Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Знак Единорога - Змеиный Маг (Врата смерти - 4)

ModernLib.Net / Художественная литература / Уэйс Маргарет / Змеиный Маг (Врата смерти - 4) - Чтение (стр. 7)
Автор: Уэйс Маргарет
Жанр: Художественная литература
Серия: Знак Единорога

 

 


      Должна заметить, что это меня заинтересовало. Хотя я жила среди людей и эльфов, но никогда не видела, как люди колдуют, и была удивлена, что Элэйк пригласила нас. Она сказала, что наша "энергия" будет помогать ей. Лично я думаю, что она просто боялась остаться одна, но предпочитаю помалкивать.
      Я попробую объяснить, как сумею, взгляды на магию жителей Фондры и Элмаса, а также точку зрения гномов.
      Все - и эльфы, и гномы, и люди - верят в Единого, некую великую силу, поместившую нас в этот мир, наблюдающую за нами, пока мы здесь, и встречающую нас, когда мы покидаем его. Но, однако, каждый народ представляет себе Единого по-своему.
      Основное в вере гномов - утверждение, что все гномы пребывают в Едином и Единый присутствует во всех гномах. Таким образом, ущерб, нанесенный одному гному, наносится, тем самым всем гномам а, следовательно, Единому. Поэтому гном не может умышленно убить или обмануть другого гнома. (Конечно, потасовка в таверне - не в счет. Хороший удар в челюсть обычно считается полезным для здоровья.)
      В древности гномы верили, что Единый интересуется главным образом нами. Что же касается эльфов и людей, если они действительно были созданы Единым (некоторые придерживались мнения, что они само зародились, как поганки), то это, наверно, была случайность, или они задумывались как сила, противопоставленная Единому.
      Но, однако, долгие циклы сосуществования научили нас принимать друг друга. Мы знаем, что Единый заботится обо всех нас (хотя некоторые старики до сих пор утверждают, что гномов Единый любит, а эльфов и людей только терпит).
      Люди верят, что Единый правит всем, но что его можно обмануть и задобрить, как любого вождя фондрян. Вот поэтому люди вечно пристают к Единому с просьбами и требованиями. Также люди верят, что у Единого есть мелкие духи для выполнения задач, которые слишком малы для Него самого. (Это так по-человечески!) На этих мелких духов люди и воздействуют при помощи своей магии. Фондряне бывают, ужасно довольны, когда им удаётся ускорить смену времен года, вызвать ветер, дождь или разжечь огонь
      Жители Элмаса придерживаются гораздо более умеренных взглядов на Единого. По их представлению, Единый некогда придал движение этому миру и теперь сидит и снисходительно наблюдает за ним - как за яркими, блестящими игрушками, которыми Сабия забавлялась в детстве. И к магии эльфы относятся не как к чему-то духовному и вызывающему благоговение, а как к развлечению или как к приспособлению, помогающему в работе.
      Хота Элэйк было всего шестнадцать лет (по нашим меркам - сущее дитя, но люди взрослеют быстро), но она уже считалась опытной колдуньей, и я знала, что самым заветным желанием ее матери было передать дочери руководство ковеном.
      Мы с Девоном смотрели, как Элэйк встала перед алтарем, который она соорудила в пустом трюме на второй палубе. Надо сказать, что на нее было приятно смотреть.
      Элэйк высокого роста и хорошо сложена, (Между прочим, я никогда не завидовала людям из-за их роста.) Старая гномья поговорка гласит: "Длинный, как палка, легкий, как щепка". Но должна заметить, что Элэйк очень изящно двигается. Кожа у нее эбеновая. Ее черные волосы заплетены во множество косичек, ниспадающих на спину, и каждая косичка заканчивается синей или оранжевой бусиной - это цвета ее племени. Если она не подбирает свои косички, то при ходьбе бусины звенят друг о друга, как сотни маленьких колокольчиков.
      Она была одета, по обычаям фондры, в сине-оранжевый кусок ткани, обернутый вокруг тела (только фондряне умеют так заворачиваться). Свободный конец был наброшен на правое плечо (это указывало, что она не замужем - замужние женщины крепят его на левом плече).
