Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Практика внимательности в повседневной жизни

ModernLib.Net / Психология / Тарт Чарльз / Практика внимательности в повседневной жизни - Чтение (стр. 10)
Автор: Тарт Чарльз
Жанр: Психология

 

 


Я также заметил, что бывают моменты, когда я думаю, что не чувствую себя и что следует чувствовать, и такое переживание имеет иное качество, чем в моменты, когда это чувство возникает спонтанно, исходя от тела. Как будто я не думал об этом: оно здесь, а потом уже я начинаю думать. Когда такое чувство возникает спонтанно, оно гораздо сильнее, и я могу оставаться в этом состоянии значительно дольше.

Во время инструктирования легче всего говорить о намеренном небольшом усилии, необходимом для того, чтобы почувствовать свои руки и ноги. Но намеренно выполняемая практика ведет и к спонтанным моментам внимательности, микропробуждению или даже серьезному пробуждению. Как пишет Гурджиев, могут быть периоды, когда вы делаете усилия, чтобы чувствовать, смотреть и слушать, и кажется, что они не срабатывают, что все идет плохо, вы забываете, и дело выглядит так, будто вы вкладываете много сил, но не получаете ничего взамен. Однако при этом говорится и о том, что усилия, которые вы прилагаете, никогда не пропадают даром, потому что они питают нечто живое. И тогда, как дар, появляется опыт спонтанной внимательности.

Так что продолжайте делать усилия! У Гурджиева есть замечательно парадоксальное высказывание: «Работайте, как будто все зависит от усилия. Молитесь, как будто все зависит от молитвы».

Не рассчитывайте, что вы можете получить что-то. Нужно работать, исходя из предположения, что вы не получите ничего. Если вы не будете делать усилий, ничего не произойдет. Каждый раз, когда вы забываете о чувствовании-смотрении-слушании, о том, чтобы быть более внимательным, теряется много времени – времени, когда вы не были живыми.

Можно многое рассказать о такой установке. Она побуждает человека к усилию, и с течением времени усилие приводит к результатам. Но это изолирующая установка. Я оказываюсь противопоставленным всей Вселенной, а также большей части моего собственного «я», которое склонно забывать. Поэтому Гурджиев добавляет: «Молитесь так, как будто все зависит от молитвы», поскольку существует более высокий уровень реальности. Вы можете называть его «высшим я», или духовным уровнем Вселенной, или Богом – как вам удобнее, но нужно признать, что иногда мы получаем благословение, получаем дары, независимо от того, считает ли наше «эго» и «супер-эго» их заслуженными. Справедливо также, что мы получаем эти дары внимательности потому, что в некотором смысле мы к ним готовы. Произвольные усилия и практика сделали нас более восприимчивыми, так что мы можем использовать эти более высокие энергии сознавания, когда они приходят.

Студент: В них есть некое иное качество, так что слово «дар» кажется подходящим. Колокол только что прозвонил. Я также заметил, как замечал и раньше, что меня уносит из настоящего сильная эмоция, и я не присутствую, и именно в этот момент я действительно получаю дар.

Насколько сильную эмоцию вы чувствуете сейчас? Вы выглядите очень оживленным, как будто в вас присутствует сильный эмоциональный заряд.

Студент: Да, некоторый заряд есть.

На что это похоже?

Студент: Это своего рода тонкое возбуждение... похожее на свет, как будто я реально нахожусь в себе.

То есть теперь это не уносит вас прочь и не выбивает из текущего состояния?

Студент: Нет, я же говорю, что это другого рода возбуждение. Как будто я в большей степени здесь.


КОГДА ВНИМАТЕЛЬНОСТИ СЛИШКОМ МНОГО

Когда Гурджиев говорил о высшем эмоциональном и высшем интеллектуальном центрах, на которые мы обычно не обращаем внимания, он также отмечал, что иногда нас с ними связывают особые обстоятельства. Это может быть крайнее напряжение, иногда – болезнь или психоактивные вещества. Обычным результатом этого, по Гурджиеву, является почти мгновенный переход в бессознательное состояние. Мы теряем сознание или что-то вроде этого. Как будто при этом оказывается слишком много энергии, с которой наши ограниченные, обыкновенные «провода» не в состоянии справиться, так что в качестве защитного механизма сознание «выключается». Работая над чувствованием-смотрением-слушанием с нашими обычными тремя центрами, мы готовим себя к тому, чтобы увеличить (продолжим аналогию) пропускную способность наших «проводов», а также выбрасываем вещи, которые могут породить короткое замыкание. Тогда мы можем правильно обойтись с дарами, то есть с частичным контактом с высшими центрами, правильно используя эту энергию, чтобы она не сбивала нас с ног.

