Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Ей снилась смерть (Праздник смерти)

ModernLib.Net / Любовь и эротика / Робертс Нора / Ей снилась смерть (Праздник смерти) - Чтение (стр. 12)
Автор: Робертс Нора
Жанр: Любовь и эротика

 

 


      - Мне нужно лицо этого ублюдка! - Ева прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться. - Мы вернемся назад, опять переработаем весь материал, вплоть до косметики и татуировок на руках. Может быть, что-нибудь вытрясем из этого.
      - Даллас, две трети салонов и клубов в городе пользуются услугами свободных художников.
      - И, может быть, один из них узнает этот рисунок. - Она вздохнула. - У нас есть два часа до встречи в "Нова". Давай постараемся сделать, что можем.
      ГЛАВА 11
      Пибоди всегда раздражал Макнаб. Ей не нравилось работать с ним из-за его нелепой одежды, вечной дурацкой ухмылки и невыносимого зазнайства. Она до сих пор не могла прийти в себя, узнав, что Ева считает его хорошим полицейским. Во всей их команде не было никого, кого бы она уважала так же, как Еву Даллас, но она понимала, что даже самый лучший полицейский не застрахован от ошибок. Ошибкой Евы, по мнению Пибоди, был Макнаб.
      Сидя в симпатичном маленьком баре, она с раздражением наблюдала, как Макнаб заигрывает с блондинкой ростом под метр восемьдесят. Все, что он делал, считала Пибоди, делалось специально, чтобы позлить ее. Если бы его не было там, она бы с удовольствием наслаждалась спокойной и элегантной атмосферой этого заведения. В баре стояли симпатичные столики с металлическими крышками, светло-желтые стены были увешаны очаровательными акварелями с изображениями сценок на нью-йоркских улицах.
      "Классно", - подумала она и искоса взглянула на свое отражение в сверкающих зеркальных стенках бара. Даже трудно было себе представить, что подобное милое заведение могло принадлежать Рорку. Мягкое кресло, в котором она сидела, было восхитительно удобно, напитки - великолепны.
      Неожиданно на другом конце зала раздался оглушительный хохот Макнаба, тупой бритвой резанувший по нервам Пибоди. Она посмотрела в его сторону и увидела, как он незаметно подмигнул ей. В ответ ей захотелось сделать какой-нибудь возбуждающий жест: сексуально провести кончиком языка по губам, например.
      - Как вы, Пибоди? - услышала она в наушнике голос Евы, но ответить не успела: наушник буквально взорвался в ее ухе: - Дьявольщина!
      Пибоди вздрогнула.
      - Лейтенант? - пробормотала она ошарашенно.
      - Что он здесь делает, черт подери?!
      Рука Пибоди машинально скользнула по левому боку, нащупав оружие. Она внимательно осмотрела зал и с изумлением увидела входящего Рорка.
      - Это явно проделки дьявола, - пробормотала Пибоди. - Ну почему у меня не может быть такого мужика?!
      - Не вздумай заговорить с ним! - прозвучал в наушнике приказ Евы. - Ты с ним незнакома.
      - Хорошо, я буду только глазеть на него, как все остальные бабы здесь.
      От неожиданности она слишком громко ответила на приказ Евы, и парочка за соседним столиком с удивлением уставилась на нее. Пибоди демонстративно прочистила горло кашлем, подняла стакан и вернулась к восхищенному созерцанию мужа своего лейтенанта. Он прошелся вдоль стойки бара, и служащие поворачивали головы вслед за ним, как солдаты за генералом. Он перекинулся парой слов с одной парочкой, приложился губами к щеке какой-то пожилой дамы и направился в конец стойки, чтобы дружески возложить руку на плечо стоявшего там парня.
      У Пибоди мелькнула мысль: неужели он так же великолепно движется в постели? "Слава богу, что наушники не передают мысли в фургон с записывающей аппаратурой", - покраснев, подумала она.
      В фургоне Ева внимательно смотрела на экран с изображением, которое передавала микротелекамера, размещенная в пуговице на воротнике Пибоди. Глядя, как Рорк вальяжно и раскованно прогуливается по залу, она мысленно пообещала себе стереть его в порошок при первой же возможности.
