Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Небесное сольдо

ModernLib.Net / Энтони Пирс / Небесное сольдо - Чтение (стр. 5)
Автор: Энтони Пирс
Жанр:

 

 


      Кости, как всегда, взлетели в воздух, а затем опали, но уже в виде скелета и Скриппи.
      – Да ты, оказывается, с подружкой, – лукаво усмехнулась Чекс. – Ничего, стройненькая.
      Скелеты не краснеют от смущения, но Косто и Скриппи показалось, что именно это с ними и произошло.
      Косто представил Скриппи кентаврице и объяснил, что они ищут – небесное сольдо и гипнотыкву, в которую Скриппи мечтает вернуться. И последняя, горькая новость: русалка похитила принца Дольфа. Надо отдать все силы его поиску и спасению.
      Королева Айрин не простит, если Дольф станет вечной пропажей…
      – Что ж, возможно, ты и прав, – согласилась Чекс с легкой улыбкой. По кентаврским меркам Чекс была очень хороша собой: рослая, полногрудая, со светло-серыми, под цвет глаз, крыльями и пышной гривой русых волос. Глядя на нее, Косто вдруг подумал, что плоть – это, возможно, не всегда так уж плохо.
      – Ну тогда не будем медлить, – сказал скелет.
      – Погоди, – остановила его кентаврица. – А ты уверен, что Дольфа надо спасать?
      – А как же! – воскликнул Косто. – Он в плену!
      – В плену, но не в опасности.
      – Да конечно же в опасности! – горячо возразил Косто. – Не иначе!
      – Иначе. Потому что в замке Ругна, я думаю, пристально следят за событиями, по Гобелену; и как только возникнет опасность, настоящая опасность, они тут же начнут действовать. Но пока никаких действий не видно, значит, и серьезной опасности пока нет.
      Косто мысленно повторил рассуждение кентаврицы и действительно нашел его разумным. Да кентавры вообще славятся своей рассудительностью.
      – И все равно, как король с королевой могли позволить русалке похитить принца? – продолжал недоумевать скелет. – Неужели им нравится, что их сын, наследник трона, оказался под водой?
      – Может, они решили, что, оказавшись в так называемом плену, принц одумается, откажется от путешествия и вернется в замок? – предположила кентаврица. – Хотя не исключен и иной ход рассуждений. Пусть, мол, принц, оказавшись в столь тяжких обстоятельствах, сам подумает, как их преодолеть. Таким образом он наберется опыта, а также войдет в историю Ксанфа как один из мудрейших принцев.
      – Но.., но в случае чего они все же придут ему на помощь? – совсем растерялся скелет.
      – В случае чего придут, – кивнула кентаврица. – Правда, я сомневаюсь, что принцу захочется бежать.
      – Это почему же?
      – Сейчас объясню, – с видом знатока ответила Чекс. Могло показаться, что она давно обдумала этот вопрос и все для себя решила. Кентавры, потомственные учителя и наставники, вообще-то слыли в Ксанфе большими задаваками. – Так вот, – продолжила Чекс, – начнем с того, что у русалок тоже есть мужчины. И если русалы подвержены воздействию времени, то есть с годами дряхлеют и теряют интерес к любви, то русалки, напротив, долго остаются красавицами, жаждущими, соответственно, жарких страстей и тому подобного. Поэтому русалки все время ищут любовных приключений. Ноги их устроены так, что по земле им ходить очень трудно, и они вынуждены искать любовников среди морского народа: рыбаков, моряков и беспечных купальщиков. Присмотрев себе мужчину, русалка не успокоится, пока не утащит его на дно. У себя в дому она окружает пленника заботой и лаской. О, русалки знают, как завоевать сердце мужчины! И бывают случаи, что мужчины тоже влюбляются в русалок и добровольно навеки остаются на дне. Можешь ли ты, Косто, утверждать, что наш принц Дольф не окажется в их числе?
      – Ему всего девять лет! – возмутился Косто.
