Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Американская наследница (№6) - Скандальная слава

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Маклейн Джулиана / Скандальная слава - Чтение (стр. 4)
Автор: Маклейн Джулиана
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Американская наследница

 

 


Возможно, она напрасно сказала это. Он, без сомнения, уже забыл о своем намерении. Когда он придет на бал и увидит там много красивых женщин, то вряд ли вспомнит про нее.

Мартин оперся на перила и посмотрел вниз.

– Да, пожалуйста, будьте любезны. И если вы позволите, то пусть это будет последний танец.

– Вам остается только надеяться, что я не слишком устану и не захочу отправиться в отель раньше времени.

Мартин улыбнулся и отчетливо произнес:

– Нет, вы не отправитесь в отель раньше времени.

Она улыбнулась в ответ.

– Почему вы так думаете?

– Я знаю, что вам понравится этот бал. Да и как же иначе? Вы только представьте: летняя ночь, тихо плещущиеся морские волны, музыка, огни. Вам просто не захочется никуда уезжать. Кто знает, может, это будет самая волнующая ночь в вашей жизни?

Мартин был абсолютно уверен в своих словах. И был прав. В жизни Эвелин не было безумных страстей и пламенных объятий, но она к этому и не стремилась. Она прекрасно знала, к чему приводят любовь и страсть. Ее собственная мать всю жизнь страдала из-за неразделенной любви к отцу, который постоянно изменял ей. Да и история с Пенелопой, мучившейся от любви к Мартину, была ярким тому примером.

А еще Эвелин знала, что такое быть отвергнутой. Это чувство было знакомо ей с детства. Сначала от нее отвернулся отец, а потом и муж. Глубоко переживая безразличие со стороны близких людей, Эвелин напустила на себя маску холодной неприступности, которая стала своеобразным щитом, закрывающим ее израненную душу.

И вот в ее жизни появился Мартин. Он был первым мужчиной, который смог пробиться сквозь тщательно выстроенную оборонительную крепость.

– Я не тот приз, за который вам стоит бороться, – сказала она, снова прячась в свою раковину. На лице Эвелин, казалось, навсегда застыла маска равнодушия и отрешенности. Ей совсем не хотелось стать его очередной жертвой, через которую он с легкостью переступит, когда она сдастся под его бурным натиском. – Если хотите, мы, конечно, потанцуем, но предупреждаю: вы напрасно тратите на меня свое драгоценное время.

– Вы полагаете, что, танцуя с вами, я буду терять время? А вы никогда не думали, что ради одного такого мгновения и стоит жить?

Эвелин почувствовала, как к горлу подступил комок.

– Нет. – Она повернулась, чтобы уйти. Ей не понравился его вопрос.

– А вы попробуйте. Нет ни будущего, ни настоящего – только этот миг, здесь и сейчас. Именно в это мгновение по-настоящему понимаешь, что такое жизнь-череда мгновений.

Эвелин ничего не ответила. Она придерживалась другого мнения на этот счет. Ведь каждый момент когда-нибудь да заканчивается, и остаются боль и разочарование.

А эту боль невозможно забыть.

Впрочем, подумала она, лорду Мартину неведомы подобные чувства. Вероятно, он никогда никого не любил настолько сильно, чтобы от этой любви испытывать боль.

Перед тем как попрощаться с ней, Мартин сказал:

– Я думаю, миссис Уитон, вы одна из тех немногих, кто понял бы меня.

У Эвелин вдруг защемило в груди.

– Почему вы считаете, что я должна понять вас?

Мартин внимательно посмотрел на нее.

– Почему? И вы еще спрашиваете? В вашей жизни был такой момент, когда вы не думали ни о прошлом, ни о будущем, когда ваша жизнь зависела только от настоящего. От одного мгновения. Вы, надеюсь, понимаете, о чем я?

У Эвелин перехватило дыхание.

Она повернулась к Мартину.

– О чем вы говорите?

– О том зимнем дне на озере, – сказал Мартин. Так как Эвелин продолжала молчать, он добавил: – Лед был очень тонким.

Эвелин удивленно смотрела на него.

