Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Всадники Перна (№9) - Заря драконов

ModernLib.Net / Эпическая фантастика / Маккефри Энн / Заря драконов - Чтение (стр. 3)
Автор: Маккефри Энн
Жанр: Эпическая фантастика
Серия: Всадники Перна

 

 


За двенадцать часов до этого момента опустела последняя анабиозная камера. Теснота многим действовала на нервы. Среди колонистов бытовало мнение, что не стоит размораживать всех сразу. Маленькие дети, например, могли и подождать. Как, впрочем, и те, кому предстояло спускаться на поверхность Перна в последнюю очередь. Но что касается Саллах, то она полностью разделяла мнение губернатора, утверждавшего, что всем без исключения надо дать возможность своими собственными глазами наблюдать окончание долгого перелета. Все должны посмотреть на свой новый дом из космоса. Сама Саллах буквально не могла оторвать глаз от медленно вращающейся на экранах планеты. Она даже ухитрилась оказаться на дежурстве в самый последний, финальный, торжественный момент. Впоследствии девушка много раз вспоминала этот миг. Громадный транспорт тормозил уже много дней. И вдруг планета внизу словно замерла. Корабль висел над одной, заранее намеченной точкой. И Саллах почувствовала, что ЭТО свершилось. Она оторвалась от пульта как раз в то мгновение, когда штурман, едва сдерживая волнение, доложил адмиралу:

– Мы прибыли, сэр.

И тут же аналогичные сообщения поступили с «Бахрейна» и «Буэноса». Капитанский мостик взорвался радостными криками и аплодисментами. Первый помощник капитана Зи Онгола приказал нацелить всю имеющуюся оптику на лежащую внизу поверхность планеты.

Саллах аплодировала вместе со всеми. Но потом она краем глаза заметила печальное выражение лица Онголы, и внезапно ей тоже стало грустно. Она его понимала. Подошел к концу последний космический перелет.

Вот подана команда открыть двери шлюзовой камеры челноков. Экипажи уже заняли места в кабинах, пассажиры пристегнули ремни. Все ожидали исторического приказа. Шепотом Саллах пожелала удачи Кенджо, Дрейку и Наболу – пилотам трех челноков «Иокогамы».

Загудели сирены, сигнализируя о готовности к вылету, и сразу же главный экран переключился на изображение запланированного места посадки. Боковые экраны показывали открытый выход из ангара: собравшиеся на капитанском мостике «Иокогамы» могли наблюдать за тем, как медленно и величественно отплывают челноки. Короткие вспышки маневровых дюз, включаются главные двигатели, и маленькие кораблики быстро начинают спускаться. Им предстоит не раз облететь вокруг планеты, прежде чем они войдут в атмосферу над западным краем Северного континента. Затем – долгое торможение, вниз и вниз, пока они не доберутся до восточной оконечности Южного континента. Расположенные на обшивке корабля камеры показа ли, как три челнока с «Бахрейна» и «Буэнос-Айреса» присоединяются к флотилии. Легко и грациозно шесть крылатых машин исчезли за горизонтом.

Саллах сменилась раньше ожидаемого момента посадки челноков. Но, как и все из ее вахты, она осталась на капитанском мостике. Сзади у стенки. Вообще-то, сейчас все экраны на корабле показывали одно и то же. Просто Саллах, да и не ей одной, почему-то казалось, что наблюдать за самой первой посадкой с капитанского мостика как-то интереснее – и, что ли, официальнее. Так она и стояла, переминаясь с ноги на ногу и с вожделением думая о том моменте, когда корабль перестанет вращаться – невесомость крайне удобна при погрузке. Впрочем, скоро она все равно окажется на Перне, а уж там вращение не остановишь и от силы тяжести никуда не убежишь.

* * *

– Ну что, избавилась от своих соседок? – спросил Стив Киммер, проскальзывая в каюту Эврил. Он в последний раз оглянулся, нет ли кого в коридоре, и плотно прикрыл за собой дверь.

