Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Практика внимательности в повседневной жизни

ModernLib.Net / Психология / Тарт Чарльз / Практика внимательности в повседневной жизни - Чтение (стр. 17)
Автор: Тарт Чарльз
Жанр: Психология

 

 


Я планировал написать обзор книги Согьяла Ринпоче в прошлые выходные, но другие, важные (условно?) дела помешали этому. Ладно, я знаю о своей тенденции автоматически избегать всего неприятного, так что постараюсь противостоять ей. Я также молюсь каждый день, чтобы нечто высшее, присутствующее в нашей Вселенной, научило меня тому, что важно, даже если я этого избегаю. Может, по совпадению, а может быть, в ответ на мои молитвы, но в воскресенье утром у меня возникли сильные боли в животе, и это кончилось первой в моей жизни поездкой в отделение неотложной помощи. Мне казалось, что у меня кишечная непроходимость, требующая хирургического вмешательства. Хотя предполагалось, что я при этом выживу, я мог и умереть при операции. Был ли я готов к своей смерти? Совершенно не в такой степени, как мне бы хотелось.

Выяснилось, что боль связана с движением почечного камня; смерть опять оказалась отложенной на неопределенное будущее. Хорошо, спасибо Вселенной за напоминание о том, что надо жить полной жизнью, что надо продолжать работать над пониманием своего глубинного ума и быть готовым к смерти. Я полагаю, что несколько часов сильной боли – не слишком большая цена за такое хорошее напоминание. Но надеюсь, что смогу обойтись более мягкими напоминаниями в будущем!

Последнее предостережение. Я не могу быть вполне объективным, как просто ученый, который изучал соответствующие области науки и который может дать непредвзятый обзор книги. Я действительно являюсь ученым, изучавшим соответствующие области, однако, услышав десять лет назад лекцию Согьяла Ринпоче, я стал регулярно посещать его ретриты, потому что то, чему он учит, и то, что он воплощает собой, по моему мнению, важно для моего духовного развития (и для духовного развития других). Так что я не беспристрастен к книге и ее автору. С другой стороны, никто из моих друзей никогда не подозревал, что я могу стать чьим-нибудь бездумным последователем. У меня было несколько духовных учителей, к которым я питаю огромное уважение, но я поддерживаю свою независимость мысли и убеждений, поскольку считаю это важным для той роли, в которой вижу себя, – для связывания духовных традиций и мира науки. Так что я могу в своем обзоре быть предубежденным, причем таким образом, которого я не сознаю, но было бы большим упущением с моей стороны не привлечь вашего внимания к «Тибетской книге жизни и смерти».

Согьял Ринпоче является тем, кто в тибетском буддизме называется тулку. Тулку – это существо, настолько просветленное и развитое, что в момент смерти, вместо того чтобы отправиться за границы наших обыденных миров с их страданием, в царство предельного блаженства, он (или она) намеренно решает воплотиться здесь, чтобы продолжать помогать другим найти путь к просветлению. Эту идею о тулку прагматическая и научная часть моего ума называет «фантастикой» и «мифологией», и мне не слишком уютно с ней. Я не могу проверить ее истинность или ложность, и для большинства западных людей она создает грандиозные (и инфантильные) фантазии о магических существах, которые решат за них их проблемы.

На более реалистическом уровне Согьял Ринпоче – человек, которого я знаю и у которого учился, учитель тибетского буддизма, а именно дзогчен, традиции развития глубинной внимательности, ведущей к окончательному просветлению. Я мало что могу сказать о просветлении на основе личного опыта, но я могу сказать, что Согьял Ринпоче – это человек очень интеллигентный, знающий, убежденный и сострадающий. Он первым сделал тибетский буддизм доступным для западных людей. Несмотря на мою независимость ученого, несмотря на мои психологические защиты и сопротивления, я многому научился у него, так что могу сказать, что «Тибетская книга жизни и смерти» – одна из наиболее значительных опубликованных книг. Если вы желаете лучшей смерти и, что так же важно, лучшей жизни, то эту книгу трудно переоценить. Рассмотрим некоторые из ее разделов.

