Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Ксанф - Жгучая ложь

ModernLib.Net / Энтони Пирс / Жгучая ложь - Чтение (стр. 8)
Автор: Энтони Пирс
Жанр:
Серия: Ксанф

 

 


      – Еще бы нет! Я ведь ушел из дома на поиски приключений, опасное задание – как раз то, что мне нужно. Ты только скажи, что надо король, и все... – Я зевнул, ведь время было позднее, да и добрый ужин с пивком располагал ко сну. И все будет сделано в лучшем виде.
      – Непременно скажу, – промолвил Громлен. – но завтра. Вижу, ты устал, и сейчас тебе лучше лечь поспать. Спокойной ночи, герой.
      – Спокойной ночи, король, – вежливо отозвался я.
      Служанка отвела меня наверх, в отведенную комнату с чудесной большой и мягкой кроватью, зеркалом и ночным горшком. Доселе мне еще не доводилось ночевать в помещении со столь современными удобствами. Вообще-то я привычнее к ночевке на свежем воздухе, но могу приспособиться к чему угодно. Завалившись на кровать, я нашел ее довольно удобной, и скоро весь замок сотрясался от моего могучего храпа.
      Разбудил меня настойчивый стук. Схватив меч, я подошел к двери и распахнул ее, но на пороге стояла всего лишь старая служанка.
      – У нас кое-какие затруднения, – сказала она, – боюсь, я не смогу приготовить тебе завтрак. Может, пошаришь в саду, еды там сколько угодно.
      – Конечно, – охотно согласился я, – оно мне и привычнее. А что случилось?
      – Ну... – служанка замялась. – Государь сегодня не расположен...
      – Ты хочешь сказать, что старина решил поговорить со мной в другой раз? Невелика беда, я могу и подождать.
      Служанка помолчала, потом резко повернулась и ушла. Женщины – что молодые, что старые – чудной народ.
      Воспользовавшись ночным горшком, я выплеснул его содержимое из окна и спустился в сад. Пука уже находился там и с весьма довольным видом пощипывал травку. Судя по лоснящимся бокам, зерно из волшебной кормушки пошло ему на пользу.
      – Эй, а почему ты не удрал? – поинтересовался я. – У тебя уже была возможность от меня отделаться, но ты ею не воспользовался. Кстати, в здешнем пророчестве упоминается прирученный конь-призрак. Может, я все-таки тебя приручил?
      Ответ был таким же, как всегда, – Пука насмешливо фыркнул и продолжал пастись. Мне пришло в голову, что порой даже конь-призрак чувствует себя одиноким. Не очень-то веселое занятие, бродить ночами по буеракам, да звякать цепями. Что ни говори, а со мной ему веселее. К тому же без меня он не сунулся бы к эльфийскому вязу, ни, паче того, в замок, а стало быть, не отведал сочной эльфийской травки и волшебного зерна. Ради такого корма стоит прикинуться прирученным.
      Еды в саду и впрямь оказалось вдоволь. Нарвав хлеба и сыру – хлебные и сырные деревья росли вокруг замка в изобилии, – я соорудил сандвич и присел перекусить в кустах, которые оказались зарослями драконий обыкновенной. Так была разгадана тайна драконьего мяса – плоды драконий с виду похожи на чешуйчатые фрукты, но на вкус это самая настоящая драконятина. Насколько я мог понять, некогда за садом тщательно ухаживали, но теперь он зарос сорняками. Похоже, в замке Ругна уже давно не случалось ничего интересного. Оставалось надеяться лишь на то, что у короля найдется для меня подходящее приключение.
      Вспомнив о короле, я решил заглянуть к нему. Мне казалось, что навестить старину будет с моей стороны проявлением учтивости. Побродив по замку, я нашел дверь, с нарисованной на ней короной и постучался. Никакого ответа не было. Я постучался еще раз, потом приоткрыл дверь и заглянул внутрь.
      – Король, – вежливо поинтересовался я, – Ты дома? Мне не хотелось, чтобы в замке решили, будто варвары имеют обыкновение вламываться в чужие комнаты без спросу.
