«Пророки и безумцы, властители дум, земные боги... Тайна славы, загадки решений, менявшие судьбы мира, губительные молнии истории и, наконец, чертеж Господа в судьбах людей... Обо всем этом – в книге».
Эдвард Радзинский
Извините, данная книга недоступна в связи с жалобой правообладателя.
Вы можете прочитать ознакомительный фрагмент книги.
Давно читал первую книгу, понравилась.
Долго не мог найти вторую и вот вроде попалась!
Спасибо создателям сайта!
Жаль только что Яву включать приходится.
И это очень важно, на наших глазах озлобленный на весь мир человек, действующий лишь по велению интуиции, то рушащий мир собственными руками, то спасающий его, вдруг превращается в смиренного мужчину, познавшего мудрость и заглянувшего в чистые сердца людей, готового дальше сражаться.
С другой стороны нам открываются и многие другие персонажи, Кара - умеет любить, Кэлен - в очередной раз демонстрирует силу духа и умение вести бой, бывшие союзники - оказываются предателями, а сестра Тьмы - возвращается на путь жизнь и веры.
Эта книга одна из решающих, она открывает зрителю кусочек надежды, но и умалчивает о дальнейших победах. В ней почти нет грандиозных сражений и кульминационных моментов, как таковых. Но как материнское заклятие связало Кэлен и Никки, так все персонажи оказываются переплетены тонкими ниточками, а точнее 1 ниточкой, идущей от Ричарда, может и не произошло ничего глобального в целом, но каждый из персонажей принял важные решения и повернул свою судьбу в другое русло, их жизнь больше не будет прежней.
Нравится жанр социальная драма, ищу днем с огнем рассказы, повести про опустившихся людей. Единственное что нашел это повесть Дресвянникова "сказки пьяного леса". А это можно отнести к какой нибудь сатирической фантазии, но ни как не к драме...
Искусственная поделка. В 25 году у нее - светофоры вдруг откуда-то взялись в Ленинграде (или за 10 лет жизни за границей она на радостях стала путаться в фактах и событиях?), груз, если подмочат, вдруг почему-то должны признать негодным, и куча подобных фантастических измышлизмов. Персонажи ходульные, полудохлые, вся страна, конечно же, куча г..., из которого одна Алиса Розенбаум вырвалась вся в белом. Осталось одно стадо. Язык отвратительный, серый, местами перегруженный метафорами, местами хуже телеграфного. Три слова лейтмотивом через "многабукав" - для всего - для описания характера, поведения, и т.д. и т.п. - повелительно, насмешливо, медленно. Но пипл, как известно, не брезглив...
Современные писатели отдыхают. Золя не зря признан классикой литературы. Но после прочтения "Проступка" остается чувство жестокости, несправедливости и безнаказанности.