Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Кристалл любви

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Уэй Маргарет / Кристалл любви - Чтение (стр. 2)
Автор: Уэй Маргарет
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


— И магические кристаллы тоже? — не удержался Джуд. — Не может быть, чтобы у вас, с вашими колдовскими изумрудными глазами, не нашлось магического кристалла в лавке.

В зеленых глазах вспыхнули искорки.

— Уверяю вас, что не обладаю даром ясновидения, иначе я не позволила бы вам так напугать меня сегодня. Просто мне нравятся кристаллы.

— Что привело вас в кристальный бизнес? спросил он шутливо, вглядываясь в ее лицо. Случайный свидетель их встречи мог бы подумать, что они любовники — так близко они стояли друг к другу.

— Друзья научили меня разбираться в драгоценных и полудрагоценных камнях. Вы знаете, что людей с древних времен манило все блестящее? — Она отвела глаза, не в силах больше выдерживать пристальный взгляд этих пронзительных ярко-голубых глаз. В них она читала не только восхищение, но и настороженность.

— Как я смогу найти «Кристальный грот»? спросил Джуд. — У меня сейчас отпуск.

— И вы собираетесь провести его здесь? — изумилась девушка.

— А почему нет? — Джуд снял пиджак и перекинул его через плечо. — Я родился в этом городе. Наверное, и умру в нем. Но вы, похоже, не рады видеть меня здесь?

— Ну что вы! — девушка вспыхнула. — Я вовсе не это имела в виду.

— Вы пешком? Или на машине?

— На машине. Она там, за углом. — Кейт махнула в неопределенном направлении.

— Давайте я подвезу вас к ней. Вы не поедете в особняк?

— Я не знакома с семьей Роган, мистер Конрой.

— Зовите меня Джуд. Я обязательно заеду в вашу кристальную лавку.

Она ослепительно улыбнулась.

— Вы легко ее найдете. Все знают, где это. Раньше там была галерея искусств Тони Манделя. Я живу прямо за ней. Вы знали его?

— Конечно. Тони был у нас частый гость. Мой отец приобрел кучу его картин еще до того, как он стал знаменитым. Он, должно быть, уехал за границу.

Кейт кивнула:

— Да, в Лондон. Его последняя выставка имела грандиозный успех. Все полотна быстро раскупили. Мы поддерживаем с ним связь.

— Вы родственники? — снова не удержался от личных вопросов Джуд.

— Старые друзья, — обезоруживающе улыбнулась девушка. — Вам нет нужды подвозить меня.

Это недалеко.

— Не могу допустить, чтобы вы остались на обочине в такую жару, — Он не отрывал взгляда от ее лица.

— Почему вы так на меня смотрите? — нахмурилась девушка.

— Простите, я умираю от любопытства. Я не знаю, кто вы, не знаю, почему вы пришли на похороны Лестера Рогана, хотя не знаете никого из их семьи.

Девушка посмотрела прямо в глаза адвокату.

Высокий, стройный, подтянутый, он больше напоминал атлета, чем конторского служащего.

— Разве это так важно? — спросила она спокойно.

— Что-то мне подсказывает, что да.

— Так это вы у нас ясновидящий, мистер Конрой, — улыбнулась девушка. — Кто вы по знаку зодиака?

Кейт слышала, что он очень привлекателен, но чтобы настолько… Она не ожидала, что ее будет так тянуть к этому великолепному представителю мужской половины человечества. Перед его белоснежной улыбкой и ямочками на щеках устоять было просто невозможно.

— Лев, — ответил он, заинтригованный. — Но астрология — не наука, мисс Костелло.

В изумрудных глазах заплясали смешинки.

— Я хотела назвать вам ваши камни-талисманы, спокойно ответила она. — Но вижу, вам неинтересно.

— Почему же? Это забавно, — шутливо возразил он. — Называйте.

— Нет уж, — она физически ощущала, как нарастает напряжение между ними.

— Какой у вас цвет волос? — вопрос вырвался непроизвольно.

Девушка опешила.

— Ну ладно, если вам так уж любопытно….

Она медленно стянула платок, встряхнула головой, и ветер подхватил ее локоны.

