Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Клятва воина (Хроники Эйнарина - 2)

ModernLib.Net / Фэнтези / МакКенна Джульет Энн / Клятва воина (Хроники Эйнарина - 2) - Чтение (стр. 22)
Автор: МакКенна Джульет Энн
Жанр: Фэнтези

 

 


      Ляо изо всех сил старалась уследить за моим быстрым и горячим тормалинским.
      - Он не посмеет, - возразила она.
      - А кто узнает? Кто сообразит, что его скандирование - не боевой клич? Шек Кул остановит бой, если я отступлю и скажу, что этот мерзавец путает мое сознание? Как проходит это испытание истины?
      Я обливался потом и с проклятиями выбрался из подбитой ватой куртки.
      - Это бой, два человека, каждый с оружием и в доспехах, до смерти. Ляо была уже на грани слез. - Когда слово дано, его нельзя взять обратно. Один из двоих должен умереть. Любой, идущий на попятную, считается виновным и будет казнен.
      - Вот как? Значит, если я вдруг откажусь от этой схватки, то на закате отправлюсь в плавание с Полдрионом?
      Ляо в замешательстве развела руками - смысл моих слов ускользнул от нее.
      - Испытание - дело серьезное, Шек Кул не потребовал бы его, если б не думал, что оно необходимо. Ты говоришь правду, значит, ты обязан победить!
      Я посмотрел на нее и обругал себя болваном за то, что так на нее понадеялся. Теперь я новыми глазами видел ее крайнюю молодость. До сих пор я плыл туда, куда меня направят, - и вот наткнулся на рифы.
      - Шек Кул мечтает избавиться от Каески, но не хочет пачкать руки в ее крови, верно? Дело не в истине или правосудии, дело в Шек Куле, который не хочет сам ее приговаривать!
      Я был так же зол на себя, как на Ляо. Я так спешил вырвать у эльетимма зубы, что не успел продумать все до конца. Однако это не помешало мне сорвать злость на Ляо.
      - Ты была так довольна собой, не правда ли? А теперь мне предстоит сражаться с проклятым колдуном, который сможет засолить мои мозги и разделаться со мной не спеша. Ну, я надеюсь, ты довольна - завтра в это время я буду мертв, а Каеска будет чиста, как ключевая вода, и вольна отравить кого только захочет. Однако посмотри на светлую сторону: вы с Гар сможете совершить приятную прогулку в Релшаз, чтобы купить тебе нового раба. Постарайся лучше заботиться о нем. Если повезет, Мали и ребенок еще будут живы, когда вы вернетесь!
      - Ты так шумишь... - дрожащим голосом пролепетала Ляо.
      - Нет, голубушка, нет! - Я схватил ее за подбородок и посмотрел прямо в глаза. - Я буду биться с кем угодно в честном бою - с Гривалом, Сезарром, капитаном Стражи. Я положусь на свое мастерство и приму руны, какими они выпадут. Но тут дело другое, это - магия. И не просто честная магия воздух, земля, огонь и вода. Это колдовство, которое проникает в твой собственный разум и обращает его против тебя. - Я положил тяжелую ладонь на голову Ляо, чтобы придать весомость своим словам, и почувствовал, как женщина вздрогнула. - Один из этих ублюдков уже хозяйничал в моем черепе. Я пытался бороться с ним, и я знаю, что не могу этого сделать!
      - Используя магию, он бы приговорил и себя, и Каеску... - вымолвила Ляо, не замечая, как слеза скатилась по щеке.
      - Я буду мертв прежде, чем кто-нибудь заметит его колдовство! - Я убрал руку и оглядел комнату. Кувшин слабого алдабрешского вина стоял на столике, и я налил себе, прежде чем злобно швырнуть сосуд в стену. - В этой сраной дыре нет даже приличной выпивки!
      Грохот разбившегося кувшина заставил Ляо разрыдаться, но он же привел меня в чувство. Моя ярость разлетелась на куски, как этот глиняный кувшин. Я покачал головой. Ляо так молода, она не могла играть по тем же ставкам, что и Каеска, и выиграть. Мне следовало это знать.
      - Ну ладно, хватит плакать.