Мне приятно видеть, что вы содержите в себе эту энергию. Я видел ее в вас и раньше, но тогда мне казалось, что она выводит вас из состояния сознавания [19]. Теперь я вижу, что вы остаетесь присутствующим в ней.

Студент: Я начал выполнять упражнение некоторое время тому назад и выполнял его концентрированно. Этот период закончился, и с тех пор я выполняю его время от времени, особенно когда испытываю неприятные переживания.

Может быть, настало время снова вернуться к интенсивной практике?


«СУПЕР-ЭГО» ТРЕБУЕТ ТОЧНОГО ВЫПОЛНЕНИЯ

Студент: Я обнаружил, что, когда я сознаю себя, мне трудно удерживать все это в равновесии. Я или слушаю, или смотрю, или начинаю думать, что нужно чувствовать тело. Не знаю, правильно ли я это делаю.

Вы не уделяете шестидесяти процентов внимания смотрению?

Студент: Это получается поэтапно, а не за три действия подряд, и я не знаю, чем это объяснить.

Я хочу рассказать и о другой стороне этой работы. Прошлая неделя была для меня напряженной и полной проблем. Мне приходилось все время быть готовым к тому, чтобы менять установки и заниматься не тем, чем собирался. Многое отвлекало меня от основной работы. Но я решил отвлекаться разумным образом, вместо того чтобы ворчать, что вот-де мне нужно работать, а меня отвлекают, а потом еще и быть в плохом настроении из-за перегруженности. И это было действительно здорово.

Не знаю, одобрит ли это ваше «супер-эго». Похоже, что вы начинаете относиться к себе как к человеку, заслуживающему уважения.

Разумеется, невозможно достичь «правильного» соотношения чувствования, смотрения и слушания. Реальность меняется от мгновения к мгновению. Во время лекции может раздаться грохот проезжающего мимо грузовика, и тогда большая часть вашего внимания будет привлечена этими звуками. Невозможно сказать, что, например, 32 процента, и не более, вашего внимания должно быть уделено слушанию, хотя бы даже казалось, что машина врезается в стену дома, где вы сидите.

В нашей нервной системе биологически заложена готовность уделять максимум внимания тому, что изменяется, особенно изменяется внезапно: это заслуживает внимания тут же, немедленно, потому что это может быть нечто такое, что собирается вас съесть или что могли бы съесть вы. Это часть нашей наследственности как биологических существ, живущих на планете, где есть хищники и их жертвы. Если нечто движется внезапно, это заслуживает, даже требует нашего внимания. Если же движение замедленное, крадущееся, то это заслуживает внимания еще в большей степени. Мир, в котором мы живем, меняется от мгновения к мгновению. Так что когда я сказал, что пятьдесят или шестьдесят процентов внимания отдается зрению, тридцать слушанию и десять чувствованию, все это было взято очень приблизительно. Точное соотношение меняется каждое мгновение.

Главное ограничение, на котором я бы настаивал, состоит в том, чтобы не переходить улицу с закрытыми глазами надеясь благодаря этому лучше чувствовать руки и ноги, и не делать других подобных вещей.


СЛУШАНИЕ ТЕЛОМ

Студент: Когда я вас слушаю, я перестаю обращать внимание на руки и ноги, потому что если бы я это делал, я бы вас не слушал.

Давайте немного поэкспериментируем. Я предлагаю вам послушать, как я говорю в нижней части ваших ног. Я предлагаю вам услышать мой голос в своих ногах. Слышите ли вы меня в ногах?

Студент: Нет.

Чувствуете ли вы сейчас свои ноги?

Студент: Да. Где-то там.

Слышите ли вы мой голос и чувствуете ноги одновременно?

Студент: Да, сейчас мне это удается.

Хорошо. Судя по вашему голосу и позе, кажется, что вы действительно чувствуете, смотрите и слушаете. Я, конечно, не могу быть уверенным, потому что можно делать это совершенно пассивным образом. Но мне кажется, что сейчас вы делаете это хорошо.