      – А русалки очень нежно относятся к детям. Игрушки, сладкие конфеты, веселые, не сдерживаемые ничьим окриком забавы – русалкам ничего не жалко для детишек. И под шумок морская дива рассказывает малышу о какой-то иной жизни, где есть объятия, поцелуи и прочее. Дитя слушает, сначала краем уха, потом все внимательнее и внимательнее. И вот наконец мальчик превращается в юношу. И тогда…
      – У Дольфа есть цель! – не выдержал скелет. – Он ищет небесное солъдо! И никакой русалке не под силу его отвлечь.
      – Наверное, ты прав, – согласилась Чекс, правда, с некоторым оттенком неудовольствия. Ей было обидно, что некентавр пытается взять верх над ней. – Но я все же предлагаю не торопиться и подождать дальнейшего развития событий.
      Косто задумался. Ему, в чьем черепе гулял ветер, тяжеловато было спорить с умным кентавром, но все же он попытался:
      – Нет, нельзя медлить! Надо идти спасать Дольфа!
      – Но почему? – вскинула брови кентаврица.
      – Потому что он ребенок и ему нужен взрослый. А я и есть такой взрослый. Если он по-детски увлекся русалочьими игрушками и обо всем забыл, то я должен его надоумить. В противном случае мое присутствие здесь лишается смысла.
      – А если принц откажется уходить?
      – Тогда мое появление будет вдвойне полезным.
      Я спасу его не только от русалочьего плена, но и от ее развращающего влияния. Когда принц станет взрослым, он сможет выбирать себе в друзья кого угодно, даже русалок и домовых, а пока он должен слушаться взрослых.
      Чекс поглядела на Скриппи, которая за это время не произнесла ни слова.
      – А что ты обо всем этом думаешь? – спросила у нее кентаврица.
      – Не знаю, – ответила Скриппи. – Я просто случайная попутчица. Ищу путь в гипнотыкву.
      – Кажется, я видела гипнотыкву, когда приземлялась. Где-то здесь поблизости, – сказала Чекс. – Сейчас слетаю, поищу.
      Она расправила крылья, взмахнула хвостом и взмыла в воздух.
      Косто осознал, что испытывает двойственные чувства. И это было вдвойне удивительно, так как скелеты вообще редко что чувствуют, а уж два чувства одновременно – это, прямо скажем, феноменально! Так вот, с одной стороны, Косто хотел, чтобы Скриппи осуществила свою мечту и вернулась домой; и в то же время ему не хотелось с ней расставаться. Только после встречи с ней Косто понял, до чего он прежде был одинок.
      – Как же ты собираешься освободить Дольфа? – спросила у него Скриппи, пока Чекс парила в воздухе.
      – Не знаю, – честно признался Косто. – Наверное, придется спуститься под воду, отыскать жилище русалки и забрать Дольфа.
      – Трудновато тебе будет.
      – Я должен попытаться.
      Скриппи кивнула и задумалась о чем-то о своем.
      Вскоре вернулась Чекс.
      – Я нашла гипнотыкву! – сообщила она. – Здесь недалеко. По крайней мере, хоть одна задача будет решена. Ну, вперед!
      – Нет, – покачала головой Скриппи.
      – Почему? – взволнованно спросил Косто.
      – Я передумала. Гипнотыква подождет.
      – Почему?
      Но это уже спросила Чекс.
      – Потому что я хочу разделить с Косто его ответственность за принца Дольфа. Мы все вместе искали мою гипнотыкву, а теперь я помогу им искать небесное сольдо. А еще я была парусом на той лодке, с которой упал несчастный принц, и…
      В общем, я должна помочь принцу Дольфу получить свободу, чтобы он вновь отправился на поиски сольдо. И только после этого вернусь в гипнотыкву.
      – Значит, вы твердо решили освободить Дольфа? Вопреки здравому смыслу?
      – Да, Чекс, решили, – кивнул Косто, и Скриппи вслед за ним.
      – Рада слышать, – улыбнулась Чекс. – Что ж, не будем терять время, приступим к разработке плана спасения.
      – Но ты же возражала! – удивленно воскликнул Косто.
      – Неужели ты думаешь, что я позволю какой-то русалке завладеть нашим маленьким принцем?
      – А как же твои прежние доводы?
      – Доводы – не возражения. Это две разные вещи. Перед началом всякого дела полезно его всесторонне обдумать.