      Я положил руку на ее содрогающееся плечо. Ляо прижалась к моей груди, прожигая слезами тонкий шелк нижней туники.
      - Мне так жаль, - прорыдала она. - Это казалось такой хорошей мыслью, удачным способом избавиться от Каески. Я подумала, Шек будет очень доволен, это могло бы компенсировать то, что я не хочу пока рожать, да еще я попала в такую беду с хлопком, но если б Гар захотела помочь, я бы справилась с ней, пока Каеска не причиняла неприятности, и Най такой прелестный, я бы не вынесла, если бы с ним или с Мали что-то случилось, - это была бы моя вина, если б я знала про тайный умысел Каески и ничего не сделала, чтобы остановить ее...
      Она сбилась и закашлялась от слез. Вздохнув, я обнял ее и немного испугался, когда Ляо вцепилась в меня словно тонущий котенок.
      - Ну, тише, тише. Что сделано, то сделано, в конце концов.
      Это не внушало оптимизма, но, чтобы иметь какой-то шанс против колдуна, мне нужно выспаться, а не провести полночи, успокаивая госпожу.
      - Давай-ка спать.
      Ляо подняла заплаканное лицо, озадаченно морща лоб.
      - Хорошо, если ты хочешь.
      Она встала на цыпочки и, прижавшись ко мне, поцеловала прямо в губы. Мое тело отозвалось раньше моего разума, и прежде чем я успел выяснить недоразумение, Ляо обвила руками мою шею и, притянув ближе, маняще открыла рот. Я поцеловал ее резко, с вызовом в губах и языке, наверняка зная, что не стоит этого делать, но в равной мере понимая, что завтра буду сражаться за свою жизнь - с хромой ногой, против колдуна, который будет делать со мной все что захочет. Видимо, Ляо почувствовала сдвиг в моем флюгере и еще крепче прижалась ко мне; мои колебания слабели, а пыл твердел. Зубы Даста, я могу умереть к завтрашнему закату, и если приговоренному не дают плотной трапезы, он возьмет то, что предлагают. Скользнув рукой к груди Ляо, я коснулся ее сосков сквозь тонкий шелк платья и почувствовал их реакцию.
      Дальше все пошло быстрее. Никто из нас не переставал думать, мы лишь старались потеряться в ощущениях. Ляо знала несколько приемов, приведших меня в изумление: где адцабрешские девочки получают свое образование? Когда дыхание вернулось ко мне, я осознал, что в ней не было ничего от опытной шлюхи - только откровенная, чувственная радость в ее теле и моем. Как любовный опыт, это было просто замечательно. Потом, долгое время спустя, мы лежали на смятой постели, и пот медленно высыхал на нашей коже. Тогда я натянул на нас одеяло, чтобы не подпускать холод, и так мы заснули. Ляо, конечно, была уникальным наслаждением, но я улыбнулся, поняв, что мои последние мысли были все равно о Ливак.
      Кабинет Планира Великого, скрытый город-остров Хадрумал, 7-е предлета
      - Не волнуйся, я точно знаю, где Райшед. У нас уже все готово, чтобы его спасти, - уверенно заявил Планир образу Шива, крошечному и золотистому в стальном зеркале, освещенном пламенем единственной свечи. - А у тебя как дела?
      Верховный маг был в своей любимой рубахе и старых полинявших бриджах. Он сидел за полированным столом в обшитом панелями кабинете, а в высоком стрельчатом окне розовело вечернее солнце, заходящее за башни Хадрумала.
      - Боюсь, с Вилтредом каши не сваришь. - В приглушенном, металлически звучащем голосе Шива явственно слышалась досада. - Все, что он хочет, это как можно скорее попасть в Хадрумал. После исчезновения Райшеда он нигде не чувствует себя в безопасности.
      - Скажи ему, пусть не волнуется о Райшеде, - повторил Планир, сжав кулак под столом, чтобы собеседник не увидел. - Нам нужен Вилтред, он должен уговорить лорда Финвара отдать нам архив усыпальницы. Надеюсь, этот человек сохранил какое-то уважение к своему старому домашнему учителю. Все прочие наши попытки не увенчались успехом.