– У меня все-таки есть кое-какие привилегии, – самодовольно усмехнулась Эврил. – Запри дверь на замок. Вряд ли нам помешают, но все-таки…

Киммер, которому вскоре предстояло занять место в одном из челноков, сразу перешел к делу.

– Ну, и где же это твое неопровержимое доказательство? – спросил он.

Улыбаясь, Эврил вытащила из шкафчика небольшой кубик из темного дерева. Она протянула ее своему гостю.

– У меня нет времени для игр, – резко сказал Стив. – Если ты решила таким образом затащить меня в постель, то выбрала далеко не самый удачный момент.

Эврил скривилась. И даже не столько из-за того, что и как сказал Киммер, сколько потому, что ей вообще пришлось прибегнуть к посторонней помощи. Но ничего другого ей не оставалось. Ведь ее тщательно продуманный план вдребезги разбился о внезапное и совершенно необъяснимое равнодушие Пола Бендена. И это после всего, что между ними было! Скрывая раздражение за обольстительной улыбкой, она небрежно провела рукой по краю кубика и жестом фокусника распахнула крышку. Как она и ожидала, Киммер буквально задохнулся от изумления. Огромный красный рубин, покоящийся на черном бархате, сразил бы наповал любого. Руки Стива непроизвольно дернулись, стремясь схватить драгоценность…

– Красивый, правда? – в голосе Эврил слышалась гордость владельцы.

Она покрутила камень, и по каюте побежали алые блики. Внезапно она вынула рубин из коробочки и протянула Киммеру.

– Потрогай его, – предложила она. – Посмотри на свет. Он безупречен.

– Откуда он у тебя? – с подозрением спросил Стив, и в глазах его явственно светилась зависть, восхищение и жажда наживы.

Впрочем, восхищение относилось исключительно к прекрасному камню, который он держал в руках.

– Хочешь верь, хочешь нет, – рассмеялась Эврил, – но он достался мне в наследство. Одна из моих прабабок в седьмом колене была членом ГРИО, обследовавшей эту паршивую планетку. Шавва ибн Фарод, если тебя интересует ее девичье имя.

– Да ну! – искренне поразился Стив. – Кроме того, – продолжала Эврил, наслаждаясь произведенным впечатлением, – у меня есть все ее записи.

– Скажи лучше, как вашей семье удалось сохранить этот камень? Он же бесценен!

– Моя пра-пра… ну и так далее, бабка была совсем не глупа, – ответила Эврил. – Этот камешек – далеко не все, что она привезла из полетов. И не только с Перна.

– Но зачем же ты взяла его с собой?

– Я – последняя в нашем роду.

– Ты хочешь сказать, что как прямой наследник участницы работавшей на Перне группы ты можешь потребовать дополнительную долю?

Эврил сердито замотала головой. Ну как он может быть таким глупым!

– Ничего подобного! ГРИО чертовски хорошо позаботилась о том, чтобы ничего подобного никогда не произошло. И Шавва это знала. С другой стороны, она не сомневалась, что рано или поздно Перн откроют для колонизации. Рубин и ее записи… – Эврил сделала драматическую паузу, – перешли ко мне. И теперь я и записи Шаввы находимся на орбите Перна.

– А теперь, – спросила она, забирая у Стива рубин и небрежно подкидывая его на ладони, – хочешь принять участие в маленькой интриге? Как и моей дальней родственнице, мне совсем не улыбается провести остаток дней вдали от цивилизации, на какой-то дикой, забытой Богом планете.

– А другие видели этот рубин? – прищурившись, поинтересовался Киммер.

– Пока нет, – хитро улыбнулась Эврил. – И если ты согласишься мне помочь, то и не увидят.

К тому времени, когда Киммер торопливо направился собирать вещи, Эврил уже не сомневалась в его согласии. Теперь оставалось только поговорить с Набхи Наболом.