      – Что за дело ты собираешься начать, Чекс? – с некоторым вызовом спросил Косто.
      – Дело спасения принца Дольфа, мой милый Косто, – ответила кентаврица.
      – Но это мое дело! – возмутился скелет. – Принца доверили мне, следовательно, и спасти его надлежит мне!
      – Мы, кентавры, всегда помогали королям, – гордо заявила Чекс. – Как только я узнала, в какую беду попал Дольф, то сразу поняла, что ответственность за его спасение ложится и на меня. И я уверена, что король и королева только потому позволили принцу отправиться в этот опасный путь, что знали – я где-то рядом. Не сомневаюсь, что и в эту минуту там, в замке Ругна, смотрят на Гобелен, видят нас и верят, что принц не будет брошен на произвол судьбы.
      «Да, – мысленно рассудил Косто, – кентаврица права, король и королева надеются на нас. Айрин отпустила сына в замок Хамфри, но в сопровождении взрослого так, „на всякий случай“. И вот этот „случай“ случился. Теперь в замке с тревогой ждут развития событий».
      – А помнится, ты утверждала, что королева сама приступит к спасению Дольфа, если он окажется в настоящей опасности? – напомнил скелет.
      – Ну да, приступит. Просто королева ждет, а вдруг принц своими силами отыщет выход из трудного положения. Или, если своих сил у принца не хватит, то, опять же по замыслу королевы, ему на помощь должны прийти друзья. Ну, а уж если друзья ничего не сумеют сделать, тогда Айрин возьмется.., за короля Дора. И уж король обязательно что-нибудь придумает. Ясно одно – королева не позволит русалке завладеть принцем. И раз королева еще ничего не предприняла, значит, Дольфу страшная опасность пока не грозит.., и у нас есть время обдумать наши действия.
      «Как точно Чекс описала королеву Айрин! – не смог внутренне не восхититься скелет. – Она и в самом деле такая: всегда скромно стоит рядом с королем, но надо еще подумать, кто из этих двоих на самом деле творец всех замыслов и планов».
      – Что ж, начнем разрабатывать план по спасению принца, – сказал скелет. – Кстати, Чекс, за что ты раскритиковала мой прежний план?
      – Раскритиковала? – удивилась Чекс. – Я? С какой стати ты произвел меня в критики?
      – А разве не так? Вы, кентавры, всегда все анализируете и критикуете.
      – Совершенно верно. Только вот с твоим планом я незнакома. Поэтому раскритиковать его никак не могла.
      – Ах да, верно! – скелет хлопнул себя по черепу. – Вот дырявая голова! Это же я Скриппи рассказал, пока ты гипнотыкву искала. Я собираюсь спуститься на дно, отыскать жилище русалки и выручить Дольфа. Ну, что скажешь?
      – Действительно, никуда не годится! – заявила Чекс. – Давай разберем твой замысел по пунктам.
      Первый: спуститься на дно. Спускаться ты будешь ужасно долго из-за сопротивления воды. Второе: отыскать жилище русалки. Проищешь целую вечность, потому что дно морское не имеет ни конца ни края.
      Третье: вызволить принца. Как только русалка тебя заметит, тут же примет меры. Какие? К примеру, пошлет морских собачек, а те с аппетитом сгложут твои косточки. Есть еще морские кряки, великие костоломы. Четвертое: ну, попадаешь ты к ней в дом и пытаешься спасти Дольфа. Но как только вы с ним окажетесь вдали от русалки, Дольф попросту захлебнется. Потому что лишь вблизи русалки он может дышать под водой. И наконец пятое: принц может попросту отказаться уйти с тобой. А теперь подумай, стоит ли овчинка выделки? Иначе говоря, твой план трещит по швам.
      – И что же делать? – послушно вопросил скелет. Он знал, что у кентавров есть привычка подводить к тем вопросам, на которые уже заготовлены ответы. Именно так учителя любят беседовать с учениками, и в этом смысле кентавры накопили огромный опыт.