Закройте на секунду глаза и просто послушайте мой голос, и при этом откройте свое внимание для всего своего тела, тела в целом. Есть ли места в теле, где вы слышите мой голос в большей степени, чем в других местах? Это может быть подвижным, а может быть статическим стереотипом. Теперь сравните его со звуком громкого хлопка (несколько раз хлопает в ладоши). Есть ли какая-нибудь разница?

Студент: У хлопков больше вибраций. Ваш голос я слышу в ушах.

Какая условность – слышать звуки ушами! Нас научили, что мы слушаем ушами. Все авторитеты говорят нам это. Кто-нибудь еще пробовал выполнить эксперимент, пока мы говорили?

Студент: Я слышал ваш голос больше в своем теле, а хлопки – больше в ушах.

Другой студент: Я слышал ваш голос преимущественно в области солнечного сплетения.

Я предлагаю вам попрактиковаться в следующем медитативном эксперименте. Выделите себе как-нибудь десять минут, закройте глаза и послушайте то, что звучит вокруг. Одновременно чувствуйте те ощущения, которые имеются в теле. Не устанавливайте намеренно связей между звуками и ощущениями тела, но отмечайте, когда они возникают. Я полагаю, что успех в этом деле зависит от повышения чувствительности. Насколько я знаю, выполнить его сможет каждый, но нужно сделать себя более чувствительным.

Для этого есть несколько оснований. Одно состоит просто в том, что звуковые волны несут энергию вибраций, которая может действовать на тело, вызывая определенные ощущения. По сравнению с обычными грубыми ощущениями, которые мы испытываем, когда притрагиваемся к чему-то, они очень слабы, но они присутствуют. Во-вторых, многое зависит от того, куда направлено ваше внимание. Отчасти вы можете иметь воображаемые ощущения благодаря внушению, поскольку я говорю вам, что вы можете почувствовать звуки в других частях своего тела, но это не совсем внушение. По крайней мере, это не должно оставаться последствием внушения, потому что, как вам известно, мы упражняемся здесь в сосредоточении на том, что реально есть здесь и теперь, мы стремимся различать реальность и воображение.

Я хочу предложить вам поиграть с гибкостью, которую создает мое внушение и ваша внутренняя растущая способность к фокусированию внимания. Не думайте, что звуки нужно слышать только в голове. Просто формально-медитативно слушая их в тех местах, где возникают ощущения в теле в данный момент, вы уже сделаете свое тело более чувствительным. Вы будете становиться более чувствительными к определенному источнику информации.

Я дал вам сейчас вариант техники медитации на чувствование и слушание через внушение; давайте проясним его. Эту медитацию можно выполнять тремя способами, полезным из которых может быть каждый. Один состоит в том, чтобы формально решить, в каком месте тела вы хотите почувствовать звук, например в руке, или в колене, или в солнечном сплетении, – где угодно. Во-вторых, вы можете систематически сканировать тело и замечать, какие возникают ощущения, в то время как вы слышите какие-то звуки. Третий состоит в том, чтобы просто следовать за наиболее сильными телесными ощущениями в каждый отдельный момент, а также отмечать, как здесь слышаться звуки. Попробуйте в разных случаях разные способы.

Это хорошая медитация для шумной среды. Звуки оказываются необходимой частью техники, так что вы перестаете считать их отвлекающими.

Студент: Но ведь глухой человек не слышит, так ведь?

Я не знаю, что именно вы имеете в виду. Глухие люди обычно могут чувствовать вибрации своим телом. Я не знаю, как глухие люди чувствуют, но в основном я полагаю, что если в присутствии глухого человека звучит громкий звук, он почувствует вибрации в своем теле.

Студент: Так вы говорите, что человек может почувствовать вибрации вашего голоса в теле?

Отчасти. Иногда вы чувствуете их как обычные тактильные ощущения, в особенности если звук достаточно громкий. Я не знаю, каков точный порог, когда количество энергии настолько мало, что реально не вызывает механических вибраций в теле, хотя подозреваю, что порог ниже, чем обычно думают. Это в большей степени вопрос не физических основ, а тренировки чувствительности; нужно научиться преодолевать предвзятость и становиться более чувствительным.