Большинство членов Института ноэтических наук хорошо сознают, насколько однобоким является развитие нашей культуры с ее доминированием материализма и сциентизма в ущерб гуманитарному духу. Ринпоче выражает это следующим образом:

«Иногда я думаю, что величайшим достижением современной культуры является то, насколько блестяще она продает сансару (жизнь в состоянии иллюзии) и ее пустые отвлечения. Современное общество, кажется, почитает все вещи, которые уводят от истины, делает трудной жизнь ради истины, отвращает людей даже от мысли, что истина существует. Подумать только, что все это исходит от цивилизации, утверждающей, что она почитает жизнь! В действительности же она лишает жизнь какого бы то ни было реального значения. Она без конца говорит о том, что делает людей «счастливыми», но в действительности же препятствует им найти пути к источнику реальной радости».

Давайте теперь более конкретно посмотрим на смерть. В космологии тибетского буддизма момент смерти – это то, что мы могли бы назвать «высшей возможностью продвижения». Обычно мы отождествляем свое сознание с телом, которое оформляет и ограничивает его. Когда тело и мозг разрушаются и сознание проходит через различные стадии освобождения от тела (детально обсуждаемые в книге), устремленности сознания могут оказать гораздо большее влияние на ваше движение к освобождению или/и лучшему новому воплощению, чем подобные действия в обыденной жизни. Вот что такое «высшая возможность продвижения». Точно так же неумелые, неприспособленные действия могут ухудшить положение. Поэтому книга предлагает важные практические, равно как и духовные, если можно их различить, советы, как готовиться к смерти, помогать готовиться другим и действовать во время процесса умирания. «Тибетская книга жизни и смерти» гораздо более практична и полезна, чем старая классическая «Тибетская книга мертвых», и не нужно быть буддистом, чтобы получить пользу от ее советов.

Слово смерть в заглавии сильно привлекает (а также и отталкивает) наше внимание, и образ нашей жизни оказывает огромное влияние на то, как мы умираем и что происходит потом. Лучшая подготовка к смерти – становиться все более просветленным в этой жизни. Согьял Ринпоче просто поражает меня тем, как прекрасно он концентрирует в книге суть своего учения о том, как на протяжении многих лет опознавать сущность ума, ригпа, и жить в ней.

Как бы мы ни называли себя – буддистами, христианами, агностиками и так далее, – существует духовная реальность, являющаяся нашим общим наследием, просто в силу того, что мы – люди. Как здорово было бы иметь поддержку в обнаружении нашей истинной природы!

«Несмотря на массовое и почти всепроникающее отрицание существования природы ума, мы все же иногда получаем проблески ее понимания... Я полагаю, что иногда мы почти понимаем эти проблески, но современная культура не дает нам контекста или системы, в которых их можно было бы постигать дальше. Современная культура, хуже того, не только не поощряет нас к более глубокому исследованию этих проблесков и обнаружению того, откуда они исходят, но как явным, так и скрытым образом рекомендует нам исключать их из нашего опыта. Мы знаем, что никто не воспримет нас всерьез, если мы попытаемся ими поделиться. Они могут испугать нас, мы можем даже подумать, что сходим с ума. Так что мы игнорируем то, что в действительности могло бы стать наиболее многообещающими переживаниями в нашей жизни, если бы только мы их понимали. Это самый темный и наиболее разрушительный аспект современной цивилизации – подавление ею того, чем мы действительно являемся, и невежество в этом вопросе».

Вовсе необязательно принимать в этой книге все. Я принимаю не все. Но она обращается к чему-то глубинному в нашей природе и дает этому поддержку.

Нелегко обобщить содержание «Тибетской книги жизни и смерти». Она содержит слишком многое, например, мягкие, но глубокие инструкции по медитации дзогчен, и сердце мое отзывается на многое в этой книге, многое в ней я хотел бы понимать и практиковать, даже если еще не умею. Я могу лишь предложить вам еще несколько отрывков.

Размышляя о социальных и планетарных последствиях нашего отрицания смерти, Согьял Ринпоче пишет:

«Мне вспоминается, что говорил один тибетский Учитель: «Люди часто позволяют себе непочтительно относиться к смерти, думая: «Ну ладно, смерть приходит к каждому. Чего о ней заботиться, она – нормальное событие». Это прекрасная теория до тех пор, пока человек не начинает умирать». Одни люди рассматривают смерть как нечто такое, от чего нужно скорее убежать, другие – как нечто такое, что само о себе позаботится. Как далеки и те и другие от понимания ее действительного значения!