У Джуда замерло дыхание.

Солнце заискрилось в прядях, как в драгоценном камне. Золотые, розовые, янтарные, оранжевые, красные, алые и пурпурные отблески ослепили его. Ее длинные роскошные цвета меди волосы невозможно было описать словами. Джуд смотрел на них как зачарованный. Ее кожа казалась еще нежнее и прозрачнее на фоне алого пламени волос.

— Меня не нужно подвозить. Правда.

— Глупо идти по такой жаре. Поехали!

— Ну, ладно, — наконец согласилась девушка.

Они повернулись к машине.

— Я слышал, что у рыжеволосых кожа очень чувствительная к солнцу, — заметил он, открывая девушке дверцу.

Кейтрин села.

— Я использую хорошее средство от солнца и не ношу шляп. Только на похоронах.

— Жаль. Я бы хотел увидеть вас в хорошенькой шляпке.

Он тут же представил ее в шляпке с широкими полями, украшенной нежными розовыми розами.

Такая шляпка была у его матери. Джуд помнил те времена, когда его родители были счастливы. Они вместе ухаживали за садом — их гордостью. Там, несмотря на влажность тропического климата, вовсю цвели роскошные розы. Джуд всегда посылал розы девушкам, с которыми встречался.

Только высадив загадочную Кейт Костелло возле ее машины, Джуд вспомнил, что она так и не ответила, почему пришла на похороны Лестера Рогана.

Спустя десять минут он подъезжал к особняку Роганов — свидетельству богатства его хозяев. Дом был огромен. Окруженный пятью акрами тропических садов, он поражал своими размерами. Ворота открылись автоматически. К дому вела широкая дорога, обсаженная королевскими кубинскими пальмами. Слева за деревьями виднелось бунгало садовника. В поместье Роганов имелись и бассейн, и домик для гостей. Но самым потрясающим зрелищем было ярко-синее море, вид на которое открывался из любого уголка сада.

Перед домом было припарковано больше десятка машин. Джуд нашел местечко для своего автомобиля, все еще занятый мыслями о Кейт Костелло. Почему она пришла на похороны, не будучи знакомой с семьей покойного? Или она не была знакома с Мюрой, Ральфом, Мелиндой, но знала Лестера? Каким образом? Может, это Лестер купил галерею Тони Манделя? Теперь туристический бизнес в Северном Квинсленде процветает, и это было бы хорошим вложением денег. Если Лестер владел землей, на которой стоит лавка Кейт, почему бы ей так и не сказать? Зачем столько тайн? И почему она пряталась за деревом? Все это очень странно.

Еще через час гости разъехались, некоторые были навеселе, несмотря на трагическое событие, заставившее их собраться здесь.

— Пора зачитать завещание, — нетерпеливо объявил Ральф. — Оно у тебя? — он пристально посмотрел на Джуда.

— Конечно. Вы уверены, что выдержите это, миссис Роган? — заботливо спросил Джуд у смертельно бледной Мюры Роган. — Я могу прийти завтра, если хотите.

Ральф покраснел от гнева.

— Сколько еще повторять, Джуд? Мы готовы.

Начинай.

Он так и остался школьным хулиганом и забиякой, с грустью отметил Джуд.

— Я говорю с твоей матерью, Ральф, а не с тобой, — отрезал Джуд, не отрывая взгляда от матери Ральфа, которая выглядела так, словно сама была при смерти.

— Мама, ответь ему! — рявкнул Ральф.

— Нет, Ральф, нет, — дрожащим голосом взмолилась Мюра.

Взяв мать за плечи, Ральф наклонился к ней.

— Послушай, — прошипел он. — Это не займет много времени. А потом мы уложим тебя в постель, где ты можешь отдыхать хоть до конца жизни.

— Мне кажется, ей именно сейчас нужен отдых, с плохо скрываемой неприязнью возразил Джуд. Ведь она в шоке.

— Давайте побыстрее покончим с этим, — раздался голос Мелинды. Ей так же, как и Ральфу, не терпелось узнать содержание завещания. — Я присмотрю за мамой. Она сильнее, чем кажется. Папа унижал ее столько лет, а она все вынесла.