      - Ему совершенно нечего делать на месте проведения операции, - мрачно произнесла она вслух.
      - Это его заведение, - Фини пожал плечами, привычно отмежевываясь от попытки втянуть его в семейные разборки.
      - Ну конечно, он совершенно случайно заглянул туда, чтобы проверить, не мухлюют ли со спиртным бармены. Черт побери!
      Ева запустила пальцы обеих рук в волосы, и возглас ужаса застрял у нее в горле, когда она увидела, как Рорк подходит к столу Пибоди.
      - Как вам нравятся наши напитки, мисс?
      - М-м-м, да-а-а, я... Черт, Рорк! - только и смогла выдавить из себя Пибоди.
      Как ни в чем не бывало он, улыбнувшись, наклонился к ней:
      - Скажите своему лейтенанту, чтобы прекратила слежку за мной. Я никогда не перебегу ей дорогу.
      Глаза Пибоди чуть не выскочили из орбит, когда она услышала рев Евы в своем ухе.
      - Э-э-э... она предлагает вам поскорее унести отсюда вашу шикарную задницу. Она надерет ее вам позднее.
      - Ну что ж, будем ждать. - Все еще улыбаясь, Рорк поцеловал Пибоди руку. - Вы шикарно выглядите, - сказал он, отходя.
      Записывающая аппаратура в фургоне зарегистрировала резкий скачок давления и учащение пульса у Пибоди.
      - Успокойтесь, Пибоди, - проворчала Ева.
      - Я не могу контролировать реакцию организма на внешние стимуляторы, выдохнула Пибоди. - А задница у него действительно шикарная. Мои комплименты, мэм.
      - Смотрите за двумя вошедшими. Соберитесь, Пибоди!
      - Я готова.
      Она уставилась на дверь, вернув на лицо дежурную улыбку. Один из подозреваемых только что вошел в бар - она помнила его по своему первому визиту в это заведение. Этот покрытый ровным загаром молодой бог сразу привлек тогда ее внимание. Итак, теперь у нее есть объект, на который она будет с удовольствием смотреть в течение ближайшего часа.
      Он картинно остановился около двери, демонстрируя свой прекрасный профиль и заодно осматривая зал. Его глаза цвета темного золота заблестели, когда он увидел Пибоди, и он отработанным движением поклонился ей, позволив волосам красиво рассыпаться.
      - Вы, вероятно, и есть Далила? - глубоким голосом поинтересовался он, подойдя к столу.
      - Да. - Пибоди решила, что живьем он намного лучше, чем на видеозаписи. - А вы, вероятно, Брент.
      "Он весь из пластика, - подумал Макнаб, наблюдая за парнем, который подошел к Пибоди. - Вероятно, это именно ее тип. Ну надо же, она буквально пожирает его взглядом". Лицо у парня было словно нарисованное. Тело тоже. Кажется, на нем не было ни миллиметра поверхности, за создание которого не заплачено. А Пибоди при этом ловила каждое слово, которое произносил ее собеседник своим классически вылепленным ртом.
      "Женщины, к сожалению, абсолютно предсказуемы", - подумал Макнаб с раздражением, разбавленным значительной долей зависти.
      - Она так привлекательна сегодня, не правда ли? - раздался за его спиной знакомый голос.
      Макнаб обернулся и мрачно взглянул на Рорка.
      - Большинство парней найдет женщину привлекательной, когда половина ее бюста вываливается из кофточки.
      Рорк рассмеялся, весьма довольный собой. Взгляд Макнаба метал молнии, а его пальцы выбивали нервную дробь на крышке стола.
      - Но вы, несомненно, выше подобных вещей.
      - Хотел бы я не обращать на них внимания! - пробормотал Макнаб, когда Рорк отошел.
      - Макнаб, перестань пялиться на Пибоди! - приказала Ева. - Твой второй парень у двери.
      - Есть. - Макнаб скользнул взглядом по стройному рыжеволосому парню в кожаной куртке. - Я веду его.
      В фургоне электронного слежения Ева внимательно вглядывалась в экран.
      - Фини, ты можешь дать мне поближе парня, который сидит с Пибоди? Что-то, мне кажется, там не так.