Все великие традиции мира, в том числе, разумеется, и христианство, ясно говорят нам, что смерть – это еще не конец. Все они говорят о еще какой-то жизни, наделяющей ту жизнь, которую мы сейчас имеем, священным смыслом. Но, несмотря на эти учения, современная жизнь представляет собой в значительной степени духовную пустыню, в которой большинство людей воображают, что все ограничивается этой жизнью. Без действительной веры в то, что будет потом, большинство людей живут лишенными какого бы то ни было окончательного смысла. Я пришел к выводу, что пагубное действие отрицания смерти далеко выходит за пределы индивида; оно воздействует на всю планету. Реально полагая, что эта жизнь единственная, современные люди не видят перспективы, так что ничто не мешает им грабить планету ради сиюминутных целей и эгоистического удовлетворения, что может оказаться гибельным для будущего».

Эта книга дает замечательную возможность взглянуть на человека, который готовился стать духовным учителем в культуре, насквозь пронизанной духовностью, культуре, которая сейчас находится в опасности. Я закончу этот обзор цитатой из начала первой главы, описывающей первую встречу Согьяла Ринпоче со смертью:

«Моя первая встреча со смертью состоялась, когда мне было около семи лет. Мы готовились покинуть Западное нагорье и перебраться в Центральный Тибет.

Самтен, хороший монах, был одним из личных служителей моего учителя. У него было блестящее круглое лицо, всегда готовое расплыться в улыбке. В монастыре его все любили за добрый нрав. Он всегда был добр ко мне. Когда вечером мы с друзьями играли, подражая утренним службам, беседам и поучениям учителя, Самтен никогда не отказывал мне в просьбе дать одежду, в которую был одет учитель. И вот внезапно Самтен заболел, и было понятно, что он не будет больше жить. Нам пришлось отложить отъезд. Я никогда не забуду две недели, которые последовали за этим. Удушливый запах смерти облаком висел над всеми, и каждый раз, когда я вспоминаю то время, этот запах преследует меня. Монастырь был насыщен интенсивным присутствием смерти. Однако оно не было болезненным или пугающим. Рядом с учителем смерть Самтена обретала особое значение, она становилась уроком для всех нас.

Самтен лежал на кровати у окна в маленьком зале в доме учителя. Я знал, что он умирает. Время от времени я приходил и сидел с ним. Он не говорил, но меня поражали перемены в его лице, которое теперь было таким худым и изможденным. Я понимал, что он скоро оставит нас и мы никогда больше его не увидим. Мне было печально и одиноко. Смерть Самтена не была легкой. Его затрудненное дыхание преследовало нас повсюду в тишине монастыря, и мы чувствовали запах его разлагающегося тела. Все сосредоточилось на Самтене.

Однако, хотя в его длительном умирании было много страдания, мы все чувствовали, что в глубине он переживает покой и уверенность. Сначала я не мог этого объяснить, но потом понял, откуда это исходило: из его веры и его учения, от близости учителя. Хотя мне было грустно, я знал, что раз учитель здесь, все будет в порядке, потому что он поможет освобождению Самтена. Позже я узнал, что каждый ученик мечтает о счастье умереть возле учителя и быть проведенным им через смерть.

Жамьян Кентце тихо проводил Самтена через все стадии процесса умирания. Я был изумлен точностью знаний учителя, его уверенностью и спокойствием. В присутствии учителя даже самый беспокойный человек мог обрести мир. Жамьян Кентце показывал нам бесстрашие перед смертью. Не то чтобы он относился к ней легкомысленно, он часто говорил нам, что боится ее, и предостерегал от наивности и самодовольства. Меня заворожил вопрос, что же позволяло учителю встретить смерть одновременно горько и светло, с практичной и в то же время мистической заботой. Я был потрясен смертью Самтена. Это было моей первой встречей с мощной силой традиции, частью которой я становился, и я начал понимать цели духовной практики. Практика дала Самтену принятие смерти, равно как и ясное понимание, что страдание и смерть могут быть частью глубокого, естественного процесса очищения. Практика дала моему учителю полное знание того, что такое смерть, и умение точно проводить людей через нее».

