Современная электронная библиотека ModernLib.Net

История религии (Том 2)

ModernLib.Net / Религия / Мень Александр / История религии (Том 2) - Чтение (стр. 34)
Автор: Мень Александр
Жанр: Религия

 

 


      Триумфы насилия и язычества в мире, видимое торжество Ассирии, Вавилона, Персии, Македонии были для пророков не просто войной Хаоса против Бога, а плодом какого-то извращения в духовном мире.
      До плена дух-противник (евр. Сатана) вообще не упоминается в Ветхом Завете. Но как только опасность многобожия была устранена, он появился в иудейских писаниях. Сначала о нем говорится очень осторожно, и можно принять его лишь за одного из ангелов, которому поручено испытывать человека (Иов 2,1 сл.; Зах 3,1 сл.; Пар 21,1). Но постепенно грандиозные исторические перевороты и трагические события в мире открывают иудеям наличие темных сил, властвующих в человечестве. Боги, которым поклоняются великие монархии, предстают в обличий демонов, а сами монархии - в виде сатанинских царств.
      В эпоху гонения на веру (II в. до н. э.), когда Иерусалим с оружием в руках отстаивал Библию и Откровение от посягательств эллинизма, возникает апокалиптическая литература, для которой всемирная борьба протекает уже не в плане природы, а в плане духа (см.: J. McKenzie. Dictionary, p. 421).
      Первый апокалипсис - Книга Даниила - рисует мировые державы в виде отвратительных тварей, выходящих из моря. (Дан 7,2). Этим чудовищам противостанет царство Сына Человеческого, в Ком осуществится Сионский Завет, Чье владычество будет вечным (Дан 6, 14). Это не Кто иной, как грядущий Помазанник, Мессия, Который завершит дело Божие и установит день Господень. Но царство Сына Человеческого достигается через борьбу Мессии с легионами тьмы.
      Таким образом, библейский мессианизм решительно отвергает сакральные монархии и отождествляет их дух с Духом Зла. Сатана оказывается вдохновителем нечестивых и преступных. Появляется новый образ, символизирующий уже не физический Хаос, а силу Греха (см.: Н. Ringgren. Israelite Religion, р. 313, ff).
      Выступление образа Сатаны не есть простое порождение фантазии или заимствование у персов. Его возникновение, как верно говорит Буйе, "есть не что иное, как применение древнейших еврейских идей, потребовавшееся ввиду новых обстоятельств и нового опыта. Силы природы, которым поклонялись народы Ханаана и их соседи, уже при самом возникновении ягвистской религии были осуждены как пагубные и положительно враждебные Ягве. С самого начала Его появления в Израиле Ягве - "Бог ревнивый", и именно оттого ревнивый, что необходимо выбирать между Ним и блудодействием с ваалами. Когда же религиозный кругозор Израиля расширяется и его постепенно просвещающемуся сознанию становится вполне ясно, что Ягве - единственный Творец и что все существа зависят только от Него одного, эти космические силы представляются уже всего только взбунтовавшимися слугами, старающимися выдать себя людям за то, чем они не являются. А когда оказывается, что связанные с Ним земные царства преобладают в текущей истории и не могут быть вытеснены без великого и последнего проявления Ягве, Израиль, вполне естественно, приходит к мысли, что именно падением космических сил и вызвано общее падение "нынешнего века", "зона" (Л. Буйе. О Библии и Евангелии, с. 149).
      В т. н. Апокалипсисе Исайи, написанном, вероятно, после плена, пророк говорит о падении Вавилона. И это событие перерастает у него во всемирно-историческую катастрофу падения богопротивной власти:
      Как упал ты с неба
      Денница, Сын Зари! Разбился о землю, попиравший народы.
      А говорил в сердце своем:
      Взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой
      И сяду на Горе в сонме богов на краю Севера.
      Взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему.
      Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней.
      Ис 14,12 сл.
      Таким образом, здесь демоничность всемирных держав сливается с общей катастрофой духовных миров, в своей гордыне избравших богоборческий путь. Нарушая Божественную волю, человек оказывается рабом Сатаны. Апокалипсисы уже прямо говорят, что "завистью дьявола в мир вошел грех" (Книга тайн Эноха 11,72), и эти же слова мы находим в Книге Премудрости (2,24).