      Ее руки украшали серебряные церемониальные браслеты, в ушах висели серебряные колокольчики.
      - Я никогда не видела, чтобы ты носила эти браслеты, Элэйк, - сказала я, чтобы нарушить тишину, которая стала совсем уж гнетущей. - Это твои или твоей матери? Или это подарок?
      К моему удивлению, Элэйк, которая всегда любила хвастать новыми драгоценностями, отвернулась, ничего не ответив.
      Я подумала, что она просто не расслышала.
      - Элэйк, я спросила...
      Девон двинул меня локтем в бок.
      - Тсс! Не говори ничего о ее драгоценностях!
      - Это еще почему? - раздраженно прошептала я. Честно говоря, мне уже надоело ходить на цыпочках и опасаться задеть кого-нибудь.
      - Она надела свои погребальные украшения, - пояснил Девон.
      Я была потрясена. Конечно, я слышала об этом обычае. Новорожденной девочке на Фондре дарят серебряные браслеты и серьги, чтобы она надела их на свадьбу, а потом передала своей дочери. Но если девушка умирает до свадьбы, то эти украшения надевают на нее, прежде чем отправить по волнам Доброго моря, чтобы она соединилась с Единым.
      Я почувствовала себя скверно и попыталась сказать что-нибудь, чтобы загладить неловкость, но поняла, что слова тут не помогут. Поэтому я просто села и попыталась проявить интерес к тому, что делает Элэйк.
      Девон сел рядом со мной. Мебель на корабле была рассчитана на гномов Я посмотрела, как он устраивается на низеньком табурете, и на его коленки, торчащие в разные стороны, и мне стало неловко перед эльфом.
      Элэйк бесконечно долго раскладывала предметы на алтаре, останавливаясь над каждым, чтобы помолиться.
      - Если все люди так же молятся по поводу каждой мелочи, то боюсь, Единый давно уже заснул! - Я сказала это безо всякой задней мысли, но Элэйк услышала и укоризненно посмотрела на меня.
      Я сочла за лучшее сменить тему, и, взглянув на Девона, облаченного в наряд Сабии, решила спросить о том, что уже давно интересовало меня.
      - Как ты ухитрился уговорить Сабию позволить тебе занять ее место?
      Конечно же, об этом тоже не стоило говорить. Девон, только что выглядевший почти веселым, сразу погрустнел и отвернулся. Элэйк обернулась и проворно ущипнула меня.
      - Не смей напоминать ему об этом!
      - Ну конечно! - проворчала я, потеряв терпение. - Я не должна говорить Элэйк про ее украшения. Я не должна говорить Девону про Сабию, несмотря на то, что он носит ее одежду и выглядит в платье просто по-дурацки. Ладно, если вы оба забыли, то я вам напоминаю, что это и мои похороны, и что Сабия была и моей подругой тоже. И не надо изображать, будто у нас праздничное путешествие. Все равно это не так. У нас, гномов, говорится: не стоит глотать свои слова это портит пищеварение.
      Элэйк изумленно уставилась на меня. Девон изобразил какое-то подобие улыбки.
      - Ты права, Грюндли, - признал он, не отрывая печального взгляда от разукрашенного лентами, цветами и кружевами платья. Мужчины у эльфов почти такие ж хрупкие, как женщины, но они шире в плечах, и я заметила, что кое-где платье норовит разойтись по швам. - Мы должны говорить о Сабии. Я хотел говорить о ней, но боялся причинить вам боль.
      Элэйк порывисто схватила Девона за руки.
      - Я горжусь тобой, друг мой, горжусь твоим мужеством и самоотверженностью! Я не знаю мужчины, который был бы более достоин уважения!
      От людей нечасто можно услышать такие похвалы. Девон был тронут. Он покраснел и покачал головой.
      - Это был всего лишь мой эгоизм, - тихо сказал он. - Как бы я жил, зная, что она умерла... и зная, как она умерла. Мне будет нетрудно умереть, если я буду знать, что она в безопасности.
      Я удивилась, почему он не подумал, как она будет себя чувствовать, когда поймет, что он умер вместо нее. Но все мужчины - что эльфы, что гномы, что люди - одинаковы.