— Хорошо, давай сделаем это сегодня, — сдалась Мюра. Желание детей было важнее ее здоровья.

— Пусть будет так, — Джуд предпочел не возражать. — Мел, усади, пожалуйста, маму в кресло.

Мелинда обняла мать за талию и помогла ей подняться с кушетки. Мюра передвигалась с трудом. Джуд подозревал, что доктор Атуэлл накачал ее успокоительными лекарствами перед похоронами. Ей нужен отдых, а Ральфу на это наплевать.

Весь в отца!

— Сядь, черт тебя побери! — рявкнул Ральф, словно в подтверждение мыслей Джуда.

— Прекрати, Ральф! — воскликнула сестра. — Ты просто свинья.

— Весь в папашу, — отрезал Ральф и повернулся к Джуду. — Начинай, мистер Выскочка.

Джуд сделал шаг ему навстречу. Высокий, теперь он нависал над сыном Рогана.

— Мое имя Джуд, и изволь обращаться ко мне уважительно, Ральф. Я поверенный твоего отца, а не твой лакей.

— Полегче, — Ральф в страхе отшатнулся от него. Ты же понимаешь, как мне не терпится узнать, кому из нас троих сколько досталось.

— Конечно.

Джуд сел в кресло за кофейным столиком в восточном стиле и положил кейс перед собой. Доставая завещание, он чувствовал на себе напряженные взгляды всех членов семьи.

— Погоди, я налью себе выпить, — не выдержал ожидания Ральф. — Кто-нибудь еще хочет? — оглянулся он на родных.

— Может, на сегодня уже хватит, Ральф? — робко спросила Мюра.

— Ты, что, следила за мной? — вспыхнул Ральф, наливая себе щедрую порцию виски и плюхая туда несколько кубиков льда.

— А ты, Джуд?

— Нет, спасибо. — Джуд тоже хотел поскорее покончить с этим делом. И он никогда не пил на работе.

Ральф рухнул в кресло и опрокинул в рот содержимое стакана.

Джуд показал всем запечатанный конверт с завещанием, украдкой изучая их застывшие в ожидании лица. Он сломал печать и вскрыл конверт. Развернув завещание, он начал читать:

— «Это моя, Лестера Майкла Рогана, последняя воля…»

Его прервал стон Мюры. Неужели она страдает по-настоящему? — недоумевал Джуд. Не могла же она любить это чудовище — своего мужа? Мел сжала мамину руку. Это была скорее попытка заставить ее замолчать, а не утешить.

— Не могла бы ты помолчать, мама? — прошипел Ральф, с неприязнью глядя на Мюру. — Продолжай, Джуд.

Джуд продолжил, стараясь не показывать, как их поведение шокирует его.

— «Это завещание является завещанием „in terrorem“«, — он сделал паузу, давая им осознать прочитанное.

— Что, черт побери, это значит? — фыркнул Ральф, рука его еще крепче сжала стакан с виски.

Это значит, что все не так просто, как Ральф думает, ответил про себя Джуд. Никто из членов семьи не может оспорить завещание. Похоже, Ральфа ждет небольшой сюрприз.

— Давайте, я сначала прочту, а потом объясню, если вам будет что-нибудь непонятно.

— Хорошо, — процедил Ральф сквозь стиснутые зубы.

— «Моей жене Мюре я завещаю…»

Не «любимой жене Мюре», как обычно пишут в завещании. В этой семье не знали, что такое любовь. С губ Мюры снова сорвался стон. На этот раз такой пронзительный, что Джуд невольно вздрогнул. Но дети проигнорировали его, не отрывая взгляда от завещания в руках Джуда.

— «Моей жене Мюре, — повторил Джуд, — я оставляю в единоличное владение особняк, землю, на которой он построен, и пять акров сада вокруг.

Помимо этого, я оставляю ей денежную сумму в размере десяти миллионов долларов, которая позволит ей провести остаток жизни в достатке. Если же она вторично выйдет замуж, дом с землей переходит к моему сыну, Ральфу. Деньги остаются в распоряжении Мюры».

