Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мастер Загадок (Мастер загадок - 1)

ModernLib.Net / МакКиллип Патриция / Мастер Загадок (Мастер загадок - 1) - Чтение (стр. 5)
Автор: МакКиллип Патриция
Жанр:

 

 


      - Мы плыли в Ан ночью. Я вез корону Певена Аумского в Ануйн. Команда вдруг исчезла. Мы попали в шторм.
      - Команда - что? - переспросил Рорк.
      - Они исчезли. Матросы, торговцы - в открытом море... В самую бурю корабль просто остановился, замер на месте и потонул вместе с зерном и животными.
      Моргон опять умолк, будто вновь чувствуя, как хлещут его порывы безумного ветра, вспоминая, как кто-то, кто был им самим - и все-таки не им, - лежал на песке едва живой, лишенный имени, лишенный голоса. Он протянул руку, чтобы дотронуться до арфы. Потом, глядя на звезды, горящие под его пальцами, подобные тем, что были на его лице, потрясенный, резко спросил:
      - Откуда же она взялась?
      - Какой-то рыбак нашел её минувшей весной, - ответил Хьюриу, - недалеко от того места, где жили вы с Астрином. Она была выброшена на берег. Рыбак принес её сюда, потому что считал её заколдованной. Никто не смог на ней играть.
      - Никто?
      - Никто. Струны были немыми, пока ты не дотронулся до них.
      Моргон убрал руку от инструмента. Он увидел, как выражение благоговейного страха, мелькнувшее в глазах Хьюриу, повторяется в глазах Астрина. Когда они посмотрели на Моргона, он снова на мгновение почувствовал себя чужим себе самому. Моргон подошел к Астрину и тихо сказал:
      - Спасибо тебе.
      Астрин улыбнулся - впервые с тех пор, как Моргон с ним познакомился. Потом он посмотрел через плечо Моргона на Хьюриу:
      - Этого достаточно? Или ты все ещё собираешься судить меня за попытку убить землеправителя? Хьюриу выдохнул:
      - Достаточно. - Его лицо, выражающее упрямство, было темным подобием лица Астрина. - Но я буду тебя судить, если ты выйдешь из этого зала, не дав никаких объяснений по поводу убийства двух торговцев и угроз третьему из-за того, что тот увидел в твоем доме князя Хеда. По всему Имрису ходят о тебе нелепые слухи; я не желаю их множить.
      - Зачем мне объяснять? Разве ты мне поверишь? Спроси князя Хеда. Что бы ты со мной сделал, если бы он не обрел голос?
      Хьюриу пришел в состояние сильнейшего раздражения и повысил голос:
      - А что же, по-твоему, я должен был делать? Пока ты сидел на другом конце Имриса, выкапывал черепки от горшков, Мерок из Тора вооружал прибрежные земли Имриса. Вчера он атаковал Меремонт. Ты был бы сейчас уже мертв, если бы я не послал Рорка и Дета, чтобы вытащить тебя из хижины, в которую ты забрался, как устрица в раковину.
      - Ты послал Рорка и Дета...
      - Да за кого ты меня принимаешь? Ты что, думаешь, я верю каждой небывальщине, которую слышу о тебе, - включая и то, что ты каждую ночь принимаешь обличье животного и распугиваешь скот?
      - Что я делаю? - изумленно вскрикнул Астрин.
      - Ты земленаследник Имриса, и ты мой брат, вместе с которым я вырос. Мне надоело посылать гонцов в Умбер каждые три месяца, чтобы узнавать от Рорка, жив ты или уже умер. У меня па плечах война, которой я не понимаю, и ты мне нужен. Мне нужны твои знания и твой ум. И мне нужно узнать следующее: кем были эти торговцы, которые пытались убить тебя и князя Хеда? Они были из Имриса?
      Астрин покачал головой. Казалось, он был крайне изумлен.
      - Представления не имею. Мы хотели... Когда на нас напали, я вез Моргона в Кэйтнард, чтобы проверить, узнают ли его Мастера. Торговцы ранили Моргона, и я их убил. Впрочем, вряд ли они были торговцами.