– Я… не думала, что вы помните об этом, – проговорила она, с силой стиснув свою сумочку. Неужели он не забыл?

Что-то неожиданно поменялось во взгляде Мартина. Он слегка тряхнул головой.

– Помню.

Они оба молча смотрели друг другу в глаза. Тишину нарушало лишь громкое тиканье висящих на стене часов, которое напоминало им, что это молчание слишком затянулось.

– Вы всегда знали, что это была я? – спросила Эвелин, пытаясь придать своему голосу твердость.

– Да. Но мне казалось, что вы не знаете, что это я вас спас. Ведь вы так и не поблагодарили меня…

Неужели она даже не сказала ему «спасибо»?

Но ведь ее мать, без сомнения, поблагодарила его. Сама же Эвелин находилась в состоянии шока – ей было не до слов благодарности. Разве это так трудно понять?

Эвелин поправила очки. В ее голове пронесся целый вихрь мыслей. Что ему сказать?

– Я очень благодарна вам, лорд Мартин, за то, что в тот день вы спасли мне жизнь. Правда. Спасибо вам.

Он кивнул в знак того, что принял ее благодарность.

– Что ж, лучше поздно, чем никогда.

Эвелин почувствовала, как бабочки опять начали свой танец.

– Я должна идти, – сказала она. – Лорд и леди Рэдли уже ждут меня. До свидания.

– До встречи, – тихо ответил он.

Эвелин шла к двери, и ей казалось, что земля уплывает у нее из-под ног. Оказывается, лорд Мартин все помнил и считал ее неблагодарной! Ведь за все эти годы она так и не удосужилась сказать ему «спасибо». Более того, она всегда выказывала ему свое презрение.

Эвелин вышла на улицу и вдруг замерла на месте. Неожиданно ей пришла в голову мысль, что сейчас она стала очень похожа на своего отца. Именно от него она унаследовала холодность, высокомерие, привычку смотреть на людей свысока.

Совершенное ею открытие повергло Эвелин в шок Она совсем не хотела быть такой! Интересно, сможет ли она измениться? Стать другой?

Глава 7

Двухсотдевяностофутовый «Улисс», застывший сверкающей глыбой среди лениво плещущихся волн, был виден с любой точки залива. Он походил на самый настоящий плавающий дворец. Стоило гостям подняться по трапу на борт этого гиганта, как у них возникало ощущение, что они попали в сказку. Панели орехового дерева, отражающие сияние сотен свечей, бархатные диваны, аромат кубинских сигар и французских духов, дорогое шампанское, искрящиеся бриллианты – все это создавало ощущение бесконечного праздника и непрекращающегося счастья. Слышался веселый женский смех, со всех сторон неслись оживленные голоса.

Весь вечер Эвелин провела в танцевальном зале, где без перерыва танцевала и танцевала с разными джентльменами. Все они были чрезвычайно вежливы, предупредительны, внимательны к ней. Каждый из них вел самый настоящий бой за ее наследство. И все они были чем-то похожи. Вокруг них витала особая аура, – аура охотников за приданым.

Эвелин сразу же надела свою привычную маску холодной, чопорной и надменной особы, не слишком красивой, но зато очень богатой. И эта маска позволяла ей говорить «нет» джентльменам, которые предлагали ей руку и сердце. Эвелин была уверена, что им, в сущности, все равно, любезна она с ними или нет. А вот для лорда Мартина это действительно имело значение. Почему? Он спас ее. Он помнил о ней все эти годы.

Вот подошел к концу еще один танец, и партнер Эвелин, барон из Норфолка, проводил ее к лорду и леди Рэдли, которые в эту минуту лакомились клубникой в шоколаде.

– Ах, дорогая, вы, должно быть, уже падаете от усталости. Вы танцуете весь вечер. – Леди Рэдли протянула Эвелин руку.

– Да, я ужасно устала, – призналась Эвелин, раскрыла своей веер и начала им обмахиваться.

Через пару минут к ним подошел лорд Брекинридж и предложил Эвелин бокал шампанского.