      - Брент Голловей, модель коммерческих показов. Работает на "Клиберн-Виллис маркетинг". Тридцать восемь лет, дважды разведен, детей нет.
      - Модель? - Глаза Евы сузились. - Значит, он тоже выступает на сцене?
      - Конечно. А ты, судя по всему, давненько не видела коммерческих показов мод. Теперь это настоящий театр. Так, что у нас еще на него есть? Родился в Морристауне, штат Нью-Джерси. Живет в Нью-Йорке уже десять лет. Нынешний адрес - Сентрал-парк, Вест. Доход - в районе восьмидесяти. В желтой прессе о нем не пишут - не арестовывался. У него куча нарушений правил дорожного движения.
      - Мы с Пибоди видели его здесь во время первого визита. Сколько встреч по спискам службы знакомств у него было?
      - В этом году его включили уже в четвертый список.
      - Ничего не понимаю. Почему парень, который так великолепно выглядит, имеет кредитные карточки, хорошую работу, дорогую квартиру, никак не может найти себе женщину? Четыре группы встреч по спискам знакомств в год - по пять в группе. Это двадцать женщин в год, и никаких претензий к нему. Что с ним не так, Фини?
      Фини сжал губы и уставился на экран.
      - На мой взгляд, он выглядит как чванливая задница.
      - Хорошо, но очень многие женщины этого наверняка не замечают. Что-то должно быть с ним не в порядке... - Она забарабанила пальцами по столику. Никаких данных об употреблении наркотиков?
      - Никаких. По сведениям службы знакомств "Только для вас", он чист.
      - Что-то не так, - повторила Ева и тут же увидела, как кулак ее сотрудницы врезался в великолепный нос Брента Голловея. - Боже мой! Ты видел?
      - Она сломала ему нос, - констатировал Фини, наблюдая на экране брызнувшую кровь. - Отличный короткий прямой удар.
      - О чем, черт побери, она думает?! Что, черт возьми, там происходит? Пибоди, вы что, с ума сошли?
      - Сукин сын, он под столом полез ко мне под юбку! - Раскрасневшаяся от злости Пибоди стояла рядом со столиком, сжимая кулаки. - Ублюдок! Рассказывал мне о новой постановке в "Юниверс", а сам засунул мне руку между ног. Извращенец! Вставай, чертов извращенец!
      - Макнаб, бога ради, оставайся на своем месте! - заорала Ева, увидев, как Макнаб вскочил с дьявольским блеском в глазах. - Стой где стоишь, тебя это не касается. Это приказ. Приказ, черт побери! Держи себя в руках. Пибоди, сейчас же отпустите этого парня.
      Несмотря на то, что Ева в отчаянии буквально рвала на себе волосы, Пибоди поставила Голловея на ноги и врезала ему еще раз. Она собиралась сделать это и в третий раз, но в этот момент Рорк продрался через толпу возбужденных посетителей и буквально вырвал у нее обмякшее тело.
      - Этот человек оскорбил вас, мисс? Я очень извиняюсь. Я займусь этим. Пожалуйста, позвольте мне предложить вам еще один коктейль. - Держа одной рукой Голловея, другой Рорк выплеснул содержимое из стакана Пибоди на пол. - Обновить! - рявкнул он, и трое официантов бросились выполнять его приказ. А Рорк потащил к выходу Голловея, который уже начал сопротивляться.
      - Уберите от меня свои грязные руки! Эта сука сломала мне нос! Мое лицо - это мое достояние. Безмозглая дрянь. Я этого так не оставлю, я сообщу...
      Как только они оказались на улице, Рорк со всей силы треснул Голловея головой о стену. Раздался звук разбиваемых бильярдных шаров, золотые глаза закатились.
      - Позвольте сообщить вам: это - мое заведение. - Рорк еще раз стукнул головой Голловея о стену, в то время как Ева в фургоне слежения могла только наблюдать это и вздыхать. - Никто не может оскорбить женщину в моем баре и уйти отсюда на своих ногах. Итак, если вы не хотите покинуть это место немедленно, вам помогут, И вы будете благодарить бога за то, что у вас сломан только нос.