      - Разумеется, не были, - угрюмо проговорил купец. Неожиданно в разговор вмешался Моргон:
      - Подождите, я вспомнил. Этот рыжий - тот, который заговорил с нами... Он был на корабле. Хьюриу растерянно посмотрел на него:
      - Ничего не понимаю. Астрин повернулся к торговцу:
      - Ты знаешь, кто это?
      Купец кивнул. Он выглядел бледным и несчастным.
      - Да. Когда я увидел его труп в лесу, я узнал его. Нет переднего зуба... Тот же шрам - он получил его, когда лопнула корабельная снасть и ударила его по лицу... Это был Джар Акер из Остерланда.
      - Зачем же ему было нужно нападать на князя Хеда? - спросил Хьюриу.
      - Он не нападал. Он уже два года как умер. Хьюриу резко произнес:
      - Это невозможно.
      - Возможно, - мрачно выговорил Астрин. Он молчал, борясь с собой, пока Хьюриу пристально смотрел на него. - Не только бунтовщики Мерока из Тора вооружаются в Имрисе.
      - Что ты хочешь этим сказать?
      Астрин оглядел лица собравшихся в зале.
      - Я бы лучше поговорил с тобой с глазу на глаз. Если ты не...
      Он внезапно умолк. К Хьюриу тихонько подошла какая-то женщина, застенчивый взгляд её темных глаз не сразу задержался на Моргоне и остановился на Астрине, голос прозвучал едва слышно:
      - Астрин, я рада, что ты вернулся. Теперь ты останешься?
      Астрин вздрогнул и пристально посмотрел в лицо Хьюриу. Король Имриса не двигался, как будто стал ближе к подошедшей женщине.
      - Это моя жена, Эриэл, - объяснил он Моргону.
      - Ты не похож на своего отца, - заметила женщина. Затем кровь бросилась ей в лицо. - Извини, я не подумала.
      - Неважно, - ответил Моргон.
      Отблески пламени, точно мягкие крылья, пробежали по её лицу, по темным волосам. Брови её в тревоге изогнулись.
      - Ты плохо выглядишь, Хьюриу. Король Имриса, не отвечая ей, обратился к приехавшим:
      - Извините меня. Вам всем давно пора переодеться в сухое и пообедать, у вас была тяжелая поездка. Астрин, ты останешься? Единственное, о чем я прошу: если ты когда-нибудь захочешь говорить о том, что произошло между нами пять лет назад, ты должен будешь дать мне неопровержимое, абсолютное доказательство своей правоты. Ты достаточно долго пробыл вдали от Кэруэддина, ни в ком другом я теперь так сильно не нуждаюсь.
      Астрин опустил голову. Его руки по-прежнему были сомкнуты. Он тихо произнес:
      - Хорошо.
      Час спустя вымытый, подстриженный и сытый Моргон с одобрением оглядел покрытую мехами кровать в предоставленной ему комнате и, не раздеваясь, улегся на нее. Ему показалось, что прошло всего одно мгновение, когда он проснулся от стука в дверь. Комната была темна, если не считать слабо колеблющегося, почти уже погасшего огня в камине. Казалось, каменные стены сдвинулись и давят на него. Моргон слышал повторяющийся стук, но не мог найти двери. Обдумав затруднительное положение, в котором оказался, он пробормотал мораль старинной загадки из Ана:
      - Смотри с помощью сердца на то, чего не могут увидеть твои глаза, и ты найдешь дверь, которой нет.
      Дверь внезапно распахнулась перед ним, и на Моргона упал свет из зала.
      - Моргон.
      Лицо и серебристые волосы арфиста странным образом колебались в свете факела. Моргон произнес с необычайным облегчением:
      - Понимаешь, Дет, я не мог отыскать дверь. На мгновение мне почудилось, будто я в башне Певена. Или в башне Эна из Ана, построенной, чтобы поймать в ловушку Мадир. Я как раз вспомнил, что обещал Сногу Натту помочь ему починить крышу, прежде чем начнутся дожди. Он ведь такой бестолковый, он и не подумает сказать Элиарду, так и будет сидеть всю зиму, а дождь будет капать ему на голову.
      Арфист положил руку ему на плечо:
      - Ты случайно не заболел?
      - Нет, не думаю. Грим Окленд считает, что мне следует взять другого пастуха, но ведь Сног помрет от безделья, если я заберу у него свиней. Мне бы лучше поехать домой и починить ему крышу.