      - Не представляю, чтобы Вилтред внушил кому-то уважение, - угрюмо ответил Шив. - Он старый, усталый и боится всего - от эльетиммов до Элдричского Народца. Должен найтись кто-то еще, кого ты можешь послать.
      - Казуел? Он на пути в Тормейл, чтобы помочь эсквайру Камарлу искать материалы по той пропавшей колонии. Кроме того, нет, Шив, в данный момент я никого не могу послать. - Властная нотка в голосе Планира положила конец спору.
      - Если Каз - единственная альтернатива, то Вилтреду придется уступить. - Шив помрачнел и, откинувшись на спинку стула, сплел руки за головой. Его недовольство было очевидным.
      - Пожалуйста, попроси Вилтреда сделать что он сможет. Скажи, это моя личная просьба. Я понимаю его опасения, и как только вы получите архив, я организую связь силы, чтобы перенести вас прямо сюда. - Планир говорил тепло и добродушно, но его пальцы нервно постукивали по колену.
      - Я попрошу, но упаси меня Сэдрин снова нянчиться с каким-нибудь дряхлым магом, - вздохнул Шив. - Мы сейчас в Клейте. Тронемся в путь, как только подкуем лошадь Ливак. Отсюда до владений лорда Финвара не больше двух дней пути при хорошей погоде.
      - Ты все еще таскаешь с собой женщин? - возмутился Планир. - Зачем?
      - Они не собираются уезжать, пока не узнают, что с Райшедом, и воочию не убедятся, что ты делаешь все возможное для его вызволения.. - Образ Шива скорбно улыбнулся. - Представляшь, Ливак даже предлагает украсть для нас эти книги, если лорд Финвар действительно упрется! Но это при условии, что весь Совет бросит свои таланты на поиски Райшеда. Возможно, у нас есть и еще одно преимущество. Кажется, Хэлис знакома с капитаном его Стражи, когда-то они вместе служили в наемниках. Так или иначе мы добудем тебе эти документы, Верховный.
      Планир усмехнулся.
      - Рад, что ты проявляешь чуточку инициативы, Шив. Но смотри не давай Ливак волю раньше времени. Только если не будет другого выхода. Насколько я помню, ее услуги обходятся дорого!
      Шив засмеялся, и его образ растаял вместе с заклинанием. Рассеянным словом приказа Верховный маг потушил свечу, устало провел рукой по лицу и, бормоча проклятия, стал растирать шею. В эту минуту раздался стук в дверь.
      - Войдите.
      - Когда мы наконец получим тот архив Аримелин от Финвара? - без церемоний спросил Узара. При его песочных волосах бледная кожа была бы вполне естественной, но сейчас молодой ученый выглядел серым от усталости.
      - А когда ты наконец отыщешь тот проклятый меч? - парировал Верховный маг, поднимаясь с кресла. - Ликера? - Он направился к буфету.
      - Да, спасибо, мятного. - С шумным вздохом раздражения Узара рухнул в глубокое кресло и водрузил ноги в грязных сапогах на низкий столик с грудой пергаментов. - Что касается меча, то дело глухо. Мы никак не можем его засечь.
      - Знаешь, я начинаю думать, что было бы лучше, если б человек Д'Олбриота все же погиб, - мрачно изрек Планир. - Возможно, тогда мы обнаружили бы этот клинок.
      - Только если экранируют Райшеда, а не меч. Вспомни, что поведала нам Меллита и что говорила Шаннет о том давнем гадании, когда они с Вилтредом искали эльетиммские острова, чтобы подтвердить рассказы Азазира. - Узара отпил ликера, причмокивая от удовольствия. - К тому же я не могу представить, чтобы Д'Олбриот и дальше поддерживал тебя в Тормейле, если все, что он за это получит, - еще один мертвый присягнувший, непогашенная клятва и пропавший фамильный меч в руках неизвестного врага.
      - Тут ты прав. - Планир уставился в глубь рюмки. - Как ты думаешь, Вилтред мог бы добавить что-то полезное к гаданию? И убери свои ноги с предложений Калиона по реконструкции водопроводов к городским баням, ладно, Зар?