– Я вижу, вы не пропустили ни одного танца, – заметил он. – Надеюсь, вы немного постоите здесь с нами, чтобы хотя бы отдышаться.

Да, Эвелин действительно запыхалась, а ее сердце оглушительно стучало.

– Чудесный вечер. Я давно так не веселилась, – проговорила она, стараясь придать своему голосу веселость и беззаботную легкость. – Барон поведал мне, что его семье только что стало известно…

Брекинридж перебил ее:

– Я только что беседовал с Джеком Сифортом, владельцем этого парохода. Вы знаете, что мощность двигателя «Улисса» четыре с половиной тысячи лошадиных сил, а скорость восемнадцать узлов? Он может пересечь Атлантический океан за семь дней!

– Невероятно, – вежливо ответила Эвелин, пытаясь скрыть свою досаду. Ей было неприятно, что Брекинридж так грубо перебил ее прямо на полуслове.

– Так что знайте: вы танцуете на целом состоянии. О таком мечтает каждый мужчина. – Он поднял свой бокал.

Лорд Рэдли присоединился к нему. Эвелин отпила глоток этого дорогого шампанского и снова посмотрела на Брекинриджа. Тот опять принялся расхваливать пароход и восхищаться его техническими характеристиками. Что ж, подумала Эвелин, придется отложить историю о бароне и найденном им оружии древних викингов до лучших времен.

Леди Рэдли заскучала и стала смотреть в зал на танцующих, покачивая головой в такт музыке.

– А вы танцевали сегодня? – спросила ее Эвелин.

– Нет еще. Я пока только наблюдаю за молодежью. – Взгляд леди Рэдли на мгновение задержался на лице собеседницы, а потом снова скользнул в зал.

Эвелин проследила за взглядом пожилой леди и обнаружила, что объектом столь пристального интереса являлся лорд Мартин. Он как раз в эту минуту танцевал с очаровательной блондинкой в ярко-желтом платье. Темные влажные глаза леди Рэдли сделались мечтательными, своей маленькой ножкой в лаковой туфельке она мерно постукивала по полу.

Эвелин тоже невольно поддалась гипнотическому обаянию Мартина, излучаемому им даже на расстоянии. Она завороженно смотрела на кружащуюся пару. Они смеялись, о чем-то оживленно беседуя. Казалось, эти двое ничего не замечают вокруг себя.

Лорд Лэнгдон действительно обаятелен. Она же, Эвелин, – полная противоположность. Мартин любил женщин, ему нравилось флиртовать с ними, с ним любая чувствовала себя привлекательной и интересной. Эвелин, наоборот, отталкивала от себя мужчин. От нее просто веяло холодом. Да, ей было чему поучиться у Мартина.

Когда лорд Лэнгдон и его партнерша наконец остановились, он поднял глаза и увидел Эвелин. Их взгляды встретились. Белокурая девушка в желтом платье счастливо хихикала и о чем-то весело болтала, но Мартин не слушал ее. Он смотрел на Эвелин. Как будто они были какими-то тайными заговорщиками.

Леди Рэдли положила руку Эвелин на плечо.

– Вы видели? Как он смотрит на вас? И улыбается… Я бы многое отдала за один такой взгляд!

Эвелин наклонилась к приятельнице:

– Вы находите его красивым? Да?

Леди Рэдли вздохнула:

– Да, он очень красив, но дело не только в этом. В нем есть что-то темное и загадочное. Под его очаровательными улыбками прячется нечто зловещее и опасное. Вы разве не чувствуете этого? Полагаю, это нечто передалось ему от отца. История его семьи окутана тайной. О них ходят слухи, способные напугать кого угодно. До вас, наверное, тоже дошли сплетни о его брате, герцоге, который несколько лет назад женился на фантастически богатой американке.

– Какие сплетни? – удивилась Эвелин.

– Впрочем, вы были тогда еще слишком молоды. – Леди Рэдли огляделась по сторонам и прошептала: – Говорят, что в их замке живут привидения. У всех герцогов Уэнтуортов черные сердца. Отец лорда Мартина был настоящим зверем и, говорят, умер от пьянства. Та же самая участь постигла и деда лорда Мартина. Их род проклят, счастье обходит их стороной.