      Он вздрогнул, когда на пороге качнулась какая-то тень.
      Астрин, непривычно выглядящий в коротком облегающем камзоле, с аккуратно подстриженными волосами, обратился к Дету:
      - Мне нужно с тобой поговорить. С вами обоими. Пожалуйста.
      Он сходил в зал, взял факел и вернулся в комнату, закрыл за собой дверь и подошел к Моргону.
      - Тебе придется оставить этот дом, - сказал он. Моргон присел на сундук с одеждой.
      - Я знаю. Я как раз говорил об этом Дету.
      - Хьюриу не сказал тебе, из-за чего мы поссорились пять лет назад?
      - Нет. Астрин...
      - Пожалуйста, выслушайте меня. Я знаю, что вы не можете ничего сделать, не можете помочь мне, но вы, по крайней мере, можете меня выслушать. Я оставил Кэруэддин в тот день, когда Хьюриу женился на Эриэл.
      Моргон тут же увидел перед собой застенчивое лицо жены Хьюриу.
      - Так ты тоже в неё влюблен? - спросил он у Астрина.
      - Эриэл Меремонт умерла пять лет тому назад на Равнине Королевских Уст.
      Моргон закрыл глаза. Арфист, стоя на коленях перед камином и подкладывая в него дрова, замер - даже отблески пламени не мерцали больше на его нагрудной цепочке. Голос его был таким же спокойным, как всегда:
      - У тебя есть доказательства?
      - Конечно нет. Если бы у меня были доказательства, неужели бы эта женщина, которая называет себя Эриэл Меремонт, все ещё была бы замужем за Хьюриу?
      - Тогда кто же она?
      - Не знаю. - Астрин подсел к огню. - За день до свадьбы я поехал с Эриэл верхом на Равнину Королевских Уст. Она устала от приготовлений, ей хотелось покоя, отдыха, и она попросила меня сопровождать её. Мы были привязаны друг к другу, мы знали друг друга с детства, но между нами ничего не было, ничего, кроме прочной и верной дружбы. Мы приехали в разрушенный город и разделились она ушла посидеть полюбоваться морем, а я отправился бродить по городу, дивясь, как обычно, какая же сила разбросала камни, словно листья по траве. В какой-то момент, пока я расхаживал среди руин, все вокруг вдруг стихло - и море, и ветер.
      Я посмотрел вверх и увидел белую птичку, порхающую надо мной в голубом небе. Она была очень красивая, и я помню, как подумал в тот момент, что наступившая тишина - это, вероятно, затишье перед бурей. Потом я услышал, как разбивается о берег волна и шумит поднимающийся ветер. Странный крик заглушил эти звуки: он был похож на крик птицы. И тут я увидел, что мимо меня на лошади проехала Эриэл - не оглядываясь и не говоря ни слова. Я окликнул её, я хотел, чтобы она остановилась и подождала меня, но она даже не оглянулась. Тогда я бросился за своей лошадью, и когда миновал ту скалу, на которой сидела Эриэл, то увидел, что на том самом месте, где недавно находилась самая красивая девушка на свете, лежит мертвая птица, ещё теплая, истекающая кровью.
      Я взял её на руки, и тут же мною овладел черный ужас, я вспомнил тишину в преддверии бури, вспомнил тот странный крик, вспомнил Эриэл, в молчании проехавшую мимо меня ни разу не оглянувшись.
      Я похоронил птичку там, между древними камнями, над морем. В ту ночь я рассказал Хьюриу о том, что видел. Мы накричали друг на друга, и я поклялся, что до тех пор, пока он женат на той женщине, я не вернусь в Кэруэддин. Я думаю, Рорк Умберский - единственный человек, которому Хьюриу сказал правду о том, почему я уехал. Он никогда не говорил Эриэл, но она, наверное, знает. Я стал понимать, кто она на самом деле, только когда начали собираться армии, стали строиться корабли, как ночами с них разгружали оружие из Исига и Ануйна...