      - Вот еще, - пренебрежительно фыркнул молодой маг. - Подумаешь, помнутся немного, зато Калион решит, будто ты их читал. А что до Вилтреда, нет, я не представляю, чтобы Вилтред чем-то помог. Он был потухшей свечой еще до того, как сбежал в свое каладрийское захолустье, и сомневаюсь, чтобы горстка лет общения с крестьянами его возродила. Однако старик оказал бы нам громадную услугу, если б раздобыл тот проклятый архив. Мы должны найти ключ к этим проклятым снам, чтобы управлять ими, раскрывать их тайны, когда первоначальная связь с артефактом будет установлена. Отрик нашел еще какие-нибудь усыпальницы Аримелин, пережившие Хаос, или эта по-прежнему единственная?
      - Прости, что ты сказал? - Взгляд Планира был устремлен на толстую пачку под ногами молодого мага. - Знаешь, Зар, бывают времена, когда меня так и подмывает дать Калиону волю, позволить ему вынести на Совет все его мелочные споры и грандиозные планы по восстановлению авторитета магов. Я мог бы просто сказать: "Ладно, сдаюсь. Принимай пост Верховного мага, мастер Очага, пока не будет проведено должное голосование, и помоги тебе Мизаен!"
      Он вытянул руку с тяжелым золотым перстнем своего поста; центральный алмаз таинственно блестел в угасающем свете дня, отражая и смешивая цвета четырех камней, окружавших его: сапфира, изумруда, рубина и янтаря.
      - Воздух, земля, огонь и вода. Мы можем делать с ними что хотим, не так ли, Зар? Во всяком случае, так думает все мирское население. Я Верховный маг, самый могущественный человек на острове магов с неограниченной властью над самими основами окружающего нас мира. Но все это не имеет ровно никакого значения перед лицом этой загадочной силы, которую мы даже не в состоянии объяснить.
      - Я уверен, отгадка найдется. Знание редко теряется, просто кладется не на место или неверно истолковывается.
      Узара встал, чтобы налить себе еще ликера, и предложил графин Планиру, но тот отказался. Снова усевшись, молодой маг продолжал:
      - Дай нам только Сэдрин найти ее прежде, чем эльетиммы поставят на доску свои первые фигуры и начнут игру всерьез. Да, кстати, насчет Шаннет... Они с Троанной держат друг друга за глотку из-за того парня, Кориана. Все спорят, кто из них первой предложил ему ученичество. И пока они не разберутся, я вряд ли добьюсь от них толку.
      Планир застонал.
      - Это тот самоуверенный юнец из Дасгейта? Такие почтенные маги, как эти дамы, бывают иногда глупее учениц первого сезона. Ты не знаешь, где я могу найти завтра Шаннет?
      - Утром она будет работать с Отриком в Новом Зале, - подумав, ответил Узара. - Они читают лекцию по конфликтам воздуха и воды.
      - Если улучу минутку, загляну и к Троанне. Должен же я в конце концов посоветоваться с ней, как со старшей госпожой Наводнений, о желании Калиона возиться с водопроводом, а? - Искра юмора оживила глаза Планира.
      Узара засмеялся.
      - Безусловно, о уважаемый Верховный маг.
      Планир начал расхаживать перед пустым камином, возрожденная энергия прогнала усталость с его лица и сняла груз годов с его плеч.
      - А когда я разберусь с той драгоценной парочкой, чем я смогу отвлечь Д'Олбриота, пока не выясню, что случилось с его человеком?
      - Ты действительно надеешься отыскать Райшеда? - В вопросе Узары звучало скорее удивление, чем сомнение.
      - О да, Зар. А ты разве не веришь в безграничные возможности своего Верховного мага? - Планир улыбнулся, зубы его, белые и ровные, блеснули в сгущающихся сумерках. Он щелкнул пальцами, и свечи по всей комнате ярко вспыхнули. - Тебе лучше других должно быть известно, что могущество этого поста основано не на кричащем перстне и его обещаниях колдовства, а на гораздо, гораздо большем. Я жду вестей о Райшеде в ближайшие десять дней.
      - Тогда тебе остается беспокоиться только о Калионе. - Морщины, избороздившие лоб Узары, разгладились, лицо просветлело.