      С кровати донеслось какое-то бульканье. Подойдя к ней, я увидел лежавшего навзничь короля Громдена; бедняга выглядел далеко не лучшим образом.
      – Ого! – воскликнул я. – Да ты никак захворал, а, король?
      – Чрезвычайно меткое замечание, – прошептал он, с трудом поднимая веки.
      – Прошу прощения, Гром, я не знал. Служанка сказала, что ты не настроен со мной беседовать, но насчет хвори и словом не обмолвилась. Может ты съел что несвежее? Могу я тебе помочь?
      – Я стар, – сообщил король, будто этого и так не было видно, – и долго не протяну. Может, проживу год, а скорее не больше месяца. Жена и ребенок покинули меня много лет назад, и с тех пор мне приходится мыкаться в одиночестве. А насчет помощи... Ты поможешь мне, если возьмешься за задание, о котором мы говорили.
      – О чем речь, король, я же обещал. Ты только скажи, в чем оно заключается.
      – Это... – Громден осекся, ему трудно было дышать. Похоже, старикан не шутил, его жизнь и вправду подходила к концу. – Это очень важное дело, касающееся преемственности власти.
      – Чего-чего?
      – Преемственности власти, вот чего. Когда я умру, на престол должен будет взойти новый король – самый могущественный волшебник в Ксанфе. Таков порядок, но беда в том, что мне недостает сил принять решение...
      Он умолк и закрыл глаза. Я легонько потыкал его пальцем в бок:
      – Эй, король! Ты говорил насчет какого-то решения. Которое надо принять прежде, чем ты умрешь.
      – Состязание, – заплетающимся языком пробормотал Громден. – Необходимо провести состязание. Выяснить, чья магия...
      Он снова умолк. Я подождал, потом попытался растормошить старика, но тщетно. По-видимому, король потерял сознание. Плохо дело. Но интересно, что же он собирался мне сказать? Состязание в магии – дело конечно, интересное, но при чем здесь я? Мое дело меч, а не волшебство.
      Прикрыв дверь, я вернулся в свою комнату, где обнаружил дожидавшуюся меня служанку.
      – Куда ты запропастился? – строго спросила она. – Я тебя обыскалась.
      – Да так, поболтал малость со стариной.
      – Ты дерзнул побеспокоить короля! – воскликнула она с видом крайнего негодования. Должен сказать, что женщины частенько негодуют из-за всяких пустяков. – Он же болен!
      – Болен, – согласился я. – Но ты сама виновата. Сказала бы с утра, так, мол, и так, старина занедужил, и тревожить его нельзя. А ты все намеками да намеками – мы, варвары, этого не понимаем. Лучше бы за ним приглядывала – дала ему таблетку или какое заклинание...
      – Увы, – сокрушенно покачала головой служанка, – ему уже не помогут ни таблетки, ни заклинания. А ты ступай вниз, в зал для аудиенций. Тебя дожидается волшебник Инь.
      – Кто?
      – Волшебник Инь. С волшебником Яном ты встретишься завтра. Они соперничают. Друг друга на дух не переносят, а потому никогда не появляются вместе.
      Инь... Ян... Что то мне имена напомнили. А, конечно. Колокольчик рассказывала мне про малого, который торговал заклятиями. Вроде бы его звали как-то похоже.
      Спустившись вниз, я увидел самого волшебника – среднего роста, и средних лет мужчину в белом одеянии. Выглядел он совершенно непримечательно, о чем я и сообщил ему со свойственной варварам прямотой.
      В ответ он улыбнулся – примерно так же реагировал на некоторые мои замечания король Громден. Все-таки мне трудно понять цивилизованных людей – вроде они такие же, как я, а другие. Создается впечатление, будто им доступно нечто постоянно от меня ускользающее. Схожим образом дело обстоит и с женщинами.
      – Прежде всего, позволь показать тебе, чем я занимаюсь, – промолвил Инь, и, запустив руку в торбу, извлек оттуда шарик. – Положи куда-нибудь эту штуковину и приведи ее в действие.