      Я видел то, что скрылось от взора Мерока Торского: часть армии, которую он сформировал, состояла не из людей. А жена Хьюриу - представитель этого безымянного могущественного народа. - Он сделал паузу, перевел взор с Дета на Моргона: - Я решил остаться в Кэруэддине только по одной причине: чтобы объяснить, кто она такая. Я не знаю, кто ты, Моргон. Они назвали твое имя в моем доме, но я никогда не слышал о князе Хеда, выигравшем игру в загадки со смертью, играющем на старинной арфе, изготовленной только для него одного когда-то кем-то, кто оставил на ней знак судьбы.
      Моргон оперся о спинку стула и устало произнес:
      - Я не могу использовать арфу, чтобы починить крышу Сногу Натту.
      - Что-о?
      - Я никогда не слышал, чтобы предназначение принесло какую-то пользу князю Хеда. Мне жаль, что Хьюриу женился не на той женщине, но это его дело. Она красивая, и он её любит, так что я не понимаю, с чего бы тебе расстраиваться. Я сам ехал в Ануйн для того, чтобы жениться, а меня чуть не убили. Похоже, что кто-то хочет убить меня, но это их дело; я не хочу беспокоиться и пытаться выяснить почему. Я не глуп: если я начну задавать вопросы - даже если я задам всего один вопрос насчет этих трех звезд, - я начну игру в загадки и не думаю, что захочу её закончить. Поэтому я знать ничего не хочу. Я хочу поехать домой, починить крышу Сногу Натту и лечь спать.
      С минуту Астрин глядел на него, потом повернулся к Дету:
      - Кто такой Сног Натт?
      - Его свинопас.
      Астрин протянул руку, дотронулся до лица Моргона:
      - Ты чуть не умер в этих лесах, потому что эта четырехдневная скачка почти что доконала тебя. Я бы с радостью отвез тебя на Хед и залатал бы крышу твоему свинопасу, если бы считал, что ты можешь просто выйти из этого дома и остаться в живых. Я боюсь за твою жизнь даже в этой комнате, особенно теперь, когда ты нашел арфу, да ещё - для полного удобства - прямо на глазах Эриэл. Дет, ты сам едва не расстался с жизнью из-за этих людей. Как считает Высший - кто они такие?
      - Кроме того, что Высший спас жизнь и нам с Моргоном - по своим собственным причинам, - мне ничего не известно, он не сказал мне абсолютно ничего. Я сам должен был отыскать Моргона. Высший поступает так, как считает нужным, хотя для меня его поступки иной раз и неожиданны. - Дет поправил полено в огне и встал. Вокруг его губ собрались морщинки - тонкие и упругие. Он добавил: - Ты же знаешь, без его указаний я ничего не могу сделать. Я никоим образом не могу оскорбить короля Имриса, поскольку действую от имени Высшего.
      - Знаю. Заметь: я даже не спросил тебя, веришь ты мне или нет. Но есть ли у тебя какие-то предложения?
      Дет пристально посмотрел на Моргона:
      - Полагаю, ты должен послать за королевским лекарем.
      - Дет...
      - Никто из нас ничего не может сделать, кроме того, чтобы сидеть и ждать. И наблюдать. В таком болезненном состоянии, в котором находится сейчас Моргон, его ни в коем случае нельзя оставлять одного. - Его обтянутое кожей, лишенное красок лицо смягчилось. Он встал. - Попрошу-ка я Рорка помочь нам. Он может мне не поверить, но он достаточно хорошо меня знает, а потому в любом случае придет нам на выручку.
      Королевский врач, госпожа Анот, пожилая, всем своим видом внушающая доверие женщина с хрипловатым голосом, только раз взглянула на Моргона и, не обращая внимания на его возражения, дала ему какое-то снадобье, моментально погрузившее его в глубокий сон. Моргон проснулся спустя несколько часов с легкой головой, но в беспокойстве. Астрин, который оставался дежурить в комнате больного, уснул возле очага. Моргон с минуту смотрел на него, желая поговорить, потом решил не будить его и дать отдохнуть. Мысли его занимала арфа, которую он видел в зале, - он словно бы вновь слышал её легкий, но удивительно богатый голос, ощущал под своими пальцами туго натянутые, в совершенстве настроенные струны. И тут он испытал непреодолимое желание как следует рассмотреть её немедленно, когда ему никто не мешает.