      - Знаешь, я думаю, один и тот же след вполне мог бы отвлечь их обоих, если умело его проложить. - Планир встал перед окном. - Калион хочет знать, почему мы работаем столько времени без видимого результата. Пожалуй, я доверю ему свою тайну о коварных эльетиммских интригах, которые расстраивают каждый наш шаг, связывают все наши усилия в противодействии им. А сьеру Д'Олбриоту отправлю депешу с весьма туманными намеками, чтобы ему было о чем тревожиться, кроме своей пропавшей гончей.
      - И что это должны быть за интриги? - Молодой маг невольно улыбнулся.
      Планир сделал неопределенный жест.
      - Думаю, это будет не так просто объяснить. Что, если мы намекнем, будто арест Райшеда в Релшазе - дело рук тех самых эльетиммов?
      - Ты правда так думаешь? - Узара удивленно моргнул.
      - Нет, я думаю, они просто воспользовались ситуацией. На мой взгляд, Райшеда подвела общность, установившаяся у него с Д'Алсененном. Меллита говорит, что браслет, который он пытался украсть, - старинная вещь с гербом Ден Реннионов. Нет, Зар, истина тут не важна. Главное, когда Калион спросит, передай ему мои слова о Райшеде, только возьми с него клятву молчать. Пусть держит рот на замке плотнее, чем крышку на урне! Мы подозреваем, что эти проклятые Ледяные Люди приложили руку к его исчезновению в Архипелаге, и, несомненно, эта поганая эфирная магия прячет его там. Калион расскажет Эли и Галену - под строжайшим секретом, разумеется, - а они станут распространять свою версию, и мельница слухов наполнится сама собой. Это даст нам время, чтобы вызволить Райшеда, а к его возвращению - да будет на то воля Аримелин - мы должны получить архив и отыскать ключ к снам.
      Весьма довольный этими умозаключениями, Верховный маг налил себе белого бренди и торжественно поднял рюмку.
      - Да будет воля Аримелин! - подхватил Узара и осушил свою рюмку. - И все равно я беспокоюсь о Райшеде, - трезво добавил он.
      Планир кивнул.
      - Архипелаг - опасное место. - Его глаза потемнели. - Помог бы только Дастеннин, чтобы с ним не слишком плохо обращались, не морили голодом, не избивали, не заставляли работать в цепях. Боюсь, это лучшее, на что мы можем надеяться.
      Глава 8
      Письмо из семейного архива Дома Тор Олдеров, Тормейл. Собрание документов 35-го года правления императора Алеонна Храброго.
      Привет Дардьеру, эсквайру Тор Олдеру, от его брата Капреля, сьера Дома.
      Очень рад сообщить тебе, что Каррей быстро оправляется от ран. Это огромное облегчение для его матери и для меня; в конце концов последний сын не менее дорог, чем любой другой. Прости мне эту неудачную шутку, всему виной расстроенные нервы, я это признаю.
      Нам не удалось выследить разбойников, столь коварно напавших на мальчика и его спутников. Я полагаю, не на что было особенно надеяться спустя столько времени. Тем не менее меня по-прежнему беспокоит, что некий организованный, одетый в мундиры отряд мог совершить такое бесчинство на Императорских большаках и бесследно исчезнуть. Могу лишь предположить, что они намеренно прибегли к маскировке - парики и мундиры были скинуты, как только они выполнили свою задачу. Возможно, они хотели бросить подозрение на Горных Людей, ибо у тех, как правило, светлые волосы и белая кожа, но мало кто из них торгует так далеко от дома в этом сезоне, а потому я не склонен их подозревать.
      Больше всего Каррея удручает потеря меча. Вещь и правда фамильная, но в конечном счете не столь уж значимая для Дома. Его мать боится, как бы это огорчение не привело к возвращению ночных кошмаров, что мучили мальчика последний год, и, признаться, я разделяю ее тревогу. Пока он выздоравливает, рецидива не было, но я бы не хотел, чтобы Каррея снова настигла такая беда. Поэтому не мог бы ты попросить своих офицеров поговорить с их товарищами в других Домах? Вдруг кому-нибудь из них предложат купить это оружие. Если мы сможем вернуть клинок, хорошо, но главная моя забота - убедить Каррея, что он нисколько не виноват в его утрате. Коль скоро ты должен посетить нас, то, если б ты затронул эту тему в частном разговоре с Карреем, я был бы тебе очень благодарен.