      Итак, силы, восстающие против Бога, обнаруживаются и в царстве природы, и в царстве человека, и в царстве духовных существ.
      Кумранские тексты постоянно говорят о борьбе в мире, которая вдохновляется двумя началами, но эта борьба попущена Богом до времени (Устав III-IV, русск. пер. - "Палестинский сборник", 1959, Э 4, с. 33; см.: И. Амусин. Рукописи Мертвого моря. М., 1960, с. 176).
      Этот срок дает свободу противоборству света и тьмы, добра и зла. Оно закончится тогда, когда явится Сын Человеческий и низвергнет Дракона. В тот день Левиафан будет побежден (Апок. Баруха 29,4).
      Быть может, более других народов Израиль испытал на себе удары многоликого зла, но при всем этом его пророки оказались провозвестниками Спасения. У них не было спокойной просветленности Будды и мудрости греческих философов, но им открылась тайна мирового Становления, они увидели в грядущем День Господень. В Библии, говорит Анри де Любак, "историка поражает контраст между незаметностью начала Израиля и силой ростков, следовало бы сказать - взрывных сил, носителем которых он явился. Эта форма совершенно конкретная и облекающая самые высокие верования. Затем величественное развитие, это уверенное движение, хотя темное и неясное, к чему-то огромному и непредусматриваемому; нигде нет этому даже отдаленного подобия. Ничто не может сравниться с поразительной невнятицей профетической литературы; только благодаря отдельным ярким вспышкам она не гибнет в безысходных противоречиях. Всю оригинальность исторического характера религии Израиля можно понять только через то, чем она стала в религии Христа" (Н. de Lubac. Op. cit., p. 107).
      К тому моменту истории, который апостол назвал "исполнением времен", нарастание эсхатологического ожидания достигло предельной силы. Никогда в Израиле мессианизм так не захватывал все мысли и чувства людей. Он обнимал огромный диапазон: от грубых народных верований до возвышенных прозрений мистиков. Слова древних пророков повторяли и перечитывали, они обрели новую жизненность и вызывали жгучий интерес. Об этом свидетельствуют напряженные строки апокалипсисов и Кумранских свитков. То было необъяснимое, но властно стучавшееся в души предчувствие, тем более необъяснимое, что смысл и образ Мессианского царства понимался столь различно...
      И тогда на земле пророков, некогда обещанной Аврааму, явился Сын Человеческий. Он пришел возвестить Свое Царство, открыть людям Лик Божий, пришел бороться, умереть и победить смерть.
      12) Творение, Падение, Искупление
      Теперь настало время оглянуться назад и окинуть одним взглядом всю картину мирового процесса, как он раскрывается через Библию. Мы убедились, что Писание далеко от обольщений ложного оптимизма. В нем обнажается суровая чистота правды; оно смотрит в лицо бурям, бушующим в творении, и в то же время усматривает в этих кипящих волнах осуществление высокого призвания мира и человека.
      Логос и Хаос, Добро и Грех, Христос и Антихрист... Но не кажется ли для религиозного сознания эта борьба тьмы против Творца немыслимой? Нет ли в признании Борьбы ограничения абсолютности Бога?
      Отвечает на этот вопрос сама Библия. Она нигде не дает повода усомниться во всемогуществе Создателя: все ветхозаветные теофании свидетельствуют о Его всемогуществе, ибо Он - Ягве, Сущий от века. Но при этом через оба Завета проходит возвещение о Боге, умалившем Себя, как бы ограничившем Свою абсолютность ради тварных существ (ср.: Исх 33,18 и Флп 2,6-7). Уничижение Творца приводит нас к тайне Божественной Любви.
      "Бог есть Любовь" - свидетельствует апостол Иоанн. Одно из самых могущественных чувств, в котором человек открывает свое единосущие с другими "я", является символом для выражения предвечной мистерии Триединого. Мы знаем об этой тайне, ибо "Он дал нам от Духа Своего". Самим своим бытием мы обнаруживаем действие творческой Любви. Но истинная любовь чужда насилию и принуждению, она говорит тихо, она ведет и прислушивается, она ждет и страждет. И Божественное уничижение, рожденное жертвенной Любовью, не знает границ, восходя на Голгофу.