* * *

Челнок задрожал, и Кенджо Фусаиуки на мгновение напрягся. Все в пределах нормы – ведь они как раз входили в атмосферу. Сидящий за его спиной адмирал Бенден нетерпеливо наклонился вперед. Кенджо улыбнулся. Ему тоже хотелось поскорее очутиться внизу. Пока все шло на удивление гладко. Даже слишком гладко. С проверкой предполетной готовности – никаких проблем. Пятнадцать лет хранения, а челнок «Иджисан» – как новенький. С первого же захода – идеальный угол вхождения в атмосферу, а вскоре состоится идеальная посадка на полях настолько ровных, насколько это вообще возможно в природе.

Кенджо всегда был готов к неожиданностям. Потому-то он и считался одним из лучших пилотов космофлота в секторе Сигнус. Он ухитрялся находить выход из самых невероятных, никем не предвиденных ситуаций. Но для посадки на Перн ничего этого не требовалось. Хотя, с другой стороны… Еще никто, не считая, конечно, членов обследовавшей Перн ГРИО, давным-давно умерших, не ступал на поверхность этой планеты. И, по мнению Кенджо, обследуя Перн, разведчики не перетрудились.

Челнок все глубже входил в атмосферу, и он крепче сжал в руках рукоятки управления. Хорошо бы адмирал откинулся назад – и как это у него получается так вытянуться вперед – все-таки ремни безопасности… Неприятно, когда тебе дышат в затылок…

Кабина челнока начала нагреваться, но температура обшивки оставалась в норме. Кенджо покосился на боковой экран. Пассажиры в порядке, и груз тоже – ничто не сорвалось, крепления держат. Его взор перебегал с индикатора на индикатор, контролируя работу и состояние крылатого кораблика. Вибрация стала сильнее – этого и следовало ожидать. На сотнях планет Кенджо точно так же проскальзывал под атмосферу – словно нож под клапан почтового конверта, как мужчина в тело своей возлюбленной…

Они неслись над ночной стороной, и большая круглая луна заливала холодным серебром черные горы и долины Перна. Впереди, прямо на курсу разгорался день, лежали согретые солнцем моря. Точно по графику. Первая посадка просто не может, не должна быть идеальной. Ну, пусть хоть что-то будет не так – иначе можно разувериться в теории вероятностей. Кенджо еще раз оглядел приборную панель в поисках красного огонька – сигнала тревоги, или хотя бы желтого – знака мелкой неисправности. Но все индикаторы глядели на него немигающими зелеными зрачками, и в предчувствии беды у Кенджо мурашки побежали по спине. Пот градом катился по его щекам.

Сидевший рядом с Кенджо второй пилот Юро Акамото внешне оставался совершенно спокойным. Лишь тот, кто знал Юро так же хорошо, как Кенджо, догадался бы, что второй пилот тоже волнуется. А вот адмирал Бенден нервничал, и даже не скрывал этого. Как, впрочем, и губернатор Эмили Болл.

Может, сердце адмирала не выдержит радости? Кенджо ощутил внезапную тревогу. Да, это вполне вероятно. Челнок благополучно приземлится, но адмирал Бенден умрет, так и не ступив на землю своего нового дома. Да-да, наверно, так все и произойдет! Не поломка в механизме омрачит этот самый первый спуск. Нет, не поломка, а человеческая слабость… Тем временем сопротивление воздуха начало ослабевать – естественно, ведь скорость челнока упала до звуковой. Температура обшивки по-прежнему оставалась в норме, кораблик отлично слушался руля, высота и угол снижения – все как по нотам.

«Не забывай, Кенджо, сэкономить как можно больше горючего. Чем больше его останется, тем больше вылетов можно будет совершить. А потом…» Он заставил себя больше об этом не думать. В конце концов, оставались еще атмосферные полеты. Аккумуляторы способны проработать много-много лет. Ну, если их регулярно подзаряжать. И если позаботиться кое о каких запасных частях… В общем, он недолго будет прикован к земле.

Проверив курс, Кенджо чуть пошевелил закрылками, быстро пересчитал скорость и оценивающе поглядел на быстро приближающееся побережье. Судя по экранам, остальные челноки следовали за «Иджисан» на предписанном инструкциями расстоянии. И тут все в норме…

Челнок несся над океаном, и его громадная тень бежала вдогонку по волнам, через маленькие островки, через настоящий архипелаг… Вот Кенджо заметил впереди конус огромного, достигающего стратосферы вулкана, и от изумления чуть не выпустил рукоятки управления. Точь-в-точь как старушка Фудзи! Добрый знак!