      Моргон встал с постели, закутался в меховое одеяло и неслышно вышел из комнаты. Коридор был совершенно пуст и безмолвен, только факелы, потрескивая, пылали над дверями закрытых покоев. Со странной уверенностью Моргон ощупью нашел путь вниз по лестнице, ведущей в большой зал.
      Звезды на арфе, точно чьи-то глаза, мерцали в полумраке. Моргон дотронулся до нее, взял в руки, чувствуя её необъяснимую легкость, которая не сочеталась с довольно внушительными размерами инструмента. Моргон тронул струну и от раздавшегося тут же сладкого одинокого звука улыбнулся. Затем его вдруг начал сотрясать приступ кашля, болезненно отдававшегося в раненом боку. Он опустил лицо в мех, чтобы приглушить рвавшиеся из горла звуки, и услышал за своей спиной встревоженный голос:
      - Моргон!
      Он выпрямился и быстро обернулся.
      Бледная, усталая Эриэл спускалась по лестнице в сопровождении девушки с факелом. Моргон смотрел, как она идет к нему через громадный зал. Волосы её были распущены, и сейчас она выглядела очень юной. Не скрывая любопытства, он тихо произнес:
      - Астрин сказал, что ты умерла. Эриэл остановилась. Моргон не мог прочесть в её глазах никакого выражения. Потом она бесстрастно ответила:
      - Нет. Это ты умер.
      Руки Моргона чуть поменяли положение на арфе. Где-то в глубине его сознания зазвучал сигнал тревоги, но он не захотел к нему прислушиваться и ответил, покачав головой:
      - Еще нет. Кто ты? Мадир? Нет, она же умерла. И она не убивала птиц. Так ты Нун?
      - Нун тоже умерла. - Эриэл смотрела на него не мигая, в глазах её мерцали огоньки. - Ты недостаточно углубился в прошлое, Моргон, отправляйся так далеко, как только сможет выдержать твой мозг, к самой ранней загадке, какая была загадана, - а я ещё старше её.
      Моргон перебрал в памяти все известные ему загадки, но это никуда его не привело. Он произнес недоверчиво:
      - Тебя не существует в книгах Мастеров - и даже колдовские книги о тебе не упоминают. Так кто же ты?
      - Мудрый человек может назвать своего врага по имени.
      - Мудрый человек знает, что у него есть враги, - отозвался он с легкой горечью. - Так в чем же дело? В звездах? Может быть, тебе станет легче, если я скажу, что последнее из всех моих желаний - это бороться с тобой. Я всего-навсего хочу, чтобы меня оставили в покое и дали мне управлять Хедом.
      - Тогда тебе не следовало покидать свою землю и заниматься загадками в Кэйтнарде. Мудрый человек знает свое собственное имя. Ты не знаешь моего имени, не знаешь и своего. Для меня лучше, если ты умрешь таким, как есть, в невежестве.
      - Но почему? - спросил он растерянно. Эриэл сделала к нему ещё шаг.
      Стоявшая рядом с ней молодая служанка вдруг обратилась в громадного рыжебородого торговца со шрамом на щеке. Вместо факела он сжимал в руке меч из гибкого металла цвета золы. Моргон отступил и наткнулся на стену. Меч медленно, словно во сне, коснулся его горла. Лезвие обожгло Моргона, и он вздрогнул.
      - Почему?! - выкрикнул он. - Объясните мне, по крайней мере, почему?
      - Берегись загадок без ответа.
      Эриэл отвела от него глаза и кивнула торговцу, который поднял меч для замаха.
      Моргон зажмурился и возразил:
      - Никогда нельзя недооценивать того, кто задает тебе загадки, - и ущипнул самую низкую струну.
      Меч замер, так и не опустившись, и Моргон услышал крик - слабый, подобный тем, что издают птицы. И внезапно все вокруг превратилось в невообразимую какофонию звуков - старинные щиты, обрамляющие дальнюю стену, разразились гулким металлическим звоном, они дрожали, раскалывались на части, и осколки сыпались на пол. Моргон почувствовал, как неведомая сила отшвыривает его далеко в сторону, как он падает на пол, подобно одному из щитов, и только меховое одеяло не дает ему зазвенеть и загрохотать при падении, как сотням металлических осколков, что продолжали сыпаться со стен. Затем послышались чьи-то голоса, взбудораженные и неразборчивые.