      Дворец Шек Кула, Алдабрешский Архипелаг, 8-е предлета
      Я снова посмотрел на солнце. Казалось, оно уже целый час висит прямо над головой, но сигнального рога мы пока не слышали.
      - Еще воды.
      Сезарр подал мне чашу, и я послушно выпил. От раскаленного солнцем песка тренировочной площадки исходил жар, как из печи, хоть мы и сидели в тени бани.
      - Ну вот, так хорошо. - Гривал последний раз вытер клинок промасленной тряпкой и отложил в сторону точильный брусок.
      Он был прав. Я мог бы побриться лезвием, которое он заточил, если бы мне позволили.
      - Спасибо.
      Я не ожидал, что Гривал придет. Я думал, он останется с Мали и маленьким Наем, но Гривал появился и без всяких церемоний принялся проверять все мое оружие и доспехи. Он положил меч рядом с моей кольчугой. Я не собирался ее надевать до самой последней минуты.
      - Этот человек... он старше тебя на несколько лет. Жара, латы, обильный пот - все это утомит его быстрее, - заметил Гривал. - Ты мог бы это использовать.
      - Будь это честный бой, тогда, конечно, я бы стремился измотать его, заставлял бы двигаться, пока он не ухайдакается. - Я хмуро посмотрел на круг, обозначенный углем на белом песке - Но я уверен, что он найдет способ применить магию. Вы не можете вместо меня обратиться к Шек Кулу и попросить его запретить скандирование?
      - Я попрошу об этом как о благодеянии, - пообещал Сезарр. - Ты рассчитываешь прикончить его как можно скорее?
      - А как твоя нога? Тебе нужно быстро двигаться против булавы. - Гривал вытер пот со лба. - Клинок может скользнуть по кольчуге, но булава оставит синяк, куда бы ни попала. Тебе придется нелегко, если он нанесет слишком много ударов.
      - Постараюсь ранить его как можно скорее, - угрюмо произнес я. - Пусть истекает кровью от усилий и жары и ослабеет. Если повезет, это приостановит и его магию.
      Сезарр и Гривал дружно кивнули. Мысль о колдовстве, оскверняющем поединок, омрачила их лица.
      - Старайся не пролить его кровь за пределами круга, - предупредил Гривал. - Ты здесь для того, чтобы защищать владение, а не просто отстаивать истину.
      Я не понял, что он имеет в виду, и снова посмотрел на небо. Казалось, солнце не сдвинулось ни на волосок.
      - Кто-нибудь из вас сражался гак, в испытании истины?
      Сезарр помотал головой.
      - Оно случается очень редко. Я понимаю, почему Ляо не ожидала такого исхода.
      Я поморщился от скрытого упрека, только теперь осознав, что они с Гар должны были слышать всю мою ругань прошлой ночью. К счастью, они продолжали относиться ко мне точно так же, как всегда, да и в любом случае я был слишком озабочен предстоящим боем, чтобы чувствовать особую неловкость.
      - Я видел такое испытание во владении Лиз Изата. - Гривал, убиравший набор для чистки меча в хлопковый мешочек, поднял голову. - Оно должно было доказать обвинение в убийстве, но это произошло три года назад.
      - Как вы думаете, почему Шек Кул выбрал это испытание?
      - Оно известит все владения о том, что магия не будет терпима ни в каком виде, - объяснил Сезарр с явным удовлетворением.
      - Если эти колдуны замыслили проникнуть в наши земли, то вряд ли Каеска - единственная дурочка, которую они обольстили, - добавил Гривал. Ее судьба даст другим повод задуматься.
      Мне понравилась уверенность в его тоне, его убежденность, что гибель Каески - дело решенное. Но прав ли он, что есть другие эльетиммы, пытающиеся подкупить тех, кто имеет влияние среди алдабрешцев, и если да, то что они задумали? Я запрятал этот вопрос подальше, ко всем остальным. Возьмусь за них после того, как отвечу на нынешний вызов.