      – Я рада твоему вопросу, – с легкой улыбкой отозвалась Чекс. – Значит, так, первый и второй пункт мы объединим: где живет русалка, определишь сверху, не погружаясь, а потом быстро совершишь спуск. Это, в свою очередь, облегчит осуществление третьего пункта: если ты спустишься мгновенно, то у русалки не хватит времени на оборону. Четвертое затруднение тоже можно обойти: ты ныряешь с запасом воздуха, чтобы принц какое-то время мог дышать. Ну, а над решением пятого пункта, будь добр, подумай сам: принц должен поверить, что у русалки хорошо, а дома лучше. Надеюсь, ты справишься.
      – Мне кажется, у тебя получилось бы лучше, – смиренно признался Косто.
      – Конечно лучше. Но я не умею нырять. Хотя, умею не умею – не в этом дело. Если я и спущусь, толща воды раздавит меня. Так что, Косто, только ты со своими упругими костями можешь сделать это.
      – А как отыскать жилище русалки? – спросила Скриппи.
      – Вот уляжется буря, и я полетаю над морем, присмотрюсь. Авось что-нибудь увижу.
      – Но под водой так темно, – возразила Скрипни. – И чем глубже, тем чернее.
      – А ведь верно. Как же мне самой не пришло это в голову? – Чекс с уважением посмотрела на скелетицу. – Конечно, русалки не станут селиться на мелководье. Они любят забираться поглубже, в какую-нибудь пещеру. Что бы придумать?..
      – А волшебное зеркало нам не поможет? – спросил скелет, подняв дорожный мешок принца.
      – У вас есть зеркало? – вскричала кентаврица. – Но ведь эго то, что нужно!
      На ладони скелета блеснул небольшой предмет.
      – Сделаем так… – завладев зеркальцем, произнесла кентаврица и принялась настраивать сверкающую поверхность. Через несколько минут в поле зрения зеркальца оказался Гобелен, а на нем… Дольф и русалка! Вот так удача! Дольф чинно сидел за столиком и ел что-то. Судя по его постному выражению, это была какая-то питательная детская кашка. Ага, значит русалка не закармливает гостя пряниками. Если бы она знала, до чего опрометчиво поступает!
      – Какая прелесть! – воскликнула Скриппи, разглядев на картинке цветные камешки и вещицы из золота. – У этой русалки великолепный вкус!
      Косто не отрывал глаз от русалки. Во время шторма он не успел ее рассмотреть, но теперь понял – красотой она не уступает Виде Вилде. Будь он смертным, непременно влюбился бы! Дольф еще ребенок, но и его рядом с таким соблазном опасно оставлять.
      Ведь искушение, как вода, исподволь подтачивает силы.
      – Да, задача усложняется, – вглядываясь в зеркальце, пробормотала кентаврица. – Ее пещера сверху ничем не отличается от прочих камней и валунов, даже сквозь кристально чистую воду не разглядишь.
      – Совершенно неприметное место, – вздохнула Скрипни. – Придется действовать иначе.
      – Может, с помощью какого-нибудь растения, – задумчиво произнесла Чекс, – ну, скажем, Любопытной Варвары?.. Так ведь ее поблизости нет… Понюшка.., но она унюхивает только табак…
      – С растениями надо уметь разговаривать, а из нас никто на это не способен, – напомнил Косто.
      – ..О, берислед! – не слушая скелета, воскликнула Чекс. – Конечно берислед! Дадим ему какую-нибудь вещичку принца Дольфа, и он укажет нам путь!
      Они обыскали все вокруг и вскоре в самом деле нашли берислед. В самую гущу его сунули мешок, и листья тут же повернулись в одну сторону, к морю. Косто провел по песку линию, как указывал берислед, вплоть до самого берега. Направление есть! Теперь не хватало самой малости – еще одного бериследа. Но еще одного в округе не оказалось.
      Наступил вечер. Они посмотрели в зеркальце и в сгущающихся сумерках увидели Дольфа, с которым по-прежнему все было в порядке. Русалка устроила ему постель из пухлых морских подушек, и принц мирно спал на них. Но эта тишь и гладь как раз и была самой большой опасностью, потому что русалка привязывала к себе принца невидимыми нитями, которые потом будет невозможно разорвать.