      - Эта сука сама попросила, чтобы я ее потрогал!
      - А вот этого вам явно не стоило говорить. Совсем не стоило.
      - Его ирландский виски выходит вместе с мочой. Слышишь эту музыку? - с чувством сказал Фини, а Ева не сдержала крик ужаса.
      Тем временем экран бесстрастно показывал, как Рорк вонзил свой кулак в живот Голловея, нанес удар коленом в промежность и затем отпустил, позволив телу упасть.
      Он бросил быстрый взгляд на фургон слежения и спокойно вернулся в бар.
      - Хорошая работа, - констатировал Фини.
      - Надо вызвать "Скорую помощь", чтобы доставить этого безмозглого ублюдка в больницу, - устало сказала Ева, опустив глаза. - Это будет великолепный рапорт! Макнаб и Пибоди отлично справились с заданием, сохраняя исключительное хладнокровие. Только молчи, бога ради. Когда все закончится - рапорты ко мне домой. Посмотрим, что можно сделать, чтобы спасти положение.
      * * *
      Ева добралась домой только после девяти вечера, Фини приехал с ней, Пибоди и Макнаб ждали их в кабинете Рорка. Все молчали. Они понимали, что Рорк подставил Пибоди свое плечо.
      - Мы провели шесть встреч, это кое-что, - начала Ева. - Последние две завтра, они намечены на полдень. Пибоди, вы утром расскажете Пайпер о... сегодняшнем инциденте. Постарайтесь описать все спокойно. Мне интересно посмотреть, как она отреагирует, ведь у них на этого типа ничего нет. У нас есть записи всех встреч, но я хочу, чтобы каждый из вас написал отдельный рапорт о каждой. После того как мы сейчас расстанемся, вы оба пойдете домой и будете держать свои телефоны постоянно включенными. Мы с Фини оба будем с вами на связи.
      - Слушаюсь, лейтенант. - Стараясь держаться с достоинством, Пибоди поднялась. Ее движения были заторможенными, но она изо всех сил старалась сохранять лицо. - Я приношу вам свои извинения. Я понимаю, что мое поведение может сорвать всю операцию.
      - Да черт с ней, с этой операцией! - Макнаб вскочил со стула. - Тебе следовало вообще вырвать ему ноги. Мерзкий сукин сын!
      - Макнаб, - спокойно осадила его Ева.
      - Да пошло оно все, Даллас! Ублюдок получил то, что заслуживает. Мы должны...
      - Детектив Макнаб, - Ева четко произносила каждое слово, - я не уверена, что ваше мнение по этому вопросу кого-нибудь интересует. Вы при исполнении служебных обязанностей. Идите домой и успокойтесь. Жду вас завтра утром в управлении.
      Макнаб хотел еще что-то сказать, но выдержка победила. Повернувшись на каблуках, он вышел из комнаты без единого слова.
      - Рорк, Фини, вы не могли бы оставить нас одних?
      - С удовольствием, - Фини даже не старался скрыть, что не прочь поскорее покинуть поле боя. - Немного виски, Рорк? У нас был длинный день.
      - У нас, кажется, есть и бокал. - Рорк посмотрел на Еву долгим многозначительным взглядом, прежде чем выйти с Фини из комнаты.
      - Садитесь, Пибоди.
      - Даллас, - Пибоди потрясла головой, - я подвела вас. Я обещала держать себя в руках и выполнить задание, но сорвалась на первом шаге. Я понимаю, что у вас есть право и повод отстранить меня от расследования и даже перевести из секретного отдела. Но я очень прошу дать мне еще один шанс.
      Ева молчала, давая возможность Пибоди высказаться. Ее помощница все еще была бледна, но руки уже не тряслись, а плечи расправились.
      - Я не помню, чтобы я говорила, что собираюсь уволить вас из нашего отдела, сержант. Но я точно говорила, помню, что просила вас сесть. Сядьте, Пибоди, - сказала она еще мягче, а затем повернулась и взяла бутылку вина.
      - Я понимаю, что когда ты находишься на секретном задании, то должен играть свою роль и не раскрываться ни при каких обстоятельствах. - Пибоди упрямо продолжала стоять.