      – Ага, – сообразил я, – шарик-то небось волшебный. А как его задействовать?
      – Шарик действительно волшебный. Я разрабатываю заклятия и запечатлеваю их в различных предметах. А задействовать просто – прикажи, и заклятие проявят себя.
      Положив шарик на стол, я уставился на него и произнес:
      – Действуй!
      В то же мгновение он засиял, да так ярко, что осветил всю комнату. Я даже прищурился.
      – Слушай, а здорово у тебя получается! – восхищенно воскликнул я. – Долго он будет гореть?
      – Пока его не погасят.
      – Ты хочешь сказать, пока я не велю ему погаснуть?
      – Нет, тут все не так просто. Прекратить действие одного заклятия можно лишь силой другого, противоположного. Третий закон магии гласит, что чары действия равны чарам противодействия. Правда, некоторые из моих заклятий со временем теряют силу сами по себе, это зависит от их природы и сложности.
      – Ладно, – сказал я. Давай используй эти, как ты их назвал... чары противодействия. Потуши эту штуковину, она глаза режет.
      – Темных заклятий я не делаю, – отозвался Инь.
      – Вот оно что? А кто делает?
      – Мой брат, волшебник Ян. Мы с ним близнецы.
      – Ты хочешь сказать, что вас двое?
      – Именно так. Мы очень похожи и равны по силе, но совершенно противоположны по склонностям. Как чары действия и противодействия.
      И тут до меня дошло.
      – Понял! – радостно вскричал я. Старина говорил о состязании в магии. – Надо думать, что вы с братишкой затеяли выяснить, кто из вас более могучий волшебник.
      – Правильно, – подтвердил Инь. – После кончины Громдена один из нас должен будет взойти на трон Ксанфа. Тот, кто окажется победителем в магическом состязании.
      – Но при чем здесь я?
      – О, тебе в этом состязании отводится ключевая роль. Дело в том, что мы с братом не можем просто сойтись в магическом поединке, наши противоположные чары действительно равны по силе, поэтому любое прямое противоборство неизбежно кончится ничем. Тут нужен третий, непредвзятый участник, который сможет на практике определить, чье волшебство предпочтительнее.
      – Ага. Третий – это, должно быть, я.
      – Совершенно верно. Ты отправишься в путешествие, прихватив с собой суму с изготовленными мною заклятиями, которые будут помогать тебе в дороге. Заклятия Яна, напротив, станут всячески препятствовать осуществлению твоей миссии. Если ты преуспеешь, я одержу верх и буду провозглашен следующим королем Ксанфа, ну а ежели потерпишь неудачу...
      – Вот-вот. Что будет со мной, ежели я потерплю неудачу?
      – Ну, не в тебе дело... уклончиво отозвался Инь. – Ты должен будешь разыскать некий... объект и доставить его сюда, в замок Ругна. Не сумеешь – победа будет присуждена Яну, он и станет королем. Но я уверен, что мои чары помогут тебе добиться успеха.
      – Пожалуй, – неуверенно пробормотал я. По моему варварскому разумению, не было никакой разницы – состязаться напрямую или посредством третьего. Как раз третий-то и казался мне лишним. Ежели чары и вправду равны и противоположны, они неизбежно сведут друг друга на нет. Впрочем, не мое варварское дело вникать в тонкости магических состязаний. В конце концов, я уже обещал королю взяться за эту работенку.
      – Ладно, а где я возьму нужные заклятия?
      – Все они в этой суме, – ответил Инь. – По нашей договоренности я дам тебе семь предметов, в каждом из которых запечатлено заклятье. Ян тоже сможет использовать семь заклятий. Мои ты понесешь с собой, а его чары будут подстерегать тебя по дороге, словно ловушки или силки. Но всякий раз, когда на тебя подействует его заклятие, ты сможешь воспользоваться моим. Таким образом задача заключается в том, чтобы нейтрализовать злые чары добрыми и выполнить миссию.