      Кто-то вцепился в его плечо:
      - Моргон! Вставай! Ты можешь встать?
      Моргон поднял голову. Полуодетый, с кинжалом у пояса, Рорк Умберский помогал ему подняться.
      Сверху, с лестницы, на них смотрел Хьюриу, за его спиной стояла Эриэл. Король удивленно спрашивал:
      - Что здесь происходит? Такие звуки, как будто тут поле битвы.
      - Прости меня, - произнес Моргон. - Я расколол твои щиты.
      - Да уж вижу. Как, во имя Алойла, тебе это удалось?
      - А вот как.
      Моргон снова ущипнул струну - кинжал на поясе Рорка и пики стражников, появившихся в дверях, с треском разлетелись на куски. Ошеломленный Хьюриу с шумом выдохнул:
      - Арфа Ирта!
      - Да, - согласился Моргон. - Я тоже так и подумал.
      Он посмотрел на Эриэл - она все стояла за спиной у Хьюриу, прижав руки ко рту.
      - Мне казалось... Мне приснилось, что ты стояла здесь, рядом со мной.
      Она покачала головой:
      - Нет, я была с Хьюриу. Моргон кивнул:
      - Значит, это был сон.
      - У тебя кровь, - внезапно заметил Рорк. Он повернул Моргона к свету. Откуда у тебя царапина на горле?
      Моргон дотронулся до того места, на которое указывал Рорк, задрожал и неожиданно увидел над плечом Эриэл бескровное лицо Астрина.
      Моргону снова дали лекарство, и он грезил о кораблях, швыряемых неистовыми ветрами в почерневшем море, о кораблях с пустыми палубами и изодранными в клочья парусами, о прекрасной черноволосой женщине, которая пыталась убить его, играя на нижней струне звездной арфы, и которая заплакала, когда он закричал на нее, об игре в загадки, нескончаемой и проходящей через все его сны, игре с человеком, лица которого он никак не мог увидеть и который загадывал загадку за загадкой и требовал ответов, но ни на одну из загадок не мог найти ответ сам. Откуда-то возник Сног Натт, терпеливо ждущий конца игры, - дождь капал ему на голову, но конца игры все не было. Но вот неизвестный игрок в загадки превратился в Тристан, и она велела Моргону идти домой. Он оказался на Хеде, шел в сумерках по мокрым полям, ощущая запах земли. Как раз когда он дошел до открытой двери в дом, он проснулся.
      Комната с красивыми узорчатыми стенами из голубых и черных камней была наполнена серым светом раннего вечера. Кто-то, склонившись, чтобы поправить падающее полено, сидел возле очага. Моргон узнал тощую протянутую к огню руку, распущенные серебристые волосы.
      - Дет, - позвал он.
      Арфист встал. Его лицо выглядело усталым, однако голос звучал как всегда спокойно, не выдавая ни следа утомления.
      - Как ты себя чувствуешь?
      - Живым. - Моргон пошевелился и неохотно проговорил: - Дет, может, конечно, мне это и приснилось, но, думаю, жена Хьюриу пыталась меня убить.
      Дет хранил молчание. В богатом темном одеянии с длинными рукавами он выглядел как кэйтнардский Мастер, осунувшийся от постоянных занятий. Он потер лицо и присел на краешек кровати.
      - Расскажи мне все.
      Моргон рассказал. Дождь, шум которого он то и дело слышал в своих снах, начал мягко постукивать по широким окнам. Закончив рассказ, Моргон ещё несколько мгновений прислушивался к дождю, затем добавил:
      - Не могу сообразить, кто она такая. Для неё нет места в сказках и загадках королевства... Точно так же три звезды не имеют там своего места. Я не могу обвинить ее: у меня нет доказательств, и она будет только смотреть на меня своим застенчивым взглядом, не понимая, о чем это я толкую. Так что, я считаю, мне нужно скорее уехать отсюда.
      - Моргон, ты два дня пролежал больной. Предположим, у тебя хватит сил выйти из этой комнаты - куда ты направишься?
      У Моргона дернулись уголки губ.