      - Я не заметила, чтобы вы раскрылись и повредили расследованию. Вы всего лишь повредили нос одному негодяю.
      - Я не соображала, что делаю! Это было импульсивно. Теперь я поняла, что в ходе таких операций необходимо держать себя в руках, что бы ни случилось.
      - Пибоди, любая женщина имеет право возмутиться, если кто-нибудь лезет ей под юбку при всем честном народе. Выпейте.
      - Он сунул в меня свои пальцы! - Рука Пибоди вновь задрожала, когда Ева стала вкладывать в нее бокал. - Мы просто сидели и разговаривали, когда я неожиданно почувствовала его пальцы у себя внутри. Я знаю, я флиртовала с ним, - думала, что так полагается в этой чертовой службе знакомств. Может быть, я сама спровоцировала его...
      - Перестаньте! - Ева обняла ее за плечи и силой усадила в кресло. - Вы не спровоцировала его. Мне совершенно не нравится, что вы так думаете. Этот сукин сын не имел никакого права так вести себя. Никто не имеет права набрасываться на вас. Он хватает тебя, связывает руки, вколачивает в тебя свой член, когда ты, беспомощная, просишь его не делать это. Это унизительно, унизительно, унизительно!
      Еву вдруг охватила слабость. Она положила трясущиеся руки на стол, изо всех сил стараясь успокоиться.
      - Только не сейчас! - пробормотала она. - Бога ради...
      - Что с вами, Даллас?
      - Ничего. - Еве понадобилось какое-то время, чтобы взять себя в руки. - На самом деле это я должна извиниться, что поставила вас в такое положение. Я знала, что с ним что-то не в порядке.
      Пибоди. подняла свой стакан двумя руками. Она все еще не полностью избавилась от шока и продолжала ощущать чужие омерзительные пальцы внутри себя.
      - Он ведь прошел их проверку.
      - И теперь мы знаем, что их проверка не так хороша, как они заявляют. - Ева сделала глубокий вдох, выпрямилась и повернулась. - Я хочу, чтобы утром вы швырнули это Пайпер в лицо. Лично. Настаивайте на личной беседе. Маленькая истерика не помешает. Вы можете угрожать ей, что обратитесь к прессе. Я хочу, чтобы она полностью выкупалась в этом. Посмотрим на ее реакцию. Сможете сделать это?
      - Да. - Пибоди едва сдерживала подступившие слезы. - Судя по тому, как я себя чувствую, это будет несложно.
      - Держите свой телефон включенным. Мы должны быть в постоянном контакте. Ваш доклад в управление можно отложить на завтрашний вечер, а пока Фини отвезет вас. Хорошо?
      - Да.
      Ева помолчала немного.
      - А хороший был удар, Пибоди! Только в следующий раз сопровождайте его хуком. Врага надо полностью обесточить, а не просто вывести из себя.
      Пибоди вздохнула с облегчением и улыбнулась.
      - Слушаюсь, лейтенант.
      Желая сохранить доминирующую позицию, Ева села за стол и стала ждать Рорка. Она знала, что он пошел проводить Пибоди и Фини, и, вероятно, по дороге скажет девушке несколько ободряющих комплиментов, вызвав у Пибоди сладкие эротические грезы - если Ева правильно понимала свою помощницу.
      "И это лучше, - подумала она, - чем жестокие кошмары с душащими тебя руками при твоей полной беспомощности".
      Теперь она поняла, что это дело было частью ее проблемы. Сексуальные преступления и жестокость от имени любви... Слишком близко к ее дому. Слишком близко к ее прошлому, от которого она так долго пытается убежать.
      Теперь это прошлое встало перед ней во весь рост. В каждой жертве насилия Ева видела себя, и это было мучительно.
      - Я найду этого негодяя, - сказала она вслух. - И, может быть, тогда прошлое оставит меня в покое.
      Она жестко посмотрела на Рорка, когда он вошел в комнату. Он налил вина в оба бокала, которые Ева поставила для себя и Пибоди, один дал ей, второй взял себе, и сел за стол напротив нее.
      - Итак, - начал он и замолчал.
      - Какого дьявола ты там делал?
      Рорк глубоко затянулся и выпустил струю дыма.
      - В каком смысле?