Ральф выдохнул. Он ждал, что мать получит больше. Состояние Лестера оценивалось, по приблизительным расчетам, в 100 миллионов долларов. Он просто купался в деньгах. Все это знали.

Неужели Мюра не имеет законного права на половину этого состояния? Ральф не разбирался в законах. Ну что ж, ему больше достанется. Только вот еще раз выйти замуж ей вряд ли удастся. Ральф, как и его отец, считал мать жалким и никчемным созданием.

Джуд продолжил:

— «Моей дочери Мелинде….»

Ни слова любви или признательности.

— «…я завещаю ежегодный доход в размере семидесяти пяти тысяч долларов, выплачиваемых из фонда, созданного специально для этой цели. Она должна получать деньги до своего замужества. В день свадьбы Мелинда получит пять миллионов долларов».

Никаких подарков, никаких поучений. Как будто для Лестера дети существовали только на бумаге.

Вот это да, пронеслось в голове Ральфа. Он расхохотался.

— Хитрый старый ублюдок.

Это значит только одно. После стольких лет унижения он наконец получит вознаграждение.

Ему достанется все остальное. Он будет купаться в деньгах. Он будет богатым. Могущественным. У Ральфа заблестели глаза. Он сможет купить золотого мальчика Конроя с потрохами.

— «Моему сыну Ральфу, названному в честь человека, которому он и в подметки не годится, я завещаю мою коллекцию спортивных трофеев, мои автомобили, мою яхту „Морской орел“, мой портрет работы Даржи в кабинете и денежную сумму в размере пяти миллионов долларов, которой, как я надеюсь, он сумеет правильно распорядиться». Джуд оторвался от бумаги.

Напряжение в комнате можно было пощупать.

— Продолжай! — завопил Ральф, вскакивая. Там должно быть больше. Я наследник!

— Конечно, дорогой, — воскликнула Мюра. Ее бледность сменилась нездоровым румянцем.

— Конечно, — поддакивала Мелинда, ее, очевидно, завещание вполне устраивало. — Читай дальше, Джуд.

Джуд опустил глаза и застыл. Этого он не ожидал.

— «Джуду Конрою, сыну Мэттью Джона Конроя единственного человека, которому я когда-либо доверял и которого безгранично уважал, за его преданность отцу и выдающиеся успехи, я завещаю сумму в размере ста тысяч долларов, зная, что он сумеет разумно ею распорядиться. Все остальное мое имущество, движимое и недвижимое: землю, дома, деньги и акции — я завещаю Кейтрин Элизабет Костелло, незамужней…»

Его прервал животный крик Ральфа. Детей такой крик мог бы перепугать насмерть. Но только не Джуда.

— Ты не хочешь дослушать до конца, Ральф? спросил он сурово.

— Когда твой отец сочинил эту бумажонку? — выплюнул Ральф. — Я не хочу больше слышать эту чушь!

Он схватил стакан и швырнул его через всю комнату в бронзовую статуэтку наездника. Стакан разлетелся на тысячу осколков. Лицо Ральфа покраснело и исказилось от ярости.

— Отец что, спятил? — вопил он. — Кейтрин Элизабет Костелло. Кто это? Одна из его шлюшек? Чем она так очаровала его? Поверить не могу. Какой-то кошмар. Кто эта женщина? Он что, хотел на ней жениться? Разведясь с мамой?

Джуд старался справиться с шоком. Теперь он понимал, что Кейт Костелло для него означала только одно. Неприятности. Он взглянул на семью Роганов.

— Вы ее не знаете?

Мюра покачала головой. Похоже, эта новость вывела ее из сомнамбулического состояния.

— Я знаю ее, — пискнула Мелинда. Она тоже была взволнована. — Эта Кейтрин владеет галереей на пляже. «Кристальный грот» называется.

— И какое, черт побери, она имеет отношение к нам? — Ральф потянулся за завещанием с явным намерением разорвать его на мелкие кусочки.

Джуд быстро убрал ценный документ.

— Ты все знал! — обвинил его сын покойного.

Джуд покачал головой, готовясь отразить удар, если Ральф полезет к нему драться. Сейчас он был похож на пьяного боксера-тяжеловеса. Джуд понимал его состояние. Кто такая Кейтрин Элизабет Костелло и что связывает ее с семьей Роганов?