      – Ну, это мы запросто, – пробормотал я с легким разочарованием. Конечно, тащиться невесть куда с полной сумой заклятий не так интересно, как сражаться с чудовищами и спасать красавиц из мрачных заколдованных башен, но выбирать не приходилось. Лучше такое приключение, чем никакого.
      Я заглянул в суму и обнаружил там кучку странных вещей: маленький белый щит, фигурку чудовища, крохотный череп, камушек, куколку, свернутую в клубок лиану и какую-то кругляшку со стрелкой.
      – Но это игрушки!
      – Не совсем так, – отозвался Инь с той же ехидной улыбкой. – Это, как бы тебе попроще объяснить... символы. Символы, олицетворяющие запечатленные в них заклятия. Когда ты задействуешь их, они обретут подлинные размеры и полную силу.
      – Больно мне нужен череп в натуральную величину!
      Инь вздохнул:
      – Я попытаюсь разъяснить все поподробнее, но уж ты, будь любезен, постарайся вникнуть. Поскольку мои чары и чары Яна, как я уже говорил, равны, они запечатлены в предметах схожих форм и размеров. Король Громден принял решение использовать в этом состязании семь пар заклятий, при этом он запретил нам применять особо мощные чары, чтобы ненароком не повредить кому-нибудь, кто случайно окажется рядом. Никаких взрывов, никаких василисков, никаких заразных болезней – все это исключено. Вещественное воплощение чар необходимо для того, чтобы ты мог понять, когда и какие из них использовать. Видишь, все мои заклятья белые – у Яна точно такие же, но черные. Так что, ежели наткнешься на черный череп, доставай белый, и все будет в порядке. Черный череп означает смерть, а белый жизнь. Учти, ни одно заклятие не действует мгновенно. Всякий раз, когда ты столкнешься со злыми чарами, у тебя будет время, чтобы прибегнуть к помощи добрых. Около минуты. Понятно?
      – Хм... – Я запустил руку в суму. – Понятно-то понятно, но лучше бы тебе растолковать мне все насчет каждого заклятия. Вот это, например, что за штуковина? – Я вытащил маленький белый щит.
      – Маленький белый щит служит защитой от черного меча. Черный меч существует, чтобы убивать, такова его магическая природа. Но как только ты задействуешь щит, он уже не сможет тебе повредить.
      Настроение мое несколько улучшилось, ведь разговор коснулся вещей близких и понятных. Я уже предвкушал встречу с черным мечом и размышлял, не управлюсь ли я с ним без всякой магии, с помощью собственного клинка.
      Снова пошарив в суме, я вынул свернутую клубком лиану:
      – Ну а это что такое?
      – К.И., – ответил волшебник.
      – Как-как?
      – К.И., – повторил он, – иначе говоря, косящая интеллектуария. В природе такие лианы встречаются в интеллектуальных дебрях. Они косоглазые.
      Я пригляделся и удостоверился, что лиана действительно усеяна крошечными косящими глазками, которые поначалу показались мне просто бусинками.
      – Ежели кто заберется в дебри и такая штуковина его сглазит, человек косеет и воображает, будто он гораздо умнее, чем на самом деле. Обыкновены, те используют понятие коэффициент интеллектуальности. Оно не вещественное, но по сути не слишком отличается от наших дебрей: те у кого этот К.И. больше, невесть почему воображают себя превеликими умниками. Но мое заклятие не обманное – положи лиану себе на голову и на самом деле основательно поумнеешь. Эффект продлится несколько дней и постепенно сойдет на нет. К сожалению, мозг не выносит длительного воздействия чар, поэтому я не мог сделать это заклятие постоянным. Но оно необходимо, чтобы противодействовать черной лиане Яна, которая оплетет дерево дуралей. Стоит оказаться поблизости, как с дерева прольется дурь, и ты, понятное дело, одуреешь. Вот тогда эта лиана и пригодится – задействуешь ее и вернешься в нормальное состояние. Пользоваться ею раньше времени не советую. Для героических подвигов большого ума не надо, скорее наоборот, а если попадешь под дуралей дня через два после того, как поумнеешь, дурь окажется сильнее. Потому, что будет свежее. А значит, и ты станешь глупее, чем, например, сейчас. Уразумел?