– Да, я слышала, что Уэнтуорт-Касл довольно мрачное место, – сказала Эвелин.

Леди Рэдли прикоснулась к руке Эвелин и снова зашептала:

– Несколько лет назад лорд Мартин неожиданно исчез, и никто не знал куда. Некоторые считают, что он уезжал куда-то за границу. Потом, через какое-то время, Мартин вдруг снова объявился и стал покупать и крушить яхты одну за другой. Поговаривали, правда, что он был вовсе не за границей, а сошел с ума и сидел взаперти в своем поместье. Я, разумеется, убеждена, что это какая-то чепуха. Кроме того, брат лорда Мартина, живущий сейчас в родовом поместье со своей семьей, мало бывает в свете, но вроде бы у него теперь все хорошо. Его жена-красавица родила ему миленьких деток, и привидения исчезли.

Продолжая смотреть на Мартина, Эвелин накручивала кончик своего локона на палец.

– Мне кажется, что все эти несчастья теперь уже в прошлом, – продолжала леди Рэдли. – Ведь у лорда Мартина золотое сердце. Вы согласны? Каждая женщина чувствует себя с ним красавицей. Даже такая женщина как я.

Да, пожилая леди была права. Когда Эвелин разговаривала с Мартином в коридоре отеля, она тоже чувствовала себя привлекательной. Во всех отношениях. В ней вдруг проснулся интерес к жизни, к приключениям. Эвелин захотелось улыбаться и шутить, что с ней случалось крайне редко. Легкая меланхолия давно уже была ее привычным состоянием.

– Он, кажется, собирался потанцевать сегодня с вами. Когда мы разговаривали на лужайке, лорд Мартин просил внести его в вашу карточку, – напомнила Эвелин.

– Да. И он не забыл об этом. Следующий танец я танцую с лордом Лэнгдоном. – Леди Рэдли выпрямилась и самодовольно засмеялась. – Правда, в моем возрасте… Это ужасно глупо с моей стороны.

Она сделала глоток шампанского и бросила взгляд на своего мужа, который был увлечен разговором со знакомыми и не подозревал, какие мысли бродят в голове его супруги. Скорее всего он вообще забыл о ее существовании.

Музыка наконец стихла, и пары снова вернулись на свои места. Все как-то разом заговорили, послышался смех и звон бокалов.

Леди Рэдли стиснула руку Эвелин:

– Он идет сюда.

Мартин подошел к ним и весело поприветствовал.

– Вы удостоите меня чести потанцевать с вами, леди Рэдли? Я ждал этого мгновения весь вечер.

Он протянул леди Рэдли затянутую в перчатку руку, и она, радостно хихикнув, вложила в его ладонь свою пухлую ручку.

– Ах, лорд Мартин, вы такой очаровательный молодой человек! Я с большим удовольствием потанцую с вами.

Пара направилась к центру зала, а Эвелин смотрела им вслед. Они о чем-то разговаривали и смеялись. Вдруг Мартин обернулся и поймал взгляд Эвелин. Он улыбнулся, тем самым давая ей понять, что следующий танец ее. Эвелин бросило в жар.

Вот наконец Мартин и леди Рэдли встали друг против друга и приготовились к танцу. Она все еще щебетала что-то, на ее щеках пылал румянец, в глазах поблескивали озорные искорки. Лорд Рэдли не удосужился посмотреть в сторону жены и даже не догадывался, в каком блаженном состоянии она сейчас пребывает. А Брекинридж тем временем продолжал во всех подробностях рассказывать ему о том, как проходила предыдущая регата и как он боролся за победу в ней.

Танец кончился, и подошло время Эвелин выслушивать комплименты Мартина. Когда он подошел к ней и улыбнулся, ее сердце радостно забилось.

– Итак, миссис Уитон, настало время последнего танца. Надеюсь, вы не слишком устали и не откажете мне?

Эвелин удивленно посмотрела на него. Он давал ей возможность отказаться от танца с ним. Он не хотел с ней танцевать?