      - Так как же ты убедил ее отпустить тебя? - продолжала настаивать я. Зная Сабию и ее решимость, я не иогяа поверить, что она легко согласилась на это.
      - Я не убедил ее, - сказал Девон и покраснел еще сильнее. - Вот что ее убедило, если хотите знать.
      Он поднял сжатые кулаки и показал нам разбитые костяшки.
      - Ты ударил ее! - ахнули мы с Элэйк.
      - Я умолял ее позволить мне занять ее место. Она отказала. Говорить было больше не о чем, и тогда я: сделал единственное, что мог, чтобы удержать ее. Я ее ударил. А что мне еще оставалось? Я был в отчаянии. Поверьте, мне в жизни не приходилось делать ничего труднее.
      Я могла в это поверить. Эльф, случайно наступивший на паука, потом целый день будет мучиться угрызениями совести.
      - А что касается украшений, - сказала Элэйк, теребя браслеты, - то они мои, Грюндли. Их подарила мне мама, когда я родилась. Я не могла никак иначе сообщить родителям, куда я отправляюсь и что собираюсь делать. Я попыталась написать письмо, но не смогла выразить свои чувства словами. Но когда мама увидит, что браслетов нет, она все поймет.
      Элэйк вернулась к алтарю. Девон одернул тесные рукава, которые мешали ему двигаться. Мне хотелось сесть и разрыдаться. Хоть мы и выговорились, легче нам не стало
      - Вот и верь после этого гномьим пословицам, - пробормотала я себе в бакенбарды.
      - Теперь я готова начать, - сказала Элэйк, и я вздохнула с облегчением.
      Элэйк запретила мне подробно описывать церемонию, но я в любом случае не смогла бы этого сделать, поскольку мало что поняла. Все, что я могу сказать, что в этом участвовали соленая треска (любимое лакомство дельфинов) и флейта и что Элэйк пела много странных слов я издавала звуки наподобие рыбьих. (Люди могут разговаривать на языке дельфинов. Гномы, наверное, тоже могли бы, только зачем нам это надо? Дельфины вполне прилично говорят по-гномьи.)
      Я задремала под флейту и очнулась, только когда Элэйк заговорила нормальным языком.
      - Дело сделано. Скоро дельфины будут здесь.
      Я думаю, если бы мы просто оросили треску в воду, результат был бы ничуть не хуже. Уж не знаю, чем она могла помочь, лежа на серебряном блюде на алтаре. Возможно, Элэйк думала, что вонь приманит дельфинов.
      Как вы уже могли понять, я не придаю большого значения ни эльфийской, ни человеческой магии, и представьте себе, как я удивилась, когда мы услышали глухие удары по корпусу корабля.
      - Они приплыли, - обрадованно сказала Элэйк и заторопилась к шлюзу, чтобы встретить их. Ее бусины позванивали, а босые ноги (люди редко носят туфли) быстро шлепали по палубе
      Я взглянула на Девона, который пожал плечами и приподнял брови. Он собирался позвать дельфинов при помощи магического дельфиньего свистка, издающего не слышные для нас звуки. Девон, однако, уверял меня, что дельфины слышат эти звуки и считают их приятными.
      Мы поспешили за Элэйк.
      Наш корабль состоял из четырех палуб (счет идет снизу вверх). Конечно, по сравнению с солнечными охотниками он невелик, но именно на нем королевская семья всегда плавала в другие земли.
      Четвертая палуба - самая верхняя (если не считать наружной) Там находится навигационная рубка, в которую ни у кого из нас не хватало храбрости зайти. Из навигационной рубки спускался трап, который вел вниз, на остальные палубы. В задней стене навигационной рубки, на корме, находятся огромные окна, из которых открывается вид на землю (или на море, смотря, где вы в данный момент находитесь) Морское солнце, сияя сквозь воду, наполняет палубу прекрасным сине-зеленым светом. Снаружи находится открытая палуба, окруженная перилами. Только у людей может хватить дури выйти туда., когда корабль движется.