Четыре кассеты с записью отрывков из «Тибетской книги жизни и смерти» можно приобрести в Audio Literature, San Francisco. Я могу также порекомендовать несколько книг о дзогчен:


Chogyam, Nagpa. Journey into Vastness: A Handbook of Tibetan Meditation Techniques. Longmead, Shaitsbury, Dorset: Element Books, 1988.

Lipman, Kennard, and Merrill Peterson. You Are the Eyes of the World: Longchenpa. Novato, Calif.; Lotsawa, 1987.

Norbu, Namkhai. The Crystal and the Way of Light: Sutra, Tantra and Dzogchen. New York: Routledge & Kegan Paul, 1986.

Norbu, Namkhai. The Cycle of Day and Night: An Essential Tibetan Text on the Practice of Dzogchen. Barrytown, N.Y.: Station Hill Press, 1987.

Rangdrol, Tsele Natsok (translated by Erik Perna Kunsang). The Mirror of Mindfulness: The Cycle of the Four Bardos. Boston: Shambhala Publications, 1989.

Reynolds, John (trans.). Self-Liberation Through Seeing with Naked Awareness. Barrytown, N.Y.: Station Hill Press, 1989.

Sogyal Rinpoche. Dzogchen and Padmasambhava. Berkeley: Rigpa Fellowship, 1989.

Примечания

1. Желающие обратиться к организации Ригпа за информацией, касающейся учения Согьяла Ринпоче, могут воспользоваться следующими адресами (действительны на 1994 год):

United States: Rigpa, P.O. Box 607, Santa Cruz, CA 95061-0607. Telephone: (408) 454-9103.

Australia: Rigpa, 12/37 Nicholson St., Balmain, NSW 2041. Telephone: (02) 555-9952.

England: Rigpa, 330 Caledonian Road, London N1 IBB. Telephone: (071) 700-0185.

France: Rigpa, 22 rue Burg, 75018 Paris. Telephone: (I) 42 54 53 25.

Germany: Rigpa, Hasenheide 9, 10967 Berlin. Telephone (030) 694-6433.

India: Dzogchen Gompa, Dhondenling, P.O. Tibetan Settlement, KoHegal Taluk, Cist. Mysore, Karnataka State.

Ireland: Dzogchen Beara, Garranes, Allihies, West Cork. Telephone: (027) 730 32.

Netherlands: Sint Agnietenstraat 22, 1012 EG Amsterdam. Telephone: (020) 623 80 22.

Switzerland: Rigpa, P.O. Box 253, 8059 Zurich. Telephone (01) 463 1547.

2. Примечание для читателя. Я не могу заставить вашу книгу «звонить» через различные промежутки времени, но мне хочется, чтобы вы тоже имели возможность воспользоваться этой практикой. Можно разместить слово «колокол» в тексте в случайно выбранных местах, но периферическим зрением вы заметите его гораздо раньше, чем до него дойдет ваш сознательный ум, а это уменьшит эффект неожиданности. Чтобы избежать подобного предвосхищения, я буду помещать фразу «колокол звонит» или что-нибудь в этом роде без кавычек или без изменения шрифта, просто как часть обычного текста.

Как только вы увидите эти слова, ОСТАНОВИТЕСЬ! И в течение нескольких секунд пребывайте, насколько вам это удастся, в состоянии покоя физически и психически. Прочувствуйте ощущения вашего тела, ощущения, приходящие к вам из окружающего мира, почувствуйте свое внутреннее состояние. Может быть, вам захочется медленно опустить на полминуты книгу и ощутить свое присутствие в том, что происходит вокруг, понять свое внутреннее состояние. Это похоже на то, когда человек находится ночью в лесу один и вдруг слышит треск сломанной ветки. Вы начинаете внимательно прислушиваться в течение нескольких секунд и можете прочувствовать себя и все вас окружающее. Однако не нужно понимать это слишком буквально – не должно быть никакого испуга, никакого физического напряжения. Просто несколько секунд воспринимайте то, что есть.