      – Уже темно, – зевнула Чекс. – Давайте отложим поиски до утра. Надеюсь, завтра мы быстро управимся со всем этим.
      – Ты куда-то спешишь? – поинтересовалась Скрипни.
      – Да, крылатые чудовища у себя на вершине готовят торжество, и мне не хотелось бы опаздывать.
      – Неужели какая-то вечеринка для тебя важнее благополучия принца? – возмущенно спросил скелет.
      – Нет, ни в коем случае, – горячо возразила Чекс и почему-то покраснела. – Я просто хотела сказать, что утром искать будет проще.
      Кентаврица, прежде чем отправиться спать, поужинала фруктами, а скелеты просто растянулись на песке: они в ужине не нуждались. Скелеты, честно говоря, не нуждались и в отдыхе, но раз кентаврица улеглась, то и они решили полежать, просто так, из вежливости Вскоре Косто утомился лежать без дела. Он решил подняться и отправиться на поиски второго бериследа. Скелет постарался встать не гремя костями, но увидал, что и Скрипни поднимается. Оказывается, и ее посетила та же мысль, что и Косто.
      Без лишних слов они разошлись в разные стороны: один пошел на север, другой – на юг. Они были лишены слабых людских глаз, поэтому в темноте видели отлично.
 
      ***
 
      Приблизился рассвет. Косто вернулся. Ни с чем.
      Вскоре показалась и Скриппи. Она сообщила, что нашла растение, которое… Нет, лучше обождать, пока проснется Чекс, а там станет ясно.
      И вот настало утро.
      – А второе растение обязательно должно быть бериследом? – спросила у кентаврицы Скриппи.
      – Я не знаю, в принципе…
      – Следопыт подойдет?
      – Конечно подойдет, только где его найти? В этой местности следопыты не водятся.
      – Может, я и ошибаюсь, но мне показалось, что здесь неподалеку растет один куст, – сообщила Скриппи, явно гордясь собой.
      «Наверняка ошиблась, – подумал Косто. – Что у них там, в гипнотыкве, может расти?.. То есть как что? – Тут же возразил он самому себе. – У нас, в гипнотыкве, полно растений, а уж о следопыте и говорить не приходится. Ведь без него ни один загадочный сон не обходится».
      Скриппи провела их к растению, и это в самом деле оказался следопыт. Листья пытливо втянули запах дорожного мешка, а потом указали направление.
      Мысленно продолжив две линии, они поняли, в какой точке морской поверхности те пересекутся. Так вот где жилище русалки!
      Чекс взмыла в воздух. На водной глади отразилась тень летящей полулошади. Рядом с нею раскачивалось нечто, похожее на огромную авоську. Чекс взялась донести скелетов до места погружения, но для этого им пришлось забраться в сеть. Кентаврица подлетела к нужной точке и, не долго думая, вытряхнула груз в воду. Плюх! И скелеты пошли ко дну, навстречу.., вот только чему навстречу? Чекс обещала следить за происходящим через зеркальце, но при этом предупредила: «Если попадете в переплет, помните, на дне я вам не помощница».
 
      Итак, они оказались на морском дне, среди подводных кущей. Если бы не стайки рыбешек, непрерывно шныряющих туда-сюда, пейзаж сильно бы напоминал ксанфские джунгли.
      А где же грот русалки? Всмотревшись, они тут же заметили его.
      Войдя в пещеру, они увидели русалку. Она сидела, неподвижно уставившись в пол.
      Не сразу сообразили они, на что смотрит хозяйка подводного грота. Гипнотыква! Русалка смотрела прямо в глазок лежащей на полу объемистой гипнотыквы. Значит, русалка оказалась в западне. Хорошо, но…
      Но где же принц? Его нигде не было видно.
      – Гипнотыква! Он там, внутри! – догадалась Скриппи.
      Конечно! До чего умный мальчик! Убежал от русалки, зачаровав ее с помощью гипнотыквы!
      Теперь надо сделать следующее: поднять гипнотыкву на поверхность и выпустить принца. Все складывалось куда лучше, чем предполагалось.