      Грузовой трюм находится на третьей палубе. За ним расположена общая комната, которая может служить столовой, кают-компанией или местом, где можно потренироваться в метании топора. В этой каюте окна маленькие, расположенные вдоль бортов судна. За общей комнатой идут комнаты королевской семьи и экипажа корабля, мастерская и, наконец, комната, где находится эльфийский магический кристалл, приводящий корабль в движение.
      На второй и первой палубе расположены в основном грузовые трюмы и еще водные шлюзы. Если вы не гном, вы наверняка не знаете, что это такое. Как я уже упоминала, ни один гном не умеет (или не хочет учиться) плавать. Гном, свалившийся за борт, утонет, если его не выловить и не вернуть на твердую поверхность. Вот потому-то на всех наших кораблях устроены шлюзы - чтобы можно было спасти гнома, упавшего в воду.
      Мы нашли Элэйк рядом с шлюзом. Она припала к иллюминатору и всматривалась в воду. Услышав наше приближение, она обернулась. Глаза у нее были расширены
      - Это не дельфини. Это человек По крайней мере, мне кажется, что это человек, - с сомнением добавила она
      - Так человек или не человек? - спросила я. - Не можешь сказать?
      - Посмотри сама. - Элэйк была потрясена.
      Мы с Девоном приникли к иллюминатору, причем эльфу пришлось сложиться вдвое, чтобы опуститься до моего уровня.
      То, что мы там увидели, выглядело как человек. Или, возможно, правильнее будет сказать, что оно не было похоже на эльфа или гнома. Он был выше гнома, и глаза у него были круглыми, а не миндалевидными. Но цвет кожи у него был не такой, как у нормальных людей, а белый, как тесто. Губы у него были синими, а глаза - впалыми, еще их окружали фиолетовые пятна. Из одежды на нем были только плотные коричневые штаны и изорванная белая рубашка. Он цеплялся за обломок доски и был, как мне показалось, едва жив
      Глухой удар, который мы слышали, вероятно, произошел при столкновении этого человека с корпусом корабля. Он мог увидеть нас сквозь иллюминатор и снова слабо попытался постучать по борту. По-видимому, он был очень слаб, и рука опустилась, словно у него не было сил поднять ее. Он повис на доске, ноги болтались вводе
      - Кто бы он ни был, долго он не протянет, - сказала я
      - Несчастный, - пробормотала Элэйк, во взгляде у нее была жалость. - Мы должны помочь ему, - с живостью сказала она и направилась к трапу, который вел на вторую палубу. - Мы возьмем его на борт. Согреем его, накормим, - она оглянулась и увидела, что мы не сдвинулись с места. - Пойдемте же! Он тяжелый, я сама не справлюсь.
      Люди. Вечно несутся что-то делать. Никогда не остановятся, чтобы подумать. К счастью, родом с ней есть гном.
      - Подожди минуту, Элэйк. Вспомни, куда мы плывем. Подумай, что с нами должно случиться.
      Элэйк нахмурились, недовольная тем, что ей перечат.
      - Ну и что с того! Этот человек умирает! Мы не можем бросить его!
      - Может быть, это самое лучшее, что мы можем для него сделать, - тихо сказал ей Девон.
      - Если мы спасем его сейчас, то просто сохраним его для более ужасной судьбы.
      Мне не хотелось говорить так резко, но иногда это единственный способ достучаться до людей. Элэйк наконец поняла, о чем мы говорим, и как-то съежилась. Могу поклясться, она даже ростом стала меньше. Она застыла у трапа. Опустив глаза, она бесцельно поглаживала деревянные перекладины.
      Корабль увеличил скорость. Скоро мы оставим этого человека далеко позади. Он, видимо, понял это и из последних сил попытался догнать нас. Зрелище было душераздирающее. Я отвернулась. Но мне следовало бы знать, что Элэйк: не устоит.
      - Его послал Единый, - заявила она и стала карабкаться по трапу. - Его послал Единый в ответ на мою молитву. Мы должны спасти его!
      - Ты же просила дельфина, - раздраженно заметила я.
      Элэйк ничего на это не ответила, лишь наградила меня уничтожающим взглядом.
      - Не богохульствуй, Грюндли. Ты умеешь управляться с этой штукой?
      - Умею, только надо, чтобы Девон мне помог, - пробурчала я и пошла за ней.