3. Поскольку участники семинаров хотели бы получить копию ленты со звоном колокола в произвольные моменты времени, я попросил издательство «Psychological Process Inc.» сделать три варианта записей: если их менять, то адаптация наступит не так быстро. Информацию можно получить, послав один доллар в оплату каталога по адресу: «PPI, P.O. Box 8385, Berkeley, CA 94707».

4. Человек, концентрирующий внимание на собственном теле, именуется в системе Гурджиева Человеком Номер Один, человек эмоциональный – Человеком Номер Два, интеллектуальный – Человеком Номер Три. Использование чисел породило немалую путаницу, поскольку, если «четыре» лучше «трех», мы автоматически начинаем думать, что «три» лучше «двух», а «два» лучше «одного». В действительности же три основных типа людей совершенно разные, но не имеют никаких внутренних преимуществ друг перед другом.

5. Разумеется, слово «нирвана» употребляется здесь не в своем собственном, а в эскапистском смысле.

6. «Talking Tantra: an Interview with Robert A.F.Thurman», в осеннем выпуске «Inquiring Mind: A Semi-Annual J. of the Vipassana Community». – Рекомендую подписаться на этот журнал всем, кто интересуется медитацией и/или буддизмом. Пишите по адресу: РО Box 9999, Berkeley, CA 94709, приложив пожертвование в десять или больше долларов.

7. Копию кассеты, использованной на семинаре, с текстом упражнения и специальной музыкой группы «Гайст», можно заказать в издательстве «Psychological Process Inc.». (Мне хочется заметить, что я чувствую себя несколько неловко по поводу этой и других сносок, где предлагаю заказать что-то из своих работ, хотя это и имеет отношение к делу, в издательстве PPI. Не выгляжу ли я продавцом средства от всех болезней или шарлатаном? Должен, однако, сказать, что кассеты и книги, которые продает PPI, приносят определенную пользу людям, и часто это единственный способ найти их.)

8. Я не уверен, что Гурджиеву были известны подлинные традиции кундалини-йоги, так что понимайте эту историю как символическое описание того, что может произойти, а не как последнее слово кундалини-йоги.

9. Кассету с записью того, как я веду это упражнение, можно приобрести в PPI.

10. Эта книга оказала сильное влияние на многих из нас в шестидесятые годы. Она была впервые опубликована издательством «Putnams» в 1961 году.

11. Об этой необычной терапии, которая лично мне кажется очень полезной, можно прочесть в книге Роберта Хофмана (Robert Hoffman) «Развестись с мамой и папой: открытия в фишер-хофмановском процессе» (N.Y.: Dutton, 1976).

12. «Cool» (англ.) – хладнокровный. – Прим. перев.

13. Студентка, задающая вопрос, научилась практике чувствования-смотрения-слушания в экспериментальной группе около десяти лет назад, так что она говорит, основываясь на собственном опыте.

14. Эннеаграмма может быть существенным источником сведений о структуре личности – ложной личности; мне лично она была очень полезна, хотя научная разработка этой темы до сих пор отсутствует. Наиболее важные книги об эннеаграмме:

Beesing, M., R.J.Nogoseko, and P.H.O'Leary. The Enneagram: A Journey of Self-Discovery. Danville, New Jersey: Dimension Books, 1984.

Leviton, R., Trademarking the new age: Can spiritual and intellectual ideas be copyrighted? East /West Journal, March 1991, 33-37.

Lilly, J. and J.Hart. «The Arica training.» In С.Т.Tart (ed.), Transpersonal Psychologies. New York: Harper & Row, 1975.

Naranjo, Claudio. Ennea-Type Structures: Self-Analysis for the Seeker. Nevada City, California: Gateways/IDHHB, 1990.

Riso, D.R. Personality Types: Using the Enneagram for Self-Discovery. Boston: Houghton Mifflin Company, 1987.

15. Спрашивающий принадлежит к «Содружеству Ригпа».

16. Прекрасная молитва, переведенная с тибетского языка Согьялом Ринпоче, приводится в заключительном посвящении этой книги.

17. Спрашивающий занимался в 80-х годах в моей группе по совершенствованию осознавания. Группа использовала гурджиевские техники.

18. Подзаголовок является аллюзией на известный еврейский анекдот об умирающем отце семейства, вокруг которого собрались все родственники. Помня каждого из них, он всех называет по имени, и они отзываются. Тогда он в панике восклицает: «Так кто же остался в лавке?» – Прим. перев.