      – Уразумел, – подтвердил я. – Начать с того, что варвары из захолустья вроде меня особым умом не отличаются. Так что становиться еще глупее мне явно не с руки.
      – Вот именно, – подтвердил Инь. – Но будем надеяться, что этого не случится.
      Я достал кругляшку со стрелкой и узнал в ней волшебное устройство, именуемое компасом.
      – Мне доводилось слышать о таких диковинках, – сказал я Иню. – Благодаря магии стрелка всегда указывает на север. Но мне это вроде и ни к чему. Где север, я и так знаю, а, хоть бы и не знал, это легко выяснить по приметам. Скажем, по мху – он всегда растет на северной стороне деревьев. Зачем мне компас?
      – Пригодится. Эта стрелка вовсе не обязательно указывает на север. Она настроена на объект, который тебе нужно найти и доставить в замок Ругна. Компас ты должен будешь задействовать в первую очередь, чтобы знать куда идти.
      – А компас Яна будет указывать неверное направление? Но в таком случае я просто не стану обращать на нею внимания.
      – Компас Яна заставит этот компас указывать неверный путь, – уточнил Инь.
      – Тоже не беда. Уж если я запомню направление, то с пути не собьюсь. Мы, варвары, умеем ориентироваться на местности.
      – К сожалению, и тут все не так просто. Дело в том, что искомый... объект способен передвигаться, так что без компаса его не найти. К тому же дело не в той стрелке, что закреплена на кругляшке. Я же говорил, это только символ. Когда заклятие начнет действовать, истинная стрелка появится в твоем сознании. А черный компас будет дезориентировать тебя, даже, когда ты на него не смотришь.
      – Эка! – промолвил я, слегка смутившись. – Но ежели два эти компаса подействуют один на другой, откуда я узнаю, куда мне идти.
      – Тут один выход – постарайся не нарваться на черный компас до того, как найдешь объект. После этого он уже не сможет тебе повредить.
      – Но точно так же я могу попытаться избегнуть и всех остальных черных заклятий.
      – Попытаться-то можешь, но ничего у тебя не выйдет. Они будут размещены на твоем пути так, что избежать их никоим образом не удастся.
      – Можно пойти другим путем.
      – Нельзя. Путь ты выберешь сам, но именно тот, который уже предопределен магией. И на нем Ян расставит свои ловушки. Однако ничто не может быть предопределено полностью, от начала до конца. Если ты будешь начеку и вовремя пустишь в ход мои чары, заклятия Яна не причинят тебе зла. Я в это верю, – с улыбкой добавил Инь, – потому, что верю в тебя.
      – Варвары всегда начеку, – заверил я волшебника. – А эти злые заклятия, они что, будут лежать прямо на дороге?
      – Не думаю. Ян постарается расставить свои ловушки так, чтобы ты их проглядел. Не заметил до тех пор, пока не окажешься в зоне их досягаемости, потому что, когда ты там окажешься, само твое присутствие приведет заклятия в действие. Так что тебе ни на миг нельзя терять бдительности. Твоя задача не в том, чтобы избежать встречи со злыми чарами – это невозможно, за исключением разве что случая с компасом, – а в том, чтобы свести их на нет. Ежели углядишь, где черное заклятие, смело доставай из сумки белое – и вперед. Будь внимателен и осторожен – вот залог успеха.
      – Уж я постараюсь. Что-что, а глазеть по сторонам варвары мастера.
      Мало-помалу предстоящее задание начинало мне нравиться, ибо все больше походило на настоящее приключение.
      – А это что, – спросил я, достав фигурку чудовища.
      – Заклятие Яна призовет ужасного монстра, который непременно сожрет тебя, если ты не воспользуешься этой статуэткой. В ней запечатлены чары, отпугивающие чудовищ, так что тебе не придется вступать в бой.
      – Вот еще, – недовольно пробормотал я. – Мне нравится сражаться с чудовищами.
      – Так ведь чудовище чудовищу рознь. Уверяю тебя, с таким зверьем лучше не связываться. Это тараск.