      На самом деле я могла бы сделать это и сама - я, пожалуй, посильнее эльфийского принца, - но я хотела поговорить с Девоном. Я велела Элэйк присмотреть за плывущим и увела Девона на вторую палубу, к верхней части шлюза. Я вгляделась сквозь окно в освещенную солнцем внутреннюю часть и повернула рукоятку, чтобы убедиться, что люк шютно закрыт. Девон помогал мне
      - Как ты думаешь, этого человека послал Единый? - настойчиво прошептала я эльфу на ухо. - Или его послали змеи-драконы, чтобы следить за нами? Девон потрясенно посмотрел на меня.
      - Tы думаешь, это возможно? - спросил он, больше мешая мне, чем помогая. Я отпихнула его.
      - А ты нет?
      - Я могу предположить. Но зачем это им? Мы и так в их власти. Мы не можем бежать, даже если бы захотели.
      - А зачем им все остальное? Все, что я знаю, - что я не могу доверять этому человеку, если он вообще человек. А тебе, я думаю, лучше пока побыть Сабией
      Я повернулась и стала спускаться по трапу. Девон последовал за мной, одергивая юбку.
      - Да, возможно, ты права. А как быть с Элэйк? Ты должна сказать ей.
      - Нет, не я. Она подумает, что я просто подыскиваю другой предлог, чтобы избавиться от него. Скажи ей сам. Тебя она послушает. Иди. Тут я сама справлюсь
      Мы снова были на первой палубе. Девон отправился к Элэйк, и я наконец-то могла работать без помех. Я не слышала их разговора, но я и так могла сказать, что сперва Элэйк не согласится с нами - она так затрясла головой, что ее колокольчики отчаянно зазвенели.
      Но Девон терпеливо продолжал уговаривать ее. Она посмотрела на меня, потом на этого человека, и ее лицо стало озабоченным и задумчивым. В конце концов она с несчастным видом кивнула.
      Стоя перед окном, выходящим в шлюз, я взялась за рычаги и дернула их вниз. Панель, закрывавшая шлюз, отошла в сторону. Бурлящая и клокочущая вода хлынула внутрь, затащив с собой множество возмущенных рыб (не дельфинов) и человека.
      Я подождала, пока Вода достигнет определенного уровня, и опустила панель.
      - Поймала! - крикнула я.
      Мы вернулись на вторую палубу, к верхней части шлюза. Я открыла его и посмотрела вниз. Если бы это был гном, он лежал бы на дне шлюза, и нам пришлось бы вытаскивать его багром. Но поскольку это был человек, он плавал на поверхности воды, и до него можно было дотянуться.
      - Мы с Элэйк управимся с ним, - тихо сказала я Девону. - А ты пока сходи надень свой шарф.
      Девон ушел. Элэйк принялась помогать мне, и вдвоем мы сумели вытащить этого человека и поднять его на палубу. Я закрыла и запечатала шлюз, открыла нижнюю панель, позволив разъяренным рыбам выплыть, и запустила помпы. Потом я повернулась посмотреть на наш улов
      Должна признать, что когда я рассмотрела оказавшегося на борту человека, то была близка к тому, чтобы изменить свое мнение. Если бы змеи хотели отправить к нам шпиона, они могли бы подобрать кого-нибудь получше.
      Он представлял собой жалкое зрелище, когда вот так вот лежал на палубе, дрожа всем телом, кашлял, отплевываясь и задыхаясь, как рыба, вытащенная на берег. Элэйк явно никогда не сталкивалась ни с чем подобным. К счастью, я сталкивалась.
      - Что с ним такое? - встревоженно спросила она
      - Он переохладился и к тому же никак не перейдет с дыхания водой обратно на дыхание воздухом.
      - Думаешь? И что нам с ним делать?
      - Гномы иногда падают в воду, так что я знаю, что бы я с ним делала, будь он гномом. Его надо согреть, изнутри и снаружи. Давайте укроем его одеялом и дадим ему столько бренди, сколько он сможет выпить.
      - Ты уверена? - с сомнением посмотрела на меня Элэйк. - Я имею в виду насчет бренди.