      - Не поясничай передо мной, Рорк!
      - Но у меня это так хорошо получается, мой милый лейтенант. - Он поднял в знак приветствия свой бокал. - Кроме того, я не принимаю участия в вашей операции.
      - Именно поэтому тебе нечего было делать на месте ее проведения.
      - Пардон, но это мое место. - В его голосе теперь звучало раздражение. - Я часто захожу в свои заведения, чтобы служащие не расслаблялись.
      - Рорк!
      - Ева, это дело сводит тебя с ума. Ты полагаешь, что я ничего не вижу? Это дело не дает тебе спокойно спать - то немногое, что ты себе еще позволяешь. Ты думаешь о нем непрерывно. - Он повернулся к ней и впился в ее лицо своими великолепными голубыми глазами. - Я знаю, через что ты прошла... Боже, я обожаю тебя! Но ты не можешь требовать от меня, чтобы я стоял в стороне и притворялся, что ничего не вижу, ничего не понимаю и ничего не собираюсь делать, чтобы освободить тебя от этого внутреннего кошмара.
      - Речь не обо мне, Рорк, речь идет о трех убитых людях.
      - Я знаю, они все время стоят у тебя перед глазами. - Он обошел стол и сел на краешек ее стула. - Вот поэтому ты самый лучший полицейский, с которым мне приходилось сталкиваться. Эти люди для тебя - не имена и номера. Они для тебя ЛЮДИ. И у тебя есть дар представлять, что они видели и чувствовали, чему молились в последние минуты своей жизни. - Он взял ее лицо в ладони. - И именно поэтому я не отступлюсь. Черт возьми, я никогда не оставлю тебя со всем этим один на один. Принимай меня таким, какой я есть. Как я принимаю тебя.
      Ева сидела безмолвно, впитывая каждое его слово, ловя его взгляд. Она не могла сопротивляться тому, что говорили его глаза.
      - Прошлой зимой, - медленно начала она, - ты ворвался в мою жизнь. Я не просила тебя. Я не хотела тебя!
      Его бровь вопросительно поднялась, но Ева не дала ему заговорить.
      - Слава богу, ты послал к черту мои просьбы и мои желания, пробормотала она и с нежной улыбкой посмотрела на него.
      - Я тоже не просил бога о тебе, Гра...
      Ева знала, что на языке его детства это означало - "моя любовь". Когда он говорил так, ее сердце мгновенно открывалось навстречу ему.
      - С тех пор у меня не было дела, в которое бы ты не впутался, вздохнула она. - Мне это не нравилось, но я иногда использовала тебя. И меня это беспокоит.
      - Зато мне это нравится.
      - Я знаю. - Она снова вздохнула и быстро провела ладонью по его руке. Его пульс бился ровно. - Еще меня беспокоит, что ты слишком хорошо знаешь некоторые закоулки моей души, которые я бы предпочла хранить в тайне. И мне ничего не остается, как разбираться в них.
      - Ты и без меня разбиралась бы с ними, Ева. Но, надеюсь, со мной они не будут для тебя столь болезненными. Я прикрываю твою спину. Ты не можешь просить, чтобы я оставлял тебя в тяжелые моменты.
      Ева вдруг с удивлением обнаружила, что ее глаза отражаются в его глазах. "Он прав, - подумала она. - То, что я часто принимала за зависимость, может быть, надо просто воспринимать как единение".
      Теперь она могла рассказать ему все.
      - Я знаю, что они чувствуют. Я знаю, что происходит с ними, с каждой из них, когда их насилуют - беспомощных и обнаженных. Я знаю этот страх, боль, унижение... Я не хотела бы постоянно вспоминать все это, но я вспоминаю. А потом ты прикасаешься ко мне... - Она повернулась к нему, внезапно осознав, что никогда еще по-настоящему не раскрывалась перед ним. - Потом ты прикасаешься ко мне, и я забываю все это. Я уже не чувствую того, что чувствуют жертвы, потому что... Потому что это просто ты.
      - Я люблю тебя, - пробормотал Рорк. - Безумно.