Кенджо видел, как кипит прибой на кромке каменистого мыса – скоро посадка.

– Ретро-двигатели, – приказал он и с удовольствием услышал, что его голос остается как всегда спокойным и даже немного скучающим. – Две секунды работы.

Юро кивнул, и челнок задрожал, резко сбрасывая скорость.

– Выпустить шасси.

Юро щелкнул переключателем, и мгновение спустя зеленые огоньки на пульте возвестили, что колеса встали на свои места. Челнок спускался чуть быстрее, чем нужно и, недовольно поморщившись, Кенджо еще на пару секунд включил ретро-двигатели. Приподняв в последний момент нос корабля, он плавно опустил его в колышущуюся, словно море, траву. Колеса коснулись земли, и челнок побежал по лугу, подпрыгивая на ухабах. Осторожно притормаживая и на полную катушку используя закрылки, Кенджо провел свой корабль большим кругом, развернувшись в конце концов носом туда, откуда он прилетел. Последний толчок, и челнок замер. Сели!

Кенджо позволил себе улыбнуться, а затем занялся привычной процедурой послепосадочной проверки корабля. Поглядев на индикатор уровня топлива, он даже крякнул от удовольствия. Приличная экономия. На много литров меньше нормы.

– Отличная посадка, Кенджо! Юро! Поздравляю! – дружески хлопнув пилота по плечу, воскликнул адмирал Бенден.

В следующий миг раздалось звяканье поспешно расстегиваемых пряжек ремней безопасности, и сразу вслед за этим – глухой стук открываемого аварийного выхода из кабины. Кенджо и Юро недоуменно посмотрели друг на друга. Оглянувшись, они еще успели увидеть выпрыгивающих наружу адмирала Бендена и губернатора Болл. Пилоты с тревогой повернулись к пульту. Что-то не в порядке? Неужели какое-то ЧП? Да нет, единственный красный огонек – сигнал включения тормозов. Никаких проблем. Из открытого люка до пилотов донеслись запахи горелой травы, машинного масла и ракетного топлива. И в тот же миг они услышали крики из пассажирской кабины – но не паники, совсем нет, крики радости. Вот оно что! Одного взгляда на экран оказалось достаточно – пассажиры, расстегнув ремни, повскакивали с мест. Все понятно, но почему все-таки адмирал и губернатор покинули челнок? И почему через аварийный выход, а не через главный люк? Юро вопросительно поглядел на Кенджо. Но тот только недоуменно пожал плечами.

Радостное оживление в салоне понемногу сменилось напряженным выжидающим молчанием. Только тут Кенджо понял: в отсутствие лидеров экспедиции ему, как первому пилоту челнока, придется решать, что делать дальше. Подумав, он нажал на кнопку, разблокировав запоры грузового и пассажирского люков. Затем, переключив камеры на внешний обзор, включил видеозапись. Исторический момент – его стоит сохранить для потомства. А пока… надо делать вид, что все в порядке, даже если адмирал и губернатор и ведут себя несколько странно.

Поманив за собой Юро, Кенджо встал с пилотского кресла и сделав пару шагов, положил ладонь на кодовую панель переборки. С тихим щелчком стенка, отделявшая кабину челнока от пассажирского салона, отъехала в сторону.

Колонисты приветствовали появление пилотов аплодисментами. Пройдя через салон, Кенджо подобрался к выходному люку. Он дернул за рычаг и распахнул дверцы. В лицо ему ударил ветер нового мира. И тут Кенджо замешкался. Надо что-то сказать, что-то сделать… Все-таки первая посадка, первые колонисты… но губернатора нет, и адмирала тоже… А в спину нетерпеливо подталкивает Юро. Решившись, Кенджо выглянул наружу. И открыл от изумления рот.