      "Пьет, как гном" - так говорят на Фондре. А теперь догадайтесь, кто покупает большую часть вашего бренди
      - Его надо напоить до потери сознания. Сейчас его разум говорит телу, что надо дышать водой, потому-то он и задыхается. Сознание надо чем-то отвлечь, тогда тело спокойно вернется к дыханию воздухом, - объяснила я
      - Ага, поняла. Грюндли, принеси мне, пожалуйста, бутылку бренди и мой мешочек с травами. И если встретишь Де... Сабию, скажи ему, то есть ей, чтобы он... она принесла мне все одеяла, которые найдет
      М-да, это трудно было назвать хорошим началом. К счастью, человек был слишком занят своими попытками выжить, чтобы обращать внимание та то, что Элэйк запуталась в словах. Я отправилась в кладовую за бренди и столкнулась с возвращавшимся Де.. Са-бией. Он закутался в свой шарф и еще набросал на плечи шаль, чтобы скрыть лопнувшие швы. Я передала ему поручение Элэйк. Он вернулся к себе за одеялами.
      Я продолжила путь, думая о том, что сказала Элэйк. Странно, что этот человек не привык находиться в воде. Фондряне проводят очень много времени в Добром море и потому никогда не испытывают состояния, которое у гномов называется отравлением водой. Человек явно был не с Фондры. Тогда кто же он такой и откуда взялся?
      - Это было уже превыше моего гномьего понимания.
      Добравшись до кладовой, я взяла первую попавшуюся бутылку бренди, открыла ее и отхлебнула, чтобы проверить, достаточно ли оно хорошее.
      Оно было хорошим. Я вытерла глаза.
      Потом я сделала еще пару глотков, заткнула пробку обратно, разгладила бакенбарды и поспешила обратно к нашему пассажиру. Элэйк и Девон подняли его в босунское кресло - стул на веревках, который используют для того, чтобы поднимать наверх пострадавших или тех, кто слишком толст, чтобы карабкаться по лестницам. Мы переправили нашу находку на вторую палубу, в одну из кают, предназначенных для экипажа.
      К счастью, он уже мог идти, хотя ноги у него заплетались, как у новорожденного котенка. Элэйк расстелила кучу одеял. Человек опустился на них, и мы его укрыли. Он все еще задыхался, и ему явно было больно.
      Я предложила ему бутылку с бренди. Он, похоже, понял и потянулся к ней. Я поднесла бутылку к его губам, он глотнул. Задыхаться он перестал, но зато так закашлялся, что я испугалась, как бы наше лекарство его не доконало. Но бутылку он не выпустил. Он сумел сделать еще несколько глотков, прежде чем от слабости опуститься на одеяла. К этому моменту его дыхание уже начало выравниваться. Он обвел нас взглядом. Его взгляд был пристальным, но глаза ничего не выражали.
      Вдруг он сбросил с себя одеяла Элэйк закудахтала, как курица, которая видит, что цыпленок выбрался: из-под ее крылышка.
      Человек не обратил на нее никакого внимания. Он пристально смотрел на свои руки и отчаянно тер их. Потом в отчаянии закрыл глаза и упал обратно на одеяла.
      - Что случилось? - спросила Элэйк, опускаясь на колени рядом с человеком. - Вы ранены? Мы можем вам чем-нибудь помочь?
      Она попыталась прикоснуться к нему, но он отшатнулся и зарычал, как раненый зверь.
      Элэйк продолжала настаивать.
      - Я не причиню вам вреда. Я только хочу помочь вам.
      Он продолжал смотреть на нее, и я видела, как он морщит лоб в бессильном гневе.
      - Элэйк, - тихо сказала я, - он тебя не понимает. Он вообще не понимает, о чем ты говоришь.
      - Но я же говорю на языке людей.
      - Дев...Сабия, попробуй-ка ты, - сказала я, сбившись, как и Элэйк. - В конце концов, может, он не человек.
      Эльф опустил шарф пониже.
      - Откуда вы? Как вас зовут? - спросил он на мелодичном языке Элмаса, медленно и внятно выговаривая слова.
      Незнакомец, нахмурившись, перевел взгляд на Девона. Гнев в его взгляде перерос в ярость. Приподнявшись на одной руке, он закричал на нас. Мы не могли понять его, но здесь не нужен был переводчик.
