? Как заклинание, открывающее горшки?
      — А ты хорошо умеешь спорить, колдунья, — усмехнулся Тобас.
      Она ткнула его под ребра. В ответ он тут же схватил ее за талию, потянул на себя, и они, хохоча, покатились по ковру, остановившись только у стены — Каранисса лежа на спине, а Тобас — сидя верхом у нее на животе.
      — Ага, девчонка! — прорычал Тобас. — Теперь ты в моей власти!
      Каранисса засмеялась, затем приложила руку ко лбу, изображая отчаяние:
      — О, смилуйся, господин! Я дам тебе все, что ты пожелаешь!
      — А что ты можешь дать? — надменно вопросил чародей.
      — О, всего лишь свою жалкую персону, ты, изверг! — захихикала она.
      — Это совсем неплохо! Беру!
      — Ты уже взял, — не преминула съехидничать Каранисса.
      — В таком случае оставлю себе. — Тобас сразу посерьезнел. — Каранисса, ты выйдешь за меня замуж?
      Хихиканье смолкло.
      — Не знаю. Как ты себе все это представляешь?
      — А что, разве есть несколько способов?
      — В мое время было несколько. Гражданские браки, военные... Была еще целая куча всевозможных вариантов временных любовных связей. — Она спихнула его в сторону и села. — Впрочем, это не имеет значения. Тобас, ты мне нравишься. Может быть, я люблю тебя, я еще не уверена, но я ни за кого не выйду замуж, пока мы не выберемся из этого замка.
      — Согласен. К тому же здесь у нас все равно нет свидетеля.
      — Свидетеля? Одного? В мое время нужно было три.
      — Ну, чем больше, тем лучше, но сойдет и один.
      Тобас встал и отправился в коридор за сапогом, который вылетел туда вслед за сприганом.
      — Почему ты ходишь в сапогах?
      — Я не люблю ходить босиком. Особенно когда кругом шастают сприганы. А Надоеда вымазал какой-то клейкой дрянью мои башмаки.
      — Так прикажи ему их почистить! Или вели одному из сильфов!
      — Сильфы меня не послушают, потому что ты им этого не приказывала. А мне как-то в голову не приходило заставить Надоеду стереть эту пакость.
      После памятного эпизода с опрокинутым ночным горшком Тобас избегал приказывать Надоеде убирать что бы то ни было.
      — Неудивительно, что он начал тебе досаждать! Ты совсем распустил его! Если бы ты заставлял его убирать за собой грязь, то он бы и вел себя лучше.
      — Может, ты и права, — пожал плечами Тобас и принялся натягивать сапоги.
      — Так ты не ответил, зачем обуваешься. Куда ты собрался?
      — Поскольку ты отказываешься выйти за меня замуж, пойду проверю еще разок гобелен. Если портал по-прежнему не работает, попробую навести на Перена еще один сон.
      — Погоди минутку, я с тобой.
      Каранисса вскочила на ноги, одернула измявшуюся юбку и поправила корсаж. Тобас подождал, когда она приведет себя в порядок, И они рука об руку двинулись по коридору к комнате с гобеленом. Перед закрытой дверью Тобас воспользовался моментом и приник к Караниссе в долгом поцелуе.
      Маленькая приятная интерлюдия была грубо прервана громкими гневными визгами, сопровождающими быстрое шлепанье Надоеды, несущегося к ним со всех ног.
      Тобас обернулся и увидел зеркало, которое явно нес Надоеда. Целая орда сприганов преследовала его по пятам.
      — Хороший мальчик! — воскликнул Тобас, хотя истинный пол Надоеды так и остался для него загадкой. — Тащи его сюда!
      Надоеда попытался выполнить приказ, но, прежде чем он успел добежать до хозяина, его накрыла волна сприганов. Зеркало упало и покатилось.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14