Сначала, когда я попробовал данную медитацию, мне это не удавалось. Каждый раз, когда я слышал-чувствовал звук в какой-то части тела, у меня возникала длительная ментальная фантазия, в которой я составлял схоластический каталог того, где различные звуки должны «естественно» отзываться в теле. Это было чем-то вроде интеллектуального запоя, прекрасным научно-исследовательским проектом, но я при этом упускал главную цель практики, которая состояла в том, чтобы выработать гибкость в постижении самого себя. Вы в значительной степени привыкли думать, что слышите ушами. Это неплохо: уши действительно важны для слушания. Но если вы абсолютно привязаны к данной идее, вы лишаете себя некоторой части возможной свободы.

Студент: Я хотел бы почувствовать музыку. Для меня она эмоционально значима.

Включите какую-нибудь мягкую оркестровую музыку, желательно без пения, и попробуйте систематически слушать ее телом. Вы можете начать с того, чтобы слушать ее ушами, если это помогает. Потом послушайте ее челюстью, шеей, грудью или руками. Перемещайте ее, играйте с нею. Данное упражнение похоже на музыкальное упражнение, которое мы выполняли в первый день.

Студент: Мне чем-то нравится идея почувствовать хороший, громкий звук, вибрирующий в теле.

Дети часто включают магнитофон или приемник на полную мощность, и если мы попробуем сделать так же, то почувствуем звуки другими частями тела. Но это может повредить слух, так что я не рекомендую данный способ. Я читал, что у многих молодых людей, помногу слушающих громкую рок-музыку, уже к двадцати годам заметно ослаблен слух.


ИГРА И ПРОСТОР

Студент: Чем может быть полезно слышание вашего голоса в пальцах ног?

Может быть, вообще ничем. Может быть, это единственный способ выполнить упражнение правильно. Извините, у меня есть привычка, возможно, дурная, дразнить чужие «супер-эго». Мое «супер-эго», разумеется, совсем другое дело. Мое «супер-эго» очень серьезно и абсолютно точно знает, что правильно, а что нет.

Одна из главных причин, по которым я предлагаю вам это медитативное упражнение, заключается в том, что мне не хочется, чтобы вы рассматривали все, что мы делаем, только как работу. Жизненно необходимо, чтобы это было также игрой. Это хорошо для вас! (Утверждение делается для «супер-эго».) Привнесение элемента игры является также методом обретения свободы.

Согьял Ринпоче очень внимателен к этой теме. Он говорит, что свобода является самой сутью буддизма. Наш обычный ум обусловлен и ограничен почти все время. Мы обязаны все делать правильно. Но, вместо того чтобы находиться в таком ограничении, идя по жизни, расслабьтесь и обретите большую свободу.

Я хочу дать вам пример простора. Чувствуйте, смотрите и слушайте по-настоящему глубоко, и особенно внимательно сознавайте свое тело, в то время как я буду рассказывать вам анекдот. Это политически некорректный, грязный и сексуально скользкий анекдот, так что я отдаю себе отчет в том, что делаю рискованный шаг. Меня извиняет только то, что я делаю это с благой целью. Итак, чувствуйте глубоко.

Знаете ли вы, почему у женщин нет мозгов? (Обратите внимание на ощущения в теле, прямо сейчас.) Потому что у них не болтается между ног ничего такого, куда они могли бы их деть. (С космическим чувством времени колокол звонит прямо сейчас.)

Как срабатывает шутка? Как правило, шутка начинается с того, что ваш ум загоняют в какую-то схему. Вам рисуют стереотип или набор стереотипов и направляют вашу мысль определенным образом. И вдруг, в кульминационный момент, платформу, которую вы приняли, выбивают у вас из-под ног и ваш ум на мгновение парит свободно. Сначала вы были ограничены, зажаты и сфокусированы, и вдруг вы оказываетесь в состоянии гораздо большей свободы.

Вспомните свои телесные, эмоциональные и интеллектуальные переживания в тот момент, когда я сказал: «Знаете ли вы, почему у женщин...» (в нашей теперешней культурной ситуации слово женщина действительно звучит как вызов).

Когда я впервые услышал этот анекдот, мое тело сразу напряглось, эмоции вспыхнули предупреждением, что я могу оказаться в чувствительной и потенциально опасной ситуации, мой ум стал более активным, готовясь анализировать все нюансы того, что будет дальше. Слово нет насторожило меня еще больше. Равенство политически необходимо, я верю в него, а эти слова отрицали что-то у женщин!