      Это немыслимое таинство - Бог, умаленный и страждущий, - смутно предощущалось в древних религиях. С силой, приводящей в трепет, оно открылось в Ветхом Завете. Господь скорбит над неверным Израилем: "Узами человеческими влек Я их, узами любви" (Осия 11,4). Посланник Неба, "Отрок Ягве" предстает у пророка как жертва, принимающая на себя страдание мира (Ис 52-53). И в полноте своей является Любовь на кресте. "Так возлюбил Бог мир..."
      Это уничижение Божие обнаруживает себя и в глубинной тайне сотворенных существ - тайне свободы. Тщетно стали бы мы искать словесных формул для того, чтобы выразить ее суть; она всегда будет ускользать от слов, от испытующего рассудка. Остается лишь свидетельство внутренней достоверности о том, что Любовь Божия неотделима от свободы. В ней творение осуществляет себя и в ней же обретает возможность богопротивления.
      Кто решится сказать, что свобода есть что-то малое и частное в мироздании? Какие основания отрицать, что она заложена как принцип в самый корень тварного бытия? Только признав это наличие свободы в целокупной иерархии мира, мы сможем понять сущность библейского учения о вселенской Борьбе.
      "Невооруженный глаз" научного познания может лишь констатировать внешний феномен вариантности и противоборства в природе, но он не в силах видеть дальше. Где сокрыто начало этих вариантов и путей? Где та развилка, та точка, с которой начинается дорога во тьму и создается царство вражды и противоречий? Это переносит нас если не к добытийному, то к довременному плану, что было верно угадано в учении "александрийцев". Но там "изнемогает" сила разума и воображения, там остается умолкнуть всем звукам, ибо это рубеж бытия и небытия...
      Единственное, что с уверенностью говорят нам вера и Откровение, это то, что Бог не мог непосредственно сотворить борьбу и тленность, которые окрашивают всю историю Вселенной. Поэтому мир противодействий и распада нужно рассматривать как рожденный в лоне тварной свободы.
      Апокалиптики Ветхого Завета усмотрели начало Падения в высших сферах духовных существ. И пусть они пользовались для воплощения своего опыта красками древних мифов, это не может ослабить силы их мистического прозрения. Ведь не в безликой стихии, а в духовных иерархиях должны крыться истоки злоупотребления свободой, дикие порывы самости, порождающие тлетворную "автономию" и искажение путей Эволюции. Эта духовная катастрофа издавна ощущалась в религиозном сознании человечества. Она совершилась в глубинах духовных измерений, но в силу вселенской взаимосвязи должна была отозваться на всем космическом порядке, вызывая в нем возмущения, волны, вибрации, порождая антагонизм сил и распад. Это мог быть момент "великого взрыва", когда развернулись пространство и время с их законами, действующими поныне. Так появилась хаотическая струя в мироздании; Природа, по слову апостола, "покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее"...
      Становление твари, или Мировая Эволюция, пошла по кривой линии, неуклонно сбегающей вниз, в пустоту. И первый день творения мог бы стать его последним днем, если бы "над поверхностью бездны" не парил животворящий Дух Божий.
      Творческие силы Логоса, вступая в действие, преодолевают Тьму, хотя и не полностью; выпрямление линии происходит постепенно. Порядок и структурность материи - первые признаки отступления Хаоса. Но все же распад и энтропийность остаются наиболее вероятными состояниями. Кривая выпрямлена лишь на некоторое число градусов.
      Но вот приходит новый творческий импульс: "Да произведет вода душу живую!" Появляется жизнь, биосфера. Она противится смерти, создавая сложные системы, передающие из поколения в поколение свой структурный шифр. Тем не менее из рода в род живые существа несут дань Молоху смерти. Более того, для поддержания своего существования они ведут постоянную борьбу, пожирая друг друга.