— Я на ваших глазах сломал печать. Я так же поражен, как и вы.

Он предпочел не упоминать, что уже встречался с наследницей империи Роганов.

— Она совсем молодая, — нахмурилась Мелинда, сжимая руку матери. — Моложе меня. И красивая. У нее великолепные волосы. Потрясающего красно-золотого оттенка. Я часто видела ее в городе, но мы незнакомы.

— Она переехала сюда, — прорычал Ральф, сжимая руки в кулаки. — Теперь я вспомнил. Эта девчонка в галерее Манделя. Парни рассказывали о ней. Я сам хотел пойти взглянуть на нее, но не было времени. Папаша позаботился, чтобы и минуты свободной мне не оставлять. Но вот чего я не понимаю. Что общего у хорошенькой девчонки могло быть с нашим старым, мерзким папашей?

Мюра побледнела.

— Не смей называть своего отца старым и мерзким, — воскликнула она с раздувающимися от гнева ноздрями. — Ему не было и шестидесяти. Он был совсем молодым. И привлекательным. Ты тоже мог бы быть таким, если бы сбросил вес. Я удивляюсь, как на тебя еще одежда налезает. Боже милостивый, Джуд, — повернулась она к юристу, — ты должен дать нам совет. Мы так поражены этой новостью. Как мог Лестер оставить все свое состояние юной девушке, с которой мы даже незнакомы?

— Не знаю, миссис Роган, — всплеснул руками Джуд. — Я сам предполагал, что имущество будет поделено между членами вашей семьи. Понятия не имею, почему ваш муж сделал то, что сделал, но, как исполнитель его последней воли, постараюсь выяснить это, обещаю. Это моя работа.

— Уж постарайся, — процедил Ральф, вне себя от ревности и гнева. Он прерывисто дышал, все еще не разжимая кулаков. — Я всегда знал, что папаша был редкостным ублюдком. Но не знал, что он к тому же сумасшедший. Он издевался надо мной. Над всеми нами. И даже из гроба продолжает издеваться. Но я этого не позволю! Все по праву принадлежит мне.

— Нам, — пискнула Мел. — Нам с мамой.

— Какого черта ты в это лезешь? — уставился на сестру Ральф, протягивая руку за бутылкой виски. Вы с матерью ни черта не понимаете в бизнесе.

Может, папаша тебя и не любил, но зато обсыпал деньгами. У тебя было все, что ни пожелаешь. Ты даже не потрудилась найти себе работу. Небось ни читать ни писать не умеешь.

— Прекрати, Ральф, — неожиданно строгим голосом произнесла Мюра. — Мел была нужна мне дома.

— За цветочками ухаживать? — Ральф запрокинул голову и расхохотался. — Проклятье! — в гневе он смахнул со стола стопку глянцевых журналов. — Ты у нас первоклассный адвокат, Конрой. Что ты нам присоветуешь?

— Как мило, что ты обратился ко мне за советом, Ральф. Так вот, завещание можно оспорить только в том случае, если у твоего отца был поврежден рассудок, — спокойно ответил Джуд. — А насколько я знаю, доказать это будет трудно. Твоя мать обеспечена. Ей достался дом и деньги, все, что и полагается ей по закону. Вам по закону отец ничего не должен. Он имел полное право распоряжаться своим состоянием так, как ему вдумается. Тем не менее он обеспечил вас с Мел. А юридический термин «in terrorem» означает, что если вы попытаетесь оспорить завещание, то не получите ничего.

Ральф резко повернулся и грубо выругался. В ярости он стукнул кулаком о кофейный столик.

— А если старый ублюдок сошел с ума? Если эта девчонка обвела его вокруг пальца? Если заставила его составить завещание в ее пользу. Кто знает, откуда она здесь взялась.

Действительно, подумал Джуд.

— Ты можешь оспорить завещание на этом основании, Ральф, — предложил он. Ему стало даже немного жаль парня. — Попробуй. Но я обязан предупредить тебя, что ты многим рискуешь. К тому же у твоей матери больше прав на имущество отца, чем у тебя. Так что это она должна инициировать процесс. И она может проиграть. А это приведет к катастрофе. Сначала вам надо встретиться и поговорить с наследницей.