19. Этот человек несколько лет назад участвовал в моей группе по развитию сознавания, где мы практиковали техники самопамятования. Информацию об этих группах см. в моей книге «Пробуждение».

20. Например, мое «супер-эго» было очень раздражено, обнаружив при редактировании рукописи, что я уже говорил нечто подобное о массаже и «супер-эго» раньше. Как я смею повторяться?! Спасибо «супер-эго», но большинству из нас действительно нужно повторять сказанное много раз, прежде чем инструкции или мысли дойдут до нас.

21. Личинка одного из видов клеща. – Прим. ред.

22. Идрис Шах издал о суфиях много книг, и особенно поучительных, как считали суфии, историй, которые в наше время способны донести суфийскую мудрость до жителей Запада. Наиболее рекомендуемая литература:

The Sufis. Garden City, New York: Doubleday & Co., 1964.

The Exfiloits of the Incomparable Mulla Nasrudin. New York: Simon & Schuster, 1966.

Caravan of Dreams. London: Octagon Press, 1968.

The Book of the Book. London: Octagon Press, 1969.

Wisdom of the Idiots. London: Octagon Press, 1969.

The Dermis Probe. London: Johnathon Cape, 1970.

The Way of the Sufi. New York: E.P.Dutton & Co., 1970.

Tales of the Dervishes: Teaching Stories of the Sufi Masters over the Past

Thousand Years. New York: E.P.Dutton & Co., 1970.

Thinkers of the East. London: Jonathan Cape, 1971.

Reflections: Fables in the Sufi Tradition. Baltimore: Penguin Books, 1971.

The Magic Monastery: Analogical and Action Philosophy of the Middle East and Central Asia. New York: E.P.Dutton & Co., 1972. The Subtleties of the Inimitable Mulla Nasrudin. New York: E.P.Dutton & Co., 1973.

The Hundred Tales of Wisdom. London: Octagon Press, 1978.

Learning How to Learn. London: Octagon Press, 1978.

A Perfumed Scorpion. London: Octagon Press, 1978.

Seeker After Truth: A Handbook of Tales and Teachings. San Francisco: Harper & Row, 1982.

23. Сейчас, в январе 1994 года, когда я редактирую эту рукопись, мне кажется, что вероятность создания длительной группы велика, если в районе Сан-Франциско найдется достаточно заинтересованных людей и если моя интуиция подскажет мне, что это правильно. Возможно, здесь поможет Институт трансперсональной психологии в Пало-Альто. Если вас интересует такая длительная группа по обучению внимательности или короткие семинары в других местах, напишите мне на Психологический факультет Калифорнийского университета в Дэвисе, 95616. Относительно коротких семинаров я отвечу сразу, а письма с заявками на участие в длительной группе будут храниться в компьютере до соответствующего момента.

24. Для тех, кого интересует эта возможность, но кто не живет в районе Сан-Франциско, могу сообщить, что Согьял Ринпоче регулярно посещает буддийские центры, расположенные во Франции, Англии, Германии, Австралии, на Восточном и Западном побережьях Соединенных Штатов и в других местах. Информацию о центрах и местах обучения можно получить, написав в «Содружество Ригпа». В последнее время на Западе появились также и другие тибетские учителя, обучающие дзогчен. О них можно узнать, написав в Office of Tibet, 107 E 31st. St. New York, NY 10016.

25. При окончательном редактировании этой рукописи я заметил, что мне несколько дискомфортно называть себя учеником Согьяла Ринпоче. Я, конечно, являюсь таковым: я учился у него (как и у других тибетских лам) десять лет. Однако в некоторых кругах, к которым я принадлежу, назвать себя учеником духовного учителя – значит назваться несамостоятельным последователем, чем-то вроде послушника, который ради эмоционального удовлетворения использует свои интеллектуальные способности только для оправдания того, во что он иррационально верит. Такие представления не соответствуют моим отношениям с Согьялом Ринпоче и учением дзогчен.