      Этим, казалось, обращались в прах все усилия Эволюции. Жизнь была, говорит Бергсон, "как бы огромной волной, которая распространяется от одного центра и которая на всей окружности останавливается и превращается в колебание на месте; в одной только точке препятствие было побеждено, толчок прошел свободно. Этой свободой отмечена человеческая форма". Ее возникновение - не просто "счастливая случайность", а новый творческий акт, продолжающий выпрямление траектории Развития. Человек - это посланник Логоса в мире, одаренный самосознанием, личностью, "образ и подобие Божие". В Адаме, или ноосфере, уже не просто информация передается в наследственном коде, но образуется царство творческого духа, не распадающегося, не подверженного энтропии, бессмертного по своей природе. Дух, воплощенный в психофизическом существе, обладал в случае своего полного самораскрытия способностью окончательно подчинить себе тленный мир и вывести кривую Эволюции к зениту.
      И все же фаза ноосферы не ознаменовала окончательной победы. Ей воспрепятствовало Грехопадение. Ложное направление, принятое Адамом, как свободным духом, привело к отравлению ноосферы и ее частичной парализации. Падший человек, отторгнутый от Бога, стал открытым для воздействия демонических сил, он превратился в болезненное, извращенное, дисгармоничное существо. Со дна мирового потока протянулись щупальца смерти и охватили Адама...
      Поэтому История, как и Эволюция, продолжает оставаться ареной жестокой борьбы. В природе происходит война хаоса и порядка, в человеке же сталкиваются добро и зло.
      И вновь Божественный Логос продолжает свое творческое дело. Его воздействие обнаруживается повсюду, где человек устремлен к Высшему. Через всю религиозную историю мира проходит диалог Бога и человека. Но голос Незримого звучит как "шепот тихого ветра", звучит ненавязчиво, негромко, так, чтобы Его слышали лишь те, кто "имеет уши".
      В недрах Истории человечество как бы творится заново, созидается ядро грядущего мира - Populus Dei, Народ Божий. Начало его - призыв Сущего и свободный ответ человека. На призыв откликается "отец верующих" пастух Авраам, покинувший родину и положивший в новой вере начало роду избранников. Голос Сущего прозвучал с Синая при заключении Завета с Израилем. А обетование Дня Господня предвосхитило венец его странствия и завершение Божественного замысла о мире.
      Этот диалог Бога и человека достигает в истории своей высшей точки, когда совершается ипостасное, личностное вхождение Логоса в ноосферу:
      И СЛОВО СТАЛО ПЛОТЬЮ
      И ОБИТАЛО С НАМИ,
      ПОЛНОЕ БЛАГОДАТИ И ИСТИНЫ. Иоанн 1,14
      Воплотившееся Слово совершает то, что не в состоянии был совершить падший Адам, и во Христе начинается новый эсхатологический этап мирового Становления.
      "Новый Адам" входит в историю таким же "неприметным образом", как вошел "первый Адам" в природный мир. Но "Он грядет как побеждающий, чтобы победить". Не напрасно трепещут демоны, когда проходит Он по дорогам Галилеи. "Я видел, - говорит Иисус ученикам, - сатану, спадшего с неба как молнию; се даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью" (Лк 10,18). А при вступлении нового члена в Церковь Христову звучат следующие знаменательные слова:
      "Вся тварь воспевает Тя явльшегося: ТЫ бо Бог наш на земли явился еси, и с человеки пожил еси. Ты Иорданские струи освятил еси, с небесе ниспослав Святаго Твоего Духа и ГЛАВЫ ТАМО ГНЕЗДЯЩИХСЯ СОКРУШИЛ ЕСИ ЗМИЕВ". Это есть исповедание космического смысла Боговоплощения.
      Первенец из мертвых, Христос остановил в одной точке мир, летящий во мглу небытия, и тем самым потряс весь внутренний строй мироздания. Его земной подвиг продолжается в истории Церкви, в Его незримом присутствии среди верных.