Там, прекрасно видимые не только ему одному, но и всем колонистам со всех пяти челноков, приземлившихся вслед за «Иджисаном», гордо развевались на ветру два флага: голубой с золотом Федерации Разумных Планет и другой, особый флаг планеты Перн. Белое, голубое и желтое знамя с изображением серпа и плуга в верхнем левом углу: знак сельскохозяйственной ориентации новой колонии. А под флагами, улыбаясь до ушей, стояли адмирал Бенден и губернатор Болл.

– Позвольте мне, друзья мои, – зычным голосом объявил адмирал Бенден, – приветствовать вас на планете Перн.

– Добро пожаловать! – радостно закричала Эмили Болл. – Добро пожаловать!

Они переглянулись и, кивнув друг другу, начали хором:

– Властью, данной нам Федерацией Разумных Планет, мы объявляем эту планету нашей, и нарекаем ее Перн!

Глава 3

Инженеры, специалисты-энергетики, да и вообще почти все, кто хоть раз в жизни держал в руках молоток или лопату, строили взлетно-посадочную полосу для челноков. Кое-кто, правда, в это время возился со сборкой из готовых блоков контрольно-метеорологической башни. Онгола уже потирал руки в предвкушении новоселья. Да метеорологи тоже.

В башне были запланированы три этажа – две квадратные секции, опирающиеся на длинное прямоугольное основание. Поначалу первый этаж послужит офисом для адмирала Бендена, губернатора Болла и неофициального совета колонии. Впоследствии вся башня без исключения перейдет в руки метеорологов и связистов. Итак, одна большая группа строила взлетно-посадочную полосу. Вторая группа, поменьше, возводила башню. А третья, самая маленькая, выбирала место для первой экспериментальной фермы. В эту третью группу входили все восемь агрономов под руководством Мар Дука, несколько разнорабочих, а также Пол Ниитро от зоологов, Пас Радаманх и Арий Сопес от ксенобиологов, ну и, конечно, Тэд Туберман со своими людьми. Дополнительно несколько человек занимались изучением местной растительности, а точнее, возможностью изготовления из нее различных синтетических материалов, необходимых в строительстве. Эмили Болл, на единственном доставленном челноками мини-скутере, летала между строителями и агрономами, уточняя графики работ. А в поставленном к исходу дня временном медпункте врачи занимались обработкой синяков и ссадин.

Тем временем в зависших на геосинхронной орбите кораблях экраны показывали бурную жизнь колонистов на поверхности Перна.

– Коридоры пусты, – заметила Саллах, обращаясь к Барр Хамил, своему второму пилоту. – Все засели по каютам и прилипли к экранам.

– Действительно, увлекательное зрелище, – ответила Барр. – Подумать только, мы с тобой уже завтра будем там! – Ее глаза горели нетерпением, а на губах блуждала растерянная улыбка. – Я все еще не могу поверить, что мы уже на месте. Словно во сне! И мне порой делается страшно, что вот сейчас я проснусь…

Они добрались до своей каюты и тут же посмотрели на экран.

– Отлично, – облегченно вздохнула Барр, – они уже установили пандусы.

– Наша главная задача – посадить челнок, – усмехнулась Саллах. А уж разгрузят его без нас.

Саллах шутила, но при виде готовых к приемке грузов пандусов у нее на душе тоже сделалось радостно. Пандусы и лебедки намного ускорят процесс разгрузки, а значит, челноки скорее смогут вернуться на орбиту за новым грузом, за новым пассажирами.

Саллах и Барр просидели перед экраном до самого вечера. Точнее, до тех пор, пока темная тропическая ночь не сделала наблюдение невозможным. Передачи с Перна закончились финальным костром, при виде которого у Саллах даже слезы навернулись на глаза. Слезы ностальгии по восхитительным прогулкам в горах Первой Альфа Центавра, которыми она когда-то наслаждалась со своими, ныне покойными родителями.