Она уже открыла рот, чтобы ответить Мартину, но тут в разговор вдруг вмешался Брекинридж:

– В самом деле, лорд Мартин, у Эвелин даже не было времени перевести дыхание. Да к тому же в зале так жарко! Вам не кажется?

Мартин повернулся к графу и твердо сказал:

– Вы полагаете, что здесь душно? В таком случае я провожу миссис Уитон на палубу подышать свежим воздухом.

Брекинридж и лорд Мартин впились друг в друга глазами. Эти двое снова соревновались друг с другом. И ей в данном случае отводилась роль приза.

Впрочем, Эвелин решила, что должна сама ответить лорду Лэнгдону и не позволит Брекинриджу командовать собой. Она повернулась к Мартину:

– Действительно. Давайте поднимемся на палубу. Здесь душновато, и свежий воздух – это как раз то, что мне нужно.

Мартин очаровательно улыбнулся, сверкнув своими белыми ровными зубами.

– В таком случае прошу. – Он предложил ей руку.

Его глаза лучились счастьем, словно она была самой красивой, самой обаятельной женщиной в этом зале. Единственной женщиной на всем белом свете. Эвелин просунула ладонь под его локоть, и Мартин накрыл ее руку своей, отчего все тело Эвелин сразу же окатило теплой волной желания.

Ее пульс участился. Эвелин посмотрела в сторону, словно ожидала увидеть там кого-то более интересного.

И, разумеется, никого не нашла. Никого более интересного, чем лорд Мартин, там просто не могло быть. И Эвелин хотела сейчас только одного: подняться вместе с Мартином на залитую огнями палубу, немного прогуляться и полюбоваться на звезды. Она вынуждена была признаться себе, что ей приятно слушать комплименты Мартина. Разумом Эвелин понимала, что стоит за этими комплиментами, но сердце жило по собственным законам. Если бы Мартин знал, какой ураган бушевал у Эвелин в душе, то, пожалуй, испугался бы. Все мужчины боятся подобного накала страстей.

Почему-то именно сейчас Эвелин вспомнила своего отца. Она столько раз пыталась пробить стену его равнодушия, завоевать его любовь, но все время натыкалась на холодность и даже какую-то брезгливость.

Она ненавидела себя за то, что, даже лежа в могиле, отец до сих пор имел над ней власть. Именно из-за него она стала такой холодной и неприступной.

Эвелин подобрала юбку и стала медленно подниматься по ступенькам. Повернувшись к Мартину, она очаровательно улыбнулась ему. Это была ее маленькая победа над собой.

Мартин так же очаровательно улыбнулся ей в ответ.

Глава 8

– Наконец-то свежий воздух! – Мартин подвел Эвелин к перилам. Здесь они могли постоять и полюбоваться покачивающимися на волнах яхтами. Сотни маленьких фонарей подсвечивали бархатную темноту ночи. Слышалось тихое позвякивание колокольчиков. Прохладный воздух приятно овевал лицо. Эвелин завороженно смотрела на серебристую лунную дорожку на поверхности залива.

– Как здесь хорошо! – проговорила она. – Там, внизу, было невыносимо душно.

Мартин оперся локтями на перила и забавно сморщился:

– Да. Я бы сказал, там просто удушающая атмосфера.

– Надеюсь, вы говорите о воздухе в танцевальном зале, лорд Мартин, а не о компании.

Он чуть ближе наклонился к Эвелин и тихо произнес:

– Думаю, добродетельная вдова не должна говорить такие вещи.

Он снова дразнил ее. У Эвелин создавалось впечатление, что Мартин прекрасно понимал, что на самом деле она была не такой, какой хотела казаться. И поэтому пытался вытащить ее из раковины, в которую она пряталась. Эвелин не могла сказать, хотелось ли ей этого или нет, нравилось ли…

– Я ничего особенного не сказала, – довольно резко проговорила она, сопроводив свои слова быстрым игривым взглядом.

Мартин улыбнулся:

– Но вы намекнули, что вам было скучно с вашими знакомыми.