      - Я собираюсь поехать домой. Мудрый человек не пытается разворошить гнездо шершней, чтобы посмотреть, что это там жужжит. Я оставил Хед без землеуправителя на шесть недель; я хочу снова увидеть Элиарда и Тристан. Я ответствен перед Высшим за то имя, с которым родился на Хеде, а не за то никому не известное предназначение, которое, кажется, имею за его пределами.
      Он ненадолго замолчал. Дождь усилился и громко забарабанил по стеклам. Взгляд Моргона устремился в окно.
      - Я любопытен, - признал он. - Но у меня хватает здравого смысла выйти из этой игры в загадки. Пусть Высший в неё играет.
      - Высший - не тот, кого можно вызвать.
      - Это его владения; я не отвечаю за военные игры в Имрисе.
      - Будешь вынужден отвечать, если звезды на твоем лице приведут эти силы в движение.
      Моргон посмотрел на Дета. Губы арфиста сжались, он беспокойно отвернулся, поморгал глазами, лицо его казалось очень усталым.
      - Отдыхай, - мягко сказал Дет. - Когда ты достаточно поправишься и тебе захочется вернуться на Хед, я поеду с тобой - в случае, если Высший не даст мне других распоряжений. Если ты потеряешься между Хедом и Имрисом, мне придется опять искать тебя.
      - Спасибо. Я только не понимаю, почему Высший оставил тебя в неведении о том, где я был. Ты его спрашивал?
      - Я арфист, а не волшебник, я не могу долететь своим сознанием отсюда до горы Эрленстар. Он входит в мое сознание по собственному желанию - я же в его ум проникнуть не могу.
      - Ну он ведь знал, что ты искал меня. Почему же он тебе не помог?
      - Могу только догадываться. Сознание Высшего - великое сплетение сознаний всех тех, кто обитает в его владениях. Он сам сплетает и расплетает концы, ведет нить вперед и назад, от действия к действию, чтобы создать нужный узор, - вот почему об его отношении к событиям догадаться никогда невозможно. Пять лет тому назад Хьюриу Имрисский женился и Астрин Имрисский покинул Кэруэддин, унося с собой это событие, как тяжелый камень. Возможно, Высший использовал тебя, чтобы вернуть Астрина обратно в Кэруэддин, чтобы он предстал перед Хьюриу.
      - Если это правда, так ему известно, кто она такая. - Моргон замолчал, подумал, затем продолжил: - Нет. Он мог бы действовать, как только Хьюриу женился, так было бы проще. Ее дети станут земленаследниками. Будь она настолько могущественна, насколько беззаконна, тогда Высший, безусловно, стал бы действовать. Астрин, должно быть, не прав. Мне, наверное, той ночью пригрезилось. И все же... - Моргон покачал головой. - Не знаю. Я рад, что все это меня не касается.
      Королевский врач навестила Моргона, категорически запретила ему вставать и вечером дала горячую опьяняющую микстуру из вина и трав, которая погрузила его в сон без сновидений. Моргон проснулся только однажды, в середине ночи, и обнаружил, что Рорк Умберский читает при свете очага. Глаза Моргона закрылись, и он снова уснул.
      На следующий день Хьюриу и Эриэл пришли навестить больного. Астрин, сменивший Рорка, стоял у широких окон, глядя на город; Моргон заметил, как глаза короля и его земленаследника на миг встретились - равнодушно и невыразительно. Затем Хьюриу придвинул к кровати стул, сел и устало произнес:
      - Моргон, Анот велела мне не тревожить тебя, но мне приходится. Мэрок Тор начал осаду Меремонта; через два дня я уезжаю с военными силами Руна, Кэруэддина и Умбера, чтобы сразиться с ним. Я слышал, что на берегах Меремонта снаряжен военный флот, готовый отплыть в Кэруэддин, если Меремонт падет. Если этим кораблям удастся достичь Кэруэддина, ты можешь застрять здесь до бесконечности. Ради твоей безопасности, я думаю, тебе нужно переправиться на север, в дом Высокого Владетеля Марчера.
      С мгновение Моргон не отвечал. Потом медленно проговорил:
      - Хьюриу, я благодарен тебе за заботу обо мне и за твою доброту. Но мне бы лучше не удаляться ещё дальше от Хеда. Можешь ли ты дать мне корабль и отправить меня домой?
      Потемневшее, озабоченное лицо немного прояснилось.