Слово мозгов еще больше увеличило напряжение. Я весьма сильно отождествился с возникшей у меня телесно-эмоционально-умственной схемой, я был готов сражаться или просто бежать, – говоря в биологических терминах, я был на опасной территории! Я был сконцентрирован, ограничен, обескуражен, пойман возможными последствиями того, что должно было дальше произойти, я был крайне напряжен.

И вдруг... развенчаны были мужчины, эти несчастные создания (в том числе и я), порабощенные своими гениталиями. Телесно-эмоционально-когнитивная схема, с которой я отождествился, исчезла, и на какое-то время, прежде чем возникла и поймала меня в свои сети новая схема, я был свободен, я был на просторе, я оказался между отождествлениями. Какое великолепное состояние! Какой прекрасный повод, чтобы посмеяться. Это действительно смешно, когда вы видите, в какие состояния мы себя заталкиваем. Но чтобы это увидеть, мы должны переживать моменты, когда находимся вне этих ограничений.

Так что создание простора – одна из причин, по которым я предлагаю вам практиковать слышание звуков телом. Вместо того чтобы ждать, пока какие-то обстоятельства вроде анекдота расслабят вас и дадут вам почувствовать вкус свободы (что, конечно, хорошо, но не можете же вы всегда зависеть от обстоятельств), я предлагаю вам практиковать свободу непосредственно.

Странно, не правда ли? Вы пришли на эту встречу, чтобы узнать что-то о действительно серьезных и важных вещах вроде внимательности и просветления, а я предлагаю вам практиковать слушание звуков кончиком носа. Лично я нахожусь в поисках такого пути к просветлению, на котором я достиг бы его, услышав однажды какую-нибудь шутку. Как бы то ни было, я советую вам выполнить эту специальную медитацию на слушание и чувствование звуков в теле по десять минут на каждый из вариантов, чтобы сделать себя более чувствительными к своему телу и к звукам. Это разрушает устоявшиеся стереотипы.


ВНИМАТЕЛЬНОСТЬ И НЕПРИЯТНЫЕ ЛЮДИ

Студент: Мне, к сожалению, нужно ехать в Бостон, навестить мать, у которой заболела шея.

Это создает прекрасную возможность для работы.

Студент: Она ведет себя со мной таким образом, что мне едва ли удается услышать от нее хоть слово. Вряд ли это окажется слушанием с помощью тела того, что она говорит. Скорее это нечто вроде эмоционального реагирования. Как мне работать с этой ситуацией?

Не правда ли, было бы приятнее оставаться с нами, старающимися быть более внимательными и просветленными? Однако ваша поездка – прекрасная возможность для того, чтобы побольше узнать о себе, воспользоваться свободой для наблюдения механических частей своего ума во время привычных действий в условиях стресса. Это может наполнить вас изумлением по поводу того, как мы позволяем себе быть пойманными сансарой. Помните, я уже говорил, что выполнение практики внимательности в повседневной жизни, особенно в ситуациях, когда она действительно трудна, дает возможность увидеть вещи, с которыми вы могли бы не встретиться за годы спокойной медитации в каком-нибудь прекрасном ашраме. Чем больше вы узнаете о себе, тем большей может быть ваша свобода.

Мать может быть для вас учителем. Почему бы вам, раз уж вы все равно собираетесь к ней, не принять страдание сознательно, с внимательностью и не извлечь из этого какую-то пользу, вместо того чтобы страдать бессознательно и попусту злиться? Или вы предпочитаете страдания обычного рода?

Однако ваше «супер-эго» скажет вам, что хорошо пострадать сознательно, подчеркивая при этом страдание, а не то, чему вы можете научиться; но будьте настороже в отношении «супер-эго».

Студент: Большую часть времени я вообще не могу общаться с матерью; она доводит меня до белого каления. Но бывают моменты, когда возникает более глубокая связь. Это поражает меня. Однажды она поделилась со мной некоторыми своими страхами – страхами по поводу правительства, по поводу программы борьбы со СПИДом, по поводу старения. Мы прогуливались взад и вперед и говорили о том, что мы чувствуем. Я сказал, что чувствую свое лицо как маску. Образ маски вызвал в ней воспоминание о фильме, который мы только что видели (в нем убийца носил маску). Она почувствовала сильный страх, и я разделил ее чувства.