      Нередко можно слышать, что "дело Христа не удалось", но так могут говорить лишь те, кто никогда не понимал, что такое Его "дело". Если бы оно сводилось только к провозглашению морального учения, оно мало бы чем отличалось от проповеди Сократа или Будды. Явление Богочеловека среди смятенного и растерянного человечества возвещало мир, но это есть мир в Боге, мир, не навязанный "сверху", механически, а приходящий к "человекам благоволения". Христос разбил оковы, открыл путь и повел по нему тех, кто захотел идти за Ним во имя любви. Христианство - это не философия и не "идеология", а возможность новой жизни. Миллионы душ, которые обрели в Нем полноту бытия, свидетельствуют о том, что дело Его продолжает и поныне совершаться в мире.
      Много раз противники христианства хоронили его, и каждый раз оно возрождалось из пепла. С самого начала его пути против него ведется неустанная война. Открытые враги и ложные друзья, римские императоры и средневековые инквизиторы, вожди и философы, фанатики и скептики расшатывали его до основания. По всем признакам, оно давно уже должно было погибнуть. И, тем не менее, оно живо и действенно. "Иисус Христос вчера и сегодня и во веки тот же" (Евр 13,18).
      "Мир" ищет своих чисто человеческих дорог к истине, свободе и единству. Но чем больше он замыкается в самообожествлении, тем глубже погружается он в ложь, рабство и ненависть. Только могущественная сила веры, претворяемой в любви, которая заложена в Евангелии, сможет дать то, чего тщетно ищет человек у своих идолов. "В настоящее время, - говорит Тейяр де Шарден, христианство есть единственное течение Мысли на всем пространстве ноосферы, достаточно смелое и достаточно прогрессивное для того, чтобы действенно-практически соединить весь мир в одно целое, течение, сложившееся в прошлом, но тем не менее способное к безграничному совершенствованию, где вера и надежда достигают своей полноты и любви. Одно, безусловно одно в современном мире христианство обнаруживает способность синтезировать Целое и Личность в едином жизненном акте" (Р. Teilhard de Chardin. The Phenomen of Man, p. 294).
      История христианства не может быть прямолинейным и спокойным течением, ибо доныне открыты пропасти Бездны и доныне сохраняется свобода противиться делу Христову. Поэтому как путь Богочеловека шел через Крест, так и Церковь Его идет через Крест.
      Эти Великие битвы эсхатологической эры отражены в последней книге Библии - Апокалипсисе Иоанна.
      Апокалипсис, обнажая глубины метаистории, образно показывает, как совершается шествие Церкви во времени среди сонма враждебных ей сил. Это есть последняя борьба Логоса и Тьмы, Христа и Антихриста,
      Язык Иоаннова пророчества наполнен хорошо знакомыми нам древними символами. Семиглавый Дракон ищет поглотить новорожденного Младенца. Этот Дракон есть, по слову апостола, "древний Змей, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную" (Откр 12,9). Здесь сливаются воедино все проявления зла: чудовище Хаоса, Нахаш, соблазнивший человека в Эдеме, и падший дух, извративший пути мироздания. Дракону содействует Антихрист, воплощенный в зверях, выходящих из моря. Они "ведут войну со святыми и побеждают их". Это демоны мировых монархий, со времен Даниила означавшие воплощение темных сил в истории. "Дивилась вся земля, следя за Зверем, и поклонилась Дракону, который дал власть Зверю, и поклонилась Зверю, говоря: кто подобен Зверю сему и кто может сразиться с ним? И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно... И отверз он свои уста для хулы на Бога" (Откр 13,3-7). Но победа Зверя лишь временна. В громе мировых катаклизмов рушится оплот демонов. Агнец Божий, Мессия-победитель сокрушает духом уст своих полчища Сатаны, Смерть и Ад. Исполняется древнее обетование, наступает истинный День Господень:
      И УВИДЕЛ Я НОВОЕ НЕБО И НОВУЮ ЗЕМЛЮ,
      ИБО ПРЕЖНЕЕ НЕБО И ПРЕЖНЯЯ ЗЕМЛЯ МИНОВАЛИ,
      И МОРЯ УЖЕ НЕТ. Откр 21,1
      В этом новом мире падшее, раздавленное и рассеянное возрождается к вечности. Нам понятно, почему апостол говорит, что море исчезло: ведь море это не что иное, как библейский образ демонических сил. Мир ("небо и земля" Книги Бытия) обретает через Богочеловека высшую гармонию. Все те законы, которые раздирали и умерщвляли его, исчезают.