Я питаю огромное уважение к Согьялу Ринпоче как человеку и как представителю традиции дзогчен, и очень много получил от этого контакта. Вместе с тем я никогда не был «последователем» чего бы то ни было и к буддизму и учению дзогчен подхожу с точки зрения своей разнообразной работы и подготовки, будучи психологом, ученым, айкидистом, участником гурджиевских групп, мужем, отцом, дедушкой, американским гражданином и так далее. Необходимость совмещать учение и практику дзогчен с моими собственными представлениями о жизни временами порождает некоторые несоответствия и трудности, но вместе с тем она обогатила мое понимание того и другого.

Временами я искренне завидую тем, кто нашел учителя, к которому испытывает полное доверие и поэтому может полностью принять новые идеи, отказавшись от собственных взглядов; может быть, это ускоряет их обучение. Но я никогда не испытывал всепоглощающего доверия к какому бы то ни было учителю, хотя чувствовал огромное уважение ко многим и многому у них научился. Я не знаю, в какой степени это состояние зависит от моей полной неспособности к слепому доверию, от моей зрелости, достаточной для того, чтобы не попадать в отношения психоаналитического переноса, и от удовлетворения интеллектуальной независимостью, а возможно, и привязанности к ней, но оно является моей прошлой и теперешней реальностью. Понятно, что кем бы я ни был, полная честность по этому поводу является единственно разумной. Я надеюсь, что немногие замечания, которые я сделал по поводу буддизма, и в частности по поводу учения дзогчен, точны: это моя собственная интерпретация. Позитивная сторона моей независимости – позитивная для различных учителей, которые учили меня в течение многих лет, – состоит в том, что никого из них нельзя винить за ошибки, которые я делал!

26. За полтора года, прошедшие между этим устным утверждением на семинаре и окончательным редактированием книги, я обрел, как я надеюсь, несколько большее понимание, так что мне хочется набросать комментарий по поводу важных различий между сущностью учения дзогчен и тем, чему я учил на этом и других тренингах внимательности.

В нашем обычном состоянии, общепринятом сознании, наше внимание и наши энергии автоматически захватываются различными психологическими программами – так сказать, психологическими машинами, – которые искажают наше восприятие, мысли, чувства и наше знание о том, кто мы есть на самом деле. Мы слишком часто очарованы, поглощены, потеряны и много страдаем из-за этого недостатка контакта с реальностью. Мы отождествляемся с содержанием этого сансарического сознания. Драмой момента постоянно оказывается «я». В начальном посвящении мною было процитировано следующее изречение:

Хо! Завороженные бесконечным разнообразием восприятий, подобных иллюзорным отражениям луны в воде, существа бесконечно блуждают в порочном колесе сансары.

Ужас в том, что это блуждание действительно может продолжаться бесконечно! Обучение внимательности в том виде, как оно проводится на данном семинаре, в значительной степени опирается на гурджиевскую практику, а также на различные формы классической медитации. Оно основано на намеренном психологическом дуализме – отделении одной части ума от остальных. Вместо «я», целиком тождественного текущему содержанию переживания, вы становитесь наблюдателем, который некоторым образом отделен от наблюдаемого и может следить за меняющимся содержанием опыта. Таким образом, ослабляется отождествление с переживанием в моменте, которое в противном случае осуществляется автоматически. Как будто вы учитесь говорить себе что-то вроде: «Этот сильный гнев – только небольшая преходящая часть меня, а не весь я; некоторое «я», наблюдатель, может научиться смотреть на него объективно». Или: «Эта боль, это удовольствие, этот момент скуки, этот вкус, этот вид, это привлечение, это отвращение и так далее – все это небольшие, преходящие части меня, а не целое». Такое намеренное создание наблюдателя – далеко не то же самое, что обусловленная диссоциация или отчуждение, возникающие в результате действия психологических защитных механизмов, хотя между этими полюсами возможны сложные взаимосвязи.

А поскольку наблюдатель имеет другую природу и располагает большим простором, чем обыденное «я», то это большое достижение. Вместо того чтобы постоянно быть движимым изменяющимся миром и обусловленными реакциями, мы обретаем определенный простор, спокойствие и внутреннее, необусловленное удовольствие и счастье. Тогда мы способны относиться к жизни с большей гибкостью и разумностью, можем все больше узнавать о нашей сущности, нашей внутренней природе. Парадоксальным образом наша жизнь становится все более живой.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18