На экране усталые колонисты сидели у огня, ели ужин, приготовленный в большом котле из свежезамороженных земных овощей и мяса. Белела разметка взлетно-посадочной полосы, хлопал на ветру полосатый метеорологический рукав. Гордо развевавшийся утром флаг планеты Перн закрутился вокруг флагштока над полудостроенной башней. Кто-то начал тихонько наигрывать на гармошке старую-старую песню, Саллах никак не могла вспомнить, как она называется. Поначалу неуверенно, но постепенно все громче и громче усталые люди стали подпевать. Песня росла, ширилась, и тут Саллах, наконец-то, вспомнила ее название: «Домик в горах». Да, сегодня все и вправду прошло лучше не придумаешь! На следующее утро Саллах и Барр вместе с остальными пилотами, находящимися как на орбите, так и на поверхности планеты, прослушали небольшую лекцию первого помощника Онголы о необходимости экономить топливо.

– У нас только-только хватит горючего, – говорил он, – чтобы спустить на Перн каждого мужчину, женщину и ребенка. А также животных, все ящики, бочки и те части кораблей, которые можно использовать на земле. Не тратьте лишнего, и нам хватит. Только дураки жгут горючее понапрасну. Мы не можем позволить себе транжирить. С другой стороны, – он хитро улыбнулся, – среди нас, вроде бы, дураков и нет.

Затаив дыхание, Саллах следила за тем, как шесть челноков один за другим поднялись в воздух. Потом камеры переключились на панораму места высадки.

– Даже дух захватывает, – прошептала Барр. – Никогда в жизни не видела столько неиспользованной земли…

– Придется привыкать, – усмехнулась Саллах.

Наблюдая за Перном, пилоты даже не заметили, как пролетело время. Всего один миг, а челноки уже причаливали к «Иокогаме». Кенджо и Юро еще даже не вышли из кабины, а первые ящики уже поехали в грузовой отсек маленького кораблика.

Затем – смена экипажа. Кенджо кратко, даже слишком кратко, по мнению Саллах, проинформировал ее об особенностях взлетно-посадочной полосы, о характере «Иджисана» и частоте связи с башней метеорологического контроля. Отмахнувшись от вопросов Барр, он пожелал девушкам счастливой посадки и торопливо покинул ангар.

– Ну и пусть катится, – с обидой сказала Барр.

– Ладно тебе, – успокоила ее Саллах, – пошли, нам надо еще провести предстартовую подготовку.

К тому времени, как погрузка закончилась, и пассажиры заняли свои места, челнок был готов к полету. Барр лишний раз проверила, все ли пристегнули ремни безопасности, поправила поудобнее кресло генерала Черри Дуфа, самого старого основателя, временно исполняющего обязанности судьи колонии. Защелкало радио, и «Иокогама» дала добро на вылет.

* * *

– Мы только-только прилетели, – жаловалась Барр, когда Саллах, маневрируя по полосе, выводила «Иджисан» на стартовый рубеж. – И вот уже улетаем…

– Мы провели тут почти восемь часов, –. напомнила ей Саллах. – Эффективность важнее всего… – Проверив показания приборов, она включила главные двигатели. – Кенджо и следующая партия колонистов уже, наверно, люк грызут от нетерпения.

– Кенджо что, ни разу в жизни не ошибался? – спросила Барр у своей напарницы несколько часов спустя, когда тот весьма нелестно отозвался о расходе топлива в проведенном женщинами полете.

– Поэтому он и жив до сих пор, – ответила Саллах.

Но вообще-то она считала, что Кенджо не прав. В глубине души она знала, что за полет они с Барр потратили топлива ничуть не больше, чем было абсолютно необходимо. И уж всяко меньше, чем считалось нормой. Вот потому-то Саллах и начала в тот день вести учет расхода горючего челноком. Она заметила, что Кенджо всегда присутствовал при заправке «Иджисана». Но что это означало… Саллах считала себя весьма неплохим пилотом – и не без оснований. И тем не менее, ей не хотелось спорить с Кенджо, чей опыт намного превосходил ее собственный… во всяком случае, без веских на то оснований и без тщательно проверенных записей и расчетов под рукой.