      - Ты когда-нибудь сражался так на материке, один на один? У тебя есть опыт?
      Нерешительный вопрос Сезарра удивил меня, учитывая их вечное стремление напоминать мне, что я теперь островитянин, а вся прошлая жизнь исчезла так же безвозвратно, как утренние туманы с гор.
      Я прислонился к стене бани и закрыл глаза, пытаясь вызвать воспоминание о свежих морозах тормейлской зимы среди тяжелой и влажной жары Архипелага.
      - Иногда мы сражаемся один на один, чтобы проверить свое мастерство, когда все Великие лорды собираются для заключения договоров друг с другом.
      Вряд ли Гривал с Сезарром это поймут. С тем же успехом можно рассказывать им о Собрании Принцев на Зимнее Солнцестояние.
      - Каждый лорд выставляет своих людей, а поединок определяет самого лучшего.
      Айтен победил в прошлом состязании, на котором мы оба присутствовали, и унес тяжелый кошель, быстро полегчавший после наших празднований. Эсквайр Камарл, племянник мессира, спросил меня с глазу на глаз, не хочу ли я побороться на этот раз, и мгновенно понял, когда я сказал, что у меня не хватит духу.
      Я резко открыл глаза. Сейчас не время предаваться воспоминаниям о доме, хотя я наказал себе следить, чтобы этот мерзавец не ударил меня по голове. В официальных состязаниях, к коим я привык, такие удары запрещались, и я не хотел быть застигнут врасплох, усыпленный чаянием, что те же правила действуют и здесь.
      - Ты уже убивал раньше? - Гривал не выказал ни тени сомнения на сей счет.
      - Да, когда должен был. - Мой бесстрастный ответ вызвал удовлетворение на лицах обоих.
      Затрубил сигнальный рог, и мы разом вздрогнули. Я встал и начал разминаться, чтобы встретить этот вызов хорошо подготовленным. На тренировочную площадку гуськом потянулись люди; те, что прибыли раньше, занимали лучшие места под раскидистыми деревьями. Несколько жадных юнцов решили покинуть тенистый уголок в надежде на лучший обзор и забрались на крышу бани, делясь карманами орехов и мехами с водой. Я огляделся: большинство свободных островитян собрались здесь - еще одно событие, когда главные ворота открыты и в них толпится народ, тогда как у меня нет ни единого шанса выскользнуть незамеченным. Я выбросил из головы несвоевременные мысли, ибо Сезарр и Гривал начали надевать на меня доспехи, и полностью сосредоточился на предстоящей схватке.
      Поднимавшийся со всех сторон шум известил о прибытии Шек Кула и его жен. Три кресла были установлены под широким балдахином на дальней стороне тренировочной площадки, и Гар с Ляо хладнокровно заняли свои места, подтыкая шелковые юбки вокруг лодыжек. Каждая была в скромном, повседневном платье, почти без косметики и драгоценностей. Ляо слегка взмахнула рукой, и я кивнул ей, отметив спокойствие на ее лице и в осанке. Несмотря на всю ее распутную страсть прошлой ночью, сегодня утром она обращалась со мной точно так же, как всегда, и, должен признаться, я был этому только рад.
      Шек Кул, одетый столь же скромно, как женщины, встал в центре угольного круга, раб у его локтя держал резную выдолбленную тыкву. Взяв тыкву, воевода выпустил из нее ящерицу. Все взоры устремились на чешуйчатое создание, заметавшееся туда-сюда, прежде чем окончательно броситься под пышно цветущий куст. Одобрительный шепот пробежал по толпе, и Гривал с Сезарром закивали, улыбаясь мне. Что бы эта чушь ни означала, кажется, она работала на меня.
      Толпа потеряла интерес к кусту и расступилась, чтобы впустить Каеску и Ледяного островитянина. Каеска была в таком же платье, как Ляо и Гар, но ее лицо скрывала длинная и довольно плотная вуаль, закрепленная богато украшенными шпильками. Я посмотрел на другую сторону площадки - Ляо и Гар обменялись вопросительными взглядами и непонимающе пожали плечами.