      - Убирайтесь! - кричал он. - Убирайтесь и оставьте меня в покое!
      Силы покинули его, и он со стоном упал обратно. Его глаза закрылись, на теле выступила исшрина. Но губы продолжали шевелиться, хоть у него и не было сил говорить вслух.
      - Бедненький, - тихо сказала Элэйк. - Он потерялся, болен и испуган.
      - Может быть, - сказала я, хотя по этому вопросу у меня было свое мнение, - но я думаю, лучше мы сделаем так, как он хочет.
      - Думаешь, с ним будет все в порядке? -Элэйк не могла оторвать от него глаз
      - Он будет в порядке, - заверила я Элэйк, подталкивая ее к двери.
      - Грюндли права, - добавил Девон. - Мы должны оставить его и дать ему возможность отдохнуть.
      - Мне кажется, я должна остаться с ним, - сказала Элэйк.
      Мыс Девоном встревоженно переглянулись. Дикие вопли чужака и выражение его лица нам сильно не понравились. Нам и без того хватало забот, так теперь еще и сумасшедший на нас свалился.
      - Тсс, - прошипела я, - ты его разбудишь. Давайте поговорим в коридоре.
      Мы вытащили не желавшую уходить Элэйк из комнаты.
      - Кто-то из нас должен присматривать за ним, - прошептал Девон мне на ухо.
      Я кивнула в знак согласия. Один из нас, но не Элэйк.
      - Я принесу сюда свое одеяло... - она уже прикидывала, как будет ночевать рядом с ним.
      - Нет-нет, отправляйся спать, Я сама с ним посижу. Я больше тебя понимаю в его болезни, - пресекла я ее возражения. - В любом случае он теперь надолго уснет. Будет лучше, если ты сейчас отдохнешь и сможешь ухаживать за ним утром, когда он придет в себя.
      Она перестала возражать, но все еще колебшась, глядя на закрытую дверь за моей спиной.
      - Ну, я не знаю...
      - Если будет нужно, я сразу тебя позову, - сообщила я. - Ты же не захочешь, чтобы он увидел тёбя утром с покрасневшими глазами и сонную, правда?
      Это окончательно ее сразило. Элэйк пожелала нам спокойной ночи, бросила украдкой последний взгляд на своего подопечного, улыбнулась чему-то своему и пошла по коридору.
      - И что же нам теперь делать? - спросил Девон, когда она ушла.
      - А я откуда знаю? - раздраженно огрызнулась я.
      - Ну ты же девушка. Вы знаете про эти вещи.
      - Какие еще вещи? - спросила я, хотя и так знала, что он скажет.
      - Это же очевидно. Она в него влюбилась.
      - Фу! Я помню, как-то раз она спасла раненого волчонка. Она забрала его домой и возилась с ним точно так же.
      - Это не волчонок, - серьезно сказал Девон. - Он молод, силен, красив и хорошо сложен, даже для человека. Мы с Элэйк его еле дотащили.
      Да и кроме этого, проблем хватало. Если человек впадет в буйство и решит разнести корабль на части, нам будет трудно помешать ему. И как насчет змеев? Они явно продолжали управлять нами - корабль по-прежнему несся сквозь толщу воды. Знают ли они, что на борту чужой? Или им все равно?
      Я отхлебнула еще бренди.
      - Пошли-ка спать, - сердито сказала я Девону. - Все равно мы ночью ничего не решим. Авось к утру что-нибудь случится.
      И случилось.
      Я вернулась в комнату, где лежал чужак, и устроилась в темном углу у двери. Если он проснется, я успею встать и выйти прежде, чем он поймет, что происходит.
      Его сон был неспокойным. Он метался под одеялами, бормоча что-то на своем языке. Слова, был и непонятны мне, отрывисты и полны ненависти и гнева. Время от времени он вскрикивал, а один раз он испустил ужасный вопль, подскочил и уставился прямо на меня. Я вскочила и только возле двери поняла, что он: вообще меня не видит.
      Он улегся обратно. Я вернулась на свое место. Он цеплялся за одеяло, снова и снова повторяя одно и то же слово. По звучанию оно было похоже на слово "собака". А иногда он стонал, тряс головой и кричал: "Повелитель!"