Эвелин сжала перила, ее губы превратились в узкую полоску. Но на самом деле она не сердилась, наоборот, ей хотелось смеяться. Мартин действительно не походил ни на одного ее знакомого. Он все время заставлял ее смеяться, как будто знал, как ей это было необходимо. Особенно сейчас. Эвелин устала постоянно носить траур и пребывать в одиночестве. Ей хотелось жить, радоваться, быть счастливой.

Мартин посмотрел на воду.

– Надо заметить, мы очень высоко.

– В самом деле, – согласилась Эвелин. – Это ужасающе огромный пароход. Лорд Брекинридж уже успел сообщить мне, что мы танцуем и ходим по целому состоянию.

Брови Мартина элегантно приподнялись вверх. Это, по всей видимости, должно было выражать удивление.

– Он прав, несомненно, прав.

Эвелин тут же уловила сарказм в его тоне.

– Еще он говорит, что такой пароход – мечта каждого мужчины.

– Ну, предположим, не каждого. Полагаю, граф несколько погорячился с выводами, – мягко заметил он, снова положив локти на перила. – Я мечтаю совсем о других вещах. И пароходам я предпочитаю яхты и свежий ветер, надувающий паруса.

Внезапно налетевший порыв ветра растрепал темные длинные волосы Мартина. Эвелин вздохнула. Ей так нравилось это загорелое, мужественное лицо, любоваться которым она могла бы целую вечность.

– И почему же, позвольте полюбопытствовать?

– Потому что пароход – это всегда что-то определенное, обязательное, он должен плыть по расписанию. Яхта же – это свобода, это сама жизнь, морской ветер и неоглядная водная даль.

– Думаю, это только некоторые из причин, по которым вы предпочитаете яхты, – сказала Эвелин. – Ведь для вас еще важна и скорость. А также опасность. Вам, несомненно, нравится рисковать. Вы без этого жить не можете. И еще вы любите побеждать.

Мартин вдруг с удивлением посмотрел на Эвелин:

– Вы никогда не плавали на яхте?

– Я плавала только на пароходах. – Ее ответ прозвучал, как ей казалось, наивно.

– Да, это совсем не то, – начал объяснять он. – Когда плывешь на яхте, то становишься как бы ближе к небесам. На земле я никогда не испытывал подобных ощущений.

«Становишься ближе к небесам». Эвелин никогда не слышала, чтобы кто-нибудь так говорил. Так искренне, с таким восторгом.

Но, как бы там ни было, она не разделяла взглядов Мартина.

– Да, я понимаю, что все это очень романтично, и что касается меня, я никогда не находила удовольствия в опасности. Когда ветер рвет паруса, а лодка наклоняется так, что ее борт почти лежит на воде, – это всегда меня пугало. И это несколько расходится с моими представлениями о счастье.

Маотин слегка тряхнул головой, и его черные волосы взметнулись на ветру блестящей волной.

– Все не так страшно, как вы себе представляете, моя дорогая. Хороший капитан всегда держит все под контролем.

– Тогда что вы имели в виду, когда говорили о небесах?

Мартин помолчал немного, а потом посмотрел в глаза Эвелин.

– Когда я в море и ветер свистит у меня в ушах, я отвлекаюсь от своих мрачных мыслей, которые посещают меня довольно часто, – грустно сказал он. – Я смотрю на водную гладь, расстилающуюся передо мной, на необъятные небесные просторы и забываю обо всем на свете. Я не помню, кто я и где я, не думаю о том, что будет со мной завтра.

Последние слова Мартина утонули в громком смехе вышедших на палубу гостей. Вместе с ними в ночную тишину на мгновение вырвался оглушительный всплеск музыки. И так же быстро стих. Эвелин задумалась над словами лорда Лэнгдона. Почему этот человек, любимец женщин, знаменитый спортсмен, которому завидуют все мужчины, вдруг хочет забыть о том, кто он и где он? И тут же вспомнила, какие слухи ходили о нем и его семье.

– И еще… ничто не может сравниться с теми ощущениями, которые испытываешь, оставшись один на один с разбушевавшейся стихией. Грохочущие волны, с жадностью набрасывающиеся на лодку, соленые брызги, летящие в лицо… Но ты знаешь, что у тебя достанет сил и умения противостоять этой дикой ярости океана.