      - Почему она закрыла лицо? - спросил я Гривала, туго шнуровавшего мою кольчугу. - Так принято? - Я затянул пояс еще на одну дырочку, затем снова ослабил его, так как он слишком стеснял дыхание.
      Гривал казался озадаченным.
      - Нет, насколько я знаю, обряд этого не требует. Может, она боится, что лицо как-то может выдать ее?
      Сезарр сдержал слово: он пересек круг и заговорил с Шек Кулом. Воевода с серьезным видом кивнул, его взгляд последовал за рукой Сезарра, направленной на эльетимма. Повелительным взмахом подозвал жреца и, резко жестикулируя, что-то приказывал ему. Эльетимм наклонил голову в знак покорности - слишком охотно он соглашался для моего душевного спокойствия, если учесть, что колдовство должно быть частью его стратегии. Медленно направляясь к своему месту внутри черного круга, я сжал пальцы в облегающих перчатках, гадая, с чего этот ублюдок собирается начать.
      Мне ничего не поведало его лицо, едва видимое под шлемом, который доходил до шеи и загибался, заслоняя щеки. Я изучил его доспехи: металлические пластины защищали плечи и живот поверх вареной кожаной основы. От подкладки, которую я мог видеть под ней, он будет потеть как ломовая лошадь, однако и мне не избежать этой неприятности, а потому создастся равновесие рун. Моя борода уже намокла от пота, но я игнорировал это противное ощущение. Не время сейчас отвлекаться на мелочи. Гибкий кожаный панцирь покрывал бедра жреца над стальными поножами. Как всегда, его колени оставались самым уязвимым местом. В общем, мои кольчуга и шлем давали мне больше защиты, да еще усеянные заклепками кожаные гамаши, которые Гривал извлек неизвестно откуда, но я нес намного больше тяжести, и в эту жару да при той потере воды, что будет выходить из нас вместе с потом, это непременно скажется, если бой продлится слишком долго. Больше, чем когда-либо, я вознамерился закончить все как можно быстрее, решительно напялил шлем на голову и опустил носовую стрелку, заперев ее в нужном положении.
      Когда мы оба заняли свои места, Шек Кул сел между Гар и Ляо, а Каеска, наклонив голову, пристроилась сбоку на низком табурете. Воевода хлопнул в ладоши - этот резкий хлопок эхом отразился от окружающих зданий. Я глубоко вдохнул и сосредоточился на эльетимме. Долгую минуту никто из нас не шевелился, затем колдун осторожно шагнул вбок, и бой начался.
      Я двигался медленно с мечом на изготовку, оценивая возможности противника. Эльетимм использовал длинную булаву, оружие пехотинца. Она имела металлическую голову с воротником из шипов и рукоятку из черного дерева, укрепленную полосками стали. Просто разрубить ее никак не удастся. Однако я не привык видеть столь сложное предохраняющее приспособление на булаве: оно почти целиком охватывало его кисть, обеспечивая костяшкам неприступную защиту. Я заметил также кинжал у него на поясе и решил не забывать о его левой руке, также защищенной тяжелой латной рукавицей, обшитой металлическими пластинами, которая по крайней мере не позволит ему быстро выхватить кинжал.
      Загребая ногами песок, мы продолжали идти по кругу, пот уже выступал на наших лицах. Я присматривался к его коленям, но не собирался рисковать и наклоняться, чтобы не получить булавой по голове, независимо от наличия на ней шлема. Эльетимм стремительно шагнул ко мне, а я с той же скоростью отступил с поднятым мечом. Колдун остановился и с издевательской ухмылкой покачал головой. Пусть себе ухмыляется, я не зеленый новобранец, чтобы отвлекаться на насмешки. Будет возможность, плюну ему в рожу, поглядим, как ему это понравится. Потеря самообладания убивает чаще, чем потеря оружия напомнил я себе слова командира там, дома.
      Я перестал кружить и качнулся с ноги на ногу, приглядываясь к его равновесию и позе. Удар слева вниз почти достал его, но жрец поймал булавой мой меч и старался повернуть ее, чтобы сломать клинок между шипами, а я с равным упорством пытался его выдернуть.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35