      – Отродясь не слыхивал ни о каких тарасках, – промолвил я с презрительной гримасой.
      – Не слыхал – и не надо. Просто не зевай, а как заметишь черную фигурку, пускай в ход мою, белую. Только не вздумай растратить ее силу на какое-нибудь заурядное чудище – их ведь в лесу пруд пруди.
      Не желая спорить, я достал куколку:
      – Ну, а кукла зачем? Я в них и в детстве-то не играл.
      – О, это, пожалуй, самое хитрое заклятие. Обменные чары весьма коварны. Стоит тебе приблизиться к куколке Яна, точно такой же, только черной, как ты переселяешься в тело ближайшего к тебе живого существа. А оно, это существо, окажется в твоем теле. Произойдет обмен телами – или личностями, понимай, как хочешь. Вреда от этого никому не будет, все останутся живы-здоровы, но, как мне кажется, ты предпочтешь свести на нет действие этого заклятия. Представь себе, что ближайшим живым существом окажется... ну, скажем, плодовая мушка. И вот ты, могучий герой, окажешься в ее теле, а она в твоем, человеческом. Так что моя белая куколка может тебе весьма и весьма пригодится. Пусти ее в ход – и снова станешь самим собой.
      – Хм, пожалуй, ты прав Не думаю, чтобы мне понравилось быть плодовой мушкой.
      – Верю. И скажу по секрету, мушке тоже мало радости стать человеком. Вкусы и привычки у нее, знаешь ли, совсем другие.
      – Ну а это что такое? – спросил я, вытаскивая белый камушек. – Мне черный булыжник на башку свалится, или как?
      – Не совсем так. Черный камень вызывает окаменение – нарвешься на него и превратишься в камень. Самый настоящий – твердый, холодный и совсем неживой. Ну а мое заклятие, напротив, обращает камень в плоть. Учти, эти чары мощнее всех прочих.
      – В каком смысле?
      – Да в том, что одного черного камня хватит, чтобы окаменела целая орава варваров, и табун лошадей. Но мощь моего заклятия ничуть не меньше, оно легко сможет вернуть тебя в природное состояние.
      – А как оно распознает, где настоящий камень, а где результат превращения?
      – Да никак. Оно просто-напросто воздействует на ближайший камень. Если ты, почувствовав окаменение, прибегнешь к нему, то именно ты этим самым ближайшим камнем и окажешься, А пустить в ход мои белые заклятия можешь только ты, и никто другой. Это необходимая мера предосторожности.
      И то сказать, я живо представил себе, как пролетающая мимо птица с громким клекотом кричит «Действуй!», и пускает в расход содержимое всей моей сумки. А что стоит волшебнику смастрячить такую птицу и напустить ее на меня? Пожалуй, такая предосторожность и вправду необходима. Видимо, братья-соперники продумали все детали.
      – Выходит, – промолвил я, – мне надо держать под рукой эту суму с чарами и не хлопать ушами. В этом случае я смогу совладать с заклятиями Яна и выполнить задание. Ну что ж, думаю, осложнений не будет.
      – Осложнения всегда возможны, – дипломатично заметил Инь. – Путь пролегает по Глухомани...
      – Я варвар, и к Глухомани привычен.
      – И кроме того, когда ты найдешь объект, – заметь, я не говорю «если» я говорю «когда», – тебе предстоит нелегкое возвращение. Тогда ты должен будешь удвоить осторожность, ибо трудности станут возрастать по экспоненте.
      – Понятно, – с умным видом кивнул я, гадая, что же может означать мудреное словечко «экспонента». Надо думать, это принятый среди волшебников ученый термин, которому на нормальном человеческом языке соответствуют понятия «уйма», «прорва» или что-нибудь в этом роде. – Все понятно, скажи только, что за объект требуется найти, и я отправлюсь.
      Инь слегка замялся:
      – Э... видишь ли... боюсь, что как раз этого я тебе сказать не могу.