      В конце концов он совершенно изнемог и впал в забытье
      Думаю, я могу признаться в том, что я поддерживала огонь мужества в своем сердце, щедро подливая в него бренди. Я больше не боялась этого человека. (Я уже вообще мало что чувствовала.) Думал, что он крепко спит, я решила присмотреться к нему поближе. Например, проверить карманы, если, конечно, они у него есть.
      Поколебавшись, я поднялась на ноги. (Корабль, кажется, стало качать сильнее, чем мне помнилось) Я подошла к незнакомцу и наклонилась над ним. То, что я увидела, протрезвило меня не хуже порошка из черного корня, который готовит моя мама.
      Я не помню, что произошло потом, до того момента, как оказалось, что я с жуткими воплями мчусь куда-то по коридору.
      Элэйк стояла в дверном проеме, кутаясь в халат, и с ужасом глядела на меня. Девон выскочил из своей комнаты, как на пожар. Ему даже спать приходилось в платье. Бедный парень. У него просто не было с собой никакой одежды, кроме платьев Сабии.
      - Это ты кричала? Что случилось? - вцепились они в меня вдвоем. - В чем дело?
      - Чужой человек! - я с трудом перевела дыхание. - Он... синеет!
      - Он умирает! - ахнула Элэйк и понеслась к комнате.
      Мы побежали за ней. Девон вовремя вспомнило том, что надо прихватить вуаль, и набросил ее на голову.
      Я думаю, чужака разбудили мои вопли. (Девон после сказал мне, что он решил, будто за мной гонятся все змеи-драконы Челестры.) Человек сидел на постели и рассматривал свей руки так, словно не мог поверить, что они действительно принадлежат ему.
      Я его не виню. Если бы со мной такое случилось, я бы таращилась точно так же. Как бы это описать? Я знаю, что вы мне же поверите. Но клянусь Единым, что руки, шея и грудь этого человека были покрыты синими письменами
      Мы влетели в каюту прежде, чем поняли, что человек полностью пришел в себя. Он поднял голову и посмотрел на нас в упор. Мы попятились. Даже Элэйк была испугана. Лицо чужака было мрачным и угрюмым.
      Но, словно почувствовав наш страх, он попытался успокаивающе улыбнуться.
      И я, помнится, подумала, что на этом лице нечасто появлялась улыбка.
      - Не бойтесь. Мое имя Эпло, - произнес он, обращаясь к Элэйк. - А как зовут вас?
      Мы не ответили. Чужак говорил на языке жителей Фондры.
      Говорил правильно и бегло.
      А потом он...
      Придется сделать перерыв. Меня зовет Элэйк. Пора обедать.
      И мне действительно очень хочется есть.
      Глава 10
      СУРУНАН. ЧЕЛЕСТРА
      Сартаны под предводительством Самаха возвращались к жизни с энергией, ошеломившей Альфреда. Народ выходил из склепов в мир, который сартаны некогда создали для себя. Магия сартанов быстро вдохнула жизнью все вокруг, и все стало таким прекрасным, что у Альфреда не раз наворачивались на глаза слезы радости.
      Сурунан. Это слово происходило от руны, обозначающей центр - центр, сердце их цивилизации. По крайней мере, он для этого предназначался. К несчастью, это сердце перестало биться.
      Но теперь оно снова ожило.
      Альфред гулял по улицам города и изумлялся их красоте. Здание были построены из розового и жемчужно-белого мрамора, принесенного еще из старого мира. Высокие шпили, возведенные магией, парили в изумрудно-бирюзовом небе. Бульвары, аллеи, прекрасные сады, спавшие таким же глубоким сном, как и их создатели, были оживлены магией. И все улицы вели к сердцу Сурунана - зданию Совета.
      Альфред давно забыл, какое это удовольствие - находиться среди себе подобных. Ему так долго приходилось таиться и скрывать свою истинную природу, что для него было подлинным блаженством не беспокоиться, как бы случайно не выдать свою магическую силу. Но даже в этом новом прекрасном мире, среди своего народа, он никак не мог почувствовать себя уютно и легко.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25