      Так раскрывается в Библии от Бытия до Апокалипсиса вселенская драма, завершающаяся в Царстве Света. Она позволяет видеть в космическом Восхождении как бы конус с острием, уходящим вниз, к истокам творения, свободы и борьбы, а основание которого открыто в беспредельность.
      Но Становление существует лишь ВО ВРЕМЕНИ. А вне временного потока предвечный взор Сущего созерцает тварь уже в ее свершении и полноте. Поэтому и сказано о мире, что он "прекрасен весьма" (Быт 1,31). Поэтому и для пророка Царство Божие зримо и как бы УЖЕ ЕСТЬ:
      И услышал я громкий голос с неба, говорящий:
      Се скиния Бога с человеками, и Он будет обитать
      с ними, и они будут Его народом, и сам Бог с ними
      будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей
      их, и смерти уже не будет, ни плача, ни вопля,
      ни болезни, ИБО ПРЕЖНЕЕ ПРОШЛО. Откр 21.3,4
      Что можно сказать перед лицом этого ослепительного видения? Не есть ли нынешний наш мир лишь младенец в утробе в сравнении с полнотой обожествленного творения? Но, тем не менее, мы можем уже сегодня стать причастны Царству Грядущего. Уже сегодня вера и любовь воспламеняют надежду и ожидание, выраженные в евангельских словах:
      ДА ПРИИДЕТ ЦАРСТВИЕ ТВОЕ
      Краткая библиография
      ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ
      Общие труды по истории и изучению религии
      1. Ахелис Т. Очерк сравнительного изучения религии. СПб., 1906
      2. Боголюбов Н. Философия религии, т. 1. Киев, 1918.
      3. Боголюбский Н. Богословие в апологетических чтениях. М., 1913.
      4. Брикнер М. Страдающий бог в религиях древнего мира. СПб., 1909.
      5. Буткевич Т. Религия, ее сущность и происхождение (Обзор гипотез). Харьков, 1902-4.
      6. Вундт В. Элементы психологии народов. СПб., 1913.
      7. Глаголев С. Из чтений по истории религий, ч. 1. Сергиев Посад, 1902.
      8. Геффдинг Г. Философия религии. СПб., 1909.
      9. Ельчанинов А. История религии. М., 1909.
      10. Мензис А. История религии. СПб., 1899.
      11. Мюллер М. Религия как предмет сравнительного изучения. Харьков, 1887.
      12. Его же. Сравнительная теология. - "Век", 1883, Э 7, 8.
      13. Прайс Е. История религии. СПб., 1904.
      14. Пфлейдерер О. О религии и религиях. СПб., 1909.
      15. Религиозные верования. Сборник статей. Пер. В. Тимирязева. СПб., 1900.
      16. Страхов П. Воскресение. Идея воскресения в дохристианском религиозном сознании. М., 1916.
      17. Токарев С. Религия в истории народов мира. М., 1964.
      18. Хрисанф. Религии древнего мира в их отношении к христианству. СПб., 1873.
      19. Шантепи де ла Соссей П. Иллюстрированная история религии, т. 1-2. СПб., 1913.
      20. Dawson Ch. Progress and Religion. London, I960.
      21. Gaster Th. The Oldest Stories in the World. N. Y., 1959.
      22. Glasenap H. von. Die Nichtchristliche Religionen. Halle, 1957.
      23. Kramer S. N. [ed]. Mythologies of the Ancient World. N. Y., 1961.
      24. Lagrange P. M. J. Etudes sur les Religions semitiques. Paris, 1905.
      25. Muller M. Essaes. B. 1-2. Leipzig, 1865.
      26. Eliade M. Traite d'histoire des Religions. 1946.
      27. Eliade M. The Myth of the Eternal Return. 1965.
      28. Pike. Encyclopedia of Religion and Religions. London, 1951.
      29. Tiele. Elements of Science of Religion. 1-2. 1857-59.
      30. Schmidt W. Der Ursprung der Cottesidee, b. I-XII. Munster in Westfalen, 1940.
      Доисторический мир
      1. Абрамова 3. Изображение человека в палеолитическом искусстве Евразии. М., 1966.