Эвелин с интересом посмотрела на Мартина. Он любил риск, любил ощущать свою власть над природой, над силами стихии. И тем не менее он понимал всю иллюзорность своей власти. От нежности к нему у нее вдруг заныло сердце.

– Пообещайте мне, что вы обязательно выйдете в море на яхте. – Его голос снова стал беззаботным. Эвелин с облегчением вздохнула. – Вы в Каусе. Вы не можете уехать домой, не попробовав этого.

– Я здесь только для того, чтобы смотреть на гонки.

Мартин восхищенно оглядел Эвелин с головы до ног. Она почувствовала странное беспокойство: мужчины никогда не смотрели на нее так.

– Ну это же скучно – прожить всю жизнь, только наблюдая за другими людьми, – сказал он. Потом наклонился еще ближе, к самому ее уху, и нежно прошептал: – Неужели вам не хочется попробовать чего-то нового? Пока вы еще молоды, пока вы полны жизни?

От этого шепота по спине Эвелин поползли мурашки. Она судорожно глотнула прохладный ночной воздух и уловила в нем тонкий аромат дорогого одеколона. Ее голова вдруг стала до странности легкой и закружилась. Да, ей и правда захотелось сделать что-нибудь необычное, чего она никогда не делала раньше. Зачем? Может, для того, чтобы почувствовать, что она еще жива?

Слова Мартина озадачили Эвелин. Но она постаралась придать своему лицу невозмутимое выражение. Мартин продолжал смотреть на нее жадным взглядом. Эвелин казалась себе рядом с ним маленькой девочкой. Он же в ее глазах был настоящим героем, жившим в совсем другом мире – загадочном, хаотичном, темном и непонятном. Там главенствовали физическое желание и животная страсть. Все то, перед чем холодный разум был бессилен. И это пугало.

Неожиданно Эвелин осознала, что их разговор стал вдруг слишком интимным. Да, она хотела быть более дружелюбной и раскованной, чем обычно, но не предполагала, что все может зайти так далеко. Мартин говорил о тех вещах, которые Эвелин прятала сама от себя. И меньше всего ей хотелось, чтобы об этом говорил такой человек, как он. Для него не существовало никаких запретов и ограничений. Ведь для него слово «соблазнять» означало «жить».

– Я хочу вас, – вдруг мягко проговорил он. Эвелин почувствовала, что по ее телу пробежала дрожь. Да как он смеет?! Ни тени смущения в голосе. Вот сейчас они сойдут на берег и отправятся в какую-нибудь пещеру на берегу. – Я могу многому научить… И вы увидите, как это прекрасно, как удивительно.

Эвелин подумала, что нет смысла притворяться, будто она не понимает, о чем он говорит. Она прекрасно знала, что он ей предлагал. И эти слова повергли ее в шок.

– Я не ищу подобного рода развлечений, – холодно сказала Эвелин и сердито нахмурила брови. Она и не предполагала, что Мартин захочет оттачивать свое мастерство соблазнителя на ней.

Он ухмыльнулся, сделал шаг назад и посмотрел на нее сверху вниз.

– Ах да, как же я мог забыть? Ведь я разговариваю с добродетельной вдовой.

Повисла пауза. Эвелин, не зная, что на это сказать, опустила глаза и стала смотреть на воду. Мартин легонько подтолкнул ее плечом.

Эвелин бросила на него сердитый взгляд и неожиданно для себя самой рассмеялась.

– Господи Боже мой! Что я слышу! – воскликнул Мартин. – Никогда не слышал, чтобы вы смеялись.

– Да, такое иногда случается, – сказала она. – Просто вас не было рядом со мной в такие моменты, поэтому и не было возможности услышать мой смех.

Мартин, не отрывая глаз, смотрел на Эвелин.

– Я бы с удовольствием изменил такое положение вещей. Приглашаю вас покататься на моей яхте. – Он протянул ей руку ладонью вверх. – Обещаю вести себя как истинный джентльмен. Никаких вольностей. Никаких неуместных шуток и фамильярностей. Я буду учить вас управлять яхтой. Не более того.