— Даже твой отец, этот всеми уважаемый человек, предал нас, — враждебно заявил Ральф.

Джуд застыл.

— Мой отец тут ни при чем, Ральф. Ты сам это знаешь. Мой отец всегда только исполнял волю твоего отца.

— Как тебе не стыдно, Ральф, — раздался тонкий голосок Мел. Она была возмущена. — Ты знаешь, как отец уважал мистера Конроя. И Джуда тоже.

— Ты с ними заодно! — бросил Ральф. Он снова повернулся к Джуду:

— Я уверен, что отец все тебе рассказал.

— Мой отец ничего мне не говорил. — Джуд с щелчком захлопнул кейс. — В юриспруденции существует такое понятие, как профессиональная тайна. Информация о клиенте абсолютно конфиденциальна. Мне жаль, что завещание твоего отца не отвечает твоим ожиданиям. Что касается мисс Костелло, то, как исполнитель последней воли твоего отца, я обязан с ней встретиться.

— Надеюсь, ты сообщишь нам результаты этой встречи, — буркнул Ральф.

— Я не твой юрист, Ральф. Я исполнитель последней воли твоего отца. Моя задача проследить, чтобы она была исполнена. — Он повернулся к Мюре. — Как другу семьи, миссис Роган, позвольте мне принести вам свои соболезнования. Можете рассчитывать на мои помощь и поддержку во всем.

Мюра встала, пожимая протянутую ей руку.

— Большое спасибо, Джуд. Нам так нужна ваша помощь. Для меня смерть мужа была ужасным шоком…

— Я понимаю, миссис Роган, и ценю ваше доверие.

— Я провожу тебя, Джуд, — вызвалась Мелинда. Я так рада, что ты с нами в эту трудную минуту. Надеюсь, мы скоро узнаем, кем была отцу эта Кейтрин Костелло.

У Джуда холодок пробежал по спине. Они с Кейт всего несколько минут говорили друг с другом, но он никак не мог представить, чтобы эта девушка была любовницей Лестера Рогана. Чтобы такая красивая и утонченная молодая женщина, как Кейт, пошла на это ради денег? Одна мысль об этом внушала ему отвращение.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Джуду нужно было время, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию.

Поэтому он поехал домой, выбрав узкую дорогу вдоль океанского побережья — самый короткий путь к нему в Спирит-Коув — Бухту Духов. С другой стороны сплошной чередой шли плантации: бананов, манго, ананасов, авокадо и других тропических фруктов, некоторые из них Джуд никогда даже не пробовал.

Золотой диск солнца обжигал своими лучами.

Вода сверкала так, что слепило глаза. Словно кто-то швырнул в море миллиарды золотых монет.

Джуд опустил стекло, и морской бриз ворвался внутрь машины. Сразу запахло океаном. Запах морской воды и соли смешивался с ароматом тропических фруктов и цветов. В его собственном саду росло множество обычных и экзотических растений. Выращивать цветы в тропиках приходилось очень осторожно. Разрастаясь, они способны превратить сад в непроходимые джунгли.

Красота природы успокаивала Джуда, взволнованного сегодняшними событиями. Он не мог забыть чистые изумрудные глаза Кейт Костелло и ее смелый взгляд. Неужели она все это время знала о завещании и дурачила его, разыгрывая роль загадочной незнакомки?

Нет, он никак не мог представить эту девушку в роли любовницы Лестера Рогана или вообще чьей-либо любовницы. Какое-то безумие. Ведь они почти незнакомы. Может, она дальняя родственница Роганов? Но Кейт нисколько на них не похожа. Ни одной общей черты: ни нос, ни рот, ни глаза не напоминали ему Рогана. Давно потерянная внебрачная дочь? Она сказала, что незнакома с семьей покойного. Солгала? Но уж Лестера Рогана она определенно знала.

Перед глазами его снова возникла незнакомка с ее холодными изумрудными глазами, тонкими бровями и роскошными медно-рыжими волосами. Может, этот потрясающий оттенок — результат умело подобранной краски? Женщины то и дело меняют цвет волос.