Это естественная эмпатия, которая обычно заслоняется в нас чем-то другим. По мере обретения большего опыта в практиковании внимательности, вы заметите, сколь значительную часть жизни мы проводим, поддерживая какую-то позу или играя ту или иную роль; мы почти никогда не говорим никому честно то, что чувствуем.

Как будто мы давно решили, что этот мир небезопасен, что другие люди представляют для нас угрозу и, чтобы поддерживать свою безопасность, нужно все время демонстрировать перед ними фальшивый фасад. Мы даже забываем о том, что делаем это. Мы «по своей воле» сливаемся со своим фасадом. Мы совершенно теряем себя, отождествляясь с позами и манипуляцией, и скрываем свое внутреннее «я» даже от собственного сознания. Делиться с другими людьми простыми утверждениями о том, что мы чувствуем в данный момент, является очень «питательным» переживанием. Элементы такого рода переживания были в упражнении, которое мы выполняли в первый день наших занятий, и именно они нас так глубоко затронули. Подобное упражнение есть в гештальттерапии; оно называется «континуум сознавания». Оно заключается в описании своих чувств в отдельно взятый момент времени.

Но, конечно, не следует слишком стараться делиться своими чувствами. Мы не собираемся подходить к каждому прохожему и говорить: «Эй! Я чувствую мимолетные вспышки в кончиках ушей, а теперь я несколько неустойчив на ногах. Как вас зовут?» Однако в безопасной ситуации это очень плодотворно.


«СУПЕР-ЭГО» КАК ОТВЛЕЧЕНИЕ

Студент: Я заметил, что мне легче быть в настоящем, когда я на природе. Это легко получается, когда я в парке, когда я восхищаюсь пейзажем. Созерцание красивых, естественных вещей действительно приводит меня в настоящее.

Вчера я пошел в лес с приятелем. Мое самочувствие было очень хорошим. Я смог быть присутствующим некоторое время, глядя на листья, траву и т.д. Потом мы заговорили, и скоро нам показалось, что мы провели здесь слишком много времени. Мы решили пойти дальше, и в разговоре я совершенно утратил присутствие.

Как? Вы не занимались чем-то продуктивным? Если вы перестанете думать больше чем на минуту, вы умрете, а если даже и не умрете, вы можете упустить несколько прекрасных мыслей, которые никогда не повторятся. Вот что, наверное, говорило ваше «супер-эго» и «супер-эго» вашего приятеля.

Студент: Размышляя об этом позже, я сказал себе: «Как я мог думать таким образом? Обращение внимания на настоящее, чувствование, смотрение и слушание приносит мне покой, ощущение себя живым, ощущение присутствия, и все же я мгновенно забыл обо всем этом и жил в своих мыслях и беспокойствах».

Обычная психология учит, что нашей жизнью управляет в основном принцип удовольствия, который заставляет нас стремиться к приятному и избегать боли, увеличивать количество удовольствий и уменьшать боль. Но это не так просто.

Как я вам рассказывал, я люблю массаж. Когда мне разминают мышцы, мне это очень приятно. С точки зрения принципа удовольствия можно было бы предположить, что я буду оставаться погруженным в эти приятные ощущения все время, пока мне делают массаж. Однако, как я уже говорил, через какие-то несколько секунд мой ум теряется в мыслях, и я едва чувствую прикосновение рук массажиста. Я все думаю и думаю. Это, как правило, приятные мысли, возможно, что это качество придается им смутно воспринимаемым физическим удовольствием. Но понятно, что удовольствие от мыслей гораздо меньше, чем удовольствие от реальных ощущений. Удовольствие здесь, в моем теле, сейчас – это более интенсивное удовольствие: почему же мой ум уходит в «тогда и туда», куда-то за пределы настоящего? Сила привычки думания, уводящая мысль, удивительна; мы оставляем даже непосредственное удовольствие. В конце концов, мы думаем о том, насколько лучше было бы, если бы... Как может удовольствие в настоящем сравниться с тем, что могло бы быть?

В большинстве стилей формальной сидячей медитации вам предлагают возвращать ум назад: как только вы заметили, что он отвлекся, возвращать его к объекту медитации. Ум отвлекся, вы заметили это и возвратили его назад. Большинству из нас нужно повторять эту инструкцию снова и снова, потому что мы склонны забывать. Ум будет отвлекаться, и, когда вы заметите это, возвращайте его назад. Возвращая, вы разовьете «мышцы» своего произвольного внимания.