      Король Громден решил, что некоторые вещи должны до поры до времени оставаться в секрете. Это сделает наше состязание более... э... увлекательным. Я рассказал тебе все о природе белых и черных заклятий, так что теперь ты предупрежден, а стало быть, имеешь определенное преимущество. Может, Ян расскажет тебе больше, но, – тут лицо моего собеседника помрачнело, – то, что он говорит, нельзя принимать на веру. Я – добрый волшебник, а он – злой. Мне по определению надлежит использовать магию во благо и всегда говорить правду. Он, напротив, использует магию во зло и... – Инь осекся и умолк.
      – Ты хочешь сказать, что он всегда врет напропалую. В таком случае я буду считать правдой противоположное тому, что он скажет.
      Инь смутился еще сильнее:
      – Это не так просто, как кажется. Ложь совершенно не обязательно прямо противоположна истине. Например, ты хочешь соснуть и спрашиваешь лжеца, где ближайшие заросли подушечника. На востоке, отвечает тот, прекрасно зная, что подушечник растет только на юге. Решив действовать от противного, ты пойдешь на запад – и будешь обманут.
      – Ну, что ж, на худой конец я буду знать, куда идти не следует. Это лучше, чем ничего.
      – Вовсе не обязательно. Пойми, Ян стремится не солгать, а обмануть. Это не одно и тоже. Поняв, что ты не настроен ему верить, он запросто может сказать правду. Ты сочтешь ее ложью и опять будешь обманут.
      От всех этих рассуждений у меня голова пошла кругом. По всей видимости, цивилизованные люди возвели умение врать в искусство. Мы, варвары, не таковы. Не стану утверждать, будто мы говорим одну только правду, но... если уж врем, так попросту, без затей.
      – Конечно, – продолжал Инь, – я предпочел бы, чтобы ты вовсе не встречался с Яном. Но согласно правилам этого состязания нам должны быть предоставлены равные возможности. Единственное, что я могу сделать, – предостеречь, чтобы ты не доверял ни единому его слову. И правду, и ложь он способен обернуть в свою пользу. Помни, Ян столь же умен, сколь и коварен. Я пожал плечами:
      – Спасибо за предупреждение, волшебник Инь. Постараюсь быть осторожным.
      Он улыбнулся:
      – Весьма на это рассчитываю. Прощай, герой. Надеюсь, мы еще увидимся после успешного завершения твоей миссии.
      – Можешь не сомневаться.
      Я прихватил суму с чарами и удалился в свою комнату.
      Остаток дня прошел в безделье и скуке. Служанка подала мне вполне приличный обед и поспешно удалилась ухаживать за недужным королем Громденом. От нечего делать я принялся слоняться по огромному пустому замку и, переходя из комнаты в комнату, случайно наткнулся на волшебный гобелен, показывавший историю Ксанфа за последние четыреста лет. Занятные были картинки. Некоторые и длинной череды королей показались мне весьма мудрыми и достойными людьми. Больше всех мне понравился король Ругн, построивший этот замок руками подвластных ему кентавров. Как я понял, злой волшебник Мэрфи пытался помешать строительству, но на помощь доброму королю явился варвар. Варвар, он всегда поспеет на выручку как раз вовремя, уж ты мне поверь. Я ведь и сам из того же героического племени и... природная скромность не позволяет мне сказать больше.
      Да, Ругн был великим государем, но шли годы и королевская власть в Ксанфе слабела, да и людей в стране становилось все меньше и меньше. И вот при короле Громдене некогда блистательный замок пришел в полное запустение. Сам старина Громден был добрым человеком и стране желал только добра, но вот беда – люди ему не верили. Да и людей осталось слишком мало, чтобы сдерживать натиск леса.
      Там, у гобелена меня застала служанка.
      – Вечно тебя приходится искать, – проворчала она. – Ступай к королю, он о тебе спрашивал.
      Я отправился к Громдену. Старикан выглядел не лучшим образом, но все же несколько оправился и даже сидел на постели.
      – Вижу, король, тебе лучше, – бодро заявил я. – Небось отвар из чернослива помог?