Ему еще столько нужно узнать о Кейт Костелло.

Она, похоже, скрывает немало секретов.

Впрочем, и Лестер Роган, этот магнат, сделавший себе состояние на недвижимости, — тоже. Его реноме не пострадало бы от появления незаконной дочери. Жена его Мюра никогда не осмелилась бы возражать против признания его внебрачного ребенка.

Джуд застонал. Лестер Роган не может быть ее отцом! В это просто невозможно поверить. Да и будь это так, отец Джуда знал бы об этом. Ведь Лестер Роган только ему и доверял.

Тогда кто же она? Джуд прокручивал в голове десятки возможных вариантов. Незнакомка занимала все его мысли. Никогда еще он не думал столько об одной и той же женщине. Кроме матери.

Но она лгала ему. А он ненавидел ложь.

Еще через пару минут Джуд был дома. Старый приятель отца Джимми Доусон, который жил в бунгало на краю леса, присматривал за домом и садом. Джуд вышел из машины, чтобы открыть ворота, и с чувством глубокой тоски окинул взглядом уютный белоснежный дом на фоне лазоревого неба. Здесь провел он детство и юность. Отсюда он уехал учиться в столицу штата. Два этажа, открытая веранда, выкрашенная в зеленый цвет крыша и такие же зеленые ставни, закрывающие стеклянные двери на веранду во время тропических штормов. Широкая лестница вела к входной двери.

При его матери по обе стороны двери стояли керамические горшки с белыми цветами, осыпавшими своими лепестками пол. Перед домом простиралась ярко-зеленая подстриженная — спасибо Джимми — лужайка, окаймленная пальмами. Пышно цвели цезальпинии, а с другой стороны — магнолии со сливочно-белыми цветками размером с блюдце и свежими темно-зелеными листьями.

За клумбами Джимми следил не так тщательно, и цветы разрослись там буйно. Африканские лилии, пушицы, гардении росли, как им вздумается.

Забора не было видно из-за зарослей королевского жасмина. Деревянные колья, должно быть, сгнили в тени разросшегося жасмина и вот-вот упадут.

Джимми нелегко одному заботиться о таком большом саде. Он был старше отца — сейчас ему, наверно, под семьдесят. Но когда они виделись с Джудом в прошлом году, Джимми Доусон поражал своей энергией и здоровьем. Впрочем, за год многое могло случиться.

Он позвонил другу отца перед отъездом. Джимми успел проветрить дом и заполнить холодильник едой. Джуд нашел молоко, масло, сыр, яйца, бекон, жареного цыпленка, бутылку вина, четыре баночки с джемом из кумквата. Кумкват во всех видах джем из кумквата, кумкват маринованный, кумкват в ликере — был любимым лакомством Джимми. В хлебнице Джуд нашел свежий хлеб, а в кухонном шкафу чай и кофе и еще одну бутылку вина, при виде которой он невольно улыбнулся.

Джимми был настоящим другом его отца, и Джуду он был вместо дяди. Сердце сжалось от прилива любви и благодарности к старику. Джимми тоже собирался на рыбалку с отцом в тот роковой день. Но накануне он возвращался с приятелем из паба, и приятель наступил на змею, которая его укусила. Джимми поспешил отвезти друга в больницу.

— Кто-нибудь есть дома? — крикнул Джуд в глубину дома, заранее зная ответ.

Ты дома, папа? — добавил он про себя, не зная, справится ли когда-нибудь с болью утраты. И тут одна из половиц в холле скрипнула. У него на мгновение замерло сердце. Конечно же, папина душа все еще здесь, в доме.

— Папа, я так по тебе скучаю! — выкрикнул в тишину Джуд.

Недаром же это место называют Спирит-Коув Бухта Духов. Существовала даже легенда происхождения этого таинственного названия. Несчастная любовь привела одну молодую женщину сюда, на берег океана, где она и утопилась. Многие утверждали, будто видели ее по ночам, одиноко бредущую по пляжу. На утопленнице было полупрозрачное белое одеяние, развеваемое ветром. О встрече с привидением рассказывал и Джимми, и даже мать Джуда, обычно скептически настроенная по отношению ко всякого рода байкам.