Наше внимание легко захватить, «мышцы» произвольного внимания слабы. Практика возвращения усиливает их. Нападки «супер-эго» и мысли об ускользании ума – часть игры в этой точке. Не всегда нужно сражаться с ними, когда они нападают. «Супер-эго» говорит: «Ты теряешь время!» или: «Ты неправильно выполняешь упражнение!», но вы можете просто заметить, что оно произнесло это, и вернуться непосредственно к объекту медитации. Если «супер-эго» более настойчиво, вы можете сказать в уме: «Спасибо, я тебя услышал, до свидания», – и вернуться к практике [20].

У некоторых людей «супер-эго» очень настойчиво. Если вы относитесь к этой категории, боритесь с ним, если необходимо, но на этом пути вы только вовлекаетесь в борьбу, вместо осуществления практики. Если ваше «супер-эго» не настолько настойчиво, чтобы вам была необходима специальная психотерапевтическая помощь, то просто возвращайтесь к практике. То же самое относится к чувствованию-смотрению-слушанию.

Возвращаясь к массажу: зная за собой тенденцию ускользать, я превратил сеансы массажа в випассана-медитацию, намеренно возвращая свой ум от мыслей к ощущению данного момента. Как ни странно, но сосредоточиться на удовольствии гораздо труднее, чем на боли. Боль оказывается более убедительным мотивом для изменения отношений с переживанием!

Студент: Иногда, при остановке моего ума в результате практики я замечаю какую-то тревогу, какое-то странное ощущение, беспокоясь о том, что не смогу снова думать нормально. Колокол звонит.

Когда возникает эта тревога, попробуйте пережить ее более полно. Не принимайте ее просто как беспокойство о том, что процесс думания может «не начаться снова», откройтесь ей и прочувствуйте ее более ясно. Это может рассеять ее, но может и не рассеять, может сделать, а может и не сделать ее более четкой. Но это даст вам возможность научиться чему-то еще.

Позже мы можем поговорить об этом, если вы захотите, более подробно, но сейчас мне кажется гораздо важнее вернуться к тому, как люди описывают свои ощущения и чувства друг другу (вспомните упражнение, которое мы выполняли в первый день).

В некотором смысле можно сказать, что при этом мы не делаем ничего особенного. Но, с другой стороны, в этом есть нечто ясное и непосредственное, чего мы не получаем во время многих (может быть, большинства) обычных разговоров. Как это ни забавно, но, практикуя искусственное упражнение по чувствованию-смотрению-слушанию, мы становимся более естественными. Не так уж трудно помнить себя, когда мы помним себя. Однако если подумать о той истерии, в которой мы живем, то это покажется большим достижением. Если же кто-нибудь беспокоится, что истерия, подобно мыслям, может не вернуться, не беспокойтесь, она всегда поджидает нас.


ЛОЖЬ

Студент: Действует ли на человека как-нибудь чувствование, если он одновременно с этим говорит ложь? Тело выдает людей, когда они лгут. Обычно в какой-то момент что-то происходит с глазами, губами или рукой, короче тело как-то сообщает об этом.

Попробуйте, давая описание, в какой-то момент немного солгать в чем-то, но не говорите, в какой момент вы лжете.

Студент: Я был сегодня очень занят в различных компьютерных классах и чувствовал свое тело, работая над трудной задачей относительно базы данных на Макинтоше. Чувствование сделало все очень ясным, так что я был вполне удовлетворен. Я попробовал солгать, рассказывая сейчас, но я не мог сделать этого, поскольку я выполнял чувствование-смотрение-слушание. Я не мог лгать, так как я был вовлечен в чувствование.

Гурджиев сказал как-то одну интересную вещь о подобной ситуации. Когда вы просите людей намеренно солгать, большинству это бывает очень трудно. Я могу подтвердить сказанное им. Гурджиев говорил, однако, что если вы хотите изучить психологию обычной жизни, вам следует изучать психологию лжи, звучит напоминающий колокол, придите в чувство, поскольку большинство из нас лгут автоматически, даже не зная, что лгут. Произвольная (с точки зрения норм обыденного, спящего сознания) ложь – лишь небольшая часть той лжи, которая имеет место в повседневной жизни.

Когда мы активизируем сознание, ложь обычно становится странным, удивительным процессом.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18