* * *

Как и все остальные, дожидающиеся своей очереди, Сорка Ханрахан много времени проводила, наблюдая за строительством колонии. Но, в отличие от других, Сорке все равно больше нечем было заняться. То, что она видела на экране монитора, само по себе ее нисколько не интересовало. И неважно, что ее мама говорила, будто у них на глазах «творится история». История – это то, о чем читаешь в учебнике. Сорка всегда предпочитала активный образ жизни, и потому вынужденное безделье и теснота на борту «Иокогамы» быстро начали действовать ей на нервы. И даже мысль о том, какая важная профессия у ее отца – он был хирургом-ветеринаром – служила слабым утешением. Ведь все без исключения дети, с которыми она встречалась, отправлялись вниз раньше, чем она. Бриан, однако, не торопился. Он успел подружиться с живущими по соседству близнецами Джепсонами. Там был еще старший брат, но Сорке он совсем не нравился. Мама обещала, что на Перне, где Сорке придется ходить в школу, обязательно будут девочки ее возраста.

– Мне нужен друг не потом, а сейчас, – мрачно бормотала себе под нос Сорка, бродя по коридорам «Иокогамы».

Непривычная свобода для девочки, которая вечно должна остерегаться незнакомцев. Даже дома, на ферме Клонмела, родители не позволяли ей гулять одной. Обязательно с кем-то из взрослых. Здесь же, на «Иокогаме», в ее распоряжении оказался целый корабль. Иди куда хочешь… ну, разумеется, кроме грузовых и энергетических отсеков и капитанского мостика. Потрясающая свобода! Но сейчас Сорке хотелось, чтобы ее не трогали. И все. Подумав, она направилась в свое излюбленное место – в оранжерею.

Там она обнаружила укромный уголок, где широкие листья достигали потолка, а переплетающиеся ветви образовывали под ними маленькие зеленые пещерки. Сорка любила запах влажной земли и зелени. Даже воздух тут казался чище и свежее, чем где бы то ни было. Рядом, у табличек с указателями и названиями, находилась рассада. Кое-какие из этих растений Сорка даже знала: она осторожно дотронулась пальцем до майорана, вдохнула нежный аромат мяты. Дома у ее мамы был сад и в нем тоже росла всякая всячина…

Сорка с любопытством глядела на длинные ряды ростков в пластиковых пробирках – все готово для того, чтобы сразу же после приземления высадить их в открытый грунт.

Она как раз наклонилась, чтобы лучше рассмотреть серебристо-серые листья какого-то неизвестного ей растения, когда заметила пару голубых глаз. Судорожно сглотнув, Сорка поспешно напомнила себе, что здесь, на «Иокогаме», нет чужаков. Тут все свои. А значит, это просто один из пассажиров, так же, как и она сама, решивший отдохнуть в оранжерее от толчеи.

– Привет, – нерешительно сказала она.

Синие глаза растерянно заморгали.

– Уходи отсюда, – прогудел из-под кустов голос незнакомого ей мальчишки. – Тебе тут не место.

– Почему это? Оранжерея открыта для всех… Только знаешь, тебе не стоит лазать под кустами. ты можешь их помять.

– Уходи, – повторил мальчик.

– Вот еще! – пожала плечами Сорка. – Ты кто такой? Как тебя зовут?

– Не обязан я всяким тут говорить мое имя, – недовольно проворчал мальчик.

– Ну, извини… – обиженно начала Сорка и тут поняла, что тот говорит с легким акцентом. Точь-в-точь таким, как и у нее самой. – Слушай, ты же ирландец! Как и я!

– Я не как ты…

– Ну, скажи, что ты не ирландец! – не услышав возражений (а что он мог возразить?), она улыбнулась. – Я прекрасно понимаю, почему ты тут прячешься. – Здесь тихо и пахнет приятно. Почти как дома. Мне тоже не очень-то нравится на корабле. Словно селедки в бочке… Я из Клонмела. Бывал там?

– Ясное дело, – недовольным тоном ответил мальчик, но при этом немного изменил позу так, чтобы лучше видеть свою собеседницу.

– Меня зовут Сорка Ханрахан…

– Шон Коннел, – после долгой паузы представился мальчик.

– Мой отец ветеринар. Самый лучший на Клонмеле.