      - Могу. Но я думал, что ты не захочешь ехать домой морем. Я могу снарядить для тебя мой личный торговый корабль под охраной. Уж своих-то купцов я хорошо знаю, я плавал с ними много раз.
      - Куда же ты плавал?
      - В Ануйн, Кэйтнард, даже в Краал... - От этих воспоминаний король улыбнулся. - Я тогда был молодым, и мой отец ещё был жив. Астрин уехал учиться в Кэйтнард, а я предпочел узнать о мире за пределами своей страны иным путем. Мне понравилось путешествовать, но после того , как я принял землеправление, я редко покидал Имрис.
      - Это тогда ты встречался с моим отцом? Во время одного из твоих путешествий? Хьюриу покачал головой:
      - Я встречался с твоими родителями прошлой весной, когда мы с Эриэл ездили в Кэйтнард.
      - Прошлой весной? Так ты видел их тогда? Я и знать не знал...
      - Откуда же тебе было знать, - тихо вставила Эриэл, и Астрин, стоявший у окна, повернулся. Ее мягкие брови изогнулись, выражая легкое беспокойство, но она продолжила: - Мы повстречались, когда... Когда Хьюриу случайно наткнулся на твою мать, Спринг, на людной улице и разбил стеклянную вазу, которую она несла. Она заплакала. А твой отец пытался её успокоить, и все мы пытались, но она уж очень расстроилась. Постепенно мы разговорились, сообщили друг другу наши имена, и твой отец начал рассказывать нам о тебе, о том, как ты поступил в училище. Он очень гордился тобой. И разумеется, твоя мать, успокоившись, приняла участие в разговоре: ведь речь шла о её ребенке. - Эриэл улыбнулась при воспоминании о той встрече, потом её брови снова сошлись. Она отвела взор от Моргона. - Мы все вместе поужинали - просидели до глубокой ночи. Твоя мама... у меня... у меня был ребенок, который умер за несколько месяцев до того, и я ни с кем не могла о нем говорить до того самого вечера. Так что, когда мы вернулись в Кэруэддин и услышали, что с ними случилось, я почувствовала... я очень горевала.
      Моргон, раскрыв рот, наблюдал за Эриэл. На миг он взглянул на Астрина, но в его бесцветных глазах невозможно было прочитать ровным счетом ничего. Хьюриу дотронулся до руки жены и ласково обратился к больному:
      - Моргон, твой отец тогда сказал кое-что, и этой ночью я неожиданно об этом вспомнил. Он сказал, что купил для тебя арфу, очень красивую, хоть и странную на вид, но он считал, что она тебе понравится. Он заплатил за неё какому-то бродячему торговцу из Лунголда сущие гроши, потому что якобы, как сказал торговец, она была проклята и на ней нельзя было играть. Твой отец заявил, что ни один разумный человек не верит в проклятия. Я спросил его, как же ты будешь на ней играть, раз она не звучит. А он только улыбнулся и сказал, что ты сможешь и что он в этом уверен. Он не показывал мне эту арфу, потому что она была уже среди его вещей на корабле. А прошлой ночью я понял: ведь твой отец знал, что ты сумеешь играть на этой арфе, потому что на ней такие же звезды, как у тебя на лице.
      Моргон попытался заговорить, но голос не подчинялся ему. Внезапно он нетвердо поднялся с постели, постоял, уставившись на огонь, забыв обо всем, кроме одной ужасающей мысли: "Так вот, значит, что тогда случилось... Кто-то увидел эти звезды на арфе и вознамерился их уничтожить, посреди моря команда вдруг исчезла, оставив их одних, беспомощных, а корабль начал разламываться на части, а они не знали, не понимали почему. Так вот как они умерли... Не есть ли это..."
      Моргон резко повернулся, увидел возле огня бутылку с вином, чаши из стекла и золота и яростным движением смахнул все со стола. Разбитые черепки, облитые красным вином, раскиданные по каменному полу, отрезвили его. Лицо Моргона стало бескровным, и он произнес:
      - Сожалею... Я не хотел... Я все разбиваю...
      Хьюриу поднялся. Он крепко взял Моргона за плечи, голос его сначала звучал как будто издалека, потом постепенно, словно приближаясь, стал звучным и ясным:

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15