      Косто поднял тыкву, и та сама собой начала всплывать. И тут стало ясно, что они допустили роковую ошибку – прервали связь русалки с глазком гипнотыквы.
      И она тут же очнулась.
      – Что, что случилось? – мгновенно забеспокоилась русалка, глядя по сторонам.
      Гипнотыква на глазах превратилась.., в принца Дольфа!
      – Познакомься, Мела, это мой компаньон, скелет Косто, – подчеркнуто вежливо произнес принц. – А это, Косто, русалка Мела. Думаю, Косто явился сюда для того, чтобы освободить меня.
      – Когда же это он успел явиться?! – воскликнула Мела. – Я и не заметила.
      – Это я ему помог, – признался принц. – Превратился в гипнотыкву, и пока ты блуждала в гипномире, он тем временем проник в пещеру.
      – Выходит, ты меня связал? – возмутилась Мела. – А ведь клятву дал не обижать!
      – Я и не обижал! Просто на минутку заставил замереть, чтобы получить возможность убежать. Я считаю, что поступил честно.
      – Нет, не честно! – возразила русалка. – Клянусь глубинами морей, не честно!
      – Я же не ранил тебя, не ударил. А просто хотел уйти.
      – Ох, Дольф, последнюю надежду на семейное счастье ты у меня отнимаешь! – заголосила русалка. Дольф не понимал, как можно плакать под водой, но Мела действительно плакала. И на душе у него стало беспокойно, ведь слезы – это мощнейшее оружие, применяемое женщинами против мужчин.
      – Да будет у тебя счастье, – попробовал утешить русалку Дольф. – Единственный я, что ли?
      – Единственный, единственный, – еще громче зарыдала Мела. – И не будет у меня уже такого никогда-а. Не уходи, Дольф, не покидай меня!
      – У Дольфа есть дело поважнее, – выступил вперед скелет, – дело государственной важности!
      Понимаешь?
      – Ты разбил мое сердце, Дольф, – заломила руки Мела. Слезы неудержимо лились по ее щекам.
      – Я действительно причинил ей боль, – видя, как страдает несчастная русалка, проговорил Дольф. – Я нарушил клятву.
      – Но разве в вечном плену, под водой, в темной пещере тебе было бы хорошо? – выдвинул аргумент Косто.
      – Мела была очень добра ко мне, честное слово, – сказал Дольф. – Она обещала подарить мне столько цветных камешков, сколько я захочу; и еще она сказала, что я смогу кататься на ее морском коньке; а позднее, когда я стану достаточно взрослым, она откроет мне тайну аиста. И здесь, внизу, я вовсе не чувствую себя в плену. Мела хорошо ко мне относится, и мне не хочется причинять ей боль.
      – Спасибо, дорогой, – снова прослезилась русалка, на этот раз от счастья.
      Тут Косто окончательно убедился, что теряет свое влияние. Русалка успела, вопреки кормлению питательной кашей, очаровать принца. Тот даже, кажется, ей в чем-то поклялся.
      – А почему бы русалке не выйти замуж за мужчину из подводного племени? – поинтересовалась Скриппи.
      – Для этого нужен особый драгоценный камень, – объяснил Дольф.
      – Что за камень?
      – У ее мужа, Сайруса Русоса, был драгоценный камень. Но дракон убил Русоса и похитил камень, а вдовой без камня ни один русал не заинтересуется.
      Повстречав меня, Мела очень ко мне привязалась, и если я уйду, она навек погрузится в печаль.
      Мела улыбнулась Дольфу, а тот улыбнулся в ответ. Косто понимал: надо что-то делать, быстро, прямо сейчас, потому что магия русалки становится все сильнее и сильнее. Женщины знают особое заклинание, под влиянием которого мужчины превращаются в покорных рабов. Дольф, конечно, еще ребенок, но заклинание, кажется, действует и на него.
      – А что если.., отыскать твой камень, – предложила Скриппи.
      Глаза русалки расширились от удивления.
      – Отыскать?
      – Ну да, и после этого ты найдешь себе мужа, а Дольфа отпустишь.
      – Чтобы отыскать камень, надо выбраться на сушу, а для этого нужны сильные ноги, – сказала Мела. – Мои слишком слабы.