– Он работает с лошадьми? – с одобрением в голосе поинтересовался Шон.

– Со всеми больными животными, – кивнула Сорка. – А у вас есть лошади?

– Были… пока мы жили на Баллинослое. – Его глаза внезапно погрустнели. – У нас были прекрасные кони…

– А у тебя был свой собственный пони?

Шон печально кивнул.

– Мне тоже пришлось оставить своего пони, – призналась Сорка. – Но на Перне мне дадут другого. Мой отец говорит, что у них есть пони и для вас. – Ее отец, разумеется, ни о чем подобном и не упоминал, но удержаться она не смогла.

– Без пони мы еще проживем, – покачал головой Шон, – а вот без коней… Без коней нам никуда.

Сорка улыбнулась. Она поняла, кто такой Шон. Отец как-то упоминал, что среди колонистов есть несколько семей кочевников. – Зато на Перне, – сказала она, – никто не станет гнать вас со своей земли. Никаких тебе в-двадцатьчетыре-часа-и-все-тут! Никаких дорог, кроме тех, что вы сами проложите… В общем, только то, чего вы сами хотите, и ничего плохого в придачу.

– Так не бывает, – усмехнулся Шон.

– Объявляется посадка в челноки! – внезапно проревел расположенный в оранжерее динамик громкой связи. – Пассажирам немедленно собраться на пятой палубе у ангаров. Шон мгновенно, словно черепаха в свой панцирь, нырнул обратно в тень кустов. – Эй! Это что, относится и к тебе тоже? – наклонившись, Сорка тщетно пыталась высмотреть спрятавшегося в густых зарослях мальчика. – Знаешь, парень, тебе крупно повезло! Всего лишь третий день, а ты уже летишь вниз! Да что с тобой? Ты не хочешь лететь?!

Встав на колени, девочка наконец-то разглядела лицо Шона. Разглядела и сразу же снова встала на ноги. Она уже несколько раз видела искаженные ужасом лица, и потому сразу поняла: мальчику очень и очень страшно.

– Я бы с удовольствием с тобой поменялась. Я-то жду не дождусь, пока дойдет очередь до нас. В конце концов, тут лететь-то всего-ничего! Примерно то же самое, что с Земли на «Иоко». – Сорка надеялась ободрить Шона. – Это же было совсем не страшно? Правда?

– Нам дали таблетки, – с ужасом в голосе прошептал мальчик, – и мы спали…

– Значит, ты пропустил самое интересное! Половина взрослых рыдала при виде старушки Земли, – снисходительно сказала Сорка. – Последний раз увидеть… и все такое… Я тогда играла в звездолетчицу Ивонну Ивс. А Бриан – это мой младший братишка – делал вид, будто он космонавт Трейси Трэйн.

– Это еще кто такие?

– Да ты что, Шон? Я же знаю, что в ваших караванах есть видеоэкраны. Ты что, никогда не смотрел «Приключения космических храбрецов»?!

– Это для маленьких, – презрительно скривился Шон.

– Да брось ты! Теперь и ты сам тоже космический храбрец. А если это все для маленьких, то чего же тогда бояться?

– А кто сказал, что я боюсь?

– Значит, не боишься? А чего ж в оранжерее прячешься?

– Мне просто захотелось подышать свежим воздухом, – собравшись с духом, Шон вылез на тропинку.

– Подышать свежим воздухом? – с деланным недоверием переспросила Сорка. – Это когда внизу целая планета самого чистого воздуха на свете? – Она дружески улыбнулась Шону. – Постарайся сделать вид, будто ты герой, бывалый космический волк…

– Отлет ровно через двадцать минут! – снова проснулся динамик. До сих пор Дэзи Архиеду еще не приходилось дважды приглашать колонистов на посадку. – Опоздавшие будут перенесены в конец списка!

– Знаешь, – повернулась Сорка к своему новому знакомому, – тебе, пожалуй, стоит поспешить. Если из-за тебя вашей семье придется лишнюю неделю торчать на борту, тебе, боюсь, не поздоровится!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22