      - Да, и поэтому ты здесь, хотя должен быть на другом конце земли, занимаясь своим бизнесом. - Она покачала головой, прежде чем он успел что-либо сказать. - Ты был в этом чертовом баре сегодня вечером, потому что знал, что можешь понадобиться мне. Ты был там, чтобы помочь мне избавиться от этих страшных воспоминаний, мыслей и чувств. Я знаю это, черт возьми! Я полицейский и хорошо знаю людей.
      Рорк хотел было что-то возразить, но передумал.
      - Ладно, я повержен. Что дальше?
      - Дальше... Спасибо тебе, но я работаю полицейским уже одиннадцать лет и научилась держать себя в руках. С другой стороны... - Ева внимательно посмотрела на свой стакан с вином и вздохнула. - Должна признаться, я получила настоящее наслаждение, наблюдая, как ты избивал этого негодяя, который оскорбил Пибоди. Я вынуждена была сидеть в этом чертовом фургоне. Я не могла сама выйти и растоптать эту скотину. Но мне было приятно смотреть, что ты это сделал за меня.
      - Всегда рад быть вам полезным, лейтенант. Но меня беспокоит Пибоди. С ней все в порядке?
      - С ней все будет в порядке. Это, конечно, потрясло ее, но она примет теплый душ, транквилизатор, если понадобится, и уснет. Полицейский в ней одержит верх, поможет выстоять. Она хороший полицейский.
      - Она хороший полицейский потому, что работает под твоим началом.
      - Нет, это не моя заслуга. Она такая, какая есть. - Еве было неловко говорить на эту тему, и она холодно посмотрела на него. - Готова поклясться, на прощание ты обнял ее, погладил по голове и поцеловал, пожелав спокойной ночи.
      Рорк вопросительно поднял брови.
      - А если и так?
      - Пибоди - нежное создание и слишком близко к сердцу принимает такие вещи. Она может увлечься тобой.
      - В самом деле? - Он широко улыбнулся. - Это интересно.
      - Не играй с ней, Рорк, нужно, чтобы она была собранной.
      - А как насчет того, чтобы заставить биться сильнее твое нежное сердце? Не хочешь немного расслабиться?
      Ева нервно облизнула губы.
      - Я не знаю. Мне слишком о многом надо подумать, у меня слишком много работы...
      - Ну и что же? Я, например, тоже обожаю свою работу. - Не отрывая свой взгляд от нее, он положил сигарету и снял очки. - И я чертовски хорошо ее делаю.
      * * *
      Ева еще вся дрожала от пережитого возбуждения, когда раздался звонок. Она вскочила и взяла трубку, а через полминуты уже бегала по комнате, собирая свою одежду. Звонок подтверждал анонимное сообщение о происшествии по адресу, который был слишком хорошо ей знаком.
      - Это квартира Голловея. Он мертв. Все развивается по шаблону.
      - Я поеду с тобой. - Рорк уже был на ногах и искал свои брюки.
      Ева попыталась протестовать, потом сдалась.
      - Хорошо. Мне необходимо взять с собой Пибоди, а она может не справиться с чувствами. Я рассчитываю на тебя, потому что мне придется вести себя с ней жестко, чтобы держать ее в форме.
      - Я не завидую вашей работе, лейтенант, - сказал Рорк, одеваясь в темноте.
      - На сей раз я с тобой согласна. - Она позвонила и вызвала Пибоди.
      ГЛАВА 12
      Брент Голловей жил хорошо, а умер плохо. Обстановка его дома говорила о том, что он руководствовался в жизни двумя целями: потакать себе и ублажать себя.
      На кровати размером с небольшое озеро валялись треугольные подушки, которые на ощупь оказались мокрыми. В кабинете, обставленном, как будуар избалованной куртизанки, была солидная коллекция порнографических видеокассет, как легальных, так и подпольного производства. Отделанный серебром бар тянулся вдоль всей стены и ломился как от дорогих напитков, так и от дешевых подпольных наркотиков.
      Кухня была полностью автоматизированной и какой-то бездушной: чувствовалось, что ею пользовались весьма нечасто. Был еще кабинет, оснащенный самым современным компьютером и различной дорогой высококлассной видео - и аудиоаппаратурой.