      – Мне уже ничего не поможет, – махнул рукой Громден, – порой болезнь отступает, но потом возвращается и наваливается на меня с удвоенной силой. Она терзает не только тело, но и душу. Ох, как бы мне хотелось в последние дни видеть рядом жену и дочь! Увы... – Король горестно пожал плечами. Увы, иногда приходится всю жизнь расплачиваться за минутное безрассудство.
      – Это уж точно, – не преминул согласиться я. – Помнится, мне пришла дурацкая мысль посадить в огороде семечко, так она до сих пор...
      – Извини, но говорить буду я, поскольку мое просветление может не продлиться долго. Мне нужно сообщить тебе нечто важное, такое, что я не уверен, поверишь ли ты мне.
      – Так ведь я же варвар, король, Варвар способен поверить чему угодно. Громден устало улыбнулся.
      – Возможно, именно по этой причине ты и избран для выполнения столь важного задания. Ты свободен от многих предубеждений. Но боюсь, что тебя без всякой нужды пытаются ввести в заблуждение. Я намерен это заблуждение развеять.
      – Ты хочешь сказать, король, что меня надувают. Но кто? И зачем?
      – Дело касается состязаний между Инем и Яном. Оно не совсем такое, как тебе кажется. Вопрос не в том, кто из волшебников станет следующим королем. Скорее они хотят определить, который из них будет служить другому.
      – А разве это не одно и то же? Победивший станет королем, ну а потерпевший поражение...
      – Нет, в данном случае это далеко не одно и то же. И еще одно: объект, который тебе надлежит доставить в замок, обладает рядом свойств, существенно затрудняющих твою задачу. Это непростое дело, варвар, ох непростое! Инь и Ян не догадываются, что мне известно...
      – А откуда же тебе стало это известно?
      Король усмехнулся:
      – Понимаю. Ты, как и они думаешь: не спятил ли, часом, старина Громден? Несет какую-то околесицу. Да, я действительно узнал нечто такое, чему и сам поверил с трудом. Возможно, мои слова прозвучат убедительнее, если я покажу тебе, как мне удается получать сведения.
      – Пожалуй, – согласился я, не желая спорить с больным человеком.
      – Будь добр, принеси мне что-нибудь со двора. Любое, что под руку подвернется.
      – С удовольствием, – добродушно отозвался я. Почему бы не потешить старика.
      Выйдя из комнаты, я спустился вниз и задумался. Что ему принести? Может пойти в сад да фруктов нарвать? Впрочем, не все ли едино, ведь когда я вернусь, он скорее всего будет спать. И тут на глаза мне попался камень, вывалившийся из стены замка. Решив, что этот предмет не хуже любого другого, я подобрал его и вернулся в королевскую опочивальню.
      Как не странно, Громден не спал. Приняв от меня камень, он пристально всмотрелся в него и заговорил:
      – Этот камень из стены замка. Четыреста лет назад кентавры добыли его в карьере и доставили сюда.
      – Несомненно, – согласился я. Чтобы додуматься до этого, не требовалось никакого магического таланта. Все знали, что замок был построен четыреста лет назад, возводили его кентавры, а камни для строительства доставляли из карьера.
      – Этот камень притащил пятнистый кентавр с серым хвостом, – продолжал король. – По пути он споткнулся о корень, ушиб копыто и непристойно выругался, за что получил замечание от старшего по табуну.
      – Ясное дело, так оно и было, – с готовностью согласился я, пребывая в полной уверенности, что все это пустые стариковские бредни.
      – ...через некоторое время, когда замок еще не был достроен, сюда нагрянули гоблины и гарпии. Гарпия снесла яйцо, которое взорвалось у самой стены. Каменный блок треснул, но удержался благодаря магическому цементу. Затем гоблины пошли на штурм. Их мертвые тела грудой громоздились у стены, и один гоблин довольно долго валялся, прижавшись своей гадкой мордой прямо к этому камню – к великому неудовольствию камня...
      Я любезно хихикнул. Ай да старина, ловко плетет небылицы! Может они и не столь затейливы, как узоры на гобелене, но по-своему интересны.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22