      2. Анисимов А. Религия эвенков. М., 1958.
      3. Его же. Этапы развития первобытной религии. М., 1967.
      4. Анохин А. Материалы по шаманству у алтайцев. - Сб. Музея антропологии и этнографии, т. IV, в. 2, 1924.
      5. Бьерре И. Затерянный мир Калахари. М., 1963.
      6. Богораз (Тан) В. Эйнштейн и религия. Применение принципа относительности к исследованию религиозных явлений. В 1. М.-Пг., 1923.
      7. Ефименко П. Первобытное общество. Изд. 3. Киев, 1953.
      8. Ксенофонтов Г. Легенды и рассказы о шаманах. М., 1930.
      9. Леви-Брюль Л. Первобытное мышление. М., 1930.
      10. Его же. Сверхъестественное в первобытном мышлении. М., 1937.
      11. Липпс Ю. Происхождение вещей. Из истории культуры человечества. М., 1954.
      12. Михайловский В. Шаманство. М., 1892.
      13. Обермайер Г. Доисторический человек. СПб., 1913.
      14. Расмуссен К. Великий санный путь. М., 1958.
      15. Религии наименее культурных племен. Сборник. М., 1931.
      16. Религиозные верования народов СССР. Сборник, 1-2. М., 1931.
      17. Соловьев В. Мифологический процесс в древнем язычестве. - Собр. соч., т. 1. СПб., 1914.
      18. Его же. Первобытное язычество. - Собр. соч., т. VI, с. 174-233.
      19. Тейлор Э. Первобытная культура. М., 1939.
      20. Токарев С. Сущность и происхождение магии. - ТИЭ, т. 52. М., 1959.
      21. Его же. Первоначальные формы религии. М., 1963.
      22. Формозов А. Памятники первобытного искусства на территории СССР. М, 1966.
      23. Фрэзер Д. Золотая ветвь. В. 1-4. М., 1928.
      24. Хайтун Д. Тотемизм, его сущность и происхождение. Душанбе, 1958.
      25. Харузина В. Этнография. В. 1. Верования малокультурных народов. М., 1909.
      26. Шебеста П. Среди карликов Малакки. Л., 1928.
      27. Шредер Л. Сущность и начало религии. 1909.
      28. Штернберг Л. Первобытная религия в свете этнографии. Л., 1936.
      29. Элькин А. Коренное население Австралии. М., 1952.
      30. Burton W. G. P. Luba Religion and Magic in Custom and Belief. 1961.
      31. Beth К. Religion und Magic bei den Naturvolkern. 1914.
      32. Dikshit. The Mother Goddess. Poona, 1943.
      33. Durkheim E. The Elementary Forms of the Religious Life. N. Y., 1961.
      34. Eliade M. Shamanism: Archaic Techniques of Ecstasy. 1962.
      35. Howitt A. The natives Tribes of South-East Australia. London, 1904.
      36. Koppers W. Urmensch und sein Weltbild. Wien, 1950.
      37. Lang A. Magic and Religion. London, 1901.
      38. Radin P. Die Religionserfahrung der Naturvolker. 1951.
      39. Schmidt W. Geschichte der Gottesidee. В I. 1912.
      Общие труды по истории Востока и Греции
      Источники
      1. Геродот. История, в девяти книгах. Пер. Г. Стратоновского. M., 1972.
      2. Древний мир Востока. Под ред. Б., И. Бороздина. M., 1917.
      3. Зовы древности. Гимны, песни и замыслы древних. Пер. К. Бальмонта. СПб., 1908.
      4. Хрестоматия по истории древнего Востока. Под ред. В. Струве, Д. Редера. M., 1963.
      5. Хрестоматия по истории древнего мира, т. 1-2. Под ред. В. Струве. M., 1950.
      6. Хрестоматия по истории древней Греции. M., 1964.