      Голловей был одет в строгий костюм в полоску и лежал, уставившись в свое отражение в зеркале на потолке. Еве пришлось расстегнуть костюм. Татуировку она обнаружила внизу живота.
      - Похоже, он побывал в больнице, - заметила она. - Его нос выглядит почти прилично. Однако это может быть лишь прекрасным образчиком работы хорошего косметолога.
      Рорк не входил в комнату, потому что знал: посторонним это запрещено. Он уже видел Еву в работе - собранная, уверенная в себе, она даже двигалась осторожно, так как уважала смерть. Рорк из-за двери наблюдал, как она занималась привычным обследованием обстановки на месте преступления: устанавливает время смерти и записывает на магнитофон протокол осмотра. Затем приехала бригада экспертов и сменила ее.
      - Лигатурные следы на обоих запястьях и обеих лодыжках указывают на то, что жертва перед смертью была привязана за руки и за ноги, практически распята. Смерть наступила в 23.50. Странгуляционные полосы на шее свидетельствуют, что смерть наступила от удушения.
      Она оглянулась на звук домофона.
      - Я впущу ее, - сказал Рорк.
      - Хорошо. - Она задумалась на мгновение. Он здесь, в конце концов, и он это хорошо умеет. - Ты можешь восстановить запись камеры наблюдения за посетителями дома?
      - Думаю, что справлюсь.
      - Ладно. - Она знала, что в системах телевизионного наблюдения для него почти не существует секретов. - Надень перчатки. Мне еще не хватало потом разбираться с твоими отпечатками пальцев.
      Ева вернулась к телу и продолжила свою работу, прислушиваясь к приглушенному разговору в соседней комнате, где находились Рорк и Пибоди. Наконец она не выдержала и медленно направилась к двери.
      Пибоди вновь была в униформе, волосы четкой рамкой обрамляли ее бледное лицо. В глазах стоял ужас.
      - Черт возьми, Даллас!
      - Скажите мне сразу, если вы не в состоянии работать. Мне нужно знать это прежде, чем вы приступите.
      С момента получения вызова Пибоди уже много раз задавала себе этот вопрос. Но до сих пор так и не пришла к однозначному ответу.
      - Это моя работа, - пробормотала она, не глядя на Еву.
      - Я скажу вам, в чем заключается на сегодня ваша работа. Займитесь системой телевизионного наблюдения: изучите все записи. И начните опрос соседей.
      Пибоди прекрасно понимала, почему Ева хочет ее отослать, и ненавидела себя за то, что действительно не прочь уйти.
      - Я предпочла бы работать на месте происшествия, лейтенант, - твердо сказала она.
      Ева взглянула на нее и, после секундного раздумья, кивнула в знак согласия.
      - Включайте свой магнитофон.
      Она развернулась и подошла к кровати.
      - Жертвой является Голловей, Брент: личность идентифицирована офицером полиции, ведущим расследование. Протокол осмотра места происшествия записывается со слов лейтенанта Евы Даллас. Магнитофонная запись производится сержантом полиции Делией Пибоди. Время и вероятная причина смерти установлены.
      Тошнотворный ком подступил к горлу Пибоди, когда она заставила себя подойти к телу.
      - Все как обычно?
      - Не совсем. Следов сексуального насилия не обнаружено, так же как и следов употребления наркотических средств. На коже сохранились следы употребления дезинфектанта. Его запах все еще ощущается.
      - Значит, ему брызнули в лицо ядовитым веществом, после чего он потерял сознание. Рисунок татуировки совпадает с рисунками на трупах предыдущих жертв.
      - Чертовски хорошая работа, - произнесла Ева, буквально уткнувшись носом в живот Голловея. - Что это у нас тут? Дайте мне пинцет, Пибоди. Здесь волос или нитка. - Не оглядываясь, она протянула руку назад и взяла пинцет. - Это что-то искусственное. - Ева внимательно изучала предмет через увеличительное стекло сильной лупы. - Здесь их несколько. Мне нужен пакет. - Не успела она произнести эту фразу, как Пибоди уже протягивала ей пакет. - Мне кажется, что у Санта-Клауса жутко лезли волосы из бороды, и на этот раз он был не слишком внимателен, уничтожая следы своего пребывания.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20