      И для пущей убедительности тут же превратила свой хвост в пару ножек, действительно больше годящихся для музея изящных искусств, нежели для ходьбы по твердой земле.
      – Поисками можем заняться мы, – с трудом оторвав взгляд от ножек, сказал Косто. – У нас-то ноги, г-м, крепкие.
      – О, это было бы просто чудесно! – восторженно проговорила русалка. – Но известно ли вам, что этот дракон.., это просто страх и ужас…
      – Принц Дольф наделен магическим даром превращения. Он может превратиться в еще более ужасного дракона, и похитителю не поздоровится. Мы вернем тебе камень, а ты вернешь принцу свободу.
      Заметив, что принц все еще сомневается, скелет прибавил:
      – Бой с драконом – настоящее испытание для королевского сына! Настоящий подвиг! Просто мечта любого воина!
      – Ну хорошо, я согласен, – развел руками Дольф.
      – А потом мы снова отправимся в путь на поиски Доброго Волшебника Хамфри, – еще поддал жару скелет.
      – О, здорово! – окончательно проснулся Дольф.
      И тут его взгляд снова, как магнитом, притянуло к русалке. – А может…
      – Нет, путешествие гораздо важнее, – заявила русалка, решительно превратив ножки в скучный рыбий хвост. – Если не найдешь камень, то вернешься ко мне.
      – И ты во мне нисколько не сомневаешься? – спросил Дольф. – А вдруг я найду камень и заберу его себе.
      – Это был бы поступок, недостойный принца, – тут же вмешался скелет. – Для королевского сына честь на первом месте. Королевский сын обязан держать слово.
      – Мне всего девять лет и про слово я еще не проходил, – честно признался Дольф.
      – Вон оно что, – нахмурилась Мела. – Ты намекаешь, что можешь и солгать? Что нет гарантии, что ты вернешься? Тогда оставь какой-нибудь залог.
      – Ну, Дольф, что ты можешь оставить? – слегка толкнула принца Скриппи.
      – Не знаю, – совсем растерялся Дольф.
      Разговор неожиданно принял такой взрослый, такой скучный оборот.
      – У нас при себе нет ни денег, ни ценностей! – «возвысил голос Косто.
      – Я.., я могу остаться в качестве залога, – вдруг сказала Скриппи. – В битве с драконом я все равно не помощник.
      – Ты хочешь сказать, что за тобой принц непременно вернется? – с сомнением спросила русалка.
      – Если не принц, то… – и Скриппи с надеждой глянула на Косто.
      – Я вернусь, Скриппи! Обязательно вернусь! – не сумев сдержать волнения, воскликнул Косто.
      – Раз так, то я согласна, – сказала русалка. – Только помни, милочка, если попытаешься убежать, я спущу на тебя стаю морских собак.
      – Я не сбегу, – тихо произнесла Скриппи, – хотя бы потому, что подводное царство для меня все равно что темный лес.
      Таким образом соглашение было достигнуто.
      Дольф и Косто поплыли наверх, где их с сетью наготове уже ждала Чекс.
 
 

Глава 7
КОНДРАК

 
      Вспомнив, что до начала торжества на вершине горы осталось совсем немного времени, Чекс распрощалась со своими друзьями, взлетела в небо и вскоре растаяла в голубой дали.
      Дольф задумчиво глядел ей вслед. Потом он перевел взгляд на морские волны. Где-то там, в глубине, обитает русалка. Да, начатое дело, несомненно, надо продолжать, но Мела такая хорошая, что если бы…
      – Продумаем наши дальнейшие действия, – прервал его мечтания Косто. – Русалка рассказала, что супруга ее погубил дракон по имени Кондрак, обитающий на горе Съелл. Съелл – это одна из вершин в горной цепи, тянущейся вблизи Области Воздуха. Чекс обладает познаниями в географии, и вот она сообщила, что горная цепь сверху похожа на драконий хвост…
      Дольф раньше, в гроте русалки, так увлекся своими мыслями, что начисто прослушал тот самый деловой разговор, подробности которого сейчас излагал скелет.