Эвелин вспомнила, что говорил ей Мартин сегодня в отеле: он смотрел на жизнь как на череду отдельных моментов, каждый из которых нужно использовать. Возможно, это действительно мудрый подход. Человек должен наслаждаться жизнью, получать от нее удовольствие. Все может закончиться совершенно неожиданно, и никто не знает когда.

На палубу вышли несколько человек, среди которых были лорд и леди Рэдли и лорд Брекинридж.

– Миссис Уитон, – сказал Брекинридж, – мы сейчас отправляемся на прогулку. Не хотите ли присоединиться к нам? Мы намереваемся пройтись до дерева-зонтика.

За яхт-клубом росло огромное дерево, по форме напоминающее зонтик. Под ним стояла скамья, на которой время от времени можно было увидеть какую-нибудь парочку. Граф на самом деле не столько хотел прогуляться, сколько хотел увести Эвелин от лорда Мартина.

Как бы там ни было, им уже действительно пора было расставаться – созерцание звездного неба слишком затянулось.

– С удовольствием, лорд Брекинридж. – Она взяла Джорджа под руку.

Он низко поклонился:

– Всегда к вашим услугам, миссис Уитон.

Слава Богу, Мартин не стал настаивать на своем приглашении. Во-первых, не хотелось, чтобы кто-нибудь услышал об этом, а во-вторых, ей пришлось бы тогда согласиться, но Эвелин совсем не была уверена, что хочет этого.

– Вы любите играть в крикет, Эвелин? – спросил Брекинридж, когда они шли по берегу.

Рэдли шли впереди них, о чем-то оживленно беседовали и с интересом посматривали по сторонам. Мартин и лорд Спенсер замыкали шествие.

– Да, конечно, – пытаясь придать своему голосу живость, ответила Эвелин.

– Если бы вы как-нибудь согласились сыграть со мной партию на этой неделе, думаю, мы оба получили бы огромное удовольствие. Я покажу вам несколько интересных приемов, которые вы могли бы взять на вооружение. Кроме того, у меня есть отличный набор мячей.

«Господи, – раздраженно подумала Эвелин, – он невыносимо скучен!»

– Эти мячи – подарок самой королевы, – продолжил граф, и его щеки покрылись нежным розовым румянцем.

Эвелин попыталась сдержать смех и прикрыла ладонью рот. Но это не помогло, и она заливисто рассмеялась.

Лорд Брекинридж остановился и сердито посмотрел на свою спутницу:

– Миссис Уитон, мне кажется, вам лучше сейчас отправиться в отель. Я провожу вас. Это все шампанское, которое вы выпили сегодня на балу.

– Нет, спасибо, – сказала Эвелин, продолжая смеяться. – Не волнуйтесь, все в порядке. Правда.

Она на самом деле вела себя сегодня просто вызывающе. Эвелин всегда отличали сдержанность и вежливость.

– Думаю, завтра вы поблагодарите меня, если сейчас я провожу вас в отель и уберегу от каких-либо опрометчивых шагов, о которых в дальнейшем вы можете пожалеть. – Брекинридж просто испепелял ее своим осуждающим взглядом, а в его голосе чувствовалось еле сдерживаемое раздражение.

Граф потянул Эвелин за локоть. Она резко отдернула руку и сделала шаг назад. Эвелин не нравилось, когда ей начинали приказывать и заставляли делать что-либо против ее воли. Особенно неприятно это было теперь, когда она пребывала в таком прекрасном настроении. Ведь ей нечасто доводилось веселиться в последнее время. Эвелин обернулась. Мартин улыбался ей. Если бы он был чуть ближе, то наверняка услышал бы рассуждения Брекинриджа о крикете и мячах и умер бы от смеха. Джордж был просто невыносим.

– Если вы не возражаете, – твердо сказала она, – то я все-таки предпочла бы прогуляться сегодня вечером. А если вы пожелаете уехать один, то я с огромным удовольствием присоединюсь к лорду и леди Рэдли.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16