.Джуд прошелся по всему дому, вспоминая свое детство. Вот в этой просторной комнате с видом на океан родители часто играли с ним.

В саду позади дома созрели фрукты: манго, бананы, авокадо, фиги, золотые лимоны, лаймы, медовые яблоки, гуава, ананасы. От голода здесь не умрешь. Раньше они выращивали и овощи: сотни сладких маленьких томатов-черри, которые лопались во рту. Иногда во сне он видел отца с матерью, суетящихся в саду. Лицо матери скрывает широкая соломенная шляпа. Тогда они еще были счастливой семьей. Или ему только так казалось? Может, уже тогда его мать планировала побег?

Зачем она ему снится? Ведь они не виделись целых шестнадцать лет. Он ничего не знал о ее дальнейшей судьбе. Наверняка она вышла замуж за того американского богача. Или другого такого же богатого мужчину. Может быть, у него даже есть сестры или братья. Джуд бы признал их, если бы встретился с ними. Но только не мать. Она ушла, причинив отцу невыносимые страдания. Мэттью Конрой так больше и не женился. Любовь приносит страдания. Этот урок Джуду преподала его мать. Лучше быть одному, чем любить и потерять любимого.

Распаковав вещи, он позвонил Джимми и пригласил его в гости на следующий день. А пока можно съездить в город, пообедать в пабе.

Чувствуя какое-то странное волнение, Джуд положил трубку, вышел из дома и направился прямо на пляж.

Дюны покрывал легкий ковер из маленьких желтых цветков. Кокосовые пальмы покачивались на ветру. Некоторые под порывами ветра изогнулись и приобрели самые причудливые формы. Их листья отбрасывали тени на песок. В этот час океан был ярко-голубым. Океан меняет цвет в разное время суток, подобно драгоценному камню при разном освещении. То он сапфировый, изумрудный, то лазурный, а временами — золотистый. Джуд скинул туфли, утопая голыми ступнями в белоснежном горячем песке. Ему о многом надо подумать. Погруженный в мысли, он побрел к воде.

На ужин Джуд приготовил себе сэндвичи с цыпленком и чашку кофе. К семи часам он начал думать, что зря отложил встречу с Кейт Костелло назавтра. Его очень беспокоило то, что он непрестанно думает о ней. Это совсем ему несвойственно.

Десять минут спустя он уже сидел за рулем машины, направляясь в город. У него были все основания нанести ей неожиданный визит. Если бы он позвонил заранее, девушка могла бы отказаться от встречи. Она знала, что он юрист. И ей нетрудно было догадаться, что он приехал сюда, чтобы зачитать завещание Рогана. Кейтрин уверяла, что незнакома с семьей покойного. Но ведь она пришла на похороны. Эта рыжеволосая красотка — обманщица. А его профессия — разоблачать обманщиков.

Обман и юриспруденция несовместимы. Она знала Лестера, в этом Джуд не сомневался. Может, в один из своих визитов в город этот прирожденный Казанова Лестер Роган заглянул в магазинчик и нашел ее там среди кристаллов — сирену с изумрудными глазами и длинными медно-рыжими волосами.

Джуд вспомнил ирландские предания из детства о рыжеволосых колдуньях, обладавших магическими чарами.

С чарами или без, она легко могла покорить сердце мужчины. Мюра была права, когда сказала, что Лестер был мужчиной во цвете лет. Его огромная мощная фигура буквально излучала жизненную энергию. Он любил жизнь и все ее удовольствия. Будучи женатым, он открыто содержал любовниц; правда, обычно то были не двадцатилетние девчонки, а вдовушки средних лет, ищущие развлечений. Самая молодая из любовниц Лестера, как сейчас вспомнил Джуд, была школьной учительницей. После анонимного письма в Министерство образования ее тихо, без лишнего шума перевели в другой город. Ей было около тридцати пяти.

Лестер Роган обожал женщин. Он не был им верен, но покупал им самые дорогие безделушки. А женщины на все готовы ради блестящих побрякушек.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8