      – ..Поэтому, – продолжал скелет, – ты должен будешь превратиться в птицу-рок, и мы полетим туда и все рассмотрим собственными глазами. Чем раньше там окажемся, тем скорее вернем драгоценный камень, а значит, и Скриппи…
      – Да, она такая стройная, – пробормотал Дольф.
      – Стройности ей и в самом деле не занимать, – с гордостью кивнул Косто. – В этом смысле она просто чудо, но сейчас не время об этом думать…
      Дольф думал вовсе не о Скриппи, но сейчас действительно решил в эти материи не углубляться.
      Дольф превратился в птицу-рок, Косто уселся к нему на спину, и они полетели на северо-запад. Косто летел, прижимая к себе мешок. Он не забыл его захватить, он вообще был одарен способностью помнить о самых незначительных вещах (так как в черепе у него было очень просторно, то в нем находилось место даже для таких мелочей).
      На этот раз Дольф летел более уверенно. Очевидно, практика пошла ему на пользу. Дольф мог превращаться в кого угодно. Вместе с обликом того существа, в которое он превращался, принц получал и его язык и его магические таланты. Каждое отдельное превращение представляло собой как бы ряд изображений, и последующие всегда были совершеннее предыдущих. Но все же до настоящего Дольфу всегда и неизбежно будет далеко. И принц сознавал это. Он знал, что настоящая птица-рок всегда его перещеголяет. Поэтому Дольф не распылялся. Выбрав себе дюжину существ, он упорно перевоплощался именно в них, оттачивая свое магическое мастерство.
      Дольфу хватило бы и одного существа. Пусть ой будет превращаться во что-нибудь одно, зато неподражаемо. Но он пока не знал, на ком остановиться. На ограх? Огры, конечно, хороши своей силой, их все боятся. Зато птицы-рок умеют летать, хотя.., не умеют плавать. А если научиться превращаться в русала! Тогда бы он…
      – Провал! – крикнул Косто. – Внизу Провал!
      Дольф вздрогнул от неожиданности. Этому скелету ну просто блестяще удается каждый раз прерывать стройный ход его размышлений. Всякий раз, когда размышления становятся особенно интересными, скелет тут как тут! Дольф посмотрел вниз. Внизу и в самом деле показалась зигзагообразная расщелина. Это и был великий Провал, отделяющий верхний Ксанф от нижнего. Дольф знал, что сотни лет Провал находился словно под прикрытием: ни на одной карте, относящейся к тем эпохам, его не было.
      А все потому, что Провал оказался в области действия забудочного заклинания. И знаете, кто выпустил на волю это заклинание? Отец Дольфа, король Дор. Восемьсот двадцать семь лет назад он разбил бутылку, в которой было спрятано заклинание, и оно вырвалось на волю. И вот с тех самых пор и вплоть до времени Безволшебья о Провале вообще никто не помнил. В Безволшебье забудочное заклинание несколько ослабело, а спустя какое-то время разорвалось на кусочки, точнее на облачка. И вот такое облачко, летая по Ксанфу, оседало где попало – и где попало, там все начисто обо всем забывали. В конце концов облачка рассеялись, и все вернулось на свои места, кроме дракона Стенли, ручного дракона принцессы Айви, который на самом деле был грозным Провальным драконом и когда-то жил в Провале, но потом, позабыв свое ужасное прошлое, превратился в сущего младенца, да так и остался в замке.
      Везет же этим противным девчонкам. Не все, конечно, противные, есть среди них…
      – Повнимательнее! – раздался голос скелета. – Приближается драконья гряда.
      Опять скелет ворвался в самом интересном месте, помешав Дольфу уловить какую-то очень интересную мысль. О, взрослые просто мастерски умеют вмешиваться. Они много чего умеют, только перед детьми не признаются.
      – На ксанфских часах двенадцать ноль-ноль, – торжественно провозгласил скелет, на что Дольф лишь мысленно пожал плечами. Во внешнем Ксанфе сроду не было никаких часов. В гипнотыкве, да, там и в самом деле существовала такая сложная штуковина, которая указывала кобылкам-страшилкам, что тот или иной страшный сон уже пора нести. Но при чем здесь горы? Нет, Косто явно заговорился.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16