      7. Pritchard J. В. Ancient Near Eastern Text. Princeton, 1950.
      8. Pritchard J. В. Ancient Near East in Pictures. Princeton, 1954.
      Литература
      1. Всемирная история, т. 1. M., 1956.
      2. Виппер Р. Древний Восток и эгейская культура. M., 1916.
      3. Гоммель, История древнего Востока. СПб., 1905.
      4. Масперо Г. Древняя история народов Востока. M., 1911.
      5. Сергеев В. История древней Греции. 1948.
      6. Струве В. История древнего Востока. M., 1940.
      7. Струве В. (ред.) Древняя Греция. 1956.
      8. Тураев Б. История древнего Востока, т. 1-2. Л., 1935.
      9. Корош Ф. Всеобщая история литературы, т. 1-2.
      10. Карьер M. Искусство в связи с общим развитием культуры, т. 1-2.
      11. Морэ А. и Дави Ж. На заре истории. M., 1923.
      12. Чайлд Г. Древний Восток при свете новых раскопок. M., 1956.
      13. Cambridge. Ancient History. 1-4, 1926-28.
      14. Duvernoy Claude. Le sionisme de Dieu. Paris, 1970.
      15. Meyer A. Geschichte des Altertums. I-II. Berlin, 1925.
      16. Moret A. Histoire de Г Orient. 1-2. Paris, 1936.
      История археологических находок
      1. Бузескул В. Открытия XIX и начала XX в. в области истории древнего мира. 1-2. 1923-24.
      2. Добльхофер Э. Знаки и чудеса. M., 1963.
      3. Косидовский 3. Когда солнце было богом. M., 1968.
      4. Керам К. Боги, гробницы, ученые. M., I960.
      5. Мильчик М., Борейко Б. Город крылатых быков. M., 1967.
      6. Монгайт А. Археология и современность. М., 1963.
      7. Рубинштейн Р. Новейшие археологические открытия в Египте. М., 1962
      8. Чабб М. Город в песках. М., 1965.
      9. Церен Э. Библейские холмы. М., 1966.
      Египет
      Источники
      1. Лирика древнего Египта. М., 1965.
      2. Франк-Каменецкий И. Памятники египетской религии в фиванский период. Т. 1-2. М., 1917.
      3. Матье М. Древнеегипетские мифы. М.-Л., 1956.
      4. Breasted J. H. Ancient Records of Egypt. I-IV. N. Y., 1906.
      5. Budge E. The Book of the Dead. London, 1888.
      6. Sandann M. Texts from the Time of Akhetaton. 1930.
      Литература
      1. Авдиев В. Древнеегипетская реформация. М., 1924.
      2. Брэстед Д. История Египта, т. 1-2. М" 1915.
      3. Матье М. Во времена Нефертити. М., 1965.
      4. Его же. Искусство древнего Египта. М., 1964.
      5. Морэ А. Во времена фараонов. М., 1913.
      6. Его же. Цари и боги Египта. М, 1914.
      7. Перепелкин Ю. Переворот Амен-Хотепа IV, т. 1. М., 1967.
      8. Его же. Тайна золотого гроба. М., 1968.
      9. Тураев Б. Египетская литература. М., 1920.
      10. Его же. Древний Египет. Пг., 1922.
      11. Budge E. The Gods of the Egyptians. London, 1904.
      12. Baikie J. The Amarna Age. London, 1926.
      13. Breasted J. H. Development of Religion and Thought in Ancient Egypt. N. Y., 1912.
      14. ErmanA. The Literature of the Ancient Egyptians. London, 1927.
      15. Leeuwenburg J. Echnaton. 1946.
      16. Schafer H. Amarna in Religion und Kunst. 1931.
      17. Vandier. La religion egyptienne. Paris, 1944.
      Двуречье
      Источники
      1. Гильгамеш. Вавилонский эпос. Пер. Н. Гумилева. СПб., 1919.
      2. Волков Н. Законы вавилонского царя Хаммурапи. М., 1914.
      3. Крамер С. История начинается в Шумере. М., 1965.
      4. Эпос о Гильгамеше. Пер. И. Дьяконова. М., 1961.
      5. Струве В. Диалог господина и раба. - Сб. "Религия и общество", 1926.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35